Текст книги "Время Героев (СИ)"

Автор книги: Робин Эванс

сообщить о нарушении

Текущая страница: 15 (всего у книги 15 страниц)

– Что ж, – вздохнул Дар, – не самое худшее, что можно увидеть перед смертью.

– Тогда давай дальше.

Следующее воспоминание снова вернуло его в более поздний возраст. Это было примерно за год до того, как Дангер сбежала, бросив их одних. Они с Аароном что-то горячо обсуждали на чердаке, в их личном убежище. Забраться туда можно было либо через лестницу в самом храме, как делали они, либо по дереву снаружи, как сделала тогда девочка.

Всё те же веснушки. Всё те же царапинки. Всё также, неизменно, приносившая в каждое своё посещение какую-нибудь вещь. Обычно это была, конечно, домашняя еда или книги для Аарона, но сейчас она бойко продемонстрировала им свёрнутый в небольшой рулон холст.

– Надеюсь, это карта сокровищ, – подметил Дариэль, когда подруга протиснулась в узкое окно. Ей с каждым месяцем всё сложнее это удавалось, поэтому они с братом порой всерьёз обсуждали возможность это окошко расширить.

– Не угадал.

И она развернула на дощатом полу полутёмной чердачной комнаты… Рисунок. Мальчики склонили головы над холстом.

– Купила на рынке. Отец похвалил. Сказал, что я молодец и приобщаюсь к искусству. Но мне вообще по одному месту на эту всю мазню. Я хотела вам показать!

Аарон попеременно смотрел то на изображение, то на подругу и недоумевал.

– И зачем?

– Так тут же голая женщина!

– Я повторюсь. И зачем?

– Красивая, – положил пальцы на подбородок Дариэль.

– А то вы каждый день голых баб видите. Вот хоть, посмотрите. Дураки.

– Тебя мы, например, видели, – заметил Аарон.

– Да это ж совсем другое!

– Точно, у тебя там вообще не на что смотреть, – хохотнул Дариэль и облокотился спиной на стену, – как пацан выглядишь.

– Эй! – Прикрикнула Дангер. – Я вообще не про это! И, к твоему сведению, у меня тоже есть на что посмотреть, я вообще-то девушка!

– Ты уверена?

– Уверена! Хочешь убедиться?

Она пылко бросилась стягивать с себя древнюю, как сам Создатель, непонятного цвета кофту. Оба парня заорали и попытались остановить подругу.

– Да во имя Создателя, на что нам на тебя смотреть, дурында?! – Дариэль схватил девушку за обе руки, прижал их к полу и уселся сверху. Обездвиженная Дангер продолжала порывисто брыкаться.

– Я девушка! Красивая! И не дурында!

Совершенно озадаченный ситуацией Аарон тоже делал попытки её успокоить.

– Дана, ну Создателя ради, мы верим на слово, нам совершенно не нужны доказательства. И ты красивее этой, на картине. Честное слово. Не надо раздеваться, прошу.

Дангер замерла и чуть не свернула сама себе шею, чтобы посмотреть на друга снизу-вверх.

– Красивее?

– Точно, красивее, – парень торопливо скрутил холст обратно в рулон и закинул в самый дальний угол, – художники слишком любят изображать какой-то совсем вымышленный усреднённый стандарт красоты. Это отталкивает. А ты такая, какая есть, настоящая, естественная. Намного красивее всяких картинных. Дар, отпускай, она успокоилась.

Всё же немного недоверчиво, но Дариэль её отпустил, немного замер на месте, готовый в случае чего снова удержать от спонтанного раздевания. Убедившись, что это уже пройденный этап, он сполз с неё снова на пол чердака.

Исая уже в открытую хохотал над тем, что увидел, согнувшись пополам и держась рукой за живот. Нынешний Дариэль, несколько смущённый, недовольно косился в его сторону.

– Она не очень умная, но всё равно хорошая, – будто бы оправдываясь, пояснил он.

– Я вижу, – немного успокоившись и вытирая проступившую от смеха слезу, сказал Исая, – а вы трое всё же были очень близки.

– Да, – печально ответил Дариэль, склонив голову, – были.

– А сейчас?

– Она ведь ушла потом.

– До сих пор злишься?

– Не знаю. Вроде бы простил, но всё равно обидно. Думаю, мы могли бы, конечно, наладить отношения и вернуть всё как было… Но я уже всё испортил. Ничего не исправить.

Исая покачал головой.

– Опять ты ничего не понял. Давай дальше.

Следующее воспоминание сильно отличалось от предыдущих. В основном из-за гнетущей атмосферы утраты. День, когда в храм, вся растрёпанная, заплаканная, прибежала мать Дангер и практически на коленях умолявшая их с Аароном сказать, куда могла деться её дочь. Но они не могли ничего ответить, только стояли, шокированные, и переглядывались. В этих испуганных переглядках они молчаливо задавали друг другу тот же самый вопрос: где Дангер? Почему ничего не сказала им? Вернётся ли она?

Ночью, лёжа в своей кровати, Дариэль слышал шмыгающего носом Аарона. Недавно он признался ему в симпатии к их подруге и на днях планировал решиться известить об этом и её тоже. Дариэль хотел подойти, как-то успокоить, но совершенно не знал, что мог бы сказать. Да и сейчас, годы спустя, он до сих пор, наверное, не мог подобрать нужных слов.

– Что я должен был понять? Хватит мне это показывать!

– Подумай.

– О чём?!

– О птичках.

– Ты совсем идиот?

– А ты?

Дариэль топнул ногой и запустил пальцы в волосы, сильно за них потянув. Что он должен был понять?

– Ты показал мне просто случайные эпизоды из моего прошлого. К чему это было?

– Они не случайные. Я показал тебе твою семью.

– Я знаю, что они меня любят! И я их… Я их тоже когда-то любил. Но ты ведь сам сказал, что сейчас я отвратительный мерзкий человек, который не ценит даже своих родных.

– Ты обманываешь себя даже когда обманываешь себя, – Исая пожал плечами, – но меня ты не обманешь.

– Я запутался.

– Распутывайся. Я диктовал тебе твои же мысли, которые ты скрывал под толщей фальши. Ты сам ведь сомневался, что твои чувства по отношению к друзьям искренни. Ты сам называл себя плохим человеком. В том сне, где мы разговаривали, я лишь озвучил тебе это, но ты решил, что раз тебе это говорит посторонний, то это не может не быть правдой. Понимаешь? Ты посмотрел в зеркало, увидел искажённое отражение и принял его за действительность. Но зеркала врут, в них нет истины. Загляни внутрь себя, Дариэль, не слушай то, что говорю тебе я. Скажи, что ты чувствуешь?

– Я чувствую, что ты меня бесишь.

– Ладно, помимо этого.

Дариэль вздохнул и прислушался к своим ощущениям. Он действительно любил этих людей, любил свою семью. Он всегда делал для них всё, что только мог, замалчивая порой свои обиды. Защищал, не жалея себя. Жил ради них. Получив магию, не изменилось ничего, кроме его подавленного гнева, но за этим гневом всё также пряталась безусловная любовь к странной парочке.

– То есть, когда ты говорил, что я тебе противен?..

– Просто сказал то, что было у тебя на уме. Ты считал себя противным остальным, я это озвучил. Ты посчитал, что это правда. Меньше слушай, что тебе говорят. Скажи мне, чего ты хочешь?

Дариэль сглотнул ком в горле.

– Вернуться к брату, – тихо прошептал он, – покончить со всем этим. Избавиться от проклятия. Вернуться к нормальной жизни.

Исая кивнул.

– Верю. Чего стоит твоя жизнь, Дариэль?

– Жизней моих друзей. Прошу… Помоги нам. Спаси нас.

Исая победоносно вскинул подбородок. Дариэль наконец понял, что в нём изменилось. Он больше не казался величественным воплощением зла. Просто мужчиной, который играл роль этого зла.

– Что же! Разве я могу отказать, когда меня просят о помощи?

И с этими словами они оба вновь очутились в реальном мире.

Глава 28

Ричард со своей свитой явился к моменту, когда всё заканчивалось. Он увидел, как из светловолосого паренька вытягивали всю магию, которая, извиваясь и искрясь, словно клубок змей, передавалась человеку, которого он совершенно не ожидал сейчас встретить. Король резким движением схватился за рукоять меча и напрягся в ожидании чего-то страшного. К бою с самим Исаей он был совершенно не готов. Ситуация выходила из-под контроля быстрее, чем он мог представить. И ведь надеялся же, что не случится чего-то неожиданного! Но когда он мог в своей жизни рассчитывать на то, что всё пройдёт гладко? Правильно. Никогда.

Тело Дариэля глухо шлёпнулось на землю, потеряв все свои демонические черты. Обнажив Тёмную Сталь и жестом дав понять остальным, чтобы не приближались, Ричард замер, готовый к бою.

Однако Исая нападать не спешил. Заметив старого друга, он радостно воскликнул:

– Наконец знакомые лица! А я уже начал скучать.

Ричард заметил лежащего слишком близко к колдуну ошарашенного тощего паренька с изуродованным лицом и в два шага оказался между ним и Исаей, вынужденно подойдя ближе, чем следовало бы. Он выставил меч в оборонительной позиции, закрывая им и себя, и бедолагу. Аарону оставалось лишь наблюдать крепкую спину своего внезапного незнакомого защитника.

Из расщелины в пространстве продолжали вырываться и группироваться вокруг Исаи тени. Сам же маг, обретя вновь утраченное когда-то могущество, собрал энергию Хаоса вместе и отдал им приказ.

– Повелеваю вам! – Громогласно крикнул он, вновь утопив пространство в потоке света.

Король был готов сделать выпад в его сторону. Опасно.

– Возвращайтесь туда, откуда пришли, – закончил Исая вдруг с кривой ухмылкой и тени устремились вновь в разлом. На несколько секунд все присутствующие разом оглохли от пронзительного крика сотен голосов Теней, стягиваемых обратно в небытие.

Когда вокруг не осталось никого из них, маг закрыл брешь в мироздании. Земля содрогнулась от столь мощного колдовства и через мгновение стало очень тихо. Колдун выдохнул, слегка утомившись проделанной работой и вновь посмотрел на Ричарда, продолжавшего держать перед собой оружие.

– Вашвысокблародие, – намеренно сжевав половину слогов в почтительном обращении «Ваше высокоблагородие», Исая небрежно отвесил лёгкий поклон, – очень рад Вас лицезреть.

– А по тебе и не заметно.

Феникс наконец опустил меч, заметно расслабившись. Кажется, буря миновала.

Явившийся в мир Живых из бездны, долгие годы странствующий по пустоте, Исая не изменился ни на йоту. Это почему-то грело душу короля, тайно боявшегося их встречи. Всё такой же дерзкий, насмешливый, не чуждающийся панибратского отношения даже к самым высокопоставленным лицам. Всё как обычно.

Но лицо лучшего друга внезапно посуровело. Он сдвинул брови к переносице и строго вдруг сказал:

– Ричард, есть один момент, который стоит обсудить.

Сердце короля пропустило один удар.

– Что же? – Звенящим от напряжения голосом спросил он.

– Что бы ты знал, – продолжал сурово Исая, – я совершенно точно знаю, что это ты тогда сожрал мой кусок пирога. Не отрицай.

Королю захотелось ударить самого себя ладонью по лицу и начать истерично смеяться. Спустя шесть сотен лет, Исая! Это именно то, что ты хочешь обсудить? Ты точно нисколько не изменился.

Вместо этого сохранив безразличное выражение, Ричард ответил:

– Нет, это был не я.

– Эй! – Возмущению колдуна не было предела, – ты что, забыл, что я умею читать мысли? Я знаю, что это был ты, кого ты пытаешься обмануть?!

– Не понимаю, о чём речь. Я ведь сказал тебе, что видел, как сэр Грегори его съел.

Повисло долгое молчание. В это время Дангер торопливо подбежала к Аарону, взволнованно помогла ему подняться и начала с излишним энтузиазмом оттряхивать от пыли и листьев.

– Рада, что ты в порядке, – шепнула она ему на ухо, поддерживая парня под руку.

– Меня такими пустяками не убить, – шепнул он в ответ.

Они оба одновременно посмотрели на Дариэля, продолжающего без движения лежать в траве. Исая перехватил их взгляд.

– Просто спит. С ним всё нормально. Я слишком растревожил его душу, пока отбирал свою магию.

– А к чему были эти театральные постановки? – Проворчал Аарон.

– У него в целом склонность к драматичным представлениям. Актёр тот ещё, – пояснил король.

Сам актёр посмотрел на друга чуть укоризненно.

– Не понять тебе вовек моих великих идей. Ты слишком прямолинейный и простой, как топор. Одно слово – вояка.

– Знаешь, мёртвым ты мне нравился больше, – ловко парировал Ричард.

В суете никто не обращал внимания на Виллема, стоявшего суть поодаль, замершего и словно прилипшего к почве под ногами. Он словно не дышал, не моргал, не совершал ни малейшего движения, уставившись только в одну точку и забыв про всех остальных.

Наконец закончив перепалку с другом-королём, Исая оглянулся и всё же заметил мужчину. И в тот же миг растерял весь свой запал и пренебрежительную наглость своего обличия. Сглотнув, он нерешительно сделал шаг навстречу и вновь растерянно остановился, не зная, стоит ли ему продолжать движение. Но Виллем, увидев этот шаг, рассеял все его сомнения и тотчас же сам стрелой метнулся вперёд. Остановился он буквально в коротком шаге от человека, которого мечтал увидеть слишком, слишком давно.

Человека, которого превозносил и которому готов был всё это время молиться. Человека, которого убил собственными руками. Гениального, превосходного, самого восхитительного из всех людей во вселенной. Долгие столетия он представлял эту встречу, трепетал перед ней, ждал, как чуда и уже почти потерял на неё надежду. Неужели это был не очередной сон? Неужели всё взаправду?

Виллем не знал, что сказать. Он открыл рот, но смог издать только какой-то невнятный звук, слабо напоминающий человеческую речь. Исая тоже не знал. Вдвоём они просто стояли друг напротив друга, уставившись прямо в лица.

Все присутствующие поняли, что сейчас лучше всего будет не вмешиваться в долгожданную встречу и тоже молчали. Ричард, зная их обоих слишком хорошо, боялся в ожидании развязки.

– Ты… Изменился. Привет, – наконец выдавил из себя Исая, чувствуя, как рёбра изнутри с бешеной скоростью пробивало сердце.

И только после этих слов его верный сторожевой пёс наконец сорвался с цепи и, забыв, что на них смотрят другие люди, не стыдясь собственных эмоций, просто рухнул на колени, на них же прополз к своему божеству вплотную, схватил его отчаянно за одежду, слишком грубо и бесцеремонно, так, что Исая немного покачнулся от неожиданности. Потом Виллем уткнулся лицом ему в живот и… Зарыдал. Громко, надрывно. Исаю била дрожь, он тоже опустился на колени, прижав к себе друга, который продолжал его попеременно хватать за разные части рубашки, задевая при этом сильными пальцами нежную кожу, на которой явно потом останутся синяки.

Исая гладил рыдающего и задыхающегося мужчину по жёстким волосам и что-то бормотал ему ласково и успокаивающе. Ричард подошёл к нагло пялившимся на эту сцену ребятам и, грубо схватив обоих за плечи, развернул и увёл подальше.

– Нечего здесь смотреть. Оставьте их вдвоём.

Как раз в этот момент пришёл в себя Дариэль. Приподнявшись немного, он недоумённо озирался по сторонам в попытке понять, где он вообще находится и что происходит. Память возвращалась толчками. Король с ребятами подошли к нему.

– Ты как? – Спросил Аарон у брата.

– Как будто по мне стадо лошадей пробежалось. Но нормально. Чувствую себя человеком.

Он стыдливо опустил глаза и продолжил:

– Извини меня, прошу. Сам не знал, что творю. И ты, Дангер, пожалуйста. Я рад, что вы двое в порядке.

Дангер махнула рукой, мол, хватит распинаться, всё в норме.

– Прекрати, мы не злимся. Главное, что все живы. Хотя, может, и не совсем все, – Аарон вдруг вспомнил про тело, лежавшее на поле.

– А кто труп будет-то убирать? – Хохотнула Дангер.

– Чур, не я, – заявил Аарон.

– Ты, я так понимаю, Дариэль, – уточнил Ричард и обратился к Аарону, – а ты?

– Единственный здравомыслящий человек здесь. Меня Аарон зовут. Брат этого идиота. Старший, к слову.

– Понял. Натворили вы, ребятки, конечно…

– А ты, прости, сам кто? – Спросил в ответ Аарон.

– Ричард, – представился король.

– Тот самый?

– Ага, угадал.

– Тогда сиди и не вякай, не тебе говорить про то, кто и что натворил, – вспыхнул парень, – сами какой-то немыслимый идиотизм сотворили, а теперь ходят, возмущаются. Мы вообще невинные жертвы ваших древних разборок.

– Почему я вечно крайний? Вот так и спасай вас после этого всех. Вообще никогда больше вмешиваться не буду ни во что, хватит с меня, – проворчал король Кельитаса, чью честь и достоинство только что поставили под сомнение.

Он покосился в сторону своих друзей. Исая как раз в этот момент легонько оттолкнул от себя прилипшего намертво Виллема и медленно встал. Мужчина по инерции потянулся за ним, но после понял, что ему намекнули немного отстать. И, не смотря на то, что отставать совершенно не хотелось, желания Исаи были превыше его собственных. Он, тяжело выдохнув, прижал руки к собственной груди и тоже поднялся, намереваясь, сохраняя небольшую дистанцию, всё же пойти следом за другом.

Исая подошёл к компании.

– Вернёмся к делу. Я запечатал разлом в пространстве, изгнав из мира всех Теней. Они нас больше беспокоить не будут. Но это не самая важная проблема. Люди-Тени лишь следствие, опасность заключается не в них, а в том, что их сюда привело. Ричард, мои предположения относительно великой тишины подтвердились. За эти века её удалось задержать, но не остановить полностью. Поэтому мой план всё ещё в силе.

– Я перестал что-либо понимать, – пожаловался Аарон.

– Я потом всё тебе объясню, – пообещала Дангер.

– Ты уже знаешь, каким способом уничтожить магию? – Нахмурился Ричард.

– Не имею ни малейшего понятия, к сожалению. Моих сил на это сейчас вряд ли хватит. Но по моим прогнозам у человечества осталось от силы лет двести до тех пор, пока тишина не поглотила этот мир. Выбора нет, нужно придумать что-то. Думаю, нас ждёт очень долгий и опасный путь теперь.

Виллем потянул его за рукав.

– А что потом? – Прошептал он, – после того, как всё закончится? Всё… Всё будет хорошо? Мы сможем просто жить спокойно?

Как можно более ласково Исая погладил Виллема по плечу.

– Вернёмся в наш старый замок и доживём до старости, как обычные люди. Больше не будет ни магии, ни опасности, ни потерь, обещаю. Сможешь вернуться к научным исследованиям. Я всё же настаиваю взять в ученики к себе Аарона. Думаю, тебе понадобится новый лаборант, чтобы гонять его мыть инструменты и раскладывать записи в алфавитном порядке, – Исая улыбнулся, – я вряд ли смогу этим заниматься с одной рукой.

– А я буду править королевством, пока не сдохну, – заключил вдруг мрачно Ричард, – от судьбы не убежишь.

– Или пока не сдохнет само королевство?

– Пока не сдохну я, королевство будет жить.

– А почему меня не спросили, хочу ли я в ученики? – Обиженно спросил Аарон.

– Хочешь, – пожал плечами Исая, – у тебя же есть какая-то гениальная идея. Разве тебе не хочется развиваться в этой области?

Аарон в ответ только вздохнул. Было сложно спорить с человеком, который читал тебя, как раскрытую книгу.

– А это ещё кто? – Внезапно воскликнул Исая, заметив скромно топчущегося на месте молчаливого Дандрагорна, про которого забыл даже сам король.

– Мой слуга. Глава созданного тобой ордена.

– Колдун?!

– Конечно. Ты ведь сам создал его организацию.

– Но я не просил обменивать меня, твоего первого советника, на другого колдуна! Он теперь твоя правая рука, да? Меня что, настолько легко было заменить, что ты выбрал первого попавшегося мага и сделал своим доверенным лицом?

– Поверь, дружище, таких как ты во всём свете больше не сыскать. Ты абсолютно уникален в своём роде. Как огромный кракен посреди стада коров. Также ненормален и совершенно не к месту.

– Ладно, не льсти мне. Эй, колдун, чего мнёшься, подойти хоть, познакомимся.

Немного смущённый Дандрагорн спешно подошёл после призыва и представился, протянув руку для рукопожатия. Исая с непроницаемо-серьёзным лицом назвал своё имя и протянул обрубок того, что осталось от его руки. Маг испуганно замер, не зная, что предпринять. Ему стало слишком неловко.

И только неуместный хохот короля разрядил обстановку. Дандрагорн вытер об штаны вспотевшие от напряжения ладошки и поклялся себе больше никогда и ни при каких обстоятельствах не связываться с чудаком Исаей.

Эпилог

В таверне в этот вечер было оживлённо. Бард одну за другой пел баллады о подвигах каких-то известных всему миру личностей, на которых большинству было абсолютно всё равно, но слушали с удовольствием. Где-то вихрем друг вокруг друга плясали парочки, где-то уже намечалась пьяная потасовка, где-то разлили пиво… Жизнь шла своим чередом.

За отдалённым от всех прочих столом собралась разношёрстная компания, безмятежно отдыхавшая впервые за столько времени. Исая, замолкая только для того, чтобы выпить или прожевать еду, вещал очередную историю из своего прошлого при дворе.

– И вот, представьте, холод, снег, буря, мы совершенно не знаем, где находимся. Я начинаю терять сознание и уже почти падаю носом в сугроб, но продолжаю как-то волочить ноги. Ричард меня хватает за куртку и тащит вперёд! Представьте, за плечами две тяжеленные сумки: моя и его. В одной руке меч, которым он разгребает снег впереди. В другой руке я, как груда хлама на ней повисший! Ещё и орёт что-то…

– Вставай, дебил, не смей умирать, ты мне денег должен! – Очень не по-королевски захохотал в голос упомянутый Ричард, уже изрядно выпив местного пойла.

– Во-во, так и было, – закивал Исая, – спрашивает у меня что-то, а я не понимаю вообще, о чем речь, просто стараюсь говорить, чтобы не уснуть…

– И главное, я иду и думаю: хоть бы не грохнулся, вот хоть бы не грохнулся… Это когда он мелкий был, тощий, как спичка, – король для наглядности показал свой мизинец, мол, вот таким тощим был, – можно было его вместо одной из сумок закинуть на плечо и пойти дальше, и пусть бы болтался вверх тормашками. А тогда уже раскабанел, здоровенный, не поднимешь.

Исая, который при всём своем раскабанении всё же оставался значительно меньше сурового мускулистого воителя, обиженно посмотрел на короля.

– Да кто б говорил. На себя вон посмотри, морду отожрал шире моей раза в два! – Безапелляционно заявил колдун.

– Вот я иду и думаю, может его там и оставить, всё равно одни проблемы от этого идиота.

– Нет, ты бы так не сделал.

– Чего это?

– Ты меня обожаешь!

Король пнул под столом своего верного соратника. Тот в долгах не остался и от души зарядил в своего правителя куском хлеба. Началась потасовка.

– Как думаешь, они точно первые люди королевства? – Шепнул Дариэль брату. Тот равнодушно пожал плечами.

Вместо него ответил Виллем, всё это время не отступавший от Исаи ни на один малейший шаг, а за столом бесконечно и суетливо подававший ему то одно, то другое, поправляющий складки на его одежде и подливающий вино в бокал.

– Точно. Дела королевства – это одно, а наедине они иногда с ума сходят. Я, когда только пришёл при дворе работать, всё поражался тому, какой король у нас серьёзный и мудрый человек, это при том, что такой молодой. Мне совершенно непонятно было, как он терпит полную безалаберность Исаи, – мужчина насмешливо взглянул на сидящего рядом друга и, вновь пытаясь как-то ему услужить, пододвинул, хоть и без особой надобности, тарелку к тому поближе. Исая закатил глаза. – А потом увидел случайно их без лишних свидетелей и как-то понял. Один другого краше.

– Я не безалаберный! Когда надо, очень ответственный.

– К слову, да. У нас всегда так было: Исая, который врач, это один человек, а Исая во всё остальное время – это просто магнит для стихийных бедствий, поросший слухами, как пень мхом. Я рассказывал, как он мне однажды разом в один вечер разнёс все приборы в кабинете и чуть не устроил пожар?

– Я и говорю: буревестник, – усиленно закивал Ричард.

– До конца дней моих вспоминать будешь? Извинялся же много раз за это. И это не моя вина, что ты вещи ставишь не на свои места, а я о них запинаюсь.

– Так разве это я поставил? Ты перестановку делал. Потом забыл об этом, влетел и всё разнёс.

Весь стол начал смеяться. Больше не над ситуацией, а скорее над недовольно-удивлённым лицом неуклюжего мага.

– Ой, Виллем, давай я про тебя лучше расскажу, там на целую книгу соберётся, – обиженно проворчал Исая, – припомню все твои заслуги… Уж помяни моё слово.

– Ричард, – вдруг обратилась к королю Дангер, – а расскажите лучше, как Вы титул первого меча получили?

– О-о-о, – протянул король и сделал глоток из своей кружки, – это очень долгая история.

Аарон, видя искренне заинтересованные глаза подруги, решил её поддержать:

– До конца света ещё двести лет. Думаю, время у нас есть.

Некоторым историям суждено забыться. Некоторым – обрасти подробностями и сохраниться на сотни лет в песнях и сказаниях. Никто не знает, кто станет героем, а кто умрёт на поле боя без имени и славы. Кто-то идёт по протоптанной дороге судьбы, а кто-то не может предугадать, чего ему ожидать от завтрашнего дня. Быть может, одно случайное событие перевернёт жизнь с ног на голову. Нам, живущим в этот краткий миг в бесконечно меняющемся мире остаётся только надеяться на лучшее и передавать из поколения в поколение вереницу историй – память о прошлом, назидание для будущего.

Устраивайся поудобнее, случайный путник. Отдохни. Послушай эти истории. Помни, что когда-то и для кого-то они были чем-то важным.

Ведь вся наша жизнь в конечном итоге – просто долгая история.