Текст книги "Украденное волшебство и прочие злоключения (ЛП)"

Автор книги: Роб Якобсен

Соавторы: Мари Аннет
сообщить о нарушении

Текущая страница: 10 (всего у книги 10 страниц)

Мелкий сосуд разбился, с шорохом еще одно облако дыма поднялось оттуда. Я сжался, задержал дыхание, а серый туман заполнил паб. Все пропали, и я снова ничего не видел.

ГЛАВА ДВАДЦАТЬ ЧЕТВЕРТАЯ

Дым наполнил воздух. Мои легкие горели от желания получить кислород, и я не смог остановить себя, вдохнул. Воздух был немного перечным на вкус, но горло не стало гореть еще сильнее. Это была дымовая бомба, а не ядовитое облако.

Каде применил трюк с исчезновением мага из Вегаса.

– Линна? – прокричал я.

Тень появилась в тумане – слишком высокая для моей напарницы. Я поднял молот, Барроус в крови и ожогах бросился ко мне, скаля зубы, глаза были дикими. Я стиснул зубы от усилий, махнул молотом по горизонтали.

Молот врезался в его руку – и молния пробежала по его телу. Он отлетел и рухнул на пол, дым поднимался от обмякшего тела.

Да ладно. Этот молот был Мьёльниром? Я ударил Барроуса как Тор!

Еще тень появилась в тумане. Я приподнял Мьёльнир, готовый подтвердить свое место как нового Бога Грома вторым ударом молнии, но там был не враг. Это был Кай Ямада, еще один лучший боевой мифик «Вороны и Молота», он был в черной одежде, держал метательный нож, трещащий электричеством.

Блин. Я не вызвал молнию Мьёльниром. Это был просто электромаг.

– Моррис! – рявкнул он, больше силуэтов двигались за ним – подкрепление гильдии. – Что…

– Кит!

Вопль Линны рассек мое разочарование насчет не-Мьёльнира, и я толкнул рукоять молота к Каю, повернулся и побежал на голос Линны.

– Линна? – позвал я.

– Тут!

Я нашел ее рядом с Дариусом, который прислонялся к столу, прижав ладонь к руке, кровь текла между пальцев. Аарон обмяк на стуле возле главы гильдии, быстро дышал, прикрыв глаза, кровь текла из множества порезов.

– Где Каде? – спросила Линна.

Я дико озирался в белом тумане.

– Не знаю. Он пропал в дыму, а меня отвлекла молния.

Ее лицо помрачнело от того же осознания, что возникло и у меня: Каде сбежал.

– Он вернется в свое логово, – сказал я. – Он не может оставить вещи, ведь мы знаем, где то место.

– Ты прав, – Линна выпрямилась. – Если поспешим, сможем поймать его.

– Стойте, – хриплый приказ Дариуса остановил нас. Глава гильдии смотрел на туман. – Кай!

Электромаг появился из рассеивающегося тумана, несколько мификов, которых я смутно узнал, следовали за ним. Он посмотрел на своего друга, Аарона, с тревогой в темных глазах.

Он посмотрел на Дариуса.

– Да, сэр?

– Сопроводи агента Шен и агента Морриса.

– Понял, – он махнул группе за собой. – Санъяна, позаботься об Аароне и Дариусе.

Женщина с сумкой медика с яркой отметкой прошла вперед, а он повернулся к нам, выжидая.

Я не был против поддержки от мага высокого класса. С новым помощником за нами мы побежали по пабу, минуя больше членов «Вороны и Молота» по пути. Похоже, вся команда, которая отправилась на ложное задание Созэ, вернулась.

Снаружи дул ветер, наша машина была там, где мы ее оставили, дверцы были открыты, фары горели, двигатель гудел, ключи были в зажигании, чудом не украденные. Мы с Линной запрыгнули туда, Кай сел сзади, и мы поехали по тому пути, по какому прибыли в «Ворону и Молот».

Пока Линна вела машину, я быстро описал Каю ситуацию. В зеркало заднего вида я наблюдал, как его лицо из настороженного становится мрачным, а потом холодным от злости, когда я закончил. Мои нервы гудели, словно я вот-вот мог получить худший удар током, если бы коснулся проводника.

Нарушив десяток правил дорожного движения, Линна тихо остановила машину на улице у катка. Мы вышли, не говоря, Кай беззвучно шел за нами, пока мы с Линной скользили вдоль здания. За углом была дверь платформы погрузки, через которую мы входили в логово до этого. Судя по лучу оранжевого света на парковке, она была полностью открыта.

Я подал сигнал Каю, быстро выглянул из-за угла и отпрянул.

Мы не только нашли Каде, но и курица-наседка вернулась в курятник. Созэ вышел из склада, и его лицо в тот миг, когда я взглянул, было розового цвета испорченного лосося – наверное, побочный эффект гнева на поражение лакеев в попытке убить всех нас.

Каде был за боссом, спокойно нес один из черных ящиков.

– Созэ и Каде, – шепнул я спутникам.

– Они тебя видели? – спросила Линна.

– Нет, но…

Она напряженно кивнула. То, что они не увидели меня, не означало, что они не были в курсе нашего присутствия. Каде как-то чудом улавливал, где находились люди, что не имело смысла, ведь он должен быть стандартным волшебником.

Стандартным психопатом, серийным убийцей и обожающим пытки волшебником. Но смысл был понятен.

Ветер донесся до нас голос Созэ. Он был слишком далеко, чтобы было слышно полные предложения, но я различил слова «неумелые», «уничтожить» и почему-то «невыносимо».

– Нужно подобраться ближе, – тихо сказал Кай.

Я снова выглянул из-за угла. Каде и Созэ поменялись местами: Каде вел, беспечно нес черный ящик от платформы, а Созэ плелся за ним, крича ругательства в его спину.

– У тебя нет дальней атаки? – спросил я у электромага, пожалев на миг, что оставил роскошное оружие «Вороны и Молота» позади

– Не на таком расстоянии, – ответил он.

А расстояние только росло. Они пошли не к машинам МП у погрузочной платформы, а по парковке. Куда они направлялись?

Линна, Кай и я, пригибаясь и двигаясь тихо, поспешили вокруг угла здания и к двум машинам. Я надеялся, что ветер, который жалил глаза и безжалостно трепал волосы, скроет наши шаги. Может, странным навыком Каде был слух. Это могло быть. Судя по моему опыту в «ККК», психики с суперслухом были ужасно неприятными.

Мы втроем сели на корточки за ближайшей машиной МП, смотрели через ее окна на двух гадов, которые остановились посреди парковки, озаренные светом из открытой двери платформы. Кит вытянул шею, оценивая углы атаки, но покачал головой. Мы все еще были слишком далеко, чтобы человек-молния мог устроить электрическую бурю.

Но мы были достаточно близко, чтобы слышать их.

– Я пытаюсь, – почти кричал Созэ подчиненному, кипя от ярости, – полностью осознать вашу бездарность. Вас было больше, вы их обхитрили, и теперь мне придется объяснять Консилиуму, почему мертвые тела в той жалкой гильдии принадлежат только твоим «хорошо обученным» солдатам!

Консилиум? Это было новым.

Со скукой слушая возмущения босса, Каде опустил черный ящик и скрестил толстые руки.

– И твое без сомнений неправильное поведение с Моррисом и Шен, – продолжил Созэ. – Они не только все еще живы, но и могут появиться в любой миг с поддержкой половины участка.

– Я пойму, если они приблизятся, – холодно ответил Каде.

Лысый мерзавец переоценивал свои силы восприятия.

Кай вытащил пару маленьких метательных ножей из ножен на предплечьях.

– Если нападем резко, я смогу приблизиться.

Я покачал головой, указал на пистолет на бедре Каде. С зельями или пулями, он был слишком опасен. Мы сделаем меньше десяти шагов, и парковка превратится в тир Каде.

Ветер усиливался, хлопал меня по ушам, было сложнее расслышать их слова.

Созэ, к счастью, стал кричать громче:

– Консилиум получит полный отчет о том, как вы не смогли убить Дариуса Кинга!

Каде повернулся к боссу.

– Это был твой план, Созэ.

Ветер стал сильнее, я пытался что-то услышать.

– Тебе приказали разобраться с Дариусом Кингом, – продолжил Каде с оскалом. – Убить его, не забрав все знания из его мозга, – чистая бездарность, как ты любишь говорить.

Каде вложил столько насмешки в эти слова, что я оценил бы это, если бы не ненавидел его так же, как Созэ.

– Потому, – продолжил Каде, сунул ладонь в карман, – Консилиум дал мне разрешение убрать помехи – включая тебя.

Рот Созэ раскрылся, черная дыра на белом лице, ветер бил парковку все сильнее. Ветер звучал почти неестественно, как ритмичный хрип.

Кай указал наверх.

– Смотрите!

Едва заметный в ночном небе, черный вертолет без отметок опускался к парковке, пока не завис в тридцати футах над Созэ и Каде. Веревочная лестница упала с вертолета, развернулась и задела асфальт в паре футов от двух мужчин.

Созэ дернулся к веревке, отчаянно тянулся к ней руками.

Каде вытащил мелкий предмет, рот двигался от слов, которые унес ветер. Малиновый свет вспыхнул на артефакте, и от залпа крови в результате все во мне сжалось.

Созэ накренился. Его тело рухнуло на асфальт, голова откатилась, отрезанная.

Убрав артефакт в карман, Каде взял черный ящик одной рукой, схватился за веревочную лестницу другой. Он повернул голову, посмотрел с парковки на мое убежище за машиной.

Он поймал мой взгляд и улыбнулся – так же, как улыбался мне и Линне, когда говорил, что скоро вернется за нами.

Холодок пробежал по мне, а он наступил на нижнюю ступеньку. Вертолет стал подниматься с ним, а мы могли лишь смотреть сквозь окна машины, сердце билось в моем горле.

– Он улетает! – закричала Линна, вскакивая.

Она не успела выпрямиться выше машины, Кай утянул ее вниз.

– Не шевелись, – прошипел он. – Ты не видишь стрелка в вертолете?

Мои нервы обожгло, я посмотрел на взлетающий вертолет. В тусклом свете кабины я различил открытую дверцу и мужчину в черном, свисающего оттуда рядом с чем-то длинным, похожим на пулемет.

– Что делать? – тревожно спросила Линна.

Если бы я знал. Я лишь раз летал на вертолете, но не бился с таким. Галлюцибомба могла поймать пилота и обрушить вертолет, но такого варианта сейчас не было.

Вертолет поднимался в ночное небо, я повернулся к платформе. Мы упустили Каде, Созэ был мертв, но логово осталось. Они не успели бы все убрать. Может, там остались улики, которые привели бы нас к тому, кто дал приказы Созэ и Каде – Консилиуму.

Оглушительный грохот положил конец той мысли.

Я юркнул за машину, тело отреагировало на звук раньше, чем понял мозг. Огромный шар огня вылетел из погрузочной платформы. Жар и оранжевый огонь лились изнутри, черный дым поднимался в небо.

Мы сжались за машиной, а огонь распространялся, поглощая все на складе и платформе.

Я коснулся плеча Линны.

– Ты в порядке?

Она кивнула.

Я оглянулся на Кая.

– А ты?

– Порядок.

Линна встала, глядя на разрушение, а потом посмотрела на безголовое тело Созэ на асфальте.

– Что это было? – пробормотала она.

– Не знаю точно, – процедил я, отклонил голову, разглядывая ночное небо. Вертолет улетел. – Но ничего хорошего.

ГЛАВА ДВАДЦАТЬ ПЯТАЯ

Напевая заставку из «Принца из Беверли-Хиллз», я отпер дверь своей квартиры. Не той, где я снимал комнату и делил ванную с тремя другими парнями. Другой квартиры.

Дверь распахнулась, и я прошел в старую квартиру, которая была теперь новой, пока Блит не выгнала меня. Вряд ли она станет. Не было повода для меня не жить в Бэт-пещере, приглядывая за компьютером, пока Эггси тут не было.

Я старался бодро напевать, хотя тревоги терзали мое настроение, пока шел на кухню и опускал мешки с покупками на стойку. Я уже принес рюкзак одежды и туалетных принадлежностей для спальни и ванной, а теперь пополнял запасы на кухне. Эггси был рад есть доставку каждый день, но я был готов изменить это.

Я выгрузил покупки на стойку, поместил почти все в холодильник и шкаф, а потом стал мыть листья салата. Салат с курицей и авокадо с зеленой чудесной заправкой вот-вот будет.

Через двадцать минут я резал два приготовленных куриных филе на слайсы, чтобы добавить в большую миску зелени, когда входная дверь открылась. Линна прошла в квартиру, на ее куртке были капли дождя.

– Прости, опоздала, – сказала она, тяжело дыша, пока разувалась. – Пахнет чудесно.

Я выдавил улыбку, она сняла куртку и поспешила ко мне. Я вытащил две большие миски, разделил салат пополам и вонзил в миски по вилке. Она выбрала миску и села напротив меня.

Я сунул вилку зелени в рот, делал вид, что не замечал ее пристальный взгляд на моем лице с вялым выражением на нем. Она без слов вытащила из сумки бутылку содовой и поставила передо мной.

Я моргнул, глядя на «Dr. Pepper». Мой любимый напиток.

– Ты всегда пьешь это, когда в стрессе, – тихо сказала она. – Все еще ничего?

Мне не нужно было уточнять, что означал ее вопрос. Я придвинул бутылку и открутил крышку.

– Ничего.

Она сжала губы.

– Она вернется.

Я не стал отмечать, что изменил реальность больше семидесяти двух часов назад. В прошлый раз магия вернулась после сорока восьми часов пустоты. Плохой знак.

– Искажение реальности точно требует безумного количества магии и усилий, – продолжила она понимающим тоном, и мне хотелось верить каждому ее слову. – Конечно, это на время выжгло твои способности. Это как перетрудить мышцу. Нужно время, чтобы оправиться.

Я кивнул, надежда боролась с пессимистичным страхом, что магия пропала навсегда.

Она съела пару вилок салата.

– У меня есть хорошие новости.

– О?

– Капитан Блит вернулась в участок и передала все наши улики о преступлениях Созэ и показания «Вороны и Молота» Судебному совету. Несколько других агентов тоже подали отчеты о злоупотреблении властью Созэ.

Вчера наш бесстрашный капитан вернулась домой из места, где Дариус прятал ее, пока она выздоравливала. Я еще не видел ее, но Линна занесла наши отчеты и улики о преступлениях Созэ и Каде.

– Отлично, – я потягивал шипучий напиток, пузырьки и сладость прогнали часть мрака, как всегда. – Хотя я уже это знал.

Она нахмурилась.

– Откуда?

Я кивнул на компьютер.

– Спросил у друга-грызуна.

– Ты про крота? Ты болтал с кротом?

– Почему нет? Он знает, кто я, и разговор с ним дал шанс понять его намерения.

– Его намерение – заработать на тебе, продавая тайны МП.

Я махнул вилкой.

– Помнишь записку? «Продолжай работу». Какую работу он имел в виду? Мог говорить о решении убийства Джорджии или борьбе с Сундуком, или даже работу против Созэ. Все это положительные стороны.

Она разглядывала салат с морщинкой между бровей. Я ждал, что она упрекнет меня за доверие хитрому агенту, но она удивила меня кивком.

– У меня есть сомнения, что крот – лишь торговец информацией для своей выгоды, который использует свое положение в МП, – сказала она, – но ты можешь быть прав, у него может быть и другой мотив.

– Рад слышать, но я и переживаю.

– Переживаешь?

– Ты строго относилась к этике со дня нашей встречи, – напомнил я ей.

Она приподняла бровь.

– А ты все время пытался увести меня на темную сторону.

– Верно.

– А я притянула тебя на сторону законопослушного агента, да?

– Притянула? Скорее притащила.

Она закатила глаза.

– Еще есть линии, которые я не пересеку. Не важно, плохой крот полностью или отчасти. Но если он делает вид, что у него есть мораль, это можно использовать, чтобы одолеть его.

Из меня вырвался смешок.

– Это жестокий агент справедливости, которого я знаю и люблю.

Ее глаза расширились, она вдруг сосредоточилась на еде. Я моргнул, глядя на ее румяные щеки, и запоздало понял, что сказал. Дюжина вариантов кружилась в голове – сделать вид, что я этого не говорил, изменить тему, пошутить – но я не хотел избегать темы, раз нечаянно поднял ее. Я отчасти признался ей, пока мы были скованы, ждали, что Каде убьет нас. Почему не завершить дело?

Я открыл рот, но не успел заговорить, Линна подняла взгляд.

– Я говорила с родителями.

Это остановило мое, скорее всего, смущающее признание.

– Как твой папа?

– Не очень хорошо, – она прикусила губу, впившись зубами так, что я скривился. – Кит, ты был прав. Это важно для меня, хотя у меня смешанные чувства к папе. Я не могу просто игнорировать это.

Я отодвинул миску с недоеденным салатом и уперся локтями в остров на кухне.

– Конечно.

Она шумно выдохнула.

– Родители попросили меня приехать домой на время.

Я застыл на месте.

Растерянно глядя на салат, она не видела моей реакции.

– Врачи говорят, что ему нужна паллиативная помощь, и моей маме тяжело справиться. Я нужна им. Но… – она подняла взгляд. – Я нужна и тебе. Мы нужны друг другу.

Я глядел в ее встревоженные карие глаза, в голове крутилось «Я должен был такое ожидать».

– Я поеду с тобой, – выпалил я, но ответ был неправильным. Я не мог убежать в ЛА, когда Каде был на свободе, «Консилиум» скрывался в тени МП, на спине Дариуса была мишень, а его непонятная связь со всем этим не была решенной.

– Кит… – прошептала она.

Я расправил плечи и попробовал снова:

– Делай, что считаешь нужным. Линна, а я буду тут, когда ты вернешься.

– Я должна остаться. Тут так много происходит. Слишком опасно оставлять тебя одного со всем.

Я потянулся над стойкой и обвил ее ладонь своей.

– Если не поедешь, будешь жалеть до конца жизни. Ванкувер и ЛА разделены одним полетом. Я буду обо всем писать, и если нужно будет вернуться, ты окажешься тут через день.

Она прикусила губу снова, мучила нежную кожу.

– Ты не расстроен?

– Нет, – я убрал руку, глядел минуту на свой салат, а потом продолжил есть, но не замечал вкуса. – Не расстроен. Обещаю.

Мы закончили ужин, разговор перешел к темам легче. Вместе мы убрали на кухне и загрузили тарелки в посудомоечную машину. Стало тихо, но тишина была уютной, каждый затерялся в своих мыслях.

Я закончил вытирать стойку, Линна замерла неподалеку со странно робким выражением лица. Я ощущал ее близость, бросил тряпку в рукомойник и повернулся к ней.

– Кит, кхм… нам обоим не мешало бы отвлечься, и… кхм, тут хороший телевизор.

Я кивнул на ее почти предложение.

– Хочешь посмотреть фильм?

– Да.

Подавляя улыбку, я пошел в гостиную и плюхнулся на диван. Это был уже наш четвертый просмотр фильмов на этом месте. Она села рядом со мной, а я не мог сдержать улыбки.

– Помнишь первый фильм тут? Ты хотела запереть меня, а я убедил тебя заглянуть за моими вещами.

Она мягко улыбнулась.

– И ты как-то убедил меня посмотреть с тобой «Касабланку».

– Думаю, ты просто пожалела меня. Я ощущал себя жалко, горевал, что терял удобную квартиру и коллекцию фильмов.

Она спасла мою коллекцию фильмов. Хоть мы едва знали друг друга, она вернулась за фильмами, пока арендодатель не выкинул мои вещи и выставил квартиру на продажу.

– Ты боялся потерять свободу, – прошептала она. – Это не жалко. Это всех пугает.

Я отклонился на подушки, направил пульт на огромный экран, пока следил за ней краем глаза.

– Я думал тогда, что ты была такой строгой.

– Я строгая.

– Нет, – я листал приложения. – Я еще не видел твоего сострадания тогда. Что будем смотреть?

Она сжала губы и встала. Я привстал, не понимая, как расстроил ее, уже готовый умолять ее не уходить, но она ушла недалеко. Она вытащила из сумки DVD-кассету, прошла ко мне и вручила мне фильм.

Я перевел взгляд с ее розовых щек на кассету. На меня смотрели две Линдси Лохан в подростковом возрасте, между ними было название: «Ловушка для родителей».

Ей не нужно было ничего говорить.

Через две минуты начались титры, и мы сидели на диване бок о бок, нас разделяли несколько дюймов. Но, пока на экране показывали сжато историю любви Денниса Квейда и Наташи Ричардсон, моя напарница придвинулась ближе. Она без слов прижалась к моему боку, опустила голову на мое плечо, и я обвил рукой ее талию, притянув ее еще ближе к себе.

– Кит, – прошептала она, пока нам показывали золотоискательницу Мередит Блейк у бассейна. – Можно спросить… кого ты потерял из-за рака?

– Мою приемную маму, Джиллиан. Она была лучшим приемным родителем в моей жизни. Без нее… – слова застряли в горле, я не смог закончить. – Я был с ней два года, но этот период закончился слишком рано.

Слишком рано, чтобы перечеркнуть все мои ужасные отношения с приемными родителями, их детьми, властями и людьми в общем, и это сделало меня холодным и безразличным настолько, что работа на Ригеля не беспокоила меня.

– Расскажешь о ней? – тихо спросила Линна.

Я почти отказался, но было правильно рассказать ей. Хотя было больно. Хоть я от этого скучал по первому человеку, любившему меня, и голос обрывался. Это того стоило, потому что Джиллиан хотела бы узнать Линну, второго человека в мире, которого я любил.

Когда я притих, Линна сжалась рядом со мной, ее голова была на моей груди, ухо – у сердца. Фильм еще играл, но мы уже не смотрели.

– Спасибо, – прошептала она. – Я не могу… не могу сейчас, но, когда вернусь, я тоже расскажу тебе о своем детстве.

Я играл с кончиком ее хвоста, водил пальцами по шелковистым прядям.

– Когда ты собираешься уезжать?

Она молчала миг.

– Моя мама забронировала для меня билет на самолет. Рейс завтра утром.

Ее слова резали меня. Так скоро?

– Но я попрошу их передвинуть рейс. Я не могу улететь, пока твоя магия не вернется.

Я легонько потянул ее за хвост.

– Скорость возвращения моей магии не изменится от общества. Тебе не нужно ждать.

– Но…

– Не трать время, Линна. Ты не знаешь, сколько его осталось, – я погладил большим пальцем ее щеку. – Я отвезу тебя в аэропорт утром.

– Ладно, – прошептала она.

Я притянул ее ближе, желая оставить ее рядом с собой на ночь – и не отпускать утром. От мысли, что она улетит, я словно попадал в симулятор землетрясения. С момента, как моя жизнь перевернулась – когда я из подельника Ригеля стал заключенным МП, а потом агентом – Линна была там.

Но семья была семьей, и я научился у Джиллиан, что нужно было ценить время с семьей. Линне нужно было лететь, а мне придется разбираться со всем, пока она не вернется.

* * *

Солнце заглядывало за шторы, разбудило меня утром. После мига растерянности я понял, где был – на диване в своей квартире. Или квартире Блит. Не важно. Я был укрыт одеялом до подбородка, был в футболке и джинсах.

Мы уснули после фильма.

Мы…?

Где была Линна? Я сел и огляделся. Ее не было видно. Душ не шумел, и я не слышал ничего, кроме тихого гула холодильника на кухне.

Я посмотрел на часы. Чуть после восьми. Мы должны были уехать час назад в аэропорт, чтобы успеть на ее рейс до ЛА.

Как только я свесил ноги с дивана, я увидел кусочек бумаги из принтера на кофейном столике. Я читал достаточно отчетов Линны, чтобы тут же узнать ее почерк.

Кит,

Прости, что не попрощалась. Я напишу, когда прибуду в ЛА. Береги себя.

Линна

Я перевернул записку, искал что-нибудь еще. Там не было записей, и сердце упало в пятки. Даже если она не хотела, чтобы я отвез ее в аэропорт, она могла разбудить меня и попрощаться. Мы не знали, когда она вернется.

И вернется ли.

Я сокрушил эту мысль, перечитал ее короткую записку. Мои отношения с Линной были расширенной игрой в перетягивание каната. Она позволяла притянуть ее ближе, а потом тянула с силой сотни Лу Ферриньо. Она целовала меня, потом запихивала мне в горло ярлык «коллеги». Она призналась в сложных отношениях с отцом, но отказалась говорить о его болезни. Она поделилась со мной любимым фильмом, обещала рассказать о своем будущем, уснула в моих руках… но пропала следующим утром без слов.

Иногда я был уверен, что она любила меня. В другие дни я сомневался, думала ли она обо мне.

Мои ладони были в мозолях, а сердце устало.

Я застонал, потер пересохшие глаза и пошел на кухню. Кофе мог очистить голову. Может, тут был эспрессо, чтобы я сделал «Особое для Сонного Кита», как Линна звала тот вид кофе.

Я поставил воду греться, открыл холодильник, чтобы выбрать из вчерашних покупок завтрак, но бекон, яйца, фрукты и йогурт были не по центру на верхней полке, как я ожидал. Вместо них пять бутылок «Dr. Pepper» выстроились аккуратным рядом, словно приветствовали меня.

Я глупо улыбнулся. Линна носила все это в сумке? И она думала, что литры жидкого сладкого рая восстановят мои способности искажателя?

Конечно, нет. Я знал, когда она вручила мне бутылку прошлой ночью, что это не было связано с магией. Она принесла это, потому что знала, что мне это нравилось, и хотела, чтобы мне стало лучше.

Как она знала мой особый заказ кофе.

И мой любимый бургер.

Как копия старого файла МП о Лоне Чейни, которую она сделала для меня из-за того, что мне это понравилось бы.

Как она спасла мою коллекцию фильмов от арендодателя.

Я вздохнул и отклонился на остров кухни, лампочка загорелась в сонной голове.

О, Кит, ты эмоционально низкорослый дурак.

Линна не была склонна к большим жестам романтики, смелым заявлениям о любви или ночным обсуждениям своей истории, но она все время показывала мне сотней мелочей, что она думала обо мне, обращала внимание, знала меня так, как не знал никто живой, и что она заботилась обо мне.

Почему я ждал, пока она пропадет, чтобы понять это?

Качая головой, я закрыл холодильник. Графин кофе был наполовину полным, и если я отправлюсь в душ, кофе будет готов, когда я вытрусь. Я снял футболку и джинсы, скомкал их и бросил через гостиную в сторону спальни, собирался отправиться в душ, когда стук в дверь остановил меня.

Линна передумала и вернулась? Эггерт и его пышные усы был готов начать день? Капитан Блит решила заглянуть ко мне? Ох, я надеялся, что это была не Блит. Я не был готов объяснять, почему я был почти голый у нее на кухне.

Стойте. Линна, Эггси и Блит были с ключами. Кто же стучал?

Был лишь один способ узнать. В дверь снова постучали, и я не стал переодеваться, решил ответить на стук в трусах и носках.

Я тут же пожалел, когда открыл дверь и увидел Дариуса Кинга в безупречном синем костюме с жилеткой и пиджаком.

– Дариус? – выпалил я, скрестив неловко руки на груди.

Он приподнял бровь от моей частичной наготы.

– Агент Моррис. Я мешаю?

– Нет, нет, – я открыл дверь шире для него. – Заходите.

– Благодарю.

Он прошел внутрь, я поспешил на кухню, чуть не врезался в остров, скользя на носках.

– Хотите кофе? – лепетал я. – Свежий почти готов. Средняя прожарка. Вкусный и горячий.

Я повернулся, а он все еще смотрел на меня, изумленно приподняв бровь.

– Знаете, что? – сказал я, плохо изображая беспечность в голосе. – Я возьму штаны. Кофе весь ваш, если хотите.

Я поспешил к скомканной одежде и натянул ее. Когда я вернулся на кухню, Дариус налил нам по чашке кофе.

Я выбрал чашку и благодарно кивнул.

– Как вы узнали, где меня найти?

– Ты жил тут раньше, да?

– Ага. Прошедшее время.

Он медленно сделал глоток кофе, лицо было загадочным, как у лиса.

– У тебя были интересные несколько дней.

– Преуменьшение.

Он опустил чашку, изумление пропало с его лица.

– Реальность неприятна, но я не дожил бы до этого дня, если бы не вы с агентом Шен. Я не был готов, это нужно изменить.

Я посмотрел на него с вопросом.

Он уперся локтями в стойку, переплел пальцы.

– Расскажи мне все.

– Все?

– Созэ, Каде, Аурелия, участок, убийства, порталы, крот. Все.

Он знал и о кроте?

Я разглядывал мужчину напротив. Дариус Кинг. Опасный глава грозной гильдии. Бывший убийца, подозреваемый в убийстве половины Высшего Судебного совета. Мастер-манипулятор с дюжиной скрытых мотивов, какие я мог и не мог представить.

Дариус мог помогать или мешать, зависело от ситуации. Я верил в него раньше, но это отличалось. Он просил раскрыть информацию и тайны, которые Блит доверила только мне и Линне.

С другой стороны, Дариус был ключевым игроком во всем этом, и я не знал, почему. Он знал то, чего я не знал. Много важного, скорее всего, включая причину, по которой Каде убил Джорджию и Ансона.

– Если я расскажу все, – медленно сказал я, – и вам нужно это сделать. Начав с того, почему вы – номер один в списке убийств Консилиума.

Жуткий холод появился в серых глазах Дариуса от слова «Консилиум». Бывший убийца улыбнулся, и мне захотелось спрятаться под столом.

– Это мой план, агент Моррис. Нужно больше, чем можем сделать мы по отдельности, чтобы искоренить Консилиум.

– Но мы не будем делать это одни, – отметил я. – Мы с Линной не получили все улики, какие хотели, но достаточно, чтобы МП начала расследование действий Созэ и того, кто тянул за его нити.

– Этого не будут. Улики пропадут. Ваши свидетели загадочно умрут. Дело зачахнет до того, как продвинется, и никто даже не заподозрит глубины коррупции.

Дрожь пробежала по моей спине от уверенности в его заявлении.

– Почему вы так думаете?

– Потому что так было в прошлый раз.

Дыхание застряло в моем горле.

– В прошлый раз?

– У нас общие цели, агент Моррис. Вместе у нас будет шанс.

Я склонился ближе.

– Вы намекаете на то, о чем я подумал? Команда в стиле Танго и Кэш?

Он холодно улыбнулся.

– Ты согласен?

Я подавил невольный восторг, поднес кружку к губам и сделал самый долгий глоток, пытаясь подражать тому, как загадочно глава гильдии пил кофе, пока думал обо всем, что подразумевал вопрос. Судя по его терпеливому взгляду, ответ изменит мою жизнь.

Я опустил чашку. Уперев ладони в стойку, я медленно выдохнул.

– Да, согласен.