Текст книги "Индиана Джонс и невидимый город"

Автор книги: Роб МакГрегор

сообщить о нарушении

Текущая страница: 12 (всего у книги 14 страниц)

«Что-то тут не то», – подумала Дейрдра. Ощущение казалось знакомым, будто пробудилось воспоминание, старательно изгоняемое из памяти.

В алькове пылал светлый овал, а Инди изучал стену возле него.

– Видишь? – он указал на вертикальную линию с кружочком по правую сторону. – Это огамическая буква «фагос», или PH. Она означает древние познания.

Но внимание Дейрдры уже привлек к себе стол. Она просто не верила собственным глазам.

– Инди, вот твой пистолет и – Боже мой! – газета.

– Что?! – схватив пистолет, Инди сунул его в кобуру и воззрился на газету. – Эге, да это же лондонская «Таймс»! Надо полагать, постояльцам его приносят бесплатно. А за какое число?

– За четвертое апреля. Неполной недельной давности.

– У них чертовски хорошо работает почта. Как вам это понравится?

– Нет, погляди на год – двадцать седьмой! Она за будущий год!

– Что?! Должно быть, какая-то шутка.

Схватив газету, Инди быстро просмотрел первую полосу. Его внимание тут же приковал к себе самый верхний заголовок.

– Экспедиция отправляется на поиски пропавшего исследователя, – зачитал он вслух и начал цитировать статью: – «Нашел ли полковник Фосетт свой пропавший город? Этим вопросом задаются члены новообразованной поисковой партии, готовясь покинуть Лондон для осуществления розысков пропавшего знаменитого исследователя, исчезнувшего два года назад в дебрях Амазонки»… Что-то я не вникаю, – затряс он головой.

– Инди, тут что-то не то. Ты разве не чувствуешь? Мне это напоминает… – она оборвала на полуслове. В комнате появился лишний.

– Это вам всего лишь урок обычаев Сейбы, – изрек Амержин.

Он стоял у двери, хотя Дейрдра не слышала, как дверь открывалась или закрывалась. В руке он держал фетровую шляпу Инди. Подойдя поближе, Амержин протянул шляпу владельцу.

Инди выхватил шляпу и швырнул на постель, но промахнулся. Она спланировала под кровать и скрылась из виду.

– Что здесь происходит?

– Сновидения принимают множество очертаний, профессор Джонс. Сейчас вы участвуете в одном из наиболее древних и наиболее разработанных ритуалов.

– Ты о чем толкуешь?

– Вы оба спите и видите один и тот же сон – сон, в котором настоящее сплетается с будущим.

Дейрдра знала, что он прав. Это действительно сон.

– Ты, может, и спишь, но я-то – нет, – не унимался Инди. – Но просто ради любопытства: что ты этим хочешь доказать?

– Я показываю вам, что за вами грядут другие, и это только начало. Мы должны приготовиться к их встрече, усилив Сверхвуаль. Потому-то мы и забрали вас сюда. Вы нам нужны оба. Вы станете частью будущего Сейбы.

– Ты нам лгал, – с упреком бросил Инди. – Ты и не собирался помочь Фосетту бежать.

– Мы с Раэлой – спецкоманда. Наша задача – привести сюда чужаков. Вы откликнулись на наш зов.

– А почему вы прячетесь от мира? – вставила Дейрдра.

– Потому что знаем, что за этим последует. Мы, обитатели Сейбы, лучше вас понимаем Землю и ее силы. Но ваш современный мир полон предубеждений перед древними обычаями; вместо того, чтобы учиться у нас, вы искорените нас, словно источник зла – точь-в-точь, как поступили ваши предки, столкнувшиеся с миром индейцев.

– Может, ты и прав. Но это отнюдь не означает, что нас надо делать детородными машинами, – стояла на своем Дейрдра.

Инди потянулся к висящему на поясе револьверу, отступив в сторону и загородив собой оружие от взгляда Амержина.

– Если мы нужны вам здесь – что ж ты не хотел провести нас в город?

– Я хотел показать Раэле, как вы глупы. Вы пришли сюда сами, вопреки нашим предостережениям.

Выхватив пистолет, Инди нацелил его на Амержина.

– Это вовсе не сон, приятель! Но он обратится в кошмар, если ты сейчас же не выведешь нас отсюда!

Амержин не выказал ни малейшего удивления.

– Тебе это ничего не даст.

– Заряжен, – Инди демонстративно откинул барабан, затем выстрелил в потолок. – Работает великолепно.

– Так застрели же меня, Джонс, – с вызовом бросил Амержин. – Ты не причинишь мне ни малейшего вреда. Это сон.

– Инди, не надо! – взмолилась Дейрдра, догадываясь, что револьвер – часть какого-то испытания.

– Открой дверь, или я стреляю! – Инди нацелил оружие Амержину в грудь.

– Дай его мне, – Амержин шагнул к Инди. – Ты ведь не всерьез, правда?

Раздался выстрел. Амержин дернулся всем телом, прижал ладони к сердцу – и кровь заструилась у него между пальцами.

– Боже, Инди! Ты застрелил его!

18
Час сновидений

Раэла ощутила присутствие Бела по ту сторону неугасимого пламени, хотя он остался почти невидим для нее. Бел, покровитель Сейбы, древний наставник, откликнулся на ее зов. Она поведала ему о случившемся и добавила, что считает несправедливым удерживать чужестранцев вопреки их собственной воле. Чем он может помочь?

Ответ исходил неизвестно откуда – то ли раздался у Раэлы в голове, то ли прозвучал вовне.

– Прежде чем чужестранцы уйдут, неправедное должно быть исправлено, заклятье расколото. Смешай буквицу, лавр, вербену и ясменник и воскури их перед тем, кто должен быть очищен.

Раэла возблагодарила Бела за помощь и, более не ощущая его присутствия, быстро сошла по ступеням винтовой лестницы на землю. Теперь она знала, что делать.

Звук выстрела еще грохотал эхом в ушах, когда Дейрдра заморгала пробуждаясь. Она в постели, лицом к стене, обитой деревянными планками. Откинувшись на спину, Дейрдра посмотрела на поддерживающие потолок балки, скрепленные крест-накрест. Повернувшись на другой бок, она поморщилась от занывших ушибов на спине и боках. И тогда увидела спящего рядом Инди.

Дейрдра села и осторожно спустила ноги на пол. Снаружи еще темно, одна из стен источает мягкое сияние. Совершенно непонятно, который теперь час, но необходимо немедленно поговорить с Инди. Дейрдра тряхнула его за плечо.

– Где я? – жмурясь после сна, уставился на нее Инди. – В Сейбе.

– A-а, ага. – Он потер измятое лицо. – Боже, как у меня все тело ноет!

Проклятая клетка.

– Точно, была клетка. Но что случилось после, когда мы очутились здесь? – После? – садясь, почесал он в затылке. – Нас швырнули в эту комнатенку. Мы огляделись и легли. Наверное, я уснул.

– О чем мы говорили?

– Гадали, что стало с Амержином и Раэлой, – поразмыслив, ответил он. – Потом я высказался в том смысле, что хорошо бы, если бы поутру доставили лондонскую «Таймс», но ты не ответила. Уже спала.

– Ты помнишь, как увидел газету на столе? – Здесь?

Дейрдра пересказала еще не выветрившиеся из памяти события. – Это тебе привиделось во сне, и только, – засмеялся Инди. – Даже Амержин заявил, что это сон.

– Вот именно! Видишь ли, это необычный сон. – А по-моему, это обычная для снов путаница грешного с праведным. Никто не оставлял на столе никакого револьвера, и нет у них тут газет за год вперед. Ты просто слышала мои слова на предмет «Таймс» и увидела ее во сне.

– Быть может, – уступила Дейрдра. – А ты точно ничего не помнишь? – Решительно. Да ты сама подумай: ты знала о моих подозрениях насчет

Амержина, вот и увидела, как я его убиваю. Кроме того – если я его пристрелил, то где же труп или хотя бы кровь?

– Не знаю, – тряхнула головой Дейрдра. – На эти вопросы у меня ответов нет. Но знаешь, Инди, на что это было похоже? Точь-в-точь, как было с Адрианом. То же самое ощущение. Будто наяву, только все какое-то жуткое и зловещее.

Впервые встретившись с Адрианом Пауэллом, Дейрдра не знала, что он приходится ей сводным братом. Для нее он был лишь неким молодым членом Британского парламента и другом матери. Адриан пробовал ухаживать за ней, но Дейрдре это пришлось не по душе, и она порвала с ним. Однако одержимый страстью Адриан не оставил своих домогательств. Со временем она выяснила, что он не только ее сводный брат, но и глава ордена друидов. Дважды он являлся ей при странных обстоятельствах – переживания были подобны сну, но происходили на самом деле.

– С той только разницей, – заметил Инди, одеваясь, – что в этих снах, или как их там еще, меня никогда не было.

– Так что же ты этим хочешь сказать?

– А то, что я не помню, как стрелял в Амержина. Это был сон. Твой сон. И пошел в ванную, смежную с жилой комнатой, а Дейрдра выбралась из постели. Брюки ее испачкались и обтрепались, но переодеться было не во что. Дейрдра не отказалась бы от чистой одежды, но с радостью обошлась бы и без нее, только бы избегнуть участи до конца жизни носить одеяния из волокон стручков сейбы.

Подойдя к двери, она подергала за ручку. Так и есть, по-прежнему заперто.

От двери она перешла к окну, являвшему собой всего-навсего вертикальную щель. Тьма уже поредела, обратившись в предрассветную серость. Но взору открывалась лишь безбрежная пустота, будто за окном вовсе ничего нет. И окна, и отсутствие видимости напомнили Дейрдре описание комнаты из дневника Фосетта. Интересно, а где сейчас сам полковник?

Когда Раэла бесшумно вошла в комнату, Фосетт спал. Из слов Бела она заключила, что должна освободить полковника от наложенного на него заклятья, и быстро набрала нужных трав из своих запасов. Теперь Раэла смешала их в курительнице благовоний и поставила ее возле головы спящего.

Вербена, порой называемая чародейской травой, используется во многих ритуалах, в том числе и в ритуале очищения. Ясменник душистый помогает изменить течение человеческой жизни и приносит победу. Лавр противодействует дурным влияниям и тесно связан с Белом, а буквица – священная трава друидов, избавляющая от сглаза.

Раэла зажгла смесь и, когда та прогорела, подняла курительницу над головой, преподнося ее Белу и Ану, его женской ипостаси. Затем прижала курительницу к груди, мысленно воззвав, чтобы заклятье с Фосетта было снято, наконец перевернула ее и вытряхнула пепел.

– Подношу вам содержимое этой чаши и прошу взамен защиты для этого человека, пока он не покинет зачарованный край.

– Вот так-так, у них тут и горячее, и холодное водоснабжение, – объявил Инди, возвращаясь в комнату. – Они еще дадут фору той гостинице, где мы жили в Байи.

– Но разве тебе не кажется, что здесь что-то не так, как следует? Тут многое не так, как следует, но Инди понимал, что именно Дейрдра имеет в виду. Взять хотя бы воду – она какая-то иная, будто ненастоящая. Уж больно сверкает и кажется слишком уж безукоризненной.

– И что же это означает, по-твоему?

Дейрдра уже хотела ответить, когда ее вдруг прервал стук в дверь. Инди рванулся было открыть, но тут же сообразил, что дверь заперта.

– Кто там?

Дверь распахнулась, и в комнату вошел крепкий седовласый мужчина с густыми усами и обветренным лицом.

– Доктор Джонс, я полагаю?.. И миссис Джонс. Я Джек Фосетт, – он энергично тряхнул протянутую руку Инди.

– Полковник Фосетт? – пролепетал тот. – Это действительно вы? – Разумеется.

– Вы на самом деле здесь. Вы не представляете, каково нам пришлось. – Напротив, Джонс, весьма и весьма представляю! Найти этот город нелегко, а оказавшись здесь, нелегко постигнуть – да и покинуть, если уж на то пошло.

– Полковник Фосетт, что тут происходит? У вас все в порядке? Вы в заточении? – посыпала вопросами Дейрдра.

– Хорошие вопросы, но позвольте мне сперва задать вопрос вам. У вас были какие-нибудь гости за время вашего пребывания здесь?

– Да, Амержин, – отозвалась Дейрдра.

– По-моему, она видела его во сне, – со смешком подхватил Инди. – Я его не видел.

– М-да, но фокус в том, что для понимания сути этого города надо уяснить, что иной сон реальнее яви, хоть это и кажется полнейшей абракадаброй.

Инди пытался взять в толк, что за чертову галиматью несет полковник.

Сейчас Фосетт очень напомнил Инди отца – то есть, когда тот пребывает в добром расположении духа. На Фосетте были мешковатые брюки и просторная блуза с треугольным вырезом у шеи и объемистыми карманами, сшитые из коричневатого материала, напоминающего неотбеленный хлопок, но с легкой серебристой искрой.

– Что-то я не очень понимаю, – проговорил Инди. – Ничего, не беспокойтесь, – взмахом руки отмел Фосетт его сомнения. —

Скоро вы все поймете.

– А может, вы нам все-таки объясните? – не сдавался Инди. – Ладно. Помните в моем дневнике описание видения города после исчезновения Раэлы? Это был сон.

– И что вы этим хотите сказать?

– Я хочу сказать, Джонс, что здешние жители многие из своих функций осуществляют в состоянии сна.

– А Инди на самом деле убил Амержина? – вклинилась Дейрдра. – Нет. Сновидца убить невозможно, но здесь это все равно считается преступным деянием.

– Но я даже не помню, как стрелял! Я спал, – запротестовал Инди. – Разумеется, спали! Ну, прежде чем мы двинемся дальше, давайте вспомним о традициях гостеприимства и выпьем по чашечке чаю. Увы, цейлонского у них тут не имеется, но есть неплохое травное варево. Пойду погляжу, что подвернется.

– Погодите! Не беспокойтесь о чае! – Но дверь захлопнулась за секунду до того, как Инди успел перехватить полковника. Он дернул за ручку и начал колотить в дверь кулаками. – Проклятье! Мне не нужен чай! Мне нужны ответы!

Раэла завершила ритуал очищения и защиты и уселась в кресло, стоящее в углу комнаты Фосетта. Дымок благовоний клубился вокруг, навевая дремоту. Она совсем не спала сегодня, и скопившаяся усталость как-то разом обрушилась на нее. Раэла прикрыла глаза. Надо поспать и войти в сон. Час настал.

– Дорогая моя, твой чай простынет.

«Фосетт», – подумала она. Полковник сидел за деревянным столом в небольшой рощице.

– Я поработала над вами, – сообщила она, подходя поближе. – Я заметил. Впечатление такое, будто рассеялся туман, спеленавший мой разум. Я ведь скоро отбываю, знаешь ли.

– Надеюсь. Я сделаю все возможное, чтобы уговорить Совет незамедлительно отпустить вас всех троих.

– На Совет я бы не рассчитывал.

Она отхлебнула чаю и вдруг заметила на столе лишнюю чашку. – А зачем три чашки?

– Две предназначались для Джонсов, но тут подошла ты. Пока ты шаманила, я ненадолго забежал к ним в гости.

– О-о? Что случилось?

– Смахивает на то, – Фосетт отодвинул чашку, – что твой дружок Амержин побывал у них и Джонс застрелил его.

– Что?! – Раэла знала, что Инди не мог во сне причинить Амержину вреда, но появление пистолета означало, что Амержин открыл доступ к нему и спровоцировал инцидент. И вдруг ей все стало ясно. Какой же она была дурой!

– Однако Джонс вроде бы ничего не помнит, – продолжал Фосетт. – Так что я внушил Дейрдре, чтобы она забыла обо мне. Это даст Джонсу понять, что к чему.

Полковник быстро освоился с обычаями Сейбы, но его методы вызвали у Раэлы неодобрение.

– Это только собьет их с толку.

– Ничего, тебе все равно придется все улаживать. – Я как раз собиралась к ним заглянуть. Настало время взять их на Совет. – Боже милостивый! Ты собираешься подвергнуть их этому кошмару? – У меня просто нет выбора.

Отставив чашку, Раэла прикрыла глаза, прикидывая, как подойти к делу. И тут же увидела оптическую букву АЕ, представляющую собой прямоугольник, поделенный на девять частей и примыкающий справа к вертикальной черте. Моа – единственная буква огама, не связанная с каким-либо деревом. Напротив, она означает море и странствие. Путешествие по водам. Постигнув, что надо делать, Раэла объяснила это Фосетту.

– Инди, угомонись! Что с тобой стряслось? На кого ты кричишь? – На Фосетта, на кого ж еще? На английского короля, что ли? – обернулся он от двери.

– На какого Фосетта? Что ты плетешь?

– Я плету о прославленном полковнике Перси Гаррисоне Фосетте. О том самом человеке, понимаешь ли, который только-только вышел, чтобы принести нам чаю!

– Инди, не прикидывайся! – посмотрела она на него, как на больного. – Хотя бы нынче утром.

– То есть, ты утверждаешь, что Фосетт не стоял на этом самом месте минуту назад, ведя с нами непринужденную беседу?

– Тут не было никого, кроме нас. Ты вышел из ванной и сразу же начал молотить по двери, выкрикивая, что не хочешь чаю, а жаждешь ответа.

– А ты слышала чей-нибудь стук в дверь?

Она отрицательно покачала головой.

– Посмотри, вот свежие следы, – указал Инди на пол перед дверью. Дейрдра наклонилась и потрогала след.

– Не представляю, откуда они взялись. Разве что кто-то входил, пока мы спали. Или…

– Или что?

– Или мы еще спим, – она выпрямилась. – А пробуждение нам лишь пригрезилось.

– Только не заводи эту шарманку снова! Погляди, – Инди ущипнул себя за руку, – мне больно, я ведь чувствую. – Постучал костяшками по столу. – Это настоящий стол. – Пальцами раскрыл себе глаза. – Смотри, я бодрствую!

– В снах подобного рода все кажется настоящим, тебе кажется, что ты бодрствуешь, а ты тем временем спишь.

Инди с тяжким вздохом уселся за стол. Ему и не мнилось, что в Сейбе царит такая путаница; а ведь они еще не переступали порога собственной комнаты!

– Если это сон, я съем свою шляпу. Если она у меня еще есть.

– Есть, есть. Она под кроватью.

– С чего ты взяла?

– Ты ее туда забросил, когда Амержин ее принес. – А вот теперь я докажу, что тебе все приснилось! – опустившись на четвереньки, он пошарил под кроватью. – Видишь, нет…

И тут его ладонь наткнулась на край полей, затем на тулью. Шляпа. Вытащив ее на свет, Инди встал и принялся отряхивать со шляпы пыль.

– Что-то я не помню, как положил ее туда.

– Ну теперь-то ты мне веришь?

– Дейрдра, во что именно я должен верить – вот в чем вопрос. Что все это сон или что все это явь?

– По-моему, и то, и другое сразу.

19
Совет сфер

Тут опять раздался стук в дверь.

– Вот и Фосетт, – оживился Инди. – Входите, полковник!

Но вместо Фосетта за дверью стояла Раэла, озаренная мертвенным светом зарождающегося утра.

– Привет, Инди!

Его охватило желание проскочить мимо нее и бежать, но Инди решил, что не стоит.

– Что с нами будет?

– Я вас предостерегала против прихода, а вы все равно пришли.

– Да ты пойми, мы просто не знали, что делать, – и Дейрдра поведала о событиях в лагере.

Инди бросилось в глаза, что Раэла переоделась в сандалии и светло-серое платье свободного покроя, сшитое из грубоватого, но серебристо поблескивающего материала. Из той же ткани, что и одежда Фосетта.

– Я не знала, что на морсего нападет другое племя, – дослушав рассказ, с удивлением сказала Раэла. – Окрестные племена весьма боятся морсего, считая, что им покровительствует невидимый город.

– Я не видел, как они выглядят, – отозвался Инди, – но дело их рук мы видели оба.

– Сожалею о случившемся, но вам все равно не стоило приближаться к городу. Вы не смогли бы войти в город незамеченными; вы даже не нашли бы его, если бы стража не захватила вас. А то, что вас все-таки пленили – знак отнюдь не добрый.

Но Инди склонен был доверять ей ничуть не более, чем Амержину.

– Где Фосетт?

– Сейчас я о нем говорить не могу, – тряхнула темными волосами Раэла. – Нам предстоят иные дела. Вы предстанете перед Советом сфер. Вас хотят видеть.

Распахнув дверь, она вывела их во двор, обрамленный тропическими растениями. Подняв голову, Инди увидел футах в пятнадцати скальный свод.

– Мы что, в пещере?

– Не совсем, – лаконично ответила Раэла.

Они пересекли дворик и спустились по невысокой лестнице. При этом молодого археолога не покидало диковинное, едва уловимое ощущение. Словно он стал чуточку легче и двигался с грациозной плавностью, отнюдь не присущей его размашистой походке. У основания лестницы находился широкий, мощенный булыжником коридор, огражденный низкой стеной – той самой, что они видели по прибытии. А по ту сторону стены в сером предрассветном сумраке открылся такой вид, что Инди невольно остановился полюбоваться. Далеко внизу раскинулся темно-зеленый ковер джунглей, а напротив – исполинская тень в форме горной вершины, и еще одна позади нее.

– Горы, – шепнула Дейрдра.

– Вижу, – откликнулся Инди.

– Где мы? – чуть повысила голос Дейрдра. – Это Сейба?

– Конечно, – подтвердила Раэла.

– Но мы на склоне горы!

– Да. А сейчас поднимемся на вершину.

В конце коридора их ждала длинная лестница и восхождение. По обе стороны высились каменные стены, прорезанные идущими поперек склона коридорами. Наконец, лестница уперлась в глухую стену. Раэла легонько тронула ее – и каменная глыба повернулась вокруг центральной оси.

– Шикарно, – отметил Инди.

Они вошли в просторный – никак не менее полусотни футов от стены до стены – извилистый тоннель, полого ведущий кверху. Повеяло застоявшейся сыростью и прахом веков.

– А что, Совет собирается на вершине? – осведомился Инди.

– Да. Там расположены все наши мастерские, учебные классы, рынки и места сбора. На склонах – только жилища.

– А откуда вы снабжаетесь продуктами? – после кролика во рту у них не было еще ни крошки, но, как ни странно, ни малейшего голода Инди не ощущал.

– Выращиваем в долинах, – пояснила Раэла. – Мы не закупаем никаких продуктов – да вообще ничего, если уж на то пошло.

Через пару сотен ярдов тоннель внезапно кончился деревянной дверью. Раэла открыла ее, и все трое поднялись на площадку, поначалу показавшуюся новоприбывшим грандиозным садом. Но, шагая по тропинке, Инди заметил, что на самом деле это сквер, обрамленный террасными зданиями, будто вырастающими среди зелени. Инди даже приблизительно не догадывался, на какой находится высоте, но температура тут была куда умереннее, чем в джунглях у озера – ни холодно, ни жарко. Но исключительным казался не столько климат, сколько сам воздух, словно напоенный неким трепетом. Все цвета здесь были насыщенней и ярче, воздух буквально искрился.

Они шли к центру площади, над которой главенствовала исполинская сейба, щедро увешанная стручками, многие из которых уже лопнули, как созревшие коробочки хлопка. Пара дюжин мужчин и женщин в балахонах роились вокруг дерева, словно притянутые к нему неведомой магнетической силой.

«Облачены, как друиды», – отметил про себя Инди.

У края поляны Раэла остановилась.

– Подождем здесь, пока Совет приготовится, – она кивнула в сторону окружившей дерево толпы.

– А что это за строения? – поинтересовалась Дейрдра.

– Вот тут наша библиотека, – указала Раэла на ближайшее здание. – А занятия проводятся вон там. А напротив казенный дом, где собирается Совет и встречаются сферы.

Вдруг, без какого-либо видимого сигнала, обладатели балахонов натянули капюшоны и окружили дерево, взявшись за руки и склонив головы. Инди обратил внимание, что одни собравшиеся облачены в голубые балахоны, другие – в серые, как Раэла, а третьи – в зеленые. Затем, опять-таки без видимого сигнала, они завели песнопение, снова и снова повторяя один и тот же рефрен. Звуки речитатива заполнили площадь; Инди изумила великолепная акустика. Пожалуй, с центра площади можно разговаривать с кем-нибудь на периметре, даже не напрягая голоса.

Оглянувшись на Дейрдру, он понял, что слова речитатива ей понятны. Заметив его взгляд, она кивнула и прошептала ему на ухо перевод:

 
Дай нам силу, дай нам защиту,
Исцели хворобы, укрепи вуаль.
Наши предки потоп пережили.
Сделай так, чтоб мы кровь освежили,
Исцели хворобы, укрепи вуаль.
 

«Потрясающе», – подумал Инди, прекрасно уяснив, что они понимают под освежением крови. Он обожает женщин и любовные утехи, но если эта веселая компания надеется, что он до конца дней будет разыгрывать из себя племенного жеребца, то их ждет большой сюрприз.

Песнопения длились минуты две, а затем оборвались столь же внезапно, как и начались. Личности в балахонах прошествовали колонной по площади и взошли по ступеням в казенный дом.

Раэла сделала знак следовать за ними, и все втроем двинулись к зданию. По пути Инди озирался, высматривая возможные пути бегства. Впрочем, непонятно, в какую сторону бежать – зато совершенно очевидно, что далеко убежать не удастся.

– Если вы не против, я буду говорить перед Советом от вашего лица.

– И что же ты собираешься сказать? – осведомился Инди.

– Буду стараться изо всех сил, чтобы вам было позволено уйти. У нас многовековая история свободы, и она должна распространяться и на вас.

Инди еще не решил, стоит ли Раэла доверия.

– А что, если нам твои слова придутся не по вкусу?

– Тогда ты сможешь возразить или выступить от своего имени сам. Но я бы этого не рекомендовала. Это было бы сродни попытке взять на себя роль собственного адвоката в вашем суде, будучи не вполне знакомым с процедурой.

– Разве нас ждет приговор? – поинтересовался он, поднимаясь по ступеням крыльца и направляясь к двери, за которой скрылись облаченные в балахоны члены Совета.

– Не то чтобы приговор, а скорей постановление, решающее вашу судьбу.

– Судя по всему, мы в большой беде, – сделала вывод Дейрдра.

– Вы, по вашему выражению, идете по тонкому льду, и ни один из вас пока даже не догадывается, что таится подо льдом. Но очень скоро вы это узнаете.

Одолев лестницу, они прошли под аркой входа в вестибюль, больше напоминающий оранжерею – тридцатифутовые деревья достают почти до застекленного потолка, здесь же фонтан и прудик в окружении кустов и цветущих клумб. Троица быстро пересекла вестибюль и вошла в коридор с роскошными деревянными панелями на стенах и затейливыми резными фризами. Хоть деревья тут и почитаются священными, но ремесло столяра явно в чести.

Раэла кивком указала нужную дверь, и они ступили в круглый зал. Первым делом Инди узрел огромный Глаз Бела, начертанный на стене напротив входа. Казалось, его взгляд устремлен прямо на Инди. Рядом виднелась надпись на огаме. В центре зала стоял круглый деревянный стол, достаточно обширный, чтобы за ним могли усесться все члены Совета. Как раз сейчас они рассаживались, а посетителей Раэла направила к возвышению с несколькими рядами стульев возле стены под Глазом Бела.

Члены Совета с любопытством разглядывали чужаков. Среди них было несколько метисов, но подавляющее большинство собравшихся – загорелых, светловолосых и голубоглазых – явно вели свое происхождение от кельтов. Среди них Инди углядел Амержина; капюшон у него был откинут, а взгляд буквально прикован к Инди. Встретившись с ним глазами, Инди вдруг вспомнил его визит, а заодно все то, о чем рассказывала Дейрдра: газету, пистолет и выстрел.

И тотчас же осознал кое-что еще. Ему припомнились слова Амержина о том, что они получают урок обычаев Сейбы. Этим городом правят сны, а это означает, что так называемые вуали имеют отношение и к снам, но не только к ним одним. Они могут управлять памятью. Вот почему Инди не мог вспомнить свой сон, а Дейрдра не помнила прихода Фосетта. Выходит, что во время визита полковника они спали, хоть это и кажется невероятным – да и теперь спят. Затем в памяти Инди всплыли слова из дневника Фосетта: «Они выбирают Совет во сне». Это правительство грез.

Тем временем мужчина с пышной седой бородой, сидевший через пару стульев от Амержина, повел речь, снова и снова повторяя что-то. Инди сосредоточился на его словах и вдруг уразумел, что понимает все, от слова до слова. Седобородый говорил, что все важные решения, сказывающиеся на судьбах жителей Сейбы, делаются во снах. Откуда к Инди пришло понимание, он не знал; просто понимал, и все.

Взглянув на Дейрдру, он заметил промелькнувшее на ее лице изумление. Склонившись к нему, Дейрдра шепнула:

– Инди, теперь я вспомнила приход Фосетта.

Встав со своего места, Раэла обратилась к Совету.

И хотя говорила она по-гэльски, Инди прекрасно постигал смысл ее речи. Это не может не быть сном; хоть он и говорит на нескольких языках, гэльский среди них не числится. И все-таки это чертовски чудной сон, какого у него отродясь не бывало – здесь все кажется невероятно реальным, даже чересчур.

– Хочу поблагодарить Совет за готовность к рассмотрению данного вопроса почти без предварительного уведомления, – говорила Раэла. – Полагаю, оба наших гостя уже уяснили, что состояние сна в Сейбе является весьма специфическим и служит важным целям.

Теперь Инди понял, что таится под тонким льдом – мир сновидений. Слушая речь Раэлы, он неустанно ломал голову, насколько точно воспринимает ее слова. Наверное, не обходится без некоего преобразования, чтобы он слышал знакомый себе язык. Впрочем, разобраться, что к чему, времени не было, потому что снова заговорил Седобородый.

– Поскольку Амержин принимал в этом деле участие, он знает его до мельчайших подробностей.

Полагаю, что если он изложит Совету свои воззрения на сей счет, это пойдет во благо.

«Но если это сон, – пронеслось в голове у Инди, – разве нельзя проснуться? Взять да и опамятоваться?»

Амержин встал, но голос Седобородого все еще звучал в сознании Инди.

– Твой нынешний сон чрезвычайно глубок, и тебе так просто не пробудиться, – при этом взгляд его был прикован к Инди.

«Проклятье! Откуда он знает мои мысли?»

– Благодарю вас за предоставленное мне право изложить эту щекотливую ситуацию, – изрек Амержин и начал излагать обстоятельства своей первой встречи с Инди и Дейрдрой.

«Они что, ложатся вздремнуть всякий раз, когда надо принять важное решение? – дивился Инди. – Что же это за общество? Как они ухитряются при этом что-то делать руками?»

– Инди, в нынешних обстоятельствах напряженные мысли и речи вслух практически равнозначны, – на этот раз в сознании зазвучал голос Раэлы. – Мы понимаем и не осуждаем твою неосведомленность. Однако тебе следует воздержаться от вопросов и комментариев, пока говорят другие.

– Прошу прощения, – промыслил Инди. – А почему я не слышу мыслей остальных присутствующих?

– Вы оба находитесь в фокусе, – отозвался Седобородый. – Ваши мысли отзываются в нас.

– Значит, это мой сон?

– Это всеобщий сон, – возразила Раэла. – Заодно уж отвечу на твой вопрос: нет, Совет принимает во сне отнюдь не все решения, а лишь ключевые.

Инди снова сосредоточил внимание на Амержине, все еще излагавшем сценарий организации их поездки сюда.

– Мои действия и намерения были направлены на то, чтобы привести чужаков, призванных содействовать нашей неотлагательной нужде. Дабы доказать, что они заинтересованы в нас, мы предоставили им самостоятельно решать, стоит ли входить в город, и предупредили об опасностях, связанных с подобной попыткой. И тем не менее, как вам известно, они, на свой страх и риск, пришли искать город. Когда же я, навестив чужаков в их комнате, попытался объяснить им серьезность положения, мистер Джонс материализовал револьвер и застрелил меня. А его уверенность, что события разыгрываются наяву, усугубляет факт стрельбы и внушает серьезные опасения.

Это замечание вызвало среди членов Совета встревоженный ропот. Раэла смерила Амержина ледяным взором и, как только он сел, попросила слова.

Она изложила собственную версию событий, сообщив, что довела Инди и Дейрдру лишь до территории морсего, чтобы Джонсы проводили Фосетта обратно к людям. Инди обратил внимание, что она как бы выводит Амержина за рамки рассказа, принимая всю вину на себя. Выразив надежду, что Совет поймет ее побудительные мотивы, Раэла сообщила об атаке индейцев, пояснив, что чужестранцы бежали в Сейбу в поисках убежища.