Текст книги "Спой для меня (СИ)"
Автор книги: Рина Старкова
сообщить о нарушении
Текущая страница: 2 (всего у книги 16 страниц)
1.2
Автобус подъехал быстро, и я пулей влетела в него. Обвела глазами пустые кресла, расплатилась и села у окна. Мимо проносились дома, витрины магазинов, кафе и бары, в том числе любимый «Гвоздь». Я родилась в этом городе, прожила тут все детство и юность. Пережила много несчастий, проблем и бед. Впервые полюбила в этом городе. Вадим. Сердце больно екнуло, и я закрыла глаза. С Вадимом придется расстаться, если я хочу начать жить заново, в новом городе, чтобы… как его там? Герман, вроде! Чтобы Герман никогда меня не нашел и не спросил за карточный долг.
Пока ехала до вокзала, решала, какой город выбрать для укрытия? И решение было только одно: нужно бежать как можно дальше и на самый ближайший рейс! Я купила билет и прошла на перрон. Поезд через пол чала, еще есть время попрощаться с родными местами. Купила кофе и поморщилась от отвратительного вкуса. В животе засосало от голода. Я привыкла к такому – не есть целый день, а под вечер перекусывать куском черствого хлеба. Я сильная, и я справлюсь со всем этим. Главное, сейчас уехать.
Время тянулось так медленно, и я считала секунды до отправления. Гадкое чувство меня не покидало. Предательство собственного отца – его глупая выходка. Сейчас я чувствовала себя вещью, которой можно распоряжаться, как хочется. Которую можно перепродать, выбросить, поставить на кон в азартной игре. Вытерев капли дождя с лица, я зашла за большую квадратную колонну, прячась от злого ветра, заставляющего все тело биться от ледяного холода. Вот перееду в новый город и куплю теплую куртку. И все у меня будет хорошо.
Мои мечты рухнули. Академия останется здесь, любимые преподаватели по музыке останутся здесь. Анфиса Викторовна, заменившая мне мать, насколько это было возможно, останется здесь. Все будет на прежних местах. Подружка Вера и любимый Вадим продолжат работать в «Гвозде» и смеяться, делить чаевые, радоваться жизни. Не станет только меня в этом городе несбывшихся надежд.
Поезд лениво загудел, забил колесами по рельсам. Я вздохнула и грустно улыбнулась. Жизнь не закончилась. Все хорошо. Вдох, выход. Спокойно, Вика, ты все сможешь! Как бы себя не убеждала, сердце металось в груди и просило остаться. Позвонить Вадиму, Вере, Анфисе Викторовне. Попросить помощи. Нет! Нельзя, иначе я не смогу уехать и тогда… карточный долг придется отдавать.
Сзади послышались шаги, я хотела обернуться, но не успела. К горлу приставили нож. Сердце ушло в пятки и застыло, вместе с телом. Я тяжело втянула воздух, чтобы закричать, но он застрял в легких.
– Иди спокойно, Виктория, и тогда останешься целой и невредимой, – холодный голос над ухом заставил волосы у висков шевелиться от дыхания незнакомца. Я закрыла рот, нож медленно отодвинули от горла, наконец-то я смогла выдохнуть. Кисть руки больно схватили мужские сильные пальцы, заставляя идти за незнакомцем.
Я так и не увидела его лица, потому что мужчина резко оказался впереди и поволок меня за собой. Перед глазами только сильные широкие плечи, обернутые в драповое пальто, видно, что дорогое. Голова покрыта светлым ежиком, на шее большая темная родинка, выглядывающая испод ворота. На руке дорогие часы. Может, это и есть тот самый Герман?
От страха ноги заплелись, и я чуть не упала.
– Иди спокойно, я же тебя не убиваю, – шикнул похититель, повернувшись вполоборота. Теперь я заметила серые большие глаза, орлиный нос и щетину на лице.
Незнакомец довел меня до белого большого джипа и раскрыл передо мной дверь.
– Садись! – приказал он, и я поджала губы. Хотелось убежать, пока его рука ослабила хватку, но я понимала, что все это бесполезно. Догонит и накажет. Жестоко накажет.
Я просочилась в салон машины, боясь запачкать идеальные чистые коврики своими грязными кроссовками. Незнакомец сел рядом со мной, похлопал водителя по плечу, и тот завел двигатель.
Ехали мы долго, кажется, уже были за чертой города. Грузная машина свернула с главной дороги. Странно, но асфальт тут, за городом, был ровнее.
– Куда мы едем? – Я наконец подала голос, рассматривая громадные сосны, проносившиеся мимо на большой скорости.
– Домой, – похититель усмехнулся, даже не посмотрев на меня. Затихнув, я опустила глаза.
Дом. Милый дом. Меня везли неизвестно куда, а я не могла ничего с этим сделать. Изредка посматривала на мужчину, вальяжно раскинувшегося рядом. Теперь я отметила его красоту, как должное. Сильный, волевой, целеустремленный. Взгляд светлый, добрый. Может, не все так плохо, как я себе накручивала? Меня не били, не оскорбляли, не лапали грязным взглядом – и на том спасибо.
Мы подъехали к большим воротам, которые автоматически распахнулись перед машиной и также закрылись. Стены, словно крепости, не сбежать отсюда. У ворот вооруженная охрана – двое здоровых и крепких мужиков. Джип проехал мимо красивых хвойных деревьев, охваченных искусством топиари. Видимо, работал настоящий профессионал, выстригая сибирские лиственницы в замысловатые зеленые заборы. Джип припарковался возле огромного красивого дома в три этажа насыщенного серого цвета, незамысловатый, но очень современный и лаконичный, с панорамными окнами на первом этаже.
– Приехали, – озвучил водитель и выскользнул на улицу под дождь.
Я закрыла глаза и поерзала на сидении. Выходить не хотелось. Этот дом, эти деревья, эта роскошь – не для меня. Мне хорошо тут, в машине. Я никуда не пойду.
Дверка рядом со мной открылась, впуская свежий аромат хвойного леса в душный салон, водитель протянул мне руку и улыбнулся. Боже, ну что за наигранные манеры? Он привез жертву, рабыню, девушку, которую кто-то купил. Зачем все эти излишние знаки внимания? Осторожно дрожащая ладонь сама потянулась к его руке. Я вышла из джипа, с удивлением отмечая, что водитель держит черный большой зонт над моей головой.
Я медлила, рассматривая внешний дизайн дома, как произведение искусства. Такие дома я раньше видела только на картинках. Еще и сад во дворе достойный внимания и уважения. Это сводило с ума.
– Пойдемте, Виктория Юрьевна, вас никто не укусит в этом доме, – подбодрил меня водитель, и я вздрогнула от его красивого низкого голоса, как от слабого электрического разряда.
Сделала первый неуверенный шаг, второй, третий. Казалось, что иду на каторгу, или прямиком в ад. Красивый ад, замаскированный. Но от всей этой роскоши и красоты ад не станет раем. Неужели, теперь я буду жить здесь, в этом доме? Буду игрушкой в руках мужчины, которому отец меня проиграл? Слеза скатилась по щеке, но я быстро ее смахнула.
– Здравствуйте, Виктория Юрьевна, – женский голос раздался громом, как только я прошла в раскрытую передо мной дверь. Перед глазами очутилась красивая женщина, слегка полноватая, в строгом сером платье.
– Здравствуйте, – с трудом выдавила из себя всего одно слово. Водитель помог мне снять пальто, повесил его в комнату при входе и достал туфли на небольшом каблуке.
Я переобулась, отмечая, что обувь пришлась мне в размер. От этого стало жутко.
Почему все обращаются ко мне по имени и отчеству? Кто приготовил для меня эти туфли? Как же нелепо они смотрятся на моих ногах под джинсы и толстовку!
– Я провожу вас в вашу комнату, а Олег принесет ваши вещи, пройдемте, – женщина улыбнулась, смотря на водителя.
– Прошу прощения, госпожа Виктория прибыла без чемоданов и сумок, – Олег только развел руками. Женщина не растерялась, заулыбалась еще шире, приподняла голову.
– Думаю, на первый день вам будет достаточно вещей, которые Герман Александрович подготовил к вашему приезду, Виктория Юрьевна. Пройдемте за мной, – женщина развернулась и медленно зашагала вглубь дома по светлому паркету.
Я шла за ней, как приговоренная. Не хотелось смотреть по сторонам. Не хотелось подчиняться. Не хотелось жить. Кто этот мужчина, Герман Александрович? Сколько денег в его кармане, раз он может позволить себе такой дом? Теперь у меня не осталось сомнений, что он выследил бы меня даже в другом городе.
Мы поднялись на третий этаж, прошли по длинному мрачному коридору и остановились перед угловой комнатой. Женщина раскрыла передо мной двери, пропуская меня вперед. Я покорно вошла, осматривая красивый интерьер. Сочетание молочного оттенка и приглушенного цвета циан заполняли каждый предмет мебели. Мягкий белый ковер, в котором утонули мои ноги, лежал на полу, но мое сознание отметило, что он слишком дорогой и используется не по назначению.
– Располагайтесь, обед через пятнадцать минут. Подать прямо в комнату или в столовой? – Женщина стояла рядом со мной, широко улыбаясь.
– В комнату, – быстро выговорила я, а потом посмотрела на радушную сопровождающую и добавила. – Пожалуйста.
Оставшись одна, я долго стояла на месте, осматриваясь. Самое богатое место, которое я когда-либо посещала – академия. Но и она меркла рядом с этой комнатой.
Привыкнув к богатой атмосфере, я прошла к огромной кровати, потрогала ладонью шелковую молочную простынь, наградила робким взглядом восемь подушек в шелковых наволочках насыщенного оттенка цвета морской волны. Рядом с кроватью светлая тумбочка, которая так и манила, чтоб ее открыть. Так я и сделала. В ящике расческа для волос, фен, заколки и шпильки, в следующем ящике новая, еще не распакованная косметика. В большом шкафу я нашла две блузки – белую и черную, бардовую юбку-карандаш, белые брюки и светло-голубой джемпер, а еще три пары новых туфель.
Дверь в комнате привела меня в ванную с большой душевой кабиной, джакузи, мраморным тумбочкам и раковиной квадратной формы. Здесь я нашла и шампуни, гели для душа, всевозможные скрабы и пенки, маски для волос и лица, зубную щетку и пасту, а в шкафчике пряталось красивое нижнее белье от Victoria’s Secret.
Этот Герман тщательно подготовился к моему приезду.
И я не знала, как на это реагировать.
Могу ли я воспользоваться ванной и всей этой одеждой? Чего хочет от меня этот мужчина? Что он расскажет мне при встрече? Я нужна ему, как девочка для секса или может, заставит меня работать в его доме уборщицей? Пожалуй, второй вариант нравится мне больше! Я согласна каждый день намывать бесконечные коридоры его дома и лестницы до блеска, лишь бы не трахаться из-за бестолкового никчемного папаши.
Я все же решила, что душ мне не помешает. Потоки теплой воды приятно окутали тело. Странно, но душ тут принимать гораздо приятнее, чем дома в ржавой старой ванной. Недолго думая, схватила с полки первый попавшийся шампунь и утонула в аромате спелой вишни.
Вышла и вытерлась полотенцем с лавандовым запахом. Потом посмотрела на манящее кружевное белье. Эх, гулять, так гулять! С упоением натянула на себя лоскутки ткани, пришедшиеся мне точно по размеру, и замерла перед зеркалом.
Такое белье точно не стали бы дарить уборщице. Эта мысль навязчиво поселилась в моей голове и заставила задрожать от страха. Что ждет меня дальше? Какой этот Герман? Жестокий или добрый? А вдруг он возьмет меня силой, заставит делать самые грязные и непристойные вещи, вдруг изобьет меня, изуродует мое тело? Он же, точно также как и отец, играет в карты и заставил несчастного проигравшего человека поставить на кон собственную дочь, значит, сердца у него нет. А я воспользовалась его гостеприимством. Может, своими действиями я подписала себе смертный приговор.
Туман сомнения окутал сознание, и я не могла прийти в себя. Вышла из ванной комнаты с кислой миной на лице. Нужно придумать план, как сбежать отсюда, пока ничего плохого не произошло.
Пока я стояла в нижнем белье посреди комнаты, дверь неожиданно распахнулась. Мужчина в белом поварском колпаке затолкал сервированный столик на колесах и застыл, смотря на меня. И я застыла, ища глазами что-либо, чем бы прикрыть полуобнаженное тело.
Повар закричал что-то на французском языке, взмахнул руками, потом закрыл ладонью глаза, покраснел и вылетел прочь.
Я невольно засмеялась.
Кажется, я схожу с ума.
На полке в шкафу я нашла красивый домашний халат карамельного оттенка и завернулась в него. Посмотрела на еду, ароматно пахнувшую и кричавшую: «Попробуй меня!» Желудок мучительно заныл от голода и засосал.
Я осмотрела блюда, а именно луковый суп и картофельный гратен, который во Франции называют тартифлет, и рот наполнился слюной. От одного запаха я могла потерять контроль и наброситься на еду, но с трудом сдержалась. Нет! Я не буду принимать его подачки, достаточно того, что я примерила красивое белье и воспользовалась халатиком. Этого вполне хватит.
Спустя десять минут я съела все, что привез француз.
В ванной зазвонил оставленный в толстовке телефон, и я, с трудом передвигаясь после сытного обеда, поплелась отвечать.
– Вика, ты где? – шикнула Вера, едва я успела нажать на зеленую кнопку.
– Верка! Как я рада тебя слышать! – сердце тоскливо заныло.
– Вика, блин, твоя смена начнется через пять минут! Скажи, что ты уже входишь в бар, или я придушу тебя! – злющий голос подружки заставил меня тяжело вздохнуть.
– Вера, со мной такое случилось, ты не поверишь, – я невольно усмехнулась, пальцы сжались в кулаки. Возможно, я больше никогда ее не услышу. Может, после встречи с Германом меня уже не будет в живых.
– Да мне все равно, что у тебя случилось! Где ты? Я задушу тебя, если ты опоздаешь хоть на секунду! – выдернув меня из самых коварных фантазий о хозяине роскошного особняка, закричала Вера.
– Я сегодня не выйду на работу, Вера. Я за городом. Отец проиграл меня в карты какому-то Герману Александровичу. Я сейчас в его доме. Представляешь, тут повар-француз, и он видел меня в нижнем белье от Victoria’s Secret, орал, как резаный и краснел, как подросток.
– Стой-стой-стой! Ты дома у Германа Амурского? – кажется, Вера потеряла дар речи, потому что голос ее звучал нечеловечески.
– Ты его знаешь?
– Вика! Его весь мир знает! Это же миллиардер, он постоянно по телику мелькает, да и в журналах его фотки с моделями постоянно печатают! А сейчас весь интернет гудит о его романе с Оксаной Валесовой. – Вера резко замолчала, кажется отвлеклась и что-то заговорила отстраненно кому-то в ответ.
– Вера, что мне делать? – я растерянно смотрела на свое отражение и только сильнее сжала телефон.
– Я не знаю, Вика. Мне пора работать. Позвоню после смены.
Я прошла обратно в комнату и включила телевизор, но даже он не отвлек меня от мыслей о Германе. Если он крутит роман с Оксаной Валесовой, то за каким лешим ему понадобилась я, никчемная девственная мышь? Чего он на самом деле от меня хочет?
Сама не заметила, как погрузилась в сон. И проснулась, когда меня осторожно толкнули в плечо. Распахнув глаза, я увидела женщину, которая привела меня в эту комнату.
– Виктория Юрьевна, я так и не представилась. Меня зовут Фаина Ивановна, я правая рука Германа Александровича, – с улыбкой представилась она, когда я посмотрела ей в глаза.
– Скажите, что нужно от меня этому Герману? – голос сонно дрожал.
– Это вы узнаете через несколько дней, когда он закончит свои дела в Лондоне. А сейчас вас ждут косметически процедуры, – после ее слов в комнату прошла девушка в красном костюме, и я неуверенно поежилась. Какие процедуры на ночь глядя?
– Здравствуй, Вика. Я Аня – твой личный стилист, визажист и косметолог. Сегодня мы приведем в порядок твои ногти, – девушка в красном приветливо улыбнулась уголком губ и протянула мне руку.
Дальше помню, как меня провели в новую комнату, усадили на кресло. Аня сделала мне маникюр и педикюр, не проронив при этом ни слова. Я осмотрела бежевые наращенные ногти на руках с красивыми черными узорами и такие же красивые ноготки на ногах.
– Спасибо, – растеряно выдавила я.
– Всегда пожалуйста. Завтра утром мы с тобой едем в СПА салон. А сейчас тебя ждет ужин и крепкий сон.
Я вернулась в свою комнату, где повар подал мне фруктовый салат в красивой хрустальной вазе и травяной чай с круасанами.
Я все никак не могла понять, попала ли я в сказку, или в свой худший кошмар. Вся эта роскошь, повар, косметолог, красивая одежда, белье, туфли – к чему все это приведет?
Ближе к десяти вечера в мои покои ворвалась незнакомая блондинка, за ней вбежала Фаина Ивановна.
– Вам нельзя сюда входить, Жанночка, прошу!
– Фаина Ивановна, отвалите! Если Герман что-то вам приказал, то это не значит, что я не могу нарушить это! – Жанночка вытолкнула несчастную запыхавшуюся женщину из комнаты и закрыла дверь.
– Кто вы такая? – голос невольно дрогнул, и я сорвалась с кровати, попятившись назад. От этой женщины исходила странная и неприятная аура.
– Это не важно, девочка. Если Герман выбрал тебя, как свою игрушку, то я могу сказать тебе только одно: игра началась, детка. Добро пожаловать в ад! – Жанна нагло улыбнулась, вновь осмотрела меня циничным взглядом и, наконец, впустила Фаину Ивановну. – Не трону я вашу Вику, не переживайте.
Как только девушка покинула комнату, Фаина подлетела ко мне, осматривая как святыню.
– Что она вам сказала, Виктория Юрьевна? Простите меня, простите! Только не говорите Герману Александровичу, что Жанна пробралась к вам, прошу!
– Я не скажу, – слова застряли в горле. Мурашки побежали где-то под кожей, заставляя все тело дрожать.
– Спасибо! Спасибо, Виктория Юрьевна. Вы – настоящий ангел!
Да, ангел. Ангел, который теперь точно знает, что ничего хорошего в этом доме его не ждет.
2.1
Венец из нежности и ласки: Вика.
Падая, ангел смеялся, Падая, ангел горел. С крыльями он расставался, Ад выбирая взамен.
Я никогда раньше не бывала в СПА салоне. Именно поэтому сейчас, сидя на заднем сидении джипа вместе со стилистом Аней, я невольно наслаждалась предвкушением.
После вчерашнего разговора с Жанной меня отпустило не сразу. Только после завтрака я смогла немного расслабиться, приняла контрастный душ, надела черную рубашку и белые брюки, а еще дорогие черные туфли от Гуччи, очень комфортные, на толстом каблуке. Видела бы сейчас меня Вера – померла бы от зависти. Сейчас я больше походила на Людмилу или Виолетту, или любую другую богатенькую выскочку с академии искусств, но никак не на саму себя. Аня завила мне локоны, добавив образу завершенности, и теперь я чувствовала себя… игрушкой миллиардера так полно и до звенящей боли. Как я буду за все это расплачиваться? Хоть тело и сознание уже подкупились на всю эту роскошь и красоту, сердце тоскливо просило остановиться, уйти, убежать, чтобы не нашли, не поймали. Мне оставалось только гадать, кто такой этот Герман Александрович Амурский и что меня ждет впереди, когда наша встреча состоится.
Я не задавала вопросов. Мне совершенно не хотелось знать, кто такая Жанна, почему она ворвалась в мою комнату, почему ей можно нарушать приказы Германа. Да и в смысл ее слов я старалась не заглядывать. Лучше уж все останется… спокойно до встречи с ним.
В СПА салоне мы пробыли около четырех часов. Аня была вместе со мной, и нам делали пилинг, обертывание, потом мы принимали молочную ванну, провели почти час в сауне. И все это закончилось потрясающим массажем. На выходе я случайно увидела цены комплекса всех этих процедур, и голова пошла кругом.
Я боялась Германа. На уровне инстинктов, где в коре головного мозга, до дрожи в коленях. Ожидание заставляло меня сходить с ума. Он сделал все, чтобы я чувствовала себя более, чем комфортно в его доме, подарил невероятное блаженство в СПА салоне. И навязчивый вопрос о том, что я не дочка богатеньких родителей, и за все в этом жизни назначена цена, не вылетал из головы.
– Герман Александрович приказал купить тебе вечернее платье и новое пальто, сейчас мы поедем по магазинам, – как только мы вышли из салона, заявила Аня. Я устало кивнула, нехотя, все еще взвешивая все «за» и «против» моего проживания в богатом доме.
Водитель был на месте, он все это время прождал нас здесь, но к нему прибавился тот мужчина, который встретил меня на вокзале, которые приставил нож к моему горлу.
– Виктор, вы как всегда без опозданий! – Аня довольно усмехнулась, приметив его, а после широко улыбнулась.
– Привет, милая, – проговорил в ответ, приобнял девушку и поцеловал в щеку.
Я отметила, что они очень хорошо смотрятся вместе. Он – высокий и властный, она – красивая и хрупкая.
– Виктория Юрьевна, вам понравились процедуры? – неожиданно спросил Виктор, и я не сразу поняла, что вопрос адресован мне.
– Д-да, конечно, – на выдохе ответила, но голос все же дрогнул.
– Сейчас поедем на шоппинг! – Аня открыла дверь и пригласила меня в машину.
В дорогих бутиках бойкая девушка, разбирающаяся, кажется, в любых модных брендах, быстро выбрала мне дорогущее пальто от PRADA красивого пастельного цвета. Конечно, и качество у него было высокое, но я все равно искренне недоумевала, как кусок ткани может стоить так много.
Когда дело дошло до покупки платья, Аня заставила меня перемерить полмагазина. И, конечно, какая-то часть меня ликовала от счастья, что все это происходит со мной и я, как богатая и успешная бизнес-леди, могу позволить себе одеваться в бренды. А другая часть орала и просила все это прекратить, пока Герман не заставил расплачиваться за покупки, пока кто-то из продавцов не заподозрил, что я – игрушка миллиардера.
В итоге мы все же купили одно – черное, покрытое россыпью драгоценных камней, не короткое, но и не длинное – заканчивающееся строгой ровной полоской над коленями. Аня сказала, что такая длина для меня идеальна.
Я невольно вспомнила рабочее платье в «Гвозде», которое с трудом прикрывало трусики.
Вечером меня ждал еще один сюрприз. Фаина Ивановна пригласила меня переодеться в купальник и пройти с ней. Кстати, купальник я нашла в ванной комнате, рядом с бельем. Полностью белый, закрытый, если, конечно, можно так сказать. Трусики бикини с высокой посадкой переходили в две полоски, которые завязывались на шее и закрывали грудь. Как ни странно, в этом купальнике мне было комфортно.
Фаина дождалась меня за дверью в мою комнату, провела на первый этаж и отворила большую дверь. Перед глазами раскинулся широкий и очень длинный бассейн с красивой розовой подсветкой, выделявшейся в общем полумраке, как сказочная дорожка. Здесь играла красивая романтическая музыка, пахло морем и поджаренным мясом. Под потолком горел всего один яркий прожектор, освещающий все пространство. Именно благодаря ему получалась такая красивая интимная атмосфера.
– Бассейн в вашем распоряжении полтора часа. Рафаэль приготовил стейки на гриле, поужинайте сегодня здесь, – Фаина Ивановна спокойно наблюдала за моей реакцией, а я раскрыла рот, окидывая взглядом комнату.
Кем бы ни оказался этот Герман, я уже благодарна ему за то, что он подарил мне эту сказку, позволил избавиться от отца, которому я была не нужна, который смог проиграть меня в карты! Благодарна за теплую постель, мягкую и красивую, ведь дома я спала на прокуренном матрасе, валявшемся на полу. Благодарна за прекрасную одежду, потому что уже не первый год в моем гардеробе одна майка, одни джинсы, одна толстовка и старенькая рубашка для важных дней.
Он выдернул меня с порога бедности.
Эту ночь я спала очень крепко. Уставшая после плаванья и плотного ужина, я прошла в комнату и упала на кровать. Причем уснула еще до того, как голова коснулась шелковой мягкой подушки.
Третий день в доме миллиардера. Я проснулась раньше, чем планировала. Стрелки часов едва перевалили за пять утра, а глаза мои уже распахнулись, и сон сняло, как рукой. Подойдя к окну, я распахнула красивые молочные занавески. Вид на сад заставил меня охнуть вновь. Как же все красиво! За забором начинается лес, мрачный и колючий. В лужах пляшут капли холодного осеннего дождя. Рассветом и не пахнет, лишь фонари освещают улицу.
Мне бесконечно захотелось прогуляться! Я быстро оделась, осторожно, почти бесшумно, вынырнула из своей комнаты, стараясь казаться незамеченной. Кралась по коридору, словно вор.
Неожиданно зажегся свет, и я взвизгнула со страху быть замеченной, оборачиваясь назад. Никого. Посмотрела на злосчастную лампочку с датчиком движения, отдышалась и показала ей кулак.
На входе, как я и ожидала, стоял мощный охранник, смотря на меня, медленно сползающую по лестнице.
– Вам нельзя покидать этот дом, – проговорил он, останавливая меня уже возле двери.
– Я никуда не сбегаю, просто хочу воздухом подышать! – Развела руками, прожигая взглядом грузного мужика. Тот быстро что-то сказал в рацию, ему моментально пришел ответ. После он раскрыл двери, раскинул надо мной широкий черный зонт и вышел под дождь вслед за мной. Капли утреннего дождя промочили его костюм очень быстро. Странно все это. Очень странно. Обо мне заботятся в этом доме, словно я дорогой и ценный гость. Может, так оно и есть? Может, я зря переживаю? Холодный влажный воздух с настоящим свежим запахом смолы и хвои пьянил и дурманил. Кажется, именно в этот момент и сердце мое приняло свою участь. С едва уловимым намеком я чувствовала, что этот Амурский Герман Александрович мне очень нравится, хоть мы и не знакомы.
В конце концов, вряд ли он обустроил мою жизнь лучшим образом, если бы я нужна была ему просто как игрушка, как девочка, которая по приказу раздвинет ноги, доставит любое, даже самое грязное удовольствие, сделает все, за что элитные проститутки получают высшие баллы и огромные суммы.
Утренняя прогулка успокоила меня окончательно. После завтрака я посмотрела телевизор и принялась делать зарядку.
– Привет, как настроение? – Аня ворвалась в мою комнату без стука и застала меня в тот момент, когда я упорно и до смешного криво старалась сделать «березку».
Я грохнулась прямо на мягкий белый ковер у нее перед ногами и постаралась быстро подняться, но пошатнулась.
– Воу, тише-тише! Скажем Рафаэлю, чтобы лучше тебя кормил, а то ноги протянешь. Кстати, ты можешь сама выбрать свое меню, повар приготовит любое блюдо любой кухни мира, – Аня наклонилась ко мне, придерживая за локоть, заговорчески зашептала мне на ухо, как самую страшную тайну планеты. Я невольно улыбнулась.
– Рада тебя видеть, Аня, – наконец отозвалась я, смотря в красивые глаза милой девушки.
– Сегодня важный день, ты в курсе? – Аня вскинула густую бровь, посмотрев на меня многозначительно. А вот я с глубоким непониманием посмотрела в ответ.
– Фаина Ивановна тебя вчера не предупредила? Боже! У этой тетки склероз, пора увольнять! – Девушка недовольно сложила руки на груди и закатила глаза. – Сядь, вот так. Послушай, сегодня вечером у тебя первое свидание с Германом Александровичем.
Сердце остановилось. Под кожей почувствовала приятное тепло, разливающееся в грудной клетке. Наконец-то я познакомлюсь с человеком, который подарил мне эту сказку.
– Сейчас мы поедем на депиляцию, потом я сделаю тебе прическу и макияж, переоденем тебя в новенькое платье. Олег отвезет тебя в ресторан, где Герман Александрович назначил встречу. Поняла? – Аня сделалась такой серьезной, что мне на секунду стало страшно.
К вечеру я не узнавала собственное отражение. Броский безупречный макияж, прическа, не поддающаяся какому-либо описанию, как с обложки роскошного журнала, черное платье подчеркивающее фигуру и туфли, делающие меня длинноногой, как кукла.
Вера была права, когда говорила, что я «само совершенство». Да, черт возьми, сейчас я действительно выглядела, будто только что сошла в мир с подиума. Я признавалась себе, что без косметики и укладок была такой же красивой, как Людмила с тонной косметики, а сейчас, я просто ее затмевала. Это было начало чего-то нового, и оно растекалось внутри теплотой, даря чувство полета.
– Ну все, последний штрих, – Аня взяла мою руку и осторожно надела на запястье тонкий серебряный браслетик. – Я уверена, что ты ему понравишься.
– А если нет? – мой вопрос прозвучал слишком резко, Аня перестала улыбаться и теперь смотрела мне в глаза через отражение зеркала.
– А если нет, значит, он полный мудак, – прошептала девушка и поспешила удалиться за пальто.
Олег, как теперь стало известно, являлся моим личным водителем, и он отвез меня в город к ресторану-гостинице «Дежавю». Я замерла, рассматривая в окно огромное блестящее здание с панорамными окнами, отражающими закатные солнечные лучи и алое небо. Вид захватывал, заставлял сердце предательски колыхаться со скоростью пулеметной дроби, а ладони нервно потеть.
Это место не из моего мира, и как я попала сюда – по счастливому стечению обстоятельств, или по самому жуткому роковому случаю, уже было не важно. Назад дороги не было. Сейчас я встречусь с этим Амурским Германом Александровичем и узнаю, на что нарвалась. Хотелось верить, что все пройдет гладко, как по маслу, но внутренний голос так и твердил, что лучше было сбежать.
