355 500 произведений, 25 200 авторов.

Электронная библиотека книг » Рина Кент » Извращённое Королевство (ЛП) » Текст книги (страница 11)
Извращённое Королевство (ЛП)
  • Текст добавлен: 6 сентября 2021, 11:32

Текст книги "Извращённое Королевство (ЛП)"


Автор книги: Рина Кент



сообщить о нарушении

Текущая страница: 11 (всего у книги 17 страниц)

Глава 26

Эльза

Меня похищают.

Как кто-то реагирует, когда его похищают?

Не похоже, что у меня есть руководство или что-то в этом роде. Учитывая мои отношения с Эйденом, мне, наверное, следовало приобрести эту вещь.

В глубине души я знала, что когда-нибудь он это сделает. Я знала, что он покажет миру средний палец и увезет меня на своем черном коне.

Как старомодный похититель, Эйден связал мои руки впереди, так что они лежат у меня на коленях. Он также накрыл мои руки покрывалом, чтобы никто не увидел его проделки.

Я должна быть благодарна, что он не заклеил мне рот скотчем. Но опять же, это привлечет внимание людей, а Эйден слишком умен для этого.

Машина мчится вдаль, как разрушительный шар. Эйден полностью сосредоточен на дороге. У него не дергается челюсть и не дергается левый глаз.

Если бы я не знала его лучше, я бы сказала, что он выглядит безмятежным. Даже мирным.

Ох, кого я обманываю? С Эйденом нет ничего мирного. Не тогда, когда я уверена, что он все слышал о помолвке.

В течение последнего часа или около того я думала о том, что сказать, но меня отвлекает его запах и само присутствие.

Я теряюсь в том, как его темные джинсы облегают мускулистые бедра и как серый пуловер подчеркивает металлический цвет его глаз. Его волосы растрепаны в сексуальном стиле, хотя некоторая усталость портит выражение его лица.

Я слышала, что перелет из Китая в Англию занимает более двенадцати часов. Он, должно быть, устал. И все же я наслаждаюсь тем фактом, что он приехал ко мне в первую очередь.

Он пересек океаны ради меня.

Несмотря на обстоятельства, я делаю глубокий, чистый и такой чертовски раскрепощённый вдох.

Желание обнять и поцеловать его пузырится, как одержимость. Я хочу запустить пальцы в его волосы, ощутить его легкую щетину на своей щеке и дать ему овладеть мной.

Всем моим телом.

У меня произошло прозрение во время разлуки и последующего предложения руки и сердца с Ронаном. Я всегда принадлежала Эйдену, а он всегда принадлежал мне.

Это началось десять лет назад и продолжается по сей день.

Я была просто слишком упряма – и напугана – чтобы признать это.

Тот факт, что Эйден ничего не говорит о помолвке, выводит меня из себя.

Молчание Эйдена намного хуже, чем его слова. Его молчание это затишье перед бурей и ветер перед ураганом. Это ощущение, когда твои конечности дрожат прямо перед землетрясением.

Чем дольше мы едем, тем пустыннее становится дорога. Я думала, он отвезет меня в The Meet Up, но мы уехали из Лондона.

– Куда мы направляемся? – я спрашиваю.

– Похититель не говорит своей жертве, куда он направляется.

Я сопротивляюсь желанию закатить глаза.

– Ты же знаешь, что я не имею никакого отношения к помолвке. – тишина. – Папа только спросил мое мнение.

– Каков был твой ответ?

– Я ему еще не ответила.

– Значит, ты обдумываешь это.

Черт. Я не хотела, чтобы он приходил к такому выводу.

– Конечно, нет.

– Знаешь, в чем разница между тобой и мной, Эльза? – его голос грубый, повелительный и жесткий. – Я всегда иду ва-банк, но ты всегда уносишь ноги. Даже когда мы вместе, твой мозг всегда думает о плане побега.

Его слова задевают меня сильнее, чем следовало бы.

Вот и все.

Все это время я всегда боролась с мыслью о нас с Эйденом – даже подсознательно.

– Ты не дал мне веских причин доверять тебе, – шепчу я. – Не то чтобы я сопротивлялась тебе без причины.

– Мы играем в эту игру? Потому что у меня более веская причина ненавидеть тебя. – от спокойствия его голоса у меня по коже и спине пробегают мурашки. – Ты напоминала мне женщину, разрушившую мое детство, но я не позволил своей ненависти взять вверх. Ты позволяешь своему недоверию побеждать каждый гребаный раз.

– Эйден...

– Я выбрал тебя, Эльза. – он обрывает меня, сжимая руль так крепко, что его костяшки пальцев белеют. – Я выбрал тебя, а не память о моей матери, моем отце и всем, что я, блядь, знаю. Но ты никогда не выбирала меня.

– Я не собиралась соглашаться на помолвку.

Мой голос дрожит, несмотря на все усилия оставаться невозмутимой.

– Ты также не отказалась. Если бы был я, я бы отказался на месте.

– Как ты сделал с Сильвер?

– Это была фальшивая помолвка, и это произошло задолго до того, как появилась ты. Это означало «к черту все», и ты это знаешь. – его глаза встречаются с моими, темные, жесткие и почти черные. – Но ты выжидала своего часа. Ты думаешь о чем-то, что не должно подлежать обсуждению.

– Я думала о том, как отказаться, не причинив вреда моему отцу. Я наконец-то вернула его, и не могу причинить ему или его компании вреда.

Он невесело смеется, который царапает мою кожу, как кинжалы.

– Твой отец, компания, твоя новая семья. Они все на первом месте. Где я вписываюсь в твой список приоритетов, Холодное Сердце? Я, блядь, запоздалая мысль?

– Нет, не правда.

Как, черт возьми, я могу сказать ему, что мой мир вращается вокруг него, когда он прямо сейчас так расстраивает?

Черт бы побрал его и то, как он действует мне на нервы.

– Пока я находился на другом конце света, размышляя о том, как вернуться к тебе, ты думала о своей помолвке, – он произносит с шипением последнее слово, будто оно оставляет неприятный привкус во рту.

– Я думала о тебе, придурок! Я думала о том, что моя жизнь пустая оболочка без тебя. Я перечитывала твои сообщения в классе, потому что не могла перестать скучать по тебе. Мне пришлось бегать под дождем, как ненормальной, из-за мыслей о тебе. Так что не сиди здесь и не говори мне, что ты запоздалая мысль, Эйден. Если бы ты был ею, мне бы сейчас не было так больно.

Моя грудь вздымается от резкого дыхания и напряжения слов. Я поворачиваю голову в другую сторону, не желая смотреть на него.

Машина сворачивает на грунтовую дорогу. Мы буксуем в течение нескольких секунд, прежде чем с визгом останавливаемся под деревом. Если бы не ремень безопасности, я бы повредила себе что-нибудь.

Все еще отказываясь признавать его, я смотрю вдаль. Пламя моих щек распространяется по всему телу, как при быстром выстреле.

Эйден кладет два пальца мне под подбородок. Его прикосновение грубое, но в то же время нежное.

Я резко отстраняюсь.

– Я зла на тебя прямо сейчас.

– Я же говорил. Мы можем злиться друг на друга, пока я прикасаюсь к тебе.

Когда он снова берет меня за подбородок и поворачивает лицом к себе, я готова высказать ему все, что думаю. Голод на его лице останавливает меня. Он осязаем и груб, так что мой собственный голод отвечает тем же.

Меня пронзает волна желания, а глубокая тоска сжимает в своих безжалостных тисках.

– Ты скучала по мне, да?

Его металлические глаза блестят, почти становясь черными.

– Возможно.

– Возможно. Этого достаточно. – он делает паузу. – Пока.

Его большой палец касается моей челюсти, и я ощущаю его в своих сосках и мокрой сердцевине.

У меня перехватывает дыхание, но это не единственное, что ненормально. Мое сердце бьется очень сильно. Не уверена, из-за моей болезни или из-за прикосновения Эйдена.

Его пальцы приподнимают мой подбородок, и он захватывает мои губы в медленном, мягком поцелуе.

Сейчас не время проявлять мягкость.

Я не хочу, чтобы он был нежен и не торопился с моим ртом. Я хочу, чтобы он овладел мной. Я хочу, чтобы он выебал мне мозги, будто он не может дышать без меня, точно так же, как я не могу дышать без него.

Маневрируя связанными руками, я закидываю их ему на шею. Мои пальцы сжимают пряди его волос, когда я провожу языком по его небу, требуя большего.

Со стоном Эйден оказывается на мне сверху. Его твердые мышцы сжимают мою грудь, почти душа меня.

Он слишком большой.

Слишком грубый.

Слишком... реальный.

Он возится с чем-то на краю сиденья, и мы оба падаем навзничь.

Мои глаза закрываются, целуя его, пальцы играют с волосами на затылке. Наше дыхание сливается воедино, грубое и безудержное, как симфония. Я выгибаю спину и медленно прижимаюсь бедрами к его тазу.

Это вызывает у меня стон. Глубокий и животный.

– Черт, милая. Мне нужно оказаться внутри тебя, – рычит он и дергает за пояс, почти разрывая его. – Я сделаю тебе больно.

Его потемневшие глаза впиваются в мои, как вызов.

– Т-ты сделаешь? – спрашиваю я тихим, дрожащим голосом, полным волнения и трепета.

– О, да. – он ухмыляется, но все равно напряженно. – И тебе это понравится.

Он задирает мою юбку и спускает нижнее белье. Жестокий толчок раскрывает меня. Я не только ощущаю полноту в своей киске, но и в животе, глубокую и твердую.

Я хватаюсь за его шею сзади, сохраняя равновесие, мое тело выгибается над сиденьем.

Его толчки становятся безжалостными, и, верный своим словам, это действительно причиняет боль. Так приятно ранит. Приятная боль, которую может причинить только Эйден.

Как на прошлой неделе, когда в течении нескольких дней продолжала чувствовать его внутри себя. Каждый раз, когда я двигалась, каждый раз, когда я садилась или бежала, он был постоянным напоминанием внутри меня.

– Я зависим от тебя. Я одержим тобой. Я без ума от тебя.

С каждым словом он задевает мое самое чувствительное местечко.

Мои всхлипы и стоны дрожат и вибрируют у него в горле с каждым ударом и каждым прикосновением его губ к моей разгоряченной коже.

Он оставляет поцелуй за поцелуем на изгибе челюсти, в уголке рта и на кончике губ. Он облизывает их, пожирает, пирует на них.

В ушах звенит, а конечности дрожат от силы удовольствия. Оргазм пронзает меня, как горячая волна, неистовая и неконтролируемая. Дело больше не в удовольствии от тела. Речь идет о том, кто доставляет мне упомянутое удовольствие.

Проклятое осознание поражает меня.

Я облажалась.

Я ни за что не смогу жить без Эйдена Кинга.

Слезы подступают к моим глазам, когда его тело напрягается, и его сперма покрывает меня изнутри. Он падает на меня всем весом.

Это не слезы печали, нет. Это могут быть даже слезы счастья. С таким же успехом это могли быть слезы согласия.

Эйден опирается на локти, тяжело дыша на мне, подъем и падение его груди вибрирует на моей коже. Он слизывает мои слезы. По одной за каждой.

– Не плачь.

Он произнёс это давным-давно, не так ли? Что ему больно, когда мне больно.

Я глажу волосы у него на затылке, и мы остаемся в таком положении, кажется, целую вечность.

На какое-то мгновение мы с Эйденом остаемся вдвоем, отгороженные от всего мира.

Я даже забываю, что мы на публике, и некоторые проезжающие машины могли видеть, происходящее, во всех подробностях. Черт, даже если бы они не увидели, они бы заметили, как трясется машина из-за грубых толчков Эйдена.

По правде говоря, мне наплевать на то, что они видели.

Единственное, что меня волнует, это человек, лежащий надо мной и защищающий меня от всего мира.

– И что теперь? – бормочу я через некоторое время.

– Теперь мы возвращаемся к тому, с чего все началось.


Глава 27

Эльза

Теперь мы возвращаемся к тому, с чего все началось.

Оказывается, это здесь.

В моем доме в Бирмингеме.

Запах сосны и меди наполняет воздух, как густой туман. Холодный, карающий ветер свистит вдалеке и сдувает светлые пряди.

Дрожь пробегает по позвоночнику, заставляя конечности дрожать. Это не из-за ветра или холода.

Нет.

Тот факт, что я стою здесь с Эйденом, вызывает странный ужас. Ужас, который кровоточит под кожей и кует провода вокруг костей.

Я дрожу, как осиновый лист под проливным дождем.

Это возвращает ужасное чувство из давних времен. Я чувствую острый привкус на языке. Тогда я стояла на берегу, мои пальцы ног промокли от воды, когда Илай нырнул в озеро и так и не вынырнул.

В одну секунду он был на расстоянии вытянутой руки, а в следующую исчез.

Именно так. Он исчез.

Это ощущение прожигает меня насквозь и хватает за горло, его ногти царапают кожу. Это ощущение без слов говорит мне, что прошлое повторится. На этот раз я потеряю Эйдена так же, как потеряла Илая.

– Почему мы здесь? – я спрашиваю.

– Ты сказала, что хочешь знать правду. – Эйден касается моего локтя. – Ты можешь узнать все там, где это произошло.

Меня так и подмывает покачать головой, схватить Эйдена и сказать, чтобы он отвез меня в ближайший отель.

Часть меня хочет убежать как можно дальше от этого места и темных, испорченных воспоминаний.

Но опять же, что бег когда-либо делал для меня, кроме кошмаров и вопросов без ответа?

Если я буду продолжать быть трусихой, то большая часть моей жизни просто пропадёт. Я всегда буду в замешательстве смотреть на свое отражение. Всегда буду задаваться вопросом о том, что, если и почему.

С меня достаточно.

С меня достаточно побегов.

С меня достаточно быть трусихой.

Пришло время разобраться в своем прошлом. В хорошем и плохом.

Эйден смотрит на меня сверху вниз, идеально приподняв бровь.

– Ты говорила, что готова.

– Да. – я смотрю на него сквозь ресницы. – Это то, что ты хочешь сделать?

– Что я хочу сделать, так это привязать тебя к своей кровати и трахать до тех пор, пока ты больше не сможешь двигаться. Что я хочу сделать, так это полакомиться твоей киской вместо еды и наполнить тебя своей спермой.

Откровенные образы нападают на мой разум и суть.

Я изображаю гнев.

– Эйден!

– Ты спросила меня. – он сжимает мою руку и переплетает наши пальцы. – То, что я хочу, может подождать, пока ты не узнаешь то, в чем ты нуждаешься.

На моих губах появляется улыбка. Иногда он может быть таким мечтательным – ключевое слово «иногда». Это чертовски редкое явление.

– Давай сделаем обход.

Он тянет меня за собой и идет к заднему входу.

– Почему мы не можем воспользоваться главным входом? В конце концов, это мой дом, – шепчу я, каким-то образом чувствуя, что нам нужно быть тихими.

– Люди твоего отца окажутся у дверей и немедленно сообщат ему о нашем прибытии.

Должно быть, поэтому он припарковал машину подальше от ворот.

– Почему папа не должен знать, что мы здесь?

Он ухмыляется.

– Я похитил тебя, не забыла?

– Это не единственная причина, не так ли?

– Нас нельзя прерывать.

Его взгляд блуждает по заднему входу, прежде чем он толкает приоткрытую дверь.

Мы проскальзываем через кладовку. Здесь никого. Агнус упомянул, что, поскольку мы сейчас не живем в Бирмингеме, большая часть персонала переведена в Лондон.

Однако тут несколько охранников и экономка.

Я тяну Эйдена за руку. Он бросает вопросительный взгляд через плечо.

– Мы не должны проходить через кухню. Там экономка и ее муж. – я тяну его в противоположном направлении. – Следуй за мной, там есть секретный путь.

Эйден не протестует, когда я веду его по узкому коридору, ведущему прямо в восточную башню.

Я не колеблюсь, поворачивая и поворачивая. Я ходила здесь бесчисленное количество раз.

Из-за отсутствия окон свет проникает только через отверстие башни. Стены отремонтированы, но излучают ту же темноту, что и раньше.

Подождите.

Я каждый день ходила по этому пути из кладовки в подвал. Я могу представить себе маленькую девочку с бледной кожей и волосами, идущую ночью в одиночку по этим узким длинным коридорам с фонариком и изо всех сил, пытающуюся тащить тяжелую сумку.

– Этой дорогой я приходила к тебе каждую ночь, – шепчу я.

Его губы подергиваются в легкой улыбке.

– Я так и думал. Я же говорил тебе, малышка Эльза была хардкорной.

– Тогда было страшно, темно и тихо – выпаливаю я. – Я всегда пела про себя, чтобы меня не схватили монстры.

– Помогало?

– Нет. Тот факт, что я найду тебя в конце коридора поддерживал меня. – я бросаю на него взгляд через плечо. – Ты поддерживал меня.

– Ты тоже поддерживала меня.

Улыбка все еще приподнимает его губы, но за ней нет радости. Во всяком случае, он выглядит немного грустным.

Мы подходим к перекрестку. Я беру правильный курс без раздумий. Пройдя еще несколько минут, мы останавливаемся перед металлической дверью. Она защищена отпечатками пальцев.

Подвал – или, точнее, лестница, ведущая в подвал.

– Вот, – бормочу я, борясь с дрожью в конечностях.

– Чей отпечаток открывает дверь? – спрашивает Эйден.

– Мой, папин и Агнуса. – я выдыхаю. – Папа сказал, что я могу прийти сюда, когда буду готова.

– Кто такой Агнус?

– Правая рука отца.

– Так это он.

– Ты его знаешь? – я спрашиваю.

– Джонатан упоминал о нем раз или два. Кроме того, ты всегда болтала о нем.

Я поднимаю дрожащий палец и промахиваюсь. В ответ на нас мигает красный огонек.

Эйден берет мою руку в свою и медленно кладет палец на экран. Загорается зеленый.

Мы оба делаем глубокий вдох, начиная заходить внутрь.

Вот оно.

Мы отправляемся в путешествие в наше прошлое.

– Подожди. – он поднимает руку. – Твой телефон.

Я моргаю.

– Зачем?

– Просто дай его мне.

Нахмурившись, я лезу в карман и протягиваю ему телефон. Эйден достает свой собственный, выключает оба устройства и оставляет их перед дверью.

– Зачем ты это делаешь?

– Никаких отвлечений, помнишь?

Он снова берет меня за руку, и мы продолжаем путь. На лестнице автоматически загорается свет. Что-то новенькое. Тогда не было никакого света, кроме моего фонарика.

Металлическая дверь со щелчком закрывается за нами.

Я подпрыгиваю от этого негромкого звука, а Эйден гладит тыльную сторону моей руки большим пальцем.

Сказать, что я не боюсь, было бы ложью. Я действительно в ужасе.

Каждый шаг вниз по темной каменной лестнице похож на те, которые я делала в своем подсознании во время сеансов с доктором Ханом. То, что я найду, когда достигну дна, будет ужасным.

Затем ощущается прикосновение Эйдена, его тепло, молчаливая поддержка. Тот факт, что он здесь, со мной, наполняет странным спокойствием.

Я могу это сделать.

Если я хочу будущее с Эйденом, мне нужно сначала разобраться в прошлом.

– Ты в порядке? – он спрашивает.

– Вроде того. – я выдыхаю. – Тебе не страшно?

– Нет, но я осторожен.

– Так и должно быть. Это место, должно быть, навевает ужасные воспоминания.

– Нет, я не осторожен в отношении этого места или воспоминаний, связанных с ним. Я осторожно отношусь к тому, как ты отреагируешь после того, как узнаешь правду.

Если раньше я была встревожена, то сейчас мое душевное состояние стремительно растет.

Мы подходим к подножию лестницы. Я втягиваю воздух в легкие, когда Эйден толкает металлическую дверь, открывая ее.

Мы оба замираем у входа.

Подвал кажется намного меньше, чем в моей памяти. Тогда это было большое помещение, темное, грязное и... ужасное.

Но именно так люди реагируют на травмы. Все увеличивается, становится больше и страшнее, чем есть на самом деле.

Подвал на самом деле размером с комнату, возможно, от трех до четырех метров в длину.

Автоматический свет освещает темно-серые стены и пол. В углу нет цепей. Папа, наверное, избавился от них. Их место занимает уборная.

Кроме этого, подвал пуст. Ни стены, ни пол не были отремонтированы; они выглядят точно так, как я их помню.

Хотя сейчас здесь чисто и нет запаха мочи и рвоты.

Воздух содержит запах остаточной влажности и сигарет. Кто спускается сюда покурить?

– Что-нибудь возвращается?

Вопрос Эйдена отвлекает меня от наблюдений.

Я качаю головой и захожу внутрь. Дверь закрывается.

Стоя посередине, я внимательно изучаю свое окружение, пытаясь запечатлеть что-нибудь в памяти. Это место переполнено воспоминаниями, но это не все, чем они являются для меня. Это драгоценные частички моего детства. Я была неполноценна с тех пор, как стерла их.

Эйден отпускает мою руку, и я чувствую пустоту прежде, чем успеваю ее увидеть. Он целеустремленно шагает в угол и останавливается перед стеной.

Дрожь пробегает у меня по спине и проникает в душу.

Даже несмотря на то, что он смотрит в сторону, я почти вижу маленького мальчика, прикованного цепью к углу, голодного, жаждущего и истекающего кровью.

Боже. Не думаю, что смогу это сделать. Меня так и подмывает схватить его и убежать отсюда.

Я хочу защитить его.

На самом деле, я хотела защитить его с того самого момента, как впервые увидела.

Подхожу к нему на нетвердых ногах и обнимаю его сзади за талию.

Его тепло проникает прямо в мое испорченное сердце. Я кладу щеку на его напряженную спину, полную рубцов и шрамов. На сильную спину, которая никогда не сгибалась.

Приступ слез почти берет верх. Если я поддамся этому и этим разрушительным эмоциям, то буду рыдать до воскресенья.

Я не стану той девушкой.

Я стану семилетней Эльзой, которая принесла Эйдену еду и убедилась, что с ним все в порядке.

Я стану сильной.

– Мы можем это сделать, Эйден. Мы многим обязаны себе.

Его рука обхватывает мою.

– Мне все равно, пока ты со мной.

Мы на мгновение замолкаем. Он не двигается, чтобы обернуться, и я не пытаюсь отстраниться от него.

– Расскажи мне, что случилось той ночью, – бормочу я.

– Той ночью?

– В ночь пожара. В ту ночь, когда я потеряла тебя. – я прерывисто выдыхаю. – Я хочу услышать это от тебя.



    Ваша оценка произведения:

Популярные книги за неделю