Текст книги "Украденный. Книга вторая (СИ)"
Автор книги: Рина Эм
сообщить о нарушении
Текущая страница: 6 (всего у книги 20 страниц)
– Уйдём! Уйдём, Арис. Только куда нам идти⁈ Если б ты только знал, то, что теперь я знаю! – Кеттер рухнул на пол и всхлипнул, завозился. Арис поднял его на ноги за шиворот:
– Нет времени думать и стенать. Я выйду первым, ты иди следом и иди тихо. А если… – Арис сунул нож в стариковские руки, – если увидишь, что меня схватили, не геройствуй и уходи.
Арис решил идти открыто. На нем не написано, что он все знает, так что нужен лишь плащ подлиннее чтобы скрыть перевязь с мечом и пусть все думают, что гость прогуливается теплой ночью. Плащ он забрал из горницы охранителя, поднявшись ненадолго туда. Он хотел бы, чтобы Ондрат был там, но кому-то из них повезло и горницы были пусты, только стол, накрытый Глафирой всё ещё висел в воздухе.
На поляне уже почти никого не осталось, летний шест одиноко пустел под тускнеющим светом, когда он вышел наружу. Никто не обратил на него внимания и вскоре Арис был уже у шатра. Сквозь щели в пологе пробивался свет костра. Огонь горел не ярко. Что он увидит когда войдет? Голую Унау под голым Энче? Это было бы лучше всего – ударить его, пока он будет барахтаться на ней как жук, зажать рукой рот Унау и посмотреть ей в глаза.
Он скользнул внутрь и застыл. Пол в шатре был густо залит кровью.
– Арис, – прошелестел едва слышный голос, – все-таки пришел…
– Унау! – он бросился на колени и поднял её голову чуть выше, разодрал платье на груди и опустил руки. Две раны зияли, как разверстые врата, через которые жизнь покидала ее тело.
– Прости… – пробормотала она и Арис увидел розовые пузыри на губах.
– Не сберегла… морочили голову… знала… нельзя… верить. Потом. Он забрал ее. Не смогла… ничего не смогла… Энче… нож…
– Унау! – воскликнул он целуя ее окровавленные губы, – О моя отважная Унау! О, мой драгоценный цветок!
– Арис… – кровь потекла по ее щеке.
– Милая, нежная Унау, моя возлюбленная Унау! – проговорил он проводя руками по ее волосам, заострившемуся лицу и снова поцеловал, – Прости меня за всё, Унау! Ты скоро поправишься и я возьму тебя в свой шатер. Ты станешь моей женой! Обещаю, о моя Унау!
– Тепло, – пробормотала она. Ее глаза почти закрылись, но тут же она распахнула их и посмотрела осмысленным взглядом.
– С тобой я жила богато. Не скупилась на слова и чувства. И умираю на земле. Я не жалею ни о чем.
Весь в крови, Арис вышел из шатра и остановился. На поляне было пусто, люди будто испарились. Ни огонька, ни звука. Напрямик он отправился к распадку, замечая, как всё неуловимо изменилось вокруг. Воздух загустел, трава перестала казаться шелковистой и свежей. Древо теперь выглядело не добрым исполином, но будто монстр тянуло к нему кривые лапы, а свет исходящий от его листвы потускнел. Арис на ходу сорвал травинку. Она обломилась с противным хрустом и рассыпалась зеленоватой, мерзкой пылью в руке.
Он пересек поляну и спустился по склону, оказавшись в овраге с земляными стенами. Глубоко на дне журчал ручей, а склоны были изрыты ходами и пещерами. Пробираясь меж них он вскоре оказался на берегу узкого ручейка. Глафира сказала, что алтарь Зверя должен быть тут. Значит, сюда и понесли Лару. Будто на помощь из туч выкатилась Луна. И тут же, дальше по ручью раздались шаги. Бесшумной тенью он поспешил туда.
В лунном свете, заливающем все вокруг, сцена открывшаяся ему выглядела жутко. За поворотом ручей мелел и расширялся втрое, течение обозначалось закрученными струйками у гладких камней. На траве, у берега, лежала Лара, похожая на призрак, а над ней склонилось окровавленное чудище.
Только спустя миг он понял, что это не чудовище, а Энче и на его лице кровь, подсохшая кровь Унау. Ярость ударила в голову. Он прыгнул вперед и не успел Энче ничего понять, как нож Ариса вошел в основание его черепа. Не вскрикнув, Энче рухнул и Арис ногой откинул его подальше в воду.
Еще две пары ног неспешно спускались со склона. Арис прикоснулся к лицу Лары – жива. Затем он выпрямился, ожидая их.
– Позволь узнать, братец, что ты такое творишь? – удивленно спросил Снежич и голос его звучал так спокойно и просто, будто он и правда ничего не понимал.
– Я забираю её.
Вторак возник из темноты и остановился рядом с братом. Оба молчали. Арис видел, что их зрачки вытянулись, а глаза пожелтели, но сейчас это не пугало его.
– Послушай, братец, – сказал Снежич тем же тоном, – Зачем все это? Остановись, мы не враги тебе. Охранитель Ондрат простит тебя.
– Брось, Арис, он хочет, чтоб ты стал одним из нас, – сказал Вторак.
– Не волнуйся из-за Энче, его смерть спишется тебе, ты отомстил, ведь он убил твою женщину, – сказал Снежич. – Мы не одобрили его поступка. Энче сказал, что она бросалась на него с ножом и потому он ударил её, но смешно мужчине оправдываться нападением слабой женщины. Ты поступил правильно, теперь оставим ссоры. Все кончено.
– Не кончено, – возразил Арис. Ноги промокли в ручье. Кровь Энче завивалась вокруг его сапог:
– Где Каену?
Братья переглянулись.
– Вон там, – указал Вторак и Арис только теперь увидел за спинами братьев высокий алтарь сложенный из человеческих костей и черепов, сверху заваленных подвядшими цветами. Алтарь прятался в тени и он не заметил его сразу. Зато теперь лунный свет блеснул и Арис увидел, что в углу, свисает, зацепившись за кость амулет Каену.
– Так вот кому вы молитесь.
– Богу, имеющему силу, – возразил Снежич, – склонись перед ним и Зверь одарит и тебя.
– Цена его даров – жизни!
– Цена – кости чужаков, – сказал Вторак, – И не тебе судить нас. Уж мы-то слыхали про твои подвиги. Говорят, ты перебил уйму народу. Даже отца, мачеху, и братца. В чем разница, а, вождь Арис?
– Я не резал гостей у себя в доме, заманив обманом, – проговорил он тихо, – Дай мне его амулет. Амулет Каену!
– Ладно, – пожал плечами Вторак, поднялся наверх, подцепил амулет пальцем и бросил Арису, – бери.
Он наспех нацепил его шею.
– Я ухожу. И забираю ее.
Братья снова переглянулись. Снежич вздохнул:
– Охранитель Ондрат велел не трогать тебя. Пока иди. Но я советую тебе остаться. Все уже решено и ничего не изменить.
Не говоря ни слова Арис подхватил Лару и отступил во тьму. Прислушался. Оба брата поднимались обратно, на склон распадка.
– Арис, – позвали его из тьмы, – они ушли? Что за чудеса?
– Не время разгадывать загадки, Кеттер. Идем.
Прошло не меньше трех часов. Сперва Арис каждую минуту ждал погони, но никто не преследовал их и ощущение опасности стало притупляться. Лара высохла за время беспамятства и весила не больше ребенка, но все же нести на плечах хоть и малый груз было не просто. Оружейный пояс оказался непрочным, съехал и меч теперь бил по колену, но Арис не снимал его.
– Почему они не преследуют нас? – тихо бормотал под нос старик-в-длинной-кофте, – почему лес не закрыл тропы⁈
– Стой. Мне нужна… – Арис потряс флягой, – вода. Только теперь я об этом подумал. Смотри во все стороны. Если что – кричи во все горло.
– А ты куда? – боязливо спросил старик.
– За водой. Слышишь? Ручей шумит вот тут вот, под корнями.
Ручей и правда был близко, не сделал он и десяти шагов, как оказался рядом. Ручеек прятался под корнями деревьев и падал вниз с края обрыва тонкими струями. Арис наполнил флягу, слыша вздохи старика. Набрал воды в горсть и выпил, прислушиваясь к ночным звукам. Ничего не происходило и это радовало и одновременно пугало. Не могли же их так просто выпустить? Где погоня? И почему Снежич и Вторак дали им уйти?
Он встал, пристегнул флягу и замер – рядом вдруг хрустнула ветка. Выхватив меч, он крутанулся на месте и опустил его потому, что из-за куста на него испуганно смотрела Унау.
– Арис? – прошептала она.
– Унау⁈ Но… как⁈ – он всматривался в ее глаза, ища хоть искру серебра, но глаза были правильного, черного цвета, как во все дни, что они были вместе.
– Арис… почему ты оставил меня и ушел?
– Потому, что ты умерла, – едва выдавил он.
– Но я жива, – она шагнула к нему протягивая руки.
Он отступил назад и она поникла:
– Ты снова бросаешь меня, Арис? Что я сделала тебе… я ведь была верна тебе всегда, так за что… – голос ее прервался.
Рассудок говорил, что Унау мертва, он слышал ее последний вздох и закрыл ее веки, но сейчас перед ним была она, Арис видел ее лицо, слышал голос!
– Но как ты осталась жива? – выдавил он не в силах ударить её, или оставить, – Унау, объясни мне!
– Это дар моего деда. Он встретил меня на Той стороне и отвел назад. Он сказал, что мое время еще не пришло и помог вернуться. Ты хочешь, чтобы я осталась?… или нет? – она отступила на шаг.
– Унау, стой! – он не мог позволить ей уйти и шагнул к ней, как вдруг что-то ударило его под колени и он упал, а Унау почему-то взлетела в воздух и заклекотала как птица. От второго удара зазвенело в ушах. Унау взмахнула крыльями. Лес качнулся перед глазами.
– Ну что, очнулся⁈
Арис потряс головой. Вместо Унау над обрывом парила птица с человеческим лицом, искаженным ненавистью.
– Птица сирин, – сказал старик-в-длинной-кофте и сплюнул, отбросив палку, – Видно, когда ты спал в Древе, охранитель подослал ее, чтоб она прочла твои мысли и узнала твои страхи. Сирины пением могут зачаровать и заставить человека увидеть то, что хотят сами. Еще немного и ты бы кинулся с обрыва вниз.
Арис вскочил на ноги. Поднял комок земли и с размаху запустил в птицу. Заверещав, та скрылась в лесу.
Ночь перевалила за половину. После встречи с птицей-сирин дважды им приходилось перебираться через овраги, а затем перед ними открылось болото, зажатое между непроходимым ельником и взгорком, заросшим шиповником. Подумав, Арис шагнул прямо в воду и последний час они пробирались вперед то хлюпая по грязи, то прыгая с кочки на кочку. Усталость брала свое, да еще тучи облепили небо, Луна скрылась, исчезли звезды. В темноте было трудно понять куда идти дальше.
– Передохнём, – решил Арис.
Некоторое время они высматривали подходящее место и набрели, наконец, на островок, окруженный по краю камышом и осокой. Несколько кривых деревьев поодаль торчали прямо из водянистых оконцев.
– Здесь, – Арис уложил Лару и сел рядом, пытаясь отдышаться. Было тихо, булькала вода в болоте, да квакали лягушки. Старик-в-длинной-кофте суетился, собирая палочки и ветки.
– Что ты делаешь?
– Хочу разжечь костер. Огонь всегда помогал от темных тварей.
Арис хотел было сказать, что лесной народ найдет их по горящему огню, но вспомнил волкичей и промолчал. Что им огонь, когда они чуют след?
Слабые огоньки рассеяли густую тьму.
– Ну вот, получше стало, да? – спросил старик.
– Не могу поверить… – проговорил Арис.
– Во что?
– Как ты не понял их сути, когда знал их столько лет⁈ Мне хватило одного дня! Кеттер, ты глупее младенца! Почему ты не рассказал мне обо всем⁈
– А почему ты не понял, что Мауро тебе лжет? Почему не понял, что если вы начнете уничтожать народ янгов, то они сделают что-нибудь дурное, например освободят Меша⁈ Да потому, что никто не может предположить такого, тем более, если…
– Тихо!
– Не стоит так кричать на меня… – заметил старик и вдруг резко развернулся, услышав тоже самое, что уже слышал Арис. Раздвигая болотную осоку к ним двигался кто-то под прикрытием тьмы.
Он остановился у границы света, но не перешел ее.
– Где брата потерял? – спросил Арис и встал, перекладывая меч из руки в руку.
– Почему потерял? – сказали позади и развернувшись, Арис увидел Снежича, в десяти шагах позади. Он снова сумел подобраться к нему сзади так, что Арис его не услышал. Снежич усмехнулся, будто прочел его мысли. Заостренные клыки слабо блеснули в тусклом свете костра.
– Охранитель Ондрат передает тебе привет и еще раз просит одуматься, – продолжил он мягким голосом.
– Но я надеюсь, что ты не сделаешь этого, – хмыкнул Вторак.
– Зачем ты бежишь? – голос Снежича был мягок. – Все уже свершилось, Зверь восстал и ждет тебя. Ты все равно сделаешь что должен. Но если пойдешь с нами сейчас – тебя ждут почести и награда.
– Охранитель на тебе помешан – Арис то, Арис се! Он велел уговаривать тебя, да ты мне поперек горла! – рявкнул Вторак.
Они говорили по очереди, сперва один, потом другой.
– Брат завидует тебе. Пойдем с нами и тебе будет завидовать половина Лесного Края. Или умри тут. Теперь время – выбирай.
Вместо ответа Арис покрепче сжал меч.
– Железо, окованное златом! – повел носом Снежич, – я знаю этот меч. Он принадлежал одному рыцарю из томозиев. Мы забрали меч и засунули в его глотку.
– Ну что ж, гостюшко, на то я и надеялся. Поглядим, что ты за поединщик, – Вторак шагнул в круг света. – Не лезь в это, Снежич!
– Нас ведь ждут, братчик, не до игр, – попенял Снежич, но с места не сдвинулся.
– Я скоро управлюсь, – хмыкнул Вторак и отбросил оружие. С противным хрустом его рот вытянулся наружу, лязгнули клыки.
Он не успел завершить трансформацию, Арис бросился вперед, когда ноги Вторака хрустели, вытягиваясь в суставах и обрастая шерстью. Нож вошел в плоть, как в масло. Арис вытащил его и черная кровь полилась из разрезанного горла и тут же лезвие пронзило желтый глаз. Уродливый недоволк, не завершивший трансформацию, взвизгнул тонко, по щенячьи, рухнул на землю и затих.
– Братчик⁈ – ошеломленно пробормотал Снежич. Он замер на миг и этого хватило. Нож просвистел и вонзился в переносицу, прямо между глаз. Снежич поднял руку, взялся за рукоять и рухнул, но прежде, чем его колени коснулись земли, Арис уже был рядом. Взмах меча, и голова Снежича покатилась по земле. Глаза еще некоторое время вертелись в глазницах, а потом погасли.
– Оо… – старик-в-длинной-кофте весь дрожа сел на землю.
Арис подошел к голове Снежича, вытащил нож и вытер лезвие, затем засунул нож за пояс и сказал:
– А все же, колдовство, это зло.
– Арис, – старик подбросил веток в костер. – выброси их в болото, прошу. Мне не по себе, когда они смотрят на меня мертвыми глазами.
Пожав плечами, Арис отнес тела братьев и уложил их у края островка. Родичи найдут их и предадут земле. Топить в воде мертвецов было не по нему. Хоть он и считал их обоих исчадиями зла и убил не колеблясь, теперь поступить так, как советовал старик было бы подло. Мужчины не бьются с мертвыми, иначе сами станут не лучше падали.
– Поспишь? – спросил старик, когда он вернулся.
– Не выйдет, – равнодушно бросил Арис.
– Что так? – старик всполошился, увидев, как Арис вглядывается во тьму.
– Мне кажется, что-то ещё есть там, во тьме. И близко. Как думаешь, кого сейчас послали за нами лесные колдуны?
– Может быть не… – старик не договорил. – Арис… о, что же это…
– Читай свои молитвы и наговоры, старик, – проговорил Арис, вглядываясь в тьму, – Вспомни все заклятья, может хоть одно да поможет!
Но старик не слышал его, он всхлипнул, не сводя взгляда с камышовых метелок. Меж стеблей завивались в спирали клочья тумана. Словно многолапый зверь, длинными, белесыми лизунами, он полз через заросли, окружая островок со всех сторон.
Холод накрыл их, продирая до костей. Затрещал, угасая, костер и старик упав на колени, подполз к нему и всхлипывая от страха, принялся бросать в огонь все, что попадало под руку.
Арис до боли в глазах всматривался в темень. Страх рос и бурлил внутри, как кипяток, переливался через край.
И вот они появились средь завитков тумана – призрачные твари, коим не место на земле, исчадия самой темной тьмы.
Они несли в себе холод и мрак, и ужас древних кошмаров. Они дышали тьмой, их присутствия не мог вынести даже огонь и он угасал, сраженный холодом, шипел и гас. Они двигались медленно, издавая леденящий звук и страх вспыхнул белым светом вдруг оглушил его и заполнил все тело.
Арис готов был помчаться прочь, как лесной зверь от пожара, ибо нет у него сил справиться! Меч в руке дрогнул и ноги подкосились. Он сделал шаг назад и вспомнил вдруг, что давно уже умер. В ту ночь, на берегу Туганны он умер вместе со своим народом, теперь лишь его тело бродит в поисках мести. Ему ли бояться ночных теней? И подняв голову он посмотрел на них. Вот чем станут его кочевники и он сам таким станет. От его смутной тени спрячутся проезжие на обезлюдевшем тракте и в ужасе завоют псы.
Арис вытащил меч и повернулся к ним, равный перед равными. Тени окружили со всех сторон. Последний отблеск костра вспыхнул и погас.
– Кто ты, что не боишься нас? – сказал во тьме мертвый голос и Арис понял, что говорят они разом и голос у них на всех один.
– Скоро я буду водить вас по долинам Той стороны.
– Исполните его желание! – проговорили они разом, – пусть он станет одним из нас!
И подняв меч, Арис ударил колышущиеся тени. Ударил и взмахнул снова. Искры побежали по лезвию и вой мертвых разнесся над поляной. Тени сомкнулись вокруг него.
Что-то кричал старик-в-длинной-кофте. Что – Арис не слышал. Отбросив все мысли он рубил тени. Лезвие резало их и тут же они смыкались снова. Яростно метались по поляне блики, отскакивая от незапятнанного кровью меча, складывались в диковинный узор.
Он не знал, сколько времени прошло, тело вошло в ритм, руки и ноги двигались, выполняя привычную работу. Он привык к этому, это было его дело, и какая разница, с кем сражаться? Главное не позволить им его коснуться и не важно как долго они будут нападать. И вот тени дрогнули, опали и поползли полосами тумана обратно, сквозь заросли камыша.
Он остановился и обвел поляну мутным взглядом. Все было тихо.
– Ну⁈ Кто теперь⁈ Кого еще ты пошлешь ко мне, жрец Зверя⁈ – закричал Арис потрясая мечом.
– Зверя! Зверя… – эхом лес рыкнул в ответ.
Брызги волколачьей крови стыли на лице и плечах, и старик-в-длинной-кофте вскрикнул в ужасе глядя на него.
Арис засунул меч в ножны и подошел к краснеющим углям. Сел и привалился спиной к корявому корню, торчащему из земли.
– Мне нужно поспать, старик, – пробормотал он, – Я устал.
– Спи, я посторожу, – опасливо ответил тот.
– Никто больше не придет сегодня, – сказал Арис сонно, – не бойся.
– Откуда ты знаешь?
– Разве ты не слышал сам? Лес сказал, что теперь Зверь придет за нами…
Ответа старика он уже не услышал – усталость взяла свое, он мгновенно уснул. Кеттер стянул с плеч рубаху и прикрыл Ариса. Подбросил в костер веток, сел и потер застывшие плечи. Проговорил тоскливо:
– Значит, Зверь придет за нами… Говорят, его силе нет предела… но я верю в тебя, о вождь Арис. Верю…
Костер разгрыз толстую деревяшку и весело затрещал, разбрасывая вокруг искры. Покачиваясь, старик сидел у огня. Веки тяжелели, стыли. Искры плыли, вверх и вниз. Он закрыл глаза на один миг.
И не видел, как из кустов показались двое. Охранитель Ондрат нагнувшись над Ларой прошептал ей на ухо несколько слов. Второй поднял ей голову и влил в рот что-то из глиняного флакона. Опустив ее обратно, они тут же ушли. А над поляной теперь раздавалось сонное дыхание не двух, а трех человек.
Вода в глиняной плошке, слепленной наспех, закипела, зашипела, выливаясь наружу. Кеттер бросил в плошку шепотку одолень травы, что росла у берега и подошел к Арису, который еще спал, раскинув руки.
– Вставай, – он подергал его за ногу, – вставай, Арис. Пора. Я приготовил отвар. Больше у нас ничего нет. Я хотел наловить лягушек, но не решился отойти надолго.
– И ладно, – Арис сел, протирая глаза, – я выспался как… как дома. Ничего не слышно?
– Да вроде нет.
– Всё это странно, – Арис поднялся, потянулся так, что хрустнули кости. Взял косенькую плошку, одобрительно кивнул и только потом ответил на немой вопрос Кеттера:
– Хочешь спросить, что странно? Скажи ка, старик-в-длинной-кофте, трудно ли убить одного человека, если он искусен в драке? Думаешь, да? А если у тебя сотня воинов? Чем поможет сила и искусство воина?
Он сделал еще глоток:
– В сказках, что рассказывала нам няня, герои сражались против злых царей и злых колдунов и всегда побеждали. Мне нравились сказки, но я думал: почему злой царь Батенче с длинными кривыми когтями все время посылал в погоню за отважным Янааном так мало воинов? Как бы выкрутился Янаан, если б в степи его окружила сотня лучников? Но воины Батенче всегда выходили по двое-трое против силача Янаана. В сказке это хорошо и мы рады, что Янаан победил Батенче, но в жизни все было бы не так. Понимаешь, старик? Я говорю – Снежич с братом могли поднять переполох у Сердца и нам бы тогда конец. Но они выпустили нас. Зачем? Пусть Снежич и Вторак глупы и совершили ошибку, почему бы Ондрату не послать за нами в погоню сотню оборотней? Но он посылает за нами птичку, потом двоих братчиков и мертвецов, которые испугались моего меча. Будто мы в сказке про отважного Ариса и злого охранителя Ондрата.
Он допил жидкость и сунул глиняную плошку в карман.
– Не стоит гадать. Скоро мы узнаем в чем дело.
– Да… – проговорил задумчиво Кеттер.
Арис подошел к Ларе и нагнулся над ней, пока старик-в-длинной-кофте копошился вокруг костра, суетясь и что-то укладывая.
– Кеттер… – пробормотал он, – подойди сюда.
– Что такое?
– Посмотри… мне кажется, или она… снова дышит⁈
Старик нагнулся над Ларой и некоторое время всматривался в ее лицо. Потом выпрямился.
– Ну? Она приходит в себя?
– Да… ее лицо порозовело и налилось жизнью. В этом нет ничего хорошего…
– Почему же? Мы сами мечтали, чтобы она проснулась.
– Она… просыпается потому, что он рядом.
– Зверь! – Арис поджал губы, – Тогда – ходу!
И подхватив на руки Лару бросился вперед.
Прошел час, а затем еще. Болото сменилось редколесным плато, затем они спустились вниз, поднялись по другому склону и некоторое время продирались через густой ельник.
Арис обливался потом и едва дышал. Старик семенил следом, ни жестом, ни вздохом не выдавая усталости. Вскоре ельник поредел, склон пошел вниз, а через некоторое время запахло сыростью и они увидели водную гладь.
Арис выдохнул:
– Смотри, Кеттер, это река. Не ее ли я видел в самый первый день, когда мы встретились с тобой?
Старик молчал, и обернувшись Арис увидел отчаяние на его лице.
– В чем дело?
– Это Нимубелла, Арис, – простонал Кеттер в ответ, – Нимубелла! Каким-то образом мы все время шли на юг, а не на север. Лес запутал нас! За рекой, на том берегу Оплот и… Зверь.
Он сел на землю и сжав голову руками принялся раскачиваться из стороны в сторону.
– Они обманули нас… обдурили нас… заморочили нас…
– Вставай, – сквозь зубы проговорил Арис, оглядывая берег.
– Мы проиграли! Мы сами пришли в логово Зверя, как и было предсказано и…
– Хватит ныть! Пусть это Нимубелла, но она течет куда-то и рано или поздно покидает Лесной край. Мы пойдем по воде. Так им не задурить нас.
Положив Лару на берег, он осмотрелся:
– Старик! Видишь это поваленное дерево? Помоги мне стащить его в воду. Мы положим Лару между веток и потащим по воде. Мы пойдем по реке, по течению. Мы не выберемся на берег, пока не выйдем из Лесного края и им больше не удастся запутать нас
– Это не поможет, – проговорил старик, но встал.
Они подняли еловый ствол и спустили его на отмель. Арис потащил ствол дальше, в воду. Устроил Лару и снова принялся тащить и раскачивать ствол. Ветки скребли по дну, цепляясь за камни, будто хотели им помешать.
Старик бормотал как заведенный:
– Все напрасно, всё напрасно… – и вдруг крикнул:
– Арис! Взгляни!
Из леса вышла стройная процессия. Впереди всех охранитель Ондрат, за ним еще несколько стариков, все разодеты лучше чем на праздник. Пятеро несли в вытянутых руках блюда, над которым курился дымок. Все они пели протяжный, заунывный мотив. Никто даже не посмотрел в их сторону.
– Они приветствуют Зверя, – убито сказал Кеттер. – Видно он совсем рядом.
– Арис, – произнес в ушах голос охранителя Ондрата, хотя сам он был довольно далеко, – Еще можно все исправить… отдай её добровольно и Зверь простит тебя.
Ничего не ответив, Арис снова потащил бревно.
– Все это было предсказано, – бормотал старик позади, – Все дороги ведут на реку Смородину, на Калинов мост. Великий воин придёт с юга, принесет возлюбленную в жертву Зверю, Зверь получит силу сестры и победит. Затем воцарится в мире и будет править вечно!
Арис зашел уже по пояс и течение сносило его, да еще и камни на дне были покрыты илом, а ветки все ещё упирались, цеплялись не давая направить ствол по течению. Напрягая все силы Арис тянул его, как вдруг поднялась волна, качнула дерево и унесла его дальше, на глубину. Арис едва успел ухватиться за ветки, как их понесло течение.
– Держись крепче, братец!
Над поверхностью поднимались прозрачные силуэты. Они окружили ствол и теперь тащили его все ускоряясь. Русалки! От сердца отлегло и он оглянулся назад. Охранители все так же пели на берегу и не делали никаких попыток остановить их. Даже не смотрели в их сторону. Робкая надежда торкнулась в его сердце, как вдруг над лесом со стороны Оплота в небо взметнулись тучи птиц.
Гром ударил так, что заложило уши и темные тучи поползли, закрывая небо. Лес дрогнул, листья затряслись, как в лихорадке.
– Быстрее! – крикнул он русалкам.
– Вам не уйти, – сказал охранитель Ондрат, будто стоял рядом. – Никому не уйти от Зверя. Все пути ведут на Калинов мост. Тут всё решиться и будет кончено.
Грохот раздался снова и небо раскололось молнией. Русалки, вытянувшись из воды скрестили руки, образуя водяной купол над ними.
Стало темно, как перед грозой. Ондрат и остальные охранители становились на колени, склоняя головы перед тем, что двигалось к реке по другому берегу. Арис видел, как с треском падают деревья, все ближе и ближе и вот, рухнули огромные сосны у берега и упали в воду, взметнув столбы брызг.
Арис напряженно смотрел, ожидая, что там появиться, но никого не было. Зато вскрикнули русалки. Купол лопнул, обдав все водяными каплями, а русалки вспыхнули и превратились в горячий пар. Ствол, на котором лежала Лара остановился и сперва медленно, а затем все быстрее начал разворачиваться поперек течения. Арис отчаянно сопротивлялся, греб обеими руками, но все было бесполезно. В отчаянии он закричал и вдруг услышал тихий шепот:
– Арис?
– Лара! Лара! Ты очнулась!
– Арис, где мы? Меш близко?
Ствол наконец развернулся поперек реки и встал на месте, а затем начал вытягиваться, расширяться, поползли вверх ветки, сплелись над ними, другие превратились в опоры моста.
– Где мы, Арис⁈
– Лара, ты очнулась!
Она встала на ноги, оглядываясь по сторонам.
– Где мы, Арис⁈
– Мы в Лесном Краю! А там…
– Зверь! – выплюнула она. – Сбылось пророчество, как я не старалась избежать этого!
Мост дрогнул, будто кто-то огромный ступил на него.
– Зверь! – крикнул Арис.
Чудище на том конце моста не могло быть никем иным.
– Вот мы и встретились, братец! – Лара подняла руки и Арис зажмурился, ожидая вспышки, грохота, но ничего не произошло. Она повторила движение, недоуменно посмотрела на свои руки и повернулась к нему, горько бросила:
– Ты позволил им лишить меня силы! На свою погибель я пошла с тобой, Арис! Будь ты проклят на веки за свои дела!
– Лара, – пробормотал он.
Зверь, шагнул вперед и мост затрясся под ним. Арис вытащил меч, однако даже умереть от рук этой твари было ему не суждено. Руки разжались и он рухнул на колени, а потом упал на бок. Его тело больше не принадлежало ему. Зверь управлял им легко, будто мальчик игрушкой.
Лара упала тоже. Она еще некоторое время билась, пытаясь сопротивляться, а потом все вокруг покраснело и исчезло в мутном кошмаре.
Очнулся Арис на берегу. Снова светило солнце. Он лежал лицом в траве, а над ним склонился бледный как смерть Кеттер.
– Где она, старик-в-длинной-кофте? – пробормотал он тихо.
– Где и должна была оказаться – у своего брата. Все свершилось как и было предсказано, – ответил голос охранителя Ондрата.
– Убьем их, брат. Во славу Зверя, – сказал кто-то еще.
– Нет. Зверь не желает этого, – ответил Ондрат, – они оба – его дар Мешу ради мира.
– Вставай, – сказал он обращаясь к Арису. – Бери Кеттера и уходите. Зверь приказал выпустить вас.
Арис с трудом поднялся и встал, ничего не видя вокруг. Голос Ондрата вонзился в мозг:
– Все могло быть иначе. Я готов был признать тебя своим. Дать тебе место в нашем мире – ради твоей мудрости и силы. Но я ошибся в тебе.
Он прошептал несколько слов и взмахнул рукой. Деревья будто бы расступились и перед ними открылась тропа, которая упиралась в каменное ущелье.
– Прощай, мертвец Арис.
