Текст книги "Беглянка (СИ)"

Автор книги: Резеда Ширкунова

сообщить о нарушении

Текущая страница: 2 (всего у книги 12 страниц)

Глава 4

Светлана (Кити)

С тех пор как я попала в публичный дом, или, как его все называли, дом развлечений мамочки Роситы, прошло пять дней. Основное мое занятие заключалось в том, что я ела и спала.

Это для окружающих.

На самом деле я уже со второго дня начала понемногу вставать и пытаться делать физические упражнения. Правда, после первой пары приседаний шлепнулась пятой точкой на пол, но это не умерило мой пыл: я стала делать упражнения лежа, потом сидя. В итоге, хоть и по капле, но сил прибывало.

Как там сказал мистер Айдон? Я – сильная магичка? А если верить прочитанным книгам о попаданках, то магия должна помочь мне быстро вернуться в строй. К сожалению, магии в себе я не ощущала от слова совсем.

Неделя, которую дал на выздоровление целитель, близилась к концу, и я со дня на день ожидала прихода мадам. В том, что она скоро появится на горизонте, я не сомневалась, и действительно, вечером шестого дня дверь отворилась, и зашла хозяйка борделя. Вместе с мистером Айдоном. Дежавю прямо какое-то!

– Осмотрите ее, – велела лекарю мамочка Росита, а мне бросила: – Потом мы с тобой пообщаемся.

Все прошло так же, как и в первый раз. Разве что целитель сегодня был немногословен. Он вынес вердикт, что я совершенно здорова и мое недоедание не принесет больше проблем ни мне, ни хозяйке, и поспешно удалился. А мадам приступила к разговору:

– Пока ты разлеживалась и отъедалась, я навела справки. Выяснилось, что тебя нашли без сознания недалеко от сожженной рыбацкой деревни, одетую в простую одежду, которую обычно носят рыбаки или крестьяне. Но я точно знаю, что видящие рождаются только у аристократов, и это подтверждает мою версию, что ты стала видящей после переселения души, – она улыбнулась.

И эта улыбка для меня значила одно: я попала. Ведь аристократы наверняка искали бы дочь, крестьяне же или рыбаки явно этим заниматься не будут. Погорюют о пропавшей девочке, если сами не погибли, и продолжат жить дальше. Зато у мадам теперь развязаны руки. Раньше она, как мне кажется, немного боялась наказания за сокрытие видящей, сейчас же ее ничего не останавливает, и хозяйка борделя начнет использовать новую девочку по полной.

И тут до меня дошла одна вещь, которая после речи мадам зудела в мозгу. Я внимательно посмотрела на Роситу, представила в красках рассказанное ею, и поняла, почему зациклилась на этом.

– Подождите! – воскликнула ошарашенно. – Но если меня обнаружили в рыбацком поселке одну и в бедной одежде, то откуда пиратам известно, что я видящая?!

Женщина целую минуту смотрела в мои глаза, потом резко развернулась и молча вышла из комнаты. Я с облегчением выдохнула. Аура некоторых людей чересчур давит, даже порой вызывает животный страх. К таким относилась и Росита. Позже я узнала, что у нее в предках были вампиры.

С хозяйкой заведения в следующий раз мы встретились через день. Она вновь зашла в комнату без стука, видимо, здесь так принято, но сегодня одна, без целителя. И, не заморачиваясь предисловиями, приступила к делу:

– Завтра приезжает мужчина, приближенный к королю. Он купил твою девственность. И ты должна быть благодарна, что ляжешь под благородного, а не под какого-то мужлана из подворотни. К тому же, судя по словам тех, кто тебя забрал из той деревни, ты валялась среди трупов жителей поселка. Если бы не Критон, то неизвестно еще, кто бы на тебя наткнулся и что бы с тобой сделал.

Я не стала доказывать, что озвученное – лишь один из возможных вариантов событий. Вместо этого поинтересовалась:

– Получается, все, что говорил работорговец про видящую, ложь?

– Не скажу точно, сама не в курсе. А спросить не у кого: тех, кто мог бы ответить на этот вопрос, в тот день убил перевертыш. Но пока оставим эту тему, – ее голос звучал так, словно она вбивала в мою голову гвозди. – Портниха уже сшила платье. В шесть вечера зайдет моя помощница и подготовит тебя к первой ночи. И смотри мне, чтобы вела себя прилично: не брыкалась и не орала на все заведение. Иначе…

Что иначе – она не сказала, но и без слов ясно, что ничего хорошего.

После того как мадам удалилась, мозг начал работать активнее. Я совершенно не готова к побегу. Во-первых, организм еще не восстановился, и я периодически чувствовала слабость. А во-вторых, мне нечего надеть. Старое платье давно унесли и выбросили, последние дни одежду мне заменяла простыня. С каждой минутой паника все больше захватывала сознание, и что-то с ней сделать не получалось. На словах-то все сильные, а вот на деле…

Тут распахнулась дверь, и зашла одна из служанок, которая помогала Луре с моим купанием. Вроде бы ее имя Марги. Она поставила передо мной обед, а я решила действовать.

– Тебя же Марги зовут? – улыбнулась я девушке. Она кивнула, не отводя внимательных глаз. – У меня к тебе просьба. Дело в том, что у меня совсем нет одежды. Не могла бы ты принести платье, неважно какое, чтобы прикрыть эти прелести? – я указала на свою грудь.

– Хорошо, госпожа. Попробую что-нибудь подобрать, – без споров согласилась Марги.

– Да какая я госпожа! – я махнула рукой. – Обычная, такая же, как все.

– Нет, госпожа, не обычная. Про вас тут слухи ходят…

– Это какие же?

Девушка оглянулась на дверь и быстро зашептала:

– Говорят, вы – видящая, и стоит герцогу переспать с вами, дар тут же откроется. Я принесу платье, госпожа, а вы посмотрите мою судьбу? – неожиданно закончила она.

Врать не хотелось, и в то же время себя было жаль. А доверять я не могла никому. Вот, спрашивается, что делает в подобном заведении совсем молодая девчонка? Одна из «ночных бабочек»? Поэтому я пообещала:

– Посмотрю обязательно, Марги. И, пожалуйста, кроме одежды, если получится, принеси еще и обувь.

– Хорошо, госпожа, – она снова кивнула и ушла.

Буквально через пару минут в комнату влетела Лура. За ее спиной, опустив голову, стояла Марги. Старшая служанка уперла руки в боки и с прищуром взглянула на меня.

– Зачем тебе одежда и обувь?

– А что, мне по заведению ходить в таком виде?! – возмутилась я, мысленно нахваливая себя за предусмотрительность, и сбросила простыню с одеялом, оставшись в чем мать родила. – Я даже в туалет не могу нормально сходить, лишь в горшок под кроватью! У вас и при клиентах в горшок ходят? Или мне мадам пожаловаться? А купаться перед завтрашней встречей с герцогом предлагаете в лохани? Только не надо говорить, что в доме нет ванны!

Вообще-то, с последним утверждением я рисковала, и рисковала по-крупному. Кто знает, есть ли в этом мире ванны в принципе?

Лура немного помолчала, о чем-то раздумывая. И наконец выдала:

– Хорошо, я поняла. Сейчас спрошу разрешения у мадам и вернусь.

– Я надеялась, что тебе можно доверять, а ты побежала докладывать, – поморщившись, сказала я Марги, весь наш разговор с Лурой простоявшей с опущенной головой. – Пошла вон отсюда.

Девушка выскочила из комнаты. Мне казалось, будто на душе кошки нагадили. Думать о ее предательстве, пусть я и не питала особых надежд на помощь, было неприятно.

Через полчаса в комнату зашла другая служанка и молча положила на кровать серое платье обслуживающего персонала и обувь, напоминающую домашние тапочки. Я быстро оделась. Конечно, без нижнего белья чувствовала себя некомфортно, но спасибо, что принесли хотя бы это.

Из любопытства выглянула за дверь и тут же услышала разговор двух служанок.

– Дура ты, Марги! Тебе подвернулся шанс узнать у видящей о своем будущем, а ты его профукала. Глядишь, она посоветовала бы, как выбраться отсюда и устроить успешно жизнь. Или хочешь, как твоя мать, сначала ложиться под аристократов, а потом, потеряв красоту и молодость, оказаться в «Усладе» и обслуживать всякий сброд? И долго ты там проживешь, а? – Марги заплакала, а вторая служанка продолжила: – Попроси видящая что-то для нее сделать, я бы наизнанку вывернулась, а помогла.

– Я не хотела, – сквозь всхлипы ответила Марги. – Меня Лура увидела, остановила, принялась расспрашивать, отчего я такая довольная. Вот я без задней мысли ей и рассказала. А она сразу ринулась к госпоже требовать ответов.

Я не стала им мешать и вернулась в комнату. Следовало решить, что делать дальше. Насколько я помню, ранним утром здесь все спят, как обслуга, так и девчонки, умаявшиеся за ночь с клиентами. Тогда-то я и должна попытаться сбежать.

Глава 5

Светлана (Кити)

Сегодня была последняя ночь, когда я еще могла вырваться из этого места распущенности и разврата.

Стараясь вести себя незаметно, хоть порой и ловила косые взгляды, решила пройтись по первому этажу. Клиенты начали уже собираться, и мне удалось понаблюдать, как покупателям показывают «товар». Коротенькое платьице на каждой из девочек еле прикрывало ягодицы, а глубокое декольте почти не прятало груди, и казалось, что та вот-вот вывалится. При виде такого «богатства» глаза мужчин, жаждущих удовольствий, наполнялись чувственными огоньками, из приоткрытых ртов едва не капали слюни, а бугры в штанах прямо демонстрировали, как они мечтают утолить свои бесстыдные желания.

Я – дитя просвещенного века, и многое видела во всемирной паутине, то бишь в интернете. Но здесь, где воздух буквально пропитан похотью, становилось душно.

Нет, нет и нет! Меня подобное не устраивает! И лучше я умру повторно, чем буду жить как эти несчастные женщины!

Я вернулась в свою комнату и прямо в одежде завалилась в постель, словно пришибленная мешком. Спать не получалось: мешали музыка, крики, смех и стоны, доносящиеся со второго этажа.

Веселье затихло ближе к рассвету. Дождавшись, пока все звуки растают в предутренней мгле, я тихо встала с постели. Еще днем узнала, где находится кухня, и в первую очередь направилась именно туда. Надо же чем-то питаться в дороге, вновь падать без сил совершенно не хотелось. Жаль, времени совсем нет, а то можно было попробовать разжиться несколькими монетами. Хозяйка борделя уж точно не обеднела бы.

Почему-то вспомнился странный случай, произошедший вчера со мной возле кухни.

Я стояла и смотрела, как девушка отрубает головы курам, когда одна птица вырвалась и принялась с отрубленной головой носиться по всей кухне. Я перехватила курицу, передала ее девушке и зашла за перегородку, чтобы ополоснуть пальцы от крови.

– Новенькую никто не видел? – прозвучал внезапно юношеский голос.

Наверное, кто-то указал на перегородку, так как из-за нее сначала появилась голова, а затем и сам молодой человек с русыми кудрями и серыми глазами.

– Ты что тут делаешь? Я тебя обыскался, – недовольно буркнул он и подошел ближе.

– Пальцы в крови испачкала, вот, собиралась помыть, – ответила я, недоуменно рассматривая юношу.

– Не нужно. Колоть лишний раз не придется, – проворчал парень и схватил меня за руку. Потом приложил к пальцу, испачканному куриной кровью больше других, маленькую трубочку, нажал на кнопочку на ее верху, и кровь втянулась внутрь.

– Ничего себе! – удивилась я.

Мальчишка довольно хмыкнул, радуясь, что произвел впечатление, и улыбнулся.

– Теперь можешь мыть, – разрешил он и, насвистывая, вышел из-за перегородки.

И сейчас, пока я пробиралась на кухню, интуиция нашептывала, что все, произошедшее тогда, к лучшему.

Наконец открыла дверь в святую святых царства еды и осмотрелась. На столе стояли кувшин с компотом и тарелка с обветренными кусками вареного мяса и парой ломтиков изрядно подсохшего хлеба с сыром. Остальные продукты, видимо, были закрыты в шкафах, на которых висели огромные амбарные замки. Да уж, своеобразная защита от воров.

Схватила чистое полотенце и завернула туда все, что лежало на тарелке. После отыскала пустой кувшин и потянулась, чтобы налить чистой воды. И нечаянно задела бокал, стоявший на краю стола. Он полетел на пол и с грохотом раскололся.

– Кто там? – услышала я сонный крик одной из служанок и замерла, готовая вылететь из кухни, надумай женщина подняться с постели. Но та лишь пробурчала: – Тьфу ты, опять крысы разбегались, – и вновь наступила тишина.

Я, постояв еще пару минут, перевела дух, схватила узелок с добычей и метнулась в холл, а оттуда – к двери, ведущей на улицу. Но выяснилось, что она закрыта на замок. Меня пробила нервная дрожь. И что делать? Как выбраться из дома?

«Не все потеряно. Должен найтись другой выход», – мысленно постаралась успокоить себя и задумалась, что же предпринять.

Центральная входная дверь наверняка закрыта до вечера, но продукты-то и все остальное привозят утром, значит, есть еще одна дверь. И пусть время поджимает, а минуты тают на глазах, ничего не остается, кроме как искать выход. Как же тяжело, когда не знаешь планировки дома!

Пожалуй, начать лучше с кухни, ведь продукты доставляют именно сюда.

Осмотрела помещение и вскоре обнаружила в углу за печкой неприметную дверцу. Открыв ее, увидела коридор, а дальше – деревянную старую дверь, через окошко в которой пробивался лунный свет. Кстати, в этом мире было две луны: одна – большая, даже огромная, желтая, словно головка сыра, а вторая – гораздо меньше, оранжево-красная. Света они давали достаточно, поэтому на улице было не так темно, как, например, в ночном лесу на Земле.

Отодвинув засов, я вышла во двор и очутилась позади борделя. Чтобы пробраться на улицу, придется обойти весь дом, и есть вероятность, что меня кто-нибудь заметит. Может, попытаться перелезть через забор? Тело, конечно, не то, что в прошлой жизни, но немного мышцы я все же подкачала, хотя, положа руку на сердце, это капля в море.

Прокралась вдоль забора и почти перед самыми воротами нашла дерево, по которому можно перебраться на ту сторону. Но имелось одно но: я оказалась бы на виду у охранника, мерно посапывающего, укрывшись тулупом, на стульчике возле будки.

Где-то прокричал петух или кто-то на него похожий, и я решилась. Скрутила подол длинного платья, к нему привязала узелок с едой, благо, кувшин закрыт плотной крышкой, и стала карабкаться на дерево. Осталось проползти по широкой ветке до забора – а там уже на воле.

Подъем прошел удачно, но когда я собиралась спрыгнуть, охранник проснулся. Я отшатнулась и постаралась слиться с веткой. Как назло, еще и луны светили так, что, догадайся мужчина поднять голову, он непременно меня бы заметил.

К счастью, охранник голову задирать не собирался. Вынул из-за пазухи бутылку, глотнул из нее несколько раз, убрал обратно и снова захрапел.

Выдохнув с облегчением, я отлипла от ветки и перескочила на забор, а следом – на землю.

Оглядевшись, замерла, не зная, куда бежать. И тут какая-то сила потянула влево, где в тумане вырисовывались очертания леса. Впрочем, разницы нет, лишь бы подальше отсюда, и я рванула туда, куда так необъяснимо тянуло.

Бежала долго, не чувствуя под собой ног, и только когда солнце поднялось высоко, остановилась, чтобы подкрепиться. Я надеялась, что оторвалась от преследователей, если мое исчезновение уже обнаружили.

Лес, в котором я очутилась, казался бескрайним. Он шуршал кронами огромных деревьев и выглядел зловещим и недружелюбным. Сразу же подумалось о наверняка водящихся здесь хищниках. Но какой выбор? Лучше уж пусть меня разорвут лесные звери, чем жизнь в доме развлечений, уготованная мамочкой Роситой.

Поев, я осознала, что двигаться дальше не получится: слишком хотелось спать. Найдя под корнями большого дерева кем-то вырытую нору, я залезла внутрь и тут же отключилась.

Проснулась не сама, а словно кто-то толкнул. С минуту лежала, соображая, где нахожусь, и тут услышала знакомый голос – парнишки, бравшего недавно у меня кровь. Он разговаривал с мужчиной, я его не видела, но слышала грубый бас.

– Как ты ухитрился вместо крови новенькой собрать кровь убитой курицы?! Это просто не укладывается в голове! – возмущался мужчина, отчитывая юношу. – А я вначале даже не сообразил, почему нас тянет на кухню. Хорошо, та кухарка подсказала, что девушка ловила курицу и испачкалась. Таких бездарей, как ты, Всесильный нам еще не посылал!

– Я решил, что она поранилась, и, чтобы, лишний раз не причинять боль, взял кровь с пальца, – ответил недовольный юноша и засопел от обиды.

– А объясни-ка мне, Дерек, почему ты этого не сделал раньше?

– Господин целитель сказал, что пока девушка не придет в норму, ее лучше не трогать. Вот я и подумал, что никуда она не денется, позже возьму.

– А позже что помешало? – уточнил мужчина. Ехидство так и сквозило в его вопросе.

– Я забыл, – буркнул парень.

– И таким образом лишил всех премии, а себя еще и зарплаты. Ох, Дерек, давно пора перестать жалеть этих распутниц.

– Она не такая! Она чистая и нежная, – встал юноша на мою защиту. Было приятно, что хоть кто-то на моей стороне.

– Ладно, возвращаемся, – велел «бас». – Искать ее, тем более в этом лесу, – дохлый номер. Умный человек сюда не сунется: территория принадлежит перевертышам, изгнанным из стай.

По моему телу от страха побежали мурашки. Похоже, об этих перевертышах говорила Лиси, когда рассказывала про своих врагов.

Зато стало ясно, что кровь понадобилась для того, чтобы в случае побега найти меня через поисковик. Не стоит забывать, что это магический мир. Не зря же я прочитала огромное количество книг о попаданках!

Итак, какие выводы? Я избежала поиска по крови из-за неосмотрительности юноши. К тому же, если идти по лесу, за мной никто не сунется. Это хорошо. Из плохого – есть вероятность нарваться на перевертышей. А они, как я поняла, могут не только причинить боль, но и убить.

Так что же делать?

Похоже, идти придется днем, а ночью прятаться на дереве. Впрочем, учитывая звериный нюх хозяев леса, это вряд ли поможет. Значит, надо выйти на дорогу и напроситься в обоз. Страшно? Бесспорно. Но выхода нет. Это лучше, чем смерть.

И я, стараясь держаться ближе к дороге, пошла вперед.

Глава 6

Интерлюдия

Герцог Арнес Айжонский молча сидел в кабинете хозяйки борделя, слушал блеяние женщины и отрешенно ее разглядывал. Красота Роситы издалека казалась совершенной, если не брать в расчет слишком раскосые глаза, вблизи же она напоминала старуху с толстым слоем небрежно наложенного макияжа.

– Итак, вы не знаете, где девушка, – бесстрастно произнес мужчина. Он выглядел ледяной статуей, хотя внутри все кипело, словно лава вулкана.

– Увы, лорд. Поиски оказались безуспешны, – поежившись от холодного тона посетителя, тихо ответила мадам.

– Ваш лекарь сказал, что она чувствовала себя очень плохо, когда ее привезли сюда, даже не могла двигаться. Такое состояние возможно в двух случаях: либо при сильном ранении, либо при внезапном открытии дара, когда магия лавиной проносится по неподготовленным магическим каналам и обездвиживает тело. Неужели вы, наученная опытом женщина, подобное не предвидели?

– Я, конечно, ощутила в ней магию. Да и мистер Айдон подтвердил, что она сильная магичка. Но мы даже не предполагали, что у нее идет открытие каналов, – попыталась оправдаться Росита.

– Вы выпустили в мир необученную магичку с сильным даром, – прервал ее герцог. – Теперь ждите громких последствий. И хорошо, если обойдется без жертв. А если нет? Вы будете отвечать перед законом, мадам, и вашим покровителям в данном случае помочь не удастся. Заодно приготовьтесь объяснить, почему вы не сообщили о видящей, более того, решили на ней заработать, продав девственность? Кстати, продали ее мне, поэтому отпираться не советую. И верните рупаны.

– Я не знала, что она видящая, лорд! – взвыла хозяйка борделя и бросилась на колени перед герцогом. – Ее нашли в рыбацком поселении, одетой в старое простецкое платье!

– По словам родителей, девушка шла к святой горе. Или, по-вашему, паломники у нас теперь в шелка и драгоценности рядятся? – пренебрежительно бросил Арнес Айжонский, отпихнул ногой женщину и покинул кабинет. Его ярость бурлила и требовала выхода.

Светлана (Кити)

Я двигалась по кромке леса, стараясь не заходить глубже. За это время по дороге прошли два путника, но ни одиночных телег, ни обозов не было.

Солнце уже миновало зенит, когда я присела отдохнуть. Очень хотелось есть. Сжевала последний кусочек хлеба с сыром, ненадолго успокоив таким образом желудок, встала и пошла дальше. Пусть пройду километр или чуть больше, но все же это увеличит расстояние между мной и домом развлечений.

Не имею понятия, сколько я брела, когда вдалеке послышались шум, звон метала и крики. Мгновенно юркнула за большое дерево, прислушалась. После того как все стихло, подождала минут двадцать и только тогда рискнула идти дальше. От стояния на месте храбрости не прибавится, значит, остается одно – двигаться вперед.

Вскоре я вышла на большую поляну и застыла от страха и изумления.

На поляне вперемешку лежали мужчины с рассеченными животами, окровавленные женщины, рваное тряпье, кухонная утварь и еще что-то трудноопознаваемое, пропитанное кровью. Трупы лошадей валялись чуть дальше. Стоял удушающий сладковатый запах. Он достиг моего обоняния, и меня вывернуло. Вся скудная еда оказалась возле дерева, на которое я опиралась.

– Господи, за что мне все это? Почему ты не отправил меня на перерождение? Неужели я в прошлой жизни много грешила? – пробормотала сквозь всхлипы, вытирая текущие по щекам слезы.

Выплакавшись и успокоившись, начала более-менее соображать и услышала шум воды. Отойдя шагов на тридцать от поляны, наткнулась на мелкую речушку. Ополоснула лицо и руки, набрала в кувшин чистой холодной воды. А потом села на поваленное дерево и принялась рассуждать.

Как бы меня ни воротило, но посмотреть, что в телегах есть полезного, стоит. Для борьбы за жизнь подойдут любые средства. Так что страхи прочь – и вперед.

Посидела, набираясь храбрости, затем решительно поднялась и направилась обратно к поляне.

Лишний раз не глядя по сторонам, подошла к первой телеге, ко второй, но ничего для себя не нашла. И только в третьей увидела большой мешок. Там обнаружилась чистая мужская одежда, а также спрятанные среди вороха тряпок монеты: две золотые, с десяток серебряных и несколько медных.

Обрадовавшись находке, быстро надела тонкие подштанники, сверху – кожаные брюки, накинула цветастую льняную рубашку и под цвет брюк кожаный жилет. Конечно, все на мне висело, но это в любом случае гораздо лучше, чем платье без нижнего белья. В довершение образа убрала слишком приметные светлые волосы под шапку и вымазала землей лицо, чтобы не светить нежной девичьей кожей.

Сапоги пришлось снять с юноши, лежащего недалеко от телеги. Как бы ни брезговала, но тут уж никуда не денешься. Во время Великой Отечественной, как рассказывал дед, солдаты поступали так же. Живому нужнее.

Я уже натягивала второй сапог, как неожиданно шею сзади обдало теплым воздухом, и нечто уткнулось в волосы. В страхе вскочила и заверещала на весь лес, а от меня отпрыгнул жеребец черной масти, глядя с какой-то обидой.

Переведя дыхание, подошла к нему и погладила, извиняясь за то, что напугала. Хотя сама наверняка испугалась больше: сердце отчаянно билось о грудную клетку, готовое вырваться наружу. А ведь минуту назад, когда я осознала, что кто-то стоит за моей спиной, оно, казалось, просто провалилось в пятки, резко и с грохотом.

Коню я обрадовалась: можно продолжить путь верхом. Но жеребец был расседлан, а седлать я не умела, да и, честно сказать, верхом отродясь не ездила.

Оглядевшись, увидела стоявшую в сторонке телегу и с радостью потерла руки. Уж в этом-то я разбиралась. Запрягать лошадь в телегу меня научил еще в детстве деда Леня. В итоге через час я отправилась в дорогу на теперь уже своей телеге.

Жеребец шел неспешно, и я успела задремать. Проснулась от шума. Сердце в очередной раз часто и гулко забилось. Меня догонял обоз, который я так ждала, пока шла пешком.

Главный возчик притормозил и обратился ко мне:

– Ты куда едешь, малец?

– Туда, – махнула я рукой, даже не представляя, где здесь что находится.

– До Громызи или дальше?

– Еще не определился, дядечка. Родители померли, а в деревне народу мало, работы нет. Вот, пришлось уехать.

– Давай с нами. Чего одному-то? На дорогах неспокойно, перевертыши балуют. Видел, что с караваном Милохи сделали? Всех подчистую порешили.

– Нет, не видел. Может, я то место раньше проехал?

– Повезло тебе, парень, что не попал перевертышам под горячую руку. Ну как, присоединишься? Если собираешься с нами питаться, то сдай пять миданов. И зови меня дядькой Амиром.

Я вынула из кармана пять монет, отдала их старшему обоза и пристроилась за последней, десятой, телегой. Кони в обозе были приручены идти друг за другом, и следить за моим жеребцом не требовалось, поэтому я собралась немного поспать. Откинулась на спину. И тут в поясницу что-то уперлось. Пришлось сесть и осмотреть телегу. На поляне-то она в стороне стояла, до нее очередь и не дошла. Вспомнив это, я принялась шарить в поисках полезных предметов.

Отыскала мешок с кормом для лошади, два узелка и кожаный баул. С него-то я и начала осмотр. Там находились продукты: несколько кусков вяленого мяса, сыр, каравай хлеба и крупа, которую я видела впервые. Дальше принялась за узелки. В том, что побольше, лежали женские вещи, и все, к моей радости, новые. Видимо, хозяин телеги вез их или жене, или дочери в подарок. Во втором узелке обнаружилось несколько мужских рубашек и штанов, но по-настоящему интересной находкой оказался ларец, его-то угол и уперся мне в спину.

Я надеялась, что в нем будут драгоценности, а на самом деле там покоился непонятный предмет: металлическая палочка, один конец которой состоял из металлического шара с шестью клинками или, сказать иначе, острыми пластинами-перьями. В целом по форме походило на шестопер – разновидность булавы, которую я однажды видела в историческом музее, – только длиной сантиметров пятнадцать.

Попыталась дотронуться до предмета, но по пальцам ощутимо ударило током – или магией, разве разберешь. Захлопнула крышку и подумала, что, пока не найду об этом «шестопере» информации, даже не стану пытаться открыть ларец.

Я все же задремала и проспала неизвестно сколько часов. Проснулась от того, что мы заворачивали на стоянку возле трактира, расположенного недалеко от деревни. Солнце уже клонилось к горизонту. Ну я горазда спать!

Коней распрягли и увели под большой навес. Там за ними присмотрят работники таверны, заодно покормят и дадут воды. Обозники заказали обед и выпивку, а я только еды. И попросила трактирщика сдать мне комнату.

– Может, кого-то из наших возьмешь к себе? – спросил караванщик. Я собралась возмутиться, но сообразила, что сейчас выгляжу не девчонкой, а юношей. – Так дешевле обойдется.

– Не, дядька Амир. Храплю я во сне, не хочу парням мешать спать.

– Не слышал никакого храпа, – удивился старший возница. – Ну, дело твое, малой. Я-то хотел тебе помочь сэкономить.

Я поблагодарила мужчину и пошла осматривать выделенную мне комнатку. Она оказалась крошечной, с минимумом мебели: узкая кровать, застеленная старым, штопанным-перештопанным, но чистым бельем, тумбочка и стул. За неприметной дверкой располагались унитаз, похожий на земного «белого друга», и раковина с краном, откуда текла холодная вода. Условия, приближенные к цивилизации, порадовали.

Ночью я не спала, крутилась и крутилась с бока на бок, и поэтому перед началом следующего дня услышала, как к таверне подъехали всадники. Через несколько минут в коридоре второго этажа раздался топот множества ног. Я резко села на кровати.

– Показывай, хозяин, где поселилась девушка! – прозвучал незнакомый мужской голос.

– Так нет в трактире ни женщин, ни девушек, если не считать моих жены и дочери, – ответил трактирщик. – Только возничие с пришедшего недавно обоза, но там одни мужчины.

– Ладно. Мы останемся до утра. Проверим ауры постояльцев. Найди нам комнаты, – скомандовал незнакомец.

– Хорошо, мистер. Сейчас все сделаю.

Голоса удалились, а я замерла на кровати ни жива ни мертва. То, что ищут меня, было очевидно.