Текст книги "Оперативник с ИИ (СИ)"
Автор книги: Рафаэль Дамиров
сообщить о нарушении
Текущая страница: 6 (всего у книги 14 страниц)
– Ну… – задумался я, вспоминая того, кого скинул за борт. – Может, и смог бы.
Интересно, что с ним. Надо будет проверить сводки – надеюсь, он не умер. Хотя я и так их каждый день проверяю. Ни слова про труп, выловленный из реки. Может, унесло течением. Может, дальше нашли. А может…
– Знаешь, Иби, – сказал я, – иногда, в некоторых ситуациях, лучше самому… чем быть убитым.
– Ты про того, кто на тебя напал?
– Ну да.
– Это была самооборона. Но он, вроде бы, выжил.
– Откуда ты знаешь? – насторожился я.
– Я слышала плеск воды. Не одиночный. Он, выходит, удалялся от яхты вплавь.
– Или это волны били о борт, – предположил я.
– Может, и так.
– Когда он падал, был глухой удар, – мысленно вздохнул я. – Как будто башкой приложился.
Мы помолчали.
– Однако мне нужно съезжать от мамы, – сказал я. – Дело срочное.
– Давно пора, – поддержала Иби. – Ты же взрослый мальчик.
– Не в том смысле… нет, взрослый, конечно, – тут же поправился я. – Но тут другое. Просто не хочу, чтобы из-за меня её жизнь оказалась под угрозой. Если на меня охотятся, я должен быть подальше от близких.
Когда я додумал эту мысль до конца, она показалась мне острой, колкой. Мечта о службе была красивой, но теперь она оборачивалась и вот такой стороной.
Впрочем, нельзя сказать, чтобы мысль о переезде в отдельную квартиру, подальше от маминых советов и надзора, меня не бодрила.
– Какие наши планы? – спросила Иби.
– Сегодня же найдём квартиру. Так, просканируй интернет. Объявления о сдаче жилья.
– Уже начала, – ответила она.
– Ищи без комиссии риэлтору и без залога. Сразу много заплатить нечем, у меня денег в обрез.
– Поняла. Ищем бюджетные варианты.
– Не совсем уж бюджетные, – нахмурился я. – Но без фанатизма. И желательно поближе к работе.
– Принято, – сказала Иби. – Радиус определён. Начинаю подбор.
* * *
Раздался звонок, мобильник завибрировал. Высветился однокласник Бурцев.
– Здорово, Тоха. Ну, чем обрадуешь? – взял я трубку.
– О-о, – донеслось с того конца. – А ты, Егор, смотрю, уже как мужик разговариваешь.
– В смысле? – не понял я.
– Ну… тембр другой. И энергия в голосе появилась. Раньше ты как-то неуверенно вещал, мягче…
– Тебе кажется, – буркнул я.
– Да нет. Тебя будто подменили. Будто у тебя в голове… хм… демон появился.
– Какой ещё демон? – насторожился я, вспоминая, не ляпнул ли я по пьянке чего-то Антону.
– Ну это я так… ляпнул, забей, – тут же пошёл на попятную Антон.
– Ну давай, рассказывай новости, – сказал я. – Узнал про того урода с яхты?
– Ага… Короче, тот бугай, что на меня наехал, которого ты отоварил… я его нашёл.
– И?
– Девчонки, с которыми мы тусили, его знали. Он одну из них приревновал, вот и полез. Я всё выяснил.
– Отлично, Антон! Я всегда говорил, что выйдет из тебя человек.
– Я-то человек побольше твоего, – обиженно проговорил Бурцев. – Ты вообще мент, и ничего…
– Меньше лирики, друг… у каждого свои недостатки… давай адрес бугая, мне с ним надо вопрос быстро порешать.
Я чувствовал в душе странный задор. Верёвкин меня припугнул, и тем выдал свой план. Теперь я должен был его опередить.
– Всё норм, Фомка, – вместо прямого ответа хитро протянул Бурцев. – Я уже порешал.
– В каком это смысле порешал?
– Ну, он тебя больше не побеспокоит. Заявы можешь не ждать.
– Ты что, убил его? – насторожился я.
У Иби точно случится припадок, если это так.
– Хуже, – радостно сообщил Антон. – Я его к себе на работу взял.
– Чего-о?
– К себе на автомойку. Теперь он мой подчинённый. Представляешь?
– Ха, – выдохнул я. – Ну ты даёшь. Молодец, Бурцев. Быстро сработал.
– И всё? Ты ничего не забыл?
– Что?
– А где «спасибо»? – обиделся Антон.
– За что?
– Как это за что? Я твои проблемы порешал!
– Слышь ты, танцор диско, – хмыкнул я. – Вообще-то это всё из-за тебя началось.
– Ладно, ладно, – недовольно пробурчал он. – До связи… друг.
– Ты что, обиделся, что ли? Если хочешь, то так и быть, спасибо.
– Да не надо уже, – отмахнулся он.
– Да спасибо, спасибо, – настойчиво проговорил я ещё раз.
Даже через трубку я будто увидел, как он повёл плечами.
– Слушай, – вдруг хитро и вкрадчиво спросил он. – В следующую пятницу пойдём тусить?
– Иди ты, – сказал я и быстренько скинул его.
Потом посмотрел на экран телефона, усмехнулся и вдруг поймал себя на мысли, что раньше такие разговоры меня выматывали. А сейчас – даже забавляли.
– Видишь? – отозвалась Иби. – Ты правда меняешься.
– Вижу, – сказал я. – И, знаешь… мне это нравится.
* * *
– Егор, я нашла подходящую квартиру, – сказала Иби. – Скидываю ссылку.
Телефон звякнул. Я открыл.
– Ого… – выдохнул я.
Двушка в центре. Нормальный ремонт, балкон, окна на две стороны, лифт есть. Этаж не первый и не последний. Цена как за однушку в Задрищенском районе.
Так-так.
– В чём подвох? – нахмурился я. – Слишком дёшево. Фейк?
– Аккаунт в объявлении подтверждён, – довольным голосом ответила Иби. – Верифицирован на сайте.
– Всё равно странно. Ладно, позвоню.
Набрал номер.
– Алло, да-да, слушаю вас, – почти сразу же бодро отозвался голос.
– Я по объявлению, – сказал я.
– По какому именно? Уточните, пожалуйста.
– По квартире.
– По какой квартире? Назовите адрес.
Ага… риелтор, получается. Я назвал адрес.
Пауза, и довольно длинная.
– Замечательно. Прекрасный выбор, молодой человек. Когда желаете посмотреть? Как я могу к вам обращаться?
– Слушай, – сказал я, – а чего ты разговариваешь как из службы поддержки? По скрипту. Будь попроще.
– Не понял вас, – опешил он.
– Всё ты понял. Какой подвох по этой квартире? Рассказывай.
– Снова вас не понял… Подскажите, как я могу к вам обращаться? Как вас зовут?
– Меня… не зовут, – хмыкнул я. – Меня через сто двенадцать вызывают.
– А… вы сотрудник? – осторожно уточнил он.
– Да.
– Тогда… – замялся риелтор. – Тогда вам эта квартира не подойдёт. Извините, пожалуйста, могу подобрать другие варианты.
– В смысле – не подойдёт? – насторожился я. – А что хоть там? Рассказывай прямо.
Он вздохнул.
– Понимаете… соседи там не очень. Шумные. Вечеринки частенько до утра.
– Вечеринки? – усмехнулся я. – Это не проблема. Я сплю как убитый. Меня никакой вечеринкой не разбудишь.
– Ну… – протянул он.
– Так что давай, – сказал я. – Как тебя?
– Вячеслав, – ответил он. – Можно Слава.
– Ага. А меня Егор. Так что давай, Славик, покажешь мне жилплощадь.
– Конечно, конечно. Могу прямо сейчас. Вам удобно будет?
– Вот и отлично. Давай прямо сейчас.
* * *
Я подъехал по нужному адресу, посмотрел квартиру. Всё есть: мебель, бытовая техника. Старыми вещами не воняет, ремонт сносный, тараканов не видно. Жить, в общем, можно.
Быстренько прямо там мы накидали договор от руки. Риелтор оказался и хозяином квартиры. Славик был среднего возраста, непритязательной наружности, даже слегка простоватый на вид. Этим и подкупал. Мозг у него работал как у прожжённого продажника – хитрый, изворотливый, как и положено профессии. Но вкупе с внешностью хлебороба это играло ему на руку и вызывало доверие у клиентов.
И словечки он подбирал соответствующие, слегка колхозные и простоватые.
– А соседи где? – спросил я. – Те, проблемные.
– Соседи сверху, – вздохнул Славик.
– Ну пошли, познакомимся.
Поднялись. Я постучал. Никто не открыл. Постучал сильнее – опять молчок.
– Ну, никого нет, – с облегчением выдохнул Славик.
Ему явно не хотелось светиться перед соседями.
– Ладно, – сказал я. – Ещё увижу их.
– Плату можно переводить на карту, – заторопился он. – Она к телефону привязана. Всё чин-чинарём.
Славик радостно засобирался и поспешил по своим риелторским делам. В руках у него был зажат рекламный буклет нового жилого комплекса, расположенного за городом, в долине реки. Комплекс так и назывался – «Долина».
Пока он дописывал договор, я от нечего делать взял ручку и нарисовал на буклете чёрточку, поставив ударение в слове «Долина» на первый слог.
Теперь слоган на буклете «Жильё – только твоё» зазвучал ещё интереснее!
* * *
В палату, где лежал пациент, найденный на берегу реки, вошёл хмурый человек в неприметном тёмном костюме.
Он сделал небрежный жест рукой. Врач понял всё без слов. Кивнув так, что это выглядело почти как поклон, послушно вышел и плотно прикрыл за собой дверь, оставив их наедине.
Пациент с перебинтованной головой всё ещё лежал. Глаза были открыты. Он смотрел осмысленно.
– Ну привет, Кирпич, – проговорил посетитель. – Что ж ты с таким простым заданием-то не справился?
Киллер слабо ухмыльнулся. Он внимательно, с нескрываемым интересом разглядывал посетителя, будто видел его впервые.
– Я, конечно, извиняюсь… – медленно хриплым голосом сказал пациент. – А вы кто?
Посетитель хмыкнул.
– В смысле, кто? Кирпич, ты что, прикалываешься?
– Я вас не помню, – спокойно ответил тот.
Посетитель нахмурился.
– Тебе что, память отшибло? Ты хоть себя-то помнишь?
Кирпич поморщился. Брови почти сошлись на переносице. Он напрягся, будто пытался ухватить ускользающую мысль, и вдруг выдохнул:
– Твою мать… А кто я?
– Э-э… Кирпич, – посетитель нервно усмехнулся. – Ты это… не шути так. Ты что, реально ничего не помнишь?
– Нет, – ответил тот. – Ну так кто я?
Посетитель сделал шаг назад.
– Погоди. Ладно. Сейчас разберёмся. Полежи покамест.
Он развернулся, вышел из палаты, плотно закрыл дверь и тут же достал телефон.
– Алло, это я, – проговорил он. – Да. Как вы и говорили, пришёл проверить. Он пришёл в себя. Но тут такая оказия… он ничего не помнит.
Пауза.
– Совсем. Даже своё имя. Да, врач говорил про амнезию, но я думал, ну… блэкаут, как после перепоя. Вчера, предположим, не помнит. А там помнит… Но всё хуже. А сейчас он даже меня не узнал.
Он замолчал, слушая.
– Какие будут указания?
Ещё пауза.
– Понял. Могу прямо сейчас. Тихо. Труп исчезнет по старой схеме.
Он посмотрел в конец коридора.
– Да, багажник большой, влезет. Есть. Понял. Работаю.
Посетитель сбросил вызов, медленно вдохнул.
Рука сама потянулась к карману. Он достал пистолет. Спокойно, без спешки стал накручивать на ствол глушитель.
Но он не видел, что за дверью уже стоял Кирпич.
Как только посетитель вышел в коридор поговорить по телефону, киллер поднялся, поглядывая на дверь. Он не помнил, кто он. Не помнил, что делал, где жил, кому служил. Но инстинкты никуда не делись. Инстинкты не забываются. Чуйка человека, торгующего чужой смертью и собственной жизнью, подсказывала: его не выпустят. Они сделают так, что его больше не будет.
Он встал и тихо, на цыпочках прошел к двери, прильнул ухом к узкой щели между створками. Слышал всё. Каждое слово.
Когда человек в тёмном костюме вернулся в палату, уверенный, что всё под контролем, он даже не успел ничего понять.
Медицинский табурет на колёсиках с ходу врезался ему в голову.
Бам!
В голове визитёра что-то хрустнуло. Пистолет вывалился из рук и глухо звякнул о линолеум. Тело осело мешком.
Кирпич не мешкал. Захлопнул дверь палаты. Быстро снял с убитого костюм, надел его на себя. Забрал пистолет с глушителем. Огляделся – чисто.
Подошёл к окну, распахнул. За окном была пожарная лестница.
Через минуту он уже исчез.
А на полу, на холодном больничном линолеуме, осталось только тело неприметного, но решительного незнакомца.
Друзья! У романа уже 900 лайков!
Давайте добьем до тысячи!
На удачу Егору и его напаранице!
СПАСИБО!
Глава 10
В этот раз сводку по городу я не просто пролистал, а посмотрел внимательнее, и одна вещь заставила меня задержаться на странице и поразмыслить.
Среди рядовых происшествий затесались строки об убийстве в больничной палате, где находился некий неизвестный пациент, причём значился он в больничных списках под скомпрометированными данными: паспорт был на имя человека, который умер еще пять лет назад. И этот «неправильно подписанный» пациент вчера исчез, а в палате вместо него обнаружили труп с проломленной головой. Дальше картина стала ещё интереснее, потому что имя убитого нашлось среди лиц в федеральном розыске.
И разыскивался он, понятное дело, не за ерунду какую-нибудь, а за совершённое ранее убийство.
Территория была не нашего ОМВД, полномочий я там не имел, потому и мог почитать только сводку, а не само дело, но даже этих обрывков информации хватало, чтобы в голове начали складываться неприятные выводы. Мне не нужны были комментарии Иби и её навыки работы с информацией, чтобы понять, что дело пахнет керосином. Город у нас, конечно, большой, чего только не бывает, но чтобы вот так, среди бела дня в больнице убили профессионального киллера – это уже выходило за рамки обычной криминальной рутины.
А на всё необычное я сам в уме теперь ставил своего рода маячок. Я должен был следить за деталями, особенно в свете последних событий, которые слишком уж настойчиво тянулись одной цепочкой. Убийство учёного, попытка, ни много ни мало, убрать меня на яхте, теперь вот этот эпизод с больницей – нет, это явно не рандом. Это чей-то расклад, чьи-то ходы.
Надо будет, конечно, и самому подумать, и Иби напрячь, но сначала пошуршать по линии соседнего районного ОМВД, поговорить с оперативниками, которые сопровождали материал. Этот самый маячок у меня внутри так и сигналил: все эпизоды связаны, просто связь пока скрыта.
В этот момент дверь кабинета открылась, и зашёл Степаныч. Оглядев нас своим привычным взглядом, будто пересчитывая, он сразу перешёл к делу.
– Ну что, орлы, – проговорил он, – есть стопудовая информация, что в ломбард «Три семёрки» сегодня ночью привезут сдавать рыжьё и брюлики.
Этот ломбард знали все оперативники без исключения, репутация у него была так себе, и была инфа о том, что через него регулярно проходили похищенные вещи из разных квартир.
Степаныч как раз на это и надавил: если есть вероятность, что именно там всплывут изделия по нашим недавним преступлениям, то, значит, нужно организовать засаду и отработать информацию по горячим следам.
В кабинете нас было трое: я, хитрый Эльдар и ленивый Игорь. Опера со стажем, которые за годы службы довели до совершенства умение незаметно переложить основную работу на другого, особенно если этот другой был моложе и ещё не успел обрасти служебной ленью.
Они переглянулись почти синхронно, и без лишних слов стало понятно, к чему всё идёт.
– Ну вон, молодой пусть и устраивает засаду, – кивнул Эльдар в мою сторону, откидываясь на спинку стула.
Игорь согласно хмыкнул, явно не желая портить себе ночь:
– Первая засада его будет. Пускай нюхнет пороху.
– Нет, – сказал Степаныч, – тут нужен опытный сотрудник. И не один. Пойдёте все втроём.
Послышался коллективный вздох, коллеги при начальстве свою досаду не слишком скрывали.
– Блин, Степаныч… – простонал Эльдар и тут же прищурился. – У меня сегодня у матери день рождения.
– Что ты мне звездишь? – отрезал Румянцев. – В прошлом месяце у тебя уже у матери день рождения был, ты отпрашивался.
– А… – замялся Эльдар. – Это у другой матери. Ну, в смысле, у тёщи. Я её тоже мамой называю.
– Да? А у тебя какая причина? – Степаныч перевёл тяжёлый взгляд на Игоря, заранее видя, как тот уже открыл рот.
– Да у меня сегодня дружок прилетает, – поспешно заговорил Игорь. – Армейский. Зуб даю, Степаныч. Он тут проездом, вечерок хотел с ним выкроить, а тут такое… Блин, никак не могу. Может, из другого кабинета кого подтянешь?
– Слышите, вы, гарные хлопцы! – рявкнул начальник. – Вы в МВД служите или в офисе штаны протираете?
Я видел, что сейчас всё пойдёт по кругу, и решил вмешаться.
– Погоди, Степаныч, давай я схожу один.
Румянцев уставился на меня с явным недоверием.
– Как ты их брать будешь, если что, Фомин?
– Ну как-то же тех угонщиков взял, – пожал я плечами. – Разберусь. Если что, буду на связи. В дежурку сообщу. Какой-то движ пойдёт, и сразу позвоню. Либо наряд ППС пришлют, либо гонорейку.
Гонорейкой мы между собой называли как раз наряд ГНР – группу немедленного реагирования.
– А то, что один буду, – продолжил я, – так это даже лучше. Незаметнее.
Игорь и Эльдар с удивлением уставились на меня. Вроде, и не мальчик уже по возрасту, а рвение к работе вдруг появилось такое, будто я только вчера Академию закончил. Они явно не ожидали, что я сам вызовусь, да еще и в одиночку.
А мне сейчас это было нужно. Я брался за любую работу, лишь бы натаскаться в реальных делах, отточить свои ментовские навыки, быть в гуще событий. Раз такое дело, я должен держать руку на пульсе. Да и начальство пусть считает, что я по самые уши увлечён текущей оперативной работой. Вроде как, некогда мне, даже и не интересуюсь всей этой историей с ИИ и его внедрением в систему МВД.
Пускай Верёвкин и те, кто за этим стоит, думают, что я ничего не понял, ничего не знаю и ничего не подозреваю.
– Ты уверен? – с сомнением спросил Румянцев, внимательно глядя на меня.
– Уверен, – спокойно ответил я. – Съезжу, понаблюдаю.
– Пистолет хоть возьми, – хмыкнул он, явно не до конца одобряя мою инициативу.
– Само собой, Владимир Степанович, – кивнул я.
Начальник УГРО вышел из кабинета, а мои коллеги тут же заулыбались и захмыкали, переглядываясь между собой с видом людей, которые только что удачно спихнули проблему на другого.
– Ну, Фомин, молоток, – протянул Эльдар. – Вошёл в наше положение.
– Вы сильно-то не радуйтесь, – предупредил я. – С вас с каждого по бутылке коньяка.
– Чего⁈ – в один голос воскликнули опера. – С каких щей-то?
– Ну, смотрите, как хотите, – пожал я плечами. – Сейчас пойду и скажу Степанычу, что, мол, погорячился я, и вообще как-то ссыкотно мне в одну каску в засаду идти.
Реакция была мгновенной.
– А, ладно, ладно, – замахали руками оба. – Всё, давай, без проблем. Купим с зарплаты, без бэ.
– Зачем тебе коньяк? – спросила Иби.
– Фиг знает, – честно ответил я. – Но как-то не хотелось, чтобы они просто так отвертелись. Может, пригодится коньячок. И потом, не деньгами же просить? Ты ещё познаешь всю глубину фразы «так не принято».
* * *
Ломбард «Три семёрки», или, как мы его называли, «Три топора», находился в тихом районе города, в стороне от шумных улиц. По оперативной информации, именно туда ночью должны были привезти золото на сбыт. Формально, по закону, все ломбарды обязаны принимать такие изделия строго по правилам: проверять паспортные данные, фиксировать личность сдатчика, сверять информацию с ориентировками на краденое и при малейшем совпадении сразу же сообщать в полицию.
Эти ориентировки мы рассылали сразу после заявлений о кражах ювелирных изделий, и большинство ломбардов предпочитали не рисковать. Работали как полагается. Но «Три семёрки» отличался от остальных. Он был завязан на серую скупку и плевал на закон ровно до той поры, пока мы не прижучили его достаточно жёстко.
Но поступили хитро и полностью «топить» его тоже не спешили, как любил говорить Степаныч, потому что именно через этот ломбард иногда всплывали любопытные вещицы. А если хочешь дело раскрыть, то иногда только так можешь выйти на след квартирных воров и мелких жуликов.
Ещё днём я сходил и внимательно осмотрел обстановку у ломбарда, прикидывая, где можно зависнуть ночью так, чтобы и обзор был нормальный, и глаза никому не мозолить. Небольшая лавочка у стены, дворик, рядом дорога с проезжей частью и полупустая парковка. Не слишком большое разнообразие ландшафта, всё на виду, всё открыто.
– И где мне тут торчать? – задумчиво проговорил я. – Под кустиком, что ли? Это как-то… несолидно.
– Нужна машина, – тут же предложила Иби. – Возьми служебную. У тебя же есть водительское удостоверение?
– Права-то есть, – поморщился я, – только машина служебная за мной не закреплена.
– Почему?
– Потому что не было необходимости. Я ж в кабинете сидел.
– Ну так напиши рапорт, чтобы закрепили.
– Ага! Это тебе не каршеринг. Долго все это… согласование с автохозяйством, с курирующим замом, куча бумажек, формальностей, подписей… Поседеешь, пока дождёшься. А машина нужна здесь и сейчас.
– И что делать? – спросила Иби.
– Есть вариантик, – подумав ещё, сказал я. – Поехали, прокатимся.
* * *
Я вызвал такси и добрался до промзоны, туда, где тянулись ряды старых гаражных боксов и работали шабашные СТОшки, живущие по своим законам и правилам. Именно там, возле одной из таких шарашек, был и отцовский гараж, тот самый, в который я не заглядывал уже, бог знает, сколько лет.
На СТО кипела работа. В этот момент к боксу подкатила дамочка на новеньком, сверкающем паркетнике, и мужики сразу оживились, будто им сигнал тревоги дали. Губы, грудь и попа у автоледи были откровенно тюнингованные, но привлекало работников не только это. Такой контингент работяги всегда любили: и глаз порадуется, и копеечка лишняя капнет. Богатеньких дамочек они никогда не упускали случая слегка «нахлобучить», делая это с видом полной профессиональной заботы о клиенте.
Я остановился в стороне, вышел, оглядывая знакомые с детства места.
– Здрасьте, – проговорила автоледи, брезгливо морщась и оглядываясь так, будто спустилась с небес прямиком в самую грязь.
– Здравствуйте, – навстречу ей вышел автослесарь Саныч, давний друг моего отца.
Вечно с сигаретой в зубах. Один глаз у него был прищурен от дыма, и казалось, что полностью он его не открывает вообще никогда. Руки по локоть в мазуте, въевшемся так глубоко, словно это были не пятна, а татуировки, отсечки проведённых здесь лет. Прикид тоже фирменный: замасленные штаны, тельняшка и сланцы непременно с носками. При виде Саныча у меня в голове почему-то каждый раз всплывала переделанная строчка из песни Басты: «Нельзя носить с носками, таков закон сандалий».
– Что у вас? – спросил автослесарь.
Дамочка выгнула брови и выдала:
– Я когда в зад даю, у меня что-то скребёт.
– Это понятно, – невозмутимо хмыкнул Саныч. – А с машиной-то что?
Работники СТО прыснули от смеха. Кто-то чуть не свалился с ящика. Автоледи юмор не оценила, фыркнула и надула губы.
– Да вы меня за дуру держите! – шлёпала она накачанными губами и сверкала глазами.
– Да нет, что вы, – примирительно проговорил Саныч, не меняя выражения лица. – Конечно, всё проверим.
– И колёса подкачайте, – приказала та.
– Подкачаем, – кивнул Саныч. – А чем вам их надуть?
– В смысле? – не поняла хозяйка жизни, явно не ожидая уточняющих вопросов.
– Ну, воздухом или азотом, – всё так же серьёзно уточнил слесарь.
– А в чём разница? – настороженно спросила она.
– Азотом дороже, – пожал плечами Саныч. – Зато шины мягче пойдут, комфортнее ездить.
Женщина задумалась, взвесила всё и, наконец, решилась:
– Тогда азотом.
– С каким вкусом? – тут же уточнил Саныч, даже бровью не поведя.
– Что? – брови блондинки выгнулись дугой.
– Ну, с каким запахом, – невозмутимо продолжил он. – Банан, клубника, мята.
Она зависла на пару секунд, потом, видимо, решив, что хуже уже не будет, выдала:
– Давайте… банан.
Работники СТО едва снова не прыснули от смеха, но Саныч окатил их сверху таким взглядом, что смешки тут же застряли где-то в горле, мол, у нас серьезное заведение. Машину загнали внутрь бокса.
Саныч тем временем подошёл ко мне.
– О, здорово, – сказал он и протянул грязную, мозолистую руку.
Я без всякой брезгливости пожал её.
– Как сам? – спрашивал он. – Не женился? Как мать? Что нового?
– Нормально, – ответил я и, не дожидаясь следующего вопроса, добавил: – Мать привет передавала.
Саныч удовлетворённо крякнул.
– Молоток, – одобрил он. – А ты, я смотрю, шире стал, что ли… Не пойму. В плечах раздался чутка, или это я просто усох? Кхе.
– Я по делу, Саныч, – я сразу перевел разговор в рабочее русло, давая понять, что поток шуток на сегодня можно прикрутить. – В общем, мне нужно запустить батину машину.
– О как! – он прищурил глаз ещё сильнее и пыхнул дымом. – Неужто решился начать водить?
– «Решился начать водить?» – тут же переспросила Иби у меня в голове с явным удивлением.
– Да не слушай ты его, – мысленно отмахнулся я. – Это он так хохмит.
– Давно пора, давно пора, Егорка! – Саныч хлопнул меня по плечу. – А то чё как не мужик? Права есть, машина есть, а тачку не водишь. Молоток, блин!
– Так всё-таки он не хохмит? – хихикнула Иби.
– Ну да, – фыркнул я про себя. – Просто раньше необходимости не было. В кабинете сидел, а если по делам, то всё равно по району, пешком или на общественном транспорте. Да и за рулём как-то неуютно… раньше было. Но теперь пора.
– А у тебя вообще есть практика вождения? – с тревогой в голосе уточнила Иби.
– Конечно, – уверенно ответил я. – В Академии МВД у нас были занятия по вождению, потом экзамен здесь сдавал, в автошколе. Не сразу, правда, сдал, с третьего раза, но сдал же.
– Подожди, подожди, – не унималась Иби. – А после этого ты водил?
– Что ты к мелочам придираешься, – сказал я. – Какая разница, водил, не водил. Ты же мне поможешь.
– Как? Егор, автомобиль – это средство повышенной опасности. А городская улица с плотным потоком машин – это совокупность факторов риска. Тут нельзя «как-нибудь».
– Ой, не нуди, всё будет нормально. Как-нибудь справимся. Вместе.
– Ладно, – после паузы сказала Иби уже спокойнее. – Я буду тебе подсказывать. А пока изучу правила дорожного движения с последними изменениями и загружу в память актуальную карту города.
Я невольно усмехнулся. Кажется, теперь у меня был самый дотошный и самый нервный штурман из всех возможных.
* * *
Мы с Санычем подошли к гаражу отца. Я по привычке так его и называл. Хотя формально теперь это был уже наш с матерью гараж, просто язык не поворачивался сказать иначе. Ключи, как и всегда, были у Саныча: он за машиной следил, периодически «выгуливал» её, чтобы не застаивалась, подзаряжал аккумулятор, возился с мелочами и в целом не давал умереть железному коню, которого мой отец любил почти как живое существо.
Внутри стояла она – «Волга», ГАЗ-24, 1984 года выпуска, чёрная, как полярная ночь, та самая мечта позднесоветского человека, предмет зависти и гордости перестроечных времен.
Старьё? Хлам? Отнюдь нет. Отец всегда держал её в идеальном состоянии, и сейчас она смотрелась так, будто только что сошла с конвейера: хромированная решётка радиатора, сверкающий бампер, полированные бока. Настоящий раритет, а не просто машина.
– Я вообще-то её недавно заводил, – хмыкнул Саныч, открывая капот и ловко подсоединяя клеммы к аккумулятору. – Ща посмотрим.
Он сел за руль, повернул ключ зажигания, стартер покрутил. Послышалось: тых-тых, но мотор сразу не схватил.
– А, чёрт, что такое… – буркнул он, вылез, поковырялся под капотом, потом снова сел. – Ну-ка ещё раз.
Тых-тых-тых… вун-вун – и «Волга» ожила, наполнив гараж густым запахом выхлопа и каким-то очень знакомым, почти забытым ощущением.
– Что-то она не сразу заводится, – сказал Саныч, вытирая лоб. – Ты покатайся, приглядись, может, раскоксуется. Если что, подскочишь, проверим, подшаманим. Но, скорее всего, и так полетит ласточка.
– Спасибо, Саныч, – сказал я.
– Да какие проблемы, – отмахнулся он. – Обращайся. Мы с батей твоим в этом гараже, ух, столько вечеров вместе провели, за рюмкой чая, так сказать.
Он помолчал, потом вдруг добавил, прищурившись:
– Ты там это… не затягивай с внуками-то.
– Какими внуками? – не сразу понял я.
– Ну как какими, – пожал плечами Саныч. – Батя у тебя внуков хотел.
– А… – кивнул я.
– Ну а что, – продолжил он, окидывая меня оценивающим взглядом. – Парень ты, я смотрю, видный становишься, тачка есть, осталось только жену найти.
– Разберусь, – хмыкнул я.
Саныч улыбнулся, хлопнул меня по плечу и отошёл, а я остался стоять перед «Волгой», вдруг остро чувствуя, что вместе с этой машиной в мою жизнь возвращается что-то большее.
Я выгнал автомобиль из гаража, аккуратно вырулил на проезд и только успел почувствовать, как «Волга» мягко катится вперёд, будто вспоминая прежние маршруты, как к СТО подъехала какая-то розовая машинка. Из неё вылезла очередная ботоксная куколка, и внимание мужиков мгновенно переключилось на неё, словно по команде.
– Саныч! – загалдели со всех сторон, уже зная, что сейчас будет номер, потому что без хохмы он таких клиенток не встречал.
Саныч было поспешил к новой гостье, но она и без него справилась.
– Здравствуйте, – сказала она, оглядываясь. – Вы только что моей подруге подкачивали шины.
– Какой подруге? – с самым невинным видом уточнил Саныч.
– Ну… с банановым вкусом, – не моргнув глазом ответила она. – А можно мне тоже так, только с клубничным?
Мужики на СТО просто сложились пополам, кто-то схватился за живот, кто-то отвернулся, чтобы не светить глоткой, а я, тронувшись с места, улыбался, глядя в зеркало заднего вида. День сегодня задался.
– Маршрут построен, – неожиданно проговорила Иби голосом из «Яндекс Навигатора». – Через двести метров поверните налево.
– Ты чего как навигатор разговариваешь? – удивился я. – Меня прямо приморозило, как будто не ты.
– Я думала, тебе так удобнее будет воспринимать, – отозвалась она. – Как всем водителям.
– Давай по-нормальному, – сказал я.
– Как скажешь, – согласилась Иби. – Метров через пятьдесят сверни направо, вон за той белой тачкой.
– Вот это уже другое дело, – кивнул я. – Отлично.
Навык вождения у меня, как выяснилось, никуда не делся, и это неожиданно порадовало. Иби ненавязчиво подсказывала, где притормозить, где пропустить поток, куда аккуратнее вписаться в поворот, и с таким штурманом я довольно быстро набрался уверенности, сам не заметив, как перестал напряжённо сжимать руль.
И я вдруг понял, что, когда перестаёшь бояться, всё получается куда лучше, потому что вместе с уверенностью приходит спокойствие, а вместе со спокойствием контроль. В последнее время я вообще всё чаще ловил себя на том, что верю в себя куда больше, чем раньше, и это ощущение постепенно становилось привычным.
В голове всплыл знаменитый советский мультфильм с простым, но удивительно точным выводом: как вы яхту назовёте, так она и поплывёт, и, кажется, моя собственная «яхта» наконец-то начинала двигаться именно туда, куда нужно.
В общем, освоив машину и окончательно почувствовав её габариты, отклик руля и характер, я начал готовиться к ночной засаде. Термос с крепким кофе, мамины пирожки, аккуратно уложенные в пакет, потом оружейка. Получил табельный ПМ и, стандартно, два магазина по восемь патронов: один уже в рукоятке пистолета, второй в специальном кармашке кобуры.
Как только начало смеркаться, я подъехал к ломбарду, выбрал позицию и припарковался среди рядов стареньких машин, которые стояли здесь, казалось, с прошлого века, вросшие в асфальт и давно ставшие частью пейзажа. Отсюда отлично просматривалось крыльцо ломбарда, а моя «Волга» при этом скрывалась в тени раскидистого дерева, не привлекая внимания и, что главное, не выбиваясь из общей картины.
Ночь постепенно опускалась на город, редкие фонари поблизости бросали на землю тусклые жёлтые пятна.
– Егор, – тихо проговорила Иби, и по интонации я сразу понял, что она взволнована.
– Что? – отозвался я, не отрывая взгляда от входа в ломбард.
