Текст книги "Светлячок для Чудотворца (СИ)"

Автор книги: Полли Нария

сообщить о нарушении

Текущая страница: 13 (всего у книги 18 страниц)

– Я готова перейти сразу к активной части! – заявила уверенно.

Но Проявитель впервые за весь наш разговор нахмурился и посмотрел как-то зло, я бы даже сказала враждебно.

– Никакое важное дело не терпит спешки, госпожа Агинская. А неоправданный риск всегда приводит к ошибочным решениям и в итоге к летальному исходу. Я не говорю о смерти в прямом смысле этого слова, но поражение в лунном ритуале сравнима с фигуральной погибелью. Не стоит играть в такие игры с собственной судьбой.

И вот передо мной находился настоящий Проявитель. За образом дуралея, весельчака и безумца скрывался острый ум, высокий интеллект и неукротимая энергия. Коггарт не просто так находился на своем месте: его образ, манеры, поведение – хорошо продуманный отвлекающий маневр. И я почти попалась на эту удочку, хотя всегда считала себя очень проницательным человеком.

– Зачем все это притворство? Вы же совсем не такой на самом деле.

Мужчина наклонил голову вбок. Движение его было медленным и слишком обрывистым в конце, словно марионетке обрезали нитку, и голова повисла на шеи. Я восхитилась отыгранностью представления: передо мной был актер, играющий свою роль до самого конца.

– По той же причине, по который вы так спешите поскорее пройти ритуал. Мы с вами вместе преследуем определенные цели. Только вот каждый выбирает свой способ добиться желаемой развязки. Воля ваша, конечно… Но я бы не стал торопить события, госпожа Агинская. Даже если время – непозволительная роскошь.

Глава 24 Ночной разговор

Божена – Почему ты так тяжело вздыхаешь? – раздался в темноте голос Рамии.

После того как меня отпустил Проявитель, ребята зашли за мной. Они пытались расспросить поподробнее, но единственное, в чем я призналась, что очень устала и хочу пойти спать. Рамия с Айвером переглянулись, и только Арт молчал. Он-то знал, что сейчас происходило за закрытыми дверями домика Коггарта.

Я думала, что усну моментально, но сон не шел. Повернувшись на бок, посмотрела на размытый в ночи силуэт: девушка лежала ко мне лицом, и ее глаза-бусины мерцали в свете луны, словно два обсидиана.

– Сегодня могло случиться нечто непоправимое…, – признание далось тяжело. После отъезда Клауда мне не с кем было поделиться своими переживаниями. А Рамия всегда находилась рядом. Сейчас так вообще неразрывно. Я даже начала думать о ней, как о подруге, что для меня было вообще за гранью реальности. Поэтому решила, что могу довериться ей, тем более, что девушка явно знала обо мне больше, чем говорила.

– Не могло, – произнесла Рамия безапелляционно.

В комнате повисла тишина. Мы вновь подошли к той самой теме, к той тайне, которая сводила меня с ума.

– Расскажи, – произнесла совсем тихо, хотя внутри нарастало любопытство.

Было глупо надеяться, что девушка снизойдет до откровений, ведь она так упорно избегала нашего разговора. Но сейчас бежать было некуда.

– Это сложно объяснить..., – поерзав, начала она несмело, будто бы оттягивая момент. В воздухе чувствовалось нарастающее напряжение, поэтому я нашла ладонь Рамии и сжала, показывая сиюминутную поддержку. Пальцы девушки в ответ чуть дрогнули.

– Ты сочтешь меня за сумасшедшую...

– Никогда! – заверила уверенно, совершенно не кривя душой.

На мгновение Рамия вновь замолчала. Казалось, что она не поверила и больше не собирается продолжать разговор. Но я ошиблась.

– Когда господин Эфеш избивал меня, я от боли впадала в состояние бесчувствия. Это когда твое тело больше не способно выносить происходящего, и голова отключает тебя от действительности. Ублюдка Таврана ужасно злила такая моя особенность, потому что он любил слушать, как его рабы кричат. Я ведь была не единственная…, – девушка запнулась, осознав, что отдалилась от сути. – Смысл в том, что в ту ночь я одной ногой была за гранью, а вы… Вы влезли мне в самую душу…

– Хочешь сказать, что видения появились после нашего вмешательства? – ошарашенно переспросила я.

– Именно это я и пытаюсь до тебя донести, – грустно выдохнула Рамия. Разговор давался ей очень тяжело. Как и в тот раз, когда она призналась мне, что снова рада жить. – Я очнулась в кругу незнакомых людей, а перед глазами творилось мароксова муть. Странные образы, вспышки видений, сопровождающиеся ужасной болью во всем теле. Но если к боли я была привычна, то завидев плотный красный туман вокруг тебя и явный след от цепи на шее, пришла в ужас.

Непроизвольно коснулась ворота ночнушки. Кожа под ней была гладкой, но после слов девушки я словно ощутила невидимую удавку.

– Логично, что я подумала о помешательстве. Потом о том, что попала в чистилище. А когда образы стали наполняться смыслом и зашептались в моей голове, я разозлилась на тебя. Богини мне судьи, я готова была побить тебя… Безумие, конечно, но я оказалась не самой благодарной спасенной.

– А из меня, как я понимаю, вышел так себе спаситель.

Рамия тихонько рассмеялась, и я последовала за ней. Это было не радостное веселье, скорее с привкусом горечи.

– Судьба странная штука, Божена. Тогда я тебя осуждала, но спустя пару дней была готова расцеловать ваши с Айвером руки.

– Эти видения постоянно тебя преследуют?

– Нет, – помотала она головой. – Я тебе даже больше скажу… В основном они касаются только вас троих… Тебя, Клауда и Айвера.

Мои глаза расширились от удивления.

– Видимо, дело в том, что мы участвовали в твоем возращении с того света.

– Возможно, даже задели что-то внутри меня. Не суть. Другие люди остаются обезличенными. Лишь иногда кто-то выделяется из толпы. Но ваша тройка особенная.

– Что же значат твои слова о выборе? – не могла не спросить я. Тот разговор засел в душу, не давая покоя ни днем, ни ночью.

Но Рамия не смогла удовлетворить моего любопытства.

– Все работает совсем не так. Я говорю то, что слышу. То есть нет четкой картины, я не вижу будущего или каких-то личных вещей человека. Все больше базируется на ощущениях. Отчего-то я знаю, что ты маешься от потребности делать выбор. Но где и с чем это связано, мне не ведомо…

– И сегодня было то же самое?

– Да, – я почувствовала в голосе девушки улыбку. – Коггарт для тебя не опасен. Совершенно. Но…

Рамия осеклась.

– Есть что-то, что я обязана знать?

– Клауд в моих видениях почти всегда покрыт фиолетовой дымкой. Слишком многое его связывает с аргами. Однако теперь я вижу, как хмарь подбирается и к тебе… Божена, я думаю, что тебе грозит опасность со стороны темного бога. Он словно идет за тобой по пятам… И мгла все плотнее окутывает тебя, будто удав свою добычу.

Противный холодок пробежал по позвоночнику. Холодок, подозрительно похожий на страх. Я вновь лгала себе – это и был он. Самый настоящий, реальный страх.

– Пообещай, что будешь аккуратна!

Пообещать легко, но как следовать обету, если каждый мой шаг неминуемо вел меня в пропасть. Сейчас я очень явственно и отчетливо ощутила отсутствие Клауда. Вокруг меня были люди, но, казалось, я осталась совсем одна.

– Так и сказал? – воскликнул Артемиус на всю столовую, чем привлек внимание служителей за соседними столами. – Старый лис всегда называл меня недотепой без таланта. А тут…, – мужчина хохотнул. – Удивила ты меня, Божена. Очень удивила.

– Надеюсь, так ты выражаешь радость, – стушевалась я, водя ложкой по остывшей каше. Отчего-то тот факт, что мне пришлось просить друга Клауда обучать меня, вывел из равновесия. Я как будто чувствовала, что потом должна буду ему чем-то отплатить. Бред, конечно. Но как заставить мозг хоть на некоторое время перестать все анализировать?

– Так ты согласен?

Артемиус молчал, он посмотрел сначала на Рамию, затем на Айвера и только потом перевел взгляд своих хитрых глаз на меня.

– Еще бы!

– Но как же твоя рука? – резонно спросила подруга. – Разве это не будет обременительно, учитывая, что ты ранен?

Мужчина подергал перевязанной рукой, подумал о чем-то, а затем быстрым движением скинул повязку с шеи, с довольной улыбкой положив руку на стол.

Я запоздало ахнула:

– Если это ради меня, то не стоит! Верни ее обратно, лекарь сказал...

Артемиус с довольной улыбкой на лице помотал головой:

– Я был сегодня у местного лекаря, и он заверил, что моей руке не повредят движения. А вот повязку... Пока снимать не стоит, раны затягиваются медленнее, чем хотелось бы. Но, – он воздел указательный палец вверх, привлекая наше внимание. – Это никак не помешает мне стать твоим наставником в ритуале Луны, Божена. Я даже обязан настоять на этом.

Его слова меня успокоили, окрылили. Складывалось впечатления, что не я принимаю решения, а их за меня решает судьба. Так что слова дали веру в то, что я и без одного невозможного Чудотворца смогу одолеть этот путь до конца и дойти к поставленной цели. Так даже лучше, решила я: никто не будет меня отвлекать и никто не украдет мое сердце.

– Тогда, если мы сошлись в решениях, то я бы сказал, что мы можем уже приступить.

– Прямо сейчас! – обрадовалась я.

– А у тебя есть какие-то дела поважнее? – насмешливо спросил Арт.

Счастливо улыбаясь, я замотала головой, не в силах выдавить из себя хоть одно слово.

– Но я бы посоветовал доесть все, что лежит на тарелке, потому что тебе потребуется много сил. Жалеть не буду, предупреждаю сразу.

Ему не требовалось больше ничего говорить. Я активно заработала ложкой, не обращая внимания на отсутствие аппетита. Не залезет, значит, запихну.

– Я буду смотреть со скамьи, – воодушевленно произнесла Рамия. – А ты Айвер?

– Я пообещал Клауду следить за Боженой, – в своей манере ответил парень. – Считаю, что обзор оттуда будет замечательный.

И девушка радостно захлопала в ладоши. Ее улыбка лучилась теплом, и я отметила для себя, что сейчас происходит важный момент. Момент возрождения цветка на пепелище прошлых горестей. Айвер, которого я опасалась, оказался спасательным кругом для девушки, уже и не мечтавшей обрести собственную жизнь.

– Не получится, – Артемиус одной фразой разрушил атмосферу всеобщего веселья.

– Но я обещал...

– Не забывай, что я тоже давал свое слово Клауду. И Бо будет со мной в полной безопасности. Другое дело, что ритуал Дагморы – это таинство. Не будем гневить богинь.

И Айвер медленно кивнул, соглашаясь.

– Ты доела? – Арт пристально смотрел на меня. – Тогда бегом на арену!

– Семнадцать. Восемнадцать. Девятнадцать. Двадцать. Стоп. Отдышись.

– Но я не устала, – запротестовала.

Удивительно, но тело не забыло моих тренировок. А мышцы даже обрадовались нагрузкам. Йога оказалась хорошим подспорьем для ритуала Луны. Танцы Ичини были мягче, плавнее. Здесь же важна была сила и выносливость.

– Я вижу. Но так всегда, сначала все идет как по маслу, а завтра ты с постели встать не сможешь. Мы не этого результата добиваемся, верно?

– Верно, – глухо согласилась я.

– Тогда встала и три круга вокруг арены. В легком темпе. Не на время. Живее!

Артемиус перевоплотился в наставника. Не было ни усмешек, ни смешинок, ни улыбок. Сама серьезность. Но надо отдать ему должное, он действительно знал свое дело. Коггарт не обманул меня. И он полностью погрузил меня в процесс занятий, а ведь сегодня был первый день.

Три круга дались легко. Правда, из-за легкой отдышки в груди знакомо засвербело. Я провела ладонью по солнечному сплетению...

– А теперь приседания. Двести раз.

– Кхм... Сколько?

– Ты сама сказал, что тебе мало. Я подумал, что могу немного раздвинуть рамки урока.

Нет, все же в каких-то мечтах обычный Артемиус проглядывал из-за маски сосредоточенности.

Но как бы я не возмущалась, внутри меня горел азарт. С трудом, но я осилила приседания. Грудь к тому моменту жгла огнем.

– Арт...

– Просишь пощады? – изогнул он бровь, насмехаясь. И я повелась на этот маневр.

– Нужно нечто более агрессивное, чтобы я сдалась.

И, наконец, мужчина перешел к главному.

– Материализуй артефакт. Сейчас же!

Сказано – сделано. Керамбит с привычной тяжестью лег в руку.

– А теперь самое интересное, – загадочным тоном произнес мой наставник. – Лови!

Мужчина щелкнул пальцами, формируя пульсосферы.

– Пока не поразишь каждый, с арены не уйдешь!

Я скептически посмотрела на висящие в пространстве шары. Но стоило мне приблизиться к одному, как тот срывался с места и, отлетев на пару метров, вновь замирал в невесомости.

И началось. Я носилась по песчаному настилу, пытаясь догнать хотя бы один шустрый шарик, но даже и близко не смогла коснуться его керамбитом. Активный бег, прыжки... Все это привело к отдышке. Сдаваться не хотела, но перед глазами поплыли черные пятна, а в груди стало очень тесно. Так тесно, что казалось, я вот-вот лопну как шарик.

Помню, что рухнула на колени. Помню, что услышала до боли знакомый голос:

– Светлячок! Нет!

А дальше – я взорвалась.

Глава 25 Нелестный прием

Клауд Клауд прибыл в храм в обеденное время. Сердце рвалось к Божене, но он должен был поприветствовать Проявителя. Дань уважения, которой пренебречь было нельзя. Коггарт встретил радушно. В целом, как и всегда. Этот человек никогда не показывал своих истинных эмоций, прятался за маской сумасшедшего шута и обводил простаков вокруг пальца. Клауда порой раздражало такое его поведение, однако он знал, что Проявитель тем самым всегда добивается своего.

– Она необычная, как ты и говорил, – почти с порога огорошил меня Коггарт.

– Прошла? – спросил без предисловий, перенимая манеру Проявителя.

– А ты сомневался?

Мужчина отрицательно помотал головой. Он знал, что в девушке есть дар. Но спросить обязан был. Просто чтобы окончательно удостовериться в своих догадках.

– Тогда беги, – махнул на него старик. – Вижу же, что глаза бегают. Мечутся. Сквозь стены смотрят.

– Коггарт, – предостерег его Клауд, но тот лишь брови задрал, недоумевая.

– Что? Когда это ты правды боялся?

Заметив, что ему никто не собирается отвечать, вновь повторил:

– Беги. Слышал, они сейчас с Артемиусом на арене.

Маг даже дослушивать не стал, быстрым шагом вышел за порог и двинулся к центральному зданию, за которым и находился тренировочный круг. Мужчина завернул за угол, и до него уже отчетливо доносились натужные вскрики Божены. Клауд улыбнулся. Если девушка решила полностью отдаться занятию, то ничто не могло ее остановить. Только вот он знал, что ей ни в коем случае нельзя было перенапрягаться. Это всегда приводило к одному и тому же…

Вот он зацепился взглядом за Артемиуса, сидящего в отдалении, потом рассмотрел тонкую фигуру девушки, бегающую за неуловимыми пульсосферами. Плут Арт устроил Светлячку розыгрыш, не объяснив, что эти шары догнать невозможно. Но улыбка быстро сползла с лица Клауда, когда Божена на миг замерла, схватилась за грудь и рухнула на колени.

– Светлячок! Нет!

Маг кинулся к девушке на помощь, спеша предотвратить выброс силы, но не успел: Божена выгнулась дугой, откинув руки до земли, и из нее вырвалась магическая волна невероятной силы. Она снесла не только все световые шары, но и самого мага, который вновь осознал себя, находясь уже на спине.

Но боль не могла остановить мужчина, он подскочил и бросился к Божене...

Однако, что удивительно, девушка приподнялась на локтях и встала с земли самостоятельно. Словно и не было взрыва. Словно Клауду все привиделось.

Арт подбежал к Божене чуть раньше мага, ведь его, как ни странно, волна не задела. Друг стал отряхивать девушку, проверять ее пульс и вроде бы остался доволен ее состоянием. Однако, когда Клауд понял, что Светлячку ничего не угрожает, он не сдержал злости и, подойдя вплотную к Артемиусу, пихнул его в грудь.

– Ты что, мать твою, такое творишь! – взревел маг, не контролируя бурлящих эмоций. – Я же тебя предупреждал!

Арт спокойно смотрел на Клауда, вяло отмахиваясь одной рукой.

– Перестань бушевать, Клауди. Все же нормально.

– Нормально? – маг был готов рвать и метать от такой беспечности. – Нормально, говоришь? Да она чудом осталась жива! Разуй глаза!

– И я, как ты правильно заметил, нахожусь прямо за твоей спиной. Цела и невредима.

– Бо, – Клауд резко развернулся к ней, но продолжить ему не дали.

– Зачем ты вернулся? – сузив глаза, спросила девушка подозрительно. Маг попытался сделать шаг, но…

– Вот-вот! Что ты вообще здесь делаешь? – Артемиус без стеснения влез в их перепалку и встал между ними. – Ты должен был уже подъезжать к Лаксу.

– Я решил, что для меня есть дела и поважнее, чем прислуживать Семьям, – Клауд выдержал секундную паузу. – Я связался с департаментом и сообщил о своей отставке.

– Ты сбрендил?

Надо было видеть выражение лица Артемиуса. Он ведь действительно считал мага сумасшедшим. Клауд и сам понимал, что его решение даже близко не пахло адекватностью, но сейчас оно было единственным верным для него. Не обращая внимания на друга, машущего руками и пытающегося что-то ему донести, маг обратился напрямую к застывшей девушке.

– Светлячок, я решил, что я нужен здесь тебе.

Казалось, это признание должно все решить, расставить по местам на карте их судеб. Но реакция Божены спустила мужчину с небес на землю.

– Значит, ты так решил, Клауд? Прокатился на лошадке. Посмотрел на природу. И вдруг подумал? – она иронично изогнула бровь. – А знаешь что, Чудотворец. Я тебя не просила возвращаться! Могла, но не стала. Потому что ты мне прямо сказал, что сделал выбор. А сейчас ты заявляешься сюда, как будто ничего и не было. Как будто ты отходил всего на пять минут! – сорвалась она на крик. – Ты так не вовремя. Боже... Как же ты не вовремя.

Всплеснув напоследок руками, она отпихнула Клауда плечом, тем самым показывая всю степень своего непринятия, и скрылась в толпе сбежавшихся на шум взрыва служителей.

Краем глаза он заметил, что ее успела перехватить Рамия. Обняв девушку за плечи, она увела ее подальше от любопытных глаз. Клауд горько хмыкнул: не так он себе представлял триумфальное возвращение.

И пока он свыкался с мыслью, что его здесь никто не ждал, сзади подошел Артемиус и похлопал по спине:

– Идем, нам есть о чем с тобой поговорить.

Ты чем вообще думал?

– Только не начинай! – Клауд отмахнулся от друга, как от назойливой мухи.

– Нет уж, – угомонить Арта было нелегко. – Ты столько лет работал, приобретал авторитет в элитах и теперь просто так спустишь все в бездну?

– Я все решил, Артемиус. Это не просто блажь, как тебе кажется со стороны. Я как будто прозрел за эти несколько дней. Понимаешь?

– В том то и дело, что нет!

Мужчины разговаривали на повышенных тонах. Они даже от арены далеко не ушли, отчего на них то и дело кидали вопросительные взволнованные взгляды. Но те были настолько заняты своим спором, что вряд ли даже новый взрыв смог бы их отвлечь.

– Ну и ладно! Это все равно никак не отразится на твоей работе, если именно это причина для возмущения. Ты на хорошем счету…

– Да при чем здесь это! – Артемиус схватился за голову. – Мы же вместе с тобой начинали. Это казалось таким символичным, работать на Семьи до самого конца. Либо же вместе уйти… Но мне нужны деньги, нужен статус, чтобы обеспечить твоей сестре счастливое беззаботное будущее. Чтобы твои племянники ни в чем не нуждались.

– Арт, так я и не прошу тебя менять свой образ жизни. Иди своим путем. Я лишь хочу довести дело с Боженой к финалу. Увидеть, что она тот самый светлячок, что подарит Вальдавии годы процветания, – Клауд провел по волосам рукой, наконец, успокаиваясь и пытаясь достучаться до друга. – Я столько лет потерял… Не общался с Энриетой, утопая в чувстве вины. Я хочу все исправить. Хочу начать все с самого начала…

Артемиус покачал головой, но уже без былого запала, а скорее раздосадовано, как будто силился смириться с мыслью, но никак не мог себя заставить.

– Это все она?

– О ком ты?

– Я говорю про Божену. С ее появлением ты как будто сам не свой.

Призадумавшись, маг кивнул:

– Так и есть. Она о многом заставила меня задуматься. Именно поэтому я сюда и вернулся.

– А не должен был, – громко вздохнул друг. – Но что уж теперь слезы лить, верно? – улыбнулся с натяжкой. – Влюбленному глаза так просто не открыть. Тем более, когда он намеренно смотрит в другую сторону.

– Прекрати. Мои чувства тут не при чем.

– Ой ли?

– О, вы здесь? А я повсюду вас ищу.

– Божена, ты в порядке? Что случилось? – лепетала перепуганная Рамия, уводя меня подальше от толпы. – Мы с Айвером услышали оглушающий шум. Взрыв. И я… Я так явственно увидела тебя в эпицентре бури.

– Снова видения?

– Да, – согласилась она. После того разговора ночью ей было проще говорить со мной о своем новообретенном даре. – Но, Бо, это было не просто видение. Это был кошмар на виду.

Я нахмурилась. Подруга была не просто взволнованна, она источала крайнюю степень отчаяния.

– Рамия, ты меня пугаешь.

– А меня пугает то, что происходит.

Осмотревшись по сторонам, девушка затащила меня за угол одно из домов и продолжила только тогда, когда полностью удостоверилась, что нас никто не слышит.

– Взрыв энергии… В моих видениях из тебя плескался фиолетовый туман.

Услышанное заставило меня застыть.

– Этого не может быть! Я видела, что все вокруг бело-желтое. Видела собственными глазами, Рамми.

– И я верю тебе. В толпе шептались о том же… Но, видишь ли, будь это обычный выброс твоего переполненного резерва, то тебя бы разорвало на части.

Я вспомнила мысли о шарике и поежилась. Страх подруги стал переходить на меня, а еще я только сейчас осознала, что мое тело бьет легкая дрожь. Такая бывает после сильного нервного перенапряжения, когда мышцы содрогаются, а ты не можешь их успокоить.

– Тогда должно быть объяснение, почему я до сих пор жива, – настаивала на своем.

– Божена, я понимаю, что мои ведения кажутся странными. Но послушай. Они еще ни разу меня не подвели. Сегодня на арене с тобой случилось что-то необъяснимое. И что-то страшное. Потому что, веришь ты мне или нет, но я до сих пор могу различить возле тебя переливы мароксового яда.

С неистовством я прижала руку подруги к солнечному сплетению. У меня не было мыслей, чего именно хочу добиться этим действием, но чувствовала, что так надо. И Рамия, тяжело сглотнув, закрыла глаза. Мы обе притихли.

– Оно еще в тебе. Я чувствую яд. Я будто ощущаю его горечь на языке…

– Раньше такого не было?

Подруга помотала головой.

– Ты была ярким белым пятном, без примесей и вкраплений… А сейчас тебя как будто осквернили.

С силой зажмурила глаза. Досчитала до десяти. Выдохнула. Мысли крутились по кругу, и я пыталась найти в них хоть одну маленькую зацепку, намек или подсказку.

– Точно! – вспышка прозрения. – Если ты говоришь, что видишь фиолетовый туман вокруг меня и с большой долей вероятности эту гадость в меня кто-то влил, то…

– Хочешь, чтобы я попыталась проследить, к кому ведут следы?

Кивнула, чувствуя, что дрожь становится меньше.

– Я не знаю, сработает ли…

– Всегда можно просто попытаться. Не получится, значит, на то, как вы говорите, воля богинь.

– А ты так не говоришь?

Прикусила себя за язык.

– Сейчас не время, но я обещаю, что расскажу тебе нечто очень важное о себе. Но это произойдет только в том случае, если я останусь жива.

Мои слова возымели желаемый эффект. Словно две ищейки направились в обратном направлении. Рамия в какой-то момент и вовсе закрыла глаза, а я лишь поддерживала ее за руку и уводила от препятствий. Казалось, что мой план провальный, что мы просто идем по кругу, но в итоге поиски дали нам некоторые плоды.

– След обрывается здесь.

Девушка открыла глаза и ахнула: чуть впереди, активно беседуя и не обращая ни на кого внимания, стояли Клауд, Артемиус и Саймон.

Приплыли.