Текст книги "Светлячок для Чудотворца (СИ)"

Автор книги: Полли Нария

сообщить о нарушении

Текущая страница: 16 (всего у книги 18 страниц)

Глава 30 Ориентир

Клауд Мир Клауда рушился. Буря пришла, откуда не ждали: Артемиус лгал ему. Лгал. И неизвестно, как долго это продолжалось. Месяц, год или целые года.

– Как же я раньше этого не заметил?

Но у Саймона и Коггарта не нашлось ответа на его вопрос.  Все они были ослеплены харизмой Арта.

– Как бы там ни было, – произнес маг, взяв себя в руки. – У нас нет времени выяснять причины. Нам нужно найти Божену.

– Ты думаешь, он хочет...?

– Я ничего не думаю, – перебил Саймона Клауд. – Но учитывая то, что ты мне рассказал, мы легко можем сопоставить факты. Той ночью Божену хотел убить он. А сейчас она опять в его руках и...

Маг, утратив сдержанность, выпрямил спину и сжал кулаки. Разговор давался ему все труднее и труднее. Все, о чем он мог думать, что не готов потерять Бо, что не может так ее подвести, особенно сейчас, когда до исполнения ее желания осталось всего ничего.

– Я... Я обязан...

– Сынок, ты должен успокоиться, – Коггарт подошел к мужчине и положил руки ему на плечи. Сжав свои костлявые пальцы, стал посылать потоки тепла по телу Клауда, снимая ауру затуманенной потерянности. – Ты не один хочешь помочь девчушке. И мы, – он переглянулся с Саймоном. – Мы тоже хотим.

Проявитель впервые в жизни не старался одевать на себя маску шута и простофили. Сейчас он искренне желал поддержать того юнца, что рос на его глазах, и что сейчас находился на грани отчаяния.

– Ты ведь позволишь?

Клауд перевел взгляд на Саймона и замер. Он думал. Раньше бы его непомерное эго четко дало о себе знать, он бы не позволил никому лезть в его дела. Но сейчас... Столько всего изменилось вокруг, и столько всего изменилось внутри самого мага. Кто-то назвал бы это надломом, но сам же Клауд нашел этому другое название. Очищение. Перебитая ветка способна срастись и плодоносить не хуже целой, а, возможно, даже лучше. И вот сейчас плодом его изменение стала готовность принимать помощь.

– Боюсь, без вас я и не справлюсь.

Услышав это, друг переменился, выражение лица стало мягче, спокойнее, смазывая былую напряженность.

– Тогда нам нужен план.

– Дабы выследить Артемиуса мне нужен какой-нибудь его личный предмет. Что-то, что может содержать его ауру, – Проявитель поманил друзей следом за собой в комнату и стал метаться   там от полки к полке, собирая только ему известные ингредиенты.

– Либо вещь Божены, – резонно добавил Саймон.

Но, увы, на ум Клауду ничего не приходило.

– То, что осталось в домиках не подойдет?

Коггарт покачал головой.

– Нужно нечто другое. Серьга связи, что долгое время находилась в тесном контакте с телом, браслет… Что-то личное.

Схватившись за волосы, Клауд неосознанно потянул их, доставляя себе боль, которая не помогала, но немного отрезвляла.

– Главное не поддаваться панике, – Саймон смотрел на друга, всем своим видом выражая поддержку. – Мы в любом случае что-нибудь придумаем.

И именно в этот момент в голове мага мелькнула шальная мысль.

– Коггарт, ты сказал, что нужна вещь, которая долго находилась в контакте с хозяином, верно?

Проявитель еще раз подтвердил свои слова.

– У тебя что-то есть?

– Не у меня, – Клауд помотал головой. – У Божены. Мой керамбит. Да, он, конечно, выбрал ее, но… До этого я не расставался с ним семь лет… Может…

– Идеально! Где второй? – глаза Проявителя полыхнули азартом, а маг впервые за все время почувствовал, что у них есть шанс.

Божена

Я была уверенна, что Артемиус приступит к исполнению своего зловещего плана сиюминутно, но смерть откладывалась.

– Расслабься, – посоветовал мне бывший друг. – Эту ночь ты точно переживешь.

Мужчина сидел возле небольшого костерка, помешивая угли палкой, в то время как меня он привязал к дереву, оставив в охране двух аргов, что как загипнотизированные, не сводили с добычи фиолетовых глаз. Мне было действительно страшно. Сейчас, когда Арт перестал претворяться, я осознала, насколько слепой была до этого времени. А ведь были сигналы, странные взгляды, напор. Рядом с ним иногда путались мысли. Рамия оказалась права во всем.

– Зачем тебе это? – не могла не спросить. – Почему ты хочешь моей смерти?

Артемиус застыл, лишь его взгляд метался от камня-тотема ко мне. Жуткое зрелище. Неестественное. Мужчина словно мысленно обращался к своему Богу, испрошая разрешения на ответ.

– Что ж, – вымолвил он спустя некоторое время. – Учитывая, что завтра ты умрешь, то я бы мог поделиться с тобой некоторой информацией. Тем более, что я столько лет держал это в себе… Ты станешь не только даром для Марокса, а еще и моей отдушиной.

Говорил, а взгляд его был наполнен какой-то фанатичностью и безумством. Ни капли осознанности. Мне уже и не хотелось ничего знать, чувствовала, что каждое слово Артемиуса испачкает меня, измажет душу помешательством и, в конце концов, утащит на самое дно. Возможно, даже глубже, чем обитает сам Марокс.

– Виной всему Эну’Акриори. Но началось все многим ранее… Не знаю, говорил ли тебе Клауд, но я старше его на два года. А так и не скажешь, верно? – подмигнул мужчина, и меня всю передернуло.

– Какое это имеет отношение к делу?

– Самое прямое. С детства, узнав, что во мне сила богинь, я решил, что сделаю все, лишь бы стать восьмой частью избранных. Я тогда не понимал, что пока живы все сыны Солнца, мне ничего не светит, – мужчина хмыкнул, наслаждаясь игрой слов. – Но в тот год, когда я решился отправиться в храм Ичини, случилось невероятное…, – улыбка коснулась губ Арта. – К нам в деревню приехал мужчина. С виду вполне обычный, ничем не примечательный. Но по какой-то причине он привлек мое внимание. Наверное, потому, что постоянно что-то строчил в потрепанной старой тетради. И я решил выкрасть ее…

Я следила за каждым движением мужчины: казалось, что воспоминания производят на него такой сильный эффект, что он забывается в них, погружается в транс. Только нервное движение пальцев вдоль обожженной палки выдавало ее контакт с реальностью

– И мне удалось, – Артемиус посмотрел на меня прямо и медленным движением руки провел по голове. Он явно выказывал довольство своим поступком, совершенно не смущаясь, что тот был вызван необъяснимым, нездоровым любопытством. – То, что я прочел в тетради, вызвало бурю чувств внутри меня. А на следующий день бездыханное тело этого путника нашли в постели той самой таверны.

Я ахнула и спиной прижалась к дереву сильнее. Арги, заметив, что я встрепенулась, громко зарычали, пуская слюну.

– Сиди тихо, иначе рискуешь лишиться некоторых частей тела, – как ни в чем не бывало продолжил мужчина. – Я не убивал его, если ты подумала об этом. Он погиб лишь по своей собственной глупости. Представь, сын Ичини, а это был именно он, вел дневник, в котором во всех красках описывал пройденные ритуалы. Даже тот, что проводил Коггарт и о котором мы все клялись не рассказывать…

– Клятва. Она сработала в тот момент, когда ты все прочел?

– Именно, моя дорогая, умная Божена.

– И это значит, что к Проявителю храма Дагморы ты шел, зная, что тебя ждет и какой камень следует выбирать, – сказала уверенно. Все и так было ясно – Артемиус провел всех. Обвел вокруг пальца судьбу, желая занять место, которое ему по праву не принадлежало.

– Окончательно все понял, когда по Вальдавии разнеслась весть о смерти одного из сынов. И я понял, что это мой шанс. Не зная усталости и покоя, я тренировался, обучался танцам днем и ночью. Харим неохотно, но провела для меня ритуал спустя неделю после моего прибытия. И все шло гладко. Мне нигде не было равных. Там, где другие проваливались, я справлялся без особого труда. И что не удивительно, я легко прошел испытание Ичини. Я бы достойным избранным. Помню, как стоял у источника, даря себя ему и его богиням. Однако этим тварям, видите ли, я не подошел, – палка сорвалась с рук Арта и угодила в самую середину костра, создав вокруг себя ворох искр. – Две сестрички не соизволили меня принять на личной аудиенции!

Последнюю фразу бросил яростно, а потом и вовсе подскочил, ударив ногой бревно, на котором сидел.

– Я был зол. Зол и раздавлен. Не помню, как покидал Эну'Акриори. Шел словно в трансе и набрел на него...

Артемиус указал в сторону тотема.

– Ри'Атриум – источник силы Марокса. Он то и откликнулся на боль моей души. Он счел меня достойным. Бог открыл мне глаза.

Все, что он рассказал дальше, повергло меня в ужас.

– Ты даже представить не можешь, насколько прекрасен голос Марокса, сколько в нем сочувствия и понимания. Каждый раз дрожь по телу, – мужчина аж глаза закрыл от удовольствия. – Он стал моей путеводной звездой, а я – его карательной дланью. Этот мир заслуживал рухнуть.

– Ты чертов сумасшедший!

– А ты девочка не из нашего мира, – резонно ответил тот, чем сильно меня удивил. – Что? Не ожидала, что твой маленький секретик станет известен?

– Откуда ты знаешь?

– Ты же не думала, что сможешь меня провести? Марокс знает все!

Обойдя костер, Артемиус приблизился ко мне. Погладив псов по головам, встал передо мной, возвышаясь во весь рост, будто пытаясь таким образом показать, кто здесь хозяин. Однако этого и не требовалась, я и так понимала, что ситуация патовая.

– Раз ты знаешь, что я не с Вальдавии, то, может, просто поможешь вернуться домой? Нет меня – нет проблем?

Глупо, конечно, но я обязана была попробовать.

Артемиус склонил голову набок, прикусив нижнюю губу. Возникало ощущение, что он на самом деле призадумался.

Но то была лишь игра одного актера.

– Ты стремишься к источнику. Тут не надо быть гением, чтобы это понять. А я, увы, не могу тебе этого позволить. Весь мой десятилетний труд пойдет коту под хвост. А мы же этого не хотим? – и он вновь мне подмигнул.

– Десять лет? – ужаснулась я. – И чем же ты все это время занимался?

– Да так, ничего существенного...  Преподавал в храме Дагморы, где случайно повесилась Калиста. Направился в храм Ичини, где появилась новоиспеченная одаренная.

– Ланда? – спросила я с ужасом.

По довольной ухмылке поняла, что не промахнулась в своих догадках.

– Там же я сдружился с тем, кто в последствии занял мое место.

Потихоньку все становилось на свои места. Но все же не до конца.

– Если ты знал, что Клауд избранный, то должен был его убить.

– О-о-о, на него у меня были совершенно другие планы, – лицо Артемиуса исказилось гримасой раздражения. – Но после того, как он развеял мой морок, не без твоей помощи, надо отметить, у меня не остается ничего другого, как отправить его вслед за тобой.

И закономерной кульминацией нашего разговора стал странный тревожный гул, что раздался от Ри'Атриума.

– Все, нам пора.

Заметив мой гневный взгляд, мужчина сложил руки в извиняющемся жесте, хотя глаза его горели фанатичным огоньком:

– Прости, сладкая, но ты лишь пешка в играх взрослых. Ничего личного. Надеюсь, ты любишь летать?

Глава 31 Без масок

Клауд Ритуал Коггарт проводил в спешке, но следовало отдать Проявителю должное – сомневаться в его профессионализме не приходилось: четкие движения, никаких промашек в словах и, как итог, оправданный результат. Местонахождение Божены было выявлено. Керамбит, который сейчас являлся неотъемлемой частью девушки, указал друзьям четкий путь.

– Не удивительно, что они спрятались в лесу, – хмуро произнес Саймон, выводя свою лошадь из конюшни. К этому момент Клауд уже сидел верхом и нервно теребил повод, раздражаясь от медлительности друга.

– Обсудим это как-нибудь потом, – бросил в ответ маг и пришпорил коня.

Он гнал животное что есть мочи, чтобы быстрее достигнуть цели. Божена, его Светлячок, его иномирянка, его любовь находилась в опасности. А время, словно песчинки в песочных часах, ссыпалось вниз, пропадало и уходило, безвозвратно сокращая вероятность благоприятного исхода. Но Клауд отгонял от себя тревожные мысли, думал лишь о том, как собственноручно придушит предателя.

И вот он, тот самый лес. Дремучий и темный. Соотносимый с «началом времен». Казалось, войди в него и пропадешь навсегда. Но Клауд был готов на все, а Саймон, его верный спутник, следовал за другом, словно тень. В некоем забытьи они нашли ту самую поляну, где, по данным Коггорта, должна была находиться Божена. Но лишь дымок от костра говорил о том, что еще недавно здесь кто-то был.

– Мы опоздали?

Маг дернулся от этих слов, сжал кулаки, но тут же встрепенулся. Знакомые мурашки побежали по коже – где-то рядом находились арги. Множество тварей.

– Нам туда, – уверенно произнес Клауд, спрыгнул с лошади и, призвав артефакт, будто ищейка, кинулся по отравленному следу.

Божена

Оказалось, что весь разговор, а точнее зловещий монолог, продлился куда дольше, чем мне могло показаться. Над деревьями задребезжал рассвет, разгоняя туман и поблескивая на каплях ночной росы, которая неторопливо стекала по изгибам листьев и падала на влажную почву.

Артемиус не очень-то ласково тянул меня за собой через бурьяны, заросли крапивы и чертополоха. И хоть эта трава жгла открытые участки кожи, никто из нас даже не думал корчиться: мне было явно не до этого, а Арт был слишком занят продвижением к своему ориентиру. Запахи со всех сторон били меня по носу: сосны, березы, гниющий дерн, а еще сюда примешивался отчетливый запах мокрой шерсти.

Я, конечно, не знала окрестной местности, но все равно догадалась, куда меня ведет бывший друг – к обрыву. Ведь только там я могла полетать вдоволь. И только так Арт мог доставить меня прямиком к своему Богу.

Мне бы что-то предпринять, но даже если бы я смогла снова призвать керамбит, это бы вряд ли спасло от своры аргов. А эти твари следовали за нами попятам, ломились сквозь заросли и кусты, и ничто не могло их остановить. Их помутненное отравленное сознание преследовало лишь одну цель – исполнить волю своего господина. И я понимала, что даже если смогу освободиться, то все равно далеко не убегу. Пару раз я все же попыталась отбрыкнуться, вырвать веревку, за которую Арт тянул, но грозный рык и клацанье зубов возле моих ног отбили всякое желание продолжить в том же духе.

У меня почти не осталось надежды спастись. Почти, потому что я все еще верила в Клауда, который не мог не заметить моей пропажи. Зная мага, он сделает все, чтобы меня отыскать… Только вот времени совсем не осталось. И мне бы расплакаться, но эмоции иссякли. Столько всего произошло за последнее время, столько случилось, что сил на чувствительность не осталось.

– Вот так девочка, – отметил мое апатичное поведение Арт. – Мне нравятся покорные овечки.

– Если бы могла, то обязательно забодала бы тебя.

– Шутить изволишь? – саркастически изогнутая бровь вызвала раздражение, и я, не совсем отдавая отчет своим действиям, плюнула прямо Артемиусу в лицо. Следом последовала закономерная пощечина, от которой моя голова отлетела в сторону, а во рту появился отчетливый вкус металла.

– Я бы научил тебя смирению, – бросил он зло, отирая рукавом лицо. – Но мы уже пришли.

Картина открылась невероятная. Я уже видела обрыв на закате и на рассвете он оказался также прекрасен: белые облака-перины, солнечные лучи и бескрайний простор, которому не было конца. Вид почти сакральный. И столь же опасный. Особенно для меня.

Артемиус подвел меня к самому краю и с силой наклонил вперед, продолжая удерживать за веревку. Ему было мало покончить со мной, он хотел поиздеваться.

– И чем же я заслужила такое обращение? Раз уж решил убить, так делай это!

– Не так быстро, моя дорогая, – хмыкнул Арт в своей привычной манере. – Не так давно ты заставила меня сильно пострадать... Я сутки лежал в бреду. И если бы не магия Марокса...

– Будь моя воля, я бы натравила на тебя сотни змей.

Рука на моей шее сжалась сильнее, и я вскрикнула от боли.

– Как же хорошо, что сейчас мы с тобой исполняем волю кое-кого другого.

Резкий рывок за волосы и я уже стою прямо, тогда как Артемиус наклоняется к моему уху, проводит по нему языком, а потом шепчет:

– Приятного полета. Маши крылышками, птичка-Божена.

И я лечу вниз.

Клауд Первый арг встретился еще до того, как Клауд с Саймоном покинули лес. В четыре руки победить его не составило труда. Второго одолели также без особых усилий.

– Если так дальше пойдет, Марокс останется без домашней животинки, – отшутился блондин, и Клауд сумел выдавить подобие улыбки.

Но вскоре друзьям стало не до шуток. Тварей становилось больше, а Арта с Боженой видно не было. Руки покрылись кровью, в глазах рябило от алого цвета, а в воздухе витал отчетливый запах металла и мокрой травы. Магу начало казаться, что они никогда не выберутся на свет.

И вот кромка леса, а впереди – белесые просторы с двумя отчетливым фигурами на краю бездны.

Клауд кинулся вперед, но еще одна тварь встала у него на пути. Когда он с ней разделался, было уже поздно.  Все, что он успел заметить, как Арт кладет руки на спину девушки, пихает ее, и она падает вниз.

Он как будто попал в воронку времени, где постоянно повторялись одни и те же события. Ланда упала с обрыва. Божена... Упала. Упала!

И мир Клауда взорвался.

Не осознавая, что делает, он кинулся вперед с громким криком. Саймон же остался сзади, продолжая истреблять аргов. Тем самым он даровал Клауду возможность добраться до Артемиуса.

Тот, в свою очередь, с почти равнодушным лицом обернулся, достал из ножен кинжал и, отойдя от обрыва на безопасное расстояние, встал в оборонительную позу.

– Как ты мог?!

Первый удар и первая фраза зазвенели песней стали. Клауд желал знать правду, желал мщения, но Артемиус только ухмылялся, отражая каждую атаку друга. Они предугадывали движения и выпады, легко парировали удары, ведь слишком долго знали друг друга. Слишком хорошо.

– За что?!

– Что именно, Клауди? Выражайся точнее.

Лезвие просвистело около щеки мага, так и не задев.

– Зачем ты убил ее! – пот струился по лицу мужчины крупными каплями, а слова слетали с губ вместе со слюной.

– Ланду или Божену?

Клауд споткнулся и чуть самолично не налетел на лезвие противника. Но вовремя сумел сгруппироваться и отскочить. Страшная картина сейчас рисовалась в голове мага. Неправдоподобная.

– Или ты про Калисту?

Если бы слова могли убивать, то Клауд бы уже лежал на земле. Сомнений не оставалось – все это время Артемиус вел двойную игру. Он убивал людей и все это под носом мага.

– Но почему?

Противники продолжали бой, но сейчас в нем не было запала, азарта или цели. Они делали все по инерции. Основой здесь был диалог.

– Просто.

– Не лги! У всего есть причины!

– Ты все равно не поймешь! – крикнул Арт, впервые выражая истинные чувства. – Никто бы не понял. Никто! Только Марокс.

Упоминание бога дало Артемиусу сил, и он, присев, сделал подсечку, повалив друга на спину. Клинок его прижался к горлу Клауда.

– Попался.

– Уверен? – маг изогнул бровь и дернул подбородком. Керамбит уперся в живот соперника. И Пока Арт отвлекся, Клауд сумел скинуть его с себя и выбить кинжал из рук. Теперь уже орудие Клауда прижалось к сонной артерии противника. – И давай рассказывай все по порядку, пока я не выпустил всю твою кровь подышать свежим воздухом.

Артемиус рассмеялся.

– Ты всегда был сильнее меня. Умнее. Проворнее. Не удивительно, что эти двое предпочли тебя! Избранный мальчик, занявший мое место!

Последние слова он выплюнул, словно яд.

– Так все из-за этого? Из-за меня?

– Не льсти себе, – Артемиус закатил глаза, но Клауд нажал на керамбит посильнее, почти продавливая кожу. – Мой мир крутиться только вокруг меня. А я, в свою очередь, служу истинному богу, готовому оценить мои заслуги по достоинству.

– Да что ты несешь? Марокс – зло.

– Марокс – мой постулат. Единый и правдивый. Он не скрывает своего лица и делится своей силой безвозмездно…

Дикий взгляд смотрел как будто сквозь Клауда. Сейчас Артемиус говорил не с ним, да и сам он словно находился в другом месте. Не телом, но мыслями.

– Ты спятил!

– О нет, мой милый друг, я единственный зрячий в этом прогнившем мире. Но скоро таких станет больше! Намного больше!

– Ланда, Калиста… И Божена погибли…

– Чтобы мир пал.

Клауду было больно смотреть на друга. Сейчас от прошлого Артемиуса не осталось ни следа: безумный взгляд, одержимые мысли. Он стал лишь оболочкой себя прежнего, полностью поддавшись зову Марокса.

– Ты тоже умрешь, Клауди. Я этого не хотел. Тянул, сколько мог… Поверь. Ведь ты мой единственный друг. А еще твое положение… Мы столько дел с тобой совершили. Ты даже представить не можешь. Марокс сперва негодовал, но я смог переубедить его, показать твою значимость… Ты был прекрасным помощником в делах темного бога.

Холодок пробежал по позвоночнику мужчину, и мучительно засосало под ребрами.

– Что ты, мать такую, несешь, Артемиус? Я никогда не помогал Мароксу. Он – Тьма.

И снова смех. Истеричный. Надрывный.

– Тьма поглощает свет, Клауди. И свет всегда к ней стремиться, как мотылек на огонек. И ты исполнял свои обязанности перед Семьями, действительно веря в то, что делаешь добро. Но я хочу, чтобы ты знал: детки нашей элиты пропали по твоей вине. Ты подпустил меня к ним, и вскоре, таких как я, станет больше. Они станут чумой и разнесут благодать Марокса по всей Вальдавии и ты не сможешь ничего сделать.

С последним словом чьи-то острые зубы сомкнулись на ноге Клауда, стаскивая его на землю.