Текст книги "Светлячок для Чудотворца (СИ)"

Автор книги: Полли Нария

сообщить о нарушении

Текущая страница: 12 (всего у книги 18 страниц)

– Понимаю.

Мы оба одновременно посмотрели в сторону Клауда. Арт вряд ли поверил мне, но я была ему благодарна за то, что он не пытался лезть в душу. Не утешал меня и не подбадривал. Я бы начала сомневаться в правильности своих поступков, рыться в себе. А так я закрыла мысли на замок и просто следовала к цели. Но мне все равно было грустно. А еще одиноко. Вася бы оценила все своим рациональным умом, разложила по полочкам и сказала, как нужно поступить. Привычка полагаться на подругу никуда не делась. Однако Вальдавия заставила меня повзрослеть и начать самой принимать решения, полагаясь только на внутренние приоритеты.

– Нам еще долго? – решила задать вопрос, уводя Арта с зыбкой и опасной темы.

– Если ехать в динамичном темпе и больше не останавливаться, то к ночи будем уже в городе.

Такие новости не могли не радовать. Как-то разом ушла усталость, и я приободрилась, представляя, что этой ночью уже смогу добраться до храма Дагморы.

Лицо Арта вдруг изменилось, и он схватился за свое ухо, на котором висел небольшой кругляшек серьги, источающий легкий свет.

– Да, – отозвался мужчина, разговаривая с собеседником на другом конце связи. – Когда? Ты уверен? Марокс тебя задери! Почему говоришь только сейчас? – пауза. – Так сам ему и сообщи, Таррон! Я тебе что, собачка на побегушках?

Артемиус выглядел очень недовольным, и с каждой секундой он хмурился все больше, а складка между бровями делалась глубже.

– Ладно. Понял. Я ему сообщу. А дальше держи связь с ним.

Серьга потухла.

– Что-то случилось?

Арт кивнул, но объяснять мне ничего не стал. Обошел по дуге и направился прямиком к Клауду, попутно позвав с собой Айвера. Происходило нечто важное и тревожное. Я посмотрела на растерянную Рамию и двинулась вслед за мужчинами. Девушка замешкалась, но последовала за мной.

– Клауд, – Арт глянул на нас искоса, но прогонять не стал. – Есть разговор.

Маг обвел нас всех вопросительным взглядом. Я прижалась к Рамие, внимательно вслушиваясь в каждое слово Артемиуса.

– Таврон Эфеш пропал.

Имя пленителя заставило Рамию напрячься. Девушка каменным изваянием застыла возле меня, и я схватила ее за руку, чтобы стать безмолвной опорой и поддержкой.

– Дерьмо, – выругался маг и стукнул себя кулаком по бедру. – Я же его предупреждал.

Арт растеряно развел руками.

– Не припомню, чтобы элита хоть раз прислушивалась к нашим… к твоим советам. А он, между прочим, – мужчина указал на Клауда и пристально посмотрел на Рамию. – Пытался отменить рабство.

– Арт! – одернул его маг.

– Что? Это же правда.

– Не стоит говорить об этом здесь, Артемиус.

– Ох, конечно, – он виновато посмотрел на нас с побледневшей девушкой. Она дрожала всем телом, хоть и старалась бодриться. – Я не подумал…

Я еле сдержалась чтобы не закатить глаза. Артемиус был полной противоположностью Клауда, совершенно не следил за своими словами и говорил первое, что взбредет в голову. Но, с другой стороны, он именно этим и располагал к себе – непосредственный и открытый. Он уж точно скажет правду, даже если это будет тебе неприятно. В этом весь он.

– Ладно уж, – маг сжал переносицу двумя пальцами, словно от этого разговора у него внезапно разболелась голова. – Это все новости? С тобой связывался Стьюпид?

– Да.

– И что он собирается с этим делать?

– Эм…, – замялся Арт, не поспевая за потоком вопросов.

– И почему он связался с тобой, а не со мной? Хотя, тут уж я могу догадаться. Хотел, чтобы я сорвался сначала на тебе, а потом на нем. Но не дождется, это его задание. Пусть сам с ним разбирается, и несет отчет перед четверкой. Я сыт по горло…

– Видишь ли, – Артемиус переступил с ноги на ногу и почесал плечо раненой руки. – Тут такое дело… Таррона отстранили.

– Здравая мысль. Единственная за последнее время. И кого же назначили на этот раз?

– Тебя.

– Нет! – Кладу отрицательно замотал головой и сжал кулаки, а я почувствовала, как между нами стали сгущаться тучи. Невидимые. Незримые. Это еще называют плохим предчувствием. Их не видно, контуры размытые и смазанные, но волоски на коже при приближении электризуются и встают дыбом. Сейчас я ощутила именно это.

– Да, Клауд.

– И чего они хотят от меня? Чтобы я все бросил и побежал выполнять их указания?

Арт, к сожалению, не стал разубеждать друга, лишь нахмурился и сокрушенно кивнул. Внутри меня все оборвалось, а мысли разом вылетели из головы. Меня словно лишили чего-то такого, от чего остальное перестало существовать. Боже, неужели это все?

– Они вызывают тебя в Лакс. Немедленно.

Мои самые большие страхи подтвердились.

Глава 22 Храм Дагморы

Божена Мы продолжали смотреть на застывшего Клауда, а он не торопился что-либо говорить. Мне до зуда в пальцах захотелось провести по нахмуренному лицу, разгладить глубокую складку и вернуть тем самым присущую ему беззаботность. Маг же тем временем напряженно размышлял. Даже когда он обратил к нам свое лицо, взгляд его остался невидящим: он смотрел сквозь нас, глубоко погрузившись в свои мысли.

– До Шесса полдня пути, – вымолвил он наконец, обращаясь то ли к нам, то ли к самому себе. – Обождут.

– Ты уверен? – спросил Артемиус подозрительно. – Все-таки это не простой случай, который можно отложить. Тебя вызывает четверка. Могут быть последствия…

– Хотели бы, связались бы лично, а не через Стьюпида и тебя, – оборвал его Клауд, схватившись за виски. Было видно, что выбор давался ему с трудом.

– Если ты переживаешь за Божену, то я… мы с Айвером обеспечим ее безопасность, так ведь?

Айвер в своей молчаливой манере серьезно кивнул.

Я тоже молчала, боясь даже пошевелиться. Складывающаяся картина не радовала, пугая своей неизбежностью. Но я молила всех богов, чтобы Клауд не уехал прямо сейчас. Я обманывала себя, что с ним безопаснее, что только он гарант успешности нашего похождения. Ложь. И я знала это. И я уже сотни раз пожалела за свои слова в лесу.

– Это не обсуждается! Я провожу вас до храма Дагморы и…, – маг бегло посмотрел в мою сторону. – И уеду в Лакс.

– Но…

– Артемиус, вы с Айвером останетесь и проследите, чтобы Божена прошла испытание, и доставите ее к источнику. От вас зависят жизни людей.

– Ты прав, друг, – произнес Арт, вдумчиво соглашаясь с доводами Клауда.

И мы отправились в путь. Всю дорогу я чувствовала витающее в воздухе напряжение. Беспокойно ерзала в седле и искоса кидала в сторону Клауда взволнованные, тяжелые взгляды. И хоть мне казалось, что делаю я это незаметно, однако маг то и дело тяжело вздыхал, цокал своим мыслям, продолжая двигаться согласно задуманному плану.

Еще вчера я хотела поскорее добраться в Шесс, приступить к учебе, пройти ритуал, однако сейчас мечтала растянуть время и морально подготовиться к предстоящему событию. Подготовиться к расставанию с моим Чудотворцем.  И вот еще одна ложь. Он никогда не был моим. И никогда не будет.

– Тебе придется быть очень осторожной, Светлячок, – голос Клауда прозвучал глухо, и я сначала даже решила, что мне показалось. – Слышишь?

– Я буду, – ответила в тон, опечалено хмыкнув. – Что мне еще остается?

– Не надо, Бо. Не говори так.

– Я ничего и не говорю.

В этот момент была безумно рада, что он видит только мой затылок и спину. Ведь я вряд ли смогла бы спрятать свои эмоции с лица.

– Айвер и Арт присмотрят за тобой…

– Знаю.

– И с тобой ничего больше не случится.

Я промолчала.

– Бо, – мужчина легонько коснулся моего плеча. – И я обещаю, что найду нападавшего. Я смогу всецело погрузиться в расследование. Больше меня ничего не будет отвлекать.

– Отвлекать, – не смогла не выцепить задевшее слово.

– Я не то хотел сказать, ты же знаешь?

Сокрушенно кивнув, я все же добавила:

– Ты будешь далеко.

Рука Клауда соскользнула с моего плеча, как знак того, что все неминуемо близится к завершению. Процесс начался, и мы оба не могли его остановить. И это бессилие было хуже любой боли, хуже наказания. Его нельзя было никому высказать, и от него невозможно было убежать.

– Возможно, так будет лучше.

– Для кого? – сжала кулаки, уже зная, что он скажет, и безмолвно взывая к тому, чтобы он промолчал.

– Для нас, Светлячок. Я знаю, что если буду находиться рядом с тобой, то обязательно найду предлог вновь тебя поцеловать. А ты повторно меня отвергнешь… Я оставляю тебя на проверенных людей. Разве не этого ты хотела?

Доля правды в его словах была. Только вот я точно знала, что это далеко от того, что нужно мне. Проблема была в том, что потребность находиться рядом с этим мужчиной перечеркивала все мои цели и принципы.

– Знаешь, Артемиус не только мой друг. Он жених моей сестры. Энриеты.

Я удивилась такому откровению, не понимая, к чему маг клонит.

– Так вот, пять лет назад я находился на одном из заданий у границ Данаса. И я даже предположить не мог, что в Хитриксе, в нашем родовом поместье, случится несчастье. Арги, которых я поклялся убивать еще со времен смерти Ланды, напали на мою сестру.

– Боже, – ужаснулась я, схватившись за ворот рубахи.

– Артемиус как раз гостил у нас…

– И он спас ее?

– Да, спас. Только вот лицо Энриеты теперь навсегда обезображено шрамом, напоминая о моем отсутствии. Все случилось из-за меня. Из-за того, что меня не было рядом. Когда Артемиус объявил о помолвке, я понял, что сестра находится под защитой. А теперь я вверяю тебя своему другу.

В храм мы добрались глубокой ночью. По крышам домов барабанил дождь, стучал в закрытые окна, ютился у порога. Я горько хмыкнула, проникнувшись символичностью момента.

Клауд помог мне слезть с лошади, вручил Айверу мешки и замер, пристально вглядываясь в мое лицо.

– Светлячок…, – такое ласковое, уже до боли родное прозвище.

– Чудотворец…

Казалось, еще чуть-чуть и он передумает, отменит свое решение и останется здесь, со мной. Но ему как будто что-то мешало.

– Тебе пора, – рядом возник Артемиус. Голос его как будто немного дрожал, переполненный грустью и неотвратимостью грядущего.

– Может, переночевал бы здесь? Негоже в такую погоду и в полной темноте куда-то ехать, – подала голос Рамия. Впервые за сегодняшний день.

– Клауд? – обратилась я к магу, надеясь, что он согласится.

Однако тот помотал головой, разбрызгивая волосами капли, взял мою ладонь, тихонько сжал ее и… Ушел, растворившись в дожде.

Клауд Ночь Клауд провел в таверне Шесса, а утром двинулся в Лакс. Знал, что нужно спешить, но почему-то дал волю лошади идти тихим шагом. Его ждали дела. Важные. Откладывать которые было категорически нельзя. Но обида на элиту еще жила в сердце мужчины, кололась иглами, отдавая горечью. За то, что все его труды, все то время, что он потратил, выполняя нескончаемые задания, были пылью в их глазах. За то, что они даже не снизошли до личной связи с ним, а передали очередное поручение через другие руки.

– Мерзость, – не выдержав собственных мыслей, выругался Клауд.

Но также он понимал, что это отличный момент, чтобы вновь доказать Семьям – он лучший. Утереть им нос и найти их нерадивых отпрысков. Конечно, велика была вероятность, что он принесет в их дома печальные вести, но маг был уверен, что пропажи, скорее всего, связаны с шантажом. И вскоре похитители свяжутся с четверкой.

Насмешка судьбы. Чтобы вновь стать полноправным начальником ведомства, ему пришлось оставить Божену. Практически одну. Он верил, что друзья помогут ей. Только вот какая-то мысль не давала ему покоя. Она крутилась на кончике сознания назойливой мухой, но никак не превращалась в нечто оформившееся. И чем дальше он отъезжал от Шесса, тем сильнее был звон в голове. И хоть маг понимал, что это всего лишь игра его воображения, но, тем не менее, этот звук причинял боль. Физическую.

Сжав переносицу, Клауд остановил лошадь и только потом понял, что они доехали до озера Улу. В голову моментально полезли непрошенные воспоминания: ночь, Божена, поцелуй. В сердце что-то стрельнуло.

Поддавшись внезапному порыву, маг схватился за сережку, сконцентрировался, настраиваясь на нужный канал связи, и стал ждать ответ.

– Клауд, ты серьезно?

– Как она? – спросил без предисловия.

– Да все у нас в порядке. Сейчас общается с Коггартом. Решают, какой метод учебы ей больше по душе.  Уверен, что она сделает верный выбор, а с остальным я помогу... Ты же знаешь. Помнишь, с какой легкостью я прошел этот ритуал? Так что тебе нет смысла переживать. Поезжай. Делай свои дела... Я буду на связи. Днем и ночью, если потребуется. Если тебе от этого будет спокойнее.

Слова друга возымели эффект. На душе Клауда все улеглось, он ощутил прилив энергии и решительности.

– Я ведь все правильно делаю? – спросил напоследок.

– Безусловно. Если кто-то и может навести порядок в ведомстве, то это ты.

И Клауду действительно стало легче.

– Арт, следи за тем, чтобы она не переусердствовала. Ее сила часто выходит из по контроля… Пусть медитирует, – маг тяжело выдохнул. – Не дай ей умереть.

– Со мной она в полной безопасности. Утри нос Семьям, Клауди!

Разговор с другом привел разрозненные мысли в порядок, позволяя откинуть воспоминания о Божене и двигаться дальше.

Так он и сделал. Сомнений не осталось. Впереди его ждали важные свершения, привычные обязанности, разбавленные будничной суматохой и больше никаких светлячков с их непостоянством и неопределенностью. К этому Клауд привык, к этому и возвращался. Направление было выбрано верно.

Витая в безмятежных мыслях, маг добрался до Катраса. С рассветом город медленно, но верно просыпался, наполнялся шумом и суетой. По улицам его стали ездить повозки, заполняющие торговые места и ряды лавок нужным товаром. Клауду пришлось проехать по самой оживленной улице, с ухмылкой слушаю крики зазывал.

– Ткани с золотой вышивкой, господин. Нигде таких больше не найдете...

– Артефакты на любой вкус...

– Свежая выпечка...

Казалось, ничто не могло надолго зацепиться за слух мага, привыкшего не обращать внимание на настырных торгашей.

– Почтовые открытки ручной работы.

На углу торгового ряда стояла женщина. Прямо перед ней на деревянной табуреточке лежали всего пару открыток. За них и зацепился взгляд мужчины.

– Тпр..., – Клауд остановил коня.

Через пару минут он держал в руках прямоугольную картонку с изображением дома в окружении розовых кустов. Маг сразу же вспомнил мать, что беспрестанно следила за бутонами роз и запрещала им с Энриетой к ним приближаться. А они, будучи не самыми послушными детьми, удосуживались ежедневно нацеплять на себя сотни колючек и обзавестись десятком царапин. Ох, как и причитала тогда их мать.

Эти воспоминания отозвались теплом. Маг словно перенесся обратно в детство, и ему даже почудилось, что легкий ветерок принес с собой далекий запах маминых роз.

Подъезжая к переправе, маг решил, что, добравшись до Итриса, обязательно отправит сестре открытку. На большее он пока не был способен. Хотя даже этот поступок можно было считать невероятным шагом. Шагом к примирению.

А ведь именно с Божены все и началось. Она ворвалась в мир Клауда, стала разрывать привычную рутину на куски, помогла принять смерть Ланды и возможно, именно из-за иномерянки он так спокойно думал о воссоединение семьи.

Маг вновь почувствовал боль в сердце. Оно словно твердило ему, что сейчас он совершает самую большую ошибку в своей жизни.

«Я не чувствую себя уверенно ни с кем, кроме тебя…» – пронеслось в голове Клауда, и он, не доехав до переправы десяток шагов, остановил лошадь. Внутри него происходил некий процесс, название которому он не мог найти. Но мужчина был полностью уверен, что необходимо прислушаться к внутреннему голосу. Чувство наваждения пошло трещиной и разлетелось на мелкие осколки.  В какой-то момент с его глаз будто слетела пелена, и он рвано выдохнул:

– Что же я, арги меня задери, такое творю?

И, не оставляя себе времени на раздумья, повернул животное обратно и пришпорил его.

– Давай, малыш, покажи на что ты способен!

Глава 23 Коггарт

Божена Храм Дагморы разительно отличался от храма Ичини хотя бы тем, что являлся маленьким городом в городе: за высокими коваными ворота размещались десятки одноэтажных домиков, крыши которых напоминали осколки зеркал, блестящих в свете луны. А в самом центре, укрытое переливающимися зданиями, словно звездами, располагалось главное месяцеподобное строение. Храм Луны являлся настоящим небосводом Вальдавии.

Артемиус первым делом отвел меня к здешнему Проявителю. Тот, в свою очередь, совершенно не удивился ночным посетителям, однако радушия не источал. Седовласый старец Коггарт сонно зевнул, посмотрел на нас одним глазом, поленившись открыть второй, и махнул в сторону.

– Утром мысли чище, а голова пуста. Мы обязательно пообщаемся лично, госпожа Агинская, но чуть позже. Артемиус, проводи всех в гостевые дома. Ты знаешь дорогу.

Двери за Проявителем закрылись. Но надо сказать, что я совершенно не расстроилась, наоборот, чувство усталости и грусти навалились на плечи, заставляя тело тянуться к земле. Прекрасной альтернативой я сочла кровать.

– Рамия, ты не против, если я попрошу тебя разделись со мной жилище? – обратилась я девушке. Ее вымотанное лицо просияло, и она радостно согласилась, как и я боялась одиночества.

– Домиков хватит на всех, – подал голос Арт. – Говорю на тот случай, если вы боитесь стеснить обывателей. Служителей здесь не так уж много.

– Спасибо, – вымученно улыбнулась мужчине. – Но дело совсем не в том, что мы стесняемся, а скорее в том, что вместе чувствуем себя более защищенно.

– Здесь вы в безопасности, – начал Артемиус, но его перебил Айвер.

– Я побуду на страже, Божена. Вам с Рамией ничего не будет угрожать.

– Ай, а как же ты, – спохватилась девушка. – Ты и так в последнее время спал урывками.

– Рамми, я привык. И еще одна ночь мне не страшна.

Я окинула взглядом эту парочку и перевела взгляд на Арта, который хитро мне подмигнул. Видимо, не одна я заметила нечто почти незаметное. В свете луны щеки девушки отливали белизной, однако я почему-то была уверена, что сейчас на них горит румянец.

– Что ж, – друг Клауда прервал затянувшееся молчание, грозившее стать неловким. – Ничего не знаю, я пошел спать.

И мы последовали его примеру.

– Сутки?

– Да, – на меня смотрели очень виноватые глаза Рамии. Мне бы разозлиться, что время упущено зря, но я отчетливо чувствовала заботу в голосе подруги. – Я не стала тебя будить. Ты выглядела такой…

– Замученной? – предположила я.

– Безмятежной.

Я нахмурилась, а Рамия, дотронувшись до моего лба пальцем, легонько нажала, приводя меня в смятение.

– Я про это и говорю. Не было угрюмой складки между бровями. Ты спала сладко и спокойно. Без кошмаров.

И она снова делала это – говорила загадками, говорило то, о чем знать не должна была.

– Ра-а-амми, – протянула я, напряженно вглядываясь в лицо девушки.

Думаю, она поняла по моему голосу, что я готова завалить ее вопросами, поэтому быстро затараторила, не давая вставить лишнего слова:

– Что это я? Совсем заболтала. Отвлекла от самого главного. Пора вставать. Проявитель хотел тебя видеть сразу после завтрака. Собирайся. Я отведу тебя в столовую. Жду на улице.

И выскочила за дверь.

– Не думай, что я от тебя отстану! – крикнула ей вдогонку, но тишина была мне ответом. – Ну что же, да начнется новый этап.

Надо отдать девушке должное, я действительно чувствовала себя лучше. Тело, безусловно, ныло, мышцы то и дело напоминали о себе, но голова была ясная, подготовленная к любым мозговым штурмам и неожиданностям. Единственное, что действительно меня беспокоило – внутреннее равнодушие и пустота по поводу отъезда Клауда. Можно было радоваться, что нет никаких чувств, что на душе полный штиль. Однако я знала себя достаточно хорошо, чтобы понимать, к чему все идет: изначально мой организм отключал болезненные эмоции, защищая психику, но вскоре наступит откат, и тогда я рисковала погрузиться в омут переживаний, откуда нет пути обратно.

Решила для себя полностью уйти в учебу. Забить мысли, отдаться процессу, лишь бы не уходить в тень осознания.  Поэтому сразу после завтрака мы направились всем составом к домику Проявителя. После всего, что успело со мной произойти в этом мире, мне казалось, что я разучилась удивляться. Но Коггарт доказал обратное. Той ночью он выглядел как обычный старик, ничего из себя особенного не представляющий, тем не менее, в свете дня я, стыдно признаться, смотрела на него, широко раскрыв рот: седые волосы были заплетены в две косы, украшенные бусинами различного цвета и размера; длинное одеяние также было расшито блестяшками и стекляшками, звенящими, словно «музыка ветра», висящая на входе магазинчика сувениров, этот перезвон также сообщал о приближении Проявителя. Невероятный облик, что ни говори.

– Госпожа Агинская, рад вас видеть, – радушно улыбнулся Коггарт. – Мы уже все стали волноваться за ваше самочувствие. Такой длинный сон…

– Мой организм имеет такую особенность, – упокоила я старца. – Обычно я впадаю в транс при сильном истощении, но здесь, видимо, ситуация была немного иная.

– И как сейчас ваше самочувствие?

– Бодра и готова к занятиям!

– Ваше решительность похвальна, – хохотнул Проявитель, теребя кончик бороды. – Заходите, нам нужно решить некоторые важные моменты. А вы, – он обратился к моим друзьям. – Вольны делать все что угодно. Божену я не отпущу до самой ночи. Развлекайтесь.

И узловатые пальцы втащили меня внутрь, отрезая дверями от внешнего мира.

– Приступим.

Было ли мне страшно оставаться с Проявителем наедине? Определенно нет. Скорее я чувствовала любопытство и легкий азарт. А все потому, что понимала: не только храмы отличаются друг от друга, не только служители, но и сами ритуалы. Вечно сдержанная, статная Харим не проводила со мной никаких бесед, лишь в самом начале, и то ставя меня перед фактом, что придется танцевать. Дагмора же давала выбор.

Коггарт проводил меня в одну из комнат, где стены были заставлены стеллажами с книгами, а центр помещения застелен ковром, на котором лежали десятки подушек различного размера.

– Располагайся, – мужчина ладонью указал мне на пол.

Это так подходило его натуре. Он напоминал мне вечно расслабленных хиппи, не хватало только гитары и дурманящего тумана.

– Клауд связался со мной неделю назад и немного рассказал про твою ситуацию. Не бойся, он не углублялся в подробности, лишь заметил, что ты очень необычная девушка. Поздно созревший цветок, сияющий вровень с солнцем. Светлячок. Звездочка на лунном своде.

– И что же он вам сказал?

– Что ты совершенно ничего не знаешь о ритуалах.

– Это правда, – не стала я отрицать.

Коггарт удовлетворенно кивнул, словно я прошла какую-то проверку, а бусины в его волосах дружно и весело застучали друг об друга.

– Тогда перейдем сразу к самому важному. Я не стану долго рассуждать, вижу, что тебе не терпится приступить к обучению. Харим предупреждала меня, что ты целеустремленная особа… Так, о чем это я? А!

Мужчина подошел к одному из стеллажей, где стояли различные статуэтки, свечи в подсвечниках и шкатулки, украшенные камнями. Не было сомнений, что если бы Коггарт превратился в животное, то он был бы сорокой, тянущей в свое гнездо все блестящее.

– Сейчас тебе предстоит сделать выбор, – Проявитель с гибкостью, не присущей старикам в его возрасте, присел рядом и протянул меня два кулака. Потом раскрыл ладони, и я увидела в каждой по камню: красный и белый. Мне вдруг стало очень смешно, потому что все смахивало на одну знаменитую сцену из фильма. Морфиус, ты ли это? Я ждала, что Коггарт начнет разъяснять, что обозначают эти камни, но он молчал, продолжая вежливо мне улыбаться.

– Я должна выбрать наугад?

– Почему же наугад, – возразит старец. – Выбирай сердцем. К чему больше тянет. Прислушайся к себе.

Этот мир оказался достаточно цикличным и постоянным: везде, куда бы я не шла, необходимо было прислушиваться к себе и окружающему миру. Вероятно, так работала магия.

– Ладно…

Закрыв глаза, я попыталась обратиться внутрь себе, как обычно делала во время медитаций. Но этот способ не принес никаких видимых результатов: внутри царила блаженная тишина. Тогда я решила действовать иначе и обратилась к силе, разбудила ее и заставила проявиться на кончиках пальцев. Магия откликнулась моментально, без задержек. Радостно улыбнулась, не желая сдерживать детский восторг.

Проявитель все это время сидел безмолвно, неотрывно наблюдая за моими действиями. С его стороны я не чувствовали ни одобрения, ни порицания. Ничего. А вот камни, словно ощутив с моей стороны нечто созвучное, откликнулись и стали издавать едва слышные звуки. Мелодии. Сперва мне показалось, что они одинаковые, но потом я осознала, какой камень выберу.

– Красный, – сказала громко и уверенно.

– Хм-м-м… Интересно. И чем же обусловлен твой выбор?

Я задумалась, не зная, как правильно объяснить свои чувства. Поэтому просто сказала то, что считала менее откровенным.

– Он созвучен с моим керамбитом.

Но это было лишь частью правды, потому что для меня эта мелодия навсегда будет связана с одним человеком. И хоть он сейчас уже далеко, а я зла и обижена, все равно не смогла откинуть незримую связь с этим непостижимым мужчиной.

– Великолепно, госпожа Агинская!

– Правда?

– Безусловно! – довольным болванчиком закивал Коггарт. – Ведь ваш артефакт имеет прямое отношение к ритуалу. Вы уловили их сходство и теперь самое интересное…

Он застучал ладонями по подушке, лежавшей на его коленях, будто бы она была барабаном, нагоняя моменту многозначительности.  Я не могла представить, что дальнейшие его слова повергнут меня в полнейший шок, потому что Проявитель напоминал ребенка в теле взрослого. А дети не приносят плохих новостей. Как же я ошибалась.

– Вот что интересно, – сказал Коггарт, словно потеряв нить разговора. – Интуитивно люди обычно тянутся к белому камню, считая, что он символизирует свет луны. Красный же отталкивает. Но суть заключается в том, что логика в выборе уводит от сути, сбивает с верного пути и тем самым лишает возможности проходить испытание.

– То есть это была проверка? – не поверила я. – И я могла ее провалить?

– Да, – Коггарт радостно захлопал в ладоши.

Мне же весело не было.  Для всех это лишь испытание, которое в худшем случае лишит тебя возможности пройти ритуал Дагморы. Но я же, в отличие от всех, минуту назад рисковала собственной жизнью. Вновь меня обуяла злость: никто из моих друзей не предупредил меня. Даже Чудотворец, который обещал, что здесь я буду в безопасности. Лжец!

– А сейчас дайте клятву, что никогда никому не расскажите про камни. Магическую, конечно. Это важно, моя дорогая.

Быстро же с меня сбили спесь и поставили на место. Стыд быстро отразился на моих щеках, а пальцы сомкнулись на ткани брюк. Клятву дала на автомате и даже не дернулась, когда в груди кольнуло.

– Это все?

– Ох, нет! Мы же только начали. Уже утомило мое общество? – Проявитель сделал печальное лицо.

– Что вы! – покривила душой. – Я готова к любым сюрпризам.

– Тогда перейдем к десерту, – загадочно улыбнулся Коггарт.

– Вас же интересует, в чем заключается ритуал Луны? Ох, это невероятная честь сообщить одаренному о его благословении. Дар Дагморы столь невероятен, что каждый раз я чувствую небывалое воодушевление.

Я не стала ничего говорить. По сути, этого и не требовалось. Проявитель прекрасно справлялся за нас двоих, тараторя без умолку и активно жестикулируя.

– Вы сразитесь с духом, – произнес мужчина, торжественно возведя указательный палец вверх. Глаза его расширились, рискуя покинуть границы век. Выглядело все это действо жутковато.

– С духом? – переспросила, не до конца понимая, о чем идет речь. Мне казалось, что я не поспеваю за Коггартом, теряю суть разговора, и последние минут десять меня не покидало ощущение, что я не в храм попала, а в секту. Фанатичность Проявителя пугала. Мне отчетливо захотелось вернуться под крылышко Харим.

– Да-да! Великий лунный дух, мираж, иллюзия, греза, фантазия и реальнейшая из реальностей. Сама Дагмора создаст для тебя фантома. Он станет лучшим противником, непревзойденным соперником, самым благородным из врагов.

– И я должна буду с ним сразиться?

Еще не исчезала надежда, что это все неудачная шутка. Ведь если это правда, то какой из меня воитель. Да, я убила арга. Но это было счастливой случайностью. Поставь меня сейчас перед отравленным животным, и я с большой вероятностью отправлюсь к праотцам. А тут дух, созданный богиней.

– Да! Состоится поединок. Победишь – отправишься к источнику. Если же нет... Домой. Не так уж и страшно, правда ведь?

– Ага, – вымолвила осипшим голосом. – Для этого мне и нужен артефакт?

– Верно! Именно при помощи него вы и будете сражаться.

Я уже настолько оторвалась от реальности происходящего, что вечные прыжки Коггарта от официальности к личностям выглядели в данной ситуации вполне логично. Также логично, как снег летом и цветущие деревья зимой.

Надо ли говорить, что единственное, чего сейчас желала моя душа, так это прибить Чудотворца за его недальновидность и скрытность. Он не мог подсунуть мне более смертоноснее оружие, а не маленький нож с кольцом? Или хотя бы подать знак к чему все идет. Он ведь все знал, через все проходил лично.

– Я никогда толком и не держала в руках никакого оружия. По большей части избегала конфликтов… Как же мне одержать победу?

– Тут все очень просто, – Коггарт беззаботно махнул рукой, и я поняла, что легко мне точно не будет. – Найди наставника, постигай с ним азы боя, много тренируйся, правильно питайся, спи…

– Ясно-ясно. Я все поняла!

– Прелестно, – пропел Проявитель. – Тогда…

– У меня только один вопрос…

– И я отвечу на него без проблем.

– Где мне найти наставника?

Коггарт призадумался, почесал подбородок тонкими узловатыми пальцами, а потом довольно просиял.

– Так он же приехал вместе с тобой! Артемиус прошел испытание Дагморы за рекордные пять минут боя. Упертый, упорный, он занимался днем и ночью. Даже когда валился с ног, то все равно не давал себе спуску. Я, конечно, не советую повторять за ним… Он скорее исключение из правил, чем основа, но, тем не менее, вам будет что позаимствовать у него. Да-да! Великолепно! Вы видите, как к вам благосклонны богини?

Проявитель явно ожидал от меня ярких эмоций, и посему я вымучила из себя жалкую улыбку, больше похожую на гримасу боли.

– Он ранен, – вспомнила я.

– Разве это проблема для бравого воина?

Пожала плечами.

– Я не большой спец в этих делах.

– Учитывая, что ты мало сведуща в военной дисциплине, то нелепо начинать сразу с боя. Очень сомнительно, что из этого выйдет хоть какой-нибудь толк. Другое дело – начать с основ.

Он был прав по всем статьям. Только вот мне это не особо подходило. Сила внутри бурлила вулканом, все чаще лавой обжигала грудь, и я из последних сил сдерживала ее. Не сильно удачно, с переменным успехом и своевременной помощью Клауда. Но время тикало, отмеряя остатки отпущенного мне договором срока. И если раньше этот промежуток казался долгим, то теперь неуклонно подходил к финалу.