Текст книги "Спокойный Ваня 5 (СИ)"

Автор книги: Павел Кожевников

сообщить о нарушении

Текущая страница: 5 (всего у книги 15 страниц)

Глава 8

Мэнни был первым, кого я встретил в лагере. От меня он старался держаться подальше и даже руки, поздороваться, не протянул.

– Иван, а Таня сказала, что ты купаться пошёл. Но, по-моему, она ошиблась, упомянув море. – Ехидно заметил он.

– Тебе ли не знать, что жизнь частенько макает нас в дерьмо там, где мы ожидаем райские кущи? – Удивлённо ответил я. – Вот и со мной так получилось. Погоди, сейчас душ приму и пообщаемся.

Из палатки, в которой располагалась кухня, выглянул Ама и вежливо кивнул. Вслух он ничего произносить не стал, хотя от Татьяны я знал, что Ама выучил русский язык с помощью мага разума.

Тёплый душ и большое количество мыла избавили меня от запаха и мерзкого ощущения. Наскоро вытершись полотенцем, я представил сферу хранилища и засунул в неё руку. Фух! Рука частично исчезла из поля зрения. Внутри я ожидаемо ничего не нашарил. Вытащив руку, придирчиво её обнюхал. Чистота!

Как вывернутый карман выполняет свои функции, я не представлял. Так же, как не представлял его функционирование до того. Работает и ладно. Кстати. Я взял полотенце и засунул его в карман. Вытащил руку и подождал несколько секунд. Потом повторил действие в обратном порядке. Полотенце осталось целым и чистым. Вот теперь я точно уверился в работоспособности пространственного кармана.

Накинув халат, отправился переодеваться.

* * *

– Иван, ты уже накупался? – Заинтересованно глянула на меня Татьяна.

Я почему-то проникся желанием призрака, и про пространственный карман не рассказывал даже ей. Хотя почти обо всех остальных моих тайнах жена знала.

– Можно и так сказать. Добрый день, Пётр Николаевич. – Поздоровался я с главой ГБ. – Пойду переоденусь. Чуть не забыл. – Замер я на пороге, отделяющем спальню от гостиной. – Таня, скажи Маше, пусть майору на берег воды отнесёт. Медведь её проводит.

– Демьян тоже решил искупаться?

– Ему нырять понравилось. Вот и задерживается. – Туманно ответил я.

Пётр Николаевич переводил взгляд с меня на Таню, пытаясь понять, о чём мы не договариваем. Только моя жена находилась в том же положении. Зайдя в спальню, я быстро переоделся и вернулся к гостю. Моё кресло было свободным и стояло немного наискосок. В него я и уселся.

– Иван, я смотрю, ты совсем поправился. А Таня расписывала ужасные дыры на твоей груди. Которые она же и наделала. – Пётр Николаевич с интересом смотрел на меня, ожидая ответа.

– Я всегда отличался хорошим здоровьем. Тем более здесь воздух свежий и питание приличное. – Ходить вокруг да около мне надело. Поэтому я перешёл к делу. – Таня поделилась моими подозрениями про кукловода? – Глава ГБ кивнул, не отрывая от меня взгляда. – Читал показания Нобеля?

– Скажем так, пробежался поверхностно. Сейчас их изучают мои люди. – Он немного наклонил голову, выражая неподдельный интерес. – Ты опять лишил человека магии?

– Нобеля, что ли? – Новость меня удивила. Не помню, чтобы откачивал у него энергию. – Я здесь точно ни при чём. Возможно, это работа мишки. Мы о его возможностях мало знаем.

– Не боишься связываться с духами этрусков?

– Я боюсь с любыми духами связываться, так как ни черта о них не знаю. Кстати, передай Патриарху от меня приглашение в гости. Когда ему будет удобно. Хочется поговорить с умным человеком. Думаю, и у него ко мне вопросов много накопилось.

– Передам. – Кивнул Пётр Николаевич.

– Я тоже передала твою просьбу Маше. – Сообщила вошедшая в палатку Таня. – А вы о чём говорите?

– Иван Патриарха Российской Православной Церкви в гости пригласил.

– Вань, как-то неудобно сейчас Патриарха к нам приглашать. Не в палатке же его селить. – Неожиданно заволновалась Таня.

– Я его не прямо сейчас приглашаю, а вообще, когда у Патриарха желание появится. Что касается палаток, эту проблему мы решим в ближайшее время. – Успокоил я жену. – Пётр Николаевич, я надеюсь, не только мне надоели проблемы с желающими отправить меня на тот свет, но и вы не в восторге от последствий этих покушений. Говоря «вы», я имею в виду правительство Российской империи. – Пояснил я, чтобы он не возгордился.

– Может, я тебя удивлю, но на твои действия император смотрит скорее благосклонно, чем с осуждением. Неизвестно, чтобы он сам вытворял, окажись на твоём месте. Что касается проблем, то, к сожалению, без них жить не получается в любом случае.

– А ведь и вправду удивил. – Искренне признался я. – Думал, вы уже прокляли тот день, когда я появился на горизонте.

– Не без этого, Иван, не без этого. – Ухмыльнулся Танин дядя, пристально на меня глядя. – Ты хочешь что-то предложить?

– Хочу взвалить на Россию все вопросы, связанные с безопасностью моей семьи. И княжества в целом. – Добавил я.

– Наглец! – Восхищённо произнёс Пётр Николаевич. – Но, ты же понимаешь, раз мы отвечаем за твою безопасность, то и правила диктуем тоже мы?

– Во всём, что касается безопасности, но находится за пределами моей территории – это ваше право, покушаться на которое я не намерен. Я, вообще-то, и так окружён Россией. Даже с моря ваши корабли патрулируют.

– Значит, ты не будешь против, если и со стороны суши мы разместим усиленную группу войск?

– Я только 'за". – Подтвердил я. – Больше всего мне хочется заняться нормальной работой и своими исследованиями. От постоянной беготни с разборками я порядочно устал. Тишины хочется и покоя.

– Император и я, очень рассчитываем на твои разработки. Думаю, ты понимаешь, что после инцидента с Нобелем, доступ к двигателям для России закрыт надолго, если не навсегда? А ведь это не только автомобильные двигатели, но и морские суда.

Как мягко стелет. Он точно знает, что свой аналог двигателя у меня есть, но прямо не говорит. И не требует немедленно их производить. Про море тоже упомянул не просто так. Наверняка просчитал, что передвигался на катере я намного быстрее, чем позволяла его конструкция.

– Решим мы эту проблему. И многие другие решим. – Кивнул я. – Кстати, если бы не этот придурок, Нобель, то первая партия разговорников была бы готова.

– Дядя, вы спустите Нобелям нападение, ещё и согласитесь на их ограничение? – Таня никак не хотела отказаться от мести. Сколько бы мы с ней ни говорили на эту тему, всё равно всплывает в ней это желание.

– Танюша, вспомни, чему вас учили. Мгновенный ответ не означает, что он самый эффективный. Тем более здесь замешана политика…

– А политика дело долгое. – Закончила она.

– Таня, успокойся. Пусть эти проблемы решает твой отец, а мы ему поможем сделать Россию самым сильным государством на планете. Правильно я говорю? – Обратился я к Петру Николаевичу.

– А тебя, соответственно, самым богатым. – Поддержал он мой тон.

– С вами разбогатеешь. Как же. – Хмыкнул я. – Пётр Николаевич, мне бы очень хотелось узнать, с какой радости Нобель примчался меня убивать, да ещё весьма наглым образом? Надеюсь, поделитесь выводами?

– Главное, чтобы ты не вмешивался в нашу работу, получив эту информацию.

– Мы вроде договорились, а слово я привык держать. – Заверил его.

– Дядя, ты обещал привезти кого-то из архива мне на растерзание. – Припомнила Таня недавний разговор.

– Он лично не связан с нападением на Ивана. Кстати, Иван, Марк Германович ведь сам собирался к тебе ехать. Именно его назначили ответственным для переговоров с тобой.

– У них нет чёткой вертикали власти. – Я быстренько обдумал новую информацию. – То, что Марк не замешан, ещё не значит, что не замешан кто-то другой. Достаточно вспомнить того же Потёмкина. Чем обширнее и разветвлённее организация, тем больше вероятность появления индивидуума, желающего прибрать в ней власть в единоличное пользование. Поэтому версию с кукловодом из Архива я бы со счетов сбрасывать не стал.

– Мои люди работают. Вероятно, придётся повторить допрос упомянутого тобой Потёмкина в свете вновь появившейся информации. – Задумчиво произнёс Пётр Николаевич. – Раньше вроде тоже без работы не сидели, но с твоим появлением… – Он многозначительно не закончил предложение.

– Есть и положительные стороны. Выбивать плюшки из Архива предстоит тоже вам. Со своими возможностями я тебя ознакомил. Если появится что-то новое, сообщу дополнительно.

– Договорились. – Танин дядя явно приготовил для Архива весьма непростые условия. Пусть развлекаются, я свою прибыль с другого планирую получить.

– Если очередной катастрофы не случится, завтра к вечеру переговорники будут готовы. – Улыбнулся я как можно наивнее и добавил. – Цену я позже скажу.

– Может сразу решим этот вопрос? – Почувствовав неладное, предложил Пётр Николаевич.

– Я использую весьма редкие материалы, а цена на них мне неизвестна. Как только выясню её, сразу сообщу вам. Со связью у нас в будущем проблем не предвидится. Не переживай, Пётр Николаевич, первые партии будут идти с нулевой прибылью для меня. Наживаться на вас я начну позже.

– Какие-то сложности с зарядкой?

Специалисты ГБ наверняка исследовали конструкт, который у него был. Принцип действия они не поняли, и накопителя не обнаружили. Вот откуда возник этот вопрос. Я расход энергии контролировал по конструкту, оставшемуся у Татьяны. Он был настолько мал, что даже при её способности долго вести беседы заряда хватит надолго. До замены на нормальные переговорники точно. О чём я и сообщил:

– Энергии, которая есть в конструкте, вам хватит надолго. А новые разговорники вообще не требуют дополнительного питания. У них другой способ снабжения энергией.

– Надеюсь, ты не пошёл по пути Нобеля? – Серьёзно спросил глава ГБ. – Никаких запретных конструктов, для отбора жизненной энергии не применяешь?

– Вы своему Патриарху церкви верите? А святому Луке? Тогда хватит дурацких вопросов. Каждый раз одно и то же. – Я понимаю подозрительность у него в крови, но не при каждом же разговоре о запретной магии спрашивать.

– Но как ты решил проблему снабжения конструктов энергией?

– Ты не поверишь! Это магия! – Радостно осклабился я и поднялся со своего места. – Таня, Пётр Николаевич в твоём распоряжении, я пойду с народом пообщаюсь.

* * *

Воодушевлённый подарком, майор начал отрывать куски вонючего месива и разбалтывать их в воде. Он справедливо рассудил, что тяжёлые предметы опустятся на дно, даже если он их не заметит. Потом эти предметы собрать будет не так сложно.

В основном ему попадалась разнообразная посуда и бутылки с напитками. Посуда была разной. Много серебряной, золотые ложки и вилки тоже попадались, но редко. Даже керамика и фарфор выглядели богато, поэтому майор её собирал, полоскал наспех в воде и выносил на берег.

Как назло, больше элементов от доспеха ему не попадалось. Но пока он смог разгрести лишь малую часть кучи. К запаху он быстро притерпелся, а на склизкость субстанции почти сразу перестал обращать внимание.

– Демьян! – Раздался с берега знакомый голос. – Вода. Пить. – По-русски позвала Маша. Рядом с ней замер светящийся мишка. Он с интересом наблюдал за действиями майора.

Вытащив давно примеченные бутылки из верхушки массы, майор поспешил на берег. Пить и правда хотелось. Во рту, после полоскания его морской водой, остался стойкий привкус соли.

– Тебя Иван прислал? – Спросил он напившись.

– Таня говорить. Ты пить хотел. Зачем? Фу! – Маша показала на вонючую кучу, смешно сморщив нос.

– В большой куче дерьма, всегда есть шанс найти большой золотой самородок! – Смешивая языки, пояснил майор.

– Помощь? – Маша упорно старалась говорить на новом для неё языке.

– Я буду на берег выносить вещи, а ты аккуратно складывай их в одну кучу. – Не стал отказываться майор от помощницы. – Вдвоём мы быстрее управимся. Здесь не так много этой гадости, как выглядит на первый взгляд.

Медведь, следивший за их разговором, послал обоим волну одобрения и убежал на гору, быстро скрывшись в кустах.

– Охранять идти. – Важно заметила девочка.

– Охранять пошёл. – Поправил её майор и вернулся в воду.

* * *

Лекарь с Ама и ещё одним парнем сидели на кухне. Ама что-то упорно записывал в блокноте. Парень предавался унынию.

– Мэнни, поговорить надо. – Обратился я к задумавшемуся лекарю.

– Ты с Ама реши вопрос, а то извёлся мужик весь, хоть и не показывает этого. – Кивнул тот на араба.

– Уговор был, что учить начну, когда он русский более-менее понимать станет. Ты же меня понимаешь, Ама?

– Да, Ваше Величество. – Коротко ответил он.

– Ну и прекрасно. Тренируемся мы по утрам. Сначала посмотрю, что ты умеешь, а там решим, чего тебе не хватает.

– Я бы хотел освоить технику, которой меня Маша уе…ла так, что я чуть лапти не отбросил. – Вежливо ответил Ама.

– Экстренное изучение языка произошло с небольшим осложнением. – Улыбнулся Мэнни.

– Я исправлю эту херню со временем. – Пообещал араб, сверившись с блокнотом.

– Не надо со временем. Лучше общайся, как можно больше, но проси собеседников называть тебе недопустимые в приличном обществе слова. – Посоветовал я. – Так дело быстрее пойдёт.

– Я так и делаю, Ваше Величество. – Ама помахал блокнотом.

– Молодец. Главное при женщинах не ругайся, а мужики поймут. – Похвалил я. – Преподавать какую-то конкретную технику я тебе не буду. Сделаем, как сказал. Сначала посмотрю на твои умения. – Я кивнул на парня. – А это, что за молодой человек?

– Тот самый маг разума, который помог Ама с изучением русского. Александр, рассказывай сам свою историю. Я за тебя постоянно отдуваться не намерен.

– Ваше Величество, меня зовут Александр Холмогоров. Я маг разума среднего уровня. Прошу принять от меня клятву верности.

– Причина? – Коротко спросил я. Менталист мне нужен был позарез, но брать первого встречного и посвящать его в свои тайны я не хотел.

– Он игрок. Из-за этого постоянно попадает в неприятности. – Не выдержав, когда разродится речью замявшийся юноша, сказал Мэнни.

– Я хочу его услышать. – Прервал я лекаря.

– Это правда. Я получил срок из-за очередного проигрыша, мутная история. – Ещё сильнее потупив взгляд, произнёс парень. – Попал в Аберрацию. Там мы с командиром познакомились. В Аберрации выжил и получил дар мага разума, но от игорной зависимости так и не смог избавиться.

– Опустим твои последние прегрешения, хотя среди них наверняка есть невыплата долга. – Ама поднял руку, привлекая внимание. – Что?

– Здесь немного я виноват. – Тщательно обдумывая каждое слово, произнёс он. – Долг он хотел вернуть, но я убил… – Ама быстро глянул в блокнот. – одного из ростовщиков.

– Господин Ама в тот момент не отошёл от сеанса переноса знаний и действовал, руководствуясь рефлексами донора. – Теперь Александр вступился за араба.

– Подведу итог. У меня ищет защиты организованная… – Я махнул рукой. – Короче. Ты, Александр, парень умный. Но жутко ленивый. Твоя страсть к игре равносильна пристрастию к наркотикам. Для тебя это лёгкий способ получить удовольствие от жизни. И ты решил также легко от него избавиться, дав мне соответствующую клятву. Я нигде не ошибся?

– А ведь верно. – Поддержал меня Мэнни. – Любитель лёгких путей – это как раз про Александра.

– Напомнишь мне позже рассказать тебе про гормоны, особенно гормоны «счастья». Начнёшь намного лучше понимать поведение некоторых людей. И в лекарском деле пригодится. – Сказал я лекарю. – А тебе, Александр, предстоит пройти через ад, прежде чем я приму у тебя клятву. От ростовщиков и правосудия Российской империи я вас прикрою. Обоих. Ама будет тебя тренировать. – Посмотрев на араба, я пояснил. – Пусть радуется тому моменту, когда можно присесть. А о вечернем отдыхе пусть мечтает, как о высшей награде. Поставить тебе блокаду на игры – дело не хитрое, но ни к чему хорошему это не приведёт. Ты быстро найдёшь другой способ получать лёгкое счастье.

Не дожидаясь их согласия, а тем более отказа, я подхватил Мэнни под руку и потащил в сторону своей рабочей палатки.

Глава 9

– Не слишком ты их круто решил напрячь? – Задал лекарь вопрос, когда мы оказались внутри.

– Они люди взрослые. Пусть сами решение принимают. Вместе напакостили, пусть вместе и выпутываются.

– Ама вроде как ни при чём. Жертва обстоятельств.

– Кто сказал, что жертва не должна платить? Я вообще не представляю, чем ещё занять Ама, кроме утренних тренировок. Теперь у него занятие точно будет. А Александру нужно повзрослеть. Если ему Аберрация не помогла, может, у Ама получится. Физическая нагрузка хорошо мозги вправляет. Как ты относишься к наколкам? – Без перехода спросил я.

– Ты хочешь парней наколками разрисовать?

– Не их, а тебя.

– Давай с этого места поподробней. – Всерьёз заинтересовался Мэнни.

– Я предлагаю наколоть тебе татуировку. Она будет весьма замысловатой и скроет содержащиеся в ней рунные цепочки. Татуировка позволит напрямую использовать энергию накопителя. Получится почти тот же эффект, как с моей помощью.

– Ты уверен, что предложенный тобой способ сработает? – Мэнни уже был готов и спрашивал больше для профилактики.

– Процентов на девяносто девять и девять десятых. – Честно признался я. Раньше в своих расчётах нейросеть не ошибалась, но всегда есть сомнения и допуск на ошибки.

– Непременно нужно делать татуировку?

– А как иначе ты хочешь получить постоянную возможность использовать усиление? Только татуировкой. Для наибольшей эффективности руны должны быть нанесены с использованием пурпурного золота. Но в мелкодисперсном виде золото – металл токсичный. Можно отравиться, причём с весьма печальными последствиями. Поэтому татуировку сделаем обычную. На первом этапе рисунок нанесём водостойкой тушью. Для проверки его хватит.

– Где будет располагаться рисунок?

– Спина и живот. Нижняя часть. – Ответил я.

Мэнни начал расстёгивать рубашку.

– Куда лечь? Не стоя же рисовать будешь.

– На стулья. – Я бросил взгляд на столы. Освободить их будет непросто. – Сдвигай их вместе.

* * *

К сожалению, кожа живого человека – это не хорошо выделанный пергамент. Любые чернила на ней пытаются растечься. До приезда Мэнни у меня было немного времени для экспериментов. Кроме времени, в моём распоряжении оказался набор дорогой косметики моей жены. Хотя она ей не сильно пользуется, но в своём арсенале имеет полный комплект боевой раскраски. У неё я и подобрал подходящий краситель.

Про пурпурное золото я много думал. По идее, можно и им татуировку набить, только для этого придётся каждую микрочастицу золота заключить в биологически инертную оболочку. Тонкую и стойкую к весьма агрессивному воздействию организма. Как это сделать даже с использованием магии, я не представлял.

Рунами можно описать довольно сложный процесс, но сомневаюсь, что получится правильно расписать все тонкости нанесения оболочки на микрочастицы. Нейросеть молчала, а у меня опыта недостаточно, чтобы ставить такие эксперименты на живых людях.

Разрисовывал я Мэнни тонкой кисточкой, но линии делал потолще, ориентируясь на будущую татуировку. Какой бы краситель ни был внедрён в кожу, со временем линии немного расплываются. Этот момент следовало сразу учесть.

Без использования нейросети я бы провозился не один день. И то не факт, что рисунок сразу бы получился таким, какой нужен. Но нейросеть учла все факторы, включая окружность талии лекаря. Узор я нанёс в два приёма. Сначала на спине, а потом на нижней части живота. Маскировка получилась отличная. Набор штрихов и извивающихся линий нейросеть подобрала так, что разглядеть среди них руны мог только я, потому как знал, где искать.

– Ну вот и всё. Сейчас с накопителем разберёмся и можно пробовать. – Обрадовал я Мэнни. – Можешь одеваться. На пару дней краски хватит, но потом лучше не пытайся использовать руны.

– Краску я тебе хоть сейчас сниму вместе с кожей. С татуировкой я могу сделать то же самое, только заживление времени займёт побольше. Главное, дай мне возможность убедиться, что твои рисунки работают. – Лекарь сел и внимательно осмотрел свой живот. – На спине такая же красота? Отдаёт чем-то южноамериканским. У тех дикарей наколки выполнены в похожем стиле.

– Может быть. – Меньше всего меня интересовала экспертная оценка моего «художественного» творчества. – Придумай для своих поклонниц красивое объяснение, откуда они у тебя появились. Мол, спас принцессу ацтеков, а тебе вместо золота наградную татуху набили. – Предложил я. – Всё. Не отвлекай.

Большие кристаллы горного хрусталя у меня были, так же как и разнообразные алмазы. Спасибо сокровищнице турецкого султана.

В качестве накопителя я взял крупный необработанный алмаз, варварски срезав ему выступающие части. Мне нужен был камень с минимально возможной толщиной. Мелкие дефекты и необработанная поверхность на ёмкости алмазного накопителя никак не сказывались. По этой причине дополнительно его облагораживать я не стал.

Срезав острый конец на кристалле кварца, я отрезал от него две толстых пластины, диаметром немного больше алмаза. В одну аккуратно вдавил алмаз до половины. В получившуюся выемку вклеил камень, используя местную эпоксидку. Оставил конструкцию в покое, ждать, пока клей хоть немного схватится.

– Тебе не говорили, что ты варвар? – Поинтересовался Мэнни, который внимательно наблюдал за моими действиями.

– Тебе шашечки или ехать? В смысле, тебе нужен удобный и ёмкий накопитель или интересует его стоимость? – Переиначил непроизвольно вырвавшуюся шутку. Шашечек здесь, как и такси, я не встречал.

– Одно другому не мешает. Нельзя быть настолько расточительным. Ты этими срезами значительно снизил цену камня. – Упрекнул меня Мэнни.

– Зато повысил удобство его использования. Ценность неудобной вещи не оправдывается её ценой.

Лекарь подвис, пытаясь осмыслить, что я ему сказал. Но вместо возражения использовал мой любимый приём со сменой темы.

– Кстати. Хорошо, что мы заговорили о деньгах. – Начал он. – Я предложил Фаруку должность твоего министра финансов. Ты с деньгами совершенно не умеешь обращаться.

– Фарук? Неплохой выбор. – Согласился я. Меня этот вопрос давно интересовал. Вести бухгалтерию самому у меня не было ни времени, ни желания. – Он сам согласен?

– Обещал подумать. После начала обучения Билги он будет полностью свободен. Чем ему ещё заниматься? С биржей он решил совсем завязать. У тебя иной раз интереснее, чем не то что на бирже, возле Аберрации такие приключения не всегда бывают.

– Я надеюсь, это временно. Потихоньку всё утрясётся, и наша жизнь станет спокойнее. – Вздохнул я.

* * *

Уставший майор сел на берег. Вода давно кончилась, и очень хотелось пить. Купание доставляло удовольствие в детстве. Сейчас это была работа, хотя тоже выполняемая не без удовольствия. Кроме нагрудника золотого доспеха, он нашёл поножи и один наруч. Для комплекта нужен был второй наруч и шлем.

Куча оказалась неравномерной по своему составу, как предполагал майор сначала. Всё самое тяжёлое оказалось в нижней части. То, что он доставал сверху, было лишь малой долей, непонятно откуда вытащенного князем добра. Горка добытых ценностей на берегу росла, а вещей в куче меньше не становилось. Ветерок, дующий с моря, не давал куче уплыть, что облегчало задачу майора.

Он размеренно разбалтывал кучу сверху, лишь иногда доставая вещи со дна, чтобы их не повредить и самому не пораниться. Иной раз попадались весьма острые предметы, вроде ножей и вилок. К счастью, битой посуды и осколков от бутылок на дне пока не было.

– Маша, сходи за водой, и Татьяне Павловне объясни, что люди нужны, чтобы все ценности унести. – Решился наконец майор.

Не хотелось ему чужих звать, пока он весь комплект не найдёт, но иного выхода не было. Один, он ещё три дня это добро доставать будет, а ведь его ещё унести отсюда надо.

* * *

Второй кварцевый диск я точно так же вдавил в алмаз с другой стороны и обработал эпоксидкой. Дождавшись, когда немного схватится вторая половинка «бутерброда», я аккуратно обстругал острые края получившегося диска. Клей держал за счёт поднявшейся вязкости, но до конца не полимеризовался.

– Держи. – Протянул я почти готовый накопитель Мэнни. – Постарайся не уронить его на пол.

– Выглядит замечательно и интригующе. – Бережно принимая в прямом смысле драгоценную поделку, заметил лекарь. – Только что мне с этим накопителем делать? Глотать?

Идея с глотанием заслуживала внимания, но у неё были свои сложности, решать которые совершенно не хотелось.

– Приложи к пупку. – Усмехнулся я. – Именно там расположено место для запитывания всего рисунка. Можешь на лейкопластырь приклеить, чтобы руки не занимать.

Мэнни быстро расстегнул рубашку и прижал накопитель к указанному месту.

– Ох, ты ж! – Выдохнул он поражённо. – Мне срочно нужен больной, чтобы убедиться в работоспособности твоего шаманства!

– Иди Сазонову ногу отрасти. Заодно остатки яда из его организма выведешь. – Посоветовал я.

Радостный лекарь еле дождался, пока я выведу его из палатки. Вернувшись к рабочему столу, я, не откладывая, решил заняться следующей проблемой. Мне предстояло сделать машинку для набивки татуировок. Здесь нет электрических тату-машинок. Набивают их старым способом. Вручную. Негигиенично и долго. Потому и не распространены татуировки у местных, так широко, как у нас.

Первоначально я хотел сделать шприц и выдавливать чернила прямо в кожу микродозами, используя сумеречное состояние. Но даже маленькие дозы, переходя в обычное состояние, сильно повреждают окружающие ткани. Проверил на сыром сале, взятом на кухне. Микродозы вызывали микровзрыв. На их фоне прокол иглой выглядит более щадящим. Поэтому собирал тату машинку по классической схеме, заменив электропривод механизмом на основе силового толкающего поля.

* * *

Оторвал меня от работы вызов от деда Степана.

– Привет, чем обрадуешь? – Приложил я переговорник к скуле.

– Я сейчас в Висловском нахожусь. Здесь у нас шахты. Железную руду добывают. Добывали, точнее. – Вздохнул дед. – Шахта глубокая, но всё оборудование изношено. Надо вкладываться. Не знаю, что делать. И стоит ли.

– Руда хорошая?

– Отменная! Вот в том-то и дело. Как умудрились разориться, ума не приложу. Есть смысл её восстанавливать или закрыть шахту, чтоб мужики не угробились зря. Недостатка железа в России нет.

– А где это, Висловское?

– Недалеко от Белгорода.

– Так это совсем рядом. Подожди, а рудное тело не к Курскому месторождению относится? – Вспомнил я географию того района и примерный район залегания Курской магнитной аномалии.

– Курск далеко. Хотя там руда тоже хорошая. – Ответил дед, не совсем понимая смысл вопроса. – Так что делать будем?

– Шахту консервируй. Мужикам выплати долги предыдущего хозяина и заплати аванс, чтобы семьи нормально жили. Мужики пусть едут сюда. Будут строить и осваивать новую технику для работы под землёй.

– Понял. – Коротко ответил дед Степан. – У вас там всё нормально? Мужики мои хорошо работают?

– Всё в порядке, дед Степан. Не переживай. Слушай, а кто у нас изготавливает самые лучшие металлообрабатывающие станки?

– Немцы естественно. Только совсем хорошие стоят, словно из золота сделанные. В них магии много используется. Соответственно, в эксплуатации они тоже дорогие.

– Магии говоришь? – Я непроизвольно посмотрел в сторону угла палатки, где у меня на ткани была нанесена руна неразрывности или целостности, по-другому. Я ведь знаю множество подобных рун. – Степан, закажи-ка для нас весь перечень станков. Не немецких, естественно, а отечественных, но самых лучших. Пока приедут, пока на место установим. Надо было сразу заказать, да что-то из головы вылетело.

– На днях буду в Белгороде, закажу. – Не стал возражать Степан. – Оснастку и расходники тоже заказывать или свои делать будем?

– Закажи на первое время. Неизвестно, как у меня со свободным временем будет. Загружают работой со всех сторон.

Отключив телефон, я продолжил работу. Мысль про станки и впрямь была запоздалой. Едут же мастера на все руки. Имея своё производство, не мучился бы сейчас с тату машинкой. Отдал бы чертежи мастерам и получил на руки почти готовое изделие.

* * *

Майор довольный выбирался из воды. В руках он держал шлем от золотого доспеха. Очень хотелось его примерить, но какое-то тревожное чувство глубоко внутри мешало осуществить желание.

Держа шлем перед собой, он вышел на берег. Прямо напротив него из воздуха проявился медведь. Он, оскалив зубы, смотрел на шлем. Но не рычал.

– Тебе он тоже не нравится? – Спросил майор, хотя и так всё было понятно.

Медведь словно понял его вопрос. Он поднял голову и упёрся взглядом в глаза майора. Яркие картины замелькали у того перед внутренним взором.

Измученные бойцы везли на телегах разделанную на куски большую тушу. На одной из телег лежали большие перепончатые крылья, стянутые верёвкой. Последняя телега везла огромную голову рогатого ящера. Майор уже понял, что воины завалили дракона, но не понимал, зачем они везут всю тушу. Неужели они собрались эту ящерицу жрать?

Потом была сцена, где драконью голову долго вываривали в большом котле и очищали череп от мяса и кожи. Затем за него взялись маги. «Расплавив» череп уже знакомым майору способом, они отлили из него доспехи. По виду такие же, как он нашёл. Только те были ярко-белые, как и положено кости. Никакого золота и близко не было.

Последним действием стало переселение души. Маг выдернул её из артефакта. Мишка показал явственно, что это именно душа дракона. Туманная дымка, принявшая его форму, повинуясь действиям магов, впиталась в доспехи. После внедрения души весь комплект брони приобрёл насыщенный золотой цвет.

Вывалившись из видений, майор задумчиво посмотрел на медведя.

– Ты это видел сам? – Тот никак не отреагировал на вопрос. – Конечно, сам. С тобой почти то же самое сделали. Уговорил, мишка, не буду я этот шлем одевать. Посоветуюсь сначала с Иваном.

С сожалением майор отнёс шлем в сторонку и положил шлем к остальным частям доспеха. Их он на виду не хранил. Спрятал между камнями. Мишка, убедившись, что его поняли правильно, также незаметно растворился в воздухе, продемонстрировав ещё одну свою способность.

– Демьян! – Раздался голос Маши.

Майор, собравшийся заходить в воду, оглянулся. От кустов, кроме девочки, спускались Татьяна Павловна и её дядя. Следом шли работники деда Степана. С собой они тащили носилки и мешки. Теперь майору стало понятно, почему Маша так долго задержалась.

– Откуда это всё? – Татьяна указала на гору вещей и ряды бутылок, составленные за камнями в тенёчке, часть бутылок была прикрыта одеждой, изредка попадавшейся в сгнившей куче. Про вонь она ничего не сказала. Только морщила нос, от запахов, приносимых дующим с моря ветром.

– Иван сказал, что это его наследство от призрака Иванова. Судя по возрасту вина и коньяка, так и есть. – Майор благоразумно не стал подходить ближе. – А воняет потому, что долго лежало в тайнике и продукты сгнили.

– Прямо в море наследство хранилось? – Пётр Николаевич указал на приличный кусок гнили, плавающий в воде.

– Сейчас оно в море, Пётр Николаевич. Где лежало до этого, сказать не могу. Татьяна Павловна, вы проследите, чтобы бутылки не побились при переноске. – Попросил майор. Про пропажу ценностей он даже упоминать не стал. – Среди них попадаются очень редкие и уникальные экземпляры.