Текст книги "Хранить ее Душу (ЛП)"
Автор книги: Опал Рейн
сообщить о нарушении
Текущая страница: 29 (всего у книги 32 страниц)
Чувствовать себя избалованной, любимой, обожаемой и красивой. Чувствовать себя не просто единственным человеком, который имеет значение, а единственным живым существом в мире, которое имеет значение.
Быть под взглядом сияющих сфер вместо глаз, отражающих такие глубокие эмоции, которые не могло показать его неземное лицо. Она была бы довольна, будучи погребенной в мехе, щекочущем лицо, пока она гладит все выступающие кости его тела и свисающие рыбьи плавники, которые поднимаются, когда она проводит по ним пальцами.
Рея хотела быть с этим странным существом, которое так совершенно и абсолютно отличалось от неё, но обладало сердцем настолько нежным и кротким, что оно было чище, чем у любого ребенка или невинного животного.
Неважно, что он ел людей, что другие считали его монстром – не тогда, когда он так заботился о ней, что расстраивался, когда она колола палец швейной иглой.
И все же, он царапал её кончиками когтей много раз в пылу страсти, был грубым и озорным. Он всегда был разочарован собой после этого, но Рея хотела показать ему, что она обожает это, что ей нравятся эти ощущения.
Рея была его. Телом и сердцем; оставалась только её душа.
– Твою душу? – спросил он, откинув голову назад, чтобы посмотреть на неё сверху вниз.
– К-как?
Она слабела с каждой секундой и беспокоилась, что слишком долго тянула с этим решением.
Он снова наклонился, чтобы обнять её.
– Ты просто должна захотеть отдать её мне.
Но я хочу. Почему я не… Горячее чувство начало подниматься в груди, словно идя от позвоночника.
Она убрала руки с него, чтобы прикоснуться к своей груди прямо между грудями. Когда этот жар коснулся кончиков её пальцев, она почувствовала безошибочное желание вытянуть это наружу.
Что-то начало отделяться от неё. Под ладонями засиял яркий свет, и она сложила руки чашечкой вокруг него, когда он вышел из её тела. Орфей снова отстранился, чтобы дать ей пространство, и они оба наблюдали.
На первый взгляд ей показалось, что это просто оранжево-красное пламя, но при ближайшем рассмотрении это оказалась женщина. Женщина из жидкого огня, с волосами, струящимися вверх от головы, словно она погружалась под воду.
У неё была точно такая же фигура, как у Реи, а её глаза светились маленькими зелеными точками.
Это моя душа? Дух стоял на коленях. Она посмотрела на Рею, а затем повернулась всем телом, чтобы посмотреть на Орфея. Она протянула к нему руки.
– Нет! – закричал Джабез, поднимаясь с трона, но никто из них не обратил на него внимания.
– Я хочу, чтобы ты взял её.
Когда она начала поднимать руки, отдавая ему свою душу, дух начал парить, стоя на коленях, всё ещё тянясь к нему, словно она хотела, чтобы он её забрал. Даже её душа хотела уйти с ним.
Его сферы впервые казались отражающими, когда он смотрел на неё; цвет и форма души зеркально отражались в его глазах. Он приблизил голову, чтобы понюхать её, и её душа коснулась его носа, словно обнимая его.
Это было трогательно, пока он вдруг не рванулся вперёд и не проглотил её!
Его тело содрогнулось, когда он сглотнул.
Конечно, он съел её. Рее не стоило так удивляться, и она не смогла сдержать улыбку.
Однако она думала, что почувствует себя иначе, если сделает это. Что ей больше не будет больно, или она перестанет умирать, но она чувствовала, как жизнь покидает её тело.
Собрав последние силы, она обхватила его челюсть ладонями.
Она не знала, что теперь будет и сработало ли это вообще. Возможно, было слишком поздно. Рея всё ещё могла исчезнуть от него. Но она надеялась, что всё будет хорошо, а если нет, она хотела, чтобы он знал, как сильно она им дорожит.
– Я люблю тебя, Орфей, – произнесла она так тихо, что сама едва услышала, но смотрела прямо на него, чтобы он знал, что это правда.
Его сферы стали ярко-розовыми, и на её глазах снова выступили слёзы. Он…
Прежде чем она успела закончить мысль, сознание помутилось, зрение сильно расплылось, и руки бессильно упали. Он…
Темнота накрыла её, и она потеряла сознание.
Глава 35
Она отдала мне свою душу.
В его животе был жар, который не принадлежал ему, но это ощущалось удивительно, пока он медленно начинал трепетать, разливаясь по его телу в поисках места, где поселиться.
Орфей смотрел, как глаза Реи неестественно закатились, а веки в то же время начали медленно закрываться. Её руки упали с него: одна соскользнула в сторону и повисла, а другая легла ей на живот.
Розовый цвет в его зрении быстро сменился белым, когда он услышал, что её сердцебиение остановилось, когда её легкие затихли в полной неподвижности, когда кровь перестала течь. Она ощущалась теплой, но это тепло угасало.
Разве… Разве я не должен был её есть? Это казалось неправильным. Он думал, что почувствует что-то, вроде связи с ней, способности ощущать её присутствие. Всё, что он чувствовал, – это трепещущее тепло, какое, как он полагал, можно почувствовать, плотно поев, – хотя он никогда не испытывал ничего подобного.
Она была мертва. Он знал, что она мертва, мог видеть это, чувствовать, слышать, но почему-то думал, что это вернет её к жизни. Словно кинжал исчезнет, и она потянется, чтобы обнять его. Она ушла?
Она не может уйти. Он не хотел, чтобы она уходила.
– Рея?
Он наклонил голову, тыкаясь мордой в её щеку, пытаясь растормошить её и вернуть к жизни.
Глубокий синий, глубже, чем он когда-либо видел, заполнил его зрение, окрашивая всё, на что он смотрел, в поглощающий цвет печали.
Он убрал руку, поддерживавшую её поясницу, чтобы осторожно отодвинуть когтем волосы, закрывавшие её лицо. Он ждал чего-то, чего угодно, знака, говорящего, что с ней всё будет хорошо. Однако сидеть здесь, сжимая свою безжизненную самку, было опустошающе.
В тот момент, когда он сдвинул волосы, кожа на её щеке осыпалась, как кусок пепла, который распадался на части. Он отдернул руку, но еще один кусок отслоился над её бровью, затем сбоку челюсти.
Острый скулеж сотряс его легкие, когда Рея начала распадаться. Словно пепел, она рассыпалась; кусочки её кожи скручивались, прежде чем упасть с неё.
Всё быстрее и быстрее она распадалась, пока её привычная тяжесть не стала значительно легче. Она провалилась сквозь его руки, не оставив ему ничего, что можно было бы удержать.
Он в панике рылся в пепле, царапая когтями камень, пока маленькие серые хлопья становились всё меньше, словно она превращалась в пыль.
Его глаза отяжелели, по черепу стекал холод, но он не переставал копать, даже когда ничего не осталось.
– Рея? Рея!
Где она? Куда она делась?
– Это было странно, – усмехнулся Джабез. – Но, похоже, её больше нет, Мавка. Никакой тебе маленькой человечешки.
Он начал хлопать, аплодируя представлению, которое устраивал Орфей, пока тот паниковал, мечась головой по сторонам в её поисках. Она не могла уйти. Она не могла умереть.
Она отдала ему свою душу. Она должна быть вечно со мной, в безопасности. Именно это сказала ему Сова-Ведьма. Она сказала, что если он хочет быть счастлив с человеком, тот должен отдать ему свою душу, а он должен взять её, чтобы хранить, защищать, беречь для него.
Она не говорила ему съесть её, только то, что он поймет, что с ней делать, когда увидит. Орфей почувствовал неконтролируемое желание съесть её, поглотить, иметь внутри себя.
Душа Реи принадлежала ему, чтобы хранить.
Сладкий маскирующий аромат наконец исчез, но он не чувствовал приступа голода от тела Катерины и запаха крови, исходящего от неё. Крови было много, достаточно, чтобы привести любого Мавку в бешенство, но всё, что он чувствовал, всё, о чем думал – это найти Рею.
Но она исчезла. Испарилась прямо перед ним. Она куда-то ушла?
Она у Короля Демонов?
Орфей зарычал, поднимая на него взгляд. Он был угрозой. Он навредил Рее, и мысль о том, что он может на самом деле где-то прятать её, наполнила его яростью.
Он был полон могущественной магии; может быть, он снова украл её, обманом заставив думать, что она рассыпалась в прах.
Сделав выпад, он пробежал сквозь пузырь щита и бросился на Джабеза. Глаза того расширились, и Орфей успел полоснуть когтями по его лицу, прежде чем тот исчез, когда он попытался его схватить.
К тому времени, как король материализовался, Орфей уже двигался. Его отчаяние, его решимость делали его быстрее. Адреналин ощущался как кислота, бегущая по венам, накачивая мышцы холодным жжением.
– Отдай её мне!
Джабез зашипел на него, когда Орфей сбил его с ног, щелкая челюстями, чтобы откусить ему голову. Королю Демонов пришлось уклоняться головой влево, затем вправо, чтобы его не укусили, прежде чем он исчез.
– У меня её нет, Мавка.
Орфей не слушал.
Веками это существо дразнило и мучило его, используя любые средства, чтобы заставить Орфея страдать. Сражаться с ним, пытаться разрушить его дом, когда чары были сломаны, украсть Катерину, а затем и многие его подношения. Орфей знал, что он убьет их прежде, чем он сможет добраться до замка, и единственная причина, по которой он надеялся, что тот не сделал того же с Реей, заключалась в том, что на этот раз он оставил амулет.
Орфей был подобен бешеному, безумному животному, когда мчался через тронный зал с такой скоростью, что заставлял Джабеза отступать. Он становился всё злее; постоянные атаки Орфея – и наносимые им раны – раздражали его.
Он телепортировался за спину Орфея, чтобы схватить его за рога и удержать, но тот быстро развернул голову на шее, чтобы встретиться с ним лицом через спину. Орфей сомкнул челюсти на руке Джабеза прежде, чем она успела до него дотянуться, прокусывая мышцы, сухожилия, а затем и кости предплечья.
Джабез закричал, дернувшись назад и отрывая собственную руку, пока тело Орфея медленно разворачивалось, чтобы полоснуть его когтями.
Он телепортировался к своему трону, чтобы спастись.
– Это больше не развлекает, – процедил Джабез, держась за культю руки и прижимая к ней ладонь, чтобы остановить кровотечение. – Уходи, Мавка. У меня нет твоей человечешки.
Орфей покачал головой, услышав звон единственного бубенчика, и с рычанием пополз ближе.
– Ты украл её у меня.
Его женщину, его человека, его маленькую лань, которая не заслужила такой смерти.
Он не должен был видеть, как слабеет её сердцебиение, как её легкие хрипят на вдохе. Чувствовать, как её тело холодеет, становясь безжизненным. Он знал, что никогда не сможет стереть это воспоминание из своей памяти.
Через несколько секунд Джабез оказался на спине, замедлившийся от потери крови и боли. Орфей впился когтями ему в грудь, прежде чем тот успел вставить между ними свои босые ноги.
– Убирайся нахуй из моего замка! – взревел Джабез, сбрасывая Орфея с себя мощным пинком.
Орфей пролетел через комнату и сквозь маленький портал.
Приземлившись в грязь, которая взметнулась в воздух от падения его тела, он перекатился по ней в густую траву. Солнце садилось, из-за чего в лесу Покрова казалось, что ночь наступает гораздо раньше положенного.
Быстро повернувшись к порталу, чтобы снова встретиться с Джабезом, он обнаружил, что тот исчез, и, оглядевшись, понял, что находится перед их домом.
Отрывистый скулеж отозвался болью в груди. Рея?
Он направился к дому на четвереньках, протискиваясь в дверной проем, который был слишком узким для его тела в чудовищной форме.
Воздух казался холодным, дом пустым без зажженных свечей. Он растолкал кресла в гостиной, пытаясь разглядеть, не свернулась ли она калачиком в своем, хотя он ясно видел, что её там нет.
Он вошел в кухню, обнюхивая пол, затем опрокинул стул, на котором она обычно сидела за обеденным столом, чтобы проверить под ним, но и там её не было.
Когда он шел по коридору, запахи в воздухе говорили ему, что они старые, что её здесь нет, но он не мог заставить себя не искать, не проверять, думая, что, возможно, нос его обманывает.
Он открыл дверь её спальни и обнаружил, что постель пуста. Он приподнял кровать, чтобы проверить под ней. Тумбочка упала на бок, когда он развернулся в комнате, чтобы выйти.
Обнюхав низ двери своей комнаты, он открыл её когтями, желая найти её в своей постели, но не нашел ничего. Засунув голову под кровать, словно она могла там прятаться, он и там её не обнаружил.
Он также не нашел её в ванне – месте, где трудно было бы её унюхать, если бы она была покрыта водой.
Сад? Обычно она не бывала в саду в это время дня, но он всё равно пошел туда, стараясь не повредить растения, которые она ела.
Орфей кружил вокруг их дома, надеясь, что она появится, но она так и не появилась. Он понятия не имел, где она может быть.
Он сел, вонзая когти себе в спину и грудь, чувствуя, как внутренности словно скручиваются. Ощущение холодного ручейка на черепе не прекращалось, и с его телом что-то было не так. Всё казалось неправильным. Сердце, казалось, готово было разорваться с каждым ударом, настолько оно было наполнено потерей и болью. Оно болело так глубоко. Каждый вдох был хриплым плачем, и он драл себя когтями.
Он чувствовал себя потерянным.
Я не защитил её. Орфей подвел её. Она пострадала из-за меня. Из-за Катерины и из-за того, что бы Орфей ни сделал с ней, раз она так сильно его возненавидела.
Что я сделал не так? Почему Орфею не позволено было иметь Рею и жить, по мнению Катерины?
Он хотел сделать её такой же счастливой, какой она сделала его.
Где Рея? Его ноги начали двигаться. Он направился к лесу, пересекая соляной круг, чтобы проверить за кустами и деревьями, под большими камнями, словно она могла спрятаться под ними.
Орфей чувствовал себя… сломленным. Его разум был заполнен мыслями только о ней, его тело и сердце чувствовали себя совершенно и абсолютно одинокими.
Единственный бубенчик, висевший на его роге, звякнул, и этот звук каждый раз привлекал его внимание. Для него это было подобно звону безумия. Один бубенчик без пары.
Один. Одинок. Непарный. Совсем как он без Реи.
Его тело начало двигаться быстрее, пока он искал. Я должен найти её. Он будет искать до края света, пересечет Покров, выйдет на поверхность, если придется, пока не найдет её. Он будет потерянным существом, которое ищет, никогда не останавливаясь. Вечно.
Он не будет спать, не будет есть, не остановится. Он будет искать вплоть до пустоты загробной жизни, если понадобится.
Он перешел на бег, втягивая носом воздух в поисках хотя бы намека на запах бузины и красных роз. Рея…
Он не обращал внимания на Демонов, мимо которых пробегал.
– Орфей.
Он услышал её голос, но он звучал отдаленно – словно он был далеко в его воспоминаниях.
Он тряхнул головой со скулежом; звон, который он слышал, заставил его бежать быстрее. Она мне нужна.
Орфей не просто хотел её, она была ему необходима. Она была нужна ему, чтобы прогнать тьму, которую он всегда ощущал, осветив его жизнь.
Его зрение потемнело настолько, что он едва мог видеть, но он будет искать, пока она снова не окажется с ним.
– Орфей.
На этот раз он услышал её голос громче, но это причинило ему такую острую боль, что в ответ он издал громогласный рев, обращенный к лесу.
Больно…
Глава 36
Рея вздрогнула, приходя в себя, и резко открыла глаза.
Она не чувствовала боли, словно рана исчезла, глядя вверх в темноту. Где я? Она подумала, что, возможно, умерла, но поняла, что смотрит не в пустую тьму, а на быстро мелькающие деревья, проносясь под их ветвями.
Я в лесу? Она повернула голову направо и увидела тени темных стволов деревьев, проплывающие мимо.
Видя, что движется, лежа на спине, она ожидала почувствовать укусы ветра или, возможно, холод. Но она не чувствовала этого. На самом деле, она вообще ничего не чувствовала.
Ни воздуха, ни собственного сердцебиения, ни даже своего дыхания.
Она наклонила голову вперед, поднимая руки, и глаза её округлились. Я прозрачная. Она видела очертания своих рук как белое свечение, но видела сквозь них свое тело и лес позади.
Я призрак? Она коснулась лица, чтобы ощутить его, понимая, что чувствует давление, но не само прикосновение. Ни лица к рукам, ни рук к лицу.
Казалось, что её тело парит, и она посмотрела вниз, чтобы увидеть, на чем лежит. Вот только она ни на чем не лежала, а парила над этим.
– Орфей? – спросила она, видя его под собой и то, как он каким-то образом тащит её за собой.
Его единственным ответом был скулёж, и она нахмурилась от страдания, которое услышала в нем. Она перевернулась и попыталась коснуться его. Её рука прошла сквозь него!
Она отпрянула и отдернула руку. Я не могу его коснуться.
Между его рогами был огонь, привязанный к ним чернильной, липкой, черной нитью. Она почувствовала тепло, когда попыталась коснуться его, но рука прошла и сквозь него. Однако он вспыхнул ярче.
– Орфей, – попыталась крикнуть она, желая, чтобы он перестал бежать, чтобы она могла понять, что происходит.
Его душераздирающий рев заставил её сжаться.
Черт, он не слышит меня нормально.
Она хотела перестать парить вместе с ним и показать, что она здесь. Он ищет меня?
Глядя на свои ладони, она растерянно прищурилась. Если она призрак, она сможет быть с ним вечно, но какой в этом смысл? Она не могла коснуться его, он не мог обнять её, и это было бы бессмысленно.
Это не то, чего она хотела. Я хочу своё тело обратно!
Она начала проваливаться сквозь него, словно тяжесть в животе тянула её вниз.
Они разделились, когда она коснулась земли, и она почувствовала это. Холод, грязь, твердую палку, которая ткнула её в задницу. К счастью, на ней всё еще было платье, в которое она была одета перед смертью, иначе это могло быть действительно больно.
Звук его топающих шагов становился тише, пока он продолжал бежать, не зная о том, что только что произошло. Она снова перевела взгляд на свои руки и увидела, что они твердые, и чуть не ударила себя по лицу, пытаясь коснуться его.
Я снова материальна? Всё, что она сделала – это захотела вернуть своё тело, и получила его.
Шорох на одном из деревьев обратил её внимание на тот факт, что теперь она была материальна и одна в лесу Покрова, в темноте, посреди, должно быть, глубокой ночи.
Рея вскарабкалась на ноги, протягивая руку в ту сторону, куда он ушел.
– Орф… – Она не успела закончить крик, как Демон повалил её на землю.
Её крик оборвался, когда клыки впились ей в горло, а когти полоснули по груди. Жгучая боль захватила её чувства, и Рея билась и сопротивлялась, чувствуя, как её едят заживо. Звук разрываемой кожи, её собственное бульканье были последним, что она слышала наряду с рычанием и чавканьем.
Ползучий холод от потери крови накрыл её с головой, лишая чувствительности к боли, пока она не исчезла из этого мира.
Когда она снова открыла глаза, она обнаружила, что смотрит вверх на кроны деревьев, стремительно проносящиеся над ней. Она повернулась и обнаружила, что снова парит над Орфеем.
Я вернулась? Она действительно думала, что на этот раз умрет окончательно. Срань господня, я не хочу чувствовать это снова, никогда. Быть съеденной теперь стояло еще выше в её списке того, как она, блядь, никогда не хотела умереть – а это и так было на первых строчках с самого начала.
Орфей бежал, и она не знала, как его остановить. Сколько бы она его ни звала, сколько бы ни умоляла остановиться, он плакал и качал головой. Звук одинокого бубенчика, казалось, делал всё только хуже.
Ей нужно было вернуть своё тело. Ему нужно было видеть её, чувствовать её запах.
Однако, как только она желала вернуть тело, она снова начинала проваливаться сквозь него. Она пугалась, желая остаться призраком, и снова начинала парить.
Она также могла отделиться от него, паря в воздухе, но ей нужно было оставаться с ним, если она хотела остановить его. Он двигался слишком быстро, чтобы она могла встать перед ним, а в тот единственный раз, когда ей это удалось, он пробежал сквозь её середину, даже не увидев её полностью.
И звуки, которые он издавал в ответ на всё, что она пыталась сделать, чтобы остановить его, заставили её понять, что она преследует его. Он не понимал, что это Рея, и, скорее всего, думал, что это просто игра его разума.
Она хотела стать материальной и приземлиться ему на спину, но как бы она ни старалась, она продолжала проваливаться сквозь него.
Что мне делать? – подумала она, положив щеку на скрещенные руки и лежа на нем лицом вниз.
В поле зрения появилась большая белая птица, стоявшая у них на пути; она заставила Орфея полностью остановиться, словно он испугался, и он зашаркал ногами, тормозя. Птица повернулась к ним, её глаза, казалось, встретились с глазами Реи, а не его, прежде чем она улетела.
Сова-Ведьма? Она выглядела как сова размером с человека, которая однажды танцующей походкой прошла через их двор под дождем.
Орфей громко пыхтел, выдыхая туман через носовое отверстие и клыки. Теперь, когда она исчезла, он медленно шагнул вперед.
Он снова двигался. Это мой шанс!
Прежде чем он успел побежать, Рея проплыла перед ним.
Его голова дернулась назад, и он отшатнулся. Затем он повернул голову к её призрачной фигуре, парившей так, что её ноги висели в дюйме над землей.
– Рея? – спросил он голосом, полным такой надежды, что это разрывало сердце, и наклонился, чтобы понюхать её.
Его морда прошла сквозь неё, и он заскулил, мотая головой, прежде чем отвернуться.
– Орфей, – быстро сказала она, снова вставая перед ним. – Я здесь, пожалуйста, не беги.
– Но тебя там нет. – Он протянул коготь вперед, показывая, что тот проходит сквозь её тело. – Ты ненастоящая. Я должен найти тебя.
Её взгляд охватил его целиком, и она почувствовала к нему такую жалость. О, Орфей… Его тело сотрясалось и дрожало, как у испуганного, раненого животного, но именно его светящиеся сферы заставили её печалиться за него.
Казалось, что нижняя их часть разбилась, словно они были сделаны из стекла, и светящаяся жидкость медленно вытекала из них. Она капала в пустые глазницы его черепа, а затем стекала по скулам, чтобы кануть в воздух, почти паря, прежде чем исчезнуть.
Казалось, он плачет.
– Я здесь. – Она обхватила его морду руками, пытаясь сделать так, чтобы они не проходили сквозь него. – Я не могу быть с тобой сейчас. Ты в лесу, это слишком опасно.
Он отступил от неё и в замешательстве пригнулся.
– Но я не могу держать тебя так. Где твое тело? Ты призрак, Рея. Это не то, чего я хотел.
Она отказалась позволить ему уйти, следуя за ним.
– Ты можешь отнести меня домой, Орфей?
Он покачал головой.
– Я уже искал там.
– Я обещаю тебе, всё будет хорошо. Только дома я смогу быть с тобой.
Он тихо заскулил в ответ, поворачивая голову в ту сторону, куда направлялся, словно хотел продолжить поиски.
– Пожалуйста? – Его голова снова повернулась к ней при звуке её мольбы. – Разве ты не хочешь, чтобы я была в безопасности?
На самом деле, в том состоянии, в котором Рея была сейчас, она была в максимальной безопасности в Покрове. Ничто не могло навредить ей в таком виде.
– Домой? – переспросил он, нерешительно делая небольшой шаг вперед. – Ты будешь дома со мной?
– Да. Дома я стану для тебя материальной.
Он наклонил голову при этих словах, но пошел. Он останавливался, если её не было перед ним, словно хотел видеть её, смотреть на неё, смотреть сквозь неё, пока пробирался обратно к их хижине.
Он шел медленно и прижимался к земле, словно был не уверен.
– Я скучаю по тебе, Рея, – тихо сказал он, снова потянувшись, чтобы коснуться её, и отдернул руку, когда не смог. – Как ты можешь быть со мной, если ты призрак?
Призрак ли я? Призраки не могли становиться материальными.
Они были людьми, которые так отчаянно хотели жить после того, как их съели Демоны, что преследовали места своей гибели. Они были заперты в границах своих домов или лесов, застряв там навсегда.
Но Рея продолжала возвращаться к нему и могла вернуться в нормальное состояние.
Кто я тогда? Она попыталась подумать, кем еще она могла быть.
Затем в памяти всплыл раздел из одной из книг, которые дала ей Сова-Ведьма – о существах, как реальных, так и мифических. Недавно она узнала, что Эльфы существуют, но в другом мире, а еще там была страница о Фантомах.
Существа, живущие на грани жизни и смерти; дух, обладающий человеческим телом, если пожелает. Обычно они были привязаны к чему-то, и она перевела взгляд на парящее пламя над его головой между рогами.
Но это было не пламя.
Это был маленький дух, которого она вытащила из своего тела. Она свернулась калачиком в позе эмбриона, лицом вперед. Лодыжки скрещены, колени прижаты к груди, обхваченные руками, лицо уткнулось в них. Огненные волосы всё еще развевались.
Издалека это выглядело просто как округлое пламя, но вблизи было легко увидеть, что это её душа.
Она выглядела умиротворенной, словно просто спала, будучи опутанной черной, липкой нитью, которая обвивала её ноги, тело и даже горло, а затем крепилась к его рогам.
Он мой якорь. Орфей привязал её душу к себе, буквально.
– Я думаю, ты сделал меня Фантомом, – сказала она ему, не оглядываясь, доверяя ему вести их обратно.
– Что такое Фантом?
Он не знал, что это случится со мной?
Она объясняла то, что думала, пока они шли, и к тому времени, как закончила, они уже пересекали соляной круг.
Он завел их внутрь, и её встретил хаос, оставшийся после его поисков в доме.
Обеденный стол был сдвинут с привычного места, её стул опрокинут на бок. Кресла в гостиной были раздвинуты, а маленький столик между ними перевернут. Вещи со столов были разбросаны по полу, словно он поднимал предметы, на которых они лежали, чтобы проверить под ними места, где она никак не могла бы спрятаться.
Как глупо, подумала она с грустной улыбкой.
Она посмотрела на него и обнаружила, что он сидит перед ней на корточках, пристально глядя и ожидая. Она подумала, что он, наверное, терпеливо сидел бы так вечность, ожидая, пока она станет для него материальной.
Всё, что ей нужно было сделать, это пожелать этого, словно она делала это миллион раз, и её бестелесное тело начало тяжелеть. Пальцы ног первыми почувствовали ощущения, коснувшись деревянного пола, прежде чем она опустилась на пятки. Давление поднялось по ногам, бедрам, груди, а затем к голове.
Вытянув руки вперед, она одарила Орфея теплой улыбкой, обхватив ладонями его челюсть снизу, ощущая тепло и твердость кости.
Его клыки разомкнулись, когда он прохрипел:
– Рея.
Он рванулся вперед, стремительно сокращая расстояние между ними, чтобы обнять её; его руки прижали её к себе, когда он поднял её, чтобы поставить на ноги.
Обвив руками его шею, а ногами талию, она почувствовала, как его напряженные мышцы смягчились, когда она оказалась в его объятиях.
Она не знала, что он может стоять на задних лапах в своей чудовищной форме, но, хотя он и слегка наклонился вперед, ей было удобно, и она чувствовала поддержку.
Она погладила его череп сзади, спускаясь к меху на шее, торчащему из-под него.
– Привет, мой большой Сумеречный Странник.
Он прижал её крепче, почти раздавив. Он начал проводить когтями вниз по её телу, ощущая её, касаясь, поглаживая от плеча до самой спины и бедра.
– Я должен был защитить тебя. Я не должен был позволить причинить тебе вред. – Он начал опускать их, словно не мог больше стоять, и позволил ей отступить ровно настолько, чтобы они могли встать лицом друг к другу, хотя он всё еще держал её одной рукой. – Ты умерла у меня на руках. Ты злишься на меня?
– Вовсе нет. – Его глаза всё ещё были тем же колодцем синевы, как самая глубокая часть океана, и из них всё ещё текло. Она переживала, что ей нужно облегчить его чувство вины. – Ты не виноват в том, что случилось. Пожалуйста, не думай так.
Она наклонилась вперед и прижалась губами к кончику его округлой морды. Она поцеловала его сбоку, затем сверху, затем над клыками с другой стороны. Каждый раз он придвигался немного ближе, а его рука скользила вверх по её телу.
Когда она собралась поцеловать его в щеку, он положил свою огромную ладонь на основание её черепа, удерживая неподвижно, и слегка провел языком по её губам. Во второй раз она встретила его язык своим.
Тогда он стал настойчивым, облизывая её и надеясь, что она будет отвечать ему каждый раз.
Она обняла его за шею, затем скользнула ладонью по щеке, поглаживая её, прежде чем снова обнять его.
– Рея, я… – Его пальцы скользнули в её волосы, пропуская их сквозь себя с восхитительным скрежетом когтей. – Ты нужна мне. Мне нужно чувствовать тебя.
Её взгляд был прикован к его глазам, она видела, что они всё ещё такие грустные и истекающие слезами, словно он не мог перестать чувствовать себя подавленным.
Она хотела дать ему то, что ему было нужно, прикоснуться к ней. Но она не могла, не с таким выражением лица, на которое было невыносимо больно смотреть.
Она задумалась… Он никогда не причинит мне вреда.
– Что случится, если я заставлю тебя гоняться за мной?
Ей было всё равно, станут ли его глаза красными, если он возьмет её, будет ли он голоден или зол – это будет лучше, чем видеть его боль. Она знала, что он достаточно набегался за прошедший день, но ей нужно было вырвать его из этого состояния.
– Я не хочу гоняться за тобой.
Когда она попыталась вырваться из его объятий, а он не отпустил, Рея пожелала, чтобы её тело стало бестелесным. Она выплыла из его рук, и он медленно последовал за ней, пригнувшись.
– Но я хочу, чтобы ты поохотился на меня, Орфей.
– Я не знаю, что произойдет. Я могу поранить тебя. – Эти струйки, казалось, побежали немного быстрее, а светящееся пятно, плавающее вокруг глазниц его черепа, стало более настойчивым. – Почему ты хочешь, чтобы я это сделал?
– Я твоя, поймай меня. – Он наклонил голову, когда она улыбнулась. Она наклонилась, словно собираясь поцеловать его, но вместо этого сказала: – И когда ты это сделаешь, ты сможешь взять меня.
Фиолетовый вспыхнул, но мгновенно сменился той же печалью. Затем она исчезла, проходя сквозь стену.
– Иди и возьми меня, Орфей.
– Рея? – Её сердце сжалось от того, как панически это прозвучало.
Она немедленно вернула себе физическое тело, чтобы он мог хотя бы чувствовать её запах и иметь след. Она была в задней части дома, и через несколько секунд он уже мчался к ней.
Его глаза всё ещё были синими, всё ещё истекали слезами. Прямо перед тем, как он успел схватить её, она снова стала призрачной, и он пробежал сквозь неё.
– Пожалуйста, не делай этого, – захныкал он, преследуя её, пока она парила спиной вперед.
– Разве ты не хочешь меня? – поддразнила она, смещаясь в сторону. – Разве ты не хочешь поймать свою добычу?
Она прошла сквозь дом; было странно, что над полом торчали только её плечи. Избегая сада полностью, чтобы он не разнес его, она двинулась к другой стороне дома.
Материализовавшись и став твердой, Рея подождала, пока не услышала, с какой стороны он приближается, прежде чем побежать в противоположном направлении. Она побежала вдоль фасада дома, оглядываясь через плечо, чтобы увидеть, как его глаза несколько раз вспыхнули красным.
