Текст книги "Приручи мои желания (СИ)"
Автор книги: Ольга Тимофеева
сообщить о нарушении
Текущая страница: 15 (всего у книги 21 страниц)
67. Алиса
– С Серегой. – Марк выключает экран, погружая комнату в темноту, и убирает телефон на полку. – Строгий папа лег спать?
– Нет, отпустил к тебе. – Ныряю под его одеяло, попадая в омут теплых рук. Совсем другие ощущения, чем те, что были в моей кровати. Тут уютно и комфортно. Так, как и должно быть. Будто теперь все на своих местах. Рука Марка скользит по спине, прижимая ближе к себе и спускается на попу, поддевая кружево. – Но только, чтобы ты меня обнял, прижал к себе и мы наконец все уснули. – Шумно выдыхает горячим воздухом мне в щеку и пропускает руку под шею. Пальцы второй руки приглаживают трусики и рука перемещается на талию.
– Все, что я могу с тобой сделать, все равно будет сопровождаться стоном или скрипом. Поэтому согласен просто с тобой спать в обнимку.
– Это на тебя не похоже. Ты стареешь, что ли?
Держась за талию, прижимается ко мне.
– Еще есть вопросы? – чувствую его кабачок и то, насколько Марк готов, но держит себя в руках.
– По этому поводу нет, – шепчу в губы. – Но я хочу спросить про другое, можно?
– Давай, – прочищает горло, как будто готовиться к блиц-опросу.
– Ты как-то сказал, что у тебя сносит от меня крышу и ты хочешь меня.
– Я и сейчас тебя хочу.
– Я не про это, Марк. У тебя так много мыслей в голове, что они тебя разъедают, пока ты не добьешься меня.
Замолкаю, давая ему возможность самому сказать что-то, но Марк молчит. Не делает мне проще. Набираю в легкие воздух и выдыхаю.
– Хочешь спросить, если добился, почему все еще здесь?
– Вообще-то хотела спросить, как часто на тебя так накатывает, но на свой вопрос ты тоже можешь ответить.
– Хочешь, чтобы рассказал о своих недостатках и слабостях?
– Хочу, это ничего не поменяет.
– Поменяет, поэтому я не буду забивать тебе голову этим. Это моя проблема.
– Ты уже втянул меня в это, поэтому рассказывай.
Он долго молчит, как будто весы откровенности в его голове сейчас не могут определиться от накладываемых “за” и “против” куда перевесить.
– Ладно, – шумно выдыхает наконец. – Ты имеешь право быть готовой. – Переворачивается на спину и делает глубокий вдох. – У тебя бывает такое, что ты очень чего-то хочешь и не можешь с собой ничего сделать? Внутри все разъедает. Не можешь думать ни о чем, ничем заниматься, просто надо это получить. Любым способом.
– Бывает, конечно. И, если у меня есть возможность это получить или купить, я это делаю.
– А если нет возможности? – Задает вроде бы простой вопрос, но я догадываюсь, что не все так просто.
– Если нет, то наверное, смиряюсь с этой мыслью и живу дальше.
– Я не могу смириться и я буду добиваться того, чего хочу дальше, пока не получу.
– Ну, это называется целеустремленность.
Рассматриваю очертания его лица в полумраке. Как выделяются скулы и сжимаются губы. Он не все договаривает.
– Это не то. Это одержимость, иногда больная. До безумия. Если нормальный человек достигает, успокаивается и радуется, то у меня это превращается в очередное желание еще большего, значимого и это не остановить. Это просто воронка, которая засасывает и вытягивает из тебя все больше и больше каждый раз.
– Ну послушай, ты же взрослый человек, неужели не можешь как-то это контролировать? – Он молчит и только мотает головой. Я не до конца его понимаю, но ни в чем не обвиняю. – Я тоже была такой целью? Которую тебе надо было достичь?
– Да. И мне мало тебя.
– Когда-то ты говорил, что хочешь меня и тебе нужен один раз?
– Я врал. Одного раза точно будет мало.
– Заметь, сейчас ты просто лежишь со мной. И я бы не сказала, что у тебя какие-то проблемы. Ты не трясешься и не ведешь себя как одержимый, что не получил очередную дозу секса. От который ты бы не отказался.
– Я получил ее днем. И все, наверное, должно было произойти как-то красиво, а не в этих кустах.
– Да ладно, такие экспромты очень даже горячие. И они тоже должны быть. Я тоже скучала, – говорю это вслух прежде, чем понимаю, что открываюсь ему, возможно, зря.
– Знаешь, это странно, но сейчас, кроме секса, мне нравится просто быть с тобой. Даже сейчас от твоего папы мне так комфортно, заводит это желание дразнить его и злить. Нравится твоя тетя. Я хочу тебя безумно, но если есть выбор переспать с тобой и до утра быть одному в этой кровати, или не переспать, но обнимать тебя всю ночь, то я выберу второе.
– На это и был расчет, – усмехаюсь в ответ и веду пальцем по коже на плече. Она гладкая, но под ней прощупываются упругие мышцы.
– Какой расчет? – поворачивает ко мне голову, прищуриваясь.
– Кино, коты, все это было для того, чтобы ты почувствовал кайф не только в конечной цели. Тебе же хорошо было в те моменты?
– Да, удивительно даже. Но… – снова отворачивается и разглядывает в темноте потолок. – Алис, я не хочу, чтобы ты строила иллюзий. Щелчок пальцев, и у меня может появиться другая цель. Я могу захотеть кого-то другого. Поэтому не могу тебе ничего предложить. Со мной нет никакой стабильности. Я не знаю, что будет потом, но знаю, что я не смогу это остановить.
– Хочешь сказать, что, если появится другая Алиса, ты сразу забудешь меня и выкинешь из жизни?
– По крайней мере, раньше так было всегда. И дело не в тебе, а во мне, – говорит это с какой-то грустью, как будто потерял в жизни что-то важное из-за этого. Но я итак сегодня узнала много и мне надо подумать об этом. – Это как быстрый секс без прелюдий. Мне нужен результат. Быстрый эффект и оргазм.
– Ты обманываешь себя. – Моя фраза заставляет его ухмыльнуться и повернуться на бок. Между нами такое маленькое расстояние, что ни один магнит бы не выдержал, а он терпит.
– В чем?
– Может ты не придал значение,вдруг, но я кончала с тобой. Этого нельзя добиться быстро за десять секунд. Ты уделял мне много времени. И ты, скажем так, работал на мой результат, а не на свой. И я ни за что не поверю, что тебе это не нравилось.
– Очень нравилось. – Запускает руку мне под футболку.
– Марк, ты же помнишь про папу?
– Помню, но мне захотелось просто тебя погладить. Можно?
– Можно.
Закидываю ногу на него и прижимаюсь теснее. Хочу чувствовать его рядом и запомнить. Иллюзия слишком хороша, но не доставить себе удовольствие и не побыть в ней, я не могу.
Что делать со всем этим я пока не знаю, но сейчас он напоминает ребенка, который запутался и не знает, как поступить в такой ситуации. А взрослые его не понимают.
68. Алиса
Просыпаюсь, когда первые солнечные лучи начинают проникать в комнату через щель в неплотно закрытых шторах. Спиной лежу к Марку, к которой прикасается его грудь.
По его равномерному дыханию мне в затылок понимаю, что он еще спит. Не хочу будить, поэтому просто прижимаюсь еще ближе. От ощущения его рядом в теле вспыхивает ярким пятном возбуждение. Прикусываю губу, чтобы хоть как-то подавить это желание. Взорвусь, если ничего с этим не сделаю. Поэтому сильнее прижимаюсь попкой к Марку и трусь как кошка в надежде, что это поможет.
– Гаечка, папа запретил, – хрипит на ухо, но в противоречие своим словам запускает пальцы мне под майку и скользит вверх. Затвердевшие соски трутся о ткань пижамы и ноют.
– Знаю, но сделай что-нибудь с этим. Пожалуйста, – умоляюще добавляю, потому что потом точно не будет шанса. Ухо начинает гореть от его покусываний.
– Давай не будем травмировать папу.
– Марк, – жалобно пищу, – пожалуйста. Я буду очень тихая.
– Ладно, знаю, как тебе помочь.
Запускает руку под резинку пижамных шорт и тянет их вниз вместе с трусиками, оставляя на мне только носочки и футболку.
– Обожаю, когда ты такая гладкая. – Шепчет в кожу на плече. И хорошо, что еще темно и не видно, как я, скорее всего, покраснела. – Когда-нибудь я покажу тебе утренний куни в моем исполнении, но от него ты тоже будешь стонать, поэтому отложим.
От этих пошлых фраз и одного только представления, как его язык будет ласкать меня, становится еще невыносимей.
Его желания , которые он хочет воплотить со мной в будущем, зажигают все нервные окончания, как огоньки гирлянды. Его пальцы погружаются в меня и медленно начинают двигаться там. Хочу быстрее и сильнее, поэтому сама подаюсь ему навстречу в такт его движений.
Топлю свои рвущиеся стоны в поцелуе, посасывая язык и прикусывая губы. Он скользит между влажных складочек и нащупывает ту точку, от движений по которой мне становится невыносимо сдерживаться. Пропускает между пальцами и дразнит, надавливая. Отпускает мои губы и целует грудь, скользя щетиной по футболке. Хочу чувствовать его влажные губы на себе. Чтобы кожа покрывалась мурашками от скольжения колючей щеки.
Помогаю ему и, подхватив за край футболку, тяну вверх. Дорожка влажных поцелуев тут же покрывает живот и движется к груди. Пальцами сжимаю его волосы. Не хочу, чтобы останавливался никогда. Давал мне все эти ощущения каждый день.
Его становится мало, и я своими пальчиками перехватываю инициативу. Прикусываю до боли его губу, чтобы не застонать, когда сильная ладонь скользит между половинками ягодиц и задерживается там. В жизни никто меня там не трогал.
Сибирские зад...вижки. Диаметр проходного отверстия… Номинальное давление… Класс герметичности по затвору… Тип присоединения… Нижние и верхние пределы… Направление подачи… Тип привода – ручной, механический... Параметры чертовых задвижек яркими бликами загораются в голове. Все по ГОСТу…
Так запретно и так сексуально.
– Я и не знал, что можно там обосноваться, – хрипит мне в горло.
– Я и сама не знала. Только не останавливайся.
После моих слов движения его пальцев, чтобы расслабить меня, становятся уверенней. Давление в несколько атмосфер нарастает внутри, когда он снова скользит между ягодиц, лишает меня там девственности. Кожа на его спине точно не скоро забудет это утро.
Лавина разрядов заполняет живот. Вгрызаюсь в его губы, чтобы не заорать, когда он едва шевелит пальчиком. Ток внутри нарастает, а каждый нерв расширяется, повышая давление. Ударная волна накатывает невероятно сильным оргазмом, скручивая тело.
Марк прижимает меня к матрасу и затыкает рот рукой, отрезвляя. Видимо, я потеряла контроль на какое-то время.
Если бы не закрытый рот, я бы точно призналась ему в вечной любви. Все предыдущие мужчины были как картонные герои, которых хочется перелистнуть и забыть.
– Гаечка, ты мне всю спину исцарапала, – часто дышит горячим воздухом мне в рот.
– Прости, – нежно глажу то место, где до этого оставляла борозды ногтями.
– Мне нравится твоя реакция. Ты такая естественная и сексуальная, что мне не хочется, чтобы кто-то тебя знал такой же.
Обнимаю его за шею и, притягиваю к себе. Он на мне. Приятно вдавливает в старый диван. В его объятиях хочу уснуть и остаться в этом моменте навсегда. Обхожу губы влажным языком, чтобы успокоить кожу, которую несколько минут назад искусала. Боюсь думать, что это может когда-то закончиться. Он может все остановить в любой момент. И я надеюсь, что все не закончится на этом диване.
Опускаю руку вдоль спины, запуская пальцы под резинку его боксеров и слышу шорох за стеной. Мы одновременно это слышим и замираем. Вся эйфория мигом испаряется.
– Я не шумела? – шепчу Марку.
– Надеюсь, я смог заглушить твои вздохи, – слышу в его голосе улыбку. Марк аккуратно скатывается с меня и подтягивает ногой мою одежду.
Тихие шаги за стеной приближаются и я, затаив дыхание, нащупываю ткань пальцами, бесшумно натягиваю на себя белье и пижамные шорты.
Во рту пересыхает, а сердце дрожит, будто меня уже поймали. Выдыхаю спокойно только, когда понимаю, что мы не попались. Но под кожей все еще дрожат возбужденные адреналином вены.
И это определенно не тот Марк, на которого я писала заявление в милицию. Этот умеет держать себя и контролировать, хоть и догадываюсь, как ему тяжело. Ради меня и моей чокнутой семьи.
69. Марк
Загружаю в машину их вещи и жду, когда распрощаются с тетей. Зажмуриваюсь на пару секунд и мотаю головой, прогоняя наваждение. Не хочу запоминать эти моменты и хранить их потом в памяти. Банк, который принимает вклады в виде воспоминаний, сегодня не работает. Чтобы отвлечься, разворачиваюсь к своей машине и еще раз осматриваю ее. А ведь Алиса доехала. Надеюсь, у нее действительно есть права. Хотя бы сомневаться в том, что она может починить, если что-то пойдет не так, не надо.
– Марк, приятно было познакомиться, – слышу за спиной голос Нины Ивановны и разворачиваюсь.
– И мне, – улыбаюсь в ответ. – Будь я постарше, – закатываю глаза, вспоминая ее шутку при знакомстве.
– Хочешь, чтобы с тебя все смеялись как с Пугачевой и Галкина? – врезается в разговор отец Алисы, чем вызывает у нас у всех смех. Кроме него, конечно.
– Коль, предлагаю тебе лечь спать, как только заведется двигатель, а то чую, ты можешь не доехать и они, – бросает быстрый взгляд с меня на Алису, – выкинут тебя где-то в лесу.
– И тебе не болеть, – равнодушно-саркастично произносит он и садится на заднее сидение за мной.
Алисе взглядом показываю, чтобы села рядом со мной и, по легкому кивку понимаю, что сделает так, как хочу. Задерживаюсь взглядом на ней и замечаю, как щеки вспыхивают, вспоминая наше утреннее пробуждение. И мне нравится эта ее скромность. Все видят ее как обёртку от конфеты, и только я знаю, что внутри. Когда мы наедине и она обнаженная в моих руках.
Оставляем это место и я надеюсь ещё побывать тут когда-нибудь.
– Пап, тебе не дует? – первой разрывает десятиминутное молчание Алиса и оборачивается к отцу.
– Дует, но кто-то же сам догадаться не может кондер выключить.
– У кого-то есть имя и ему можно сказать, если что-то не так.
– Пап, – строго говорит Алиса, останавливая надвигающуюся бурю, и сама регулирует температуру, переключая кнопки, будто всю жизнь водила Ауди. Почему-то нравится то, что она разбирается в этом. Как будто это ее машина и она с закрытыми глазами понимает, что надо нажать, чтобы поменять температуру. Сложно поверить, что она знает не только то, что снаружи, но и как это работает внутри.
Поездка проходит относительно спокойно, и я не отвечаю на реплики ее отца по поводу стиля моего вождения. Нет, мне есть, что ему сказать, но для нее не хочется сейчас закидывать уголь в разгоряченную итак массу.
– Почему я не удивлен, что ты даже не спросил, как к нам ехать? – вбивает очередной гвоздь в щит моего спокойствия Николай Иванович.
– Потому что ….
– Алис, – перебивает меня, хлопая дверью возле подъезда их дома, – сходи чайку поставь, я сейчас поднимусь. Хочу с буржуем твоим поговорить.
– Нет, я лучше подожду, а то ты наговоришь.
– Все нормально, у меня тоже есть, что сказать, – киваю ей ободряюще. – Наедине, – разворачиваюсь к нему. Слышу недовольный вздох и звяканье ключами. – Я принесу вещи, иди, – киваю ей на дверь подъезда.
Не хочет, но слушается. Когда остаемся одни, открываю багажник, чтобы достать вещи.
– На каком уровне твои отношения с моей дочерью, где ноль – ненавижу, а десять – готов жениться?
– Сто.
– На сто это ты уже должен детей нянчить.
– Понянчишь с вами, когда поцеловать ее нельзя.
Достаю сумки и хлопаю крышкой багажника.
– А что, готов замуж позвать?
– Думаю надо, чтобы ее папа меня лучше узнал. А то зять получится – враг народа.
Иду к двери и открываю перед ее отцом, жду, когда он зайдет, и помогаю подняться.
– Не бойся, не получится. Я этой свадьбы не допущу. Ты Алису не достоин. Вижу по твоим манерам и разговорам, что у тебя одно на уме.
– И что же?
– Симпатичная, простая, добрая девушка. Заинтересовала. В тебе проснулся юношеский азарт завоевать. Завоевал. Показать друзьям и хвастануть. Дальше что? Чтобы в один момент ты женился на той, кто там тебе выгоден для бизнеса. Дочери своего компаньона, например, а Алиса останется с разбитым сердцем. Привязывается она к тебе, не сможет отпустить безболезненно. Поэтому не пудри ей мозги, лучше уйди сейчас, пока ещё все не усложнилось.
Нажимаю кнопку лифта и вызываю кабину, чтобы отвезти это старого мнительного папашу в Зазеркалье.
– Нечего сказать? – Заглядывает в глаза, когда ящик медленно поднимает нас вверх.
Сказал бы ему, что он не прав, но ведь я и сам не знаю, что там дальше будет. И Алиса это знает. Поэтому, надеюсь, далеко это не зайдет.
– Я все контролирую, – все, что могу сказать, прежде, чем двери разъезжаются и на нас, не моргая, смотрит Алиса, плотно сжав губы. Передаю ей вещи и жду, когда отнесет их.
– Ты не зайдешь? – что-то все-таки поменялось в ней, раньше она не приглашала к себе. Приходилось входить без приглашения. Зато сейчас, когда пригласила, понимаю, что она хочет, чтобы я отказался. И мне надо подумать. Жду, когда ее отец зайдет в квартиру и закрываю за ним дверь, оставляя нас с ней на коридоре.
– О чем говорили с папой? – спрашивает шепотом, чтобы нас никто не услышал.
– Наставления мне давал.
– Какие?
– Не важно. – Кладу ладонь на глазок и целую Гаечку, свободной рукой притягивая к себе. – Я позвоню.
70. Марк
Понедельники никогда не были самыми легкими днями в неделе, поэтому только к вечеру я вспомнил, что завтра обещал Алисе отвезти ее отца в тот центр. Мы не виделись с того самого момента, как ее отец вернулся в город.
Я бы с удовольствием затянул ее к себе. Даже в свою настоящую квартиру. Раз конспирация была уличена в ненатуральности. Но Гаечка будто искала предлог не встречаться и это меня изводило ещё больше.
Ослабляю галстук и, откинувшись на кресло, набираю Лисенка. Она долго не отвечает. Возможно, еще работает. Опять крутит попой перед этими мужиками. Если меня зацепила, то и любого из них также может.
– Да, – наконец отвечает. Внимательно вслушиваюсь в равномерный гул и музыку на заднем фоне.
– Привет, ты где?
– Отвезли папу в тот центр, возвращаемся назад.
– Сегодня? Ты же говорила, завтра!
Черт, я что, перепутал?
– Я перепутала, оказывается, надо было сегодня.
– А кто это “мы отвезли”?
– Я и Женя.
Развратные картинки их поездки крушат здравый смысл в мозгу. Знаю, что она не такая, но ничего с собой поделать не могу. Врезал бы сейчас ему, удачливому мудаку.
– Меня нельзя было попросить?
– Давай потом поговорим.
Словно я похож на того, кто будет ждать.
– Нет, мне надо знать сейчас. – Молчанием своим рисует картинку за картинкой. – Почему не позвонила мне? Я же сказал, что помогу.
– Так получилось, – отвечает односложно, не хочет, чтобы он знал, с кем она говорит. А зачем скрывать меня, если ты свободна?! Только, если ты имеешь кого-то как на запасной вариант.
– Какое нахрен получилось?
– Я позвоню тебе вечером. Сейчас мне надо вернуться на работу и доделать одну машину. Пока.
– Нет, мы договорим… – Отрываю телефон от уха и смотрю на экран. “Вызов завершен”. Блять. Знаю я, как они там машину будут чинить. Хлопаю крышкой макбука и отталкиваю кресло назад, резко вставая. Пришло время навестить дядю Васю.
Даже в яндексе тоже Алиса. Как специально смеется надо мной, рассказывая, где сейчас пробки и, чтобы объехать их, придется сделать приличный круг. Жду, когда красный свет на светофоре сменится зеленым, но он, как пленная улитка отсчитывает секунды до старта. Я второй в ряду, даже фальстарт сделать нельзя.
Нарочно ей не звоню, чтобы сделать “сюрприз”. Посмотреть, как они там там будут ремонтировать машину. Спустя двадцать минут вырываюсь из машинного застоя и мчу по кольцевой в сторону работы девчонки, что сводит с ума. Думал, что стал немного контролировать свое тело и желания, но понимаю, что когда она не рядом, все еще хреновей.
Подъезжаю к СТО, в которой она работает, и, припарковавшись прямо перед воротами, выхожу из машины, хлопая дверью. Нигде уже нет света, но я все равно иду в сторону здания. Дергаю на себя ручку и никуда не попадаю. Закрылись. Одна с этим перцем в ангаре. Стучу кулаком по металлической двери, ожидая, что кто-нибудь откроет. Замираю и прислушиваюсь. Там есть какое-то движение, но мне никто не открывает. Стучу сильнее. Буду это делать пока мне кто-нибудь не откроет. Наконец, кто-то шагает в мою сторону и открывает с лязгом металлическую защелку.
– Мы уже не работаем, – говорит в приоткрытую дверь и осекается. – Марк?
– Не ждала? – Толкаю дверь и прохожу внутрь.
– Ты не звонил вроде?
– Нет, я не звонил, – Закрываю за собой дверь, щелкая замком. – Хотел сделать сюрприз.
– Марк, я очень занята. Мне надо машину доделать сегодня.
– Одна тут? – Окидываю взглядом помещение в поисках свидетелей.
– Одна. – Останавливает на мне взгляд и, прищурившись, смотрит, – а ты кого ждал увидеть?
– Почему не позвонила мне? – игнорирую ее вопрос.
– Я полезла в документы и вдруг поняла, что перепутала даты. Папу надо было отвезти не завтра, а сегодня. Пока бы я тебя попросила, пока бы ты приехал, прошло полдня, а мне надо было сделать все быстро. – Разворачивается и идет к машине, надевая перчатку на ходу. – Поэтому я попросила Женю, он нас подбросил.
– Что еще он сделал? – разговариваю с ее спиной, потому что девушка уже ковыряется под капотом, что-то ремонтируя.
– Еще? – переспрашивает и поворачивает голову в мою сторону.
Рыжая лисичка, на скуле полоска солидола. Спущенная с плеча бретелька комбеза. Как в нашу первую встречу.
– Понравилось кататься с ним?
– Ты ревнуешь, что ли? – уголок губ поднимается кверху, но она сдерживает улыбку.
– Нет, мне не нравится, что ты ездишь с ним, что он тебя подвозит, что вообще смотрит на тебя и дышит одним воздухом.
– Успокойся и напомни. У меня перед тобой какие-то обязательства и я должна отчитываться? – Разворачивается и дальше что-то откручивает.
Нет у нее никаких обязательств, как и у меня. Мы свободные и в любой момент можем разойтись.
– Как представляю, что ты с ним где-то, меня прям выворачивает от этой мысли.
Иду к ней и становлюсь за спиной. Вдыхаю аромат ее волос и провожу кончиками пальцев по плечу, целуя туда же.
– Не отвлекай меня. – Расстегиваю застежку на ее комбезе и тяну его вниз. – Марк перестань, дай мне закончить.
– Скажи, что у вас ничего не было. – Ткань скользит к ногам и она передо мной в одной из своих грязных футболок и идеальных черных трусиках, подчеркивающих кружевом попку.
– У нас ничего не было. Я дала ему денег на бензин, на этом мы рассчитались.
– Скряга, – говорю ей в ухо, – я бы не брал с девушки деньги.
– Ага, ты бы заставил расплатиться девушку сексом.
– Тогда хорошо, что он не додумался до этого, – шепчу ей на ухо и веду кончиком влажного языка по позвонкам на шее. Дую на выбившиеся из хвоста волоски и целую. – Я хочу тебя. И фантазия, когда ты на капоте машины в одном белье, преследует меня с первой нашей встречи.
– В первую нашу встречу ты обещал меня уволить, – Гаечка трется попой о мою ширинку. Могу поспорить, что уже такая же влажная.
– Как ты меня тогда разозлила! – Прикусываю шею, оставляя зубами покраснение в том месте.
– Ты такой придурок был, если честно.
– Знаешь ли, не думал, что девушки разбираются в чем-то, кроме шоппинга и косметики, ну и делопроизводства.
Запускаю руку ей под футболку и веду вверх, пока не касаюсь кружевного лифчика.
– Не повезло тебе с девушками, – шепчет, наклоняя голову, чтобы я мог везде ее поцеловать.
– С тобой повезло.
Оттянув за талию от машины, захлопываю капот и, развернув, подталкиваю к капоту машины.
– Марк, перестань, мне надо доделать машину.
Хоть и злится, но знаю, что долго не сможет сопротивляться и не устоит, чтобы не раскрыть свои крылышки и не впустить меня.
– Марк, я тебя вымажу, – поднимает руки в грязных перчатках.
– Я тебе разрешаю, – говорю в шею, притягивая ближе к себе. Чтобы чувствовать как ее сиськи упираются мне в грудь. И балдею от ее тяжёлого дыхания.
– Армани мне не простит.
– А кто меня должен простить, что я кружевом за сто баксов буду полировать капот какой-то тачки. – Подхватываю низ футболки и тяну вверх. – Ты мне подмешиваешь что-то, почему я тебя хочу постоянно? Пиздец просто.
Гаечка все же стягивает свои перчатки и, закинув их куда-то в угол, хватает меня своими руками за ворот рубашки и тянет к себе. Моя ходячая эротическая фантазия. В грязном комбинезоне и на капоте пусть и не моей машины.
