Текст книги "Бывший. Первый. Единственный (СИ)"

Автор книги: Ольга Сахалинская

сообщить о нарушении

Текущая страница: 2 (всего у книги 10 страниц)

Я снова в университете, в тёплых объятиях Ромы. Мы юные, беззаботные, опьянённые первой любовью. Он шепчет ласковые слова, словно бархат, осыпает поцелуями и клянётся в вечной любви, рисуя картины счастливого будущего. Но внезапно идиллия рушится, как карточный домик. Перед глазами всплывает тот роковой день... Холодный ужас пронзает меня. Нет, нет! Отчаянно мотаю головой во сне, чувствуя, как сердце разрывается на части от невыносимой боли и всепоглощающего отчаяния.

Затем появляется Руслан. Злой, агрессивный, кричит на меня, хватает за руки. Пытаюсь вырваться, убежать, но он не отпускает. Он преследует меня, куда бы я ни пошла.

Всё смешивается в какой-то невообразимый хаос. Рома, Руслан, работа, прошлое, настоящее. Просыпаюсь в холодном поту, с колотящимся сердцем. Чувствую себя разбитой и опустошённой.

Утро начинается с мучительного подъёма. Смотрю в зеркало и вижу осунувшееся лицо с тёмными кругами под глазами. Я похожа на тень само́й себя.

Пока чищу зубы, сквозь мысли доносится скрежет из прихожей. Приоткрываю дверь ванной, прислушиваюсь.

Не показалось. Звук вставляемого ключа в замочную скважину не спутаешь ни с чем. Пугаюсь, сердце начинает колотиться быстрее, глаза мечутся по помещению. Бросаю щётку в раковину, вытираю рот и крадусь к двери, чтобы посмотреть в глазок. Но всё, что успеваю заметить – это закрывающиеся створки лифта.

Странно. Хмурюсь.

Заставляю себя закончить сборы, выпить чашку кофе. Облачаюсь в строгий деловой костюм, тщательно приглаживая юбку и выравнивая манжеты рубашки.

Глубокий вдох, медленный выдох. Это помогает хоть как-то привести себя в норму: выровнять дыхание и скрыть следы усталости и недосыпа.

Выхожу на улицу. Тепло, солнце, птицы поют. Где-то вдалеке метёт дворник. Всё как обычно. Оглядываюсь, зачем-то пробегаю взглядом по припаркованным машинам и иду в сторону метро.

Хлопает дверца автомобиля, и мой беспокойный слух цепляется за этот звук. Он тут же сменяется топотом приближающихся шагов. Уровень тревоги достигает максимума, подстёгивая меня к тому, чтобы ускориться или вовсе побежать. Но я не успеваю. Кто-то больно хватает меня за руку и дёргает, разворачивая на месте. Я едва не падаю.

Вижу перед собой разъярённое лицо Руслана. Он в ярости, ноздри раздуваются, глаза будто сейчас вылезут из орбит. Взгляд острый, полосует моё лицо.

– Чего тебе? – выдыхаю я.

– Ты какого хрена замки сменила? – цедит он сквозь зубы.

Инстинктивно вскидываю голову и осматриваю окна, убеждаясь, что нас никто не слышит. Не хотелось бы стать звездой интернета.

– А что тебе делать в моей квартире? – отвечаю вопросом на вопрос. – И отпусти руку, – шиплю я, пытаясь высвободить запястье из его хватки. Синяк точно останется.

– Смелая, смотрю, стала, – то ли спрашивает, то ли констатирует. – Давно ли она стала твоей? М? – резко подаётся вперёд, прожигая взглядом. – Быстро же ты освоилась. И развод тебе, и жилплощадь, – голос его сочится ядом. – Слушай сюда, куколка. Мне кровь из носу нужно попасть в квартиру, забрать кое-какие важные бумаги. И я туда попаду с твоим согласием или без него. Уяснила?

Закатываю глаза, чувствуя, как раздражение вперемешку со страхом закипает внутри.

– Скажи мне, где они, я найду и отправлю тебе по почте. Делов-то. Твоё присутствие необязательно, – выдаю я, глядя на багровое лицо бывшего мужа. Раньше я считала его симпатичным, а сейчас вижу, что он неприятный. Никакая привлекательная внешность не спасёт человека, если он дерьмо.

– Ты чего мне здесь исполняешь? Какие почты? Ты хоть понимаешь, о чём говоришь? Там такое… – Он понижает голос, оглядываясь по сторонам. – Такие вещи, которые нельзя по почте пересылать.

– Нет, – твёрдо отвечаю я. – Ты не войдёшь в мой дом. Никогда.

Откуда во мне столько смелости, сама не пойму.

– Просто открой мне квартиру, и я сам всё заберу.

Отрицательно мотаю головой.

– Ах, вот как? – Он ухмыляется, и эта ухмылка вызывает дрожь. – Ну, тогда не обижайся, если я найду другой способ.

Он отпускает мою руку, и я отшатываюсь назад, потирая запястье.

– Не смей мне угрожать, – говорю я, стараясь звучать увереннее.

– Я не угрожаю, – отвечает он, глядя мне прямо в глаза. – Я предупреждаю.

С этими словами он разворачивается и уходит, оставляя меня стоять посреди улицы с колотящимся сердцем и леденящим душу предчувствием. Я смотрю ему вслед, чувствуя, как страх медленно заполняет меня изнутри.

Глава 7. Катя

После утреннего спектакля, устроенного Русланом, я пулей лечу на работу. Меньше всего мне хочется давать Роману повод для новых придирок. Он и так не упускает случая уколоть побольнее. До метро добираюсь в мгновение ока. Вынырнув из подземки, я быстрым шагом преодолеваю расстояние до бизнес-центра. Эти десять минут кажутся вечностью.

Влажные ладони скользят по ручке сумки, дыхание сбивается. За несколько минут до начала рабочего дня я врываюсь в здание.

Не дожидаясь лифта, взбегаю по ступенькам, считая пролёты и проклиная каблуки. В офисе подозрительно тихо. Решаю забежать на мини-кухню за кофе. Иначе моя работоспособность будет на нуле. Только кофе может меня спасти.

Бросаю сумку и пиджак на диванчик. Ставлю чашку в кофемашину, нажимаю кнопки и нетерпеливо постукиваю пальцами по столешнице, ожидая свою порцию бодрости.

В тот момент, когда я беру обжигающую чашку в руки, дверь распахивается. Роман. Даже оборачиваться не нужно, чтобы понять, кто это.

Вот тебя как раз и не хватает для полного счастья, думаю я про себя.

– Екатерина! – чеканит он, наполняя комнату своей энергией.

– Чёрт! – восклицаю я, глядя, как тёмное пятно расползается по ткани блузки.

– Всё в порядке? – Роман оказывается рядом в два шага, протягивая мне полотенце. – Возьми.

– Спасибо, – бурчу я, принимая полотенце и пытаясь промокнуть пятно.

Волнуюсь неимоверно. Находиться рядом с этим мужчиной в замкнутом пространстве – всё равно что ходить по минному полю. Его энергия подавляет меня, заставляет суетиться и совершать глупые ошибки.

– Ты в курсе, сколько времени? Через двадцать минут встреча с клиентами, а конференц-зал не готов, – отчитывает он меня, словно школьницу. – И почему ты опаздываешь?

– Этого больше не повторится, Роман Николаевич, – парирую я, стараясь сохранять спокойствие. Не глядя на него, обхожу и достаю из сумки влажные салфетки, реклама которых обещает, что они справляются с пятнами за секунды. Яростно тру злополучное пятно.

Роман хранит молчание, неотрывно следя за каждым моим движением. Краем глаза я отмечаю безупречные складки его брюк и зеркальный блеск начищенных туфель. Руки, небрежно спрятанные в карманах, подчеркивают его неизменную уверенность в себе. Впрочем, как всегда – непроницаемый и властный.

– Я сейчас всё успею. Не волнуйтесь, – нарушаю я молчание.

Слышу, как он ухмыляется, подходит ближе и чуть нависает надо мной, так что я чувствую запах дорогого парфюма.

– Екатерина, твоя пунктуальность вызывает у меня тревогу за будущее компании. Боюсь, нам придётся пересмотреть твои должностные обязанности, если опоздания войдут в систему.

Он выпрямляется и уходит, оставив меня наедине с пятном и раздражением.

К счастью, салфетки и правда работают. Через две минуты от кофейного безобразия не остаётся и следа. Я допиваю остывший кофе, стараясь успокоиться, и направляюсь в свой кабинет, чтобы оставить вещи и взять всё необходимое для встречи.

Конференц-зал у нас небольшой, но светлый, с панорамными окнами, выходящими на город. Здесь большой овальный стол из тёмного дерева и удобные кожаные кресла. Проверяю, чтобы на столе лежали блокноты и ручки, включаю проектор, настраиваю презентацию и освещение. Хоть я и нервничаю, но стараюсь сделать всё идеально.

Успеваю вовремя.

В назначенное время клиенты входят в зал. Трое мужчин в дорогих костюмах, представившись, рассаживаются по местам, негромко переговариваясь.

Я беру планшет и располагаюсь неподалёку, готовая вести протокол.

Обсуждение идёт по поводу нового контракта. Я внимательно слушаю, стараясь не упустить ни одной детали.

Во время презентации несколько раз ловлю взгляд Ромы. Оценивающий, изучающий. Не могу понять, что он хочет этим сказать. Стараюсь не обращать внимания и сосредоточиться на своей работе. Делаю пометки, слежу за ходом обсуждения.

В какой-то момент начальник жестом показывает мне, чтобы я принесла кофе. Молча киваю и выхожу из зала.

На кухне быстро готовлю кофе, расставляю чашки на поднос и возвращаюсь в конференц-зал. Подаю напиток клиентам, мило улыбаясь в ответ на их благодарность.

Весь день пролетает в суете. После обеда готовлю документы для бухгалтерии, отвечаю на телефонные звонки, занимаюсь организацией встречи с новыми, потенциально прибыльными, клиентами. В голове – рой мыслей...

Ближе к концу дня, когда я уже собираюсь уходить, в мой кабинет заходит Букреев.

– Катя, у меня для тебя новость, – говорит он с хитрой улыбкой, опираясь о дверной косяк. – На следующей неделе намечается командировка в Калининград. Ты летишь со мной.

Внутри всё сжимается. Только этого мне сейчас не хватает! – Твоя задача – купить билеты на вторник на первую половину дня и забронировать гостиницу, – продолжает он, не обращая внимания на моё состояние. – Справишься?

Киваю в ответ, перекладывая бумажки на столе.

Обязательно. И желательно, чтобы номера были на разных этажах, а ещё лучше в разных частях здания, мысленно иронизирую я.

– Хорошо, Роман Николаевич, – вместо этого произношу я, стараясь сохранять спокойствие. – Всё сделаю. Он кивает и уходит. А я остаюсь сидеть в своём кабинете, глядя в окно на угасающий закат, и думаю, что меня ждёт в этой поездке. И как пережить эти несколько дней рядом с человеком, который вызывает во мне такую бурю противоречивых чувств.

Глава 8. Катя. Прошлое.

Как всегда, возле университета кипит жизнь. Закончились пары, и студенты отправились на большой перерыв перед лекциями, которых сегодня как раз у меня нет.

Мы с девчонками стоим, образовав небольшой кружок у крыльца, и обсуждаем завтрашний семинар плюс зачёт по философии.

– Кать, там твой красавчик стоит, – Олеся хитро прищуривается, глядя куда-то поверх моей головы. – И смотрит прямо на нас. Только не вздумай оборачиваться, а то спугнёшь, – заговорщицки продолжает она.

– Да с чего он мой-то вдруг? – я пытаюсь изобразить непринуждённость, но предательский румянец уже выдаёт меня. Внутри всё начинает трепетать.

– Да он к тебе явно клинья подбивает. Крутится вокруг тебя, как кот вокруг сметаны. Дала бы уже парню шанс, – не унимается Олеся. – Что ты теряешь?

– Ага, – с иронией отвечаю. – Чтобы стать очередным трофеем в его коллекции? Спасибо, не надо.

– Ну, как знаешь, – сокурсница пожимает плечами, явно не убеждённая моими словами. – О! Кажется, он идёт сюда, – она едва заметно кивает подбородком в сторону приближающейся фигуры.

– Только не это! – вырывается у меня. – Всё, девочки, я побежала, – я быстро прощаюсь, разворачиваюсь и ухожу прочь.

Но не успеваю я сделать и нескольких шагов, как слышу позади знакомый голос.

– Смирнова, подожди! – окликает он меня.

Я упрямо продолжаю идти, делая вид, что ничего не слышу.

– Стой! Кому говорю, – в голосе появляются раздражённые нотки. Он догоняет меня и, коснувшись моего плеча, разворачивает к себе.

Наши взгляды встречаются. Рома часто дышит, его карие глаза изучающе скользят по моему лицу.

– Может, ты перестанешь меня преследовать, Ром? – я стараюсь говорить ровно и спокойно. – Ты разве ещё не понял, что тебе ничего не светит?

– Я бы на твоём месте не был столь категоричной, Катенька, – произносит он улыбаясь, и в уголках его губ мелькает едва заметная усмешка. – То, что ты ещё не моя, лишь вопрос времени. Я даю тебе возможность само́й принять правильное решение.

Самоуверенный нахал! Меня охватывает волна возмущения.

– Ты привык получать всё, что захочешь, да? – я скрещиваю руки на груди, принимая защитную позу, хотя ответ и так очевиден.

– Именно, – он кивает, слегка покачиваясь с пятки на носок.

– И чего же ты хочешь? – продолжаю я, чувствуя, как внутри нарастает какое-то странное беспокойство.

– Хочу, чтобы ты стала моей девушкой. Хочу быть в отношениях.

– А ты сам-то знаешь, что значит быть в отношениях? – я даже не пытаюсь сдержать смешок. – Или тебе уже просто так не дают? – сарказм, обычно мне несвойственный, неожиданно вырывается наружу.

– Ого! Смирнова, да ты умеешь жалить! – в его голосе звучит что-то похожее на восхищение. И, клянусь, в тёмных глазах мелькает озорной огонёк.

– Ром, отстань. Пожалуйста. Я не хочу с тобой связываться. Мои нервы мне дороже. И хватит присылать мне подарки и цветы. Я их не выбрасываю только из жалости. К ним.

Развернувшись, я начинаю идти, чувствуя, как нарастает напряжение.

– Подумай, Кать, – доносится мне вслед. И почему-то в голосе Букреева я слышу нотку обречённости…

Я направляюсь к общежитию, ощущая на себе его пристальный взгляд.

Слова Ромы эхом отдаются в голове, пока я иду по аллее.

«Хочу, чтобы ты стала моей девушкой. Быть в отношениях». Он? Серьёзные отношения? Да быть такого не может. Он же Букреев! Самый популярный парень на курсе, сердцеед и бабник.

И вот он стоит передо мной и говорит о чувствах? Нет, в это сложно поверить.

Но если отбросить предрассудки, что остаётся? Признать, что он мне нравится? Да, мне нравятся его улыбки, эти искры в глазах, когда он смотрит на меня. Но я же не наивная дурочка! Я знаю, чем заканчиваются истории с такими парнями: разбитым сердцем и кучей комплексов.

Чёрт возьми, чего он добивается? Ему что, недостаточно внимания? Зачем ему я? Неужели я настолько отличаюсь от других? Или это просто новый вызов для него? Доказать себе, что он может заполучить любую?

Весь остаток дня я провожу в размышлениях. Слова Букреева не выходят из головы. Я пытаюсь сосредоточиться на учёбе, но всё тщетно. Он будто загипнотизировал меня.

Вечером, не выдержав напряжения, я делюсь своими мыслями с Настей, моей соседкой по комнате. Она внимательно выслушивает меня, иронично хмыкая в самых пикантных местах моей истории.

– Кать, ну ты даёшь! – восклицает она, когда я заканчиваю свой сумбурный рассказ. – Он же Рома Букреев! Ты о такой партии могла только мечтать!

– Да какая партия, Насть! – возмущаюсь я. – Он же ненадёжный. Завтра он переключится на другую и всё. Я не хочу быть одной из его игрушек.

– Ну не знаю, Кать, – тянет Настя. – По-моему, он всерьёз настроен. Ты видела, как он на тебя смотрит? И потом, цветы, подарки… Он же за тобой ухаживает!

– Да это всё показуха, – упрямо твержу я. – Он просто хочет меня завоевать.

– А может, ты просто боишься? – внезапно произносит подруга, пронзая меня своим взглядом.

Я замолкаю. Может быть, она права. Я действительно боюсь. Боюсь довериться, боюсь влюбиться и, в конце концов, боюсь быть отвергнутой.

Перед сном, лёжа в кровати, я долго ворочаюсь, не в силах уснуть. В голове снова и снова всплывают слова Ромы, его улыбка, его глаза.

Я представляю, как мы гуляем вместе по парку, держимся за руки, смеёмся. И вдруг мне становится страшно оттого, что я упускаю возможность быть счастливой.

Словно повинуясь внезапному порыву, я беру телефон и печатаю сообщение: «Я согласна».

Ответ приходит почти сразу, когда я уже начинаю проваливаться в сон: «Ты не пожалеешь».

Хотелось бы… Но внутри селится тревожное предчувствие. Я знаю, что ввязываюсь в игру, правила которой мне ещё предстоит узнать.

И эта игра может стоить мне слишком дорого.

Глава 9. Катя

Впервые лечу в командировку. В свою первую настоящую командировку в Калининград. Вокруг суета, шум, голоса, но я нахожусь будто в своем мире. Роман, как обычно, погружен в работу, отвечая на звонки даже в аэропорту, а я… я просто наблюдаю за происходящим вокруг, за всеми… за ним.

Помню, как летала раньше с мужем. Странно, но только сейчас понимаю, насколько была слепа. Всё внимание уходило на его настроение, капризы, желания. Теперь это в прошлом.

Маленькая кофейня в углу зала ожидания манит ароматом. Беру капучино – он не идеален, честно говоря, даже далёк от того, что я пью обычно. Но сейчас этот напиток кажется особенным, в нём – вкус свободы.

Рассматриваю людей, снующих туда-сюда: вот молодая мама с малышом, она пытается учить его играть в ладушки; бизнесмен в идеальном костюме торопливо печатает что-то в ноутбуке; две девушки постоянно делают селфи и хохочут. Раньше я не замечала таких деталей.

В зале ожидания гулко разносятся обрывки объявлений и приглушённые голоса. Роман сидит через три кресла от меня, хмуро вглядываясь в экран ноутбука. Я же задумчиво смотрю в его сторону, но будто сквозь него, размышляя о том, как я оказалась в этой точке…

Вздрогнув, я выныриваю из своих мыслей, поймав на себе его взгляд. Он смотрит пристально, словно пытается прочесть что-то на моём лице. Неловкость пронзает меня, как тонкая игла. Я поспешно отвожу взгляд, стараясь скрыть смущение за напускным безразличием.

Объявление диктора о начале посадки звучит как спасение.

Мы проходим в самолёт, и стюардесса любезно указывает на наши места. Они, к слову, расположены рядом. Сердце против воли начинает биться быстрее, когда мы занимаем их. Ведь мне предстоит провести почти три часа в замкнутом пространстве с человеком, с которым я предпочла бы лишний раз избегать любого контакта.

Большую часть полёта я провожу, глядя в иллюминатор, стараясь игнорировать присутствие мужчины рядом. Вернее, сам факт этого тесного соседства.

Город внизу становится всё меньше, а облака за окном манят своей белизной.

Я почти физически ощущаю его присутствие рядом – тепло его тела, едва уловимый запах его парфюма. Каждый вздох кажется слишком громким, каждое движение – подозрительным.

– Нравится? – Голос Романа звучит неожиданно, прямо возле моего уха, заставив меня вздрогнуть.

– Что? – Я растерянно оборачиваюсь к нему.

– Ну, там, за бортом, – он усмехается, кивком указывая на иллюминатор.

– Очень, – сухо отвечаю я, вновь отвернувшись к окну, не желая продолжать разговор.

Повисает пауза. Краем глаза вижу, как он откидывается на спинку кресла, ощущаю, как его рука ложится на подлокотник, разделяющий нас. Мне даже кажется, что он тихо усмехается, но я не уверена. Затем, прочистив горло, он произносит то, от чего у меня перехватывает дыхание:

– Тебя без проблем отпустили в поездку? Как муж отреагировал? Кстати, он знает, что твой босс – твой бывший?

Внутри всё холодеет. Он что, совсем что ли?

– Роман Николаевич, вам не кажется, что это личное? – мой голос звучит нарочито спокойно, хотя внутри бушует настоящий хаос.

Я поудобнее устраиваюсь в кресле и тянусь за ремнём безопасности, когда загорается табло, рекомендующее это сделать.

– Личные дела сотрудников надо внимательнее читать. У меня нет мужа…

После этих слов я вскидываю взгляд, повернувшись к нему. Хочу увидеть замешательство, смущение, что угодно, кроме удивления.

Он смотрит на меня, приподняв бровь, и в его взгляде читается что-то вроде… любопытства?

– Правда? – тянет он, словно пробует на вкус эту информацию. – Интересно. Полагаю, не сошлись характерами? – продолжает с нескрываемой иронией.

Я чувствую, как к щекам приливает кровь. Это наглое панибратство в его исполнении кажется совершенно неуместным, особенно учитывая, что мы находимся в служебной командировке.

– Это не ваше дело, Роман Николаевич, – отрезаю я, стараясь сохранять дистанцию в голосе. – И я бы предпочла, чтобы мы обсудили рабочие вопросы, а не мою личную жизнь.

Он снова усмехается, и эта ухмылка начинает меня раздражать.

– Как скажешь, – соглашается он, поднимая руки в примирительном жесте. – Тогда давай поговорим о работе. Например, о том, успела ли ты вчера доделать презентацию…

Я облегчённо выдыхаю. Наконец-то.

Погружаюсь в обсуждение рабочих вопросов, в общих чертах обрисовав суть той самой презентации.

Наконец самолет начинает снижение. Земля приближается, и вместе с ней – предчувствие чего-то нового, неизведанного. Калининград встречает нас хмурым небом и прохладным ветром.

Глава 10. Роман

У меня нет мужа.

Эти слова прозвучали как выстрел. Прямо в живот. Аж скрутило, зараза. Не от радости, нет. От злости, от какой-то дикой, неконтролируемой ярости, которая клокотала внутри.

Развелась, значит.

А пять лет назад куда торопилась? Выскочила замуж за этого… «папика»! Чего ей тогда не хватало? Денег? Я бы обеспечил её не хуже. Верности? В этом она могла быть уверена. С тех пор как она согласилась быть моей, для меня просто не существовало других девушек. Отказалась от меня, исчезала и счастлива была всё это время. Наверное…

И что теперь? Стоило ли оно того?

Всю дорогу от аэропорта до отеля я молчу. Катя сидит рядом, устремив взгляд в окно, делает вид, что ей всё равно.

Да плевать мне на неё! Нужно сосредоточиться на работе. Клиенты ждут, сделки не заключатся сами собой.

Мы размещаемся в отеле, расположенный в центре города. Номер у меня отдельный, несмежный, что не может не радовать. Я удивляюсь, когда понимаю, что Катя себе забронировала этажом ниже. Зачем? Почему не рядом? Она меня избегает? Или боится? В голове неиссякаемый поток вопросов. Ухмыляюсь сам себе.

В лифте мы поднимаемся вместе. Напряжение ощущается физически. В тесном пространстве мы стараемся избегать зрительного контакта, но наши взгляды то и дело невольно встречаются.

– Катерина, отдохни пару часов, – бросаю сухо. – Буду ждать тебя в шесть в холле. И не задерживайся, пожалуйста, – добавляю, вскидывая руку, чтобы прикинуть, сколько у нас есть времени.

– Разумеется, Роман Николаевич. Не сто́ит волноваться, – отвечает она с той же сдержанной учтивостью. – В шесть, значит, в шесть. Буду вовремя. Кто я такая, чтобы тратить драгоценное время? – язвит чертовка.

– Прекрасно, – отвечаю я, стараясь скрыть бушующие внутри эмоции. – Надеюсь, ты осознаёшь, насколько высоки ставки. Поэтому постарайся хорошо отдохнуть.

Вечерняя встреча с клиентами проходит на удивление гладко. Презентация, подготовленная Катей, была безупречной. Понятной. Лаконичной. Она вообще молодец, когда дело касается работы. Справляется. Иначе бы испытательный срок закончился раньше.

Кому ты лечишь, Ромыч?! Веду внутренний монолог. Никуда бы ты её не отпустил. Увидел и пропал…

Сидит такая, улыбается, внимательно слушает, делает пометки. Ангел во плоти, не иначе. Разумеется, мужчины не могут не заметить её привлекательности. Улыбаются в ответ, пожирая взглядом. Я их понимаю, как мужик, но не одобряю. Какого хрена?

Позже, когда выходим на улицу, чтобы проводить клиентов и вдохнуть свежего морского воздуха, оставшись вдвоём, мы молчим, думая каждый о своём. И я снова чувствую это… притяжение, что ли?

Бесит!

– Отличная работа, Екатерина, – говорю нарочито официально. – Завтра повторим, надеюсь, с таким же успехом.

– Спасибо, Роман Николаевич, – отвечает она, и взгляд её… да что с ней не так? Будто заглядывает в душу, ищет что-то. – Всегда рада помочь. Главное, чтобы результат был положительным.

– Результат, безусловно, важен, – киваю. – Но и командная работа имеет значение. И здесь, надо признать, ты отлично справилась с поставленной задачей.

Её губы трогает едва заметная улыбка.

– Рада стараться. Для компании, – подчёркивает она последнее слово.

Чёрт бы её побрал! Ни шагу в сторону личного. Только работа.

К вечеру я буквально валюсь с ног. Усталость накопилась такая, будто не спал несколько суток. Катя выглядит бодрой, как будто и не провела весь день в переговорах. Не понимаю, как ей это удаётся.

В номере я наливаю себе виски. Двойную порцию. Чтобы не думать. Чтобы выкинуть её из головы. Но куда там! Перед глазами снова и снова всплывает её лицо. Пять лет назад. Юная, влюблённая, моя Катя. А потом – бац! – и всё кончено. Без объяснений. Без прощания. Хоть бы сообщение написала… Она его написала, но позднее, когда я узнал, что она вышла замуж.

Я ей написал, будучи не совсем трезвым: "Почему?"

А в ответ лишь получил: "Так надо".

Сообщение я тогда оставил без ответа, не понимая, как расценивать его.

Я залпом выпиваю виски. Не помогает. Нужно что-то делать. Хоть пробежку по ночному городу устроить, лишь бы не сидеть и не думать о ней. О её разводе. О том, что, возможно, она свободна. А может, и нет. Может, у неё уже кто-то есть. И меня это вообще не должно волновать!

На следующий день встречи идут одна за другой. Я стараюсь быть сосредоточенным, профессиональным, не показывать ни малейшей запинки. Только работа. Только сделки. Но краем глаза постоянно ловлю её взгляд. Иногда – настороженный, иногда – оценивающий, иногда – просто пустой. О чём она думает?

Кстати, Катя приятно удивила не только меня, но и, как я заметил, многих присутствующих. Во время обсуждения договора возникла необходимость в срочном переводе небольшого фрагмента с французского языка на русский. Катя справилась с этой задачей моментально. Неужели она владеет французским? Какое удачное совпадение! Мне как раз в следующем месяце потребуются услуги переводчика. Что ж, одним выстрелом можно убить двух зайцев: больше не нужно прочёсывать интернет в поисках подходящего переводчика. И конечно же, это прекрасный повод максимально задействовать Тихомирову.

В голове моментально созревает план, вырисовывая шаг за шагом предложение, перед которым у неё просто не останется выбора…

Похоже, я определённо мазохист…

Глава 11. Катя

Ополоснув тело прохладной водой для контраста, чтобы охладить распаренное тело после длительного пребывания под струями воды, я выключаю её и выхожу из душевой кабинки. Телефон, лежащий в номере отеля, беспрестанно сигналит о новом сообщении. Накинув махровый халат и мельком взглянув в зеркало, озадаченно иду на звук.

Кому я понадобилась?

Гаджет лежит на журнальном столике рядом с открытым ноутбуком, где открыта страничка известного маркетплейса. Я потратила кучу времени, чтобы выбрать платье на вечер. Нас сегодня пригласили на празднование юбилея компании, с которой мы как раз заключили выгодный контракт. Хоть меня и не прельщает быть спутницей Ромы, раз уж я иду, то собираюсь провести время с пользой: на людей посмотреть, да себя показать. И наряд я для этого выбрала подходящий. Надеюсь, с размером угадала.

В статусе заказа: товар собирается. Обещают, что курьер будет вовремя.

Телефон снова пиликает. Беру его и активирую экран.

Тихомиров… В своём репертуаре.

«Ты где шарахаешься?»

«Почему тебя нет дома?»

«Мне нужно получить доступ к сейфу…» «Молчишь...»

«Пеняй на себя…» И всё в таком духе. Я стараюсь не реагировать, но всем телом чувствую, как внутри меня расцветает паника. Меня бросает в жар, пульс можно даже не мерить, я и так знаю, что у меня тахикардия. Понимаю, что, когда вернусь в город, встречи с бывшим мужем не избежать. Я знала, что у него есть сейф, но никогда не интересовалась делами Руслана, и пароль от сейфа я не знаю. Не думаю, что бывший муж мне его скажет.

Остаться с ним наедине в квартире – перспектива меня не радует. Лену позову. Ну что он сделает при свидетелях?

«Перестань меня доставать. Я не в городе».

Отправляю сообщение с надеждой, что отстанет. Но точки на экране начинают бегать.

«*люха».

Ничего удивительного. Другого я от него и не ожидала. Вскоре приезжает курьер. Я к этому моменту как раз заканчиваю с макияжем и причёской. Так как Калининград находится на берегу залива, ветра там – частое явление. Сегодня как раз тот день, когда на улице достаточно ветрено. Поэтому я собираю волосы на затылке, оставляя сзади распущенные пряди, струящиеся по спине, лопаткам.

Платье оказывается по размеру. Изумрудного цвета. Так идёт моим голубым глазам. Оно до колена, сдержанного кроя, с открытыми плечами. Стройный силуэт, блеск ткани, уверенная улыбка – вот что я вижу в зеркале.

Мне нравится. Провожу руками по платью, и чувства радости и предвкушения переполняют меня. Выудив из пакета красную помаду классического оттенка, которую я тоже заказала вместе с платьем и обувью, наношу на губы, отмечая, как хорошо она ложится. Делаю жест губами для растушёвки помады, понимаю, что мне идёт этот цвет.

Для меня сегодняшний лук вообще не свойственен. Я никогда не выглядела так эффектно. И, признаю́сь честно, мне безумно нравится.

Передвигаюсь в прихожую номера, чтобы достать из шкафа тонкий кардиган с поясом и босоножки на танкетке с ремешками.

Держа в руке обувь, слышу, как в дверь стучатся. Твёрдо, коротко. Открываю дверь и замираю на месте. Передо мной стоит Рома, криво улыбается.

– Рома… н… Николаевич?

Его взгляд скользит по мне. По лицу, причёске, плечам. Его пристальный осмотр заставляет меня вспыхнуть и покрыться мурашками от движения воздуха из коридора.

Он всё это делает молча, осматривая меня с головы до ног.

Я делаю то же самое, отмечая его внешний вид. Он выглядит потрясающе. Сильный, успешный, красивый. Рома стал мужественнее, взрослее. Его спортивное тело говорит, что он много уделяет времени данному вопросу.

– Привет, – он расслабленно улыбается.

– Виделись утром, – бросаю ему, пытаясь унять нарастающее волнение.

– Я пройду, – не спрашивая, а утверждая, делает шаг в мой номер.

Я на автомате отодвигаюсь в сторону, роняя босоножки на пуф, иначе я столкнусь с Букреевым лицом к лицу. А я не готова к такому контакту. Достаточно того, что мы одни в номере. За какие-то секунды помещение заполняется его энергетикой сексуального, уверенного в себе мужчины. – Я тебя не приглашала. Но тебя, я вижу, это не волнует, – говорю, следя за движениями Ромы.

– Покажешь свой номер?

Я невольно смотрю на его губы, мощную шею.

– План номера есть на сайте отеля.

– Я предпочитаю экскурсии с гидом.

Он стреляет в меня игривым взглядом, открыто забавляясь моей реакцией.

– Ко мне запись на неделю вперёд, – парирую я, сложив руки на груди. – Для тебя – на десятки лет…

– Даже так?

– Угу…

Он ничего не отвечает, осматриваясь вокруг, бросая взгляд на кровать. А на ней – моё нижнее бельё, которое я не выбрала. Рома задерживает взгляд на нём, я вижу, как он сглатывает, и его кадык дёргается. Я же в это время от неловкости готова сквозь землю провалиться. Я смущена, моё лицо пылает. Босс медленно поворачивается, и я вижу даже на расстоянии, как его взгляд темнеет и буквально прожигает меня насквозь. Дальше происходит что-то необъяснимое. Он начинает идти на меня, мелкой поступью, держа меня на прицеле своих глаз. Инстинктивно делаю шаг назад. Потом ещё. И ещё, пока не упираюсь в стену. Выставляю руки вперёд, упираясь в его мощную грудь, чтобы он не подходил ближе. Но он давит на мои руки, и они сгибаются под его тяжестью. Меня трясёт, глаза хаотично носятся по его лицу, пытаюсь понять, что он задумал?