Текст книги "Дева-Смерть (СИ)"
Автор книги: Ольга Ружникова
сообщить о нарушении
Текущая страница: 12 (всего у книги 13 страниц)
Стало тоскливо. Настолько, что Ревинтер пожалел даже об Эрике. О том, кем тот был когда-то. Когда еще запросто предлагал вместе выпить.
Сейчас не разбирающийся в политике министр точно бы согласился.
Имя Валериана Мальзери он встретил с непроницаемой рожей. Проигрывать тоже надо уметь. Этому научил еще мрачный Ауэнт.
Старый враг вовремя скрылся, переждал безопасное время, а теперь всплыл. И кто бы сомневался?
Хорошо хоть сюда пока не явился. Готовит торжественный выход на следующий совет, можно не сомневаться. Или на грядущий бал.
– Надеюсь, вы сработаетесь даже лучше, чем в прежние времена. С королями-идиотами покончено. Теперь трон занимаюя́, и всё изменилось. К лучшему для этой страны.
– Ваше Величество. – Тенмар и впрямь чуть усмехается. Как Всеслав и Эрик – во времена уже полузабытые. Это у всех вояк – общее? – Вчера я подал прошение. И был бы счастлив услышать на него ответ.
В голосе маршала правда – скрытая угроза? Пожалуй, новорожденный сын тихони Алисы на Золотом престоле – всё вероятнее и вероятнее. Малыш, играющий в солдатики. Еще долгие-долгие годы.
Пост доброго дяди Регента Ревинтер даже готов уступить Тенмару. Кому же править, как ни настоящему королевскому дяде? С кем вполне можно договориться – жизнь это доказала. Всё познается в сравнении. Для обоих.
– Вы забываетесь, Тенмар. – Вот теперь новый король едва сдерживается. Опять. – Если осмеливаетесь просить за труса и изменника.
– Наоборот, у меня великолепная память. – А вот в тоне нового Дракона – огонь и лед. Сплавились. – Я помню, что маршал Лойварэ отказался служить узурпатору Эрику Ормхеймскому. Вряд ли это можно счесть трусостью.
– И оставил государственную границу с Квириной без защиты?
– Нет, Ваше Величество. Только ее небольшой участок. Чтобы избегнуть смерти от рук посланцев узурпатора. Мне известно, что маршал Лойварэ шел на соединение с нашими войсками.
– И, конечно же, разминулся, – усмехнулся Виктор Первый. – Случайно.
– Ваше Величество, напоминаю вам, что генерал Аллен…
– Присягал каждому из королей. Что ж, он верно служил хотя бы короне. Хорошо, только ради вас, Тенмар. Я помилую Лойварэ. Сохраню этому трусу свободу. И даже дам ему шанс проявить себя. У нас есть многотысячная армия, ее нужно занять делом. Вот эту квиринскую орду он и поведет на Бьёрнланд.
– Ваше Величество, я собирался взять эту обязанность на себя.
– Вы нужны мне здесь, Тенмар. Кто-то ведь должен держать в узде только что перековавшихся эриковцев. Не Аллену же ими командовать.
Это точно. Вот только Аллена в связке с Мальзери Ревинтеру в Лютене и не достает. При нынешней королевской любви конкретно к нему.
Но Лойварэ? Как раз он – то, чем Виктор Вальданэ обозвал Тенмара.
Хороший вояка. Не больше и не меньше. Имел дело только с дисциплинированной армией. Не со вчерашней разномастной ордой.
– Если мне будет позволено сказать, Ваше Величество, – маршал чеканит слова, – на Бьёрнланд лучше направить смешанный состав армии. И возглавить их все-таки мне.
– Тенмар, не городите ерунду! – заорал Виктор… и тут же умолк. Конечно. С полководцем приходится церемониться. Это у министров нет под рукой армии. – Людей Эрика нельзя отправлять на северную границу. Там они немедленно переметнутся к северянам.
– Ваше Величество, я вел квиринскую армию через всю Квирину. И они никуда не переметнулись.
– Тенмар, я здесь король или кто? – прошипел монарх. Все-таки сорвался и с маршалом. – Меня вообще собираются слушать? Напоминаю: я – не Карл. Не недоумок и не слабак. Лойварэ поведет ваших уже дисциплинированных людей на Бьёрнланд и Ормхейм. А вы тем временем сколотите из эриковцев нормальную армию.
– Это будет нетрудно. Они прежде уже были нормальной армией.
– Не перебивайте меня! Я сказал, что вы вернете им дисциплину. Чтобы они в любой момент могли отразить атаку Мидантии.
– С Мидантией у Эвитана мирный договор на ближайшие десять лет.
– Тенмар, вы доверчивы, как ребенок. Интриган Евгений использовал вас, чтобы в Эвитане началось безвластие. Этого не случилось, Золотой трон занял законный король. Но не верьте, что чужой монарх может желать Эвитану добра.
– Может – пока у нас общие цели.
– Вы не можете их знать. Вы не можете знать, не служит ли ваш хваленый Евгений на самом деле Ормосу. Не служат ли змеи самому Евгению Мидантийскому. Ормхейм и Бьёрнланд охвачены черным безумием. Если Мидантия с ними соединится, мы должны быть готовы дать отпор.
Что-то разумное в его словах есть – без сомнения. Еще бы в них было поменьше самомнения. И неблагодарности.
Но Ревинтер сейчас промолчит. Потому что Тенмар нужен ему в Лютене, а не на границе с Бьёрнландом.
– Ваше Величество, у меня еще одна просьба.
– Не многовато ли их у вас, Тенмар? – надменно вопросил великий правитель.
Об этом маршал с Ревинтером договорились заранее. Потому что последнего слушал тогда еще не свихнувшийся Эрик, а не Виктор Вальданэ. Этот канцлера только терпит.
– В самый раз, Ваше Величество. Казна пуста.
Тенмар все-таки поднял тему. Хоть и не дождался поддержки в своей просьбе.
– Я уверен, подданные сочтут за честь помочь своему законному королю, – надменно вскинул чеканный подбородок Виктор.
Евгения Мидатийского Ревинтер не видел. Но, судя по всему, Барс за него правит неплохо. Увы, юный Вальданэ такой чести никому не предоставит.
– Их понятия о чести могут расходиться с нашими, Ваше Величество, – даже не улыбнулся Тенмар.
– Тогда они умрут, – величественно изрек достойный наследник Фредерика Юбочника. И не только его. – За измену своему королю.
– Ваше Величество, есть иные пути решить нашу проблему. Без массовых казней.
– Так говорите, Тенмар. Не тратьте попусту мое время.
– Уменьшите пошлины для купцов. Вдвое.
– Ни за что. Не вы ли заявили, что королевская казна и так пуста?
– Она наполнится, когда в Эвитан вернется торговля.
– Так займитесь этим, Тенмар. Вместе с Ревинтером. Не теряйте времени на болтовню. Делайте, что хотите, но чтобы казна наполнилась. А что касается вас, Ревинтер, – надменно взглянул Виктор Вальданэ на него. – Вы служили узурпатору. И предали даже его. На вашем месте я бы сделал всё, чтобы доказать свою полезность. И верность.
Многократный предатель покорно склонил полуседую голову:
– Я постараюсь, Ваше Величество.
Доказать полезность своим интересам. И даже своей стране. Раз уж всё опять совпало.
И зачем все деяния идиота Карла не были отменены скопом? Да еще и вместе с Указом о Престолонаследии. У нас и сейчас действовал бы разумный древний закон о двадцати пяти королевских годах.
– Докажите, что вы – лучший, Ревинтер. Потому что никто другой служить мне не будет. Тенмар, еще один вопрос. Ваша кузина, баронесса Тереза Гамэль…
– Достаточно пострадала, Ваше Величество.
– Недостаточно. Она служила узурпатору после того, как он убил ее родных. На глазах у всех. И не сделала ничего, чтобы его уничтожить…
– Сделала.
– Этого недостаточно. Ваша другая кузина, Ирэн… графиня Ирия Таррент и впрямь искупила свое распутство. И потому ей позволено вернуться в свет. Но не Терезе. И не Алисе.
– Графиня Алиса Марэ уж точно не сама избрала себе мужа. И никогда не называла себя королевой.
– И потому ей будет позволено удалиться в любой монастырь – по ее выбору. Ее дитя воспитаете вы. Как родной дядя.
И этот вспомнил о дядях, забавно. Но если с Алисой всё ясно, чего он опасается с Терезой? Ее беременности от Эрика?
– Но вот Тереза Гамэль должна послужить торжеству справедливости. Я сам выберу для нее монастырь – с наиболее строгим уставом. И келью, где она будет заточена – до конца ее преступных дней… Что касается других сектанток, служивших жрецам…
Виктор схватился за щеку. Краснеющую на глазах.
– Вы в своем уме, Тенмар⁈
– Уж точно больше, чем вы. Только попробуйте тронуть Терезу, Алису или любую другую из и без того пострадавших женщин. Хотите быть разумным королем – будьте им, Виктор. Но рехнувшихся самодуров в Эвитане было довольно и без вас. И впредь не будет. Это моя страна. И мои родственницы. Честь имею.
Анри Тенмар развернулся на каблуках и вышел. Не хуже Всеслава – в прежние времена. Осталось только отделить еще и Тенмар и заключить союз с Мидантией. Новому королю Тенмара разумный министр не нужен?
– Я вас не отпускал. – А вот тон мальчишке уже удается.
Только не на того напал.
Не на тех.
– А я вас не спрашивал, – равнодушно бросил Тенмар в дверях. И захлопнул их.
Эрик с Карлом вел себя не почтительнее, но был урожденным принцем. А сопляк Карл – еще не правителем.
Кликнет стражу? А та послушается? Служат ли Виктору Вальданэ самоубийцы?
И является ли таковым он сам, чтобы избавиться сейчас от маршала?
– Ревинтер.
– Я здесь, Ваше Величество, – почтительно склонил многострадальную голову министр.
Вот так и начинаешь чувствовать себя Груаром при Эрике.
– Вас здесь нет, – прошипел Виктор. – И вы ничего не видели.
Значит, наглому Тенмару ничего и не будет. По крайней мере, официально.
Во дворе Ревинтер догнать вспылившего маршала не успел. Там уже топтался по примятому снежку юный друг Роджера – Серж Кридель. Ждал. Не Ревинтера. Зачем ему просто умный союзник сестрички – графини Ирии, если есть встревоженный любовник?
И Анри Тенмар немедленно галопом понесся к особняку Ильдани. И не удобной карете Ревинтера гоняться за диким «илладийцем».
А вот лекаря стоит туда послать. Ирэн нужна живой, как воздух. Кому еще можно доверить присмотр за драгоценной Алисой? И ее новорожденным сыном.
Жаль, пока не удалось найти никого лучше старины Груара. Но, кажется, Ревинтера начинает тошнить от слова «лучший».
Вот так и начинаешь ценить простые усердие и… порядочность. Наверное, Бертольд стареет.
[1] Мельница.
Глава 9
Глава девятая.
Эвитан, Лютена.
1
Больно!
Дикий огонь из самого Пекла невыносимо жжет руку! Левую. Но ее тоже жалко. Да и драться Ирия училась обеими. Благодаря непобедимому Ральфу Тенмару.
Драконья племянница бешено дернулась, выдираясь из жесткой хватки. Не вышло! Значит, нужно извернуться и вцепиться зубами…
– Ири, тише! Возвращайся…
Голос истинного Дракона – Анри – как путеводная нить. Или крепкая веревка. Режет слишком слабые руки и тянет наверх. Сквозь белоснежный туман, заметающий старый погост…
Вытянула! Только руку жжет по-прежнему.
Нет серого тумана, и саванной метели нет. И даже родного потолка над головой толком не видно. Ни древнего, сводчатого, ни родного – в новом особняке. Даже его уйма знакомых лиц закрывает. Как они еще не столкнулись?
Бледноватый Серж. Куда менее испуганная Тереза. Почти спокойный Анри.
Ладно хоть Алису не притащили. Но и то лишь потому, что наверняка Анри распорядился. А прежде – может, здесь она и была?
Одни просветы – из-за чужих встревоженных голов. Точнее, родных.
Просветы белые – высокого потолка и окна, золотистые – портьеры. Слишком мало золота. И просто давит тоскливый цвет савана и погоста. И еще слепящей чистоты, но видно кое-кто тут недостаточно чист.
Свечи тоже золотые, но им не перешибить невыносимой белизны! А теплый камин – слишком далеко. Его не видно. Совсем.
– Окно… занавесьте… – зажмурилась Ирия. – Слишком много белого!
Серж и Тереза торопливо кинулись наперегонки. Чуть не столкнулись. А Анри только попытался заслонить белизну собой. И быстро потянулся к фляге. Правой рукой. Левую ему сейчас не сдвинуть.
Как и Ирии.
А пока теплая портьера не затянула жуткое окно, смотреть лучше на уютный камин. На догорающие угли. Их как раз теперь можно хорошо разглядеть…
А бедную руку так жжет, потому что кровь к крови. Горячую к остывающей. Рана к ране. Анри вскрыл им обоим шрамы, поставленные в ночном шатре. Тогда, на предзимнем пороге еще не взятой Лютены. Еще не сданной добровольно.
Знакомая фляга – у самого запекшегося рта. То, что нужно. Крепкое вино на травах?
Ирия крепко подхватила теплую флягу. На это она еще годится. Драконья племянница вполне способна удержать в руках… в одной руке крепкое пойло… то есть выдержанное полынное вино. По тайному рецепту покойного дяди.
Точно – оно. И теплая рука Анри поддерживает повыше мягкую подушку. Правая.
А вино – будто подогрето, но это вряд ли. Просто не успело остыть. Ехало за пазухой?
Тепло разливается по застывшим жилам, отступает трясущая паника… и наползает жгучий стыд. Чего разоралась-то? Ну, почти.
Подумаешь – белый снег. Этак можно решить, будто Ирию затопил зимний Альварен. И куда-то плывут портреты – под безмолвно-ярким узором древних созвездий.
Или того хуже – что змеи приползли обратно.
Будто не в Лиаре родилась. Там этот снег лежит – почти полгода.
А еще кто-то когда-то грезил о совсем уж северном Словеоне… Там и камины не помогают – огромные печи нужны. В полстены.
Анри отстраняется, молча перевязывает Ирии руку. Мог бы не стараться – кровь уже не течет. Как и у него самого.
– Анри, поговорить нужно…
– Да что с тобой было? – не выдержала Тереза. – Мы же…
Победили, ясно. Всё позади. Только почему тогда Дева-Смерть здесь?
– Да – «мы же», – вымученно улыбнулась Ирия.
– Ирэн, ты провалялась без чувств три часа! Ты это понимаешь? Между прочим, сюда спешат еще и твоя сестра с Роджером Ревинтером. Вот-вот будут на пороге. Ты перепугала всех. В том числе свою Мари и еле живую Алису. У кузины-то три упитанных кормилицы, но вот если у Мари молоко пропадет… Сама тогда станешь уговаривать…
– У кого молоко пропадет? – выдавила Ирия. Слабо-слабо.
Аж Серж склонился ниже некуда. Чуть Анри не сдвинул в сторону.
И Терезе-то плевать, кто тут и зачем руки режет. Не такого насмотрелась. А вот брат – даже чуть-чуть зеленоватый. Но стерпел – не вмешался. Молодец. Все-таки на войне побывать успел. В Квирине.
– Ты свалилась в обморок, увидев свою пропавшую служанку. Если от радости, то я чего-то не понимаю. Теперь придется просить Алису поделиться кормилицей. А там такие наглые тетки с претензиями… После принцессы – и служить горничной.
Могла ли прежняя Тереза еще год назад так выражаться?
– Надо написать моему отцу, – подал свежую идею Серж. Уже успокоился. – Он пришлет. Ему всегда служат только хорошие люди.
И прибудут сюда они мгновенно. Как недавно армия Анри.
– Мари жива⁈ – невежливо перебила Ирия. Потому как опомнилась.
– Еще как, – усмехнулась Тереза.
Может, спросить, не жив ли заодно давно покойный михаилит? Нет, не стоит. Даже у Анри. Зачем его лишний раз не пугать, так расстраивать?
2
Итак, Бьёрнланд и Ормхейм объединились и объявили войну Эвитану. Значит ли это, что там у власти змеепоклонники? Культ проклятого полудохлого Ормоса.
Слишком много свежих новостей для больной головы. Даже если одна из пышного веера – хорошая. Потерянная Мари нашлась. И не одна, а с маленьким сыном. Живая, здоровая.
А еще – рядом Анри. Хоть ему и не следует здесь быть. И не из-за грызенных голодной молью правил приличия. Кому они теперь нужны?
Просто пока Ирия отдыхала и отсыпалась, кое-кому это не светило. Судя по привычным черным кругам вокруг его глаз.
И как все-таки хорошо, что рядом больше нет никого. Пожалуй, Ирия готова сейчас увидеть только родных сестер. Но Иден не в Лютене, а Эйда еще в пути. Вот-вот прибудет. И нужно успеть до ее приезда переговорить с Анри о самом важном. Наедине. Чтобы не волновать сестру. И не пугать ее.
– Мой дядя тебе писал? Подробнее, чем мне?
Анри кивнул. Да, заботливый дядя Ив ему писал. Что родовое поместье разорено жадными людьми покойного узурпатора. И у Ива Криделя нет ни минутки свободной, чтобы вырваться в освобожденную Лютену – засвидетельствовать огромное почтение новому королю. Но он настаивает, чтобы единственный сын вернулся как можно скорее. Помочь с делами уже немолодому отцу.
А еще Ив Кридель в самое ближайшее время отправит почтенную дуэнью для незамужней племянницы – Ирии Таррент. Если юная племянница сама не пожелает в самое же ближайшее время отправиться под заботливую опеку к старомодному дяде.
Отлично. Вот уж кого точно теперь недостает – для полного счастья. Кислолицей, чопорной тетки. При которой толком словом ни с кем не перекинешься.
Еще и шпионить на кого-нибудь станет. И вовсе не обязательно на одного дядю Ива.
И зачем «почтенная» дуэнья – при наличии рядом замужней сестры Эйды? А если уж непременно нужен близкий родич мужского пола, то вот он – сводный брат. Даже такой бестолковый, как Серж. А он-то уже точно никуда из свободной Лютены не денется.
Потому как по самые доверчивые уши влюблен в трогательно прелестную жену своего другого брата. Анри Тенмара. Хоть сколько тут строгий отец пиши. Когда это старых родителей предпочитали юным дамам сердца?
Худший тому пример – покойный Леон. Порывистый, честный Серж – совсем другой. Но и речь ведь идет не о жизни и смерти.
Собственный рассказ Ирии Анри выслушал, не перебивая.
– Я уверена, это не просто сон, – вздохнула она. – Анри, я – не паникерша… надеюсь.
– Уверен, что нет, – улыбнулся он.
Просто вокруг очень холодно. Просто Ирия никогда не любила стылую зиму. Даже в родном замке. При живом и еще не отчаявшемся отце.
Просто так хотелось верить, что все жуткие беды уже позади. И теперь наконец можно просто спокойно жить.
– Анри… я понимаю, в это трудно поверить. Но я сама – я, Ирия, Таррент, липовая Ирэн Вегрэ, верю. У меня уже были такие видения. Просто сейчас я не понимаю, как всё это возможно. Что Дева-Смерть имела в виду? Бьёрнланд? Ормхейм?
– Или Эвитан, – закончил Анри. – Я бы предположил нынешний политический расклад… но древней Деве-Смерти нет дела до наших местных дрязг. У нее ведь совсем другая миссия. Других масштабов и значения. А значит, в сухом остатке получаем только тех же черных жрецов. И тогда, если Ормос возрождается в Ормхейме…
– И название-то подходящее, – поежилась Ирия.
Кажется, ей теперь еще холоднее. Зябче. Как в сырой келье амалианского аббатства.
Хоть Драконьей племяннице сюда снесли все ближайшие одеяла. И теплые пледы. И горячее вино.
И рядом верный, проверенный друг.
Видно, черные жрецы всё же добились цели – пусть и частично. Кровь бывшей Розы Тенмара застыла.
– И тогда там нужен я, а не Мишель. При всём моем к нему уважении, он в Квирине не был. Как и в Мэнде.
Ага. Вместо этого только успевал перемещаться вдоль половины Квиринской границы, спасаясь от Эрика. Спасая себя и армию. Пользуясь полным отсутствием вражеских кордонов. Квиринских.
– Но конфликт с королем и война одновременно – смерти подобно, – закончила Ирия. – И что ты станешь делать?
– Как можно подробнее проинструктирую Мишеля, – усмехнулся Анри. – Мы – родня, в конце концов.
Родня? Да, маршал Мишель Лойварэ был женат на старшей сестре Анри. И уже давно вдовец. Любил ли единственную дочь Ральф Тенмар? Он вспоминал только сыновей. И только законных. Прочие дети и внуки были для него разменной монетой.
Но вот Катрин любила дочь точно. И тосковала.
– Отправлю с ним Жана Вальдэна. Он прошел всю Квирину. Заодно под эту лавочку выдам ему дворянство. За заслуги перед отечеством. Тем более, оно парню пригодится. В самое ближайшее время.
– Есть планы? – улыбнулась Ирия. – Личные?
– Еще какие. Планы зовут Терезой Гамэль. Нашей общей кузиной.
Да, у них много общей родни. И кузины, и даже родной брат.
Прежняя баронесса Гамэль не приняла бы руку вчерашнего простолюдина. Но изменилось слишком многое. И многие.
– Попробую ей намекнуть. Когда будущий кавалер Вальдэн получит дворянство.
Не раньше же, в самом деле!
– Получит еще до отъезда. А в идеале, до отъезда нужно устроить и обручение.
Нет, теплых одеял не хватит точно. Вот-вот еще и зубы застучат. Потому что Анри Тенмар сейчас в последнюю очередь должен заниматься чужими любовными проблемами. Он – боевой маршал и военный министр, а не сваха. И действующих войн сейчас тоже хватает.
И уж точно не стал бы настаивать – без веской причины. Что еще сообщил ему новый король?
И не пора ли искать супруга еще и едва овдовевшей Алисе? Как-никак – матери бывшего наследника Золотого престола. Даже если сама кузина никогда не заявляла никаких прав.
Жаль, Алиса не родила девочку. С другой стороны – вряд ли нынешний король совсем не опасается принцессу Жанну?
Почему Ирия не подумала об этом по пути в военный лагерь? По дороге из осени в зиму? Потому что тогда еще не знала, живым ли родился ребенок Алисы? И даже, какого он пола. И даже в голову не пришло спросить у того же михаилита. Уж он-то знал точно.
– Анри, – совсем тихо, в самое ухо шепнула девушка. Как Роджеру – в надежно запертой снаружи келье-камере. По пути в мрачный Ауэнт. Когда в безнадежный плен угодили они оба, а не только Ирия. – Может, лучше, что ты остаешься здесь. Потому что… Дева-Смерть ведь сейчас не в Бьёрнланде. И не в Ормхейме.
3
Новый, еще довольно молодой Ректор Академии Элгэ понравился. По его скромным словам, прежнему пожилому светилу науки он не годится и в подметки. Но того уже не вернешь – спасибо сволочным Гуго и Карлу.
А благородный кардинал Александр отзывался тепло об обоих умницах-профессорах.
Надо будет запомнить, что еще не совсем почтенный Ректор Серж Марлен любит крепкий кемет с восточными травами. И засахаренные сливы. А возможно, еще и другие сласти. Вприкуску с горьким, терпким кеметом.
Истинная королева должна быть приветлива и любезна. И пленять добрые сердца верных подданных. Быстро этому не научишься. Поэтому начинать лучше с тех, кто тебе и впрямь приятен. И с кем интересно самой.
И стоит привлечь к делу покорения сердец и печальную Александру. Жив бедный Вит или нет, но любимая сестра должна не страдать и не заживо хоронить себя, а заняться полезным делом. И более интересным, чем только помощь бедным и обиженным. Алексе всегда нравилось читать. А в какой богатой библиотеке интересных и захватывающих книг точно больше, чем даже в дворцовой? Правильно – там, где их прятали верные ученики, а не сжигали пьяные холуи. По приказу целой чехарды безумных королей-психопатов.
И есть еще на редкость умная и начитанная девушка из окружения тихой принцессы Алисы – Стефани. Хотя бы ради нее стоит провести сегодняшний разговор с вежливым Ректором. Он согласен пойти на некоторые реформы. Недостает лишь королевской воли. А Виктор в таком точно не откажет. Кармэн ведь тоже об этом мечтала. И для себя, и для любимой дочери, и для воспитанниц.
И виконт Николс, он же Роджер Ревинтер, подавал недавно сразу два прошения. От имени своей жены Эйды и ее сестры, графини Ирии Таррент. За себя и лучшего друга Сержа он подал еще раньше.
Дверь в новый кабинет Элгэ распахнулась резко. Вызвала даже невольную улыбку. Горячий Виктор совсем не изменился. Он и прежде не раз отвлекал слишком серьезную подругу от книг самым разным образом. И всегда – веселым.
– Элгэ, какого змея⁈ – заорал любящий супруг с порога. Растрепанный камзол, багровый фингал в пол-лица.
– В чём дело? – она даже не приподнялась с места. Только тонкую темную бровь изогнула. Одну.
На будущее романтичное свидание это похоже не больше, чем жирный принц Гуго – на достойного короля. И приятного кавалера.
И разве рабочий кабинет – не личное пространство? И… Виктор что, пьян?
– Это правда, Элгэ? – И что с его лицом? С кем он подрался? И главное – где? – Ты только что потребовала от Ректора принять в Академию женщин?
– Да, Виктор. К сожалению, пока только дворянского звания. На большее он еще не согласен. Милейший мэтр хоть и не старичок, но вполне себе консервативен.
– Элгэ, ты спятила⁈
Да тише уже!
– Виктор, с меня хватит, – обдала его северным льдом верная супруга. – Думай, что говоришь. В чём дело? Разве это не входило в наши планы? В наши общие планы?
– Элгэ, я думал, ты умнее, – поморщился Виктор. – Мы ведем войну. В том числе, с Мидантией. А эта ядовитая страна стоит на страже древних традиций веками. Ты хочешь, чтобы их карманный Патриарх отлучил нас от церкви, как когда-то – Аравинт? Объявил еретиками? Ты забыла, чем это кончилось для всех нас?
Для Алексы, для Элгэ, для Вита?
А как было сегодня тихо. Только шелест мирных книг и вежливая беседа за вкусным кеметом и сластями. О вечном. Совсем как в старые времена Веселого Двора.
– Виктор, Эвитан раз в пять больше нашего бедного Аравинта. Кто станет его отлучать? И кто пострадает в этом случае – больше всех? Собственные же мидантийские купцы. Мидантия до сих пор не отлучила Квирину, хотя там Змеи на полгода стали официальной религией. А еретиком обозвали самого Патриарха.
– Элгэ, что, все вокруг тупые идиоты, кроме меня? Ни до кого не доходит, что союз Бьёрнланда с Ормхеймом – это план проклятой Мидантии? Интриги змеева Евгения. Стоит нам ввязаться в войну всерьез и оголить южные границы, как эти ядовитые гадины двинут на нас армию. И именно сейчас ты даешь им повод…
– У нас союз с Мидантией, Виктор. Ты забыл?
– Прекрати, Элгэ. Я еще понимаю: Тенмар. Он – ограниченный вояка, дальше собственного носа не видит. В политике он – жалкая тень своего отца. Да тот и сам был из лучших. Но ты-то, ты… После всего, что мы видели и прошли!
– Виктор, если хочешь знать, мои придворные дамы переписываются с мидантийской родней…
Кажется, зря брякнула.
– Кто? – прошипел он. – Говори. Сейчас же. Начала – значит, говори.
Размечтался.
– Виктор, остынь. Лучше приведи себя в порядок. У них и прежде были дамские сплетни в письмах. Раз никто не запрещает межгосударственные браки – разрешена и личная переписка. Особенно женская. Но ты, оказывается, тоже рассказываешь мне не всё. Разве Мидантийская Академия не дозволила прием взрослых дам в число слушательниц? С шестнадцати лет? В том случае, если их мужья, братья или отцы этого не запрещают?
– Неужели ты не понимаешь, что это – очередная провокация? А если даже и нет – глупую ошибку Евгения нужно использовать, а не повторять. Его толкает под руку развратная шлюха Юлиана, на которой он сдуру женился. Прогнав свою скромную, добродетельную супругу. Зато моя любимая жена – истинная добропорядочная дама, пример для всех прочих. Жемчужина в Золотой короне Эвитана.
– Тогда тебе стоило жениться на скромной Элен Контэ. Которую ты прогнал ради… дамы сомнительной репутации, вроде меня. Я – изумруд, а не жемчуг, Виктор. А у этого камня совсем иное значение. Если желаешь – я сегодня же дам тебе развод. Найди себе тихую, добродетельную даму. Сделай ее своей жемчужиной. А с меня довольно было добродетели и ханжества Валериана Мальзери.
– Кстати, стылый герцог – вовсе не дурак, – усмехнулся супруг. – У него есть, чему поучиться. Я вернул ему чин министра. Пусть работает.
– Что? – дрогнула Элгэ.
Уютный кабинет поплыл перед глазами.
– Должен же кто-то противостоять теплому альянсу Тенмара и Ревинтера, – усмехнулся Виктор. – Пока они не прибрали к рукам весь Эвитан. Вместе с якобы тихоней Алисой. И ее не тихоней кузиной – почти откровенной куртизанкой. Переспала со всеми эвитанскими королями и герцогами, кроме Гуго. И ничего – чиста, как первый снег. Еще и замуж выскочит. Выгодно.
Мертвый Юстиниан на черном алтаре. Стылый страх в темной комнате, пропитавший древние камни страх в мрачном змеином подземелье.
Воет, катается по мерзлой земле живой факел.
Сдирает с лица проклятую повязку Диего…
Шепчущие голодные тени выступают из алого сумрака…
'Клятву нарушила ты… – шепчет зеленоглазая девочка…
– Виктор, это не шутка, – прошипела Элгэ. – Ты не можешь простить этого убийцу! Он родного сына принес в жертву. Валериан Мальзери едва не убил меня и Диего, ты забыл?
– Так не убил же. А по поводу его сына, Элгэ, учти на будущее: хорошая жена не упоминает прежних мужей в обществе нынешнего. И не требует от него за них еще и мстить.
– Виктор, ты вообще соображаешь, что сейчас говоришь?
– И хорошая жена не оспаривает волю мужа.
– С меня хватит, Виктор. Это не шутка. Представь, что тебе пришлось бы простить покойного короля Мэнда. Да еще и лицезреть на свободе его рожу – на каждом балу и на каждом совете. Либо ты немедленно прекращаешь вести себя, как последняя скотина, либо королева у тебя будет другая. Элен Контэ, если пожелаешь. Она ждет твоего ребенка. И прибежит к тебе обратно – только позови. А Анри Тенмар бегом даст ей развод – стоит только попросить.
– О да. И помчится к своей кузине-куртизанке. Но в другом ты ошибаешься, любовь моя. Королева у меня будет эта, Элгэ. Потому что ты никогда не получишь развод. Никогда и ни за что. Даже в Мидантии королева не может развестись своей волей. А здесь – не Мидантия, я – не Евгений, и я тебя никуда не отпущу.
– Виктор, очнись! – прошипела Элгэ. – Ты, кажется, забыл, кто я. И что я видела и прошла, как ты любезно упомянул. Попробовав удержать меня силой, ты будешь искать себе новую королеву в Бездне. Потому что отправишься именно туда. Вслед за своими предшественниками. Да, хорошие жены на мужей не покушаются. Но я – плохая. Вспомни о судьбе Поппея. И поразмысли об этом на досуге – прежде чем пытаться превратить меня в худший вариант Элен Контэ. Я соглашалась стать твоей женой и королевой, но не рабыней.
Зачем Элгэ осталась в Эвитане во второй раз? Ничему не научил первый.
– Прости, Элгэ, – вдруг выдохнул Виктор. – Но с твоей Академией сейчас и правда не время. Я не верю Мидантии. И не верю Тенмару, потому что он верит Мидантии. Элгэ, я не умею быть королем. Еще не научился.
Илладийка чуть выдохнула. Чуть. Не до конца.
– Так учись, Виктор. И пока этого не случилось – повремени учить других.
– Я обещаю тебе: Мальзери быстро отправится на покой. Едва перестанет быть мне нужным. Я не могу казнить его сразу после того, как простил. Никто такого не поймет. Но он не доживет до следующего Воцарения Зимы. А книги пусть твои дамы читают прямо во дворце. Здесь их много. Я не против. Ну что, мир?
– Мир, – усмехнулась Элгэ. – Но пока у нас союз даже с Мидантией, самое время начать переговоры со Словеоном. О выдаче пленных.
– Ты права, – усмехнулся в ответ Виктор. – Тебя не зря называли истинной мидантийкой, Элгэ. Какая же ты умница. И хочешь, чтобы я отказался от такой королевы? С тобой мы одолеем всех. Мы вернем Диего, Элгэ. Изменник Всеслав не получит ни Илладэн, ни твоего брата.
– И Октавиана Мальзери вернем. Если мы избавимся от его отца, кому-то нужно передать титул. Октавиан совсем молод. Без ядовитого Валериана эта семья будет нам верна до конца. И по гроб жизни благодарна за прощение.
