Текст книги "Чужая душа - потемки (СИ)"
Автор книги: Ольга Романовская
сообщить о нарушении
Текущая страница: 27 (всего у книги 30 страниц)
Низко опустила голову, чтобы скрыть горькую усмешку. По сравнению с Хендриком это легко: с Лазавем не прожила и дня, он не клялся мне в любви. Общение с демонами и вовсе решит проблему: если там боевые действия, то вздыхать о несчастной любви будет некогда. Как бы выразился в такой ситуации Шкварш?
Задумалась, подбирая подходящее выражение, и не заметила, как подошёл Лазавей. Он остановился вплотную к моим коленям, практически касаясь их, упёрся одной рукой о стену и начал буравить взглядом. Не выдержав такого пристального внимания, подняла голову.
Игра в гляделки длилась минуты две, затем Лазавей выпрямился и заговорил:
– Вам обеим смягчили наказание. Магистр Айв по закону должен был одну уволить, а другую исключить. И там, и там – без права восстановления.
– Вы заступились? – догадалась я.
Магистр кивнул:
– Всё случилось из-за меня, из-за того, что не доглядел. Просто не допускал подобного варианта. А ведь видел, что назревает.
– Мне от вас денег не надо, – вспомнив о штрафе, на одном дыхании выпалила я. – И вы ни в чём не виноваты, просто магистр Тшольке – собственница, а я – дура.
– И ни капли не собственница? – со смешком поинтересовался Лазавей.
Смутившись, уделила пристальное внимание растению в кадке. Сколько там у него листьев? Интересно-то как!
– Значит, прояснить ситуацию до отъезда вы не желаете? – Мне показалось, или в голосе магистра промелькнула обида. – Хорошо, вернёмся к Осунте.
– Хочу! – я аж подпрыгнула в кресле и горящими глазами уставилась на Лазавея. Руки от волнения подрагивали. Мстительно напомнили: – Вы обещали в кабинете ректора.
Магистр вздохнул, привычным нервным жестом накрутил на палец амулет и обошёл по периметру холл.
– Итак, касательно вас. Даже не знаю, что сказать.
– Я вам нравлюсь? Хоть чуть-чуть? – Смелость города берёт, возьмём приступом магистра.
– Нравитесь, – с улыбкой подтвердил Лазавей. – Всегда нравились.
– А Осунта? То есть магистр Тшольке?
Магистр замялся, а потом процедил:
– Любовница. Бывшая. Хотя она считает иначе, вы сами знаете.
Воцарилось неуютное молчание. Лазавей будто досадовал на себя за излишнюю откровенность, а я не знала, как далеко могу зайти в расспросах. Удобно ли интересоваться, какие чувства связывали любовников? Просто постель или нечто другое. Я бы, к примеру, за такой вопрос по лицу стукнула.
– Всё кончено, – обронил магистр.
А? что кончено? Для меня или для Тшольке?
И тут снова пришлось краснеть и мысленно считать подземные ярусы: Лазавей пожелал узнать, что именно испытывала я.
– Нет, то, что бескорыстно, я вижу. Только вариантов-то много, Агния: от банальной постели до любви. Первое, – он на мгновенье задумался, – пожалуй, отметём, иначе бы проделывали разные штучки, вроде упавших книг. Хотя, на празднике святого Йордана вы именно этого хотели. Да-да, Агния, нечего изображать святую невинность! Взрослые люди, говорю, как есть. Итак: влюблённость?
– Я не знаю, где грань между любовью и влюблённостью, – тихо ответила я. – Вы требуете невозможного, допрашиваете, а сами до сих пор не определились, нужны ли вам мои чувства. Магистр Лазавей, скажите, не бойтесь сделать больно, я…
– Не скажу. По-моему, я и так достаточно откровенен. Значит, любовь, – подвёл итог Лазавей и наконец-то сел. Между нами был столик для корреспонденции, расстояние вытянутой руки.
– Да, Эдвин, я люблю вас, – тихо, чтобы не услышал, пробормотала я, а вслух добавила: – Наверное, нам пора?
– Есть ещё пара минут. Боитесь?
Покачала головой. Сейчас нет, страх появится потом, когда створы перехода выбросят нас с Осунтой в самое пекло. Пока же на душе лёгкая грусть, тоска по Марице, друзьям, учёбе… и ему, Лазавею, которого могу больше никогда не увидеть. Вот этого я боюсь.
Магистр взял меня за руку, успокаивающе погладил, заверив, что Тшольке не допустит дурного. Я и так это знала: в трудную минуту она забывала былые обиды. Да и смысл избавляться от меня, когда любимый дал отставку, а сама балансируешь на острие ножа? Уверена, ректор проверит, если вдруг со мной что-то случится.
Лазавей убрал руку и встал. Я тоже поднялась – и оказалась в объятиях магистра. Его губы на краткий миг коснулись моих, и Лазавей отстранился. Я даже не успела запомнить, почувствовать, каково это – целоваться с ним, поэтому решила повторить, повиснув на шее у магистра.
– Тише, вы меня задушите! – ловко вывернувшись, рассмеялся мерзавец. – Я всего лишь пожелал вам доброго пути. А вот если вы начнёте отвечать, то так никуда и не уедете. Осунта заждалась, Агния, пойдёмте.
Гадая, что скрывается за этим поцелуем, последовала за магистром. Ничего, вернусь от демонов, разберусь. Или прямо сейчас проверю:
– Скажите, можно мне вас называть вас по имени? Не на людях, разумеется.
– Можно, – кивнул Лазавей. – Ничего не имею против. Только не надо душиться теми приторными духами: у меня голова от них болит. Вообще ничем не надо: я и так вас, Агния, прекрасно чувствую.
Светясь от счастья, я готова была в тот миг отправиться хоть в гости к Первосвященнику.
Глава 26
Не знаешь, что делать? – Делай что-нибудь, и ответы придут…
Игорь Герасимов
Да, определённо, в хорошие места не ссылают, особенно вместе с Осунтой Тшольке. Хорошо, хоть в этот раз перебросили с вещами, а дочка не грудной младенец. Но если дальше так пойдёт, то Марица забудет, как выглядит её мама. Вернусь как-то домой, а меня тётей величают. Или дядей, если Светана с Лаэртом пошутят.
Потёрла виски и поправила давившую на шею сумку: она была тяжёлой и при падении сработала якорем. Лазавей не виноват, это я на ногах не устояла в безвоздушном невесть где.
Тшольке стояла рядом, собирала вещи: она зачем-то взяла целых три сумки. В одной, положим, еда, во второй – одежда, но третья-то для чего?
Холодно и снежно. Весна в эти края и не собиралась, солнце не грело. В Вышграде-то уже пригревает, а здесь – холод вековечный. Какой из этого следует вывод? Что мы на севере. Уж не в тех ли пустошах, куда сослали Магнуса? Горы, вроде, на горизонте есть, неясная дымка, но контуры читаются. Ох, что-то мне уже страшно!
– Ну, что расселась? Транспорта не будет, нужно топать на своих двоих, – Тшольке закинула по сумке на плечо, а третью подняла и привязала к себе магией.
– Далеко идти? – поднялась на колени, вытряхнула снег из-под воротника.
– Версты три, – пожала плечами Осунта. – Эдвин… – она на мгновенье замолчала и прикусила губу. – Магистр Лазавей вычислил примерную точку переноса, но, видимо, маги ушли. Ладно, сейчас свяжемся, узнаем.
Тшольке отвернулась, подняла ворот полушубка и вытащила амулет. После короткого разговора, состоящего из односложных фраз, она указала рукой направление и велела сотворить хоть какую-то защиту:
– Дырявое решёто тоже сойдёт. Глазками не хлопай, это не академический парк, а дикая природа, где разные твари водятся. Твоя задача убежать от них до того, как сожрут.
Обнадёживающее начало, нечего сказать! Я как-то только на демонов рассчитывала, а не на коллекцию по демонологии.
Идти пришлось долго, сражаясь с сугробами и лёгким ветерком, румянившим щёки. Осунта намеренно всё прибавляла и прибавляла шаг, надеясь, что я отстану, но не на ту напала. Вижу же, что самой тяжело, но упрямая, хочет хоть в мелочах, но напакостить. Оно и понятно: мстит счастливой сопернице. Задумалась: а счастливой ли? Лазавей не сказал, что любит, даже не поцеловал толком. Тшольке же могла расплакаться оттого, что магистр её отругал, разрушил мечты о свадьбе.
Наконец показался частокол из острых кольев.
Я кожей ощутила магию: покалывало так, что от боли сводило зубы. Пришлось потянуться к собственному дару, чтобы перестать ощущать чужой.
– Ты помалкивай, – обернулась ко мне Тшольке. – Твоё дело – переводить с демонического. Учти, я не собираюсь собирать тебя по частям и нести ответственность за твои проделки тоже не стану. К слову, – Осунта прищурилась и перешла на свистящий шёпот, – личико тебе я за олифу попортила. Здесь Эдвина нет, магистра Айва и твоего папочки тоже, так что думай, что делаешь.
– Вам же запретят преподавать, выгонят из Академии, – я невинно хлопала глазами. – И ничего ни о какой олифе я не знаю…
– Знаешь, гадина. Чужое взяла – и глазками хлопаешь. Ладно, вперёд!
Да, работка выйдет весёлой. Дожить бы до её окончания!
Полевой лагерь магов подтвердил, что занесло нас туда, куда Макар телят не гонял, но почему-то именно здесь собираются знакомые люди. Во всяком случае, встрёпанная голова Магнуса была мне знакома во всех вариантах. Не думала, что когда-то обрадуюсь пытавшемуся некогда изнасиловать меня некроманту, но, во-первых, тот давно осознал всю тяжесть поступка, а, во-вторых, лишняя защита от Тшольке не помешает.
– Агния? – глаза Магнуса напоминали два блюдца. Точно также я смотрела на магические формулы.
Кивнула и поздоровалась. Подумав, спросила, как дела, хотя глупо спрашивать как – и так понятно.
– Помаленьку. А ты тот самый переводчик?
– Ссыльная она, – хмыкнула Тшольке, кинув сумки в снег. – Молодой человек, лясы можно и потом поточить, а сейчас неплохо бы помочь женщине выше вас по положению.
Магнус хитро глянул на меня: видимо, гадал, что я такое совершила, раз семейство Ксержик не заступилось, – и без слов перетащил поклажу в ближайшую палатку. Да, жить предстояло именно там, а не в тёплой избе. И это ещё полбеды – делить палатку предстояло с Тшольке. Решила, что не стану с ней спорить: пусть выберет любое место, поёт до утра, балуется вызовом зелёных человечков – буду примерной студенткой. Заодно и злость Осунты сойдёт на нет, всю без последствий выплеснет.
Позавтракав у костерка похлёбкой из странного зверька, напоминавшего плод извращения некромантов над зайцем, познакомились с остальными магами и выяснили обстановку. Оказалось, что нежить по вечерам – привычные гости, а днём попадаются мутировавшие зверушки, которых разводят демоны. Сами синекожие тоже нарушают границы Златории и не всегда с мирными намерениями: не далее, как вчера, натравили на крестьянские заимки на границе пустошей рейфов. Кто это, я не знала, но, судя по реакции Тшольке, смотреть на них лучше издали и из-под мощной защитной сферы.
Магнус, пристроившийся рядом, услужливо просветил меня по части демонологии. Оказалось, что рейфы – бестелесная нежить, высасывающая мозг.
– Хитрые, заразы! Может статься, что кто-то из нас, – некромант обвёл рукой присутствующих, – рейф. Так что зеркальце с собой носи.
– Зачем? – поёжилась я. Мысль о нежити среди нас запала в сердце, заставив пристально вглядываться в незнакомые лица. Такие разные, мужчины и женщины, но все взрослые, серьёзные. Одна из двух пятёрок, по очереди прочёсывавших пустоши. Тшольке прислали для их укрепления и некой загонной охоты, которая должна была положить конец жертвам среди местного населения.
– В зеркале истинный облик виден: белесое нечто, окровавленный рот…
– Сказки, не слушай, – не оборачиваясь, вмешалась в беседу Осунта. – Зеркало, да, отражает рейфов, но вовсе не так. И если уж ты видишь их отражение, то уже мертва. Так что бегать по окрестностям в одиночку не советую, даже по нужде.
Да я и не собиралась, потому что жить хочу.
После, когда мы остались с Тшольке наедине, обустраивая холодную пустую палатку, Осунта поинтересовалась, откуда знакома с Магнусом. Я рассказала, упустив пикантные детали.
– Значит, за тебя мучается. На вид – неглуп, к тебе до сих пор хорошо относится – что нос-то воротишь? Эдвин старше тебя, значительно старше, всё равно не уживётесь. И, честно уж скажу, не удержишь. Приестся красота, молодость, он новую себе для постели найдёт, – зло закончила Тшольке и с головой зарылась в сумки: спрятала лицо.
Третий раз в жизни захотелось её пожалеть, даже несмотря на разбитый нос. Подошла, положила ей руку на плечо – Осунта скинула ее и швырнула на спальный мешок книгу – словарь демонического:
– Зубри!
Оказалось, что третья заинтересовавшая меня сумка предназначалась для спальных принадлежностей: таковых тут не выдавали. На дно Тшольке положила пару книг, внутрь – аптечку.
Осунта ушла на разведку, а я осталась. Забралась с ногами под одеяло и погрузилась в чтение. За этим занятием и застал меня Магнус. Оказалось, что некромант пришёл не просто поболтать, а привлечь к делу. Заодно попытался выяснить, простила ли. Когда Магнус задал этот вопрос в третий раз, не выдержала и в сердцах заявила, что Алоис недостаточно глубоко его зарыл.
Некромант покачал головой:
– Твой отец постарался. Безо всяких шуток, страшно было.
С седла я свалилась кулём, потирая затёкшие ноги и отбитый зад. Штанов среди моей одежды не водилось, так что сполна насладилась прелестями верховой езды. Походкой пьяного тролля заковыляла к Магнусу и ещё паре магов, поджидавших нас у чахлого деревца. А ещё говорят, будто у волшебников регенерация… Или она после выдачи диплома проявляется?
Маги скептически уставились на меня. Ну да, смазливая пигалица, которая даже одеться правильно не сумела, чего уж от неё ожидать?
– Это Агния, наш переводчик, – представил некромант.
Ответом ему было ёмкое: «Угу!» и пожелание быстрее передвигать ногами: демоны ждать не станут. Огромная удача, что они вообще согласились поговорить, а не затравили скелетами и рейфами. Плод трудов последних попался по дороге: труп с пустыми глазницами. Магнус поспешил перевернуть его, но мне хватило, чтобы опозорить славный род некромантов.
– Послали боги неженку! – недовольно пробормотал вышагивавший рядом маг. – На каком курсе, чудо?
– На вт-т-т-тором, – с третьей попытки ответила я, умывшись снегом. – Просто этот труп страшный.
– А другие, значит, красивые.
И то верно, мертвецы привлекательностью не блещут.
В молчании добрались до пепелища какого-то селения и выстроились по периметру.
Нервничая, случайно активизировала камень призыва: совсем забыла, что на тепло реагирует, и вскрикнула, обнаружив в двух шагах от себя знакомое рогатое существо.
Маги среагировали мгновенно: один накинул на меня защитный купол, другой спеленал Шкварша сетью, остальные готовы были в любую минуту обрушить всю мощь атакующих заклинаний. Демон, разумеется, радушного приёма не оценил и тут же доказал, что таких, как он, недаром боятся. Что ему сеть – разорвал и не поморщился, перекувырнулся в воздухе, избежав столкновения с одним огненным шаром и парой молний, и полоснул когтем по ближайшему магу. На снег брызнула кровь, а чародей резко побледнел.
– Шкваш, не надо! – преодолевая страх и дурноту, завопила я и рванулась к демону. – Это ошибка, они не собирались убивать!
Шкварш отбросил в сторону тело несчастного мага – надеюсь, он ещё жив, и развернулся ко мне. В глазах плескалось пламя, в каждой руке по ножу. Помнится, когда подарила такой Алоису, тот сказал, будто оружие заговорённое: не тупится, не ломается и разрезает даже камень. От страха онемела. Сейчас Шкварш метнёт такую штуку, пробьёт защиту, и мне конец.
– Идиотка! – Кто-то, я не видела кто именно, повалил меня на землю. Только почему-то она оказалась горячей. Или это кровь? Мамочки, куда я влезла?
Вскрикнула, когда коготь чиркнул по щеке, и закрыла глаза, на последнем издыхании шепча: «Это ошибка, они просто испугались».
– Хреново колдуешь, – с облегчением вздохнула, не услышав в голосе Шкварша злобы. – Как все люди. Чего звала-то?
– Случайно, – осмелилась открыть глаза и взглянуть на демона. Ни единой царапины – а ведь ему противостояло четверо магов. – Мы поговорить шли, я волновалась…
– Бумажку Маргариты отрабатываешь? – демон присел рядом, вплёл смертоносные ножи обратно в косу и сплюнул. – Зачем вы сюда, маги, вообще полезли – наша территория.
Поднявшись на ноги, поняла, что Шкварш перенёс меня в царство демонов. Какой круг, не знаю, но тут жарко и пустынно. Долины горячих источников не видно, один красный песок.
– Шкварш, верни меня обратно, а? – с мольбой заглянула в алые глаза. – Маги меня защищали, волнуются.
– Неа, не верну, лучше сюда своих позову. Тебя ведь переводить послали?
Кивнула, не обрадовавшись перспективе в одиночестве оказаться в компании демонов. Леший их разберёт, у кого какое положение на брачном рынке и отношение к людям. Шкварш, конечно, дружелюбно настроен, защитит, но всё равно тут иные нравы, иные понятия о приличиях. Да и разозлить демона – легче лёгкого, того же Шкварша. И что тогда? Даже гробика и могилки не будет.
Шкварш небрежно вытер кровь с лица, будто это водичка, и протянул руку:
– Пойдём!
– Шкварш, – осторожно, памятуя о взрывном характере демонов, – давай вернёмся? Мне тут неуютно…
Шкварш покосился алым глазом и почесал подбородок. Ноготь на шестом пальце оттопырился, будто разминался.
Я попятилась, опасаясь, что демон сейчас нападёт. Странно, вообще, что он так быстро остыл, будто только и не убивал. Как-то до этого не понимала, чем опасны подобные существа, а сейчас с радостью оказалась бы один на один с Тшольке в любой части света.
– Не доверяешь? – рука демона дёрнулась, описав в воздухе дугу.
Плохо дело, нужно выкручиваться. Попыталась объяснить, что верю ему как родному брату, только там остались люди, которые за меня переживают и которые тоже должны присутствовать на переговорах. А то я ничего в делах магов не смыслю, просто неопытный толмач. Подумала и рассыпалась в комплиментах демоническому роду – лишним не будет. Говорила и смотрела на Шкварша, пытаясь угадать обуревавшие его эмоции.
– Не люблю людей, – окрысился демон, обнажив верхние зубы.
Вот и как это понимать? Остаюсь заложницей или возвращаюсь обратно?
– Ладно, – Шкварш вальяжной походкой направился ко мне, а потом внезапно ухватил за шкирку. Я предпочла изображать тряпичную куклу, повиснув бесформенным нечто в руках демона. Когти у него острые, даже через шубу чувствуется. Такими легко живот можно вспороть.
Шкварш наклонился, внимательно глянув в лицо, засунул подмышку и куда-то понёс. От него веяло жаром, вокруг тоже было не холодно, так что взмокла как мышь. С усмешкой подумала, что напоминаю сейчас принцессу, которую похитил дракон. Только храброго рыцаря не видно – мой Эдвин Лазавей остался в Вышграде. Эх, как он там, вдруг с кем-то роман завёл? Не обещал ведь ничего…
Мысли личного свойства прервала мягкая посадка на ноги. Огляделась и испуганно ойкнула: вместо одного демона судьба послала пятерых. Все вооружены до зубов и смотрят недобро.
Шкварш подтолкнул меня к товарищам и скрестил руки на груди.
Я оказалась в кругу демонов. Они смотрели на меня, я – на них. Как-то сами собой вспомнились жалкие знания по магии: наколдовала защитную сферу и попыталась выдавить из себя огненный шарик. Выдавить-то выдавила, только он с хлопком лопнул. Ох, кажется, напрасно я это сделала, только как иначе, когда вокруг враждебные существа? Шкварш тоже не выглядит дружелюбно, приволок на расправу.
– Я переводчик, меня нельзя убивать! – пискнула я, заметив синее облачко заклинание между пальцев одного из демонов. Следующим словом стало: «Мама!» и постыдное падение навзничь, чтобы не стать объектом тренировки магов иной расы. Оно, нечто страшное и смертоносное, пронеслось над головой, заставив волосы встать дыбом.
Вот ведь, забыла Марра при рождении подарить голову! Не теребила бы камень призыва, минимум две жизни сберегла бы. Свою в том числе. Так нет же, ручонки шаловливые потянулись!
– Слабенькая! – разочаровано протянул кто-то из демонов. – Она же ничего не может.
Стоп, они меня на магические способности проверяли?!
Подскочила и возмущённо уставилась на Шкварша. Сине-красная скотина хохотала, тыча в меня когтистым пальцем:
– Не, я бы сам тебя убил, если б собирался, дурёха!
Вот гад, да я его!.. А что, собственно, я его? Пошла коза против дракона.
– Ну, и кто ты есть? – демоны для порядка даже обнюхали меня. Только выражения лиц не изменилось: как у кота, который не решился, отпустить мышь или съесть.
– Переводчик. Человек. Или что вас интересует? – осторожно поднялась, стараясь не делать резких движений.
– Нас всё интересует.
– А я всего не знаю. Я вообще ничего не знаю, ничего не делала, ничего не думала.
Осталось только добавить: «Я птичка, мимо пролетала. Меня здесь уже нет», – и улететь. Увы, левитацией не владела, поэтому трепала языком, оправдывая профессию.
Демоны дружно фыркнули и покосились на Шкварша – мол, где нашёл такое чудо?
– Как зовут? – с ленцой поинтересовался самый старший. Так, пора бы определиться с иерархией. Кажется, Шкварш не из низов, но главный другой – этот самый, со шрамом и клыком размером с бивень.
– А вы зачем интересуетесь? – осторожно спросила я, склонившись в почтительном приветствии. Остальных демонов одарила дружеским – оценили, расслабились. Знание чужих традиций – сила.
– Порчу наводить буду.
– Во мне уже нечего портить, многоуважаемый господин, не тратьте зря силы.
Шутку демон оценил и согласился поговорить. Я ему, кажется, понравилась и внушила доверие, иначе ко мне никогда бы не повернулись спиной. Что-то легко и просто, не было бы подвоха? Оказалось, что нет, потому что убивать меня резко расхотели, наоборот, вернули в целости и сохранности к магам. Они к тому времени развернули бурную деятельность: перевязывали раненых, связались с кем-то из вышестоящих и бурно обсуждали недавнюю стычку. Слов не выбирали, зато выходило ёмко и понятно.
– Агния! – заметив меня, Магнус чуть дара речи не лишился. Потом заметил демонов и как-то резко растерял радостный пыл. Ох, если сейчас же не разъясню ситуацию, начнётся бойня.
Выскользнула вперёд, заслоняя Шкварша – смешно смотрелось: малявка защищает бугая, – и замахала руками. Маги уставились как на сумасшедшую, ненавязчиво намекая, что неплохо бы отойти, но я упорно стояла на своём. Сбивчивым голосом объяснила, что нечаянно вызвала демона, что нападать он не собирался, просто среагировал на атакующие чары. И вообще красно-синие поговорить согласны.
На несколько минут воцарилось молчание. Маги, встав в кружок, зашептались, а затем поманили к себе. Пошла с опаской, потому как не знала, кого сейчас следует больше бояться: их или демонов. Уф, тот чародей выжил, не пал жертвой недоразумения, но в пустоши ему делать больше нечего, пришлют замену, а его отправят в Ишбар – ближайший крупный город за цепью гор. Глава пятёрки надавал мне словесных оплеух, заявив, что пословица оказалась права, баба на войне всегда к худу. Я не обиделась: понимала, что виновата.
Затем начались, собственно, переговоры. Шли они тяжело, я взмокла, пытаясь перевести всё и никого не обидеть. Это было непросто, потому как маги обвиняли демонов, а демоны обвиняли магов. По-моему, вопрос не стоил выеденного яйца: пустошь на то и пустошь, что пустая, а златорцы вцепились в неё мёртвой хваткой. Золото, что ли, в недрах зарыто? Тайком поинтересовалась у Магнуса: нет, никаких месторождений. Значит, просто упрямство. Дорого же оно нам встало!
Спорили до хрипоты. Демоны начинали сердиться: всё чаще сжимались губы, всё ярче горели глаза, а когти оттопыривались. Надо что-то делать, а то окажусь среди горы трупов. И я придумала: надо выпить, выпивка сближает.
Обе враждующие стороны скептически отнеслись к моему предложению, но открытой неприязни не выказали. Так, уже хорошо. Теперь нужно выбрать напиток. Идея пришла случайно: выпивка демонов, а закуска магов. Не подозревала, что когда-то стану миротворцем, но и некроманткой тоже быть не собиралась, однако кровь обнаружилась.
Извинившись, подошла к Шкваршу и пересказала идею. Тот одобрил, кивнул, обещал принести. От него направилась к Магнусу и тоже поведала план примирения. Надеюсь, сработает.
Маги подозрительно косились на тёмную булькающую жидкость в бурдюке, демоны также отнеслись к солонине. Став добровольцем, смело отрезала себе говядины и плеснула самогона. Вздохнула, вздрогнула и опрокинула внутрь кружку. Ох, забористая вещица, даже слёзы на глаза навернулись! Не яд – и то хорошо.
Вслед за мной рискнули выпить маги, а демоны потянулись к солонине. Через часик все захмелели и выяснили, что пустошь никому не нужна. Переводя заплетающимся языком чужие слова, гадала, во что это выльется. Вылилось в урок целительства от демонов и решение поделить спорную территорию пополам.
Результат переговоров скрепили ещё парой кружек, после которых я узнала много нового об устном демоническом творчестве. Непереводимая игра слов, но какая интересная!
Сама того не заметив, обзавелась двумя кавалерами, каждый из которых дышал мне в ухо и желал подлить или отрезать чего-то вкусного. Пришлось огорчить Магнуса и Шкварша сообщением о наличии жениха, а то бы конфликт двух рас вспыхнул с новой силой. Драться они раздумали, а вот ухаживать за мной нет, в результате чего пришлось ногами выделывать кренделя: обоим приспичило танцевать.
Народные пляски демонов – это нечто. Их музыка – двойное нечто, под стать самогону. Где ноги, а где голова, соображала смутно, доверившись ловкости Шкварша. Если уронит, получу профессиональную травму. Или профессиональная травма – мой заплетающийся язык? Определённо, в таком состоянии переводить я не могу, только слушать.
Правила приличия – это такой пустяк! Для демонов. Ну, и для меня за компанию, чтобы не обидеть. Представляю, какие у них брачные танцы, если с якобы помолвленной девушкой Шкварш такое выделывает.
– Ох, мне плохо! – честно призналась я после очередной серии прыжков и повалилась на любезно растопленный снег. Кто-то перепил и сейчас уползёт позориться в одиночестве.
– Тебе помочь? – какой Магнус догадливый! Хотя именно он некогда поил меня эльфийским самогоном.
Шкварш сверкнул глазами, но отпустил. Уф, ревнивого демона я бы не пережила.
Обошлась малой кровью – компрессом на лоб. Так и провалялась остаток дня, пока шумная компания продолжала веселиться. Странно, незнание языка ничуть не мешало им общаться. Даже обидно стало: как это так, я не нужна.
Потом демоны удалились, маги наспех разбили лагерь и завалились спать.
Ну да, Тшольке мой героизм не оценила – кто бы сомневался! Ушат холодный воды за шиворот в феврале месяце лучше любых слов. Только воспаление лёгких сама лечить будет.
Выволочка вышла знатной, я узнала о себе много нового и даже засомневалась: не обзавелась ли двойниками? Тяжеловато для одной девушки сочетать столько качеств, да ещё противоположных.
А потом пришёл черёд Лазавея… С одной стороны, радостно, что о тебе беспокоятся, с другой – жалко уши.
Заученно пообещала не ввязываться в приключения и сидеть тихо, и пошла искать рассол: жутко болела голова, будто я ею гвозди забивала. Ноги привели к знакомому выпивохе. Магнус оказался жалостливым и не бросил девушку на произвол судьбы. К слову, спать мы, кажется, завалились вместе. Надеюсь, без последствий, потому что я блюла верность Эдвину Лазавею. Надеюсь, когда-нибудь он это оценит. Эх, скорей бы в Вышград вернуться!
Мечты сбываются. Так быстро мирный договор с врагом никто не заключал, а с подписанной бумажкой – когда успели-то между тостами и плясками? – надобность в переводчике отпала. Нет, я с важным видом посидела вечерком между демонами и магами, помогла выверить формулировки, но на следующий день уже была свободна как ветер. И несло меня, разумеется, в Академию, чтобы забрать приз за столь успешную работу.
Тшольке, увы, оставалась. С кислой миной смотрела на меня, но молчала. Эх, если б не ранили того мага, то, глядишь, и её на радостях отпустили бы, а так одна из боевых пятёрок осталась без пятого мага.
Магнуса тоже не радовало расставание. Расчувствовавшись, обещала писать и только потом сообразила, что это проблематично. Ладно, магической почтой как-нибудь, надеюсь, дойдёт.
Словом, жизнь снова засияла красками, и магистр Айв поспешил её немного подгадить: заставил ехать через пустошь и горы в Ишбар. Видимо, чтобы наказание не вышло слишком мягким. Ладно, у меня и там свой бубновый интерес имеется: Алоис и Маргарита. Последняя наверняка поделится тысяча и одним способом завоевать мужчину, да и Ксержик не станет молчать из-за половой солидарности.
В качестве сопровождающего мне выделили боевого мага. Не ученика, не студента, а самого настоящего. Честь, однако! По дороге нам, к счастью, никто не встретился, не считая мелкой нечисти: маги и демоны распугали всех совместной попойкой. Либо тварей отозвали синекожие, чтобы не нарушать перемирие. Я в подробности не вдавалась: нет и нет, скучать не буду.
Зато горы стали серьёзным препятствием, но ничего – я осилила расчёты магического импульса, так что и камни сдались на милость победителя.
В Ишбаре меня не ждали, в Школе иных – тоже. Я уж успела забыть, каково это – перебегать двор, уворачиваясь от результатов тренировок учеников. Умение плести простенькие заклинания сыграло добрую службу – не получила метлой по лбу. Нет, юная ведьма вовсе не планировала меня убить, просто неудачно спикировала и не успела затормозить.
А ничего у меня защитная сфера, удар держит. Треснула, но хозяйку не дала поранить.
– Привет, Агния! – а вот и мои бывшие одноклассницы, отрабатывают что-то на открытом воздухе. Снег зачем-то в воду переплавили. Не Алоис ли с ними? Увы, нет, просто практика по химии в полевых условиях, что-то с воздухом творят.
Эх, видно придётся топать в класс некромантов, молясь, чтобы там читали теорию. Подумала и завернула в административный корпус, поприветствовать Маргариту. Шла не с пустыми руками – отловила мелкую зверушку в пустоши. Сопровождавший меня маг научил делать ловушки, вот хвостатая ящерка и попалась. Чародей утверждал, что древняя, сейчас и проверим, не обманул ли наивную студентку.
Магу, к слову, в Школе было некомфортно: ещё бы, я-то знала, когда нужно нагнуться и за чем укрыться, а ему доставались все шишки. Ничего, пусть поколдует, не за моей спиной же прятаться.
Рысцой перебежала опасный участок и распахнула дверь. Будто и не уезжала, право слово! Учебное заведение то ещё, а вот лица попадаются знакомые. Шаолена Гвитт, например. Несёт охапку метёлок, отбивается от какой-то ученицы, на которую наложили взыскание. Улыбнулась, поздоровалась и вприпрыжку кинулась к ректорскому кабинету. Сдаётся, я единственная сумасшедшая, которая жаждет туда попасть.
Увы, душевный порыв сдержала запертая дверь. Значит, Маргарита на занятиях. Оно и понятно – время около полудня, а госпожа Ксержик-Тайо – особа занятая и деятельная.
Эх, не хотелось искать пристанище некромантов, но придётся. Или лучше к боевым магам – кто из них спокойнее? Обернулась к скучавшему за спиной чародею и спросила. Тот опешил и посоветовал идти домой.
Оставшись одна – маг ушёл, пожелав счастливого пути, на этом его миссия закончилась, – начала обходить учебные классы. В одном из них обнаружила искомого некроманта вместе с ласковым: «Дверь закрой!». Ладно, я и за дверью подожду, потому что нежить в разрезе меня не интересует. Настоящая нежить, а не рисунок или поделка. И он потом этими руками ложки трогает! Ладно, ложки – я сама чудом заразу не подхватила, потому как тесно знакома с пальцами невежливого субъекта.
