Текст книги "Чужая душа - потемки (СИ)"

Автор книги: Ольга Романовская

сообщить о нарушении

Текущая страница: 21 (всего у книги 30 страниц)

На смену буквам пришли слова. Сначала: 'Мама!', потом: 'Помогите!'. Помянула Алоиса, Шкварша, Маргариту, Магнуса, потом и вовсе верещала: 'Нежить!'.

Сбивая дыхание, рванула вперед, виляя, как заяц.

Пальцы вцепились в нож демона – сами, видимо, интуитивно выбрав тот, что острее. Шкварш однозначно не простые клинки носит.

Меня загоняли как дичь, с двух сторон зажимали в тиски. Даром, что скелет на двух ногах – бегает не хуже собаки. Он совсем рядом, чувствую движение пальцев, хватающих воздух. Пока не споткнулась, не сбилась с ритма – воздух, а потом…

Светлячок получился большим. Наверное, со страху. И, как оказалось, получить им в глаза неприятно даже нежити.

Зато я выиграла пару минут для одной задумки. Не уверена, что выйдет, но моя кровь и защитные руны должны усилить оружие.

Эх, и почему только некромантов атакующей магии в первом семестре не учат! Я бы с удовольствием поджарила этих тварей.

Однозначно, только перед лицом смерти открываешь в себе способности. Особенно, если перед этим медитировала, книжки читала, с Ксержиком общалась… Вот и я открыла. Неужели дар?

Внутри вдруг потеплело, а кожу закололо от магической энергии. Моей – ни чужой, ни общедоступной в чистом поле нет, а Школа далеко, не долетят отголоски.

Демонический – лучший язык для выражения непечатных эмоций. Пусть Шкварш гордиться: я все выражения запомнила. И с этими самыми выражениями умудрилась намагичить нечто неустойчивое и горячее. Огонь. Целую сферу огня.

Бытовые заклинания были мне знакомы, но в теории, а тут вышло модифицированное и страшное. Сама испугалась и кинула в лицо скелету. Запахло палёным, а от воя заложило уши.

Во второй раз сотворить такое не вышло, зато умудрилась поставить защиту на оружие и сварганить купол в дырках. У нормальных магов это была плотная защитная сфера, экран, а у самоучек-недоучек, вроде меня, – решето. Но мне за него магию зачли: там требовалось два заклинания предъявить, хоть в каком исполнении, но работавших. Приводить их в надлежащий вид необходимо было уже во втором семестре, а для новичков любое использование своих способностей сойдёт, мы теорию сначала понять должны.

Разумеется, обо всём этом я не думала тогда, зимней ночью. Я вообще не думала.

Увы, мой огонь не убил нежить, а только разозлил. И дыры в защите она обнаружила, хотя этим решетом я жизнь себе спасла, иначе получила бы когтистой лапой по шее. А так тварь отбросило в сторону.

Огни Ишбара, как я рада вас видеть!

Снова заорала, вцепившись в нож, а потом поняла, что идиотка, и спасение всё время было при мне. Только теперь может не сработать.

Проводник, он ведь на меня настроен, на перемещение в любое время суток в определённом радиусе.

Я ничего не теряю? Или теряю? Вдруг застряну между мирами? Или твари просочатся вместе со мной? С другой стороны, там Шкварш, обмолвившийся, что я ему друг. Вот и проверила бы, что демоны вкладывают в это понятие: дружбу или просто общение без постели.

Но где достать свободную минутку, чтобы активировать проводник, когда вертишься ужом и машешь ножом, отгоняя нежить?

– Б***, какого *** одна ходила?!

Услышав знакомый голос, я расплакалась, потеряла концентрацию и поплатилась за это: мне располосовали плечо. Шуба и тёплая одежда смягчили удар, но зараза всё равно попала в кровь. Плохо.

Цапнувшая меня тварь эффектно разлетелась ошмётками плоти, заляпавшими меня. Результат был закономерен – согнуло в три погибели.

Потом меня, как была, отшвырнуло в сторону, в сугроб. Неподготовленная к полёту, едва не задохнулась от попавшего в нос и рот снега.

Плечо горело огнём. Нарывало так, что завыла.

– Ара, оттащи её. Нет, Ара, только ты не лезь! Некромантия – это моё.

Выходит, они прогуливались перед сном или вышли меня встречать, или… А, неважно!

Материализовавшаяся рядом Маргарита походя метнула смертельное заклинание в собравшуюся из кусочков тварюгу – живучая! – и щёлкнула пальцами, видимо, ставя защиту. Встревоженная, она бросила взгляд на Ксержика, игравшего в охотника, и двух свирепых секачей. Нежить с боков, он – вершина треугольника. Спокойный, тщательно выверяющий движения.

Радовало, что четвероногая нежить пребывала в этом мире лишь частично: половиной туловища. Вторую ей снесло совместными усилиями будущих новобрачных.

Запах разложения и палёной плоти вызвали очередной приступ тошноты. Рвало меня не переставая, а, обнаружив червей в волосах, и вовсе обезумела вместе с желудком.

В чувство привела Маргарита, надавав оплеух и воззвав к совести. И вправду, нельзя некромантке – а я ею числюсь – бояться обитателей могил, особенно естественных, тех, кто трупами питается. То, что меня ранили, ректор, разумеется, заметила. Ругнувшись, рванула на мне кофту и платье, обнажая кожу.

– Демонический клинок? – кивнула она на нож Шкварша. – Дома по ушам надаю за то, что правила поведения не соблюдала, подарок непроверенный взяла, а теперь давай. Там металл особый, должен помочь.

Поняв, что я сотворила с клинком в плане магии, Маргарита хмыкнула и обещала зачесть один предмет на выбор. Но не теорию строения мира – основополагающую дисциплину всех волшебников. И тут же спустила с небес на землю грядущим выговором и общественными работами.

– Алоис тебя точно выпорет, – мрачно предупредила ректор. – Ремнём. Тебе так сильно повезло, что даже не представляешь! Скажи спасибо, что я звёзды люблю.

Я теперь их тоже обожаю.

– А потом, – скривившись в улыбке – обещании 'весёлой' жизни, продолжила Маргарита, – разберусь с некромантом, проворонившим оживление трупов. И мало ему, ой, не покажется, перед всем преподавательским составом будет объясняться, а потом ручками каждый дюйм перекопает. Репутацию я ему подпорчу, пусть не надеется, что колечком избежит огласки.

Бедный Ксержик! Ректор явно намеревалась наказать его по всей строгости и упивалась мыслями о том, что сделает с женихом. Но ведь права: Алоис ответственен за безопасность округи от нежити, а тут схалтурил, увлёкшись свадебными хлопотами. Если только эту дрянь кто-то не подбросил…

От размышлений о том, откуда на окраине Ишбара взялась нежить, отвлекла боль. Стиснув зубы, наблюдала за тем, как Маргарита делает надрез, безжалостно чистит рану от грязи, отсекает края – мою кожу вообще-то! – и прижигает огнём. Последнее действо молча не стерпела.

– С утра стрелой к Шаолене Гвитт, ещё до завтрака, – приказала ректор. – На ночь повязку сделаю. И попроси Алоиса трупный яд обезвредить.

Маргарита хотела ещё что-то сказать, но её отвлёк вопль нежити. Проигнорировав просьбу Ксержика, ректор ринулась помогать, оставив меня одну, но там было всё уже кончено.

Алоис флегматично сжигал останки, похрустывая пальцами. Распалённый боем, он стоял нараспашку и без головного убора. Амулет на шее пульсировал фиолетовым, отголоски его энергии доходили до меня.

– Сдохли, – коротко прокомментировал Ксержик результаты работы. – Жизненную энергию забрал, не воскреснут, воспоминания считал. Не местные, Ара, не мой просчёт. Приползли с гор, разбуженные шастаньем Агнии к демонам в неположенном месте. Советую особо поговорить с этой ученицей.

Ректор кинула на меня недовольный взгляд, но промолчала. Осмотрела пепел и велела закопать. Алоис с лёгкостью это проделал, заставив землю расступиться и поглотить нежить. Затем осведомился, дать ли амулет на проверку: оказывается, он не только оберегал и подпитывал, но и хранил какие-то данные об уничтоженных существах.

Маргарита отказалась, брезгливо поморщившись:

– Не люблю его. И для детей вредно, так что просто отчёт напиши.

Ксержик кивнул и подобрал из лужи свою куртку: снег под воздействием магии растаял. Встряхнул, вздохнул и высушил. Потом поинтересовался, сильно ли меня тяпнули.

– Жить будет. По касательной, но заражение.

– Исключи её, а? – Вот этого я от Алоиса не ожидала. – Элементарных правил не знает. Может, не так уж неправ её бывший муж, и предназначение этой девицы – кухня. Готовит хорошо, а вот колдует…

Ректор пожала плечами: мол, подумаю.

Я полагала, что неприятности на этом окончены, но нет, ошибалась.

– Демонические цветы, – Ксержик поднял оброненный мной букет и продемонстрировал невесте. – Агния, это как понимать?

Я стыдливо отвела глаза. Как понимать… В четвёртом круге я была, отпираться бесполезно, но и признаваться не стоит. Просто помолчу.

– Агния Выжга! – Вздрогнула от окрика Маргариты. Сейчас она ректор, а не будущая мачеха, и очень злой ректор. – Где ты взяла эти цветы?

– У демонов она их взяла, Ара, – устало протянул Алоис. – И явно не Шкварш подарил: у демонов не принято преподносить букеты за постель и поцелуи. И просто так тоже, Агния, не оправдывайся. Значит, была у него дома. Молодец, мозгов нет вообще. Помнится, обещал выпороть в Омороне, но помешал поспешный отъезд. Что ж, теперь мне ничего не мешает.

Я брякнула, что цветы и нож – подарки к свадьбе, как и алмаз. Нашарила камень в кармане и, найдя, с облегчением выдохнула. Решила отдать сейчас, раз всё так вышло.

Всю дорогу моим собеседником было гробовое молчание.

Дома Ксержик втолкнул меня в кабинет, усадил на стул и влил в рот нечто, напоминавшее помои – то самое противоядие, хранившееся в навесном шкафчике среди горы бутылок и колб, перекочевавших сюда из кухни. В кабинете и до этого было полно всего, а теперь и вовсе заходить сюда не рекомендовалось.

Осмотрев плечо, Ксержик велел Маргарите принести всё необходимое для перевязки.

Мне обеззаразили и перевязали рану, а затем с ухмылкой велели перевернуться попой кверху. Я воспротивилась, ссылаясь на болезненное состояние, но мучителей было двое, и они победили.

Маргарита держала, а Алоис проводил воспитательную работу, попутно зачитывая все правила хорошего тона для девиц и безопасности некроманта, запреты в общении с демонами. Отстегал знатно, от души, и отправил спать: 'Чтобы глаза мои тебя не видели!'

Потирая отбитое место, уныло поплелась в указанном направлении, позабыв отдать Маргарите свой зачёт демонического. Да и не до него, когда тело ломит.

Глава 20

Им овладело беспокойство,

Охота к перемене мест

А.С. Пушкин. 'Евгений Онегин'

Я грызла кончик пера, глядя на экзаменационный билет по самому страшному предмету на свете. Нет, самый страшный, наверное – 'Курс молодого некроманта'. Какое счастье, что не доживу до него! Хотя с Ксержика станется оставить меня в Школе иных ещё на полгода. Или год – зависит от глубины отцовских чувств. Чем они сильнее, тем больше мне достаётся. До сих пор помню жёсткость его ремня. Я ведь думала, пошутил, или просто отшлёпает – нет, по всей строгости закона. Долго сидеть не могла, а ему хоть бы хны.

Зато теперь в любое время дня и ночи могла сдать правила безопасности мага.

Заражения удалось избежать, будущая чета Ксержик хорошо сработала, ведьме осталось только чуток подправить течение жизненных потоков, так что не превратилась я в нежить. А вот Магнусу досталось. По самые уши. Его вызвали в кабинет ректора и там песочили за то, что не провожал на встречу с демоном. Причём, солировала Маргарита. Алоис ограничился лишь поздравлением с везучестью ученика. В ответ на закономерный вопрос, в чём же подфартило, некромант заметил: 'Да что Агния жива осталась, а то изображать тебе умертвие до конца дней'.

Всё это Магнус рассказал мне вечером, когда я пришла к нему заниматься. Нет, не под руку с Алоисом, одна. Последний, к слову, дал денег на торт. Откуда узнал – загадка.

После Маргарита заявила, что к демонам без отработки защитного заклинания я не сунусь и попыталась привлечь Ксержика. Тот отмахнулся, возясь с чем-то в кабинете, а при повторной просьбе заявил, что ему учебной нагрузки хватает, а бессмертием Оликес не наградил.

– Ара, у меня завтра экзамен у пятигодников. Поменяться со мной хочешь? – хитро прищурился Алоис, вытащив на свет божий…

Тут я не выдержала и завизжала, забившись за печку. Игравшая на лавке Марица, наверное, решила, что мама сошла с ума. Она-то не понимает, что её дед в руках держит и спокойно так взбалтывает.

– Он давно умер, вылезай.

Спасибо, успокоил! Несомненно, ногти давно умершей твари в мутном рассольчике рвотных позывов не вызывают.

Маргарита тоже брезгливо косилась на добычу некроманта. Она что-то не горела желанием заменить жениха на экзамене, задумчиво протянув, что базис мне давали, должна сама вытянуть. И поспешила подышать свежим воздухом.

Алоис тут же разложился на обеденном столе, предварительно положив на него полотенце и лениво обработав магией – я почувствовала покалывания и уловила искорки колдовства. Достал нож и начал рубить ногти на мелкие кусочки.

Марица, невинное дитя, с интересом наблюдала за его действиями, даже норовила залезть на стол – потрогать или помочь. Но Ксержик доходчиво так объяснил, что не стоит. Спасибо, не прикрикнул, а просто что-то наворожил, чтобы ребёнок стола коснуться не мог.

– Шкварш бумагу подписал? – вопрос был явно адресован мне. – Аре отдай, тебя в реестр впишут.

Кивнула из-за печи и попросила заниматься опытами в кабинете.

– Сей-й-йчас, дорежу и унесу, – увлечённо протянул Алоис. С той же интонацией ответила бы девушка, подвивающая ресницы. Воистину, кому что приносит удовольствие!

Вернулась Маргарита и твёрдо заявила, что на обеденном столе трупы лежать не будут. Ксержик хмыкнул, но не сдвинулся с места.

– Алоис Ксержик, кое-кто кое-что забыл? – пропела ректор. – Ничего не изменится, как раньше… Говорил?

– То, что мне банально есть хочется, ни одной в голову не пришло, – вздохнул Алоис и унёс банку обратно в кабинет. Затем вернулся за порубленными ногтями в полотенце и сообщил, что плотников нашёл, по весне дом перестроят, а вот новая кровать ожидает госпожу Ксержик уже в первую брачную ночь.

– Иди, подлиза! – беззлобно прикрикнула Маргарита. – А еду получишь, когда вымоешь руки и под ногтями почистишь.

Случился этот разговор вчера, а сегодня я готовилась отвечать по теме: 'Суть и виды энергии' и 'Траектория движения магического импульса в трёх средах с решением примера и построением графика'. Не самый плохой билет, к слову. Хотя бы потому, что движение прямолинейное и про импульс рассказывать не надо.

Магнус показал, как считаются подобные задачки, должна осилить.

Предпоследний экзамен… Потом только 'Виды магии и их особенности'. Одна теория без практики, причём, половину её я на первом курсе сдавала. Легко!

Сосредоточилась на листе бумаги и набросала план ответа.

Главное, чтобы докапываться не стали, не задали дополнительных вопросов. И чтобы пример достался лёгкий: его преподаватель придумывал.

Итак, сначала природная энергия. 'Запас работы, которую может совершить тело, изменяя своё состояние….' В чём она измеряется-то? А, ну да, в эргах. Делится на энергию механическую от всяких там деформаций и энергию движения. Магам важны обе: первая – для расчёта урона, вторая – для расчёта времени срабатывания и силы заклинаний. Пока что мы формулы не изучали, только общие положения, потому что сложно.

Затем энергия магическая. Не забыть источники: внутренняя, внешняя, заимствованная. Так, теперь различия с природной. Самое главное – отсутствие необходимости выделения посредством движения или деформации, постоянное нахождение внутри мага. Измеряется в маэргах. Один маэрг – тысяча эргов.

Далее – сущность, деление на тёмную и светлую. И магия крови. Уфф, вот тут я плавала: каким образом кровь вырабатывала, хранила и выделяла энергию, знала смутно.

Второй вопрос легче в теории. Три среды – это воздух, вода, земля. Различия в коэффициенте сопротивления, влияющего на скорость и направление движения. Ближе всего к теоретическому импульс в воздухе, самый непредсказуемый, с большой погрешностью, – в земле. Вот в этой погрешности-то и заковырка: нужно правильно кривую выстроить с учётом вида почвы.

Увы, преподаватели всегда знали места омутов студентов и бодро направляли к ним лодки вопросов. И делают всё, чтобы бедолаги утонули.

Я отчаянно пыталась удержаться на плаву, мечтая оказаться по ту сторону двери с любой отметкой. Признаться, впервые задумалась о том, что стать магом не так уж легко. И что шансы невелики. Если сейчас так плохо, то что я на практикумах делать буду? Может, лучше учительницей в богатую семью? Или к книгам в библиотеке? А что, тоже деньги.

Героическим усилием наболтала что-то о магии крови, взяла мелок и с видом мученика за Бархуса отправилась решать пример. Пребывала я в состоянии, именуемом: 'Всё пофигу'. Нарисую от балды, получу свою 'пару' и избавлюсь от необходимости становиться некроматкой.

Вот уж увольте, с трупами копаться! Я чистые ногти хочу и кожу без трупных пятен. И есть нормально, а не: 'Угу, положи на стул, я сейчас вскрытие закончу и возьму'. Как Ксержик до сих пор не отравился! И ведь ест! Вчера после ногтей тарелку каши навернул, аж за ушами трещало.

После, на всякий случай, я всё, чего он касался, трижды кипятком обдала и отваром ромашки протёрла.

Так, значит, тридцать маэргов в песке? Не вопрос, нарисую цветочек, и разойдёмся. Нет, лучше змейку: на график похоже.

Пока скрипели мозги, а руки мешали рисовать, как всякому художнику от слова 'худо', сто раз пожалела, что родилась не во времена какой-нибудь Ядвиги Прыщавой. Не смейтесь, была такая магичка.

Почему-то все магички в Златории носили такие оскорбительные прозвища – видимо, давали их обиженные мужчины. А что, на кривой козе не объедешь, баба сильная, умная, на кухне не сидит, детей не рожает, поэтому надо на место поставить. Что там у нас? Прыщ вскочил на подбородке? Всё, вписан в историю. Даже вбит гвоздями.

К чему я Ядвигу помянула? Да к тому, что её-то так не мучили. Наколдовала что-то – и всё, принята в Академию. Флюгер превратился в петуха, закукарекал и прицельно обгадил злостного врага ректора? Всё, дипломированный специалист широкого профиля.

За размышлениями о прелестях учёбы прежних времён не заметила, как начертила нечто, напоминающее траекторию. Преподаватель уже придирчиво её рассматривал, спросил, где какая-то точка. Я наугад ткнула пальцем. Странно, попала. И вопросы кончились. Вдвойне странно. Бесплатный балаган в лице нерадивого ученика – лучшее развлечение учителя.

– Что же вам поставить, госпожа Выжга? – преподаватель потёр переносицу и задумался. – Что такое скорость, знаете?

– Знаю. – Чистая правда, между прочим. – Сказать?

– Нет, спасибо, по глазам вижу. Шесть или семь, вот в чём вопрос? Эх вы, некромантка, и о магии крови ничего не знающая! Из Академии, да?

Оказалось, что к Академии все местные питают слабость, только разного характера. Наш преподаватель полагал, что к вышградским студентам следует проявлять снисхождение. Разубеждать не стала, радостно забрала свою 'семёрку' и поспешила уйти, чтобы не передумал.

Подумать только, я сдала! Светана от зависти лопнет.

С успешной сдачей экзамена меня поздравил только Магнус. Он искренне обрадовался, обнял и предложил отпраздновать столь радостное событие. Пришлось охладить его пыл, напомнив о существовании Марицы и грядущем последнем экзамене.

– Агния, у тебя вечно отговорки! – нахмурился некромант. – Можно подумать, дочь не с кем оставить! Да даже если не с кем, то попроси магистра Ксержика силовую сеть раскинуть – и всё, ноль проблем.

– Марица – живое существо, между прочим, – опёрлась рукой ему в грудь и восстановила дистанцию между нами. – Она есть, пить хочет, штанишки ей менять нужно, да и страшно одной. И так дочь вечно с чужими сидит…

– А ты сюда её принеси, – подмигнул Магнус. – И она на виду, и ты со мной.

Стоп, это что ещё за 'ты со мной'? Мы же, кажется, выяснили, что за ручку при луне с ним ходить не буду, никаких отношений, кроме дружбы. А некромант, видимо, решил, что сумеет обаять. Настырный!

Напомнила, что у него ещё экзамены – Магнус отмахнулся. Самоуверенный некромант полагал, что легко сдаст практику.

Не удержавшись, хихикнув, поинтересовалась, не отправит ли Ксержик рыть могилку, на что получила обескураживающий ответ:

– Он сам её разрыл, а я ассистировал.

Т-а-а-ак, значит пальчики свежие?! Мама родная, какую же дрянь Алоис таскает в дом? В жизни больше в кабинет его не сунусь пыль протереть! Я и так осторожно, по верхам, а теперь…

– А зачем ему могила? – задала резонный вопрос.

– Придёшь ко мне – узнаешь, – подмигнул Магнус. – Давай, устраивай дочурку, а я за выпивкой сгоняю. Тут ребята эльфийский самогон достали.

Вздохнув, приняла визит к некроманту как неизбежную данность. Только Марицу в Студенческий дом взять не решусь: напугают всякими привидениями, зомби и прочей гадостью. Так что опять нам к ведьмам…

Дочка пока у Маргариты сидела: та обращаться с детьми тренировалась и попутно проверяла экзаменационные ведомости. Нянька из ректора была как из Алоиса, но тот и вовсе ругался, когда я пыталась оставить ему внучку. На руки ни разу не взял, вся забота ограничивалась заклинаниями, чтобы не уползла, не взяла. Маргарита, конечно, тоже не сюсюкалась, но хотя бы разговаривала с ребёнком, чем-то поиграть давала. Но у неё через полчаса четверогодники, так что пора забирать Марицу.

Дочку застала посреди маргариток: она жевала лепестки. Ректора это ничуть не волновало: поставила сеть, и довольно.

Маргарита, хмурясь, сидела за столом и что-то яростно чиркала.

– Агния, окно открой: мне душно, – не поднимая головы, с порога попросила она.

Я проигнорировала просьбу: простудится. И Марицу застудит. А духота мнимая, из-за беременности.

Животик, небольшой ещё, Маргарита прятала под платьями и юбками с завышенной талией, передвигалась так же быстро, порывисто и решительно, как раньше.

– Теперь все меня игнорируют? – она вопросительно подняла брови. – Хорошо, до паралича мне ещё полгода, сама сделаю.

– А почему паралича? – осторожно поинтересовалась я, забирая Марицу. Хотя, признаться, последние недели беременности сама провалялась в лазарете. Параличом бы я это не назвала, хотя без посторонней помощи в некоторых случаях было не обойтись.

– А как ещё назвать огроменный живот с двойней, с которым из дома не высунешься? Прощай, подвижность, колдовство, прощай, Школа, верховая езда. И, здравствуй, неуклюжесть, зависимость от Алоиса, садик, вечерние прогулки, вышивание и сидение на кухне. Ужас! – передёрнула плечами Маргарита. – Тебе-то что, ты и до этого тем же занималась, а мне-то каково? Совсем беспомощной и ненужной стану.

Я улыбнулась и промолчала. Уверена, найдёт Ксержик, чем занять неуёмную энергию жены. Сдаётся мне, и родит она не дома, а в ректорском кабинете. И преподавать будет. Не магию, конечно, а что-то из теории. И возражений Алоиса слушать не станет. Да и сам он не дурак, чтобы отправить супругу за вышивание на кухне: самому же хуже будет.

Так что таких паралитиков, как Маргарита, на девятом месяце будет ещё поискать!

– Ладно, пока я ещё не бурдюк с вином, пойду экзамен принимать, – посидев ещё минут пять, ректор убрала бумаги и заторопилась к выходу. – Буду поздно, мне ещё по делам нужно смотаться.

Кивнула и поспешила за дверь. Вслед за мной падучей звездой вылетела в коридор ректор, заперла кабинет и скрылась из виду. А мы с Марицей потопали на кухню: дочка проголодалась.

В итоге в Студенческий дом Марицу я не взяла, а отнесла Шаолене Гвитт. Та уложила её спать и обещала присмотреть, пока Ксержик или Маргарита не засобираются домой. Догадываюсь, что не обрадуются перспективе нянчиться с ребёнком весь вечер, но должна же и я отдыхать?

На четвёртый этаж развесёлого Студенческого дома Школы иных поднялась сама, но дальше стеночки с Уставом и жизнеубивающей надписью идти не решилась: ученики праздновали сессию. Кто-то уже сдал все экзамены, кому-то оставался один, но будущих некромантов, алхимиков, предсказателей и метаформологов это не волновало.

По воздуху летали подушки, оборачивавшиеся петухами и кукарекавшие. По полу растеклась жидкость странного вида и запаха, напоминавшая кровь. Но я-то знала, что это проделки алхимиков, так что не визжала, а гадала, из чего они её сотворили.

Каждой твари по паре играло стенка на стенку в мяч. Управлявшие скелетами и зомби некроманты гоготали, передавая по кругу бутылку.

Предсказатели катали хрустальные шары и загробными голосами пророчили всем смерть от обжорства и пьянства.

Метафорфологи пытались перещеголять друг друга брачным оперением птиц и умением летать под потолком.

Как весь этот кавардак не погрузился во тьму, понятия не имею, потому что огонь в таких условиях гореть бы отказался.

Кроме меня, были ещё девушки. В основном некромантки и предсказательницы. Последние, разумеется, видели в шарах судьбы только любовь. А заглянувшие на праздник жизни ведьмы лихо крутили бутылочку и, на радость поклонникам, дарили поцелуи. Иногда и не людям – студенты любили пошутить и подсунуть вместо себя морок или какую-нибудь гадость с кладбища, спасибо, хоть чистую, без трупных ядов и иных прелестей.

Потом Ксержик объяснил, что из могил свои создания редко кто выкапывал, как бы ни хвастался: либо выкрадывали из смотровой, либо модифицировали магией умерших своею смертью домашних животных. И За то, и за то, к слову, больно давали по ушам. Вплоть до исключения, если заиграются.

– Агния, пойдём! – неожиданно рядом возник Магнус и увлёк в десятый круг царства демонов. Кстати, о демонах: со Шкваршем перед отъездом нужно попрощаться.

Я с опаской двигалась вдоль стеночки, надеясь, что в случае чего спина некроманта защитит от шального заклинания или поднятой не упокоенной твари. Приходилось то и дело смотреть под ноги, чтобы не споткнуться или не наступить на кого-нибудь.

– У вас всегда так? – я покосилась на открытую дверь чьей-то комнаты с пробитым потолком. Сколько же энергии в удар вбухали? Кто-то плохо учил 'Строение материального и нематериального мира', основы которого умудрилась недавно сдать. Невольно проснулась гордость: пусть потенциал у меня слабенький, зато теорию знаю лучше. Хотя бы могу рассчитать, как должно быть, а уж практика… В крайнем случае другим буду заклинания высчитывать. Или преподавать.

Хихикнула, представив себя у доски. А всё возможно – Общеобразовательный факультет учителей готовит, другое дело, что меня сия стезя не прельщает.

От мыслей о светлом прекрасном будущем отвлёк крик: 'Ложись!'.

Не думая, брякнулась на пол, уловив протяжный, тонкий свист.

– Вконец оборзели? – А этот голос мне не знаком. – Сейчас прикрою вашу лавочку и разгоню по домам. С вещами.

Судя по тому, как стало тихо, человек этот пользовался авторитетом.

Магнус, присевший рядом со мной, досадливо прошипел: 'Гедеш! Нанюхался, теперь пришёл нам настроение портить'.

Решив, что нечего вытирать платьем пол, встала и обернулась, чтобы узнать, кто же навёл шороху на развесёлых учеников. Дежурный преподаватель.

Колоритная личность, однако! Брюнет с густыми бровями и бледно-серыми глазами, высокий, плечистый, с блокнотом в руках. Перо уже само строчило отчёт о неподобающих буйствах.

Интересно, что же этот субъект преподаёт? Явно маг и явно не предсказатель. Некромантия на Алоисе, хотя наверняка у него помощники есть, раз Ксержик – старший преподаватель.

Брюнет повёл носом и начал совершать обход. Скользнул по мне равнодушным взглядом и ловко выудил через запертую дверь зомби, которого попытались спрятать ученики. Раз – и тот вспыхнул, превратившись в груду пыли. Силён! И явно не младший преподаватель.

А брюнет между тем, будто видя сквозь стены, направился к следующей комнате и провёл зачистку там.

Как заправский охотничий пёс, он находил всё противозаконное. Разрушенный потолок тоже не укрылся от его внимания. Брюнет сначала нахмурился, потом склонил голову набок, задумчиво рассматривая края дыры.

– И? – он перевёл взгляд на притихших учеников. – Признавайтесь, не больно будет.

Студенты почему-то так не считали, ручейком утекая к лестнице: мол, на улице гулять приятнее, даром что темно, холодно и пурга метёт. Но уйти никому не удалось: брюнет что-то там наворожил.

– Хорошо, я подожду, – он сел на кровать, повертел в руках стакан, понюхал и подманил себе по воздуху бутылку из рук оторопевшего предсказателя. – Пить вредно, а то одни зелёные змии видеться будут. Кстати, глянул бы в шарик, сказал, кто тут выиграл долгую дорогу и казённый дом.

Предсказатель тут же юркнул за чужие спины.

– Так, что тут у нас? – брюнет откупорил бутыль. – Хорошо живёте, однако. На семи травах, не самогон. Ну, за ваше здоровье!

Он плеснул себе полный стакан и залпом выпил. Даже не поморщился.

– А это кто? – шёпотом поинтересовалась у Магнуса.

– Гедеш, – отмахнулся тот. – Магистр Гедеш. Он метаморфологов в бараний рог скручивает. И ещё ректора на боевой магии подменяет. Хотя, по мне, ему бы предсказателем работать: явно дар ясновидящего есть. Спрячь шпаргалку – найдёт. Даже если в соседнем классе спрячешь.

Да, весёлые здесь преподаватели! Под стать ученикам.

– Я могу и всё выпить. Не только эту бутылку, – Гедеш повертел посудиной в руках. – Признавайтесь, а? Всё равно найду. Смелым полагается награда. Так и быть, общественное порицание и работы во благо родины.

Ученики не торопились признаваться, решив разойтись по комнатам. Одному явно некуда идти: помещение занял преподаватель.

– Хорошо, я поиграю в прорицателя, – протянул Гедеш и развалился на кровати с заново наполненной кружкой. – Энергетические следы отлично читаются, в воздухе витают. Чьи же это, а?

Преподаватель лениво повёл рукой в воздухе, будто зачерпнул что-то и поднёс ладонь к лицу. Цокнул языком и протянул:

– Некроманты. Точнее, один некромант. Ниточка тянется, тянется… Милош Кварин, к ректору! – последнюю фразу он резко выкрикнул, выпрямившись и магическим пасом отправив бутылку на стол. – Немедленно!

Почувствовав запах жареного, все разбежались. Магнус тоже потащил меня прочь, шепнув, что после поимки козла отпущения веселье продолжится в прежнем объёме.

– Да, влип Милош! – протянул некромант, торопливо закрыв за нами дверь комнаты. Так, к слову, поступили многие. – Он со мной в одном классе учится, экспериментатор. Теперь его Гедеш во всех позах поимеет. Лучше бы Ксержик явился, у него хотя бы наказания здесь и сейчас и не такие унизительные, хотя и неприятные. А тут – месяц учебное пособие изображать, мыть полы, помогать на кухне. Ещё на выпускном припомнит!

Что ж, по крайней мере, нас этот Гедеш не тронул. Будем знакомы и постараемся не перебегать друг другу дорогу.

Осторожно выглянув, увидела, как преподаватель уводит провинившегося.

Почувствовав мой взгляд, Гедеш обернулся. Во взгляде скользнуло любопытство.

– Дочка Алоиса? – А вот и причина столь пристального внимания.

Кивнула, не считая нужным скрывать. Но дальше ничего не последовало, Гедеш ушёл.