Текст книги "Чужая душа - потемки (СИ)"
Автор книги: Ольга Романовская
сообщить о нарушении
Текущая страница: 16 (всего у книги 30 страниц)
– Ключ под ковриком. Обживай. А мне нужно в Школу. Забыл, – поморщился Ксержик, – ты же заклинания снять не сумеешь… Покажу один раз, потом сама.
Меня отправили топать к дому через сад, а некромант, очевидно, попал в жилище через парадный вход. Пока добрела до крыльца одноэтажного дома с мезонином, Ксержик успел завести лошадей в конюшню. Махнул рукой, чтобы на крыльце посидела, скинул мне под ноги дорожные сумки и закончил заниматься лошадьми. Потом, перекинув свои вещи через плечо – мои некромант проигнорировал, – поднялся по ступенькам, вытащил из-под половика ключ и щёлкнул пальцами, привлекая внимания.
– Знак хозяина. Трёхфазный. Раз, – одна фигура в воздухе, на домик похожа. – Два, – движение прямой ладони поперёк груди. – Три, – закорючка, чем-то напоминающая двойной знак вопроса.
Ничего я не запомнила, даже не поняла толком, но кивнула. Представляю, какой дурой окажусь на фоне местных чародеев. Это тебе, Агния, не Общеобразовательный факультет.
Берлога холостяка – она и есть берлога холостяка. Беспорядок, полное отсутствие уюта. А ещё бутылочки с какими-то реактивами, разные непонятные инструменты. Их некромант походя сгрёб со стола и убрал в шкафчик. Полагаю, трогать всё это не следует.
Спальня Ксержика находилась в мезонине. Некромант милостиво разрешил положить пока Марицу узкую постель, предупредив, что в моё пользование её не отдаст.
– Я тебя на кухне устрою, на печке. Так мешать друг другу не будем.
Ксержик ушёл, а я умылась и отправилась готовить завтрак для троих – каждому своё. Продукты в леднике были, даже не испортились – наверняка заклинание наложено.
В итоге к возвращению некроманта прибралась, покормила дочь и истомила кашу. Ксержик одобрительно хмыкнул и умял половину за один присест. Одарил подобревшим взглядом:
– Может, иметь дочурку не так плохо, на трактирах сэкономлю. Два часа тебе на отдых – и знакомиться с ректором.
С удовольствием прилегла. Сквозь сон почувствовала, как под бок положили Марицу. Обняла её и засопела.
Проснувшись, обнаружила в руке бумажку с тремя выведенными углём знаками и подписью: 'Девичьей памяти. Насмотрелся за двадцать лет на ваше: 'Я запомнила''.
Школа иных напоминала укреплённый замок. Запрокинув голову, рассматривала башни и стены, бывшие, казалось, продолжением скал.
Мы поднимались по извилистой дороге, тянувшейся от северной окраины Ишбара. Шли версты две, поднимая пыль ногами.
– Это специально? Почему Школа не в городе?
– Не любишь ты людей, Агния, пожалей бедолаг. Их и так школяры изводят. О, легки на помине!
Над нашей головой пролетела на метле девушка в синей юбке. На шее, будто ожерелье, висела связка баранок.
Метла неожиданно замерла и, не слушаясь ведьму, начала снижаться.
Глянув на Ксержика, хихикнула: его рук дело.
– Разрешение на полёты, – некромант направился к мявшейся с ноги на ногу ведьме.
– А я третьегодница, – пискнула девушка. – Нам без него можно.
– Ну-ну, как же! Второй год обучения, наставница – Шаолена Гвитт. Так что, метлу конфискую?
Губы ведьмы плаксиво дрогнули. Она крепко вцепилась в средство передвижения и затараторила:
– Простите, магистр Ксержик, я больше не буду. Честное ведьминское!
– Конечно, не будешь. – Раз – и метла оказалась в руках некроманта. – У наставницы заберёшь.
Я сочувственно глянула на девушку и заметила, как та сложила пальцы в трехбуквенную композицию. И тут же ойкнула, дёрнувшись, будто от укуса.
– Правило первое: соизмеряй свои силы и чужие возможности, – прокомментировал Ксержик. – И с некромантами не связывайся.
Ведьма завизжала, когда из земли вылезла рука и ухватила её за юбку. Потом отпустила, сложила 'фигу' и ушла обратно в потревоженную могилу.
Я оценила. Ведьма тоже, даже извинилась и покорно посеменила следом за нами, пытаясь подлизаться. Не вышло: Ксержик её игнорировал, рассказывая мне о Школе.
Наконец мы добрались до ворот.
Во дворе некроманту пришлось поймать и обезвредить летевший прямо на нас шипящий шар. Нахмурившись, он обвёл взглядом притихших учеников и поинтересовался:
– Сами признаетесь или физической подготовкой займётесь?
Парни – все мои ровесники – упорно молчали. Одеты они были в синие рубашки – видимо, таким нехитрым образом 'помечали' учащихся Школы иных.
Ксержик пожал плечами и вытянул руку. Слегка оцарапал ладонь, полюбовался каплей крови, что-то шепнул – и пойманный шар завис перед его лицом. Откуда только взялся?
Раз – и шар мячом был отброшен в группу учеников. Те бросились врассыпную, падая и спотыкаясь. Шар метался за ними, шипя и грозя разорваться в каждую минуту.
– Недоучки, – прокомментировал некромант. – Мои. Научатся что-то кое-как делать – и Школу спалить готовы. Так что по сторонам смотри, если что, падай. Лазарет в левом крыле административного корпуса.
А ученики всё нарезали круги по брусчатке вокруг чахлых, подпалённых, деревьев в кадках, немыслимым образом выживавших в таких сложных условиях.
– Физическая подготовка для мага – дело жизни, – крикнул им Ксержик. – Вас четверых уже загрызли вампиры, а ты, Саймон, пока живой. Но тоже долго не продержишься, если не вспомнишь, чему я тебя учил. Хоть бы кто отбить догадался! – сокрушённо вздохнул он и увлёк меня прочь.
– А как же они? – я обернулась к парням.
– Летняя практика, – пожал плечами Ксержик. – Часик побегают, потом шар уничтожу. Он всё равно прицельный, для тех умников. И сотворил его наверняка Лазло.
– А почему они не уехали на лето?
– У нас многие не уезжают: не хотят. Не палками же выгонять!
В административном корпусе было прохладно. Толстые каменные стены скрадывали звуки и, казалось, останавливали время.
По дороге Ксержик поздоровался с парой преподавателей, намекнув на какую-то встречу 'У толстяка'.
Кабинет ректора утопал в маргаритках – любимых цветах заведовавшей Школой Маргариты Тайо. Никогда бы не подумала, что такой пост доверят миниатюрной миловидной шатенке. Но именно она на правах хозяйки кабинета поливала украшенные весёлой росписью горшки.
– Ты не смотри на внешность – Маргарита в гневе страшнее всех священников, троллей и демонов вместе взятых, – шепнул Ксержик. – И по документам ей вовсе не восемнадцать.
– А сколько, Алоис? – ректор живо подняла глаза и улыбнулась. – Явился, наконец! Да ещё с приплодом. Потом расскажешь, где и как настрогал.
– Здравствуй, здравствуй, несравненная красота, – некромант поцеловал ей руку и без приглашения плюхнулся в ректорское кресло.
– Не рановато ли? – поинтересовалась госпожа Тайо, поставив лейку на место. – Смотри, уволю.
– Не уволишь. Какой ещё дурак согласится преподавать местным оболтусам некромантию и боевую магию?
Ректор рассмеялась и потрепала его по плечу:
– Сколько знаю, всё такой же. И магию твою знаю. Точнее вижу. Ты не против, я мальчишек отпустила. Шар модифицированный, уровень 1 Б?
– Он самый. Магия крови, том первый, параграф двадцать четвёртый.
Госпожа Тайо с готовностью сотворила из воздуха уменьшенную копию шара и развеяла его щелчком пальцев. Затем, посерьёзнев, глянула на меня.
В Школу я пошла без Марицы: Ксержик сказал, что её лучше оставить дома. Он заверил, что она не проснётся до нашего прихода, а в дом ни один человек в здравом уме и трезвой памяти не полезет. А если полезет, то этой памяти лишится.
Некромант тут же встал и занял стул справа от стола. Ректор кивнула и села, сцепив унизанные кольцами пальцы. Ухоженные, будто у благородной дамы.
В вырезе платья виднелось несколько шнурков; ещё одна цепочка свисала снаружи.
– Итак, Агния Выжга. Предложенное направление: некромантия. Специализация – контакты с демонами.
Я испуганно глянула на Ксержика. Какие ещё контакты?
– Переводчица, Агния. Я не просто так вдалбливаю в тебя демонический. Хорошая работа, к слову, денежная. Самое то для одинокой мамочки. У неё дочка маленькая, Маргарита, младенец ещё. Муж жену поновее нашёл, а эта убивалась по нему. Вот, привёз мозги вправлять и, заодно, выяснить, отыгралась ли природа на моих отпрысках. То есть что там с кровью.
– Ты говорил, колдовать можно.
– Я могу, она нет. Дара тоже не видно, в Академии не могли пропустить. Словом, глянь, будь добра, чтобы я успокоился. А то вдруг некромантка? Тогда эту девицу немедленно нужно брать в оборот, а то с годами всё сложнее развить.
Ректор хмыкнула, пробормотав:
– У Алоиса Ксержика везде одни девицы! Ради разнообразия хоть бы внук родился.
Госпожа Тайо встала и направилась ко мне. Проходя мимо некроманта, легонько щёлкнула его пальцем за ухом. Судя по всему, такое было в порядке вещей, и этих двоих связывали не только деловые отношения. Не поручусь, что любовные: дружила же я с Лаэртом?
Повинуясь жесту ректора, тоже встала и вытянула руку.
Госпожа Тайо внимательно осмотрела рисунок вен, замерев на пару минут, заглянула в глаза, а потом попросила Ксержика подать нож со стола:
– И лист бумаги, будь любезен. Подержи, чтобы рисунок крови вышел верным.
Некромант выполнил указание и присел на корточки у моих ног, держа наготове бумагу.
Ректор зигзагом, напевая, порезала мне руку и стряхнула несколько капель на лист. Затем потрепала по щеке, вручила носовой платок и обещала сейчас поведать судьбу не хуже ярмарочной гадалки.
Оба мага с интересом, чуть ли не уткнувшись лбами, уставились на кровавый рисунок на бумаге. Потом госпожа Тайо недовольно отпихнула Ксержика:
– Свет не загораживай! Всё равно ничего не поймёшь.
Некромант покорно сел на место, нетерпеливо барабаня пальцами по столу.
А ректор то так, то этак вертела лист, даже лизнула, пробуя на вкус. Потом открыла шкафчик и извлекла из-за статуэтки танцовщицы пробирку с этикеткой в виде черепа. Надев перчатки, осторожно откупорила и капнула на мою кровь. Она зашипела, изменив цвет.
– Всё, – радостно сообщила госпожа Тайо, убрав бутылочку. Вернулась за стол и подписала какую-то бумагу. – Зачисляю. Проведу по обмену. Магистр Айв уже подтвердил, что всё законно. Комнату…
– Я её у себя поселил.
Ректор задумалась, недовольно покосившись на меня, а потом попросила:
– Госпожа Выжга, выйдите, пожалуйста, за дверь. Подождите в коридорчике минуту, я позову. Зачатки способностей у вас есть. Слабенькие, но на крови колдовать сможете. Ничего сложного, не выше уровня С. Направление – оборонительное. Обучаться лучше в Академии: больших успехов добьётесь, если переведёте энергию в неконтактную стандартную, без тёмного уклона.
Закрыв дверь, осмысливала услышанное.
То есть я смогу стать помощником мага, как хотела? Обладаю хоть чем-то полезным, но неправильным, раз в колдовстве не преуспела, и священники за обыкновенного человека приняли.
Всё же любопытно, что твориться в кабинете. Кажется, ректор за что-то отчитывает Ксержика. Я её понимаю – лишние хлопоты в виде меня никому не нужны. Вот и она с радостью отправит новую ученицу обратно в Академии.
По коридору, смеясь, пробежали две ведьмы. Глянули на метлу, стоявшую у двери ректора, скорчили рожицы и перешли на шаг. Их встретила женщина с баранками кос, пожурила за шум и куда-то увела.
Со двора доносились крики:
– Я лучше, я лучше! У меня четырнадцать!
– А у меня пятнадцать, плюс удачный стазис.
Будущие маги везде одинаковы.
Выждав, пока коридор опустеет, попыталась рассмотреть что-то в замочную скважину: увы, ректорское место было пусто, а иного не видно.
И тихо так…
Наконец меня позвали обратно.
Госпожа Тайо вручила мне пропуск в учебные корпуса, расписания занятий… и ключ от комнаты в местном Студенческом доме.
– А почему мне нельзя жить у магистра Ксержика? Или это запрещено распорядком?
– Нет, – ответила ректор, – но вам не помешает иметь второе пристанище. По причинам морального свойства.
– Но магистр – мой отец… – я ничего не понимала. – Кто может подумать, будто мы…
Ксержик рассмеялся:
– Маргарита, я же говорил, что это лишнее. Ладно, я сейчас ей всё покажу, а потом вернусь. Оморон – чрезвычайно интересное местечко.
Госпожа Тайо кивнула и пожелала мне удачной учёбы. Потом улыбнулась и шутливо бросила некроманту:
– Смотри, пытать буду страшно и долго!
– Надеюсь, выживу, потому что скоро начало учебного года, и в твоих же интересах самой не бегать по кладбищам, спасая мертвецов от студентов.
Ректор расплылась в улыбке:
– Когда это я тебя, Алоис, до смерти мучила? Вечно жалею. Иди уж, незаменимый ты наш.
Подумав, госпожа Тайо наклонилась и подставила щёку. Ксержик с готовностью её поцеловал и увёл изумлённую меня прочь. Потом соизволил объяснить:
– Мы с Арой в некотором роде супруги. Без росписи, общей фамилии, имущества, детей, но вот уже десять лет. А насчёт дома… Она полагала, что ты будешь мешать приятному времяпрепровождению. Но это мы уладим, верно? Оба взрослые люди, уживёмся под одной крышей. Если хочешь, конечно, можешь в Школу перебраться, но не советую: ребятишки там буйные.
Глава 16
Хорошая семья – та, в которой муж и жена днем забывают о том, что они любовники, а ночью – о том, что они супруги.
Жан Ростан
Сказать, что я боялась, переступая порог класса в конце августа – учебный год в Школе иных начинался на пару дней раньше, нежели в Академии, – это промолчать.
Под мышкой – учебник демонического, на плече – сумка с тетрадями.
Я была единственной, кто не носил синего. Этакая 'белая ворона'. Памятуя о предупреждениях Ксержика, передвигалась по стеночке, а по двору – перебежками. И не зря: ученики пулялись разными заклинаниями, ведьмы упражнялись в полётах на мётлах, алхимики превращали брусчатку то в воду, то в огненную стену, а будущие метаморфологи пугали разными иллюзиями и превращениями.
Грохот стоял ещё тот. Ума ни приложу, как не оглохла! Сколько раз испугано нагибалась, падала на колени, а то и на живот – не сосчитать.
Ученики смеялись, дразнили трусихой. Те, кто постарше, – русалкой, предлагали прогуляться вечерком. Особенно настырные и вовсе сжали в кольцо, решив, что такая женщина, как я, без приключений дойти до учебного корпуса не может.
Вот бы когда пригодился Ксержик! Но некромант встал рано и теперь пропадал то ли в классах, то ли в административном корпусе. Разбираться со всем предстояло самой.
– Откуда занесло ветром такую красавицу? – протянул высокий тонкий парень. Судя по амулету, некромант. Смелый наглый взгляд, не в меру шаловливые руки – он ведь их мне на плечи положил, разворачивая. – Как тебя зовут?
– Голосом, – отрезала я.
Жизнь в Ишбаре пошла мне на пользу, вернув часть былого спокойствия. А как же иначе, если по утрам покупки, готовка, днём – демонический. Вечера, правда, частенько проводила одна, с Марицей: Ксержик уделял их госпоже Тайо. Мог и остаться у неё, на территории школы, ночевать: я создавала определённые неудобства. Во всяком случае, встрёпанная ректор, изображавшая, что только-только зашла в кабинет некроманта, встречала меня по окончанию наших с дочек прогулок. Догадываюсь, что Ксержик специально отсылал меня, чтобы побыть наедине с госпожой Тайо в неурочное время.
Но бывало, что любовники вили гнёздышко и в мезонине, откуда доносился смех ректора и её слова:
– Алоис, перестань, щекотно же! Смотри, устрою переаттестацию.
В вечерних сумерках они любили устроиться в яблоневом саду и обсуждать там разные дела.
Госпожа Тайо клала голову на плечо Ксержика, а тот обнимал её за талию. Издали они выглядели счастливыми. Я неизменно отворачивалась – больно, и шла, уже по собственному почину, зубрить шипящие.
– А язычок-то острый! – рассмеялся приставучий ученик и покачал перед моим носом амулетом со слабенькой магией. Очевидно, я должна была впечатлиться, но после камушка на шее Ксержика все эти штучки казались детским лепетом. – Будем знакомы: я Герман.
– Агния, – не видела смысла скрывать. – А теперь разрешите пройти. У меня физическая непереносимость магов.
И тут не погрешила против истины: Хендрика я терпеть не могла, а он – чародей. Женился, к слову, даже приглашение на свадьбу прислал. Получила его с опозданием и разорвала. Чтоб ему Франка поперёк горла встала!
Некромант опешил, и я скользнула прочь. Ровно на два шага, потому что парень решил возобновить знакомство. Выпытывал, на кого учусь, когда заканчиваю, как к мятному сиропу отношусь, обещался доказать, что маги – действительно дрянь, а некроманты – белая кость.
– То-то в тебе одни кости, Герман! – хихикнула пролетавшая над нами ведьма и вырвала из-под мышки некроманта тетрадь. – А ещё он дурак, – подмигнула она мне и, набрав высоту, полетела к одной из башен.
Герман погрозил шкодливой ведьме кулаком и запустил ей вслед что-то блестящее, наподобие снежной молнии. Попал.
Ведьма завертелась на метле, выкрикивая проклятия, и шлёпнулась на землю, в последний момент сумев хоть как-то замедлить стремительный полёт со смертельным исходом. Вся в зелёных пятнах, она гордо восседала на пятой точке, а некромант с компанией хохотал.
– Приворот – дело точное, – пригрозила ведьма. – Камушки не спасут. Будешь бегать за мной с вытянутым языком.
– Я как раз красивый ошейник сплела, – сквозь толпу протиснулась товарка девушки по несчастью и потрясла разноцветной 'косичкой' перед носом некроманта.
– А что, – задумчиво протянула она, – тебе к лицу. Горчичные глаза, синие синяки, красный нос, зелёная кожа. Все цвета в наличии.
– Ведьмы, они тоже в качестве рабочего материала пригодны, – тем же тоном ответил Герман.
Обладательница метлы встала в позу и открыла рот, чтобы ответить, но как-то вдруг стушевалась, попятилась и затерялась в толпе. Некромант торжествовал победу, но недолго: пока его не ухватила за ухо неведомая сила и не подняла над землёй.
Точно так же поступили с пострадавшей ведьмой.
– Нарушаем школьный устав? – к нам, легко рассекая толпу, шествовала ректор в синем платье в горошек. На груди – аметистовая брошка, на шее – всё тот же ворох амулетов. – Видимо, очень хотим на общественные работы. А что, мне потолок нужно в столовой побелить – как раз занятие для любителей полётов. А вас, молодой человек, отправим в горную экспедицию: магистр Ксержик жаловался, что учебные пособия истрепались, вот вы и пополните. Всегда мечтала иметь чучело вампира или вытяжку белков глаз оборотня.
Госпожа Тайо мечтательно вздохнула, будто действительно желала получить в подарок костлявую руку. Потом, посерьёзнев, добавила:
– С энергией неправильно обращаетесь. На пересдачу пойдёте. Признайтесь, принесли преподавателю бутылку эльфийского?
Некромант божился, что зубрил, что больше не будет, что ведьма его спровоцировала, но ректор лишь скептически цокала языком и качала головой. Не глядя, привела в негодность ещё одно шальное заклинание, и неожиданно громко рявкнула:
– К порядку! Всем построиться и разойтись по классам. Энергетический фон подчистить, мётлы сдать завхозу. Ещё одно заклинание или полёт без разрешения преподавателя – пинком под зад домой.
Голос у неё был звонкий, командный, вызывавший желание слиться с окружающей природой. В Академии так никто не кричал. Казалось, слова ректора накрыли весь двор, отразившись от гор.
Все сразу затихли, торопливо закончили демонстрацию умений и гуськом потянулись в учебные корпуса, то и дело оглядываясь через плечо.
Госпожа Тайо хмыкнула, щёлкнула пальцами – и проштрафившиеся ученики поплыли за ней по воздуху в административный корпус. Чтобы не отвлекали от мыслей, она лишила их голоса, и бедняги беззвучно раскрывали рот, словно рыбы.
Да, внешность воистину обманчива, как и цветочки в ректорском кабинете.
Впечатлённая, глянула на листок с расписанием, и поспешила присоединиться к потоку первогодок-некромантов. Радовало, что определили в самую слабую группу. И не радовала дополнительная специализация.
Вопреки ожиданиям, приняли меня хорошо. Двадцать глаз с испугом и любопытством взирали на стопку учебников на столе и начертанную на грифельной доске надпись: 'Химия'. На Общеобразовательном факультете Академии её преподавали на втором курсе, а здесь – на первом.
Преподавателем оказалась молодая женщина, которая по мере сил и возможностей вдалбливала в наши головы сложную науку. Начала она занятия не со скучной теории, а опыта: растворила мрамор в какой-то колбе. Камень закипел, покрывшись пузырьками, и исчез, а класс наполнил неприятный запах – будто что-то горело.
А дальше начались составляющие веществ, три вида их состояний, взаимодействие друг с другом, длинные лекции о материи и её движении.
'Движение, как и постоянное изменение, присуще всей материи в целом и мельчайшей её частице. Формы движения её чрезвычайно разнообразны, и знание их отличает мага от обычного человека. Невозможно построить, отразить, изменить, понять ни одно заклинание, не понимая сути строения мира', – и далее по списку.
Кристаллические решётки, химические элементы, формулы, металлы, неметаллы, газы, жидкости, кислоты… И опыты, опыты, опыты. Будто алхимиком стала.
Не сказала бы, что блистала отметками, зато на занятиях магией стало легче. Вёл их Ксержик. Поблажек не делал, но наказывал отстающих своеобразно: прогулками на местное кладбище с каким-то поручением. Оно мне стало как родное.
Вторым предметом, вызывавшим проблемы, стало 'Строение материального и нематериального мира', на котором приходилось высчитывать скорость падения тел, учить свойства энергии, движения и прочие заумные вещи. Тут я и вовсе плавала, приходилось после занятий сидеть в подвале – там располагалась библиотека.
На мой вопрос, зачем знать свойства тел и воздуха, Ксержик ответил, что без этого я не бельмеса не пойму в теории магии.
– Я и так не понимаю, – вздохнула я, переводя очередной абзац на демонический. Суровый учитель не спускал с меня глаз, тыкая пальцем в малейшую ошибку. Весь лист уже замарала, а дело не дошло и до середины.
– В базовой практической? Я это лучше тебя знаю. Агния, вопросы на уроке задавать не запрещено, пользуйся. Или мертвецы нравятся?
Он рассмеялся, намекая на мои прогулки на погост.
Могилки нравятся, их обитатели – нет. Бегаю, амулетами обвешанная, какую-нибудь сон-траву к груди прижимаю, а за мной – нечто, мхом поросшее. Хорошо! Главное, худеешь быстро, демонический вспоминаешь (ага, те слова, которые для связки предложений) и то, что, оказывается, немножечко колдунья. Помню, в последний раз со страху, оцарапавшись, светлячок в глаз живому холмику запустила.
– Ну-с, на чём застряла? – оторвал от воспоминаний о романтических свиданиях с пищей червей Ксержик. – Спряжение глаголов? Пятый параграф открой. А насчёт магии… Почувствуешь свою энергию, научишься её призывать, трансформировать, в окружающую среду через кожу переводить – факультет в Академии сменишь.
– У меня голова пухнет! – пожаловалась я, уткнувшись носом в учебник. В невесты меня хвостатым готовят, не иначе. – Идите уж к Маргарите.
– Не повезло тебе: у Ары есть дела поважнее. Так что давай, поведай мне, как следует величать Правителя демонов? И не выкай, а то стану относиться как ученице Выжге, которая сдаёт мне зачёт. Не сдашь, говорю сразу. – И безо всякого перехода: – Мальчика выбрала?
Объяснив, что не до мальчиков мне с такой учебной нагрузкой, завязала язык узлом и целых полчаса шипела, рыкала и свистела.
В ноябре ввязалась в авантюру. А всё ради вожделенной практической работы по магии, которую без чужой помощи не осилила. Без неё к экзаменам не допустят, в Вышград не вернусь. А я по Лаэрту, Светане соскучилась, Академии тоже. Школа иных – она для ведьм, а я помощником мага стать хочу.
Словом, нужен мне был некромант второго года обучения.
Сидела в столовой, обдумывала хитрый план заманивания в сети дружбы означенного субъекта, а одногруппницы шептались о своём, девичьем. Потом разом вдруг замолчали, уставившись на вошедшего мрачного парня. Брюнет быстро прошествовал к раздаче, взял поднос с тарелками и устроился в уголке с толстым томом, который извлёк из воздуха. По виду – не преподаватель, но и не один из тех шутников, третьегодников.
– Кто это? – толкнула в бок соседку.
– Магнус, – не сводя глаз с брюнета, ответил та.
– Некромант?
– Некромант. Только гиблое дело: на девушек он не смотрит, с парнями тоже не общается. Книжный червь, – она скривилась и тут же добавила с восхищением: – Зато его после окончания Школы младшим преподавателем возьмут. Он самостоятельно вампиров ловил – на четвёртом-то курсе!
Сейчас Магнус учился на пятом.
Не знаю, какая муха меня укусила, но я поспорила на нужные мне зимние сапоги – в Школе стипендии не платили, жила на 'детские' деньги, бесплатно столовалась у Ксержика, – что соблазню этого сурового умника. Убью трёх зайцев: сдам бесову магию, получу необходимую вещь, стану уважаемым лицом в классе. Войду в анналы Школы иных через чёрный ход. Да и пора вспоминать, что на свете не только Хендрик существует. Стоит только пальцем щёлкнуть – десятки у моих ног будут, бывший муж ещё локти покусает.
На следующий день, впервые за последнее время, битый час вертелась перед зеркалом, пытаясь превратить свой скромный наряд во что-то путное. За всем эти наблюдала уже годовалая Марица – время-то как быстро идёт! Дочка уже платьица носила и с моей помощью делала первые шаги. Ничего, скоро сама пойдёт.
До блеска расчесала волосы, скрепила в 'хвост' и подкрасила губы самодельным средством из малины.
Вошедший узнать, какой водяной утащил закопавшуюся дщерь, Ксержик присвистнул:
– Замуж собралась или просто на свидание?
Промолчала и влезла в овечью шубку – приданое замужней жизни.
Всё время до обеденного перерыва продумывала нехитрый план обольщения таинственного Магнуса, в результате чего конспект пополнился записями, далёкими от темы занятий. Радовало отсутствие химии и магии – а то бы натворила дел!
Первой вылетела из класса, поспешив в столовую. Знала, что на меня делали ставки: в Школе иных споры и пари – дело обычное. Мне, к слову, если проиграю, предстояло подменить пробирки госпожи Райке.
Заняла место, откуда Магнус не мог бы меня не заметить, и стала ждать. Действовать нужно до того, как некромант уткнётся в книгу.
Вот и он.
Дождалась, пока Магнус отсутствующим взглядом скользнёт по учащимся, и эффектно распустила волосы, тряхнув головой. Есть, движение замечено, но реакции нет. Я и не надеялась, главное, хоть на мгновенье отпечататься в памяти.
Потом пошла за добавкой и на обратном пути завернула к столу Магнуса. Нет, не знакомиться, а якобы переброситься парой слов со знакомыми. Но встала так, чтобы нервировать некроманта своей тенью.
– Отойдите, пожалуйста, вы мне свет загораживаете, – недовольно пробурчал он.
Сделала вид, что не расслышала, продолжая высосанный из пальца разговор. Некроманту пришлось оторваться от фолианта и глянуть на меня. Пусть интересуется, запоминает.
После повторной просьбы я подвинулась, но заметила, что читать во время еды вредно.
Магнус недовольно зыркнул, но промолчал.
Что ж, любые эмоции нам на пользу, я и не надеялась с первого раза завязать беседу.
Вернулась на место и спокойно поела. Сроку у меня – до сессии, успею. Надеюсь, что успею. Не женской ли хитростью в Академию попала? И тут сумею.
Экзамены, к слову, предстояло сдавать здесь, что не радовало. Зато ректор обещала, что в Вышград меня доставят посредством пространственного перемещения. Либо комфортного и удобного в исполнении магистра Лазавея, либо не очень, стараниями местных магов. Виртуозно работать с сущностями и пространствами они не умели, зато более простые игры с расстоянием освоили. Предел их возможностей – тридцать вёрст, а до столицы – далече, так что предстояло совершить несколько последовательных пространственных бросков.
Но в любом случае не придётся трястись в седле или обозе по завьюженным дорогам. В Ишбаре по ночам-то уж студёно, пар изо рта идёт. Снежок первый выпал.
После занятий задержалась в библиотеке. Ксержик пугал языковым практикумом с демонами, поэтому усиленно пополняла словарный запас. Сейчас взяла почитать сборник демонических сказаний. А что, интересные, необычные, только кровавые. Заодно и по магии книжек набрала: 'тянуться' к энергии и учиться. Два нестабильных бытовых заклинания не вариант даже для четырёх баллов из десяти. Я успела расспросить народ: Алоис Ксержик за красивые глаза не ставит, а вот позорищем курса выставит запросто.
В подвале тихо, безопасно, только магические светлячки подрагивают под потолком. Если мало света, делаешь свой, устанавливаешь над книгой и читаешь.
Колдовать запрещено, а чтобы соблазна не было, блокировка стоит. Исключительно светлячки намагичить можно.
Уже собиралась уходить, запихивая книги в сумку, когда боковым зрением различила Магнуса. Сделала вид, что не вижу, и, сгибаясь под тяжестью знаний, побрела к выходу.
Со вниманием к молчальнику лучше не перебарщивать, а то проиграю. Эх, знать бы, разболтали ли ему про пари!
Я мебель? Ладно, ты тоже. До поры, до времени. Первым заговоришь.
Вечером меня ожидал сюрприз: госпожа Тайо и Ксержик в обнимку на кухне. При виде меня ректор попыталась отодвинуться, встать, но некромант не позволил, собственническим жестом положив ладонь на талию.
– Алоис, ведите себя пристойно! – пристыдила его ректор. – Мы должны подавать ученикам пример нравственности.
– Разве ты можешь быть безнравственной? – усмехнулся некромант, поцеловав её в щёку, от чего госпожа Тайо неожиданно смутилась и заёрзала. – Ты образец всевозможных добродетелей.
– Подлиза! – сдавшись, ректор одарила его тёплым взглядом. – Проболтался, что ли? А ещё говорят, что женщины – сплетницы!
Хотела уйти, чтобы не мешать, но Ксержик удержал, заявив, что у него прекрасные новости.
– Я бы даже сказал, две новости. Раз уж ты имеешь ко мне отношение, скажу первой. Поздравляй.
– С чем? – опешила я.
Некромант таинственно улыбнулся, обнял госпожу Тайо и встал, чтобы достать кружки. Две. Ректор укоризненно смотрела на него и качала головой.
– А с тем, что дурной пример заразителен и…
– … и этот шалопай через десять лет сделал-таки мне ребёнка, – закончила ректор. – На свою голову, между прочим.
– Ой, не начинай! Я всегда был готов, но слово Ары – закон. Попросила – получила. Так что ей не наливаем, а то родит неведому зверушку.
Некромант изловчился и мягко шлёпнул по животу госпожи Тайо. Та ответила таким же шлепком по руке, шутливо погрозив пальцем:
– Прекрати, а то не будет тебе ребёнка. Срок маленький, исправить дурость отказа от предохранения можно. Заодно избавлю Школу от твоего тлетворного влияния. Совсем совесть потерял, начальство соблазнил и развратил. Уволить тебя нужно с позором, а то и наказать примерно.
– Я согласен на любые твои пытки, – Ксержик поймал её руку и поцеловал. – Умереть от вязи заклинаний таких ласковых пальчиков – мечта любого.
– Но-но, матерью-одиночкой я не стану, сама из гроба подыму.
