Текст книги "Чужая душа - потемки (СИ)"
Автор книги: Ольга Романовская
сообщить о нарушении
Текущая страница: 12 (всего у книги 30 страниц)
– Некромантия?
– Некромантия, ведьмовство, предсказания, метаморфозы, тёмная алхимия, – загибал пальцы Ксержик. – Есть ещё кое-что, но это для взрослых и сильных. Как второе образование. А теперь пошли: пятнадцать минут истекли.
Меня подхватили под руку и вытолкали в коридор.
Наложив на дверь какие-то чары, некромант обернулся ко мне:
– Точно ничего странного за собой не замечала? На кладбища не тянуло?
Угу, очень! Особенно в кошмарах. Я лес люблю, реки, озёра, поля, ту же библиотеку, а вовсе не надгробия и холмики. А уж после истории с вампиром и вовсе по дуге обхожу.
Папочка оказался любопытным. Пока спускались, успел вычислить мой рост, вес, отметить наличие сходства и выпытать предметы, которые лучше всего давались. Заметила, когда он думал, то крутил перстень на левой руке. Так вот, сейчас он вертел его постоянно.
Потом мне милостиво разрешили спросить его о чём-то. Я ограничилась вопросом о том, что его занесло когда-то в наши края, и что он намерен со мной делать.
– Что делать? Поглядим – увидим. Пока общаться. Немало, не находишь? А занесло… Так вампиры – по некромантской части. Да, – Ксержик подхватил меня под локоток, развернув в сторону стола, за которым собралась наша компания, – мы ещё одно не обговорили: обращения. Тебя, допустим, буду называть по имени и на 'ты', а тебе меня как?
– Теоретически вы мне отец…
– А практически в первый раз вижу. Ладно, можешь величать по имени. 'Выкать' или 'тыкать' решишь по обстоятельствам.
Вот так я и познакомилась со своим блудным папочкой. Своеобразный тип! Но хотя бы не надменный.
семейные разборки после завтрака плавно перетекли в серьёзные дела.
Собравшись в комнате магистра Лазавея обсуждали, отпускать ли меня на Площадь трёх измерений. Голоса разделись, Ксержик сохранял нейтралитет, мучая злосчастный перстень. Потом, когда споры утихли, взял слово. Он однозначно был против маскарада Осунты или Юлианны, но соглашался, что отпускать меня без защиты нельзя.
– Нужно узнать, что с Первосвященником, а этого Агния не сумеет. Отсутствие магии – одновременно её достоинство и недостаток. Так что вывод напрашивается сам собой: полог невидимости.
– Засекут, – покачал головой магистр Лазавей. – Если только не работать на тончайших стыках сущностей. Работа филигранная, а сил у меня, увы, недостаточно.
– А как вы относитесь к нестандартным источникам информации? Оморон Омороном, но мёртвого здесь хватает. И, – некромант осклабился, – оно иногда оживает в самый неподходящий момент. Могу устроить им видение Бархуса. А могу и отловить парочку ретивых послушников руками местной истлевшей фауны. Против неё никакие штучки священников и общепринятые заклинания не действуют.
Магистр Тшольке обиженно фыркнула:
– Я, к примеру, в состоянии уложить любого мертвеца.
– Насчёт любого я бы поспорил, но девяносто девять процентов вам, как умелому магу, под силу, – Ксержик отвесил Осунте лёгкий поклон. – Но изготовители штампованных заклинаний – не вы. Они идут примитивным путём, а потом удивляются, почему это нежить жива. Так что у нас три варианта на выбор: Агния идёт в компании достопочтенного магистра Эдвина, я забочусь о фантомных ушах и глазах, или мы захватываем 'языка'. Есть и четвёртый вариант: Агния идёт одна, но… Риск – дело благородное, а внушения никто не отменял, она может не вернуться.
– И пятый – вы идёте под её личиной, – напомнила магистр Тшольке.
– Как-то большеват я для девочки, – рассмеялся некромант и хлопнул себя рукой по лбу. – Я же слепок с Агнии снял! Вот его мы и используем. Будем сидеть здесь и смотреть на всё его глазами. Безопасно и надёжно. Мои фантомы, – с гордостью добавил Ксержик, – далеко не все от живых существ отличить способны. А если его на скелет накинуть… Словом, дайте мне час на поиски подходящего трупа – и всё будет в лучшем виде.
До условленной встречи оставалось меньше двух часов, так что времени на авантюры не было, но объяснить это Ксержику никто не успел: некроманта ветром сдуло из комнаты.
Магистр Тшольке вздохнула и возвела очи горе. Потом взглянула на меня и процедила:
– Понятно, в кого уродились. В Школе иных вам понравится, госпожа Выжга, там все, – она повертела пальцем у виска.
Я возмутилась, заметив, что на сумасшествие никогда не жаловалась, а к мертвецам питаю стойкое отвращение.
В итоге мы сцепились. Словесно, разумеется. Соревновались в колкости и остроте языка.
Юлианна хихикала и шушукалась с Липнером, а магистр Лазавей хмурился. В конце концов, не выдержал, встал и положил мне руки на плечи. При очередной эмоциональной реплике он будто осадил меня, слегка надавив.
Тепло магии скользнуло по телу, вызвав тот эффект, на который магистр и рассчитывал: я открыла рот, но передумала говорить.
– А теперь, – Лазавей обращался к нам обеим, голос его полнился недовольством, – любезные дамы, я бы попросил вас обеих замолчать и осознать степень неумности вашей ругани. Мне запирать вас в разных комнатах, ставить в угол? Увольте! Я не намерен тратить время и силы на подобные пустяки. В Академии – сколько угодно, но не здесь. Хотя, Агния, на вашем месте я бы держал рот закрытым. А на вашем, Осунта, иногда вспоминал, что вы преподаватель.
Магистр потупилась, что-то пробурчала и под надуманным предлогом вышла. А я осталась выслушивать лекцию на тему поведения достойно воспитанной девушки. Прервало её лишь возвращение моего блудного отца, с довольной улыбкой сообщившего, что труп найден и готов к употреблению.
Смотреть на то, как некромант накладывает заклинания, мы дружно отказались, как и дружно воздержались от вопроса, где Ксержик отыскал, а главное как притащил в гостиницу мёртвое тело. Некромант не обиделся и через полчаса предъявил результат: точную копию меня, только недвижную.
– Капельку крови, Агния.
Не дожидаясь согласия, меня кольнули ножом в палец и мазнули алым лоб фантома-копии. Взгляд её тут же приобрёл осмысленное выражение, кожа на глазах порозовела и обрела теплоту. Даже грудь начала подниматься и опускаться, будто от дыхания. Но я проверила: существо это не дышало. И сердце его не билось.
Глава 12
Никогда не бойся делать то, что ты не умеешь. Ковчег был сооружен любителем. Профессионалы построили «Титаник».
Народная мудрость
Если честно, наверное, никто из нас не верил в успех затеи моего папаши. Священники не дураки, наверняка проверят фантом на живучесть, то есть банально кольнут иголкой. А крови-то не будет. Но резона рваться шпионкой тоже не было никакого. Я и не собиралась, потому что изначально не планировала посещать какой-то там Шойд в каком-то там мире Оморон. И очень, между прочим, хотела обратно. На этот счёт собиралась переговорить с Ксержиком: вроде, сильный маг, авторитетный, может, убедит вернуть меня обратно? Наделает копий – пусть они и соблазняют Первосвященников?
На Площадь трёх измерений меня потащили. Некромант вцепился в руку, как клещ, с интересом поглядывая по сторонам и засыпая вопросами о местных традициях. Я показала ему конку, объяснила всё, что знала, о магических лавках, моде… Неплохо бы его переодеть, к слову, а то люди косятся.
Невидимый фантом шёл позади нас, копируя мою походку. Ксержик сказал, что я должна 'научить' двойника различным жестам и движениям, потому что иначе тот будет передвигаться как зомби.
– А что будет, если они почувствуют подмену? – со страхом спросила я.
– Пойдёшь сама, – пожал плечами некромант. Остановился, порылся в карманах и извлёк оттуда булавку с бусинкой. – На, воткни куда-нибудь, желательно под одежду. С помощью этой вещички я отслежу твои передвижения и, в случае чего, найду способ помочь.
Я скептически оглядела булавку. Значит, фантомы не такие уж хорошие, раз рассматривается вариант моего личного присутствия. И как эта штучка защитит, если меня, скажем, начнут пытать или убьют? Нож всадить – дело не долгое.
– Прикалывай-прикалывай, магию некроманта они не почувствуют, – улыбнулся Ксержик и, не дождавшись, сам, без спроса, расстегнул три верхних пуговицы на платье и ловко присобачил булавку. Снаружи и не видно.
Возмущённая таким нахальством, не сразу сообразила, что мы, вообще-то, на улице, а у меня декольте несколько больше положенного. Когда вспомнила, поспешила ликвидировать это безобразие и напомнить, чтобы чужие руки не распускали.
– Да ладно! – отмахнулся некромант. – Ты для меня не женщина, так что чего стесняться?
Правда, чего? Эка невидаль, что прилюдно раздевает! А то, что я его всего пару часов знаю и вовсе ерунда. Отец не отец, но пальцы посторонние.
– Но как можно заменить фантом на меня? – повозмущалась, а теперь пора и о деле. Хочешь не хочешь, Агния Выжга, а с магами ты повязана и блюдёшь интересы Златории. А они, интересы, требуют ликвидации орденской заразы.
– Просто: перебросить с одной на другую полог невидимости.
Я заинтересовалась, почесав подбородок. То есть, можно стоять рядом со священниками, и они ничего не заметят? Тогда почему бы не проследовать за ними и не облазать тот замок? Невидимость накладывал Ксержик – значит, это тоже 'иная' магия. Поделилась своими соображениями с некромантом, и тот подтвердил: можно. Только опасно.
Вспомнила библиотеку и шпиона. Тогда ж не побоялась, а теперь хоть какое-то оружие, пусть и пассивное. Рискнуть, что ли? А то топчемся на месте, а Орден людей вербует.
Иллюзия безопасности – штука заманчивая, но как бы проверить-то, что работает?
Ксержик остановился, глянул на меня:
– Сиди уж! Потом пойдёшь соблазнять духовенство. А ещё лучше… Нет, не пройдёт, – вздохнул он. – Ты ж уже наврала, что осела здесь. А так была бы любопытной иномирянкой, которая сведения для скучающих обывателей собирает.
Как же, помним 'Академический вестник'! Только никого я соблазнять не буду, пусть Осунта идёт. У неё тоже что-то в стратегических местах есть.
За такими мыслями дорога пролетела незаметно.
Мы остановились, не доходя одного перекрёстка до Площади трёх измерений, и некромант поменял пологи невидимости. После чего легонько направил лжеменя в сторону площади. Мы пошли следом, держась на некотором расстоянии. Следя за движениями кисти Ксержика, видела, как он управляет фантомом.
Приложив палец к губам, некромант свернул в ближайшую арку, затащив туда и меня. Решительным шагом направился к одной из дверей и взялся за ручку. Неужели собрался чужое жилище взламывать? Оказалось, что нет.
В последний момент, будто что-то забыв, Ксержик хлопнул себя по голове и засунул руку в карман. Оттуда, будто от неловкого движения, высыпались шоколадные драже. Некромант присел на корточки и принялся их собирать, покосившись на арку. Обернувшись, я заметила мелькнувший край удаляющейся сутаны.
Значит, следили. Конечно, если Ксержик и дальше намерен гулять по городу в таком виде, то станет помехой для магов.
Выждав пару минут, некромант выпрямился – и стал невидимым.
Я растерянно огляделась, не зная, что делать. Почему-то некромант видел меня, а я его нет. И это создавало определённые трудности.
Решив, что, так или иначе, мне нужно попасть на Площадь трёх измерений, направилась туда. В Номарэ я уже неплохо ориентировалась – спасибо преобразователю речи, разрушившему языковой барьер. А люди тут отзывчивые: с готовностью объясняли дорогу.
Полог невидимости работал: по мне даже не скользили взглядом. Правда, не поручусь, что это банальный 'отведи глаз': больно быстро некромант его перекинул. Но факт оставался фактом: я всё видела, а вот меня нет. Убедилась в этом, когда едва не столкнулась со священником.
Сердце отмерло и ушло в пятки.
Прижавшись к чахлому деревцу бульварчика, я молила кого угодно о спасении.
Вот священник обернулся, мазнув взглядом по арке, в которой мы прятались, оглядел улицу и спокойно пошёл дальше. А ведь я стояла всего в паре шагов, не заметить край платья он не мог. Значит, действительно невидима.
И тут Агнию Выжгу, то есть меня, потянуло на подвиги…
Я пристроилась за священником и, лавируя в толпе, засеменила за ним к площади. Не уверена, что каблучки не цокают, поэтому старалась ступать аккуратно.
Мой двойник уже замер столбом на Площади трёх измерений, косясь на часы. Как раз полдень.
Отделившись от священника, вместе с какой-то девушкой перебралась к странному изваянию из металла, украшавшему площадь, и встала чуть позади фантома. Если что, успею отскочить в кусты.
Солнце сегодня было милостиво и не жарило неподготовленную к встрече с ним кожу. Оно нежилось за облаками, так что денёк выдался прохладный. Прохладный для Оморона.
Священник подошёл к фантому и окликнул его. Я замерла, гадая, умеет ли тот говорить. Как оказалось, да, но односложно и с небольшим акцентом. Это плохо: те, кто видел меня, догадаются, поймут подмену.
Что же делать? Последовать за фантомом?
Когда кто-то тронул меня за плечи, едва не закричала. Потом вспомнила о некроманте под пологом невидимости. Всё же, он едва не выдал нас обоих. Ну, по крайней мере, меня.
Фантом беспрекословно последовал за провожатым, а я рванулась следом. Странно, но Ксержик не остановил, позволил. Только шепнул: 'Туфельки сними, а то их перестук услышат'.
Я отмахнулась: потом! Да и по мостовой в тонких чулках бегать больно, недолго и ноги поранить.
А дальше началась гонка с преследованием. Фантом со священником шли впереди, я – позади. То и дело чудом избегла столкновения с кем-то, один раз едва не попала под колёса.
Куда же они направляются? Ага, к самоходу.
За обмотанным оплёткой кругом в окружении каких-то рычагов, сидел послушник с татуировкой. Спереди оставалось ещё одно свободное место, плюс широкое заднее сиденье.
Спрятавшись за лотком разносчика сладкой ваты, остановившегося, чтобы передохнуть, сняла туфли. Вопреки опасениям, видимыми они не стали.
Проверяя, вытянула руку с обувью. Ага, теперь видны. Значит, полог имеет чёткие границы.
Кто-то хмыкнул над ухом, но я не обратила внимания, на цыпочках подкравшись к самоходу. Потянулась к дверце заднего сиденья – и угодила в руки некроманта. Вопреки ожиданиям, тот не потащил меня прочь, а надел на шею какую-то тяжёлую вещицу. Невидимость мешала рассмотреть, что именно, но, наверное, свой амулет, потому что по коже пошли мурашки. Дальше меня подсадили в самоход.
Я не села, а осталась стоять, чтобы видеть, с какой стороны сядет моя копия. Как и предполагала, её устроили на заднем сиденье, а священник сел на переднее.
Торопливо плюхнулась на плюш – и поняла, что это вовсе не плюш, а чьи-то колени. Понятно, некромант в последний момент решил, что отпускать меня одну негоже, и присоединился к нашей весёлой компании.
Священники нас не замечали. Обернулись глянуть на фантом, убедились, что он на месте, и самоход тронулся, быстро набирая скорость.
Ксержик выводил что-то ногтем на моих коленях. Не сразу, но поняла, что это буквы. Они сложились во фразы: 'Думала, одну отпущу? Головой надо думать'. Ответ нацарапать я не могла, поэтому отложила до лучших времён.
Самоход лавировал в уличном потоке между такими же повозками и всадниками, щеголевато гарцевавшими вдоль мостков-тротуаров. Пару раз мы пересекали железные брусья конки, от чего ощутимо трясло.
Священники не оборачивались – значит, наше присутствие оставалось для них тайной. Я даже прониклась уважением к некромантии: её не берут амулеты. Потом вспомнила, какой ценой она даётся, и приуныла.
От Ксержика пахло чем-то сладким. Принюхавшись, поняла – шоколад. Никогда бы не подумала, что некромант может быть сладкоежкой! В моём понимании, это суровые угрюмые бирюки, с каменными лицами режущие трупы и благоухающие землёй и кровью. В крайнем случае, – декоктами. Но жизнь рушила стереотипы. Что ж, буду знать, что привезти в треклятую Школу иных. Надеюсь, за взятку в виде сливы в глазури старший преподаватель Алоис Ксержик не станет меня мучить.
Устроилась удобнее на коленях отца, нахально обвив ногами его колено. А что, мне держаться за что-то надо? В ответ меня не менее нахально обняли, едва не лапая грудь. Смущает, паразит, и нарочно. Но я не введусь, пусть держит. В моём состоянии кормящей матери без младенца тепло чужих пальцев приятно. Так что пусть положит руку выше.
Некромант не захотел, легонько пнув меня коленом. Обернулась и одарила его оскорблённым взглядом: я не заигрываю, а лечебные процедуры провожу. Потом, видимо, придётся поговорить и объяснить, что не сумасшедшая.
Выехав за пределы города, самоход набрал скорость. Похоже, мы направлялись в то же место, где я провела пару неприятных часов. Только почему-то в этот раз эфиром меня не опоили и глаза не завязали. Значит, я уже не опасна. Или меня оттуда выпускать не собирались. Наверное, заставят вступить в Орден и принести клятву верности. Потом и курс молодого бойца пройду.
Вздохнула, сообразив, куда влезла. Теперь я жалела, что проявила инициативу, не осталась стоять на Площади трёх измерений. Решила поиграть в шпионку! А в Златории Марица осталась… Вот не тем местом у тебя, Агния, голова вставлена, любопытство вперёд тебя родилось.
Почувствовав моё волнение, некромант слегка погладил, будто заверяя, что всё будет хорошо. А я встряхнулась, решив обернуть свою глупость на пользу родному королевству. Раз уж оказалась в гуще событий, то постараюсь жизнь священникам попортить. А после тёпленькими сдать магам: ума не лезть на рожон против десятка мужиков хватит.
Ехали мы долго, пару часов, но подкатили действительно к тому самому замку. Выглядел он внушительно, и весь был опутан плющом. Взять его штурмом невозможно, разве что сверху подлететь. Ага, на метле. Только это ведьмы умеют, а в Академии на них не учат.
Едва самоход остановился, Ксержик быстро вытолкнул меня наружу. Не успев сгруппироваться, я упала и больно ударилась задним местом о камни. Хотела выругаться, но вспомнила, что меня тут нет, поэтому молча, потирая синяк, отползла, наблюдая за тем, как мой фантом под белы рученьки вытаскивают из повозки и тащат к дому. Грубо так, будто мешок с картошкой. А ведь на площади так себя не вели…
Вдоволь наползавшись на карачках, встала и заковыляла к двери, торопясь проскользнуть в закрывающуюся дверь. Подкоркой сознания уловила какую-то опасность – будто магией кольнуло, но не придала этому значения.
Дверь едва не прищемила руку, но я успела. Как оказалось, спешила не зря: послушники закрыли её на засов. Быстро юркнула в сторону, чудом избежав столкновения с одним из них, и огляделась. Мне кажется или холл преобразился? Не припомню столько свечей.
И окна плотно зашторены…
Червячок опасности засвербел сильнее. Теперь я ощущала фоновую магию. Исходила она откуда-то из глубины здания, но, судя по отголоскам, обладала приличной силой. Ей-ей, священники что-то задумали, и моя авантюра не пропадёт втуне.
Выбрав удобный угол, юркнула туда, дождалась, пока все уйдут, и, крадучись, направилась к лестнице. Сердце уходило в пятки, но, надеюсь, его стук слышала я. Признаться, со страху казалось, будто оно издаёт тот же шум, что и молот, опускаемый на наковальню.
Взобравшись на первую ступеньку, вспомнила о второй проблеме: тени. В полдень, как известно, её нет, а вот при свечном освещении… Полог невидимости – это хорошо, но защищает ли он от этой напасти? Оказалось, что да, но только если стоишь сбоку от источника света. В противном случае на полу видно едва заметное пятнышко. Оно такого же цвета, что и окружающие предметы, просто чуть темнее. Учту.
Задумалась, куда бы направиться, и решила обследовать второй этаж.
Туфли, как и советовал некромант, сняла и повесила на шею в виде бус – спасибо гардинному подхвату! Разумеется, все эти манипуляции продела без свидетелей, сто раз предварительно проверив, не приспичит ли кому заглянуть в мой скромный уголок.
Коридор второго этажа стал испытанием: там были люди. Часть стояла, часть прохаживалась. Стража. Все послушники.
Деваться было некуда, и я на цыпочках отправилась в путешествие к неведомому. Страшно, но надо. Зато какой азарт проснулся!
Стараясь не дышать, с черепашьей скоростью миновала сначала одного, потом второго послушника. Ни один из них не почуял неладное.
Кажется, священники собрались вон за той дверью. Если не ошибаюсь, там некогда заседал Совет святых отцов. Подслушать бы – но что-то твердило, что припадать к замочной скважине не самое лучшее занятие. В конце концов, Ксержик здесь. Но любопытство пересилило, и я пошла на риск.
К двери двигалась мелкими перебежками, не забывая о свете. В итоге замерла, прижавшись к стене, и приникла ухом к небольшой щёлке. Существовал риск, что не замечу, как кто-то подойдёт, но кто не рискует, тому фениксом не стать.
Слышимость в зале была хорошая, а тема – занятная. Говорили о каком-то ритуале, который надлежало произвести не позднее третьего дня. И чего-то им для него не хватало. Как выяснилось, магии.
Оказывается, в Омороне не всё продаётся в лавках в баночках и колбочках, раз священники не могли отыскать нужные заклинания. Какие, выяснилось через пару минут и, признаться, волосы стали дыбом. И я очень-очень обрадовалась, что в лапы этих нехороших людей угодил мой фантом, а не кто-то из магов. Даже Осунте я бы не пожелала поменяться с ним местами.
Так вот зачем им Орден и местные! Несчастные создания, которых одурманивают травами и обещаниями, а на самом деле относятся как вещам.
Закрыв рот рукой, чтобы не издать ни звука, вся обратилась в слух.
Они предпринимали попытки, но все оказались неудачны. Теперь набрали новую партию, нужное количество – тридцать человек. И я, вернее, мой фантом как раз тридцатая…
Тело свербело от магии. Её источник был где-то рядом, но его поиски отложила на потом. Сейчас гораздо важнее Первосвященник.
Оказывается, мы все допустили грандиозную ошибку. Вернее, допустили её ректор и компания, потому что я существо от магии, политики и религии далёкое. Предполагалось, что служители Бархуса сбежали на Оморон (к слову, как?) и избрали Первосвященника, чтобы развязать полномасштабные военные действия. То есть избрали сейчас, среди живых. Но то, что я слышала, убеждало в обратном.
Они никого не избирали, во всяком случае, в течение последних – дцати лет. Этих фанатиков вполне устраивал старый Первосвященник, который вёл когда-то непримиримую борьбу с королём. И он же, по логике паствы, должен был его покарать. Убить в прямом смысле этого слова.
Священники планировали свергнуть нашего монарха. Обосновавшись здесь, они копили силы, набирались знаний, снизойдя даже до презренной магии. Правда, сами, к счастью, колдовать не научились, но наёмных чародеев нанимали. И заклинания в колбах покупали. Представляю, сколько послушников и священников погибло до того, как они поняли, как с ними обращаться.
А теперь служители Бархуса решили вернуться домой. И вернуть себе власть заодно.
Скоро праздник, годовщина вступления на престол нашего пожилого короля. Соберутся гости, вся знать, все именитые чародеи… Будет праздник, фейерверки, народные гуляния ярмарки, шуточные состязания на палках и по стрельбе из лука. Лучшего момента для возвращения не найти.
Священники пройдут через другой мир и принесут в Златорию кровь.
Но это-то хоть ожидаемо: не добрый привет же они передадут его величеству! А вот Первосвященник… Он по профилю моего негаданно обретённого папочки, потому что… мёртвый. Именно так – труп. И хранится где-то здесь, в замке.
А тридцать членов Ордена нужны вовсе не для хороводов и песнопений: они должны доказать свою верность Бархусу. Ценой собственной жизни.
Жертвенная кровь – живительная сила для Первосвященника.
Стало так противно, что захотелось высказать этим гадам в лицо, кто они есть. Но опять-таки буду тридцатой, потому что фантому горло не перережешь, а мне – запросто.
Так, где там шляется Ксержик? От мастерства его чар многое зависит. И оттого, чтобы он первым попался этим убийцам на глаза.
Угу, понятно, священники договорились с каким-то магом. Ни стыда, ни совести у людей – за деньги отправит на тот свет тридцать ни в чем не повинных душ! Перехватить бы его да заменить на нашего некроманта.
Оглянулась, убедилась, что никто сюда не торопится, и, обнаглев, чуть приоткрыла створки дверей. На стражей-послушников внимания не обращала – привыкла.
Моего фантома в зале не было, во всяком случае, я его не видела.
Святые старцы тоже находились вне поля зрения, зато теперь от меня не утаилось ни одно слово.
Эх, хорошо бы проникнуть в зал, но в узкую щель я не просочусь, а открывать дверь шире опасно. И так рискую.
Когда же состоится этот мерзостный ритуал, где держат жертв, и где лежит тело Первосвященника? На первый вопрос святые отцы удосужились ответить: в 'ведьмин час' завтра, то есть этой ночью, а вот решением остальных пришлось озаботиться самой.
Надеюсь, Ксержик не лгал, хвастаясь прочностью своих фантомом. Сколько ещё он продержится без подпитки? И что вообще определяет срок существования иллюзорных двойников?
Задумавшись, едва не попалась. В самый последний момент услышала шаги и буквально бросилась под ноги священнику. Получила дверью по голове, но мужественно стерпела, откатившись, а то бы входящего заинтересовала внезапная преграда на пути деревяшки.
Быстро подхватила подол платья одной рукой, а туфли другой: только выпадения за пределы невидимости мне не хватало!
Решив, что хватит на сегодня подслушивать, отправилась на поиски пресловутого тела.
А на голове, кажется, шишка вскочит…
Мысленно ругая бросившего меня на произвол кровавых любителей мертвецов некроманта – его клиенты, между прочим, самое время хвост распустить! – бесцельно побрела по коридору.
Магия всё мурашками разбегалась по коже. Где же?..
И тут меня осенило: тело можно хранить только в леднике, либо в напичканном чарами помещении. А ритуал в абы каком месте тоже не проводят. Раз он так важен, то готовиться к нему начали заранее, то есть сейчас. Отсюда и свечи, и зашторенные окна, и фонящие чары. Вот по ним, как по ниточке, и следует идти.
Чем больше шагов делала, тем страшнее становилось. Пару раз чуть не повернула назад – остановило то, что там, внизу, не менее опасно, чем наверху. Да и грош цена моему рассказу без самого главного – трупа Первосвященника. Надеюсь, он не разложившийся и не смердит, а то святые отцы не посвятили сторонних наблюдателей в дату смерти своего вождя.
Впереди маячила серьёзная проблема – стража. Вооружённая и очень кучно расположившаяся в узком переходе. Судя по всему, мне следовало миновать их и подняться на ещё один лестничный пролёт. Это уже была другая лестница, не парадная, а внутренняя.
Остановилась и плотно обмоталась юбками. Вознесла молитву Марре и не хуже танцовщицы двинулась в нелёгкий путь на носочках. Предстояло освоить ту же пластику, чтобы не натолкнуться на чьи-то бока. Или руки, что, собственно, одно и то же.
Двигалась я очень медленно и устала считать, сколько раз замерло сердце, и сколько раз обозвала себя остолопкой. Заявись сейчас сюда Хендрик со своей пламенной речью о женской глупости – поддержала бы, не раздумывая.
Наконец опасный участок остался позади, и я ступила на лестницу. Задумалась: стоит ли лезть в пекло, – и полезла.
Магия исходила от мрачного коридора, куда я попала, проделав нехитрый путь наверх. Радовало, что в этой части замка никого не было, но не радовало то, что каждый звук эхом отражался под сводами.
Пристроившись к стеночке, ступала неслышно, прислушиваясь к чувствам. Всё-таки пригодилось привитое в Академии умение чувствовать чары. Сильные, разумеется, не прикрытые личными 'глушилками'.
Не знаю, сколько времени прошло – казалось, целая вечность, но я наконец оказалась перед дверьми очередного зала.
Подёргала за медное кольцо, надеясь, что заперто, – но нет, приложив некоторые усилия, мне удалось приоткрыть дверь. Она поддалась с лёгким скрежетом, от которого стало жутко. Но никто не прибежал, чтобы схватить меня.
Из щели тянуло холодом. Одета я была легко – лето же, климат жаркий, поэтому к мурашкам от магии добавились мурашки от холода.
Сплюнув через левое плечо, протиснулась в щель и огляделась.
Огромный зал, посредине которого, как в сказке, – гроб. Только не чёрный, а белый. На подставке с львиными мордами. Как называется такая штука, не знаю, но уж точно не стол и не козлы.
Помимо гроба в зале было много зеркал. И тут мне икнулось: я в них отражалась. Проверила, глянув, если тень на полу – нет. То есть я невидима, но только не для зеркал?
Пол устилали блестящие чёрные плиты. Казалось, будто иду по льду, и боялась поскользнуться. То и дело останавливалась, прислушивалась – но зловещая тишина не думала сменяться топотом ног.
Таинственное нечто, что излучало чары, я не видела, но точно знала, где оно – под гробом. И мне предстояло туда заглянуть… Нет, не под гроб, а в него, чтобы убедиться, что он не пуст.
Уж не знаю, что меня остановило, но в последний момент передумала. Сняла шляпку и на вытянутой руке поднесла к крышке.
Гроб полыхнул синим, не обжигавшим пламенем, и едва не утащил меня в свои недра вместе со шляпкой. Будто водоворот или болотная трясина, засасывающая жертву. Сила невероятная, пришлось отчаянно бороться за свою конечность.
Увы, среагировать молча на такой поворот дела не смогла: вскрикнула. Не истошно, но достаточно, чтобы нарушить хрупкую тишину. Имеющий уши да услышит.
Засуетилась, словно мышь при виде тапка, отчаянно пытаясь найти, куда же спрятаться. Под гроб? Ага, прямо в пасть дракона. Там такие сильные чары, что разорвёт – и ничего не останется. Несомненно, та штучка и подпитывает ловушку.
Кажется, я поняла, каким образом принесут в жертву тех тридцать несчастных: банально заставят заглянуть в гроб. Но, если есть фальшивое обиталище тела, то где-то есть и настоящее. Неплохо бы его найти и схорониться рядом с чужими косточками – тут уж не до фырканья и жеманства, не попасться бы.
Не заботясь о том, сколько шума произвожу, рванула к гробу, обогнула его и юркнула к единственной стене без зеркал. Памятуя о том, что во всех старых домах есть потайные ходы и фальшивые перегородки, начала искать рычажок. Экономя время, нажимала на панели не только руками, но и ногами, плечами, филейной частью. Чуть-чуть не успела…
Дверь распахнулась, и я сделала первое, что пришло в голову, – рухнула на пол. По идее, может пронести, если вошедшие будут смотреть прямо, а не под ноги. Лежу у незеркальной стены, справа, вроде, окна, тоже амальгамы не наблюдается, только вот своё отражения я всё-таки вижу. И это гадко до тролльей отрыжки.
Вошли двое. Оба – послушники. Первым делом глянули на гроб, направились к нему. Чувствуется, что из старых, ещё златорцев: бритые затылки, татуировки с мечом… Нажав на одну из львиных голов, они отодвинули гроб в сторону, открыв зияющий провал. Что там, я не видела и, честно, видеть не желала.
