Текст книги "Чужая душа - потемки (СИ)"

Автор книги: Ольга Романовская

сообщить о нарушении

Текущая страница: 20 (всего у книги 30 страниц)

– Он тихий, – заверила я. – Просто ты его провоцируешь, всячески выказываешь недоверие, споришь – а этого категорически нельзя делать.

Некромант пожал плечами. Мы зажгли светлячки и начали осторожно спускаться по заснеженным камням. Эх, лишь бы не навернуться, потому что сломанные кости даже Ксержик не вправит: у трупов не срастаются. Вот и мой будет ходить с неестественно согнутыми руками и вывернутыми ногами.

Подумав, решили, что скудное освещение – прямой путь к травматизму, и намагичили ещё. Сама себе поражаюсь: из капельки крови теперь умудрялась без труда творить светлячок. А ещё, если говорить о моих достижениях, освоила то охранное заклинание, которое Ксержик ставил на дом. Все руны вызубрила, могла воспроизвести.

Что ж, если дальше так пойдёт, натаскаю себя к третьему курсу на простейшую магию и смогу перевестись на первый курс какого-нибудь чародейского факультета в Академии.

Вспомнив о семинарах и лабораторных работах, попросила Магнуса помочь. Тот оживился, предложил натаскать к экзамену, а потом огорошил вопросом:

– Агния, как ты ко мне относишься?

И что прикажете ему ответить?

Остановился, развернулся ко мне, в глаза смотрит. А я лихорадочно слова подыскиваю, чтобы своё 'нет' объяснить.

– Хорошо отношусь, – наконец решила пойти по пути наименьшего сопротивления.

– То есть, не будешь против?

Чего, собственно?

Оказалось, поцелуя.

Магнус застал меня врасплох. Ухватил в охапку, притянул к себе и приник к губам. Даже возразить ничего не успела. Когда пришла в себя, оттолкнула и на всякий случай отступила на пару шагов.

Нет, никаких отношений без отношений заводить не стану, что бы там Ксержик ни говорил, а это дурно пахнет. Демон был – хватит, развлеклась.

И парня обнадёживать, за нос водить тоже не собираюсь. Друг – пожалуйста, а любовник – увы. При всех достоинствах Магнуса меня к нему не тянуло. Ни капельки. Не умею по расчету.

Видимо, некромант всё понял по моим сомкнутым губам. Вздохнул и спросил в открытую:

– Значит, не нравлюсь?

– Увы! – сочувственно вздохнула и развела руками. – Да, вроде, и повода не давала…

– А почему тогда со мной общаешься? – насупился Магнус. Обиделся. Это плохо. Но ведь дурак, я действительно не обманывала.

– Потому что интересно. В Академии с мальчиками не только встречаются, но и дружат. Или ты допускаешь только один вариант отношений?

Некромант молчал. Насупившись, он чертил носком сапога фигуры на снегу.

– А насчёт не нравишься… Нравишься, но не так, как хочешь. Вот что, приходи завтра к нам, я сметанник испеку? – я улыбнулась и тронула Магнуса за плечо. Тот дёрнулся, отмахнулся. – Да что ты дуешься! Вдруг ещё как надо понравишься?

Верно закинула удочку: некромант немного просветлел, согласился, что поторопился с действиями и выводами, и заверил, что завтра непременно будет.

Вот и хорошо, а то он мне нужен. Побуду немного корыстной. Хотя, не покривила ведь душой: Магнус – парень интересный, многие девчонки сохнут. А я первая, наверное, которая отказала. Раздуюсь от гордости, словно жаба, и лопну.

Рассмеялась своим мыслям – и тут же получила нагоняй от Магнуса: от сильных колебаний в горах сходят лавины.

Глава 19

Судьба, оскалив зубы, улыбнулась…

NN

Свадебный подарок – всё же морока. Истратив почти все деньги на одежду Марицы – спасибо, её болезни лечили ведьмы из Школы, – решила, что лучше сделать что-то своими руками.

Лабораторную работу, к слову, сдала, а график умудрилась начертить сама после того, как сладкое трио из ректора, старшего преподавателя и ученика-пятигодника полночи промывало мне мозги на тему импульса движения в простейшей сущности – ею именовали воздух в стандартном состоянии.

Да, сомневаюсь, что где-то наблюдалось ещё такое единение обучающего и обучаемого состава: склонившись над одним столом, соприкасаясь локтями, они, перебивая друг друга, пихали шкодливого котёнка в лужу его беспросветной тупости. Котёнок, то есть я, зевал в кулак и молил не мучить, всё равно этот вопрос шёл со звёздочкой, на балл выше шести. Мне же хватало и пяти.

– Не позорь меня, включи голову, – Ксержик в который раз движением руки стирал записи с пергамента и вручал перо в руки. – Это же легко, строится по формуле. Просто берёшь коэффициент сопротивления и…

– Ставь мне 'единицу' и отпусти, а? – молила я. – Всё равно не пойму. Из теории только виды энергии знаю.

Вот зачем ляпнула? Вмешалась Маргарита. Её мучила бессонница, отчёты она проверила, с Ксержиком повозилась и теперь в лёгком халатике поверх сорочки пыталась довести мой мозг до кипения.

Магнус в тот день ночевал у нас: засиделся, а Алоис (теперь постоянно звала Ксержика по имени) выгонять не стал, припахал готовить меня к экзаменам. Два я уже сдала, на приличные отметки, три ещё оставались. И парочка зачётов по практическим дисциплинам. Странно, но их я боялась меньше теоретических.

Я грызла гранит науки, Марица спала, а папаша с будущей мачехой уединились наверху. Звуками не смущали: не забывали скрадывающую шумы полусферу. И чтоб им после этого заснуть в объятиях друг друга? Нет же, Ксержика на кухню воды выпить принесло! А тут билет об импульсах… Стоит ли говорить, что Маргарита замёрзла без жениха под боком? И тоже объявилась в узилище моей скорби.

В ту ночь резко захотелось на кухню, к детям и чему там ещё? Но, увы, я и так была на кухне, при дочери, так что бежать было некуда, оставалось учиться. И невероятным усилием воли я поняла, чего от меня хотели.

– Ну вот, в Академию дур не берут, – удовлетворённо хмыкнул Ксержик и покосился в окно, на луну. – Самое некромантское время. Магнус, потренироваться не хочешь? Тут, кажется, мелочь какая-то объявилась, падальщик.

Магнус, мечтавший совсем о другом, с тоской сделал шаг к двери, но был остановлен смешком Алоиса:

– Сиди уж! А лучше лежи. Агния, устрой гостя и сама на боковую. Завтра спи, завтрак сами сготовим. Спокойной ночи, мученики науки!

Маргарита шёпотом поинтересовалась, какую 'мелочь' имел в виду Ксержик:

– Ты же клялся, что ничего нет! Я с тебя шкуру спущу!

– Ара, – тем же шёпотом, косясь на нас, ответил Алоис, – я шутил. Или ты решила, что я бы допустил? Нет, нежить в Ишбаре только искусственно созданная. Не волнуйся и пошли спать: тебе отдыхать нужно, а не чучело жениха набивать.

Маргарита ругнулась и поспешила захлопнуть за ними дверь. Судя по визгу, Ксержик взял её на руки.

У них ведь событие: появился животик. И, судя по времени его появления, госпожа Гвитт, лукаво улыбаясь, подозревала двойню. На что ректор закатила глаза, пробормотав: 'Марра, я же как бочка стану!'. Всё это рассказал Алоис, благо конец обсуждения достоинств 'бочки' я застала и поздравила с двойным счастьем.

– Перестарался, гад! – отмахнулась Маргарита. – Но ничего, ему теперь и отдуваться в двойном размере.

Словом, готовилась к экзаменам весело, но с пользой для ума. А в перерывах, чтобы не свихнуться, гуляла с Марицей и подыскивала нужные ингредиенты для подарка.

Обычно женщины что делают? Вяжут, шьют, а я пошла другим путём – готовки. И замахнулась ни много, ни мало на свадебный торт. Рецепт выискала самый заковыристый, чтобы сладкоежка-Алоис порадовался. Тошнота у Маргариты прошла, так что и она оценит. Вот теперь докупала недостающие компоненты, нагло пользуясь деньгами, выданными на хозяйство.

Эх, умела бы магичить, фигурки жениха с невестой наверх водрузила! Но, увы.

Платье для Маргариты было куплено. Его выбирала она, поставив нас перед фактом. Не белое, даже не кремовое – песочное со складками, умело скрывающими небольшой животик. Правда, в конце января он подрастёт.

С мыслями о дорогущем мускатном орехе отправилась на встречу со Шкваршем. Без провожатого: у Магнуса сегодня экзамен.

В горы не полезла, ограничилась тем, что отошла за версту от города. О том, чтобы не прыгать по плато, договорилась с демоном в прошлый раз, и он расширил зону доступа. Только от меня перенос требовал больших затрат, даже носом шла кровь.

Как выяснилось, сегодня мне предстояло впервые увидеть других демонов и попробовать хотя бы понять, о чём они говорят. Тоже экзамен, Шкварш предупредил, что отметку поставит. Выглядел он сегодня импозантно, насколько может быть импозантен демон, и почему-то без боевого арсенала в волосах. Пара ножичков за ушами не считается.

Поправив по-девичьи забранные в два 'хвоста' волосы, Шкварш поклонился и спросил о моём здоровье. Не из праздного любопытства: он великолепно снимал любые виды боли, а сейчас лицо у меня перекосило от напряжения.

Объяснила, что к чему, и пошла за ним. Только на этот раз демон вёл не к источникам.

Я забеспокоилась:

– Ирнэ Шкварш, – 'ирнэ' – это вежливая форма обращения к мужчине, – а куда мы?

– В город.

Стоп, это же за пределами первого круга, туда нельзя!

Уловив моё беспокойство, Шкварш заверил, что никто меня не утащит, даже не прикоснётся, если он не позволит. Да и если так боюсь, то можно к нему домой, с родными поговорить.

Перед глазами тут же встала картина 'трое и одна'. Невесёлая, скажем прямо.

– Ирнэ Шкварш, Маргарита запретила мне бывать там.

– Зато я разрешил.

Не стала спорить, потому что себе дороже, и понадеялась, что урок демонического не станет последним уроком в моей жизни.

– А форма одежды иная почему? – уйдя от скользкой темы, задала безобидный вопрос.

– Потому что опасности нет, – пожал плечами Шкварш. – Я тебя проверял, теперь вижу, что не охотница. Да и девушку в приличное место веду, где знакомые, недруги. Дурно говорить станут, не поверят.

– Чему не поверят?

– Что моя. У нас, когда кто с женщиной идёт, то в самом лучшем, потому что иначе другие мужчины уведут. Ведь у кого спутницы нет, тот либо изгой, либо прислужник. Так что готовься, – хмыкнул демон, – будут хвостами крутить. В прямом смысле тоже. Ты взгляд не задерживай, а то за интерес примут, мне драться придётся.

– То есть я твоя девушка? – переспросила я. Да, весело: входить в чужое общество в качестве чьей-то любовницы!

– Свободной нельзя, – цокнул языком Шкварш. – Но ты не переживай, от тебя ничего не потребуется. Ну, пару раз погладишь, глазом мазнёшь, чтобы поверили, а потом посидим, уровень твоих успехов проверим, пока остальные думают, что демонят делаем.

Промолчала, вспомнив, чем кончился похожий урок в неформальной обстановке. Утешало, что Шкварш после того купания ни разу не приставал, даже телесами не щеголял. Успокоился.

Мы бодро шагали по долине – живой картинке людских страхов. Безжизненная земля, красная глина, кипяток и огонь в ассортименте. Я то и дело приседала, закрывая голову: казалось, что ещё чуть-чуть, и меня ошпарит. Шкварш же будто по лугу гулял, не обращая ни на что внимания.

Наконец он остановился и поманил меня пальцем:

– След в след иди.

Кажется, вокруг были расставлены какие-то ловушки, вот и приходилось соблюдать меры безопасности.

Второй раз демон замер у базальтового камня и велел на него запрыгнуть. Потом залез туда сам и четырежды стукнул по треугольной руне.

Свист в ушах – и мы летим вниз.

Завизжав, прижалась к Шкваршу, уткнувшись в его грудь. Тот понимающе, успокаивающе погладил, заверив, что выпасть с плиты перемещения невозможно даже пьяным в чёрную морду. За выяснением, почему в чёрную, спуск пролетел незаметно. Оказалось, что когда кровь от обильных возлияний приливает к лицу, оно становится братом-близнецом сажи. Выпить для этого нужно порядочно.

Н-да, у нас лицо краснеет, у них – чернеет…

Затормозив, плита замерла, слегка подбросив нас вверх. Глухой стук возвестил о том, что мы приехали.

Огляделась и решила, что от Шкварша не отойду, даже если он все пошлые анекдоты вспомнит.

Вокруг всё кишмя кишело демонами. Самыми разными, блиставшими кожей синих, красных, багровых и фиолетовых оттенков. Некоторые ещё и с рожками. Хвосты тоже разные и частенько выставлены напоказ. Вопрос о приличии штанов в этих случаях можно не подымать: они были спущены до безобразия. На чём только держались? Видимо, на том самом, вечно готовом к бою.

Шкварш пояснил, что это низшие слои местного населения, которых женщины не балуют. Вот они и привлекают, надеются.

Демонический город состоял из одинаковых коробок домов из вулканического камня. Окна узкие, щели, а не окна, и только на вторых этажах. Нижние – сплошная стена, частенько облицованная красным гранитом.

Крыши плоские, базальтовые. Представляю, какое внутри пекло!

Почётное место на улицах, прямых как стрелы, занимали огороженные источники воды. С ней здесь туго.

Глаз выловил парочку демониц. Одна точно полукровка: глаза жёлтые, а кожа ближе к оливковой. Демоницы чинно, важно несли себя, прикрытые тряпочками с кучей цепочек. У всех внушительные верхние достоинства, посыпанные блестящей пудрой. Демоны слюной исходили, кругами бегали, а гордячки шипели и чиркали когтями по лицам – разборчивые.

В качестве тягловой силы использовали гигантских ящериц. На них ездили и запрягали в тележки.

Моё появление произвело фурор среди местного населения. Взгляды мужской и женской половины жадно осматривали, чуть ли не кожу сдирали. Но если демоницы, поморщив носик, отправились дальше по своим делам, то демоны вслух выразили восхищение, сыпали шутками-прибаутками, выпытывая, кто, откуда и одна ли. Десяток особей тут же обступил меня, пытаясь познакомиться. Как и предупреждал Шкварш, они, устроив потасовку, попытались доказать физическую силу и мужскую привлекательность. Но я мужественно не смотрела. Да и на что смотреть? Всё это уже знакомо, да и в таком количестве не вызывает ни стеснения, ни желания, только страх. Почему страх? Да потому что, как представишь, что все они тебя оприходуют, захочется самой в гроб лечь, чтоб не мучиться.

Хотя хвосты у некоторых интересные.

Шкварш зашипел, потянувшись к ножам, и демонстративно меня облапал. В ответ я торкнулась носом ему в подбородок – надеюсь, достаточно для подтверждения занятости? Подумав, даже лизнула: в демоническом мире жить надо по его правилам.

Местные с сожалением прикрыли свои красоты и разбрелись, провожая голодными глазами. Да, теперь я понимаю, почему у них приняты отношения двое и одна: столько неудовлетворённых мужчин!

С облегчением выдохнула и провела рукой по вспотевшему лбу. Жарко тут, однако!

– А ты молодец, хорошо с языком придумала, – похвалил Шкварш, подхватил под руку и потянул вперёд. – Всё поняла, что говорили?

Чего тут не понять, одни непотребства? Тем не менее, кивнула и вкратце пересказала на двух языках: демон не из любопытства спрашивал. Ответ его удовлетворил – а всё спасибо его ликбезу в озере. Что поделаешь, учить демонический – не розы выращивать, у демонов многое вокруг плодородия вертится и отношений, ему способствующих. Хочешь сделать комплимент или польстить – помяни данную область.

Шкварш сказал, что мы прогуляемся к старейшине улицы. Он обсудит с ним некий вопрос, а я буду переводить. На мои возражения, что словарного запаса не хватит, махнул рукой:

– Не наговаривай! Ирна Агния хорошо разговаривает.

'Ирна' – вежливое обращение к демонице. Похвала, между прочим – до своего уровня поднял. У них ведь как: если не ирнэ или ирна, то не уважают.

Старый демон оказался слепым. Бельма глаз пугали, как и нечесаные космы волос. На мой вопрос, почему за ним никто не ухаживает, Шкварш шикнул: не моё дело. Низко поклонился и потянул меня за собой. Я для верности прогнулась получше берёзки на ветру.

Разогнувшись, заметила красные глаза, мелькнувшие за стулом старейшины. Мгновение – и перед нами возник плечистый демон, выше меня на три головы. Охранник. Зыркнул на меня, но я, предупредив вопрос, представилась и осыпала его ворохом сладких слов. Кажется, задобрила: демон хмыкнул, блеснул зубами и присел у ног старейшины.

Шкварш спрашивал о какой-то тяжбе. О клочке земли с водой. Его семья делила его с другой семьёй вот уже триста лет, а теперь верху, от Отца демонов пришло решение. Говорил демон на человеческом, чтобы я помучилась, предварительно объяснив старейшине, что натаскивает меня в языке.

Кажется, перевела всё правильно, пусть и со вставками Шкварша: всё же словарный запас у меня ограничен, – потому что старейшина улицы кивнул и велел помощнику принести бумагу.

– Твоё, – буркнул старый демон. – Отец всегда справедлив.

Шкварш издал победный клич и вырвал вожделенный кусок дублёной кожи ящерицы из рук плечистого демона. На мою долю выпало вежливо благодарить и изливать всемирную признательность. Эти шаблонные фразы вызубрила в самом начале: ни один разговор с демонами без них не обходится. Разумеется, официальный.

Выйдя в пустой, вымощенный гладкими плитами зал, заменявший сени или прихожую, Шкварш исполнил занимательный танец из прыжков, поворотов и сальто, продемонстрировав все отличительные особенности демонов: ловкость, быстроту и гибкость. Воевать с такими я бы не стала.

– Зачёт тебе, – наконец изрёк Шкварш, совершив головокружительный прыжок с метанием ножей. – Рекомендацию получишь. Язык точно учила. Пошли, выпьем за удачный исход дела, и я тебе расскажу кое-что о наших законах.

Кивнула, подобрала разбросанные демоном ножи и отдала ему. За что удостоилась спасибо и похлопывания по пятой точке. Дружеского: эмоции я теперь различала.

– Не спарилась ещё? – Шкварш указал на бисеринки пота на моей шее. – Волосы заплети и заколи хотя бы.

– Нечем, – вздохнула я, но последовала совету.

Определённо, четвёртый круг не первый, тут настоящее пекло. Понимаю, почему демоны голыми ходят, иначе сваришься.

Шкварш протянул мне один из ножей. Видя, что не понимаю, подхватил мою не доплетённую косу, быстро привёл её в порядок и ловко закрепил на затылке острым оружием. Думала – поцарапает, но нет. Потом заплёл вторую косу и подколол под первую.

– Да разденься ты, зачем мучаешься? Всё равно не голая останешься. И чулки с сапогами давай, я тебе сандалии смагичу.

Подумала и решилась.

Демон тактично отвернулся – проявил уважение. Лишние вещи он привычно убрал в воздушный карман.

Стыдно и непривычно было разгуливать в нижнем белье и сорочке, но зато мне не грозила смерть от перегрева. Да и выглядела я куда целомудреннее, нежели местные особи женского пола.

Сандалии, сотворённые Шкваршем, пришлись точно по ноге и не натирали кожу.

После очередной демонстрации, что я уже мужчину выбрала, от меня отстали. Показалось, или на Шкварша смотрели с ненавистью? А демон держался гоголем, свысока смотрел на несчастных обделённых с приспущенными портками. Не удержавшись, подколола, чем он их лучше.

– Тем, что женщины были. А у них нет. Хорошо, если третьими брали, но это не считается, потому что нужно в другое место. Как я тебя.

Покраснела, но мысленно сделала заметку: в постели у них тоже строгая иерархия, и оргии какие-то иные, не те, что рисовались воображением. И по положению штанов на теле можно узнать, с кем имеешь дело. Те, кто носили их на талии, и держались иначе, наглее. Они тоже мне попадались, тоже знакомились, но исключительно словесно.

К слову, а куда ещё можно? Спрашивать не стала, а то демон ответит да ещё с пикантными подробностями. Всё равно что-то противоестественное.

Дом семьи Шкварша ничем не отличался от прочих – большая каменная коробка. Дверь открывалась прикосновением пальца: просто отъезжала плита, пропуская в прохладную тьму. Странно, но внутри совсем не жарко, очень уютно.

Демон зажёг магические светильники и терпеливо подождал, пока я осмотрюсь.

– Сандалии у входа оставь: по дому без обуви ходят.

Сам он уже разулся на специальном коврике.

Плиты холодили босые ступни, глаз резала поразительная пустота.

– Дома младший брат и сестра, – определил по обувке Шкварш. – Так что не бойся. Ольксезу ещё нельзя с женщинами, посвящения не прошёл, а демоницы друг друга не ласкают. Пошли, покормлю.

Столовая находилась на втором этаже, как и все жилые помещения. Первый предназначался для гостей, которые не всегда приходили с добрыми намерениями. Поэтому к еде их не подпускали: вдруг отравят? А кабинет, приёмная, зал – это пожалуйста. Гостевые спальни тоже тут же, в глубине дома.

С верхнего, второго этажа можно было попасть в сад. Тут и солнца было больше, и окна в стенах, и мебель. Обстановка вся из кости и каменного дуба.

За столом уже сидели двое и с упоением грызли чьи-то рёбрышки, макая их в соус. Сестра и брат Шкварша. На Ольксезе одни короткие штаны в обтяжку, на демонице – сорочка с вырезом.

Приветствием мне стала ругань. К счастью, слов я не понимала. Вообще, горжусь собой: за неполных семь месяцев научиться стольким премудростям демонического! Шкварш очень помог с языковой практикой – я поднаторела шипеть. А занимались мы долго: по четыре часа. Так что домой возвращалась уже ночью.

Шкварш тут же поставил обоих на место, и после словесной перепалки меня усадили за стол.

Еда возникла по щелчку пальцев и оказалась съедобной. Но острой.

Съела всё, чтобы никого не обидеть – одно из правил приличия, и тут же угодила под перекрёстный допрос. Демоница и вовсе меня пощупала, интересуясь волосами, кожей, строением скелета. Пять пальцев на руке удивили её, как и непривычный цвет радужки, количество рёбер. От её пощипываний стались синяки, но я терпела и улыбалась.

Дальше пришёл черёд Ольксеза. Мысленно он меня раздел, но трогать руками не трогал. Тяжело вздохнул и робко попросил хотя бы посмотреть.

Брат и сестра были единодушны: до посвящения только мечтай!

Дальше завязался разговор о разных мелочах, не касавшихся меня. Говорили быстро, так что не всё понимала. Затем демоница ушла, а Шкварш увёл меня заниматься. В спальню.

То, что Ольксез будет подсматривать и подслушивать, даже не сомневалась.

Да, полежать здесь было на чём. И не вдвоём, а целым семейством. По словам Шкварша, у всех взрослых демонов подобные кровати. Родительская ещё больше:

– Если хочешь, покажу.

Я отказалась и подошла к узкому окну – взглянуть на сад.

– Спустимся туда перед твоим уходом. Слышал, у Маргариты свадьба, – демон развалился на постели и достал из воздуха толстую книгу. – Букет ей срежешь: наши цветы не вянут. Никогда.

Вот и подарок. Оригинальный: такого точно никто не преподнесёт. Эх, денег бы ещё на мускатный орех.

– Ложись, – Шкварш похлопал по алому покрывалу. – Приставать не буду, если не захочешь сама. Я тебе книгу достал полезную, почитаем.

С опаской присела на постель, а потом, решив, что доверяй – не доверяй, а демон по-своему сделает, забралась на неё с ногами.

– Я не кусаюсь, ближе давай, – рассмеялся Шкварш. – Не разочаровывай братишку.

Вот что-то, а именно это и собиралась сделать.

Робко, придерживая подол, чтобы не задрался, перебралась к демону и с визгом под его напором оказалась лежащей на покрывале. Шкварш хохотал, будто не замечая моих кулачков, но просто держал, ничего не делая. Потом и вовсе отпустил, заметив, что я смешная.

Хороши шутки!

Книга выдалась на редкость скучной. Половину слов не понимала, демон переводил. Потом, заметив, что я зеваю, кинул мне подушку и принялся рассказывать о местном обществе.

Я крепилась, крепилась, но всё-таки прилегла. Через полчасика, разомлев, и вовсе глаза закрыла – сытный ужин и жара сделали своё дело.

Проснулась под боком у Шкварша, который читал, заложив ногу на ногу. Без рубашки, но в штанах – значит, этого не было.

А вот рубашка у меня задралась, выставив на всеобщее обозрение бельё.

– Красивые у тебя ноги, – скосил глаза демон, метко запустив книгу на столик.

Тут же одёрнула подол и села, попросив одежду. В ответ была послана со всеми страхами в одно место. И то верно, не воспользовался ведь ситуацией.

– Ирнэ Шкварш, – в голову пришла шальная мысль, – а у демонов человеческие деньги есть?

– Одолжить? – догадался демон. – Могу. По поцелую за золотую монетку. Или за один разик за всё.

– Мне мало надо, поцелуев хватит. Я торт свадебный сделать хочу, не хватает денег. Чуть-чуть, пары монет.

Шкварш извлёк из воздуха кошелёк, покопался и протянул… алмаз. Мелкий, но алмаз! Я ошарашено уставилась на него, а потом поползла к краю кровати. Такой долг отработать здоровья не хватит.

– Человеческих денег не держу, но это можно продать. У нас камнями расплачиваются, – демон откинулся на покрывало и поманил сверкающим алмазом. – Тут двенадцать граней – двенадцать поцелуев. Куда хочешь.

Поколебавшись, решилась. Он же не оговаривал, как целовать, так что…

Объектом ласк избрала лоб, но Шкварш раскусил мою хитрость, и пришлось пройтись поцелуями ниже и у опасной черты вернуться к губам. Радовало, что демон не двигался, не превратил расплату в любовную игру. Даже зауважала его: держит слово.

После двенадцатого лобзания получила алмаз и лёгкий, скользящий поцелуй в висок. Вот и вся нежность.

– Так, теперь рекомендация, – Шкварш встал и направился к столу. – Ты способная, поэтому напишу, что переводчица. Но книжки читай, а то словарный запас хромает. И знание бытовых реалий.

– Проводник вам отдать? – я убрала алмаз и потянулась за камушком – пропуском в мир демонов.

– Неа. Ты друг, можешь приходить. И называть просто Шкваршем. С этой штучкой, – он указал на проводник, – со мной и разговаривать можно. Маргарита знает.

Вот это доверие! Догадываюсь, что редко кто его удостаивается, тут и поблагодарить не грех. Что я и сделала.

– На, держи, – в руки мне лёг кусок кожи ящера со свежими охровыми чернилами. – Написал, что язык трубочкой складывать умеешь и узлы вяжешь. Ночевать будешь? Только со всеми вытекающими: тут уж извини, терпеть не стану. Но и не обделю.

Вежливо отказалась, пообещав как-нибудь в другой раз. Демон усмехнулся:

– Ловлю на слове!

Перед уходом взглянула на сад и срезала оранжевые солнца местных цветов. Тем самым ножом, которым сколол мне волосы Шкварш. Его демон, к слову, разрешил оставить, сказал, что никогда не затупеет. Подарю Алоису.

Оделась и, вновь изнывая от пекла, держа сапоги навесу, потопала вниз.

Вернулись родители Шкварша – мы столкнулись на лестнице. Колоритная пара: оба высокие, статные, в красном, с золотыми браслетами. Я опустила глаза, поздоровалась и скользнула вниз. Если захочет, Шкварш всё им объяснит, хотя, по-моему, они уже сами всё объяснили, приняв за любовницу сына. Мне без разницы.

Демон проводил меня до базальтового камня, перенёс в первый круг и распрощался. Оттуда я без проблем вернулась в нормальный мир.

Решила о визите в четвёртый круг ни Маргарите, ни Ксержику не рассказывать: я ведь нарушила запрет. Но теперь понимала, отчего они были против такого перемещения: слишком опасно.

Ночная прогулка не радовала. Как-то мне страшно было, то и дело косилась по сторонам, пыталась отыскать сбоку силуэт Школы. Кажется, вот тот огонёк на башне.

А до города ещё полчаса идти… Конечно, это не горы, в пропасть не упадёшь, только в сугробе замёрзнешь, но как-то не по себе. Будто наблюдает кто.

Занервничав, сотворила магический светлячок. Мало света, только пятно под ногами освещает. И делает лёгкой добычей. Так что либо ещё парочка, либо и этот погасить. Выбрала первый вариант и послала светлячки плыть по воздуху, чтобы показать мне хотя бы пару шагов вдоль обочины. Поморщилась, лизнув порез на ладони, и привычно потянулась за платком.

Ксержик вот, по каждому поводу вены не вскрывает, так колдует, а я энергию только из крови черпать умею. Плохо и неэффективно. Вероятно, что-то неправильно делаю, либо бесконтактной магии учат на старших курсах: говорил ведь Алоис что-то о выведении энергии в неведомые дали… Надо бы расспросить, упражнения узнать, а то негоже женщине с такими руками ходить, будто стекло разбивала.

Пока порез не зажил, решила потренировать недавно разученное заклинание. Оборонительное, класс 1 А. Остальным оно легко давалось, а мне приходилось мучиться. Но Магнус один секрет показал, должно помочь.

Так, расслабиться, забыть о холоде и зуде, постараться уловить энергию в воздухе… Есть покалывание! А теперь сконцентрироваться на её источнике и вывести руну пальцем. Вот смоченным в крови всегда выходило, а по воздуху – не всегда. А нужно и вовсе мысленно.

Остановилась, пытаясь совладать с полным отсутствием дара – случается и такое, рождаются же люди без слуха, но с чувством ритма, – и спиной ощутила, что что-то не так. Плюнула на концентрацию, нарисовала руну кровью, нашептав пару слов – лишним не будет, – и обернулась.

Бегать я умела. И по целине, а по дороге – тем более. Зачёт по физической подготовке сдала без проблем, а теперь, видимо, досдавала специальную проблему.

Кажется, кладбище с полудохлыми духами – каламбур, но мёртвым всё равно, что им положено смирно лежать в гробу, – это цветочки. И амулетов Алоиса на мне нет. И некромант я не то, что фиговый, а никакой, терминологию даже не изучивший – во втором семестре она в Школе.

Что в активе? Теория построения заклинаний. Формул не знаю, законы ведаю: ещё свежи в памяти после часов без сна. И некромантская кровь, достаточной концентрации для волшбы. Если связать всё вместе, то можно поэкспериментировать, ничего не теряю.

Нужно что-то атакующее. Свет. Много света. Метнуть, чтобы ослепил. Или обжёг. Сумею? Так никто не спрашивает.

Но есть одно 'но': колдовать на бегу невозможно. Мне. А оружия при себе – только два ножа: один мой, другой Шкварш подарил. Только при контактном бое шансы мои равны нулю.

Мелькнула мысль – а не позвать ли демона? Или просто хоть кого-нибудь! Почему ученикам Школы никаких медальонов связи не дают, на произвол судьбы бросают?

Вонь от преследовавшей меня твари ударила в нос. Мороз – хороший проводник запахов, все 'прелести' их сохраняет.

Нежить, однозначно, нежить. Передвигается на четырёх конечностях, тени не отбрасывает, но лунный свет и снег подвёл. Они отразили смесь костей и плоти, поросшей деревцами – что ещё может колыхаться при беге, если не ветки? Очень похоже. И глаза горящие, огромные алые глазищи. Да по сравнению с ними очи демонов прекрасны, а сами они – мечта юной девушки.

Расстояние между нами сокращалось, так что права на передышку не было. Спотыкаться тоже нельзя, потому что в три прыжка догонит, повалит и загрызёт. А мне ой, как жить хочется! И Марицу одну не оставлю, выкарабкаюсь.

Утешалась тем, что город всё ближе, а там люди. Ещё пять минут потерпи, Агния, и ори во всё горло.

Заорала я раньше. Прямо сейчас, потому как краем глаза уловила движение сбоку. Не сбавляя темпа, обернулась и закричала на одной ноте.

Снег разверзся, разлетелся комьями вместе с землёй под ним, и оттуда вылезло нечто, от чего демонический ужин попросился наружу. Белесые черви в раскроенном черепе, цепкие пальцы, протухшие, – пахнет же! – частично разложившиеся внутренние органы наружу. Пособие по анатомии, которую будем изучать по курсу медицины. Только там будет искусственный скелет, чистенький, а тут – ходячий и смердящий труп с ошмётками кожи, волос, изъеденный и временем, и обитателями почвы.