Текст книги "«Не чужие» и другие истории"

Автор книги: Ольга Погодина-Кузмина

сообщить о нарушении

Текущая страница: 7 (всего у книги 16 страниц)

Картина пятая. В саду

Слушатели смеются, перешептываются, аплодируют Филострато, который раскланивается перед публикой.

Вперед выходит Филомена.

ФИЛОМЕНА

Рассказы ваши, может, и смешны,

Но где же в них порокам назиданье?

Послушать вас, на свете все грешны,

И нет несправедливого страданья.

Я расскажу вам, как в нечестном споре

Обиду нанесли одной синьоре.

Обманщика доказана вина,

И честь ее была отомщена.

Новелла пятая
Прекрасный визирь

У церкви. Выходят Сибилла – молодая дама в строгих одеждах, иАмброджио – нарядный кавалер. Мужчина пытается оказывать даме знаки внимания, она не смотрит в его сторону.

ФИЛОМЕНА

К одной благочестивейшей мадонне

Стал приставать купец, Амброджо некий.

Он подсылал к ней сводниц и лакеев,

Пытался безуспешно подкупить.

У этой добродетельной синьоры,

К несчастью, муж в отъезде находился,

Однако домогательства пустые

Она отвергла гордо навсегда.

Но вот слуга от Барнабо, супруга,

Достойнейший и преданный приказчик,

Приехал к ней с известием однажды:

Мол, собирайтесь поскорее в путь.

Входит Каллисто, кланяется Сибилле.

КАЛЛИСТО

Вернулся ваш супруг в свое именье

И ждет вас там с огромным нетерпеньем.

Сибилла радостно обнимает

Каллисто, собирается, надевает плащ.

ФИЛОМЕНА

Сибилла как на крыльях полетела

Обнять после разлуки Барнабо.

Однако наблюдала, что приказчик

Дорогой всё вздыхает и молчит.

В пустынном месте, возле родника,

Каллисто отдохнуть ей предлагает.

А сам, сойдя с коня, повел с мадонной

Такую удивительную речь.

Горестный Каллисто встает перед Сибиллой и вынимает кинжал.

КАЛЛИСТО

Синьора добрая, служил я правдой

И верой вам и вашему супругу.

Однако поручение исполнить

Ужасное мне нынче предстоит.

Вот этим вот кинжалом закаленным

Мне следует убить вас за измену

С купцом Амброджо, негодяем знатным,

С которым Барнабо держал пари.

СИБИЛЛА

О чем ты? Ничего не понимаю…

Измена? Но всегда была я верной

Супругу милому, и нашим детям,

И чести дома, и своей любви!

Я Барнабо свое вручила сердце

И о других с тех пор не помышляла.

Каким-нибудь коварным обольщеньем

Амброджо его, видно, обманул!

КАЛЛИСТО

Смотрите же, я плачу, о синьора!

Я верю, вы невинны перед мужем.

Но отменить не в силах приговора

Испытанный и преданный слуга.

СИБИЛЛА

Я знаю, что нам делать, друг Каллисто.

Возьми мой плащ, испачкай в этой луже

И Барнабо скажи – погибла быстро,

А я отправлюсь поскорей в бега.

Клянусь, уеду я в такие дали,

Где об Италии и не слыхали.

(Снимает платье и обувь.)

А ты возьми и платье, и сандалии,

Скажи, что тело волки растерзали.

КАЛЛИСТО

Куда же вы теперь, моя синьора?

Как мне помочь вам в горе безутешном?

СИБИЛЛА

Ведь ты имеешь смену облаченья?

Дай мне, чтобы оделась я слугой.

Я завербуюсь юнгой на корабль —

Немного знаю я морское дело

И языки – французский, мавританский, —

А волосы обрежу я – вот так!

Сибилла переодевается юношей и прячет волосы под берет.

КАЛЛИСТО

Ого! Не отличить вас от мальчишки,

Не выдает вас даже миловидность.

Ведь юноши бывают, что девицам

Дадут урок по части красоты.

СИБИЛЛА

Прощай же, друг. И верь, что я однажды

Найду тебя в Перудже или где там

И отплачу за преданное сердце

И доброту нежданную твою.

Каллисто уходит, забирая вещи Сибиллы.

ФИЛОМЕНА

Так умерла Сибилла, но родился

Веселый и пригожий Сикурано.

Он тут же на корабль подрядился

В помощники к торговцу одному.

Смышленее слуги и не бывало!

Он вел дела и честный счет товарам,

И за столом прислуживал отменно,

И мудрые советы подавал.

Случилось им прибыть в Александрию,

И при дворе османского султана

Замечен был прекрасный Сикурано —

Султан его немедля сторговал.

Так Сикурано стал большим визирем,

Язык и веру, местные порядки

Он изучил прилежно и два года

Делами справедливо управлял.

Но вот однажды в порт Александрии

Прибыл злодей Амброджо. Вот и случай

Узнать, как погубил он честь Сибиллы

И мужа на какой крючок поймал.

Сикурано и Амброджио в лавке на рынке, они пьют вино и закусывают сладостями. Вокруг снует торговый люд.

СИКУРАНО

Я помогу вам при дворе, приятель,

В делах торговых. Выгодные сделки

Веду по поручению султана —

В Александрии я известен всем.

Однако слышал, не одной торговлей

Вы знамениты. И по части женщин

Побед у вас не меньше. Так, Амброджо?

АМБРОДЖО

(смеется)

Клянусь Венерой, я и здесь за тем!

Я проникать могу в дома и замки,

В монастырях блудил, в гаремах ханских.

Повсюду для меня открыты двери

И женские неверные сердца.

СИКУРАНО

Откройте же секрет, как это сделать.

Я сам по женской части волокита.

Но здесь, скажу, так строго держат женщин,

Бывает, не увидишь и лица.

АМБРОДЖО

Меня навел на это дело случай.

Побился об заклад с одним торговцем,

Что соблазнить смогу его супругу,

Известную в Перудже красотой

И строгой добродетелью. Напрасно

Я подсылал к ней сводню и лакеев,

Сам подходил, вздыхая тихо, в церкви,

Записки и подарки присылал.

Уже совсем в отчаянье собрался

Я отступить…

СИКУРАНО

И что же было дальше?

АМБРОДЖО

(смеется)

Тогда придумал я такую штуку,

Что может быть полезна и тебе!

Я заказал два ящика дорожных,

Чтоб изнутри бы запиралась крышка.

В один влез сам, в другой вина и сыра

И прочих яств побольше положил.

Теперь их в дом доставить оставалось,

Я попросил о том одну старуху —

Мол, пусть красотка у себя подержит

Товар галантерейный два-три дня.

СИКУРАНО

Так ночью вышли вы и надругались

Над женщиною, спящею без страха?

АМБРОДЖО

Нет. До сих пор жалею – не решился

Я к ней прилечь и это совершить.

Там были слуги, батраки, родные…

Но всю ее, от головы до пяток,

Я осмотрел, когда она раскрылась

В жару на ложе, в золоте волос.

Ты не видал подобной красоты!

Живот, колени, пальчики на ножках —

Как будто были сделаны из шелка…

Я до сих пор их вижу, милый друг.

И об одном печалюсь с этих пор я:

Да, может быть, и зря я побоялся?

Стыд помешал бы ей предать огласке

Свиданье наше тайное в тот раз…

СИКУРАНО

Однако же вы выиграли спор?

АМБРОДЖО

Да, при свидетелях. Бедняге мужу

Я описал и спальню, и покои,

Где дама совершала туалет.

Для верности прибрал я безделушки —

Мол, подарила их моя красотка

В залог любви и страсти неизменной.

СИКУРАНО

И неужели он поверил?

АМБРОДЖО

(смеется)

Нет!

Не верил, дурень! Слишком полагался

Он на жену, ее любовь и верность.

И потому поставил он в залог

Почти что всё богатое именье.

СИКУРАНО

Но вы-то победили.

АМБРОДЖО

Да, конечно.

Последним доказательством явилась

Всего лишь родинка. Под левой грудью

По форме полумесяца у ней.

Как услыхал про родинку бедняга —

Горючими слезами разрыдался.

Любил ее он, видно, пуще жизни

И в тот же вечер поседел как лунь…

Немудрено, ведь за жены измену

Он заплатил вдобавок состояньем.

СИКУРАНО

(смеется)

И поделом – зачем с тобой связался?

Дурак наказан, умный награжден.

История отличная, Амброджо!

Пожалуй, для себя такой же ящик

Я закажу, не медля ни минуты,

Чтоб втайне местных женщин посещать.

(Пауза.)

Однако что случилось с этой дамой?

АМБРОДЖО

Темно предание. Мол, на дороге

На них с приказчиком напали волки

И женщину в ущелье унесли.

Но многие считают, что супругу

От ревности, а больше от позора

Купец велел своим вассалам верным

Зарезать или тайно удавить.

Признаюсь, до сих пор о ней, бывает,

Я вспоминаю… Вижу обнаженной,

И будто подхожу к ее постели,

И слышу ее кожи аромат…

Жалею, что тогда я не решился

Воспользоваться случаем всецело —

С тех пор я стал умнее и смелее,

И не щажу ни девственниц, ни вдов.

СИКУРАНО

И всякий должен у тебя учиться!

Нам женщины даны для наслажденья,

А как уж им разделаться с мужьями

Или с отцами – наша ли беда?

Ну ладно же, пора мне возвращаться.

Я помогу тебе открыть торговлю —

Ты человек веселый и надежный.

Прошу тебя, пока не уезжай…

АМБРОДЖО

(задумчиво)

Ты знаешь, ведь любовная зараза

Навеки у меня застряла в сердце.

Вот ты сейчас пошел и повернулся —

А я подумал: это же она!

Ты на нее похож… Совсем немного!

Темнее кожа и грубее голос.

Но на тебя гляжу и ощущаю

Какую-то неясную тоску.

СИКУРАНО

(смеется)

Нет, эти шутки не по мне, приятель!

Мне от мужчин не надо комплиментов.

Ты нужен мне для выгодного дела,

А я тебе для пользы – вот и всё!..

Амброджо уходит.

ФИЛОМЕНА

Рассудок закипал у Сикурано

(Вернее, у красавицы Сибиллы)

В тот час, когда ей приходилось слушать

Предателя Амброджио рассказ.

Месть подают холодной – только это

Спасло злодея от удара шпагой —

За эти годы смелый Сикурано

Отменно научился фехтовать.

Назавтра же красавица послала

Для Барнабо, как будто от Амброджо,

Призыв в дорогу спешно отправляться

В Александрию, для торговых дел.

Бедняга муж до нищеты скатился.

Детей забрали родичи Сибиллы,

А Барнабо утратил волю к жизни —

Всё вспоминал предательство жены.

Один лишь только преданный Каллисто

Прислуживать хозяину остался.

Он и собрал беднягу в дальний путь,

Чтоб от печальных мыслей отдохнуть.

Сикурано встречается в трактире с Каллисто.

КАЛЛИСТО

Синьора, как я рад вас видеть в здравии!

СИКУРАНО

Тс-с! Тише… Называй меня «синьор».

Как муж мой, Барнабо?

КАЛЛИСТО

Всегда печален

С тех пор, как вынес мрачный приговор.

Сто тысяч раз он пожалел об этом!

Увы, за столько лет не смог забыть

Он страшный грех, что сжил жену со света,

Тогда как бог велел ее простить.

СИКУРАНО

Прошу тебя, не разглашая тайны,

Ты приведи его в торговый двор

И спрячь за занавеской, чтоб случайно

Он слышал наш с Амброджо разговор.

Каллисто кивает, уходит.

ФИЛОМЕНА

Как догадались вы уже, Сибилла

Амброджо снова в лавку привела,

Вином александрийским напоила

И расспросила про его дела.

Барнабо и Каллисто прячутся за занавеской, Амброджо и Сикурано выпивают.

АМБРОДЖО

Эх, глупый Барнабо, когда б он знал,

Какую подсказал он мне уловку!

Тс-с-с!.. Говорить об этом мне опасно.

Мой ящик с металлической оплеткой

На днях к султану принесли в гарем.

Поверь, в гареме женщины прекрасны,

И страсть свою я подарил бы всем.

И черные нубийки, и еврейки,

И уроженки Скифии холодной,

И сладостные девы здешних мест…

И всё же, дорогой мой Сикурано,

Прекраснее Сибиллы из Перуджи

Нет в мире…

СИКУРАНО

Как тебе не надоест

Рассказывать одно и то же вечно!

Мол, в ящике с товаром ты попал

В один богатый дом… И бесконечно

Жалеешь ты, что с женщиной не спал.

Как будто нет других на свете женщин!

АМБРОДЖО

Желаннее Сибиллы из Перуджи

Я никого доселе не встречал.

Пойми, когда из рук твоих нажива

Уходит в руки старого глупца,

Иль с золотом хоронят мертвеца,

Или расписка оказалась лживой —

На свете нет ужаснее бессилья!

Вот так же я жалею, что в тот раз

Не совершил любовного насилья.

Когда я на тебя смотрю сейчас,

Я вспоминаю спящую Сибиллу,

Которой взгляд мой жадно обладал.

И эту родинку под грудью милой,

И призрак счастья, что я потерял…

За занавеской Барнабо не может сдержать слез, Каллисто утешает его.

Выходит Филомена.

ФИЛОМЕНА

Ужасную историю обмана

Прослушал муж, не зная, что сказать,

Тут появились стражники султана —

С приказом болтуна арестовать.

Входят стражники, Амброджио поднимается с места. Из укрытия выходит Барнабо.

СИКУРАНО

Сей чужестранец проникал в гарем

Для соблазненья царственных наложниц.

За это преступление он будет

На кол посажен на глазах невежд.

Амброджио смотрит на Сикурано, узнавая.

АМБРОДЖО

Так, значит, я тогда не ошибался,

Хоть и считал, что это невозможно…

Позволь к узорной туфле прикоснуться,

Поцеловать хоть край твоих одежд!

Мне будет утешеньем перед смертью

Твой лик, и голос, и медовый запах,

Твоих волос остриженные кольца,

И томный взгляд из-под прикрытых вежд…

СИКУРАНО

(брезгливо отстраняется)

Привык ты мед вкушать из женских уст,

Так пусть тебя сейчас намажут медом,

Чтоб, умирая, оводов укусы

Ты чувствовал на теле и лице.

Эй, стража, уводите негодяя!

Пусть поделом достанется злодею.

(Барнабо.)

А вы, достопочтенный, принимайте

Торговлю, дом и прочие дела.

Стража уводит Амброджио. Барнабо падает на колени перед Сикурано.

БАРНАБО

Мессир, как вас благодарить за это

Нежданное целительное чувство?

Я жил все эти годы с тяжкой мыслью,

Что подло предан был своей женой…

Теперь я знаю, что убил святую.

Мне нет прощенья на земле суровой.

Пусть продадут и лавку, и товары,

А деньги моим детям перешлют.

Я же отправлюсь в монастырь известный,

Чтобы молиться о душе погибшей.

Я, видно, брежу – обликом, повадкой

Вы очень мне напомнили ее…

СИБИЛЛА

Нет, ты не бредишь – это я, Сибилла.

Каллисто верный не поднял кинжала,

Он отпустил меня, измазав кровью

Мою одежду, мне отдав свою.

Ему пообещала я награду —

Султан возьмет его в свои визири…

Сибилла сбрасывает чалму и восточный халат, надевает их на Каллисто.

Богатый дом, фонтан, гарем прекрасный

И должность я оставила ему.

БАРНАБО

Я точно брежу… Ты – моя Сибилла?

Да сможет ли простить меня она?

СИБИЛЛА

Ах, Барнабо, давно тебя простила

Покорная и верная жена…

Сибилла и Барнабо, обнявшись, уходят. Каллисто и все прочие танцуют восточный танец.

Уходят.

Действие второеКартина первая. Монастырский садНовелла шестая
Чепец настоятельницы

Под деревом спит молодой садовник Мазетто. В сад выходят две молодые монашки.

АГНЕССА

Эй, Клара, эй!

КЛАРА

Ну что тебе, Агнесса?

АГНЕССА

Поди сюда.

КЛАРА

Садовник? Что с того?

Он, говорят, глухонемой, бедняжка,

Попал недавно в услуженье к нам.

Одежда у него совсем худая…

И даже тело видно сквозь прорехи!

АГНЕССА

Крестьянский парень, а сложен как принц.

КЛАРА

Да, он хорош, и телом, и лицом.

Не удивлюсь, коль матушка его

Папаше изменяла с благородным.

АГНЕССА

И я не удивлюсь, такой красавчик!

Я чувствую уже, что влюблена.

Ведь говорят везде и в книгах пишут:

Нет наслажденья выше, чем любовь!

Постой, я подниму его одежды…

КЛАРА

Бесстыдница! Ну, что там? Каково?

АГНЕССА

Да ты иди сюда, сама потрогай,

Глухонемой не выдаст наших тайн!

А мы хоть на минуточку представим,

Какая жизнь, любовь и упоенье

Царят за монастырскою стеной!

Подруги, наши сверстницы, давно

Любовные плоды срывают смело.

В замужестве поклонников имеют

И тешат лаской даже бедняков!

Все знают, настоятельница тоже

Не иссушает плоть молитвой долгой

И регулярно принимает в гости

Монахов из других монастырей.

КЛАРА

И что ты предлагаешь?

АГНЕССА

Поспешить!

Пока другие сестры не явились.

Мы уведем красавчика в шалаш

И насладимся ласками мужчины.

Ведь говорят, что нет на свете слаще

Мужских объятий, радостей любви!

КЛАРА

А как же наш монашеский обет?

АГНЕССА

У Господа других невест хватает!

Простит он в милосердии вовек,

Что созданный из плоти человек

Жизнь краткую любовью услаждает!

Клара и Агнесса будят Садовника Мазетто. Он издает странные звуки, изображает непонимание. Монашки уводят его в шалаш.

По саду проходят Настоятельница в крахмальном чепце и сестра Бригитта.

НАСТОЯТЕЛЬНИЦА

Так ты, Бригитта, слышала сама,

Что Изабетта предалась пороку?

БРИГИТТА

Да, матушка! Нарядный кавалер

Намедни ночью влез на нашу стену.

А лестницу держал его слуга,

Такой мужлан, бесстыдник и охальник!..

НАСТОЯТЕЛЬНИЦА

Так Изабетта встретила его?

БРИГИТТА

Так, матушка! В саду, у розмаринов.

Пошли у них объятья, поцелуи,

И смех, и слезы! Больше двух часов

Негодная монашка баловалась

С любовником пригожим и веселым.

НАСТОЯТЕЛЬНИЦА

Мерзавка, дрянь! Да как она посмела

Порочить нашу честную обитель?

Я эту Изабетту проучу!

Сейчас мне, впрочем, некогда, я жду

Отца святого, Никодима, в гости,

Чтоб вместе с ним предаться богословью.

Но ты, Бригитта, строго наблюдай

И в следующий раз, когда заметишь,

Что кавалер прокрался к Изабетте,

Меня зови, чтоб парочку с поличным

Застать на месте – в келье иль в саду.

БРИГИТТА

Исполню ваше мудрое веленье,

Чтоб их застать на месте преступленья!

Уходят.

Выходят еще две монашки, Лючия и Анна.

АННА

Я слышала, в саду сегодня ночью

Бедняжка Изабетта, вся в слезах,

Прощалась со своим названным братом.

ЛЮЧИЯ

Хотела б я иметь такого братца,

Да стыд пока имею я, сестра!

АННА

О чем ты говоришь, Лючия?

ЛЮЧИЯ

Право,

Глупа ты Анна, да и бог с тобой.

Что там, смотри? Из шалаша выходят

Подружки верные – Агнесса с Кларой!

Проходят Клара и Агнесса, о чем-то шепчутся, смеются

АННА

Наверно, отдыхали там в тени.

ЛЮЧИЯ

А ну-ка, Анна, побежим в шалаш!

Хочу узнать, что там они забыли…

Анна и Лючия убегают. Проходят Бригитта и Изабетта.

ИЗАБЕТТА

Прошу тебя, Бригитта, милый друг,

Одна ты знаешь о моей печали.

С Настасио мы были неразлучны,

Обручены и свадьбы ожидали.

Но батюшка скончался от болезни,

И вот меня отдали в монастырь

Родные братья – моты и пропойцы.

Настасио теперь хотят женить,

Но сердцем он со мною ежечасно.

БРИГИТТА

Да что ты, милая, я не открою

Твоей девичьей тайны никому.

Когда же твой возлюбленный опять

Придет к тебе для скорого свиданья?

ИЗАБЕТТА

Я нынче ночью жду его, Бригитта,

О нем, о нем все помыслы мои!

Калитка будет для него открыта,

И замирает сердце от любви!

Уходят. Выходят АннаиЛючия, поправляя одежду.

АННА

Сестра, я до сих пор не осознала,

Что с нами приключилось в шалаше.

ЛЮЧИЯ

Ты, глупая гусыня, помолчи!

Тебе бы в это дело не соваться,

Да поздно уж. Садовник, негодяй,

Как он посмел, глухонемой калека!

АННА

Да ты же на него сама насела…

ЛЮЧИЯ

Молчи! Ты ничего не смыслишь в этом.

АННА

Но мне понравилось.

ЛЮЧИЯ

Молчи, сестра…

АННА

Я думаю, что завтра нам с тобой

Неплохо бы по саду прогуляться

И снова заглянуть к нему в шалаш.

Пусть объяснит, зачем он это сделал.

ЛЮЧИЯ

(ядовито)

А говорят, святая простота Не отличит собаку от кота.

Уходят. Опускается ночь, поет соловей. По саду крадется Настасио, его встречает Изабетта. Влюбленные скрываются под деревом.

По саду пробегает Бригитта, стучит в окно Настоятельницы.

БРИГИТТА

Скорее, матушка, идемте в сад!

Изобличить мерзавку поспешите!

Да просыпайтесь! Я бужу сестер!..

Из окна высовывается заспанная Настоятельница.

НАСТОЯТЕЛЬНИЦА

Что ты меня зовешь… Пожар? Грабеж?

Я только что уснула на молитве…

БРИГИТТА

Нет, хуже! Негодяйка Изабетта

Опять любовника впустила в сад!

Выбегают Клара, Агнесса, Лючия и Анна. К ним присоединяется Настоятельница в плаще с капюшоном.

НАСТОЯТЕЛЬНИЦА

(шепчет)

Бесстыжие девицы – взяли моду

Пускать в обитель молодых парней!

Ну, я ей покажу! На хлеб и воду

Нахалку посажу на десять дней.

БРИГИТТА

(шепчет)

Ах, матушка, за наши-то терзанья

Ей следует построже наказанье!

Монашки и Настоятельница застают влюбленных на месте преступления.

НАСТОЯТЕЛЬНИЦА

Вот где они! Скорей, ловите вора!

Собак спустить! Садовника позвать!

Настасио убегает, Изабетта падает в ноги Настоятельнице.

ИЗАБЕТТА

Прошу вас, матушка, не погубите!

Мой братец названый пришел ко мне,

Мы ничего не делали худого!

БРИГИТТА

Конечно, вам-то было хорошо!

НАСТОЯТЕЛЬНИЦА

Ты поймана с поличным, Изабетта,

Отступница, вместилище греха!

В обители, известной повсеместно

Молитвенным раденьем, чистотой

И благочестием своих послушниц,

Одна ты, словно черная овца,

Нам портишь репутацию безбожно.

Твой грех ужасен, значит, наказанье

Ужасное тебе предрешено.

Знай, я запру тебя в холодный склеп,

Где на открытых каменных помостках

Лежат благочестивые сестрицы,

Чьи души упокоились уже.

Там, наблюдая смертное гниенье,

Червей на бренной плоти шевеленье,

Ты сможешь помолиться о душе!

ИЗАБЕТТА

О нет, я мертвецов боюсь ужасно!

Не нужно меня в склепе запирать…

АННА

Ах, матушка, не будьте так пристрастны

БРИГИТТА

Нет, матушка, не вздумайте прощать!

ИЗАБЕТТА

Я страсть боюсь Трувильды Черноногой,

Которой, говорят, три сотни лет…

Ведь все из нас грешили перед Богом,

Но только мне одной пощады нет!

НАСТОЯТЕЛЬНИЦА

Ты поддалась греху и вожделенью,

Прощенья нет такому преступленью!

Настасио, который прячется за деревом и слышит этот разговор, хватается за кинжал, он готов броситься на помощь возлюбленной.

Но в эту минуту Настоятельница скидывает капюшон, все видят, что на голове у нее вместо чепца – мужские подштанники. Изабетта приободряется.

ИЗАБЕТТА

Но разве я преступна больше прочих?

Агнесса, Клара, Анна – все они

Садовника на плотский грех склоняли.

А я люблю того, кого супругом

Должна была назвать пред алтарем.

АГНЕССА

Плоть грешна, матушка, мы все повинны…

Вам тоже надо подвязать чепец.

НАСТОЯТЕЛЬНИЦА

При чем тут мой чепец, какая дерзость!

Да, вижу, слишком я была мягка.

Не знала я, что семена разврата

Проникли в нашу мирную обитель

И разрослись везде, как сорняки!

Вам всем, принявшим постриг и обет,

Подвергнуться придется наказанью,

Посту, молитвам, плоти истязанью.

Прощенья для разврата больше нет!

КЛАРА

Браните нас, мы это заслужили!

Но только вот чепец…

НАСТОЯТЕЛЬНИЦА

Да что чепец?..

Какие глупые у вас улыбки!

Я требую ответа, наконец!

АННА

Вы, кажется, надели по ошибке.

Настоятельница обнаруживает на голове подштанники. Немая сцена.

Вбегает глухонемой Мазетто и падает настоятельнице в ноги.

МАЗЕТТО

Заступничества, матушка, прошу!

Явите милость божью, отпустите

Меня из этого монастыря!

АННА

Глухонемой заговорил? Вот чудо!

ЛЮЧИЯ

Молчи, дуреха! Что-то он расскажет?

МАЗЕТТО

Мадонна, мне здесь жизни больше нет!

Прознал я от приятеля Рикардо,

Что нужен вам садовник. Притворившись

Глухонемым и с придурью маленько,

Я думал тут немного поразвлечься,

На всем готовом в лености пожить.

Но правду говорят, что десять кур

Один петух обхаживает вволю,

Однако мало десяти мужчин,

Чтоб усладить развратницу одну.

Я же который месяц утешаю

Один девятерых монашек ваших.

Я стал уныл и шуткам не смеюсь,

Весь исхудал, имею малокровье.

И скоро потеряю, я боюсь,

Мужскую силу вместе со здоровьем.

НАСТОЯТЕЛЬНИЦА

Так ты всё это время… Клара, Анна,

Агнесса, Изабетта… Ты, Лючия?

Ну неужели даже ты, Бригитта,

Блюстительница нравственных начал?

Да если это выплывет наружу,

Капитул ордена меня отправит

В такую глушь, что поминать неловко,

Куда Макар своих телят гонял…

КЛАРА

Зачем же нам об этом объявлять?

НАСТОЯТЕЛЬНИЦА

Но ведь глухонемой молчать не будет!

Не убивать же нам теперь его?

АГНЕССА

Да что вы, матушка! Есть проще выход.

Не отпускать.

МАЗЕТТО

А как же малокровье?

ЛЮЧИЯ

Питаться нужно лучше, вот и всё.

КЛАРА

Назначим распорядок посещений,

Скрепим печатью, чтобы все могли,

Живительный родник не истощая,

Иметь частицу блага для себя.

МАЗЕТТО

Тогда и содержание назначить

Приличное такому положенью.

И должность я хочу теперь повыше,

Быть экономом я вполне могу.

НАСТОЯТЕЛЬНИЦА

Ну, это уж немыслимая просьба!

Позор вы навлечете на обитель.

Глухонемой назначен в экономы —

Что скажет попечителей совет?

ЛЮЧИЯ

Нам, матушка, не важно, что там скажут,

Нам важно, что мы сами скажем им.

НАСТОЯТЕЛЬНИЦА

А что мы скажем?

Агнесса обрывает завязки у подштанников, которые Настоятельница носила вместо чепца.

АГНЕССА

Что свершилось чудо!

Святой Трувильды Черноногой пояс

Целительные свойства обнаружил —

Глухонемой обрел живую речь!

Монашки окружают Мазетто.

КЛАРА, АГНЕССА, АННА, ЛЮЧИЯ

(все вместе)

Чудо! Чудо! Глухонемой Мазетто говорит!

Монашки водят хоровод вокруг Мазетто, он смеется. Открывается окно в келье настоятельницы, высовывается отец Никодимо.

ОТЕЦ НИКОДИМО

Что там у вас случилось, что за крики?

НАСТОЯТЕЛЬНИЦА

Спускайтесь, отче. Нужно записать:

В монастыре сейчас свершилось чудо.

Во славу Господа и всех блаженных

Глухонемой Мазетто речь обрел.

ЛЮЧИЯ

(показывает подвязки)

Святой Трувильды Черноногой пояс

В капитул нужно будет нам отправить.

Чтобы утвердить целительные свойства

При совершенье множества чудес.

ОТЕЦ НИКОДИМО

(садовнику)

Счастливчик, вот теперь начнет болтать!

Жаль, что и слушать малому придется

Назойливую вашу трескотню.

Обрел он речь, а мне бы обрести

Мои штаны, исчезнувшие чудом.

ЛЮЧИЯ

Хотели вы сказать – чепец крахмальный?

ИЗАБЕТТА

Ловите, отче!

Агнесса бросает ему штаны.

КЛАРА, АГНЕССА, АННА, ЛЮЧИЯ

(все вместе)

Чудо! Чудо! Чудо!

Из-за дерева появляется Настасио, Изабетта берет его за руку и выходит вперед.

ИЗАБЕТТА

(Настоятельнице)

Надеюсь, матушка, и мне позволят —

Как вы другим позволили монашкам, —

Иметь свидания по расписанью

С тем, кто всего дороже для меня.

НАСТАСИО

(кланяется)

Я же, мадонна, свято обещаю

Ковчег из серебра и хризолитов

Для пояса Трувильды Черноногой

Монастырю за это подарить.

Настоятельница машет рукой, показывая, что теперь пусть все делают что хотят.

Изабетта и Настасио радостно обнимаются.

Пока монашки, а с ними Мазетто и Отец Никодимо, водят хоровод вокруг Настоятельницы, компания аплодирует Сириску.

СИРИСК

Доподлинное чудо, о синьоры,

Произошло с садовником Мазетто.

В монастыре он счастливо прожил

Не меньше тридцати беспечных лет.

В обитель строгую для исцеленья

Глухонемых немало привозили,

И многим там, к большому изумленью,

Трувильды пояс помощь оказал.

Выходит Эмилия, берет под руку Сириска.

ЭМИЛИЯ

Синьоры, я желаю подтвердить,

Всё это так доподлинно и было.

Мой дед знавал тот древний монастырь

И посещал его с Настасьо вместе.

И вскладчину оплачен был ковчег

Из серебра, рубинов, хризолитов,

Который до сих пор хранится в церкви,

Трувильде Черноногой посвящен.

Слушатели смеются.

ПАМПИНЕЯ

Так дед ваш был свидетель тех событий?

ЭМИЛИЯ

Немало знал он всяческих историй.

(Сириску.)

Одну из них как продолженье вашей

Я расскажу для назиданья всем.