Текст книги "После развода с драконом, или Девять месяцев спустя (СИ)"

Автор книги: Ольга Коротаева

сообщить о нарушении

Текущая страница: 6 (всего у книги 11 страниц)

– Что вы делаете?

– Замок сломан, – я не стала пугать женщину. Может, движение мне всего лишь примерещилось. – Чтобы ветер не гулял по дому. Где ты нашла гостя?

– В подвале, – скривилась она и, подавшись ко мне, шепнула: – Лежит, едва шевелится и болтает какую-то чушь о вашей покойной дочери… Кажется, он нашёл ваше особое лекарство. Ну, то самое…

Она многозначительно округлила глаза, и меня осенило:

– Так ты знаешь о нём? А я надеялась скрыть это от вас.

– Оно же воняет, – Оля пожала плечами и тут же деловито спросила: – Что делать с лордом? Мне его по лестнице не втащить.

– Пусть отсыпается внизу, – отмахнулась я и, опасливо покосившись на дверь, потянула женщину обратно: – Я забыла бутылочку в гостиной, где положили раненого. А гость, похоже, оказался излишне любопытным. Кстати, где Ваня?

– Ясно где, – моргнула она. – В конюшне. Воины вашего гостя вернулись, вот он и занимается лошадьми… Позвать?

– Зачем отвлекать человека от работы? – я отрицательно покачала головой и задумчиво продолжила: – Вернусь в спальню… Очень устала. А ты отнеси воинам остатки ужина, а потом сообщи лорду Бэрнсту, что утром после завтрака я желаю побеседовать с ним в моём кабинете.

Раз Кэннон подсуетился и оплатил своё проживание в поместье, не стану его выгонять. Пока… Что таить? Выстави я мужчину, вряд ли на душе стало спокойнее. Судя по слова Эльбэрта, жена годами изводила его, строя из себя жертву, а потом разорила и почти убила.

Идти Кэннону некуда. Лорд даже наступил на горло гордости и попросил прощения. Похоже, был готов закрыть глаза на преступления бывшей жены, лишь бы не потерять крышу над головой. Так пусть остаётся.

«На моих условиях! – Я вошла в спальню и с нежностью посмотрела на мирно спящего сыночка. – Уже некоторое время мне удаётся скрывать правду. Пусть так будет и впредь. Если Кэннон считает меня монстром, то у него и мысли не возникнет о ребёнке».

Я расстегнула платье и позволила ему соскользнуть вниз, а потом подошла к медному тазу, взяла ткань и опустила в прохладную воду. Отжав, провела по шее и опустилась к груди. Обтираясь, размышляла, правильное ли приняла решение.

Ещё час назад я придумывала новые способы прогнать незваного гостя, но что-то меня испугало в той комнате. От мысли, что оссомы по какой-то причине спустились с гор, стало не по себе. Может, визит лорда Бэрнста тут не при чём. Наоборот, мы узнали о хищниках до того, как они напали стаей.

Можно было бы попросить защиты у Эльбэрта, но блондину и его воинам я доверяла ещё меньше. Конечно, опасно позволять Кэннону оставаться у нас, но…

«Разве могу я рисковать жизнью своего сына?»

Я наклонилась и поцеловала малыша в лоб. Покормив его, натянула простое домашнее платье, в котором не принято было появляться перед лордами, а потом застирала лиф алого. Завтра придётся идти на встречу с Кэнноном в сыром. Но это лучше, чем натереть нежную кожу. А ещё мне казалось, что оно сильно пахнет молоком, а это могло нас выдать.

«Оля, наверное, всё ещё убирается на кухне, – я прислушалась к тишине, царившей в доме. – Не стоит переживать, комната, где живут драконы, совсем рядом. Зверь не сунется!»

Вздохнув, я подошла к столу и придвинула к себе письменные принадлежности. Раз решилась, надо подготовиться к разговору с бывшим мужем Эфдокии. Вывела аккуратным почерком леди, в чьё тело я попала девять месяцев назад:

«Никогда не называть меня женой…»

Глава 28

– Никогда не называть меня женой, – прочитала один из двадцати двух пунктов, которые придумала для нашего мирового соглашения, и вопросительно глянула на мужчину: – Надеюсь, не нужно пояснять, что я имею в виду? Вы заявили о разводе и выставили меня из дома. На этом наши супружеские отношения я считаю завершёнными. До момента, пока Домуин не поправится…

«И опасность с оссомами не разрешится».

– … у нас лишь деловые отношения.

– С этим соглашусь, – милостиво кивнул Кэннон.

Он стоял посредине залитого утренним солнцем кабинета, скрестив руки на груди, будто желал подчеркнуть положение землевладельца. Несмотря на то, что был одет просто, – брюки, заправленные в высокие сапоги, и белую рубашку, – выглядел довольно величественно.

Есть такой тип людей, которых хоть в мешок наряди, всё равно будут смотреться наряднее короля. Как правило, они жутко раздражают окружающих, потому что невольно вызывают бессильное чувство зависти.

«Неудивительно, что Бриэтта не устояла перед этим самцом, – мой взгляд будто прилип к бугрящимся мышцам, которые обрисовывала тонкая ткань рубашки. – Жаль дурочку».

Трудно сказать, почему Кэннон не надел фрак. Желал продемонстрировать свою мужественность или ледяной ветер, который вчера дул с гор, сменил своё направление? Надеялась, что второе, поскольку попытки лорда Бэрнста наладить отношения с бывшей женой меня жутко настораживали.

– Вспомнила, как подарила мне эту рубашку? – иронично уточнил мужчина, дотрагиваясь до бицепса. – Так пристально смотришь.

– Там пятно, – буркнула я и протянула бумагу: – Если возражений нет, тогда подпишите.

– Возражения есть, – заявил Кэннон.

– Вы же сказали, что согласны! – возмутилась я.

При этом испытала и облегчение, и тревогу. Ведь я всё ещё сомневалась в своём решении. Опасно позволять Бэрнсту оставаться в поместье! В любой момент кто-нибудь из деревенских мог случайно рассказать лорду про моего сына. Про его сына!

Кэннон не дурак, сразу сопоставит сроки и всё поймёт.

О последствиях даже думать было страшно.

– Тогда уезжайте, – я смяла бумагу и направилась к двери.

Но стоило коснуться холодного дерева, как сразу вспомнила вчерашний случай, и застыла на месте. Возможно, это был сквозняк? Может, мне просто примерещилось? Да! Но прошив в своём мире девяносто лет, я научилась доверять интуиции.

Такой прагматичный человек, как я, не станет дрожать от страха перед темнотой. Я без малейшей опаски чуть ли не каждый день пересекала кленовую рощу, если нужно было посетить деревню. А вот в заброшенный храм Этры идти не хотелось, но я пересилила себя, движимая чувством ответственности. И что в итоге?

– Передумала? – спросил лорд.

Я медленно повернулась и расправила лист.

– Что именно вас не устраивает? Давайте обсудим.

По губам Кэннона скользнула довольная улыбка. Я предположила:

– Считаете, что арендная плата слишком высокая?

– Пункт о том, что я должен обращаться к тебе на «вы», – ошарашил ответом мужчина. – Мы не посторонние, Эф. Как можно забыть десять лет совместной жизни?

– Это ты у себя спроси, – ворчливо парировала я. На эту небольшую уступку я была готова пойти. – У тебя это легко получилось с Бриэттой.

Взгляд Кэннона тут же стал холоден.

– Я знаю, что ты не примешь моих извинений. Где подписать?

Возможно, мои слова прозвучали жестоко, ведь Бриэтта девять месяцев была его женой, а потом умерла. Но мне было нужно увеличить между нами дистанцию, которую Кэннон так старался сократить.

Подписав бумагу, мужчина дождался, когда это сделаю я, а потом спросил напрямик:

– А теперь скажи, почему так внезапно передумала? И не пытайся уйти от ответа. Твои отчаянные попытки выставить меня за дверь были очевидны.

Он приблизился, почти прижимая меня к стене, и замер, продолжая буравить тёмным взглядом:

– Боишься остаться наедине со своим любовником?

«Он и об отношениях жены и Эльбэрта знал⁈» – изумилась я.

Я точно не знаю, что происходило в жизни Эфдокии, эта женщина была чрезвычайно скрытной. Но у меня-то нет никаких отношений с Эльбэртом. И никогда не было! Поэтому я спокойно посмотрела в глаза мужчине и твёрдо проговорила:

– Не понимаю, о чём ты. Если намекаешь на лорда Адмэнта, то у меня с ним ничего нет. Но в одном ты прав, я действительно не горю желанием оставаться с Эльбэртом наедине.

По губам мужчины скользнула усмешка, от которой у меня по спине пробежался морозец. Наклонившись ниже, Кэннон вкрадчиво поинтересовался:

– Ничего нет? А как же портрет, который ты хранишь в ларце с рукоделием?

Я замешкалась на миг, – откуда лорд узнал об этом? – и в глазах Кэннона вспыхнул тёмный огонь, а лицо приняло хищное выражение.

– Нечего сказать? И хорошо. Эл сам поведал мне о вашей тайной любви.

У меня глаза расширились, и дар речи пропал.

«Эльбэрт совсем с катушек съехал? Если столько лет молчал, почему сейчас поднял эту тему? Жить надоело?»

Стало ясно, почему Кэннон так вёл себя в последнее время. Снова завёл разговор о прощении, подчеркнув, что я извинения не приму. Хотел вывести бывшую жёнушку на признание?

«Кажется, я только что подписалась на ад», – похолодела я.

По своей прошлой жизни я знала, какими мстительными могут быть мужчины после развода. Судя по взгляду, Кэннону не терпится отыграться за своё уязвлённое самолюбие. Но я так просто не сдамся!

– А если бы и было, тебя это не касается, – ледяным тоном заявила я. – Мы в разводе, и ты мне изменил. Значит, любви уже не было.

Он резко подался ко мне, практически вжимая в стену, и прошипел:

– А если я тебе не изменял?

Тут, признаться, я растерялась. Но сухо напомнила:

– Думаешь, мне померещилось? Я же самолично застала тебя с Бриэттой!

Мужчина вдруг отстранился и, отвернувшись, отошёл от меня. Сцепил за спиной руки и бесцветным голосом произнёс:

– Не трогал я её. На рассвете Бри прибежала к нам в спальню в слезах. Лепетала что-то о кошмаре, который ей приснился. Тебя не было, и я позволил ей подождать тебя. Не заметил, как уснул. А дальше ты знаешь.

Я чувствовала себя так, будто на меня мешок угля вывалили. Сначала стало жутко стыдно, что я обвинила этих двоих. А потом возмутилась:

– Почему ты сразу всё не объяснил?

– Я был зол, – он чуть обернулся и бросил на меня косой взгляд. – Кипел от ярости после сообщения о том, что ты принимала сок нейпира. Всю ночь прождал тебя в спальне, ждал объяснений, но ты не пришла. И этим доказала свою вину. Я страстно желал сделать тебе больно!

Первый шок у меня прошёл, и я скрестила руки на груди. Иронично выгнув бровь, иронично поинтересовалась:

– А женился потом тоже из мести?

– Ты сама заставила меня подписать магическую расписку, – сквозь зубы процедил он.

Ох! Верно… Я совсем забыла про это!

– На эмоциях я согласился, – раздражённо продолжал мужчина, – но твоя бесцеремонная и высокомерная дочь никогда не привлекала меня, как женщина. После свадьбы хотел отправить её к твоему отцу, но Бри не желала возвращаться к деду. Целыми днями рыдала и молила оставить её. Я сдался… Мы жили под одной крышей, но нас ничего не связывало.

Я подошла к столу и положила наш договор. Водила по нему ногтем, размышляя о внезапно открывшейся правде. Моё представление о Эфдокии и Кэнноне снова перевернулось с ног на голову. И всё же не могла до конца поверить мужчине. Ведь мне сказали, что Бриэтта была беременна. Выходит, брак не был таким уж фиктивным, на что намекал лорд Бэрнст.

Но больше меня тревожило другое.

– Зачем ты говоришь мне это сейчас? – спросила напрямик. – Из ревности? Снова хочешь наказать?

Кэннон повернулся и, коротко усмехнувшись, предложил:

– Хорошенько подумай над этим вопросом, Эф.

И стремительно вышел из кабинета.

Я медленно опустилась на стул и в сердцах скомкала подписанный документ.

Кажется, я просчиталась. Кэннон гораздо опаснее стаи оссомов!

Глава 29

После обеда, на который коварный блондин так же не явился, я попыталась увидеть раненого, но путь мне преградил один из воинов Кэннона.

– Прошу прощения, леди, – без тени вины в голосе заявил Убэрт. – Но вам сюда нельзя. Приказ лорда!

– Нужно сделать перевязку, – я показала новую бутылочку, которую пришлось достать из редеющих запасов, и чистую ткань. – Проверить, помогло ли зелье. Кто сделает это, если не я?

– Он, – мужчина кивнул за мою спину.

Наверняка, там стоял Кэннон. Кто же ещё? Лорд ходил за мной по пятам, как зверь. То ли ждал, когда я ошибусь, то ли боялся, что сбегу. Мотивы бывшего мужа Эф мне были непонятны. Говорил одно, делал другое, а взгляд то колол холодом, то пронизывал напряжением.

Лишний раз с ним встречаться не хотелось, но я набралась решимости и развернулась, чтобы настоять на посещении Домуина. Но передо мной стоял не дракон, а пожилой мужчина с добрыми синими глазами.

– Никлим! – несказанно обрадовалась я, но тут же испугалась за Эсси и схватила мужчину за руку. – Что-то случилось?

Когда мы недавно виделись, целитель обещал присмотреть за женщиной. Если Никлим не побоялся прийти в поместье, когда здесь собралось столько драконов, то Эсси, должно быть, стало хуже.

– Всё хорошо, – понимая моё волнение, тут же успокоил мужчина и опасливо покосился на воина. – Меня… пригласили.

– Хм, – я нахмурилась, потому что заметила, как презрительно скривился при этом Убэрт. Всего на миг, но я заметила, и мне это не понравилось, поэтому заботливо поинтересовалась: – С вами всё в порядке?

Никлим машинально коснулся живота и болезненно поморщился, а потом нарочито весело ответил:

– Жить буду, леди Дуня! – С предвкушением потёр ладони: – Где больной? Мне сказали, он целитель. Рад помочь коллеге!

Убэрт сделал шаг в сторону, давая пройти весьма упитанному мужчине, и жестом показал на диван. Я вытянула шею, чтобы рассмотреть Домуина, но воин тут же закрыл мне обзор. Впрочем, я успела заметить, что цвет лица его потерял землистый оттенок.

«Ещё не здоров, но уже не так плох!»

А потом показала ткань и бутылочку:

– Никлим зелье забыл.

– Человек! – рявкнул Убэрт, и целитель вжал голову в плечи. – Вернись и забери то, что принесла леди Эфдокия.

– Да, конечно… – мужчина посеменил обратно, и мы обменялись понимающими взглядами. Никлим многозначительно подмигнул: – Сделать больному кровопускание, леди?

Я выдержала паузу, во время которой Домуин наверняка забыл, как дышать, а потом ответила с хитрой улыбкой:

– Вряд ли в этом будет необходимость. Больной выглядит намного лучше, чем вчера.

Развернулась и степенно направилась прочь. Казалось, всё идёт по плану, лишь мелькнула мысль, что Кэннон не просто так запретил мне видеться с Домуином. Может, целитель действительно сообщник Эфдокии, и лорд знает об этом?

Я невольно потёрла отметины, которые оставил мне Бэрнст, и остановилась у окна. Наблюдая, как Ваня везёт тележку, наполненную сеном, в конюшню, приняла решение заглянуть в комнату, где мне привиделось движение.

Признаться, было страшно даже днём, но сделать это было необходимо, чтобы убедиться в правильности своего решения. Поддавшись страху, я вцепилась в сильного самца, чтобы защитить своё дитя.

Не сомневалась, что опасность реальная. В храме я ощутила ужасающую близость хищников, и это отпечаталось где-то на уровне инстинктов. То, чего не объяснить логикой. Пересилив желание забить досками дверь в ту комнату, я решила найти воина, который не исполнял волю своего лорда, как Убэрт.

Теперь, когда договор сосуществования в одном доме был подписан, я могла получить помощь любого подручного Кэннона. Эглор, которого я заметила во дворе, оказался как нельзя кстати. К тому же он был не один.

Я открыла окно и позвала:

– Лорды, у вас есть несколько минут, чтобы помочь Ване перенести доски для ремонта в одну из комнат?

Воины переглянулись и молча направилась к дому. Ваня оставил тележку и поспешил следом. Я закрыла окно и глубоко вдохнула, а потом медленно выдохнула, считая до десяти. Сердце билось, как птица, попавшая в силки. Инстинкты верещали об опасности, но я переступила через страх и направилась в холл, чтобы показать воинам дорогу.

Мы шли молча, были слышны лишь наши шаги, и от этого мерного звука начинала болеть голова, а сердце биться ещё сильнее. Когда подошли к двери, я придержала Ваню и произнесла со всей серьёзностью:

– Простите меня, лорды. Но не могли бы вы сначала осмотреть комнату? Как вы знаете, поместье расположено близко к Калладским горам. Иногда дикие звери забираются в помещения, где никто не живёт, и устраивают там лежбище.

Мужчины молча выгнули мечи, а мы отступили ещё на несколько шагов.

Когда Эглор распахнул дверь, и воины вошли внутрь, показалось, что обоняния коснулся запах звериной шерсти и свежей крови. Я передёрнула плечами, сбрасывая наваждение и уверяя себя, что всё в порядке. Я под защитой. Мой сын под защитой!

Текли бесконечные секунды, пока тишину не разорвал напряжённый голос Эглора:

– Леди Эфдокия. Посмотрите на это.

Серде дрогнуло. Собрав волю в кулак, я сделала шаг вперёд, но Ваня молча оттеснил меня за свою спину. Так и прикрывал меня собой, когда мы вошли внутрь. В полу зияла дыра, и она была огромной! Мне повезло, что я не упала.

Опустив мечи, воины смотрели вниз, и я осторожно приблизилась к ним.

Заглянув в дыру, похолодела при виде мёртвых зверей. Большого и маленького.

Действительно пахло свежей кровью, и я ужаснулась от осознания, что снова стояла на грани жизни и смерти. Нет ничего опаснее самки, которая защищает логово.

– Сп-пасибо, – пролепетала немеющими губами.

Но Эглор отрицательно покачал головой.

– Их убил кто-то другой.

И показал на алый след.

Я изумлённо приподняла брови.

Это был совершенно точно отпечаток женского ботинка.

* * *

Приглашаю в свою весёлую новинку:

'Наша мачеха – злодейка, или Развод с драконом"

В тело жестокой мачехи затянуло неунывающую пенсионерку Аврору Германовну Штырь…

Напомнаю, что в моей группе ВК проходит крутой розыгрыш (смотри закреп)

Ссылка на группу в моём профиле

Глава 30

Неудивительно, что ночью я не смогла сомкнуть глаз.

– Леди, вам нужно отдохнуть, – ворчала Оля. Она осталась со мной и уговаривала хоть немного поспать. – С утра до ночи на ногах… Столько дел! Столько дел! А ещё в деревню ездите. Совсем о себе не думаете. Так и молоко пропасть может!

Отвернувшись, я тихо пообещала:

– Постараюсь уснуть. И ты спи.

Через несколько минут услышала, как Оля тихонько посапывает, и осторожно покосилась на помощницу. А потом села и, обхватив руками колени, с нежностью посмотрела на сыночка. Он сжимал крошечные пальчики в кулачки и причмокивал пухлыми губами.

Такой хрупкий, как весенний цветок, что проклюнулся среди снега! Я получила от жизни удивительный дар, за который готова расплачиваться, даже если придётся отвечать за чужие проступки. За преступления тела, в которое я попала.

«Так Кэннон действительно не изменял жене, – всё ещё сомневалась я едва сдержала ехидный мешок. – А я его в пояс верности упаковала!»

Стало смешно, потому что вспомнила, как забавно смотрелся лорд в золотых труселях. Белый от злости, он едва не прожигал меня взглядом. Только сейчас я в полной мере осознала всю ярость, которую Кэннон испытывал тогда.

Улыбка растаяла.

«Всё это может оказаться ложью», – напомнила себе о случае с собственной дочерью.

Ощутив, как к глазам внезапно подступили слёзы, прикусила нижнюю губу.

– То смеётесь, то плачете, – проворчала Оля и поднялась с кушетки. Видимо, я разбудила её всхлипами. Подошла и села на краешек кровати. – Что с вами, леди?

– Подумала о дочери, – честно призналась я, и моя помощница тут же помрачнела. Я взяла её за руку и продолжила: – Время идёт, и я вдруг поняла, что начинаю её забывать.

Оля вдруг заключила меня в тёплые объятия и прошептала:

– И это пройдёт. Ш-ш-ш-ш!

Я прикрыла веки и позволила себе минутку насладиться по-настоящему уютным сочувствием, которое дарила эта женщина, а потом осторожно высвободилась и попросила:

– Расскажи мне о Бриэтте. Какой она была?

– Какой-какой? – недовольно пробубнила та. – Взбалмошная и избалованная! Считала себя хозяйкой в вашем доме и впадала в истерики, если что-то было не по ней. Лорд ей в отцы годился, а она его «Кэнни» называла. Даже вы так к мужу не обращались! А ещё бегала к вам в спальню, когда вздумается. А ведь взрослая незамужняя женщина. Стыдоба…

Женщина осеклась, что-то пробормотала себе под нос и коснулась указательным пальцем лба.

– Что? – настороженно встрепенулась я.

«Она что-то вспомнила?»

– Простите, леди, – виновато вздохнула Оля. – Жрецы Этры твердят, что нельзя говорить о мёртвых плохо. Ваша дочь была…

Последовала длинная пауза, и с каждой секундой я всё больше верила, что Бриэтта не привлекала Кэннона как женщина. Если уж добрая Оля не могла вспомнить об этой девушке что-то хорошее, выходит лорд лишь терпел взбалмошную дочь супруги.

«Неужели он действительно любил скрытную и тихую Эфдокию?» – неприятно царапнула мысль.

– Она была очень красивой, – наконец выпалила Оля, вытерла пот со лба и счастливо заулыбалась.

Всё, что женщина могла вспомнить хорошего об Бриэтте – внешность молодой женщины.

– Верно, – мягко согласилась я. – Она была очень красивой.

Мне ещё больше захотелось поговорить с Домуином. Не только выяснить правду о леди Эфдокии, но и узнать, была ли Бриэтта беременна на самом деле.

Глава 31

Уснула я лишь под утро, но проспала недолго. Проснулся малыш. Пусть я ещё немного подремала, пока его кормила, но этого явно было недостаточно для бодрого настроения. За столом во время завтрака я клевала носом до тех пор, пока не поймала напряжённый взгляд Кэннона. Отодвинув тарелку, поднялась и деловито сообщила воинам:

– Сегодня прибудут мастера, будут чинить провалившийся пол. Прошу их встретить, потому что мне предстоит отлучиться по делам…

– Я с тобой, – тут же встал лорд Бэрнст.

– Не нужно… – начала было я, но осеклась под его предупреждающим взглядом. Вздохнула, признавая поражение: – Хорошо.

Подумав несколько секунд, нехотя добавила:

– Спасибо.

Взгляд Кэннона потеплел на полградуса, и я тут же ввернула:

– Но сначала хочу убедиться, что раненый идёт на поправку.

– Нет, – привычным ледяным тоном отрезал лорд.

Я приподняла брови и мило ему улыбнулась:

– Ой, как же я забыла? Прости, Кэннон. Кажется, лорд Адмэнт предложил проводить меня до деревни раньше, чем ты…

– Хорошо, – мгновенно изменил своё решение мужчина.

Я скрыла торжество, поспешно опустив ресницы, и посеменила к гостиной, как полагается слабой женщине: скромно опустив взор. Но в кармане лежала ещё одна бутылочка средства, а в другом приготовлены чистые бинты.

Домуин выглядел намного лучше, чем в нашу последнюю встречу. Хотя, встречей это было трудно назвать. Я лишь взглянула на целителя через плечо воина, который не позволил мне войти в гостиную.

– Вижу, вы идёте на поправку, – отметив блеск глаз и румянец на щеках мужчины, удовлетворённо подытожила я.

И вынула средство из кармана.

– Вашими стараниями, леди, – весьма бойко ответил Домуин и бросил жадный взгляд на бутылочку. – Могу я узнать, что это за зелье? Пахнет резко, жжётся, но воспаление сразу ушло, и рана заживает намного быстрее, чем можно было надеяться.

– Это обеззараживающее, – осторожно поделилась я, передавая средство воину.

– Что? – побелел целитель и дёрнулся, будто пытаясь отпрянуть. – Магией обеззараживают только медицинский инструмент, но не человека. Так и убить можно!

– Но вы живы и вроде как идёте на поправку, – иронично возразила я. – Не волнуйтесь, это зелье не причинит вам вреда, если не будете принимать его внутрь.

Домуин проворчал себе под нос:

– Какой идиот станет это пить?

– Один уже есть, – я аккуратно вытащила из кармана бинты. – А теперь нужно вас перебинтовать.

Кэннон оттеснил меня от дивана:

– Этим есть, кому заняться. Помнится, ты торопилась.

– Верно, – вспомнила о малыше. До кормления надо вернуться из деревни! Обратилась к воину: – После того, как перебинтуете, напоите больного соком калладского клёна. Это ускорит восстановление.

А сама направилась к выходу, где уже поджидала Оля.

– Сегодня ветренно, – сообщила она и передала тёплые перчатки.

Мы обменялись многозначительными взглядами, пока Кэннон галантно открывал передо мной дверь. Мужчина помог спуститься по ступенькам, но внизу моей руки не отпустил.

– Зачем тебе ехать самой? – поинтересовался он, пока вёл меня к конюшне. – Разрешаю отправить одного из моих воинов.

– Буду иметь в виду, – приближаясь к Чижику, вежливо отказалась я и аккуратно высвободила ладонь. Приняла поводья из рук Вани и, не сдержавшись, саркастично добавила: – Если нужно будет кого-то припугнуть. Но сейчас мне необходимо поговорить со старостой, обсудить план вырубки деревьев и подготовку почвы к весенним посадкам.

– Не рано ли говорить об этом? – засомневался Кэннон. Он помог мне забраться на коня и глянул исподлобья с явным недоверием: – Сейчас только ещё осень.

– Если бы ты знал, что сейчас для этого самое время, то получал доход от поместья больше двухсот воглей в год, – иронично поддела я и ударила пятками коня. А потом обернулась на Кэннона, который вскочил в седло и поспешил за мной. Добавила чуть мягче: – Той весной я осознала, как жестоко природа наказывает за беспечность. А страдают простые люди. Мы, драконы, сильнее. Значит, должны заботиться о слабых.

Мужчина поравнялся со мной и тихо спросил:

– Когда ты успела стать такой мудрой?

Показалось, или в его взгляде я уловила восхищение?

Глава 32

И всё же примерещилось.

В дороге лорд ни разу не обратился ко мне, и его отстранённый вид граничил с безразличием. Должно быть, Кэннон увязался за мной лишь из-за договора, желая обеспечить бывшей жене защиту.

Казалось, он мог послать со мной одного из своих воинов, но лорд Бэрнст даже в нашем захолустье пытался соблюдать приличия. А по негласным правилам воины могли сопровождать леди верхом лишь в том случае, когда она находится в карете. Причём не одна, а сопровождающей её дамой. Иначе это бы выглядело вопиюще вульгарно.

А по мне все эти условности только мешали нормальной жизни. Порой, задумываясь об этом, я мысленно благодарила богиню Этру за возможность жить вдалеке от так называемого приличного общества. В столице пришлось бы посещать других замужних леди, спорить о нарядах и готовиться к балам.

Мне больше нравилось возиться с соком клёна, уваривая его до состояния сиропа или же конфет. По-простому общаться с людьми из деревни и по мере сил помогать им в нелёгкой задаче выживания. Заботиться о своём малыше и мечтать, как сын будет подрастать и каждый день учиться чему-то новому.

Простые радости взамен роскоши. Душевность и открытость вместо светского лицемерия.

Возможно, именно поэтому у нас с Кэнноном не клеилась беседа.

Нам попросту не о чем было говорить.

Подъезжая к деревне, я настороженно заметила:

– Ворота закрыты…

Лорд будто очнулся от каких-то своих размышлений и безразлично пожал плечами:

– Откроем.

– Речь не о том, – тревожно отмахнулась я. – За всё время, что я здесь, ворота ни разу не были закрыты!

И пришпорила коня, чуя беду. Кэннон догнал меня, а потом и обогнал, будто закрывая меня собой. При нашем приближении ворота приоткрыли, и я увидела старосту. Сухонький старичок был бледен, глаза его влажно мерцали, а непокрытые седые волосы трепал ветер.

– Леди Дуня, беда! – запричитал пожилой мужчина. – Ночью в деревне видели оссома!

– Кто-то пострадал? – заволновалась я.

– Руб, – тяжело вздохнул староста и попытался собрать разлетевшиеся волосы. – Он… Сами увидите.

Махнул кому-то, и ворота медленно отворились. Я пустила Чижика в галоп, чтобы как можно скорее добраться до дома кузнеца, а сердце, казалось, колотилось громче топота копыт.

Звери без сомнения почуют слабое беззащитное существо. Лёгкая добыча всегда привлекает их, потому я так испугалась за своего сына, когда заподозрила присутствие в доме оссома. Кузнецу не повезло, ведь в его семье тоже недавно появился младенец.

Остановив коня у дома кузнеца, я спрыгнула на землю и побежала к крыльцу.

Меня никто не встречал, и это пугало.

Ворвавшись внутрь, я увидела, лежащего на скамье кузнеца, рука которого была обмотана окровавленными тряпками, и облегчённо выдохнула:

– Жив!

Над мужем порхала чрезвычайно бледная и крайне взволнованная Эсси, а дети молча стояли в стороне. Старшая дочь прижимала к груди спелёнатого младенца.

– В постель, – приказала я жене кузнеца. – Не то снова станет хуже.

– Но леди…

– Не мешай, мне нужно заняться его рукой, – сурово осадила я и подтолкнула женщину к двери. – И детей забери.

– Я помогу вам, – упрямо заявила старшая дочь.

– А чем тогда заняться мне? – вмешался Кэннон, и все притихли, испуганно глядя на знатного лорда.

Казалось, его появление осталось незамеченным, и теперь эти простые люди не знали, как себя вести. Я снова легонько подтолкнула Эсси к спальне:

– Положись на меня. Не волнуйся.

Когда мы остались втроём, вынула из кармана бутылочку с остатками средства и облегчённо выдохнула:

– Машинально забрала. Как чувствовала, что пригодится.

В другом кармане обнаружила небольшой рулон бинта, который не пригодился при перевязке Домуина, положила его на один из двух табуретов, а потом стянула перчатки и потёрла ладони друг о друга, согревая.

– Что мне делать? – негромко спросил Кэннон.

– Увидим, – я присела на табурет и принялась разматывать окровавленные тряпки.

Руб застонал, не открывая глаз, и меня это встревожило. Увы, рана действительно оказалась ужасной. Я вздохнула и вынула из причёски длинную шпильку с круглым навершием.

– Придётся зашивать.

Кэннон шире распахнул глаза:

– Этим?

Я с усмешкой отвернула навершие и наклонила шпильку, позволяя иголке и маленькому моточку ниток выскользнуть из украшения и упасть мне на колени. Пояснила удивлённому мужчине:

– После случая в заброшенном храме я не выхожу из дома без этой вещицы. И оружие, и можно что-то заштопать. Или кого-то… – Протянула иглу лорду: – А сейчас требуется ваша помощь! Обычно инструмент обеззараживает Никлим, но сейчас его нет. Придётся это сделать вам.

Кэннон молча коснулся острия пальцем, и по металлу скользнула серебристая искра. Я ощутила, как игла чуть нагрелась и удовлетворённо кивнула, а потом поочерёдно протянула мужчине нитки и бинт. Когда всё было готово для операции, плеснула на рану остатки жидкости из бутылочки и выдохнула:

– Приступим.

Руб застонал громче и заворочался, но лорд опустился на одно колено и придержал руку пострадавшего. Я благодарно улыбнулась, а потом всецело сосредоточилась на стежках. Мне уже не раз пригодился удивительный навык Эфдокии. Раны, которые я зашивала, заживали быстрее обычного, а шрамы оставались едва заметными. Деревенские были уверены, что это тоже магия.

Но это лишь результат усердия и многолетнего опыта. Тот, кто создаёт идеальные вышивки, не может сделать кривой шов даже в стрессовой ситуации. Руки помнят!

– Ты всегда особенно красиво выглядела за шитьём, – неожиданно прошептал Кэннон.

Я вздрогнула, и стежок не получился. Как щелчок по носу. Вот тебе и «руки помнят»!

С негодованием шикнула на мужчину:

– Не говори под руку! Я стараюсь сделать всё быстро и аккуратно. А ты мешаешь.

Он молча поджал губы, и я продолжила. Когда закончила, замотала руку бинтом и с трудом выпрямила спину. Кэннон тут же утончил:

– Устала?