Текст книги "После развода с драконом, или Девять месяцев спустя (СИ)"
Автор книги: Ольга Коротаева
сообщить о нарушении
Текущая страница: 5 (всего у книги 11 страниц)
Глава 22
Что же поможет убедить лорда передумать?
– Я постелила для вас лучшие покрывала, – вспомнив о потраченных медянках, вышла из положения. – О-о-очень дорогие и совершенно новые.
– Вот как?
Мне совершенно не понравилась довольная усмешка, которая проскользнула по твёрдым, красиво очерченным губам Кэннона. Похоже, из моих слов он сделал совершенно другой вывод. Решил, что я расстаралась ради дорогого гостя. Кажется, я сделала лишь хуже, поэтому попыталась исправить ситуацию:
– Жаль, если их придётся выбросить. Кровь трудно отстирывается, если вы не знали.
– Куплю тебе новые, – милостиво сообщил лорд.
– Мне ничего от вас не нужно, – твёрдо заявила я. – Но и своего портить не позволю. Несите целителя в гостиную, я займусь раненым сама.
– Нет… – просипел едва живой Домуин. – Не губите, леди!
– Что такое? – не поняла его реакции.
Один из воинов лорда ухмыльнулся и пояснил:
– Его рана в месте, которое не пристало показывать при леди…
– Эглор, – властно осадил его Кэннон и безапелляционным тоном приказал: – Несите ко мне, пока человек кровью не истёк!
– Я вызову деревенского целителя, – предприняла я последнюю попытку избавить несчастного от новых мучений. Дракону-то лишь беспокойство, а слабому человеку настоящая пытка. – Он поможет! Несите в гостиную…
– Эглор, ты оглох? – рявкнул Кэннон, и воины поспешили вперёд.
Я последовала за ними, на ходу пытаясь придумать какой-нибудь другой выход, но как назло на ум ничего не приходило. Делать нечего, придётся сказать правду. Проблема была в том, что мои действия можно было прировнять к нападению на знатного лорда. На земледельца!
Это было чревато большими неприятностями.
После развода я получила в распоряжение собственное поместье, но оно было в землях Кэннона. Как пожизненный держатель своего участка, должна была платить лорду феодальную ренту. За девять месяцев он ни разу не заявлял о своём праве и не требовал денег, что меня радовало. Нам и так непросто приходилось, поначалу каждая медянка была на счету.
Сейчас я могла выделить из бюджета положенную сумму. По моим сведениям, она была невелика, ведь земли считались не самыми плодородными из-за засилья калладского клёна. Сама рассчитывала высылать лорду Бэрнсту десять воглей в год и считала эту сумму предостаточной.
Нельзя было признаваться! Но что делать? Если в раны целителя попадут мелкие колючки…
Я сдалась.
– Стойте! – крикнула я, когда Эглор взялся за медную ручку двери.
Воин оглянулся, лорд тоже вопросительно посмотрел на меня, и я нехотя проговорила:
– На самом деле…
Дверь открылась сама, и на пороге возник высокий привлекательный блондин. Он широко улыбнулся мне, а потом повернулся к мгновенно помрачневшему Кэннону и поклонился.
– Прошу прощения, лорд Бэрнст, – выпрямившись, проговорил он вкрадчивым голосом, в котором я уловила нотки сарказма. – Не знал, что я далеко не единственный гость Эфдокии. Иначе не выбрал бы первую попавшуюся спальню. Я немедленно покину её!
Мужчина повернулся ко мне и взял за руку. Очень нежно пожал её и заглянул в глаза. Тон блондина так и сочился патокой:
– Моя дорогая кузина, у тебя есть ещё одна удобная кровать, где может переночевать уставший путник?
Я же смотрела на мужчину, потрясённая тем, каким невероятным было сходство блондина с изображением, что Эф хранила в шкатулке для шитья.
Почему-то я решила, что тот портрет принадлежал первому мужу женщины, в чьё тело я попала. Оля так же предположила. Она знала лишь то, что отца Бриэтты звали Лэрлис Адмэнт. Оказалось, что Эфдокия была довольно скрытной и мало чего о себе рассказывала.
Единственной, кто мог рассказать, кто же изображён на портрете, больше не было в живых. Впрочем, мне не особо было интересно. На картину я смотрела лишь как на возможность получить деньги за дорогую оправу, если станет совсем невмоготу.
Полагала, что Эф размышляла так же, не зря же всё во мне сопротивлялось, когда я собиралась оставить шкатулку. Женщина наверняка ощущала невероятное давление и тревогу, что её могут выставить за дверь без средств к существованию, вот и спрятала портрет.
Но что, если я не права?
Слишком уж явным было сходство изображения с мужчиной, который сейчас держал меня за руку. Ошеломлённая неожиданным появлением нового персонажа, я пробормотала:
– Вообще-то самая удобная кровать в моей спальне…
– Нет! – резко выдохнул Кэннон. Шагнув к нам, он оттеснил нового гостя, заставляя его отступить обратно в комнату. – Отдыхайте здесь, лорд Адмэнт.
И захлопнул дверь. Может, даже магией припечатал, поскольку блондину не удавалось её открыть и вернуться к нам. Кэннон повернулся к воинам и сухо приказал:
– Несите Домуина в холл.
Я же растерянно смотрела на закрытую дверь, которую изнутри всё ещё пытались открыть.
Лорд Адмэнт? Не первый муж, точно. Он совершенно точно мёртв, иначе Эф не звали бы вдовой до повторного замужества. Брат мужа? Похоже, так и было. Младший, скорее всего. Но почему он назвал меня кузиной? Эфдокия была замужем за кузеном?
В исторических книгах я часто читала про подобные браки, хотя лично не одобряла близкие отношения между родственниками. Помимо этической стороны, очень уж велика вероятность рождения детей с отклонениями.
Но прошлого не исправить. Ни чужого, ни своего.
Надо мной нависла тень, и я подняла взгляд на воина моего вывшего мужа.
– Служанка искала вас, леди, – вежливо сообщил Эглор. – Мол, ей нужна ваша помощь.
«Сынок!»
Охнув, я подхватила юбки и бросилась бегом по коридору. За нервными потрясениями я упустила самое важное – моего ребёнка. Поспешно поднялась по лестнице, краем глаза заметив, что у кухни столпились мужчины в кожаных доспехах.
«Точно, – мелькнуло в мыслях. – Жена старосты говорила, что блондин тоже был с сопровождением»,
Сколько же ртов придётся кормить?
«Надо взять с них оплату», – решила я.
И ворвалась в комнату, где Оля укачивала тихонько хныкающего младенца.
– Потерпи, Жданушка, – слёзно причитала она. – Скоро мамочка вернётся и покормит тебя.
– Я уже здесь, – едва переведя дыхание, сообщила Оле и, расстёгивая на ходу пуговицы, поспешила к кровати. – Неси ко мне.
Сын, будто ощутив присутствие матери, заревел так, что у меня заныли уши. Я торопливо успокоила нашу «пожарную сирену», мысленно радуясь, что малыш не закричал немногим раньше, когда я спорила с Кэнноном.
Молока прилило так много, что грудь ломило от боли.
Прикусив губу, я терпела, отвлекая себя мыслями о незваных гостях. Мужчин в доме становилось всё больше и больше, а припасов у нас было мало. Очень хотелось выпроводить всех, чтобы жизнь вернулась в привычное русло, но как это сделать?
Мало мне проблем? Похоже, после моего провалившегося плана с дорогим покрывалом Кэннон решил, что я пытаюсь заслужить его расположение заботой и вниманием.
Плохо…
А тут ещё лорд Адмэнт нарисовался! Этому-то что здесь понадобилось?
Глава 23
Оказалось, что лорд Адмэнт прибыл выразить соболезнование по поводу трагической кончины Бриэтты. Мужчина сообщил мне об этом сразу, как сумел покинуть комнату – на рассвете. Я только покормила сына, спустилась вниз попить воды и что-нибудь перекусить на скорую руку.
Как раз размышляла о том, что дом заполонили воины, но при всём неудобстве выставить лорда Бэрнста пока не получится. Ранение целителя оказалось действительно серьёзным. Меня к Домуину не подпускали, удалось лишь передать через Эглора разведённый водой кленовый сироп.
«Чем быстрее поправится, тем скорее бывший муженёк уедет», – пережёвывая лепёшку, размышляла я, совершенно не слушая говорливого блондина.
– Эф! – возмущённо позвал он.
– Что? – удивлённо глянула на лорда.
– Ты будто совсем не рада меня видеть, – придвинулся мужчина.
Перехватил мою руку за кисть и, наклонившись, вроде как попытался поцеловать, но я дёрнулась, и блондин сменил намерение и откусил от лепёшки. Отпустив меня, наградил насмешливым взглядом мужчины, который уверен в нежных чувствах женщины к нему.
«Всё любопытнее, – сильнее насторожилась я. – Чуется мне, несчастная женщина, в чьё тело я угодила, скрывала десятки скелетов в шкафу!»
На самом деле до тайн Эфдокии мне не было никакого дела. Пока они не угрожали моему благополучию. Я устроилась в новом мире, наладила быт и хотела жить своим узким семейным кругом. Но судьба оставила меня в покое только на девять месяцев, а теперь закружила в водовороте событий. Возникло ощущение, что мой маленький плот начал раскачиваться всё больше и больше.
Поэтому хотелось замереть и, не совершая резких движений, чтобы не перевернуться, понять, откуда идёт настоящая опасность.
– Я рада вас видеть, лорд Адмэнт…
– Эльбэрт, – жарко выдохнул мужчина и снова схватил меня за руку. – Зови меня по имени, как раньше, Эф!
Снова наклонился, но в этот раз я не стала дожидаться, поцелует или откусит от лепёшки. Эти игры мне были неинтересны. Вырвалась и пододвинула ему блюдо:
– Вижу, вы голодны. Угощайтесь. А мне пора наверх. Как вы знаете, в доме младенец, и я помогаю его матери, чем могу.
– Вижу, ты соскучилась по роли матери, – призывно заулыбался Эльбэрт. – Если желаешь ещё одного ребёнка, только скажи!
Эти слова понравились мне ещё меньше. Неужели, Эфдокия родила Бриэтту от этого мужчины?
– Я только вчера развеяла прах дочери в храме богини, – ледяным тоном напомнила нахальному блондину. – А вы, я смотрю, не сильно опечалены гибелью Бриэтты.
– Эф, – раздражённо поморщился Эльбэрт. – Ты же не пытаешься избавиться от меня?
– В этом я всецело на стороне моей жены, – неожиданно раздался ледяной голос Кэннона.
Мужчина приблизился к нам и отодвинул Эльбэрта, приподняв его вместе со стулом. А потом поставил между нами свободный и уселся. Придвинув к себе лепёшки, щедро полил их кленовым сиропом и принялся уминать, как ни в чём не бывало.
У меня от его беспардонности на миг пропал дар речи. Но только на миг. Вскочив, я попыталась забрать блюдо:
– Во-первых, я больше не ваша жена. А во-вторых, это завтрак не только для вас, лорд. На каждого по одной лепёшке! У нас мало продуктов, поэтому вам придётся ограничивать аппетит.
– Я привезу всё, что нужно, – гордо отодвигая тарелку, серьёзно заявил Кэннон.
– Хорошо, – ухватилась за его слова и тут же мстительно продолжила: – А пока вы завтракаете, составлю список всего необходимого, включая молодую здоровую лошадь! А то Чижику тяжело.
– Бери моего коня, – властно приказал Кэннон.
– Я же сказала, мне ничего от вас не нужно, – холодно парировала я. – А насчёт покупок – вы сами предложили. Возьму в оплату за проживание вас и ваших воинов в моём поместье. Если условия не устраивают, прошу покинуть дом. Бесплатно остаться может только Домуин, и то до момента, как сможет подняться на ноги.
Высказавшись, я перевела дыхание и с вызовом посмотрела на мужчину.
– Хорошо, – поднялся он и покинул кухню.
А потом и дом – громко хлопнула входная дверь. Я поверить глазам не могла. Неужели, мне так просто получилось выставить досаждающего мне лорда?
– А ты всё так же невероятно жестока, – тихо рассмеялся Эльбэрт. – Ни капли не изменилась.
Обернувшись, я удивлённо посмотрела на блондина, а он подался вперёд и шёпотом продолжил:
– Лишила Бэрнста земель и состояния, а теперь выставляешь его из фамильного поместья. Это было единственное, что не смог отобрать твой отец!
– Да что вы такое говорите? – сорвалось с губ.
Лишила земель и состояния? Как? Я жила скромно, ни во что не ввязывалась. Лишь недавно снова увидела Кэннона. Предпочла бы не встречать!
– Можешь не притворяться, – беспечно отмахнулся мужчина. – Воины Кэннона ещё до рассвета ушли на охоту. Целитель не подслушает, он и подняться с постели не в силах!
Я молча переваривала услышанное: по словам Эльбэрта выходило, что отец Эфдокии разорил лорда Бэрнста.
– Или не веришь, что твой план удался? – Эльбэрт пододвинул к себе блюдо и принялся уплетать лепёшки. Жуя, цепко поглядывал на меня: – Дядя обвинил Бэрнста в том, что он из мести травил тебя, чтобы ты не понесла. Доказательств нет, но весть о смерти беременной внучки старшего лорда Адмэнта всколыхнула Илланор, и тогда Совету лордов ничего не оставалось, как поднять драконов и выступить против Бэрнста.
Меня покоробило, как просто блондин говорил о гибели Бриэтты. Ведь она ему дочь, если я всё правильно поняла.
– Впрочем, я понимаю, почему ты испугалась, – великодушно сообщил Эльберт. – Рассчитывала, что Кэннон будет сражаться и погибнет, как Лэрлис, а он нагрянул к тебе живым и здоровым? Лорды из совета тоже удивились, когда он внезапно открыл ворота и добровольно покинул замок. Забрал с собой только гроб! Потому я и последовал за Бэрнстом. Тебе помочь. А ты так со мной холодна!
«Погибнет, как Лэрлис», – похолодела я.
Я попала в тело злодейки?
А Эльбэрт придвинулся и, подхватив меня под локоток, жарко шепнул:
– Ты же оценишь мою верность и поделишься, когда получишь деньги от отца? У меня от денег брата ни вогли не осталось!
«Денег брата», – повторила про себя.
Намёки блондина наводили на мысль, что Эфдокия вышла замуж за брата Эльбэрта ради денег. Первый муж умер не без помощи этой женщины. Состояние старшего брата она разделила с младшим и некоторое время жила, не зная нужды.
А потом вышла замуж повторно и попыталась сжить со свету и второго мужа?
Эльбэрт не мог спокойно усидеть на месте, почёсывал то шею, то спину и… чуть ниже.
– Всю ночь не спал, – недовольно проворчал он. – Может, дело в этом сладком сиропе?
Я же пыталась прийти в себя от ошеломляющей новости.
Что же получается?
Я – чёрная вдова, которая не пожалела ради денег собственную дочь?
Глава 24
Открытие было не из приятных, что уж говорить!
В свете того, что нашептал Эльбэрт, образ несчастной женщины, муж которой изменил с её же дочерью от первого брака, изменился до неузнаваемости. Не так проста оказалась скрытная леди Эфдокия Бэрнст Адмэнт, как видели её окружающие. Во всяком случае простодушная Оля и её молчаливый муж.
Но самое жуткое, что теперь могло статься, что обвинения, которые бросал Кэннон, могли оказаться чудовищной правдой. А если так, то в замке остался сообщник, который обо всём знал. Ведь кто-то должен был отравить Бриэтту?
У меня похолодела спина:
«Или он не остался в замке?»
Поднявшись, я тихонько направилась к гостиной и осторожно взглянула на раненого. Домуин лежал с закрытыми глазами и рвано дышал. Похоже, что крепко спал. Этот мужчина мог быть сообщником Эфдокии? Логично.
Доступ к лекарствам, даже самым редким, у целителей явно имелся.
Да и вёл себя с благородной леди Домуин весьма развязно. Люди так не общаются с могущественными драконами. Значит, ему казалось, что имел на это право.
«Всё сходится», – я досадливо прикусила нижнюю губу.
Лорд Бэрнст обвинил свою супругу, что та намеренно прерывала беременности, развёлся с ней и выставил из замка, подарив никому ненужное поместье. А сам забылся в объятиях юной прелестницы. Но попал в ловушку, поскольку всё это оказалось частью хитроумного плана коварной женщины.
Осознав это, Кэннон не стал повторять судьбу своего предшественника, а добровольно передел собственность лорду Адмэнту и с горсткой верных драконов отправился к бывшей супруге. С горсткой верных драконов, целителем, который явно замешан в этом деле, и телом второй жены.
Это выглядело так, будто лорд Бэрнст желал возмездия.
Но Кэннон не бросил мне обвинения в лицо, а, наоборот, опустился на одно колено и принёс извинения за якобы ложные обвинения, измену в состоянии аффекта и за метки на моём запястье. Странно всё это.
И очень подозрительно!
Может, давил на совесть, подталкивая проводить дочь в последний путь? Пытался ослабить бдительность раскаянием, чтобы хитростью выманить признание? Мне совсем не хотелось участвовать в этом спектакле.
«Верните мне безоблачную радость материнства и дни, похожие друг на друга, направленные на выживание в Северии!» – отчаянно взмолилась я.
Но небо хранило молчаание. К сожалению, только оно.
– Он что-то знает? – шепнул на ухо Эльбэрт.
От неожиданности я подскочила на месте и гневно глянула на блондина. И когда успел приблизиться? Мужчина улыбнулся и пожал плечами:
– Ты так смотришь на этого человечишку, будто раздумываешь, добить или сам окочурится. Люди такие слабые!
– Ты недооцениваешь людей, – вспомнив свою жизнь в другом мире, осадила Эльбэрта. – Порой они сами не осознают, на что способны без всякой магии.
– Верно, – серьёзно кивнул блондин. – Надо добить.
– Ступайте к себе, лорд Адмэнт, – я подтолкнула мужчину в сторону коридора, ведущего на южную сторону дома. – Отдохните. Ваша чесотка от недосыпа и переутомления.
– Думаешь? – засомневался Эльбэрт, но всё же кивнул. – Верно. Я так переживал за тебя, что глаз не мог сомкнуть. Даже магия стала слабее. Тогда я пожалуй…
– Да идите уже! – оборвала его разглагольствования и припечатала тяжёлым взглядом. – На вас лица нет.
– Пытаешься быть строгой, но заботишься обо мне? – хитро прищурился тот, но тут же нарочито вздохнул. – Хорошо. Увидимся позже.
Когда мужчина удалился, я облегчённо выдохнула и прислушалась к тишине, царившей в доме. Воины Бэрнста на охоте, сам он тоже куда-то ушёл. А где люди Эльбэрта? Или не люди? Поколебавшись, всё же поспешила к раненому и склонилась над бледным целителем:
– Домуин? Вы спите?
Короткие ресницы мужчины задрожали, бесцветные губы приоткрылись, я едва уловила слабый голос.
– Леди…
– Молчите, не тратьте силы, – приказала ему и приподняла покрывало, скрывающее окровавленную повязку на бёдрах. – М-да… Лекари из драконов так себе. Похоже, скоро вы отправитесь следом за Бриэттой.
Он застонал, а я отрицательно покачала головой. Нельзя позволить Домуину умереть. Если этот человек был соучастником, могли быть и другие. Вместо того, чтобы трусливо прятать голову в песок, лучше выяснить, как всё произошло на самом деле, а потом придумать выход из опасной ситуации.
Я сохраню владения, сына и свою независимость.
Как?
Эфдокия была хитрой, но и я не промах. Придумаю что-нибудь!
А пока помогу выжить этому кровопускателю. Придётся воспользоваться неприкосновенным запасом, который берегла на крайний случай. Выпрямившись, я подошла к шкафу и открыла секретную полку, где хранилась бутылочка тёмного стекла.
Полгода назад, используя знания, полученные в девяностых, я приготовила из кленового сока обеззараживающее средство. Как его называют в простонародье, не стала рассказывать ни Оле, ни её мужу. Вредно это! А вот обеззаразить рану, чтобы не воспалялась, очень даже полезно.
Вернувшись к целителю, я решительно сняла повязку и, не обращая внимания на вялое сопротивление мужчины, наклонила над раной откупоренную бутылочку.
– Стой! – рявкнул неизвестно откуда появившийся Кэннон.
Его пальцы железными тисками сжали моё запястье.
Глава 25
Подкрался, будто дикий зверь! Даже шагов не услышала. Держит так, словно я не лекарство над раненым держу, а смертельный яд. Или же Кэннон на самом деле решил, что я решила отравить целителя?
Глянув на мужчину так, что тот шевельнул желваками, я ледяным тоном сообщила:
– Вы сломаете мне запястье.
Но Кэннон не разжал пальцев, продолжая буравить меня тёмным взглядом, и я продолжила так же холодно:
– Если действительно думаете, в моих руках яд, то почему медлите? Если по вашему мнению я преступница, то заберите бутылку. Если вы сомневаетесь, отпустите. Мне больно!
Мужчина нехотя разжал пальцы и процедил сквозь зубы:
– Я хочу верить тебе, Эф. Но это… непросто.
– Будто мне легко, – недовольно буркнула я и, наклонив бутылочку, щедро плеснула средства на рану. Больной вскрикнул и подскочил. Откуда только силы взялись? Я торопливо придавила целителя к дивану и крикнула Кэннону: – Держите его! А я перевяжу…
– Перевяжу сам, – сухо возразил он и отодвинул меня в сторону. – Пусть ты больше не моя жена, но я не позволю тебе смотреть на обнажённого мужчину.
– Да на что там смотреть? – изо всех сил боролась я, искренне полагая, что справлюсь с повязкой лучше, чем этот неотёсанный мужлан. – Видала и получше!
И чуть не упала, потому что сопротивление внезапно исчезло. Едва восстановив равновесие, изумлённо посмотрела на Кэннона: так легко сдался? Неожиданно.
Мужчина же едва зубами не заскрипел.
– Где и когда? – прорычал он.
«Ой, неувязочка вышла».
С другой стороны, Эфдокия уже дважды замужем была. В одном браке дитя получилось, в другом пытались целых десять лет. Вряд ли делали это в кромешной темноте! Но заговаривать об этом не стала, так как у Кэннона едва дым из ушей не шёл, а бедный целитель старательно прикидывался трупом. И у него бы получилось, не будь лицо Домуина красным, как помидор.
Огрызнулась бы, останься в своём мире. Возможно, проехалась бы по самолюбию одного и заскорузлому мышлению другого самым едким сарказмом, но пришлось сдержаться и пораскинуть мозгами.
Не тот мир. Другие правила.
– Похуже, я хотела сказать, – поправилась я и изобразила невинную улыбку. – Оговорилась от смущения, простите. Раны мне и похуже пришлось лечить, как сюда переехала. То деревенский житель топором по товарищу попадёт, то клёном кого-то придавит. Никлим целитель старой закалки, всё порывался кровь пустить. А я твердила, что до этого нужно остановить ту, что уже хлещет. И пока я тут перед вами объясняюсь, раненый как раз кровью истекает.
Попыталась его отпихнуть, но легче сдвинуть скалу. Сдунув прядь, что упала на лоб, глянула на мужчину:
– Хорошо. Бинтуйте! В смысле, накладывайте повязку, а я посмотрю, насколько хорошо это у вас получается.
Кэннон сузил глаза, губы лорда сжались в тонкую линию, но ленты чистой ткани, приготовленные для перевязки, всё же выхватил и склонился над целителем. Я следила за каждым движением и не могла сдержать критики:
– Кто же так стягивает? Вы же передавите кровоток! А тут, наоборот, нужно потуже, чтобы кровотечение остановилось. Вы вообще когда-нибудь делали это⁈
– Долгие годы я сражался за Илланор! – резко выпрямившись, вспылил он.
Я скрестила руки на груди и саркастично приподняла брови:
– И часто перевязывали раненых людей?
– Эм…
– Ясно.
Я склонилась над раненым, которому, судя по затравленному взгляду, очень хотелось прямо сейчас отдать концы. Но кто же ему даст? Мне нужны ответы, и я спасу Домуина! Пришлось убрать всё, что пытался соорудить Кэннон и потратить ещё немного драгоценной жидкости.
Целитель взвыл, и я догадалась, что слово было не из тех, что произносят при дамах, так как Кэннон снова попытался меня отодвинуть.
– Не мешайте, – рявкнула на него.
Мужчина неожиданно отступил, лишь странно покосившись на меня. Я же не тратила драгоценных минут, ведь моё время по милости бывшего мужа Эф снова подходило к концу. И тяжесть в груди напоминала о приближающемся кормлении.
Я словно проходила сложный квест, и каждый раз, стоило потянуться к победной кнопке, песок в часах иссякал и приходилось всё начинать сначала. Несмотря на вмешательство Кэннона я сделала всё, чтобы рана Домуина не воспалилась. Но поговорить с целителем не удалось. И что-то мне подсказывало, что в следующий раз остаться наедине будет ещё сложнее.
Закупорив бутылочку, я молча направилась к двери. Открыв её, так и застыла при виде мешков и ящиков, которыми был уставлен холл. А воины Кэннона всё приносили и приносили новые.
– Что это?
Глава 26
Эглор вышел вперёд и поклонился, но я так и не поняла – мне или лорду. Выпрямившись, он сообщил:
– Мы продали шкуры оссомов и на вырученные вогли купили муки, круп, вяленого мяса и южных специй. Прикажете перенести продукты в кухню или в подвал?
– Кухню, – решила я.
– Подвал, – одновременно со мной приказал Кэннон.
Я повернулась к мужчине и сообщила:
– Если не собираетесь оставаться в поместье, можно и подвал. Там очень сыро, крупа и мука быстро придут в негодность.
«А ещё там хранится кленовый сироп», – не желая, чтобы воины бывшего мужа Эфдокии рыскали по моему дому, я скрестила руки на груди.
– Может, не будем тратить ни моё время, ни ваше? Забирайте продукты и уезжайте в Илланор. Здесь становится тесно.
«Как ответить, если Кэннон скажет, что ему некуда возвращаться? – быстро размышляла я. – У лорда есть родственники или друзья?»
– Несите на кухню, – приказал лорд и махнул одному из воинов: – Убэрт. Ты исполнил то, что я просил?
– Да, мой лорд, – тот стремительно подошёл и протянул мне свёрток. – Леди, мы надеемся, что вы примите наши искренние извинения за неприятный случай в храме.
Я покосилась на подарок с опаской, будто внутри была гремучая змея, и воин развернул тёплую накидку из меха оссома. Может, как раз того, что исполосовал мне спину. Убэрт протянул плащ Кэннону, а бывший муж накинул меха на мои плечи и щёлкнул потемневшей от времени серебряной застёжкой, которая не так давно скрепляла его накидку.
– Тебе идёт, – отступив, тихо сказал бывший муж Эф.
Мех оказался невероятно лёгким и тёплым, окутывая мою фигуру пушистым облачком. Невероятно искусная выделка! Как можно было сотворить такое чудо всего за пару дней? Без магии точно не обошлось.
Надо бы гордо отказаться и посоветовать продать шубку, а на вырученные деньги снять домик подальше от меня, но у меня язык не повернулся сказать это. Всё во мне сопротивлялось, желая оставаться в тёплых объятиях искусно выделанного меха.
«Это моё желание или Эфдокии?» – озадачилась я.
Вслух же произнесла:
– Благодарю за полезный подарок. Ветра в Северии очень холодные.
– Вы принимаете наши извинения, леди? – быстро уточнил воин.
– Ваши, – я подчеркнула это слово тоном, – да.
И бросила на Кэннона взгляд, который ясно давал понять, что его проступки я прощать не намерена ни за какие меха и драгоценности. А потом поспешила к лестнице, поскольку нужно было поспешить, пока не проснулась моя любимая «сирена».
– Навещу Жданушку, – не оборачиваясь, сообщила мужчинам. – А вы позаботьтесь о трапезе. Оля ещё слаба и не сможет прислуживать вам.
Поднялась по лестнице и замерла на пороге спальни, чтобы снять накидку. Провела ладонью по нежному меху и, поймав своё отражение в зеркале, вздрогнула, заметив улыбку.
«Да ты с ума сошла, Дуня! – укорила себя. – Неужели, сердце дрогнуло от красивого жеста? Вспомни, как этот мужчина поступил со своей женой!»
Вот только увещевания не очень помогали. Во-первых, я подозревала, что Эфдокия заслужила его гнев. А во-вторых…
Шубка была чудо как хороша!
«Это чувства Эфдокии, – убедила себя, расстёгивая застёжку. – Как тогда, с коробом для шитья. Леди довольно меркантильна».
Улеглась на кровать и с улыбкой провела кончиком пальцев по тонким волоскам сына. Малыш ещё спал, и я могла насладиться его очаровательным крохотным носиком и милыми складочками на ручках.
Ощутив, что мать рядом, он заворочался и, открыв ротик, потянулся ко мне.
– Оля, помоги снять платье, – негромко попросила я. – Очень хочется отдохнуть от него.
– Постирать бы, – недовольно проворчала она. – Гляньте, как молоком лиф пропитался, и засохло всё… Ткань будто деревянная!
– Так оно несколько дней сохнуть будет, – вздохнула я и, натянув на себя меховую накидку, будто покрывало, дала малышу грудь. – Знаешь же, что мне бытовая магия не даётся.
– Попросите лорда Лэрлиса, – деловито посоветовала Оля. – Утречком видела, как он покрывало магией сушил.
– На которое мы колючек насыпали? – тут же встрепенулась я.
Она обхватила щёки ладонями и расширила глаза:
– Ох, я совсем забыла об этом!
– Выходит, Эльбэрт догадался, почему ему не спалось, – иронично хмыкнула я. – Интересно, почему этот юноша строит из себя идиота?
Глава 27
Ответ на этот вопрос получить не удалось.
Лорд Эльбэрт Адмэнт бесследно исчез!
– Мало мне проблем? – услышав новость, простонала я и с надеждой покосилась на Олю, которая рассказала о пропаже этого мужчины. – Может, понял, что ему здесь ничего не светит, и отбыл восвояси?
– Тогда его воины отправились бы вместе с господином, – рассудительно возразила она.
– Ты права, к сожалению, – я уронила перо, которым записывала неожиданный приход продуктов в большую амбарную тетрадь. Захлопнув её, решительно поднялась: – Обойдём комнаты, которые мы закрыли. Может, Эльбэрт провалился сквозь прогнивший пол?
К сожалению, дом был не в лучшем состоянии. И это с учётом того, что я ежемесячно выделяла десяток медянок на мелкий ремонт. Сказывались месяцы, а то и годы, когда в эти комнаты не ступала нога человека.
Как ни странно, любой дом стареет, если в нём никто не живёт. Будто люди выделяют живительную энергию, которая поддерживает его, будто электричество. Не зря же существует слово «жильё»!
– Ты осмотри подвал, а я загляну в закрытые комнаты, – распорядилась у лестницы.
Оля послушно потопала вниз по ступенькам, а я поправила новую меховую накидку и решительно направилась в темноту коридора. С каждым шагом становилось холоднее, и я порадовалась, что позаботилась о своём здоровье и прихватила тёплую одежду.
Эта часть дома не отапливалась. Да ещё ледяной ветер под вечер неожиданно нагрянул со стороны Калладских гор. Он скрипуче пел песни и, воровато проникая в щели между рассохшимися створками окон, стелился сырым сквозняком по полу. Выдохнув, я проследила за вырвавшимся изо рта облачком пара и покачала головой.
«Мне нельзя простужаться! – Взволнованно запахнулась в накидку. – Грудь надо беречь».
Аккуратно переступив через сложенные доски, которые приготовили для ремонта пола в одной из комнат, я толкнула дверь, и та со скрипом приоткрылась. Такого быть не должно, ведь я лично запирала её! Значит, Эльбэрт действительно шарил по дому. И чего, интересно, он искал?
– Любопытная Варвара, – выдохнула с досадой, аккуратно продвигаясь внутрь тёмной комнаты. – Эй, Эльбэрт? Вы здесь? Надеюсь, вы живой… Мне только ещё одной прогулки до храма Этры сейчас не хватало…
Осеклась и, остановившись, машинально коснулась лба указательным пальцем, а потом иронично хмыкнула. За девять месяцев я настолько свыклась с ролью леди Эфдокии, что порой не замечала за собой подобных жестов.
Внезапно под ботинком что-то хрустнуло, и я отшатнулась, осознавая, что дыра в полу стала намного больше, чем раньше. Я едва в неё сама не провалилась! В сгустившейся темноте комнаты что-то шевельнулось, и в груди ёкнуло.
– Лорд Адмэнт? – отчего-то спросила шёпотом.
«Надо бы вернуться с магическим светильником и Ваней, – осторожно ступая, попятилась к двери. – Если это Эльбэрт, надо спасти придурка. Если оссом…»
С моего приезда звери перестали нападать на людей, но в визитом лорда Бэрнста будто взбесились. Напали на меня в храме! И пусть тех особей воины убили, другие могли забраться в мой дом.
– Леди Дуня! – услышала из коридора зов Оли. – Я нашла… Нашла лорда!
Я тут же опрометью кинулась к двери и, выскочив, захлопнула её. А потом взяла доску и заблокировала ручку, чтобы никто не смог изнутри выбраться. Оля стремительно приблизилась и спросила:
