Текст книги "Строптивая в Академии. Практика истинной любви (СИ)"

Автор книги: Ольга Герр

сообщить о нарушении

Текущая страница: 14 (всего у книги 15 страниц)

Глава 23
Вместе

До визита гранта Арклея я больше не выходила из комнаты и не только потому, что слушалась приказа ректора. Сама не хотела. На меня навалилась апатия. Все стало неважно и безразлично. В том числе собственное будущее, которое никогда еще не было настолько туманным. Даже на улице я примерно знала, что меня ожидает. Сейчас же и предположить не бралась.

Оставшись одна, я сразу призвала Кати, но она не откликнулась. Впервые не явилась на призыв! Я бы испугалась, что вовсе лишилась сателлита, но иероглиф на моей руке свидетельствовал об обратном.

Пока я безрезультатно взывала к Кати, жизнь вокруг продолжалась. Трина принесла мне значок золотых крыльев. Меня признали победительницей в схватке с Грэйс, хоть я ее и толкнула. Но, похоже, желающих указать мне на нарушение правил не нашлось.

– Такой взлет, от хвоста сразу к золотым крыльям, – неуверенно похвалила Трина.

Подруга и та не определилась, как теперь ко мне относиться. Она положила значок на мою тумбочку, но я его проигнорировала. Носить знак отличия за то, что я сотворила с Грэйс? Я не настолько бессердечная.

– А Криса, кстати, наоборот понизили до хвоста, – сообщила Трина. – Говорят, это он донес на турнир и привел на арену смотрителей. Не смирился с тем, что его победу не признали.

– И что теперь, он не сможет окончить Академию? – вяло поинтересовалась я. Судьба Криса не особо меня волновала, я лишь поддерживала разговор.

– Скажешь тоже, – фыркнула Трина. – Он же из высшей знати. На его значок все закроют глаза. Но студенты его не простят. Теперь он изгой.

Я кивнула. Из-за Криса девяносто процентов студентов получили строгий выговор. Всех не исключили в тот же день лишь потому, что тогда в Академии практически не осталось бы учеников. Но родителям доложили. Конечно, студенты в ярости.

Впрочем, мне быстро стало не до разборок студентов. Грант Арклей явился в Академию уже на следующее утро. Эту новость мне сообщил лично ректор. Он зашел за мной, чтобы отвести к приемному отцу.

Выйдя в коридор, я удивилась, заметив Вэйда. Он ждал, прислонившись к стене и сложив руки на груди. Я думала, парень отдыхает после всех событий, а он караулил у двери. При этом меня не беспокоил, дав время на передышку.

Когда мы двинулись по коридору, он пошел за нами. Ректор не возражал. Понял, что это бесполезно. Вэйд все равно меня не оставит. От него можно избавиться разве что силой, да и то не факт, что кто-то с ним справится. Морок все-таки боевой дракон, я бы никому не советовала с ним связываться.

Чувствуя поддержку, я немного успокоилась. Будь что будет.

В этот раз мы пришли не в кабинет ректора, а в гостиную кафедры Менталистов. Достаточно большое помещение, чтобы вместить неизменную делегацию преподавателей, ректора, гранта Арклея и нас с Вэйдом. Не хватало только Грэйс, ее это тоже касалось. Но, видимо, она все еще не в себе.

– Зачем меня вызвали на этот раз, да еще так срочно? – голос приемного отца я услышала еще на подходе к залу.

– Сейчас ректор все вам расскажет, – успокаивала его госпожа Эрей.

Грант не успел выразить неудовольствие, ведь как раз вошли мы.

– Мне кто-нибудь объяснит, что происходит? – он тут же накинулся на ректора с вопросами.

– С прискорбием вынужден сообщить, что ваша дочь пострадала, – произнес ректор. – Во время запрещенного мероприятия случился неприятный инцидент. Девушка лишилась магии.

Грант Арклей перевел на меня взгляд полный ужаса. Я буквально слышала грохот его рухнувших надежд на будущее.

Но следующие слова ректора спасли гранта от инфаркта:

– Речь о другой вашей дочери, о Грэйс.

– Грэйс? – тупо переспросил он, как будто забыл, кто это такая. – Но Диондра в порядке?

– Судя по всему, да, – кивнул ректор. – Хотя мы не уверены, что с ее магией. Дело в том, что сателлит Диондры поглотил сателлита Грэйс во время схватки.

Ректор еще говорил, но грант Арклей уже не слушал. Его лоб разгладился, из глаз ушла тревога, он успокоился. Состояние Грэйс его мало волновало. Главное – я, его рычаг в борьбе за власть и могущество, в порядке.

– Конечно, мы проведем расследование… виновные будут наказаны…

– Никакого расследования, – перебил грант Арклей.

– Но как же… студентка пострадала, – опешил ректор.

– Обе девушки – мои дочери. Я сам с ними разберусь. Грэйс не станет выдвигать обвинений, – заверил грант.

– Но она лишилась магии!

– Она с этим справится. Я немедленно перевожу обеих дочерей на домашнее обучение. В Академии, судя по всему, небезопасно. Грэйс здесь больше нечего делать, она все равно не маг. А Диондре я найму частных преподавателей, раз у вас царит такой бардак.

Это означало конец. Моей свободы, наших с Вэйдом отношений, вообще всему. Гранту Арклею надоело изображать заботливого отца, наигрался. Отныне он станет тем, кем собирался быть с самого начала – моим хозяином. А мне, видимо, отведена роль беспрекословной рабыни.

К счастью, в этом вопросе ректор проявил несвойственную ему стойкость.

– Боюсь, это совершенно невозможно. Мы уже доложили о случившемся непосредственно королю. В ближайшее время в Академию явится комиссия во главе с советником его величества. Они хотят лично разобраться, что собой представляет магия Диондры. Грэйс вы можете забрать домой хоть сейчас, но Диондра останется. Все эти меры необходимы, ведь, как мы полагаем, ваша младшая дочь – поглотитель. Пока ее магия нестабильна, девушка нуждается в строгом контроле.

Я ощутила, как Вэйд, стоящий со мной плечом к плечу, вздрогнул. Он не испугался, когда грант Арклей грозился забрать меня, так что же напрягло его сейчас? И тут я поняла: советник короля – это его отец. Встреча с Даморри-старшим точно не принесет нам ничего хорошего.

– У вас есть доказательства, что Диондра – поглотитель? – сощурился грант.

– Вообще-то есть способ проверить, поглотитель Диондра или нет, – вмешалась в спор госпожа Эрей.

– Какой? – ухватился ректор за эту идею.

– Я читала, что сателлит, поглощая чужую магию, вырастает. Он даже может сменить форму.

Меня аж зазнобило от слов преподавательницы, и я обхватила себя руками за плечи. Кати больше не соловей? Нет-нет, это абсолютно невозможно!

– Нам всего-навсего нужно взглянуть на сателлита Диондры. Это положит конец всем спорам, – заявила госпожа Эрей.

– Хм, – ректор явно задумался над ее словами.

– Я уже пыталась призвать своего сателлита, ничего не вышло, – произнесла я. – Она не откликается.

– Когда у тебя появился сателлит, ты призвала его с первого раза? – уточнила госпожа Эрей.

Я нахмурилась, припоминая. Вообще-то нет. Несколько дней у меня ничего не получалось. Все твердили, что я теперь маг, у меня есть сателлит, но на мой призыв никто не являлся. Кати как будто требовалось время, чтобы обжиться на новом месте и стать полноценной частью меня. Я честно об этом сказала.

– Значит, надо подождать, – заключила госпожа Эрей.

– А на время ожидания Диондра остается в Академии. Мы никак не можем отпустить ее домой, пока не убедимся, что она не поглотитель, – постановил ректор.

Грант Арклей лишь скрипнул зубами.

– Я еще с вами разберусь, – пообещал он. – Вы пожалеете, что вмешались в мои дела.

Приемный отец взял меня под руку и вывел в коридор. Никто не посмел ему помешать. Вэйд и тот отошел в сторону. Я привыкла, что все от меня отказываются, но потерять поддержку Вэйда было особенно горько.

– Не переживай, – сказал мне грант, – они меня не остановят. Твои новые способности – нечто! Тебе даже не надо создавать пару, Диондра. Я горжусь твоими успехами.

Я не верила, что он это серьезно. Я практически убила его родную дочь!

– Вам совсем плевать на Грэйс? Зачем вы тогда так упорно сводили нас вместе? – спросила я.

– Я полагал, что вы сможете образовать дружескую пару. Так твой дар было бы проще контролировать.

Я не верила, что он говорит серьезно. Использовать единственного ребенка в эксперименте с неизвестным финалом! Кем же надо быть? Бессердечным гадом – вот кем. Среди всех гадов грант Арклей, без сомнений, самый хладнокровный.

– Сейчас ты вернешься в свою комнату и соберешь вещи. Бери только самое необходимое, – коротко приказал он. – Скоро я пришлю за тобой.

– Но мне запретили покидать Академию…

– Ты же не думаешь, что горстка идиотов меня остановит? – скривился он.

Нет, я так не думала. Но я не могла вернуться домой. Если двери особняка Арклеев закроются за моей спиной, я уже оттуда не выйду.

– Не переживай, Диондра. Я позабочусь о тебе, – улыбнулся грант Арклей.

Но именно это пугало меня сильнее всего.

Грант Арклей проводил меня в комнату, где жила Грэйс. Он был не в курсе, что я снова переехала, а я не нашла в себе силы сказать правду. Да и какая теперь разница?

Оставленные в комнате Трины вещи беспокоили меня меньше всего. У меня жизнь рушится! Тут не до юбок с блузками.

К тому же бежать лучше налегке. Естественно, я не собиралась оставаться и до конца дней выполнять указания Арклея! Я не девочка на побегушках.

Побег немного осложнялся отсутствием связи с сателлитом. Я временно лишилась магии. А это, оказывается, жутко неудобно! Привыкла я пользоваться силами Кати, они здорово облегчают жизнь.

Но и до появления сателлита я кое-что умела. Прикинув варианты, я выбрала окно, так как за дверью дежурил смотритель, приставленный ректором. Слишком уж ему хотелось показать меня советнику короля и снять с себя ответственность за случившееся.

Проблема была в том, что этаж золотокрылых самый высокий. Из окна не выпрыгнешь, если дороги ноги. Подумав, я решила сделать веревку из простыней. Вполне себе рабочий вариант.

На создание веревки ушло минут двадцать. Вроде получилась крепкой. Так или иначе, а придется ей доверить свою жизнь.

С веревкой наперевес я направилась к окну и даже успела его открыть, но не вылезти. Все потому, что снаружи кое-кто влез.

– Вэйд⁈ – я еще никогда так не удивлялась. – Как ты сюда забрался?

– По трубе, – парень перевалил через подоконник в комнату. – Прости, что задержался, но первым делом я залез в вашу с Триной комнату. Ну и звонко же визжит твоя подружка, – поморщился он.

Я была так рада его видеть, что обняла без лишних слов. Прижалась щекой к груди, слушая, как колотится его сердце. Быстро и мощно. Не звук, а услада для моих ушей.

– Я думала, ты меня бросил, – призналась я, не размыкая объятий.

– С какой стати? – искренне поразился Вэйд.

– Ты остался в зале с преподавателями, – пробормотала я.

– Ты же понимаешь, что я не могу в открытую противостоять Арклею? Он бы просто увез тебя силой, и дело с концом.

А ведь он прав. Вэйд поступил мудро, а я просто-напросто паникерша. Решила, что он такой же, как все. Давно пора понять, что он – особенный. Но даже ему не под силу спасти меня. Не на дуэль же вызывать Арклея! К тому же он далеко не единственная моя проблема. Там еще Даморри-старший на подходе.

Отпустив парня, я отступила на шаг.

– Все в порядке, – я обхватила себя руками. – Ты ничего мне не обещал. Не твоя вина, что я в тебя влюбилась.

– Повтори-ка, – потребовал Вэйд.

– Ты расслышал, – буркнула я.

– Мне нравится, когда ты это говоришь.

– Я влюбилась в тебя, – я вскинула голову. – И что ты теперь будешь делать?

Вэйд секунду молчал, а потом решительно заявил:

– Все, что потребуется.

– Для чего? – удивленно моргнула я.

– Для того, чтобы наше «вместе» превратилось в «навсегда».

Вэйд закрепил слова поцелуем, и я окончательно растаяла. Побег? С ним? Да запросто!

Лучше с Вэйдом где и как угодно, чем с Арклеем в сытости и достатке.

С этими словами он взял меня за руку и потянул обратно к окну.

– Что мы делаем? – не поняла я.

– Бежим подальше отсюда.

– Но как же учеба? Тебе осталось меньше года до выпуска. А твое будущее? Наследство Даморри, вот это все?

– Да к черту, – отмахнулся Вэйд. – Даморри не может любить беспризорницу. А просто Вэйд – запросто.

Он снова распахнул окно, и нас обдало порывом зимнего воздуха.

– Там сток, спустимся по нему, я тебя подстрахую, – пояснил Вэйд. – Это не страшно.

– Я не боюсь высоты.

– Я не удивлен. Сомневаюсь, что в этом мире есть хоть что-то или кто-то чего ты боишься, – усмехнулся он.

И все же идея с трубой мне не нравилась. На улице минус, сток наверняка обледенел. О чем я думала, когда согласилась на эту авантюру? Да ни о чем, если честно. Вэйд сказал, что хочет сбежать вместе, и разумные мысли выветрились из моей головы.

Вэйд первым перелез через подоконник и протянул мне руку.

– Я подстрахую, – пообещал он.

– Если я сорвусь, моя смерть будет на твой совести, – мрачно предупредила я.

– Обещаю до конца дней быть верным твоей памяти, – хохотнул он.

– И что, даже ни с кем не будешь встречаться? – уточнила я, перелезая через подоконник.

– Почему это? Я обещал тебя помнить, а не соблюдать целибат.

Я бы пнула Вэйда, но мы висели над пропастью в несколько этажей. Парень был моей единственной опорой, только это его и спасло. Исключительно благодаря ему я спустилась вниз целой и невредимой. Вэйд говорил, куда ставить ноги, поддерживал меня и заслонял собой от ветра, но пальцы все равно одеревенели. От холода и силы, с которой я цеплялась ими за сток.

Вэйд первым спрыгнул на землю и подхватил меня. Ему пришлось буквально отдирать меня от трубы, так крепко я за нее держалась. Выдохнула, лишь когда ноги коснулись земли. Подобные развлечения не для меня, но чего не сделаешь, чтобы сбежать от помешанного на власти приемного отца и советника короля.

– Куда теперь? – я оглянулась.

Окно комнаты Грэйс весьма удачно выходило на задний двор. Никто не видел наш спуск. Но если мы пойдем к главным воротам, нас непременно заметят.

А потому Вэйд предложил:

– Попробуем выбраться через ворота для уборщиков.

Взяв за локоть, он потянул меня в сторону. Вот уж не думала, что мажору известно расположение подобных ворот. Видимо, Вэйд не в первый раз без разрешения покидает Академию.

По территории Вышки мы пробирались мелкими перебежками, выбирая маршруты, где вероятность встретить кого-либо равна нулю. Но даже так пару раз нам пришлось прятаться и выжидать.

Наконец, впереди замаячили те самые ворота. Хотя я бы скорее назвала их калиткой. Неприметной и узкой. Охраны, к счастью, не было. Но чтобы добраться до ворот, предстояло пройти открытую местность. Площадь примерно метров тридцать – самое то для короткой пробежки.

– Готова? – Вэйд сжал мою руку в своей.

Я оглянулась. Вроде никого. Убедившись в этом, я кивнула.

– Тогда вперед!

Он сорвался с места, и я за ним. Мы бежали со всех ног, в едином темпе, по-прежнему держась за руки. Ворота стремительно приближались. Еще немного – и свобода! А там что-нибудь придумаем. Я не сомневалась, что вдвоем мы точно не пропадем.

Но тут раздался визг тормозов. Черный экипаж вынырнул из-за угла, пронесся вперед и резко остановился перед воротами, отрезая нам путь. Мы едва успели притормозить.

Я сразу узнала экипаж. Еще до того, как пассажирская дверь открылась, я догадывалась, кого увижу. Гранта Арклея! Я была наивной, если верила, что от него можно сбежать. Увы, это не так просто.

Глава 24
Битва за свободу

Вопреки ожиданиям грант Арклей выглядел довольным. Выйдя из экипажа, он не захлопнул дверь, а указал мне на нее. Вэйда он при этом игнорировал, словно его вовсе нет.

– Молодец, – похвалил грант, – догадалась сама выбраться из общежития. Садись скорее и поехали.

Он выдавал желаемое за действительное. Решил, что я сбежала из Академии к нему. Грант Арклей даже представить не мог, что кто-то в здравом уме будет ему перечить. Но я никогда не была нормальной, мне терять нечего.

– Я не поеду, – качнула головой.

– В таком случае куда ты собралась? – искренне удивился он.

– Мы с Диондрой уходим, вдвоем, – на этот раз ему ответил Вэйд. – А куда именно ни вас, ни кого-либо другого не касается.

Губы Арклея брезгливо скривились, когда он взглянул на Вэйда.

– Ты выбрала этого щенка? – не мог поверить он. – Мне казалось, мы понимаем друг друга… что ты такая же, как я…

– Вы меня переоценили, – ответила я. – Мне до вас далеко, я не настолько беспринципная. Или если я выросла на улице, то непременно должна быть гадиной?

– Я же все для тебя сделал. Я сотворил тебя!

Я вздрогнула. Это были больше, чем просто слова. Целое признание! У меня не было доказательств, но я сердцем чувствовала – Арклея соврал насчет моих родителей. Моя мать не была продажной девкой, а отец – ее случайным клиентом. Они любили меня, а потом пришел грант и убил их. Меня он отправил на улицу в надежде однажды «благородно спасти». Беспризорница по гроб жизни будет ему обязана и сделает все, что он пожелает.

Арклей все говорил, и каждое его новое слово лишь подтверждало мою догадку:

– Я ожидал от тебя большей благодарности, Диондра. Кем бы ты была сейчас, не подбери я тебя с улицы? И чем ты отплатила за доброту? Хотела меня кинуть!

– Вы не имеете права указывать Диондре, что делать. Она человек, а не вещь, – вступился за меня Вэйд.

Но грант не удостоил его даже взглядом, а уж тем более объяснениями. Все его внимание было сосредоточено на мне.

– Как вы узнали, что я покинула комнату? – спросила я.

– Обижаешь. Я всегда знаю, где ты, – произнес он. – Я привык следить за своими инвестициями.

Вот кто я для него – вклад в будущее. Я поежилась. До чего же это мерзко!

– Отслеживающие чары, – пробормотал Вэйд. – И как я не почувствовал…

– Тебе со мной не тягаться, мальчишка, – усмехнулся Арклей. – А теперь отойди, я забираю свою дочь.

Но Вэйд не двинулся с места. Как загораживал меня собой, так и стоял.

– Вы ее не получите, – заявил он.

– И кто мне помешает? Может быть, ты?

– Угадали, – кивнул Вэйд и вскинул руку для призыва сателлита.

В тот же миг площадь огласил рев черного дракона. Морок появился во всей своей боевой красоте, на этот раз не ужимаясь в размерах. Если его тактикой было запугать противника, то на мне она точно сработала.

Жаль, Арклея так легко не пронять. Криво усмехнувшись, он тоже поднял руку, а я вдруг поняла, что никогда не видела его сателлита. Знала, что у него дракон. Но какой? А его специализация, в чем она выражается? Вот уж не думала, что удовлетворю свое любопытство таким образом.

Алый – вот каким был дракон Арклея. Массивное туловище, покрытое шипами, и безумный блеск кровавых глаз. Едва появившись, он выдохнул в Морока залп пламени. К счастью, тот увернулся, и огонь ударил в крыло здания неподалеку.

Взрыв, грохот. Стена содрогнулась, посыпались камни. Гул и треск от удара стоял такой, что слышала вся Академия. Но алый дракон даже ухом не повел, он уже снова атаковал Морока.

Все произошло так быстро, что я не успела вмешаться. Да и что я могла без сателлита? Без Кати я всего-навсего слабая девчонка, лишенная магии, а попытка ее призвать в который раз потерпела крах.

Но бой все же привлек помощь. На шум прибежали преподаватели – Эриссон, Эрей, декан Боевого факультета и даже ректор – все появились одновременно. Быстро оценили ситуацию и вступили в схватку на стороне Вэйда.

Арклей, понимая, что теперь перевес не на его стороне, тоже призвал подмогу. Тогда-то я и узнала, какой у него дар. Ментальное воздействие на магических существ! На его зов явились питомцы кафедры Природоведения. Грифоны, виверны, мантикоры и даже единороги – бросились в бой на стороне Арклея и алого дракона.

Госпожа Эрей была шокирована поведением своих питомцев, но ничего не могла поделать. Обычно послушные ей существа игнорировали приказы. Теперь они полностью подчинялись воле Арклея.

Пришлось преподавателям отвлечься на магических существ и вступить с ними в схватку. За считанные минуты небольшая площадь превратилась в настоящее побоище. Примятый снег окропился кровью, став из белого красным.

Вэйд и Арклей снова остались один на один. Алый дракон уже пару раз добрался до Морока. Черные бока дракона окропила кровь. Каждая его рана причиняла мне нестерпимую боль, словно это меня рвали острые когти и клыки.

Я должна была помочь Вэйду. Сделать хоть что-то! От отчаяния я кусала губы до крови. И кричала сначала про себя, а потом вслух, срывая голос на хрип:

– Кати! Отзовись! Приди!

Снова и снова я призывала сателлита в надежде, что та откликнется. И чудо произошло. В груди вдруг стало жарко. Огонь прокатился от сердца по иероглифу на руке, а потом из меня наружу будто хлынуло пламя. Яркое, горячее, жгучее.

Я ахнула и, не устояв на ногах, упала пятой точкой в сугроб. Снег тут же зашипел и растаял подо мной. Похоже, температура моего тела действительно подскочила, мне не почудилось.

Но что там я. Кати – вот это был шок! Я призвала не соловья, а птицу размером с павлина, не меньше. Единственное, что было общего – золотое сияние. Оно по-прежнему окружало моего сателлита, переливаясь на крыльях, а вот грудь покрывали уже не перья, а чешуйки.

– Кати? – шепотом уточнила я, и существо повернуло голову на мой голос.

Мы посмотрели друг другу в глаза, и я узнала свою девочку. Это была без сомнений она, моя Кати. Изрядно подросшая. Вот так на ней сказалось поглощение чужого сателлита.

Я нервно хихикнула, не зная, радоваться или ужасаться. Мой сателлит – действительно поглотитель, госпожа Эрей была права. А не отзывалась Кати, потому что ей требовалось время на перестройку.

– Я не рассчитала силу, прости, – первое, что Кати сказала мне.

Как я и думала, она винила себя в случившемся, но я – другое дело. Это была и моя ошибка. И я уж точно не злилась на Кати, в чем ее тут же заверила.

Но времени на разговоры не было. Главное – Кати здесь, а Вэйду угрожает опасность. Остальное сейчас неважно.

– Помоги Вэйду! – крикнула я и указала на происходящее на площади.

Кати ринулась в бой без раздумий. Алый дракон как раз прижал Морока к земле, наступив ему лапой на горло. Моя девочка не могла позволить, чтобы друг пострадал. Она накинулась на противника со спины, вцепилась ему когтями в загривок и принялась долбить клювом прямо в темечко.

Щелк! Щелк! Щелк! – била Кати. Алый лишь размахивал крыльями в попытке ее сбросить, но Морока не отпускал. Обнажив острые клыки, он нацелился дракону Вэйда в горло. Если его пасть сожмется, Мороку конец!

Я не переживу, если Вэйд потеряет сателлита. Только не так, не по моей вине! Я была готова на все, чтобы его спасти. Даже на что-то очень страшное, что-то пугающее меня саму.

– Уничтожь его, Кати! – выкрикнула я новый приказ. – Любым способом!

Мой голос пролетел над площадью. На миг все как будто замерло. Но вот Кати разжала когти, отпуская алого, и взмыла в воздух. Она зависла над ним подобно зловещей туче. На алого упала ее крылатая тень. А затем последовал удар – уже знакомая яркая вспышка. Ее лучи коснулись алого.

Дракон взвыл. Забыв о Мороке, он запрокинул голову. Его тело сотрясла судорога.

– Щит! Выставь щит! – приказал сателлиту Арклей.

И дракон послушался. Где-то нашел силы на создание магического заслона, и следующий удар Кати разбился об эту преграду.

Ничего не получилось. Алый пострадал несильно. С бешеной яростью он снова набросился на Морока. Я не понимала, почему не сработало. Что мы сделали не так? Может, дракон мощнее хорька, и Кати попросту не хватает сил? Как же так…

Я судорожно искала причину, перебирая в памяти произошедшее на арене. Вот я отдаю приказ… Кати бьет светом в хорька… я одновременно толкаю Грэйс… Кровь! У нее выступает кровь. Грэйс поранила коленку при падении.

Видимо, вся моя магия так или иначе завязана на крови. Достаточно всего капли, но без нее не сработает. Я посмотрела на Арклея. Если хочу спасти Морока, надо ранить приемного отца.

Без лишних раздумий я бросилась к Арклею. Задержалась, только чтобы подобрать с земли осколок каменной кладки. Он отлетел от стены после огненного залпа и был достаточно острый. Не нож и даже не стекло, но тоже сгодится. Главное – подобраться к Арклею.

Впрочем, с этим проблем не возникло. Он был слишком занят схваткой. Ему казалось, он побеждает. Еще немного – и с Мороком будет покончено. Увы, он был недалеко от истины.

Я бежала по полю бою, напрямик. Маги сражались с существами, приходилось уворачиваться, приседать, а порой даже отпрыгивать в сторону. Но я упорно продвигалась к цели.

И вот, наконец, Арклей прямо по курсу. Я перестала использовать уважительное «грант». Уважение к этому человеку? Нет его у меня!

Размахнувшись, я буквально прыгнула на приемного отца. Надо было попасть в открытую кожу, бить в закрытые одеждой места не имело смысла. Выбирать было особо не из чего – лицо или шея. Последнюю защищал ворот пальто, можно промахнуться, а потому мой выбор пал на лицо. Точнее, на щеку.

Я снова порезала магу лицо. Так себе традиция. Но ведь попала! На щеке Арклея выступила заветная капля крови.

– Ах, ты тварь! – выругавшись, он оттолкнул меня ударом в живот.

Я отлетела в сторону. От боли перехватила дыхание, но из последних я умудрилась прохрипеть:

– Кати, ударь еще раз…

Слава святым угодникам, мой сателлит услышала! Сразу после моих слов последовала новая световая вспышка. И на этот раз она сработала.

Арклей снова крикнул о щите, но его дракон то ли не слышал, то ли уже не был способен на защиту. Свет Кати пронзил его насквозь подобно копью. Словно это были не лучи, а острые клинки. Они прошли сквозь тело дракона, прямо-таки изрешетили его, после чего тот начал терять очертания. Он растворялся на наших глазах. Так растворяются свежие краски с бумаги, если плеснуть на нее водой.

Площадь погрузилась в тишину. Все застыли, наблюдая за происходящим с драконом. И преподавателю, и магические существа забыли о сражении. А дракон попросту исчез. Без следа. А сразу после него развоплотился мой сателлит.

Кати вернулась ко мне без приказа. По ощущениям это было схоже с тараном. От невидимого удара перехватило дыхание, я рухнула на спину, в снег и отключилась.

…Не знаю, сколько я провела без сознания, но когда открыла глаза надо мной было не зимнее небо, а белый потолок. Чуть приподняв голову, я осмотрелась. Так, лежу на койке, по бокам от меня такие же… Да я в лазарете!

– Кати, ты здесь? – прошептала я.

Но, как и после поглощения сателлита Грэйс, Кати молчала. Я даже представить не берусь, какие метаморфозы сейчас происходят с ней. Если после хорька она стала кем-то вроде феникса, то кем будет после дракона?

От этой пугающей мысли меня спас посетитель. Дверь приоткрылась, и в палату заглянул Вэйд. На нем были светлые больничные штаны, а грудь щедро обматывали бинты.

– Ты ранен? – я села слишком резко, и закружилась голова.

– Жить буду, – парень осторожно прикрыл дверь. – Я сбежал из своей палаты, чтобы навестить тебя. Так что тихо.

Он приложил палец к губам и лукаво улыбнулся.

– Как Морок? – первым делом спросила я. – Он сильно ранен.

– Ему досталось, – не стал скрывать Вэйд. – Но жить будет. Магии я не лишусь.

– Что вообще случилось на площади? Расскажи, – попросила я.

Отключившись, я пропустила конец боя. Кто победил, что с грантом Арклеем, а с остальными? Я не знала ничего и сходила с ума от тревоги.

Вэйд, видя мое состояние, не стал долго мучить.

– После того, как Кати… – он запнулся, не зная, как назвать содеянное ею, – сделала то, что сделала, Арклей лишился дара управлять живыми существами. Монстры госпожи Эрей сбросили чужую волю, и она их быстро успокоила. А там как раз подоспели королевские гвардейцы. Оказывается, ректор вызвал их, как только услышал первый взрыв. Арклея взяли под стражу и увезли.

– Ого, – я откинулась на подушки. Не верилось, что Арклей больше не властен надо мной.

– Академия тоже в порядке, если тебе интересно. Есть повреждения зданий, но ничего критичного.

– Столько событий… Как долго я пролежала без сознания?

– Два дня.

Я поежилась. Приличный срок. После поглощения хорька мне тоже было плохо, но совсем чуть-чуть. И снова я подумала, как теперь изменится Кати. А я сама?

– Иероглиф! – осенило меня. Я аж подскочила на кровати и поморщилась от боли в голове. Похоже, упав, я нехило так приложилась затылком к земле. Сугроб в этот раз не спас.

– Думаешь, он снова вырос? – Вэйд понял меня без лишних объяснений и предложил: – Давай посмотрим.

Я нервно облизнула губы. Это был тот момент, когда и хочется, и страшно. Но все же я вытащила правую из-под одеяла и даже закатала длинный рукав больничной сорочки.

Вэйд склонился надо мной. Его пальцы легки на мое запястье – туда, где иероглиф начинался. Медленно он проследил его узор до самого локтя. Вроде легкое прикосновение, почти невесомое, а меня аж в жар бросило.

– Надо еще поднять рукав, – хрипло выдохнул Вэйд.

– Выше не получится, – сглотнув, ответила я. – Придется снять сорочку.

Я подняла руку к горловине, чтобы развязать завязки, и Вэйд проследил за моим движением.

Ох, какой это был взгляд! Полный грешного желания. Он не просто смотрел, а будто раздевал меня. Стягивал покрывало, задирал сорочку, а потом покрывал обнаженную кожу поцелуями.

Я все-таки стянула сорочку с плеч, но едва помнила зачем. Какой там иероглиф, я даже собственное имя забыла. Все, чего хотела – ощутить губы Вэйда на своей коже. Как же я соскучилась по его прикосновениям за эти сумасшедшие дни!

Не сговариваясь, мы потянулись друг к другу. И так же ойкнули, невольно причинив боль.

– Прости.

– Извини, – выдохнули мы одновременно.

Грудная клетка Вэйда представляла собой сплошной синяк, и, кажется, пару ребер все-таки были сломаны. Меня же от сотрясения все еще мутило. Какие уж тут страсти.

Мы отодвинулись друг от друга, но напряжение никуда не делось. Оно буквально пропитало воздух. Если честно, я держалась из последних сил и лишь потому, что не хотела причинить Вэйду боль. Думаю, им руководили те же мотивы.

Но иероглиф мы проследили до конца. Теперь он добирался до самого плеча и захватывал ключицу. Совсем как у Вэйда. Разве что мой был не черным, а золотым.

– И что это значит? – уточнила я.

– Призовешь Кати и узнаешь, – пожал Вэйд плечами и потянулся за поцелуем.

– Тебе не будет больно? – нахмурилась я.

– А мы аккуратно, – тихо выдохнул он.

Это очень сложно – целоваться осторожно. Соприкасаться одними губами, когда хочется обнять, прижаться теснее, прикоснуться всюду. Настоящее испытание! Которое мы едва не провалили.

Спасла дверь в палату. Она открылась без стука, прервав нас на самом интересном, и вошел ректор. Причем не один, а с целой делегацией. Все те же преподаватели плюс Даморри-старший, при виде которого я втянула голову в плечи. Похоже, явились по мою душу.

– Так и знал, что вы будете здесь, – покачал головой он при виде Вэйда.

– Смиритесь, – ответил на это Вэйд. – Мы теперь всегда и везде вместе. Навсегда.