Текст книги "Ковчег (СИ)"

Автор книги: Олег Ростов

сообщить о нарушении

Текущая страница: 27 (всего у книги 28 страниц)

– Почему?

– Там продовольствие.

– Хорошо. Нам оно не нужно. Своего хватает. Скажи, Гонсалу, а как зовут твою дочь?

– Габриэла.

Мы оба посмотрели на девушек. Они так и продолжали стоять друг против друга. Вот Люся наехала на девчонку грудью. Та отступила.

– Гонсалу, знаешь, о чём они говорят? – Спросил его.

– Знаю. Твоя Люся пытается давить на мою дочь.

– Всё верно. Люся альфа. Она не терпит не подчинения. Они все её слушают. Беспрекословно. Неподчинение – смерть. Она так строит иерархию у себя. Она главная, все остальные подчиняются. Габриэлу она тоже нагнёт, если останется здесь. Ведь Габриэла подчинила себе мальчишку, так?

– Так. Они пара. Она сама его нашла.

– Вот и Люся Лёню нашла. А потом и Льва с Лолой. И смотри, как бы Габриэла не ушла с Люсей.

– Нет. Габриэла не уйдёт.

– Я бы не был столь категоричен, Гонсалу. Лучше уведи дочь и её дружка.

– Ладно. Уведу. Не хочу испытывать терпение Господа. Что вы хотите взять?

– Строительные материалы. Хотим поставить ветряки. Цемент нужен. Провода, кабеля. И минеральные удобрения.

– Я понял. Всё это есть. Нам не очень и нужно, кроме минеральных удобрений. Но здесь их много.

– Ну вот, видишь. Тем более, всё имеет свой срок годности. И удобрения тоже. Может покажешь, где и что лежит. Чтобы мы время зря не тратили?

– Хорошо, покажу. К тому же услугу вы нам действительно хорошую оказали.

– И ещё, Гонсалу, ты в курсе, что недалеко от вас большая колония мутантов?

– В курсе. Мы её решим. – Ответил он. Я кивнул.

– Тогда пошли, покажешь, где и что.

Гонсалу показал, где и что хранится, чем сэкономил нам время. Мы погрузили цемент и кирпич в паллетах. Нашли компоненты к ветрякам. Погрузили катушки с кабелем и проводами. Так же, Гонсалу показал, где хранятся минеральные удобрения. Стас был особенно доволен.

– Гонсалу. – Под конец спросил я его. – Там же Арсенал?

– Арсенал. А ты, Марк, хорошо осведомлён.

– Есть такое. Мне надо попасть туда. Понимаю, что ты и твои люди будут не рады. Но мне не нужно стрелковое оружие. Поэтому брать штурмовые винтовки, патроны и прочее не буду. Своего хватает. Мне нужно кое-что другое. И я готов за это заплатить.

– И что именно тебя интересует?

– Артиллерия. Пушки, гаубицы. Можно крупнокалиберные миномёты.

– Чем заплатишь?

– Могу золотом, камнями. Могу пшеницей, кукурузой, чечевицей. Это как договоримся. Оружие тебе, при наличии Арсенала, явно не нужно.

– Ты прав, оружия не нужно. Золото, говоришь? А зачем оно? Золото есть ведь не будешь.

– Не скажи. Золото, конечно, есть не будешь. Но в Европе, в Азии, среди выживших завязываются связи, торговые. Уже ходят торговые караваны, как по суше, как мы сначала шли, на бронепоезде из Сибири, до Чёрного моря и многое повидали, так и на море. В Средиземноморье. Там островов много. На некоторых люди уцелели. И золото становится вновь средством платежа, как и оружие и продовольствие. А в Европе вообще перешли либо к прямому бартеру, либо к платежам в форинтах. Серебряных монетах, которые чеканят на одном из островов Средиземного моря. Вот ты сам, Гонсалу, сказал, что у вас есть такие связи, где вы обмениваетесь товарами и информацией с другими выжившими.

– Да. К нам приходят со своим товаром. Обмениваемся. Но выживших немного. – Ответил он. Я кивнул.

– Но всё равно есть. И торговать лучше, чем воевать, особенно вот в таком положении.

– Ты прав. Хорошо. Сколько заплатишь за артиллерию? Мне золото не особо нужно. А вот пшеницу, кукурузу и чечевицу я бы взял. Мы сами выращиваем зерновые, но у нас мало посевной площади. А люди есть хотят каждый день. Рыбу ловим. Правда последний месяц эта тварь появилась. Не давала спокойно ловить.

– Да, нас тоже чуть не сожрала. Пришлось бомбить её глубинными бомбами, которые против подводных лодок заточены. Оглушили её знатно. А потом добили из носового орудия.

– Скажи, Марк, а для чего тебе артиллерия? Ты воевать собрался? Если да, то с кем?

– Я не воевать собрался, а защищаться, в случае чего. Мне надо прикрыть береговую линию. У меня есть артиллерия и техника, но её не хватает, чтобы полностью закрыть побережье.

– Вы на острове?

– Да. На острове. Далеко отсюда. Поэтому сразу скажу, с вами воевать не намерен. Это контрпродуктивно. И не рационально. Тем более, сюда мы ещё придём. Нам многое может понадобиться из тех же строительных материалов. Заодно торговлю с вами наладить. Да и информацией обменяться, тоже не лишнее.

– Это правильно. Ладно, давай договоримся так, строительный материал, кабеля, провода и прочее, возьмёте бесплатно, в качестве ответной меры за ликвидацию акулы. За артиллерию придётся заплатить, как я сказал пшеницей, кукурузой и чечевицей.

– Договорились. Только сразу скажу, с собой пшеницы и прочего у меня нет. Но я привезу её. Это я обещаю. И расплачусь полностью. Заодно пообщаемся у вас. Рынок ваш посмотрю. Может и ещё что прикупим.

Он смотрел на меня испытующе. Я усмехнулся.

– Гонсалу, я понимаю, что давать что-то в долг, это не совсем рационально в наше время. Но поверь, я заинтересован в хороших связях. Это в наших общих интересах.

– Хорошо. Тогда давай договоримся, сколько и чего за каждую пушку ты готов заплатить? И за боекомплект к ним.

– Двойной БК. – Тут же сказал я.

– Хорошо, двойной БК.

– Тогда пошли, посмотрим. – Сказал я.

– Зачем идти, если можно поехать. – Усмехнулся Гонсалу. Он что-то стал говорить в рацию.

– Марк, приём. – Услышал Киру.

– На связи.

– Марк, к вам движутся три бронемашины с пулемётами.

– Понял. Ничего не предпринимать. Наблюдаете дальше.

– Поняла.

– Оля, ты слышишь меня?

– Слышу.

– Ничего не предпринимай.

– Поняла. Ничего не предпринимаю.

– Конец связи.

Посмотрел на Гонсалу.

– Ты сказал, что вы тоже на острове?

– Да. Там дальше. Губернаторский остров.

– У вас мосты с материка на остров взорваны?

– Были. Я же говорил. Мы их взорвали, чтобы мутанты не смогли попасть. Они воды боятся.

– А как тогда вы переправляете технику? Сюда три броневика идут. Паром?

– Паром.

– Понятно. – Кивнул я.

– Снайперы доложили?

– Они.

Мы вышли на причал. Подошли три машины. Одна из них была что-то типа БТР. И две, типа наших «Тигров».

– Вот эти, – Антон указал на два броневика, – Iveco LMV, совместное производство Италии и Бразилии. А вон тот БТР ЕЕ-11 Уруту. Чисто бразильский. Пулемётное вооружение. Залезли на броню. Люся со своей бандой убежала к Арсеналу. Девчонку и пацана посадили в один из броневиков и увезли. Мы проехали к Арсеналу на втором броневике и на БТР.

Арсенал, это огромные ангары и открытые площадки. На площадках стояли САУ.

– М109, американская гаубица. 155 миллиметров калибр. – Пояснил Антон.

– Нам такая на хрен не нужна. – Ответил я. Прошли дальше. Увидели буксируемую артиллерию. Орудия тоже стояли рядами.

– Марк, вот итальянская гаубица «ОТО Мелара Мод», 105 миллиметров. Хорошая гаубица. Легкая, можно расчётом её передвигать. Единственный минус, это в её, именно, легкости. Из-за этого она не может вести долгий интенсивный огонь. Компоненты гаубицы выходят из строя.

– А мы собираемся вести интенсивный огонь?

– Нет. Поэтому, она идеально нам подходит. Вот есть ещё американская М101/М102. Тоже 105 миллиметров. Тоже хорошая гаубица. Самое главное, снаряды у них одинаковые.

– Значит берём обе. Для начала пять той и пять другой. И боеприпас. Посмотрим, удастся прикрыть побережье или нет. – Я указал Гонсалу на эти гаубицы. Стали с ним торговаться. В итоге, сошлись на полутора тоннах за гаубицу. Полтонны пшеницы, полтонны кукурузы и полтонны чечевицы. И вести килограмм зерна за снаряды к каждому орудию.

Но самое удивительное, мы нашли дальше на площадке. Кстати, Гонсалу сам нас привёл к ним. Тут стояли две советские пушки времён Великой Отечественной – ЗиС-3 и одна современная советская гаубица Д-30. Мы смотрели на них удивлённо.

– Гонсалу. – Обратился к нему. – Я не понял? А эти откуда у вас? Особенно вот эти ЗиС-3? Это же советские 40-х годов прошлого века пушки?

– Не знаю. Но вот две эти и одна вон та. Откуда они в Арсенале, не знаю. У нас в армии такие не использовались. Это я тебе точно скажу. Сам бывший военный. К ним снаряды есть.

– Нормальные снаряды? Они же старые. Хотя такая вот пушка, стояла у нас на головной платформе, когда шли на бронепоезде. Но потом, позже я её заменил на зенитное орудие С60. Оно и сейчас у меня есть, на острове.

– Снаряды нормальные. Но можешь испытать. Стрельнуть в залив.

– Марк. ЗиС-3 после войны поставлялся много куда. Их наклепали до сорок пятого 100 тысяч штук. А после войны сраазу же сняли с воорружения и распродавали куда только можно. Зачастую просто отдавали дружественным режимам. Они участвовали во всех локальных послевоенных конфликтах по всему миру. Вплоть до конца 90-х прошлого века. Пушка простая, как молоток и очень надёжная. Вполне возможно, какими-то путями они и попали в Южную Америку.

– И что ты хочешь за них? – Спросил Гонсалу.

– Да за все три и за снаряды к ним, тонну пшеницы. – Он усмехнулся.

– Хорошо. Но при условии, что снаряды к ним рабочие. А без них, это просто железо.

– Это обязательно. Согласен. Снаряды в ангаре. Пойдёмте, сами посмотрите.

Снаряды точно нашлись и к ЗиС-3 и к Д-30. Потом отбуксировали пушки и гаубицу на причал. Зарядили по снаряду в каждую и выстрелили в сторону залива. Снаряды взорвались, все три, подняв водяные столбы. Я кивнул Гонсалу. Пушки, гаубицу и снаряды к ним загрузили на сухогруз. Потом таскали гаубицы, которые тут сторговали, итальянские и американские, 105-ти миллиметровые. И двойной БК к каждой. Цепляли броневиками гаубицы и утаскивали их к сухогрузу. Гонсалу показал, двухосные прицепы. На них грузили ящики со снарядами, из расчёта двадцать снарядов на ствол, этого должно хватить, и отвозили к сухогрузу. Ещё сторговал у Гонсалу пять штук 120-ти миллиметровых миномётов. И боеприпас к ним. Составили письменно список, что и сколько стоит.

Стас, увидев прицепы, подошёл ко мне.

– Марк, прицепы нам тоже нужны. Хотя бы два. Лошадей впряжём, будем на них возить грузы по острову. Тот же урожай. Да и стройматериалы те же.

– Я тебя понял.

Подошёл к Гонсалу. Поговорили с ним за прицепы. Он согласился отдать их бесплатно. Им эти прицепы были не нужны. У них на острове хватало.

– Гонсалу, тут такое дело. Хорошо бы мешки найти. По пятьдесят кило. Тару под зерно. Это удобно. Мы пересыпем зерно, кукурузу, чечевицу в мешки и привезём вам. Тебе останется только посчитать мешки, проверить их и всё. Это удобно.

Он согласился. Показал нам склад, где как раз такие мешки и имели место. На них было написано «sugar» и указан вес – 50 кг.

– Это для сахарного завода завозили. Вот они тут и остались. Бери сколько надо. – Пояснил он. Мешков набрали с лихвой. Кипами и связками.

Всё загрузили. Под конец, Стас всё же пригнал комбайн. С грехом пополам его закрепили на палубе, как и два прицепа. На прощание сказал Гонсалу

– Я приду, Гонсалу. Обязательно. Привезу всё, о чём договорились. Надеюсь, это станет залогом хороших и долгих деловых связей.

– Я тоже надеюсь. – Мы пожали друг другу руки. Загрузились на сухогруз. Он вышел из порта. Там мы перешли на корвет. Люся долго смотрела на причал, пока он не скрылся из вида. Пошли на юг. Я связался с Томми.

– Томми, приём.

Тишина. Я вновь запросил. Опять тишина. Твою душу, американец, неужели ты попал??? Подошли к заливу Ботафого. В какой-то момент Томми ответил.

– Марк, на связи.

– Ты где был? Мы тебя столько раз запрашивали.

– Марк, я спал. Извини.

– Мать твою. Мы переволновались, американец хренов. Сейчас пошлю тебя в жопу. И отдыхай, как знаешь.

– Марк, извини. Виноват.

– Значить так, Томми, выводишь свою яхту из залива. Мы тебя будем ждать на выходе. Давай быстрее.

– Марк, а танкер?

– Танкер остаётся. Мы другой взяли. Выходи. Ждём тебя.

Потом был переход до острова. Сначала шло всё нормально. Но миль за двадцать до острова набежали тучи. Сначала пошёл мелкий дождь. Но чем ближе подходили к острову, тем больше он усиливался. Когда подошли к острову, дождь лил сплошной стеной. Да мать моя женщина!!! Хорошо волнения не было. Океан был спокойным. Просто лил ливень.

На подходе сообщили на остров о возвращении. На южной скале зажгли фонарь. Мы зашли в залив. Из-за дождя на причале нас не встречали. Зато народ стоял на палубах Ковчега. Поставили танкер недалеко от балкера. Сухогруз подогнали к причалу. Потом все перебрались на Ковчег. Можно было расслабится. Оказавшись в нашей каюте, Ольга сразу пошла в душ. Я зашел к ней. Она стояла под струями воды, закрыв глаза. Улыбнулась.

– Марк, я даже не сомневалась, что ты тут появишься. – Встал рядом с ней, обхватив её руками и прижав ко мне. Ольга откинула голову назад. – Что, дорогой, сладкого хочешь?

– Если ты не против, Оля.

– Ладно. На какие только жертвы не пойдёшь, ради мужа. – Сказав это, она прогнулась вперёд, выпятив свой зад. Ну я и воспользовался этим. Ольга стонала, прогибалась ещё сильнее и оттопыривала зад, как можно больше…

После, собрались в ресторане. Нам накрыли хороший стол.

– Ну как сходили, Марк. – Спросила мама. – Вижу, хорошо?

– Хорошо. Просто отлично. Правда нас с Антоном и малышей чуть чудовище в Рио не сожрала, пришлось Свену бомбить его глубинными бомбами, а потом добивать корвету из носового орудия. – Ответил я, засовывая в рот кусок буженины. Все молчали, глядя на нас. Антон усмехнулся и кивнул. Эрикссон, сидя рядом с Кирой молчал и поглощал пищу невозмутимо. Остальные, кто участвовал в походе посмеивались.

– Юрий Николаевич, поясните? – Мама смотрела на капитана Ковчега.

– акула-мутант. Здоровая, метров семь-восемь в длину. Атаковала катер на котором пошли Марк, Антон, Томми и малыши к причалу в заливе Ботафого. Им пришлось кружить по заливу убегая, на полной скорости. К причалу они пристать не могли, так как он был забит катерами и яхтами. К корвету вернуться тоже не мог. Там же надо было остановится и цеплять катер к консолям, чтобы поднять. Вот Эрикссону и пришлось поднимать вертолёт. Хорошо у него были две морские глубинные бомбы подвешены. Сделали задержку взрыва до глубины пять с половиной метров, и он сбросил их на акулу. Оглушили её знатно. Она всплыла. Ну и Сергей из носового орудия расстрелял её. Вот и всё.

– Лида, я снял тварь на мобильник и тебе привёз её кусок. В морозильной камере корвета лежит. – Сообщил я нашему вирусологу. Она кивнула мне.

Потом рассказали всё о нашем походе. С кем встретились. Кира рассказывала о столкновении Люси и её банды с двумя такими же. Как и они. Я дополнил, описав то, что увидел, когда мы выскочили на площадку за складом. Все смеялись. Люся, сидевшая тут же, улыбалась. Знала, что говорят о неё. Улыбалась, но не забывала есть. Остальные малыши вообще не обращали ни на кого внимания, поглощённые ужином. После, наевшись, Люся увела их. И как оказалось увела на сушу, на остров, сбежав с Ковчега и даже дождь её не остановил. Ну и пусть.

Дождь не прекращался пять суток. То затихал, переходя в мелкий, то вновь усиливался, лил сплошной стеной. Из-за этого вся деловая активность на острове прекратилась. Стас и Василий со своими на следующий день разъехались по своим селениям на «Тиграх». На шестые сутки дождь прекратился. Небо за ночь полностью очистилось от туч. Светило ярко солнце. Было тепло. Температура держалась +25С. Это хорошо. Не было удушающей жары. Правда чувствовалась повышенная влажность. Но это и понятно, после стольких дней и ночей сплошного, не прекращающегося дождя. Оказалось, что дождь начался за сутки до нашего возвращения.

Как только погода позволила, сразу на острове в прибрежной западной зоне началась деловая активность. Разгружали сухогруз. Первым сняли с помощью судового крана комбайн. Стас угнал его к себе. Потом шла разгрузка остального. Сформировали группы. Одни стали собирать солнечные панели. Монтировали их уже на местах, где решили устанавливать их. Тянули кабеля. Для проводки проводов решили ставить столбы из бетона. Слава богу цемент имелся. Оставалось сделать столбы. А то дерево поставишь, сгниёт быстро. Работали дизель-генераторы. Разгружали панели будущих домов и подсобных помещений и сразу же развозили их на места. В первую очередь в селение Стаса и Василия. Им нужнее. Мы могли проживать ещё на Ковчеге. Стройка шла ударными темпами. Фундаменты под дома не заливали. Ставили на сваях. Пришлось откладывать заливку столбов и делать сваи из бетона. Потом перебрасывали их Стасу и Василию.

Ко мне вновь подошёл Томми. Я кивнул ему. Стали готовить его к походу во Флориду. Сначала выбросили всё лишнее из его яхты.

– Томми, пойми, вот этот плоский телевизор тебе на фиг не нужен. Говорил ему, вытаскивая плазму из яхты. Мебель, тоже на фиг не нужна. Достаточно постели и газовой плитке на столике, чтобы спать и готовить себе еду. Остальное всё на хрен. Зато за счёт освободившегося места и самое главное грузоподъёмности мы смонтируем тебе дополнительные топливные баки и дополнительный бак для питьевой воды. Понимаешь? Это важнее, чем гребанный диван, чем эти вот кухонные приблуды. Только столик и газовая плитка. Холодильник оставим. Он тебе понадобится.

Установили пару дополнительных топливных баков на четыреста литров и дополнительный бак для питьевой воды на двести литров. Смонтировали ему турель для пулемёта. Я поставил на неё американский М60, из захваченных ещё в Казахстане.

– Томми, пулемёт съёмный. Можешь снять или поставить. Это как тебе будет нужно.

Так же вооружили его М16 и М4, привычным для него оружием. Отдал ему «Беретту М9» и «Кольт 1911 А1». Тоже привычные для него, американские пистолеты. И боезапас ко всему этому арсеналу. Переодели его в тактическую натовскую одежду. Дали ещё запасной комплект. И, конечно, набили его яхту достаточным запасом продуктов и армейских сухпайков. Наших ещё, которые привезли из России. Как было всё готово, на следующий день проводили его.

– Томми, запомни частоту, на которой мы общаемся. На всякий случай. Топливо экономь. Где можно, иди под парусами. – Он кивнул. – Ну всё. Удачи тебе, астронавт. – Мы пожали друг другу руки, обнялись. Его пришли проводить и двое наших космонавтов, с которыми он был на МКС. Мария тоже обняла его. На её глазах были слёзы.

– Томми, обещай, что ты останешься в живых.

– Я постараюсь, Мария.

– Как у нас в России говорили, ни пуха тебе, ни пера, Томми.

– Я знаю это выражение. Надо отвечать, к чёрту. – Он улыбнулся.

Потом ему пожал руку Константин. Они обнялись.

– Удачи тебе, Томми.

– Спасибо, Костя.

После с ним простились и остальные. Никто не верил, что он вернётся. Да и он сам такого не говорил. Все понимали, это билет в один конец. Но он очень хотел найти свою семью. Я нам оставалось только уважать его выбор и его решимость.

Вот его парусно-моторная яхта отошла от причала и направилась к выходу из залива. Мы стояли на причале и смотрели ему вслед. Смотрели до тех пор, пока он не прошёл вход в залив между скалами и не повернул на север.

Я с Антоном и остальной своей командой занимались укреплением обороны острова. Пересматривали места установки артиллерии. Одну итальянскую гаубицу установили на берегу залива, сделав бетонный капонир. Зенитную установку ЗУ-23–2, тоже оставили на прежнем месте. Они стали прикрытием нашего небольшого порта. Держали под прицелом вход в залив. Остальную артиллерию распределили по всему западному и юго-западному побережью. Немного не хватило. Решил, когда пойду назад в Рио, надо было расплатиться, сторговать там ещё пару-тройку гаубиц. Устанавливать носовое орудие с Ковчега на берегу, делая для него дот, отказались. Решили установить его на нашем сухогрузе. Тем более, что нос судна позволял это сделать. А сухогруз мы решили переоборудовать в судно-мародёр. Оно было таким, каким надо. Юрий Николаевич сказал, что это универсальный грузовой теплоход. Он не был огромным, но был и не маленьким. Дидвейт 4500 тонн. Два судовых крана. Грузовой трюм – 6200 кубов. Специальный трюм – 90 кубов. На корабле можно было перевозить, как сказал Колосов, 20-ти и 40-ка фунтовые контейнеры, как в трюме, так и на крышках люкового закрытия. Даже рефрижераторные контейнеры до 30 штук. Вообще любой груз – бумагу в рулонах, железо в рулонах или в слитках, уголь, зерно. Всё, что угодно, кроме жидких грузов. Скорость 14 узлов. Дальность плаванья 8100 морских миль. Автономность – 30 суток, то есть месяц. Главный дизель, очень мощный, как мне сказал тот же Колосов – 3520 киловатт. Два дизель-генератора на 300 киловатт каждый. Плюс аварийный дизель-генератор на 50 киловатт. Так же имелся вспомогательный паровой котёл и утилизационный паровой котёл. Одним словом, хороший мародёр из него должен был получиться. Рассчитали на компьютере не ослабит ли корпус врезка в носовую часть орудийной установки. Вывод – допустимо. Тянуть резину не стали, вырезали отверстие, усилили его на всякий случай балками. Вытащили орудийную установку из Ковчега и воткнули её в нос сухогруза. Установили и закрепили. Подвели к ней электричество от судовых генераторов. Через четыре дня всё было готово. Разворачивали орудие его в разные стороны. Потом сделали пробный выстрел. Нормально установка отработала. Поздравили друг друга. Василий, приехав, смотрел с завистью.

– Круто, Марк. Меня брать с собой на мародёрку будешь?

– Не вопрос. Чем больше народа, тем лучше. Тем более экипаж до 15 человек. Но мы уже формируем из экипажа Ковчега. Он всё равно на прикол встал и если и выйдет в открытый океан, то в своё последнее плаванье. Чтобы затонуть где-нибудь подальше от острова. Плюс некоторые члены экипажа Андрея тоже хотят сюда пойти. Сам он решил остаться на острове с парой-тройкой своих людей. Заниматься чисто рыболовством.

Потом монтировали 20-ти миллиметровый американский автомат, скорострельную малокалиберную пушку на кормовой надстройке. И ещё одну на палубе, между трюмами. Но так, чтобы она не мешала грузам, которые могли быть закреплены тут, типа контейнеров. Кроме этого, сделали турели под пулемёты вдоль бортов. Всего по четыре турели на борт. В арсенал корабля пошли два крупнокалиберных пулемёта и шесть калибра 7, 62. Это и американские пулемёты калибра 12,7 миллиметров Браунинги, и наши – ПКМ и СГМ. Потом обустраивали места размещения артиллерии на берегу. Делали капониры. Месили бетон. Заливали его, создавая долговременные огневые точки. Провозились ещё три недели. Каркасы и панели для домов кончились. Солнечные панели, сколько можно было, столько и собрали, истратив всё, что привезли. Установили их на открытых местах острова, в том числе и на восточном побережье. Собрали три ветряка. Так же установили их на востоке и на северо-востоке. Там постоянно дул бриз, хороший такой. Электрики тянули кабеля.

Пора было наведаться назад в Рио. Заодно отвести плату за артиллерию. Плюс ещё торгануть что-нибудь. Загрузились мешками с зерном, кукурузой и чечевицей. Взяли не только для оплаты уже купленного, но и для последующей торговле. Так же взял я и золото с драгоценными камнями. И украшения из них. Ольга оставалась на острове. Я сам ей так сказал. У неё уже стал обозначаться живот. Всё, пора и честь знать. У Люси тоже. Но эта дама пошла, вместе со своей бандой. Вышли, как обычно на рассвете…

Год спустя…

Сидел в одних шортах в кресле из ротанга. Мы такие с материка из Рио притащили. Держал в руках сына. Он улыбался и пытался прыгать, отталкиваясь от моих. Я его целовал в животик, щекотал, он смеялся, дрыгал ручками и ножками. Рядом сидела Ольга. На голове шляпа с полями, купальник. На бедрах полупрозрачная накидка. На ногах шлёпки. Я же был босиком. У Ольги в руках был тоже ребёнок. Девочка. Она смотрела на меня и на Ваську, нашего с Ольгой сына. Девочка не была нашим малышом, хотя мы её воспитывали словно свою родную. Она была дочерью Люси и Лёни. Люся, как родила, полгода покормила её грудью, а потом бросила. Оставила нам и свалила, потеряв интерес к дочери. Сначала мы с Ольгой были в шоке. Я пытался говорить с Люсей. Внушать ей, что так нельзя. Она меня выслушивала, тёрлась своим носом о мой и сваливала. В итоге, мы смирились. Ольга кормила грудью, как нашего сына, так и мелкую. Назвали её Дашкой, отступив от правил называть их именами на букву «Л». Даша была очень привязана к Ольге. Нигде не оставалась без неё. Сразу начинала пищать и тянуть к ней ручки. Мы очень надеялись, что научим её говорить. Её родители так этому и не научились. Издавали звуки похожие на буквы, но и только. Софья как-то сказала нам, что Люся оставила нам дочь, так как знает, что мы позаботимся. Если бы никого не было, скорее всего она бы не бросила ребёнка. Хотя, на мой взгляд, это было спорно. Дашка гораздо быстрее начала ползать, а потом и встала на ноги, чем наш сын. Васька ещё только учился стоять на ногах, а та уже во всю бегала. Сейчас сидела на коленях у Ольги и смотрела на нас с сыном. Зубки у неё уже вылезли. Острые такие. Сейчас уже Даша грудь не сосала. А вот Васька продолжал. Мы уже в полный рост кормили Дашу мясом, рыбой, курятиной. А ещё она, как и мать, любила булочки с яблоками или ватрушки с яблочным повидлом.

Ольга, посмотрев на нас, встала. Поставила Дашку на ножки. Что Дарья, что Васька были голенькие. Мы находились на веранде нашего небольшого и уютного одноэтажного дома, стоявшего в пятидесяти метрах от берега океана. Рядом росли кокосовые пальмы и несколько деревьев, так называемых кордаитовые, предки наших хвойных. Дом мы выстроили недавно. Пару месяцев назад. Недалеко стоял такой же дом Ильи и Анны. У них родилась дочь. Она была постарше наших малышей. На несколько месяцев. С другой стороны от нас стоял такой же дом Киры и Свена. Чуть меньше года моя мама, как глава гражданской администрации провела брачный обряд и объявила их мужем и женой. Они построили дом рядом с нашим. С ними жила и младшая сестра Киры. Сейчас Кира сама ходила беременная. Была на восьмом месяце. В походы с нами не ходила по объективным причинам. Чуть дальше в глубь острова, обосновались моя мать и Георгич. Тоже выстроили себе домик, как и у нас, каркасно-щитовой на сваях.

Вообще за этот год мы обжились. На Ковчеге почти не осталось народа. Жили ещё несколько человек и всё. Остальные переселились на западное побережье, выстроив дома. Сам Ковчег, постепенно разбирали. Снимали обшивку, чтобы использовать при отделке своих домов. Сломанный двигатель почти полностью разобрали. Там оставался только сам дырявый корпус. Даже коленвал вытащили. В основном, это разобрали два кузнеца, которые сделали себе кузни. Один кузнец у Стаса в селении. Второй на побережье. Не зря Стас тогда притащил два пневмомолота. Из клапанов дизеля они сковали хорошие ножи и даже топоры. Да и так кому, что надо было делали по части ковки. Я часто с грустью смотрел на наш Ковчег, точно так же, как когда-то на наш бронепоезд, который выполнив своё предназначение, остался навсегда в тупике в Новороссийске, точно так же полуразобранный, откуда было снято всё, что только можно. Но ничего не попишешь. Жизнь продолжалась.

С водоснабжением решили максимально эффективно, без современных наворотов, типа насосов. Учитывая, что озеро было чуть выше, чем западное побережье, то вода оттуда текла самотёком. Мало того, мы брали воду не из самого озера, а из одного из источников, бивших выше из горы и питавших с двумя другими само озеро. Мы сделали там из нержавейки площадку, на которую установили пластиковую ёмкость в три куба, притащив её с материка. Горловину ёмкости расширили, почти срезав верх. Поток был сильным и наполнил ёмкость очень быстро. А в дно ёмкости мы врезали пластиковую трубу, которая и шла вниз на побережье. По дороге от трубы отходили ответвления к домам. А вот уже в домах, там каждый ставил электронасосы, для подачи воды в тот же душ. В душевых баках, мы даже тэны не ставили. Не зачем было. Солнце так нагревало в них воду, что она очень быстро становилась, как парное молоко. А для бытовых мелочей, приготовить еду или что-то помыть, постирать, хватало и того, что вода наполнялась в другие баки, откуда воду и брали. Надо бак наполнить, открывали кран и всё, бак полный. Всё максимально просто. А то электронасосов не напасёшься. Стас сделал себе аналогичную конструкцию, но отдельно, на другом источнике, откуда вода подавалась к нему в хозяйство.

Спустя год нашего жития на острове, с севера на юг было установлено десять ветряков. Плюс солнечные панели. И ещё смонтировали подстанцию, куда собиралось электричество. Её мы так же притащили с материка. Разобрав там под руководством наших специалистов в этом деле, одну из подстанций. Я не понимал принцип, как она работает, да и не старался. Но меня заверили, что электричества хватит всем. С транспортом тоже решили просто. Машины мы не использовали. Передвигались по острову либо на лошадях, но их на всех не хватало, либо… На велосипедах, которые мы в большом количестве притащили с материка. Я и сам на таком ездил. И Ольга у меня. И Илья с Анной. Велосипеды были как двухколёсные, так и трёхколёсные. Это делали уже здесь умельцы. На трёхколёсных позади делали кузов, где возили всякие вещи, предметы, в том числе и урожай. У нас образовалась на западном побережье, как раз посередине, торговая площадь. Вопрос с тем, как получать что-то за свой труд, решили привычным методом. Сделали деньги. Серебряные форинты. По принципу Тортуги. Зачем изобретать колесо, если оно уже изобретено⁈Так как всё серебро и золото было собранно в одном месте и объявлено собственностью острова, то деньги чеканились в тоже в одном месте. Подотчёт. Всё строго учитывалось.

Так же подверглось изменение и форма власти. Я ушёл с поста главы военной администрации. Теперь заведовать обороной острова стал Антон. И это правильно, всё же он военный, хоть и бывший. В его обязанности входило следить за состоянием вооружений, артиллерии, построек военного назначения, таких как капониры и доты. А так же склады с боеприпасами и вооружением. Таких склада было два. Один в южной части острова, второй в северной. Склады были основательными, выстроенными из кирпича, под хорошей крышей их металлочерепицы. Окон на складах не было. Так же в юрисдикцию военного начальство входило и береговая охрана, состоящая из двух бронекатеров. Один дежурил, опять же в северной части острова, второй в южной. Кроме того, был выбран шериф. Он отвечал за внутреннее спокойствие на острове. Шериф подчинялся гражданской администрации. Военные в его дела не лезли. В обязанности шерифа так же входило и надзор за пожарной безопасностью. Для этой цели с материка мы притащили две пожарные машины, которые так же распределили – одна на севере, вторая на юге. Слава богу за этот год пожаров не случилось. Но шериф всё равно гонял добровольные пожарные команды, проводя раз в месяц учения. Законы на общем сходе приняли простые. Убийство каралось смертью. Без долгих разбирательств и волокиты. За насилие над человеком, особенно изнасилование – смертная казнь, как за убийство. Причинение тяжкого вреда здоровью, повлёкшее смерть или тяжёлые увечья, так же смертная казнь. Причинение тяжкого вреда здоровья не повлекшие смерть или увечье – высылка с острова, без права на возвращение, без оружия, но с продовольствием, из расчёта на три дня. Причинение вреда здоровью средней тяжести – отсидка до 15 суток в местном полицейском участке шерифа и общественные бесплатные работы до года. При повторном – высылка с острова, без права на возвращение без оружия, продовольствие на три дня. За причинение легкого вреда здоровью и побои, а так же за дебош, – отсидка в местном полицейском участке шерифа до 10 суток с общественными бесплатными работами до месяца. За воровство, высылка с острова без права на возврат, но с одной единицей оружия и продовольствием из расчёта на три дня. По тяжким преступлениям назначался трибунал в составе троих человек – главы гражданской администрации, главы военной администрации и шерифа. Адвокатов не было. Дела по более мелким правонарушениям проводилось главой местной администрации, либо его заместителем и шерифом. Военные не участвовали. Хозяйственные споры разбирались заместителем главы гражданской администрации и двух присяжных, назначаемых из граждан каждые полгода. Так же существовала система предупреждений. Максимальное число предупреждений о недопустимости тех или иных действий, будь то угрозы или оскорбления, до трёх раз. Потом вступал в действие закон о высылке с острова. Если кому-то что-то не нравилось он мог пожать жалобу в гражданскую администрацию. Вот и всё.