Текст книги "Ковчег (СИ)"

Автор книги: Олег Ростов

сообщить о нарушении

Текущая страница: 21 (всего у книги 28 страниц)

– Ну дай бог, Юрий Николаевич.

Океан был спокойным. И это было хорошо. Небольшие волны, примерно в метр высотой можно было не считать. А иногда вообще наступал штиль. Капитаны следили за показаниями барометров. Главное, чтобы давление не начало падать. Это первый признак приближающегося шторма. Но пока барометры вели себя нормально.

– Балкер, приём! – Запросил Андрея Юрий Николаевич.

– На связи.

– Ход увеличить можете? Нам проскочить надо, как можно быстрее это место.

– И так идём максимальным ходом. Куда ещё наращивать?

– Ладно, я понял. Конец связи.

– Юрий Николаевич. Вас что-то тревожит?

– Да просто, переживаю. Слишком у нас всё спокойно. На четвёртый день пути, увидели дрейфующее судно. Меня тогда вызвали на капитанский мостик. Я как раз был в медицинском отсеке. Парнишка, которого мы вытащили вместе с дамой, ещё в Средиземном море с Мальты, уже вполне себя хорошо чувствовал. Заживало на нём все с поразительной скоростью. Рядом со мной, Лидой и Ольгой неизменно присутствовали и Люся с Лёней. Люся за руку привела и Лолу. Ольга с Лидой осматривали пацана. Он смотрел на Люсю. Та на него. Её зрачки становились то ромбовидными, то вновь обретали круглую обыкновенную форму. Пацан не двигался. Позволял Ольге и Лиде его трогать. Бинты с него сняли. Я видел его шрамы. Розовые ещё, но выглядели так, словно прошёл, как минимум месяц, а может и больше. Все раны зарубцевались.

– Марк, – сказала Ольга после осмотра, – на мой взгляд его уже не надо больше держать здесь. Пора переводить в обыкновенную каюту. Парень он вроде спокойный. Ни на кого не кидается.

– Конечно, не кидается. – Я вспомнил тот транс, в который вошёл, когда Люся морально и психологически задавила пацана, заставив его признать, что она главная, что она Альфа. Типа Альфа-самка и её все слушают иначе секир башка и вспоротое брюхо гарантированно. – Его воспитанием Люся занимается. А она уже спец в дрессировке себе подобных. Отточила мастерство на Лёне сначала, потом вот на этих двоих. С этим Львом вообще действовала жёстко. Сразу предупредила, что убьёт его, если попытается на кого-нибудь здесь напасть.

Лида покачала головой и взглянула на Люсю.

– Люся, можешь забирать его. – Сказала она девчонке. – Я тоже согласна с Ольгой, что делать ему здесь больше нечего. И парней тоже пора отсюда выпроваживать. А то хорошо устроились. Спят, едят, в потолок поплёвывают. Видать понравился им санаторий. – Это она про Васиных боевиков. Которые ещё в Турции нарвались.

В этот момент меня вызвали по рации. В гарнитуре услышал голос нашего капитана.

– Марк, это я. – Говорил Юрий Николаевич. – У нас судно по правому борту.

– Что за судно?

– Да тоже балкер какой-то. Что-то везёт. На палубе четыре крана. Но он дрейфует. С корвета доложили. Они мили на пару миль вперёд ушли. Вот они и засекли судно.

– Запрашивали его по рации?

– Да. Но в эфире тишина. Похоже, там экипажа нет.

– Я сейчас приду.

Ольга с Лидой посмотрели на меня.

– Корвет ушел вперёд на пару миль. Обнаружил по правому борту какое-то судно. Вроде тоже балкер. Но на радиозапрос никто не отвечает. Судно дрейфует. Возможно там нет экипажа. Я на капитанский мостик.

Прошёл в рубку управления Ковчегом.

– Юрий Николаевич, как так возможно, что судно без экипажа?

– Да бог его знает. Там вариантов много. Например, во время шторма сорвало судно с якоря и утащило в море.

– Как болтало? Всё это время?

– Ну а почему и нет? Например, болтало его по океану, пока не пригнало к какому-нибудь острову, где судно село на мель. Сидело там всё это время, пока другой шторм вновь не сорвал его с мели и не угнал вновь в океан. А там течения. Вот оно и дрейфует по ним, пока либо на скалы наскочит где-нибудь, либо во время шторма его не перевернёт. Или по другому, экипаж просто покинул судно по какой-то причине. Сел в лодки и свалил, бросив судно. Вот оно с тех пор и дрейфует по океану. Или все умерли. Тоже вариант. Корвет подошёл к судну довольно близко, на сотню метров. Никакого движения на корабле не обнаружили. Высаживаться не стали. Сообщили на Ковчег.

– Правильно сделали. – Я связался с корветом. – Сергей Семёнович, вы правильно сделали, что не стали высаживаться на это судно. Как Вы думаете, откуда оно?

– Не знаю. Название «Санта Моника». Страна приписки Панама. Это всё. Какой груз везло и вообще есть ли он, не знаю.

– Сергей Семёнович, будьте рядом с судном, но к нему не приближайтесь слишком близко. И не высаживайтесь. Дождитесь нас.

– Понял.

Вскоре увидели брошенное судно. Рядом с ним на расстоянии метров 300–350 находился корвет.

– Ковчег, это корвет, приём.

– Ковчег на связи. – Ответил Юрий Николаевич.

– Близко к судну не подходите. Встаньте на таком же расстоянии, на каком стоим мы.

Я взял микрофон у Юрия Николаевича.

– Поясни, Сергей Семёнович?

– Да я сам ни хрена не понял. Попробовали подойти ближе, началась какая-то… Я так и не понял, что⁈ У меня больше половины команды стала впадать в какой-то коматоз. Я и сам почувствовал какое-то давление. Не могу описать это состояние. Словно кто-то тебе на мозги давит… Очень похоже на гипноз или что-то в этом роде. У меня трое даже попытались за борт прыгнуть, по направлению к этому балкеру. Я своего рулевого, который завис, как памятник, в чувство привёл подзатыльником. Велел отойти подальше. Отошли на это расстояние, как всё прекратилось.

– Я тебя понял, Сергей Семёнович. Конец связи. – Связался с балкером. – Андрей, слышал разговор с корветом?

– Слышал. Я за корветом встану.

– Давай.

Посмотрел на Юрия Николаевича. Он кивнул.

– Я понял. Близко подходить не будем.

Я вышел на палубу, где располагалась капитанская рубка. Вся моя группа была предупреждена и уже стояли наготове, чтобы перейти на балкер. Все смотрели на дрейфующее судно. Тут же находилась и Люся с Лёней, а так же, чему я удивился, Лола со своим дружком – Львом. Оба в длинных майках до колен. Одежду им ещё рано. Но думаю, с помощью Люси мы быстро их приучим к цивилизации. Эти все четверо тоже смотрели на балкер. Я, глядя на судно, испытал странное состояние. Нет, не коматоз, как сказал капитан корвета. Другое. Чувство словно в предчувствии чего-то. Чего-то опасного.

– Кто, что чувствует?

– Да хрен знает. Беспокойство. – Ответил Артём. Илья, Николай, Павел кивнули, соглашаясь.

– Там что-то есть. – Сказала Кира.

– Марк, с этим судном что-то не в порядке. – Произнёс задумчиво Антон.

– Что делать будешь, дорогой? – Спросила меня Ольга, удерживая стволом вниз свою винтовку.

– Понятия не имею.

К нам подошли Лида и Софья. Тоже смотрели на судно. Вообще все, кто плыл на Ковчеге высыпали на палубы. Смотрели на балкер. Я взглянул на Люсю. Она, Лёня, Лев и Лола смотрели на сухогруз не отрываясь.

– Марк, что происходит? Почему встали? Что за судно? – Спросила Лида. Я рассказал ей то, что услышал от капитана корвета.

– Очень интересно. Ментальный контакт? Попытка взять под контроль экипаж боевого корабля?

– Что-то в этом роде. А сама ничего не чувствуешь?

– Есть такое. Дискомфорт. Словно в ожидании чего-то нехорошего.

– Как предчувствие, да? – Спросил её.

– Да. – Кивнула она. Софья молчала. Вновь посмотрел на Люсю.

– Люся. – Позвал её. Она повернула голову. Посмотрела на меня. Вслед за ней синхронно это сделали остальные трое из теперь уже её команды. Зрачки у всех четверых были ромбовидные. И они не меня конфигурации. Даже чуть расширились. Она смотрела на меня. Переход в транс был резким. Раз и картинка сменилась. Судно резко приблизилось. Потом мы оказались в каком-то темном месте. Я понял, что это один из трюмов. Там лежали какие-то толи большие брикеты, толи мешки, я не понял. И в этой темноте что-то шевелилось. Никак не мог понять что.

«Оно там». – Услышал голос Люси, который слышал ни один раз во время предыдущих трансах.

– Кто? – Прошептал я.

«Тварь».

– Мантикора?

«Да. Но другая. Более опасная, чем предыдущие, кого мы видели до этого».

– Почему более опасная?

«Тварь может заставить человека делать то, что ей надо. И она очень голодная».

– Покажи мне её. Как она выглядит?

«Она мешает. Я пытаюсь, но не могу увидеть её всю. Только часть».

– Покажи часть?

Картинка резко приблизилась. Я увидел и меня передёрнуло. По спине пробежал холод, словно позёмка зимой.

– Бляха-муха, твою дивизию… – Я видел только часть, голову и часть груди. Голова странно, жутко деформирована. Уши уже видел подобные. Большие и заострённые вверху. Волос нет вообще. На лбу большой уродливый нарост. Глаза большие и чёрные. Нет разделения на зрачок и белок, или как он там называется. Полностью всё чёрное, как антрацит. И рот. Нет, там не было пасти с острыми, привычными зубами. Вместо них было что-то типа хоботка, но не как у слона, а как… Как у комара. Он шевелился. На нём какая-то прозрачная слизь, которая иногда, собираясь капала вниз. И часть груди. Жёлтая, сморщенная кожа. Картинка пропала.

«Теперь ты видел».

– Видел. Отвратительная тварь.

«Я должна её убить».

– Нет ничего проще. Расстреляем судно из пушек корвета и Ковчега.

«Нет. Я должна сама её убить и сжечь. Всё сжечь».

– Люся, давай просто утопим его и всё.

«Нет. Ты не понимаешь. Надо всё сжечь»

– Хорошо. Пойдём и сожжём.

«Только двое».

– Не понял?

«Снами пойдут только двое. Мы идём все. Твоих идёт двое. Мы только двоих можем прикрыть. Остальных не сможем. И они будут делать то, что оно хочет. Поэтому, только двое».

– Я тебя понял.

«Дай им оружие, как нам».

Я понял, о ком она сказала. О Льве с Лолой.

– Ты уверена, что им можно дать оружие?

«Да»

Транс прекратился так же резко, как и начался. Я потряс головой. Посмотрел на Льва с Лолой. Потом на Люсю. Кивнул ей.

– Мачете у меня больше нет. Потом, позже что-нибудь придумаем. А сейчас… – Я вспомнил, что среди инструмента для строительства были топоры. Несколько на металлической рукоятке прорезиненной. Что-то типа походного топора. Сходил на склад с инструментами и взял его. Это для Льва. Для Лолы взял на кухне ресторана разделочный топорик. Которым мясо мелко рубят. С широким рубящим лезвием, японский фирмы «Samura». Ещё даже усмехнулся. Лола реальная самурай теперь. Ну, почти самурай. Топорик вместо катаны. Харакири делать, только не себе.

Вернулся назад на палубу. Вручил Льву и Лоле по топору. Ему походный, ей кухонный. Лола сразу вцепилась в рукоятку теперь уже её оружия. Лев посмотрел на меня, держа свой топор.

– Теперь это твоё оружие. Позже ещё получишь. Нож, например. Лола тоже. Сейчас это.

– Марк, что происходит? – Спросила меня Ольга. Смотрела на меня тревожно.

– Значит так. На балкере находится очень опасная тварь. Мантикора, но не такая, которых мы привыкли уже видеть. Другая. Какой-то новый вид. Люся показала мне её, не всю, так как всю она сама увидеть не может. Только часть. Голову и немного груди. Вид жуткий. Но её опасность не в быстроте и силе. Всё намного хуже. Она может брать под ментальный контроль людей. Человек становится марионеткой. И делает то, что этой твари нужно.

– Гипноз? – Спросил Антон.

– Не знаю. Но что-то типа того. Парни с корвета уже это испытали на себе, но успели вовремя слинять из зоны действия этой твари. Как я понял, радиус её воздействия до трёхсот метров. На балкер мы пойдём вшестером. Люся, Лёня, Лев и Лола. И я с ещё одним из вас.

– Почему только двое из нас? – Спросил Антон.

– Потому, что они, – я кивнул на Люсю и её команду, смогут прикрыть от ментального воздействия твари только двоих. Поэтому иду я и ещё один. Кто из вас. Приказывать не хочу. Только доброволец.

– Я пойду. – Тут же сказал Антон. – И это не обсуждается, парни.

Я кивнул.

– Хорошо. Броники снимаем. Они не понадобятся.

– Марк? – Спросил Василий, бывший тут же с двумя своими людьми. – Почему просто не пустить балкер на дно, расстреляв из орудий?

– Люся сказала, что тварь надо убить и сжечь. Обязательно сжечь. Почему, не знаю. Она не объяснила. Но сказала следующее: «Ты не понимаешь. Надо всё сжечь». Это дословно, что она сказала. Значит убить её, отрубив что-нибудь или прострелив голову, не достаточно. Поэтому мы там всё сожжём.

К балкеру подошли на катере, приватизированном на Канарах.

– Антон, тварь сидит в трюме, в каком не знаю, но скорее всего в первом от кормы. Надо бы крышку трюма открыть.

– Зачем?

– Чтобы был доступ воздуха к огню и дым чтобы выходил. А то заполнит трюм и погаснет всё там.

– Понятно.

Подошли к балкеру. Закинули «кошку» с привязанной к ней верёвкой, с узлами.

Первой на судно полезла Люся.

– Люся. – Крикнул ей. Она оглянулась. – В трюм без нас не лезете. Вы нас прикрываете. – Она смотрела на меня. Потом кивнула. И вскарабкалась, как обезьяна. За ней на балкер залез шустро Лёня. Потом Лев и Лола. Причём, оба свои топоры держали в зубах. Антон смотрел на них. Покачал головой и усмехнулся.

– И как они в зубах топорики свои держат? Особенно пацан?

– Ну зубки у него хорошие, чего не держать⁈ – Ответил ему, тоже усмехнувшись. Потом мы залезли. Ребятишки находились на палубе. Без нас не полезли в трюм. Молодец Люся, дисциплинированная девочка. Я ей улыбнулся и кивнула, поблагодарив. Зашли в капитанскую рубку. Везде были разбросаны какие-то бумаги. Увидел потемневшие пятна крови, уже разложившиеся.

– Ищем сопроводительные на груз. Что он вёз, интересно. – Произнёс я. Стали с Антоном методично проверять все разбросанные бумаги. Наконец Антон нашёл то, что нужно.

– Ничего интересного. Медный и железный концентрат везли. Короче руду. Везли в Южную Корею. – Сказал он, бросая бумаги.

– Да не срослось.

– Не срослось. – Согласился он. Я тряхнул головой. Антон посмотрел на меня.

– Что, Марк, тоже чувствуешь давление?

– Да. Поганое такое состояние. Словно кто-то давит на тебя бетонной плитой. Давай попробуем запустить двигатели. – С самого начала, как только мы подошли к балкеру, почувствовали давление. Даже какой-то далёкий тихий шёпот, словно кто-то меня звал. Но, похоже, ребятишки нас хорошо страховали. Я взглянул на Люсю. Что у неё, что у остальных зрачки были неестественно большими. Ромбы заняли чуть ли не весь белок глаза. – Спасибо, Люсь. Потерпите ещё немного.

Я сильно не надеялся, думал крышки трюмов придётся открывать вручную. Антон нажал на кнопку пуска. Услышали, как заработал пускач. Сначала крутил в холостую. Потом двигатель схватился и заработал. Антон посмотрел на меня.

– Получилось. Если честно, не ожидал. – Сказал он.

– Такая же херня. Давай, открывай трюмы.

Крышка первого от кормы трюма стала раскрываться. Неожиданно что-то заскрежетало и крышка, открывшись на треть, замерла. Потом раздался металлический лязг и звук, словно лопнул как-то металлический трос.

– Что за хрень? – Спросил Антон, глядя на меня.

– А я знаю? Такой же спец, как и ты. – Вышел на палубу. Створки крышки открылись на треть. – Бля. Заклинило что ли?

– Да по хрен. Доступ воздуха есть. Дым выйдет. – Сказал Антон, вышедший вслед за мной. В общем-то да. Дыму есть куда выходить. Я подошёл и глянул вниз. Вернее, попытался заглянуть. Видно было плохо. Я напряг зрение. Мне показалось, что там что-то шевелится.

– Антон, у меня глюк? Посмотри, что видишь?

Антон попытался заглянуть. Всматривался в полумрак.

– Ни хрена не понятно, но там кто-то или что-то есть.

Мы попытались открыть крышки оставшихся трёх трюмов, но открылся только самый последний, носовой. Остальные даже не дрогнули. Мы с Антоном посмотрели друг на друга.

– Вот же, блядь, засада. – Ругнулся он.

Попытались вручную открыть, с помощью специального механизма. Не получилось. Что-то заклинило и не давало. А вот что, понять не могли.

– Ладно, хрен с ним, пошли в трюм. – Сказал Антон.

– Пошли. – Посмотрел на «сестрёнку». – Люся, идём в трюм.

Она улыбнулась и кивнула. Вытащила из ножен свой мачете. В другую руку взяла нож. Лёня тоже. Лев с Лолой и так держали своё оружие в руках.

Спустились вниз. Звук двигателей стал громче. Так как двигатели работали, в помещениях горели лампочки освещения. В машинном отделении увидели забрызганные давно стены кровью. Но останков людей не нашли. Ни людей, ни костей. И вот дверь в трюм. Она была чуть приоткрыта. Люся открыла её шире и зашипела разъярённой кошкой, прыгнув во внутрь. Оскалился Лёня, тоже нырнув туда. Зашипела Лола. А Лев завыл. Оба кинулись внутрь.

– Что там за хрень? – Антон взглянул на меня, держа перед собой двумя руками пистолет.

– Не знаю. Пошли. – Я вскинул карабин, сняв его с предохранителя. Патрон уже был в патроннике. Мы шагнули в трюм.

– Блядь, это что за на хрен? – Выдохнул Антон. У меня у самого от того, что я увидел, глаза чуть из орбит не выскочили.

В полумраке я увидел на самом деле нечто. Это был не он и не оно. Это было ОНО. Здоровая тварь, метра три в высоту. И ещё больше в ширину. Какое-то бесформенное тело. Бледное. Кожа морщинистая, висела безобразными складками. От него в разные стороны к потолку и стенам, к каким-то большим брикетам тянулось что-то, напоминающее паутину. Но не паутина. Это тоже была плоть. Словно тварь держалась на них за потолок, за стены, за всё, за что можно держаться. Две уродливые толстые руки. Точнее то, что раньше было руками. Толстые как сардельки пальцы с когтями. Ноги очень короткие, почти полностью скрытые складками тела. И голова. Я её уже видел. Глаза этого нечто было большими и в их черноте, словно плясали дьявольские искры. Хоботок длинный, метра полтора извивался. Но это не всё. Вокруг твари на полу лежали тела людей. Но не погрызанных или разорванных. Тела были целые, но такие, словно из них всё высосали. Пергаментная кожа обтягивала кости. Много тел. Тут были не только взрослые мужчины, но и женщины и даже дети. Как женщины и дети попали сюда, я не понимал! И они все были словно плоские. Меня передёрнуло.

– Вот же сука. – Произнёс Антон.

Люся, и остальные ребятишки надвигались на тварь с трёх сторон, Люся и Лола постоянно шипели. Лёня молчал, только скалил свои зубки. Лёв подвывал. Но двигались все четверо синхронно, словно управлялись из одного центра. Я нервно сглотнул. Достал на автомате мобильник и стал снимать. Антон вскинул пистолет в своих руках и начал стрелять в голову твари. Хлопки выстрелов. И тут Люся со своими рванула на тварь. С ходу, в прыжке, она рубанула мачете по руке твари, практически отрубая её. Чудовище забилось. Попыталось достать Люсю хоботком. Лёня тут же рубанул по нему своим мачете. С другой стороны, на тварь заскочил одним прыжком Лёв и вогнал топор твари в грудь. Лола рубила своим топориком вторую руку. Я смотрел на эту мясорубку, словно замороженный, но продолжал снимать. Плеснуло какой-то дрянью. Зеленовато-жёлтой жидкостью. Это кто-то из ребятишек распорол твари брюхо. Тут и так стоял смрад, но сейчас вообще накатило. Меня вывернуло. Блевал, как не в себе. Антон тоже. Опустив правую руку с пистолетом вниз.

– Блядь, какая сука вонь. Не могу тут находиться. – Он рванул из трюма. Я за ним. Люся с командой на это не обращала внимания, продолжая пластать на куски монстра.

Проблевались с Антоном. Он засунул пистолет в кобуру. Я перекинул карабин, из которого так и не выстрелил ни разу, за спину.

– Тут реально надо всё сжечь. Люся права. – Сказал Антон.

– Согласен. Но канистры бензина, что мы с собой привезли явно не хватит.

– Ничего, есть топливо балкера. Надо только найти посудину, в которую будем сливать из бака.

– Пошли на кухню. Там поищем. – Предложил ему.

Поднялись наверх. В пищеблоке нашли бак алюминиевый литров на двадцать пять. Он был с двумя ручками.

– Во, то, что надо. – Усмехнулся Антон. Схватили его и спустились вниз, туда, где были расположены топливные баки. В них оказалось не дизтопливо. Какая-то смесь мазута.

– Наплевать. Мазут тоже хорошо горит. – Сказал я, открывая вентиль крана. Наполнили бак и потащили его в трюм. Ребятишки уже закончили рубить монстра. Смотрели на нас.

– Люся, поднимайтесь на верх, на палубу. Ждите нас там. Лёв, Лола, снимайте свои маки, бросьте здесь. – Велел я. Пацан с девчонкой посмотрели на Люсю. Потом сняли полностью залитые кровью и выделениями твари. Бросили в лужу с внутренностями. Нам с Антоном блевать уже было нечем, хотя рвотные позывы опять начались. Вылили бак с мазутом на останки твари. Хорошо наши мясники поработали. Я поднял голову мантикоры. Её не только отрубили, но ещё кто-то, Люся или Лёня рубанул по голове, прорубив кость и достав до мозга или что там у твари в уродливом наросте на лбу было. Одно ухо было так же отрублено. Я взял голову за оставшееся.

– Что хочешь делать? – Спросил меня Антон.

– Лида просила образец. Вот и пусть покопается, что у твари за мозги, раз оно могло брать под свой контроль столько народа.

Вернулись назад к топливному баку. Голову оставил там. Ходили туда-сюда раз пятнадцать. Все останки залили мазутом. Потом я облил всё бензином из канистры.

– Всё, валим. – Сказал Антону.

– Поджигать через трюм будем? – Спросил он.

– Да. Кинем туда факел из тряпки и уйдём на Ковчег.

Оставили кран топливного бака открытым. Мазут стал выливаться на пол, растекаясь чёрной лужей. Поднялись на палубу. Нас там ждали все четверо наших ребятишек. Лев с Лолой были голыми. Но всё равно в крови и прочей гадости этой твари. Люся с Лёней тоже все измазаны. Так как двигатели работали, запустили механическую помпу. Стал окатывать ребятишек из брандспойта, пока не отмыл более-менее.

– Так, всё, достаточно. В катер спускаемся. Подождал пока они спустятся. Хорошо, что катер к «кошке» привязали, а то точно бы уплыл. Сделали с Антоном из тряпки и куска трубы, что тут нашли, факел. Пропитали его остатками бензина из канистры. Я держал его, Антон поджёг от своей зажигалки. Я подошёл к приоткрытому трюму и бросил туда факел. Мы с Антоном быстро спустились в катер. Он завел двигатель, и мы рванули к Ковчегу. Голову монстра я вёз в мешке, взятому тоже на балкере.

Когда попали на Ковчег, балкер уже горел. Чёрные клубы дыма поднимались из трюма и из палубной постройки с капитанской рубкой.

Все, кто был на Ковчеге вывалили на палубы. Смотрели. Смотрели на пожар и команда корвета и команда нашего балкера. Нас встретили мои ребята из команды, плюс Стас, моя мама, Георгич, Василий со своими, Софья и Лида. Софья сразу увела четверку Люси к себе, переодеваться и мыться. Я передал мешок Люде.

– Здесь крутой образец, Лида, для исследования. Ребятишки постарались хорошо. Тварь изрубили в куски. Но я скажу вам всем, то, что мы там увидели, это вообще нив какие ворота. С таким мы ещё не сталкивались. Я достал мобильник. Включил на нём видео, сделанное в трюме. Отдал матери. Она смотрела с широко раскрытыми от шока глазами. Остальные ничем от мамы Вероники не отличались, кто смотрел вместе с ней видео. Потом видео перезапускали, кто не посмотрел сразу.

– Твою мать. – Выругался Василий, глядя на видеозапись.

– Боже, меня сейчас стошнит. – Сказала Ольга и, закрыв рот ладошкой, убежала к нам в каюту.

– Давай, беги. Мы с Антом уже успели там проблеваться. – Усмехнулся я, глядя вслед жене.

– А наши малыши то молодцы. – Произнёс Артём. – Красавцы. Я бы сам испугался к такой твари подойти, а они смотри ка, как рванули к ней, с пробуксовкой. И уделали её на раз-два.

В итоге, видео запись, сделанную мной, посмотрели все взрослые на Ковчеге и подростки старше 16 лет. Так же я передал копии записей на корвет и на балкер. Люсину четвёрку после этого зауважали ещё больше. А Фаина Аркадьевна, наш главный шеф-повар стала стараться побольше положить им всем четверым мяса, рыбы, курятины. Люсе персонально булочек с яблоками. А вот Лоле понравились почему-то булочки и ватрушки с клубничным джемом. Лёня с Львом оставались равнодушными к сладостям.

Мы продолжили наш путь. Оставив позади полыхающий балкер. Ещё через два дня мы сумели выловить в океане космонавтов. Ближе к обеду заметили в небе купола парашютов. Спускался какой-то круглый, как мячик аппарат.

В тот день, ближе к обеду я, Ольга, Анна, Кира, Илья, Свен Эрикссон и Николай, сидели в шезлонгах на верхней палубе. Загорали. Викинг тогда попросился на Ковчег. Я ему разрешил. А то не дело это. Как он Киру обхаживать будет, находясь на другом корабле? Вот и сейчас он сидел рядом с ней. Успел сбегать в ресторан и притащил коктейли. Кира нацепила солнцезащитные очки и с равнодушным видом потягивала через трубочку принесённый Викингом коктейль. Свен страдал, это было видно не вооруженный глазом, что предмет его чувств старается не обращать на него внимания. Но я то видел, как иногда уголки её рта, нет-нет, да дрогнут в улыбке. И Ольга мне как-то призналась, что Свен нравится Кире, просто она осторожничает. Глядя на эту парочку сейчас, я решил подшутить над ними.

– Кира, ну что ты так с нашим Викингом? Парень страдает, а ты ноль эмоций. Улыбнись ему хотя бы.

– Ему улыбнёшься, а он сразу мне в трусы полезет.

– А разве плохо? Любовь, Кира спасёт мир. Это старая истина. Вот и надо мир спасать. – И погладил жену, которая встала с шезлонга и стояла, распахнув руки навстречу солнечным лучам, по заднице, через трусы её купальника.

– Правильно, Кира. Им только улыбнись, как не заметишь, что он не только в твои трусы залез, а уже снял их и устроил у тебя между ног свой причиндал. Мол, ничего личного, дорогая, просто я спасаю мир. – Тут же прокомментировала мои слова Ольга, продолжая стоять и получать солнечную ванну.

Девчонки засмеялись. Свен посмотрел на меня вопросительно.

– Давай, Викинг, дерзай, не останавливайся. – Усмехнулся Илья. – Видишь, Кира тебе уже улыбается.

И в этот момент кто-то крикнул:

– Смотрите! Парашюты!

Я сразу посмотрел вверх. Сначала ничего не увидел.

– Вон там, слева по борту. – Опять крикнул кто-то. Я встал. Подошёл к левому борту. Точно, высоко в небе были раскрыты два или три больших парашютных купола. Под ними висел шарообразный аппарат.

– Не понял⁈ – Услышал я Николая. Он тоже подошёл, как и остальные к левому борту. – Из космоса что ли?

– Похоже. – Ответил я, глядя на спускающийся аппарат.

– А я думал там никого уже нет. – Сказал Коля.

– А международная станция? Там же был кто-то, когда всё началось? – Спросил его. Тот пожал плечами.

– Не знаю. Может и был.

У меня заработала рация.

– Марк, приём.

– На связи. – Вставил гарнитуру в ухо. Это был Антон.

– Ты где? Видишь это, по левому борту?

– Вижу. Мы на верхней палубе. Тут достаточно народа загорает.

– Как ты думаешь, что это? Послание с орбиты?

– Вполне возможно. Я сейчас спущусь. Надо к ним подойти. Может там живые есть. Давай вдвоём с тобой сбегаем. Глянем? – Предложил Антону.

– Давай. Я тогда в грузовой отсек пошёл, катер готовить.

Народ смотрел на меня.

– Пойдём с Антоном. Посмотрим.

– Марк, можно я с вами? – Спросил меня Эрикссон.

Я посмотрел на него. Потом перевёл взгляд на Киру. Она сделала вид, что её это не интересует. Я усмехнулся.

– Ну пошли.

– Марк, а мы? – Спросил меня Илья. Они стояли вместе с Колей.

– А вы останетесь тут. Нельзя наших женщин оставлять одних.

Я надел свои штаны, футболку. На этот раз у меня были не тактические ботинки, а кроссовки. Надел кобуру скрытого ношения с глоком, поверх футболки. Свен тоже оделся. Зашли в капитанскую рубку.

– Видел? – Спросил меня Юрий Николаевич.

– Видел. Мы сейчас метнёмся к ним. Подойдите ближе. И на корвет с балкером передай, чтобы замедлились. Проверить надо. Вдруг там живые есть.

– Понял. – Капитан связался с корветом и балкером. Передал им мою просьбу, остановится, подождать. Мы со Свеном спустились в грузовой трюм.

Антон был уже там. Ковчег подошёл к спустившемуся аппарату. Тот плавал на поверхности. Опустил пандус, мы выкатили катер и спустили его на воду. До космического аппарата, а то, что это космический никто уже не сомневался, было метров сто-сто двадцать. Антон завёл двигатель катера, и мы подошли к нему. Сам аппарат оказался накрыт одним из парашютов. Остальные распластались вокруг в воде. Пришлось нам со Свеном взять вёсла, которые имелись на катере и отталкивать парашюты со стропами. Наконец ткнулись в металлический бок шара. Я залез на него. Ножом вырезал круг там, где находился люк. Постучал рукояткой ножа на поверхности люка.

– Эй, народ! Есть кто живой? – Сначала ничего не происходило. Я ещё постучал. Наконец, запорный механизм люка сработал и люк открылся. Я чуть в воду не свалился от неожиданности. Но успел уцепиться за него. Заглянул внутрь. Там находилось трое в скафандрах. Сидели в креслах, пристёгнутые. Все трое смотрели на меня. Заметил у одного из них эмблему с российским триколором. Улыбнулся.

– Никак наши? Добро пожаловать, космические странники на Землю. Выбраться сможете? Или помочь? А то ваш аппарат, если сейчас волнение станет больше, утонет на хрен. И Вы вместе с ним. Тот, с кем я говорил, и у которого был российский триколор, убрал зеркальное стекло шлема. Это оказалась женщина. Я заткнулся, глядя на неё. Потом взгляд скользнул на её грудь. Там был шеврон с именем «Мария Скороходова». Вторым российским космонавтом оказался мужчина, Константин Леонов и третьим американец, судя по нашивке со звёздно-полосатым флагом – Томми Крамер. Всем троим было на вид 30+.

– Мы не утонули бы. У нас спасательный плот есть. – Ответила Мария.

– Плот, это хорошо. – Говорил я, помогая им выбраться из капсулы. В катер они спускались по стропам парашютов. Антон со Свеном их принимали в катере, помогая разместиться. Томми чуть не свалился в воду. Но обошлось, его успели перехватить Антон со Свеном. – Вопрос только в том, уважаемая Мария, сколько бы вы смогли продержаться на этом плоту? – Я смотрел на Марию. Мы находились уже в катере. Спасательный плот мы забрали с собой. – Понимаете, Маша, можно я так буду Вас звать? Всё же мы ровесники, как я понимаю?

– Да, конечно, и можно на ты. – Ответила она.

– Замечательно. Так вот, оказаться на плоту, пусть и спасательном по среди Атлантики, это конечно, лучше, чем сразу пойти на дно, но всё равно не гарантия, что всё равно останетесь живы. Спасательный плот могут прокусить. Мало того, вы стали бы зависимы от течения. И вас могло таскать по океану не понятно сколько. Вы бы элементарно умерли бы от голода и жажды. И кричать по радио в эфир: «Спасите наши души» бесполезно. Вас никто бы не услышал. А если кто и услышал бы, то не пришёл бы на помощь.

– Почему? – Спросил Томми. Он говорил по-русски, но, как и Свен, с сильным акцентом.

– А потому, сэр, – Антон усмехнулся, – все спасатели кончились.

– Вообще все? – Переспросил американец.

– Yes. – Подтвердил Эрикссон по-английски.

– Вы ребята везунчики, причём, два раза. – Сказал им.

– Почему два раза? – Спросила Мария.

– Первый раз вам повезло, что вы сумели отчалить с МКС и спуститься на Землю нашу грешную. Второй раз везунчики, что приземлились, вернее приводнились по среди океана как раз тогда, когда мы проходили мимо. Окажись вы или мы на пару миль южнее или севернее, мы бы вас не увидели. Так что, везунчики вы. – Я усмехнулся. Они смотрели на корвет, на балкер и на наш паром.