Текст книги "Ковчег (СИ)"

Автор книги: Олег Ростов

сообщить о нарушении

Текущая страница: 12 (всего у книги 28 страниц)

– Поздравляю тебя, док. Ты тоже попался.

– Как?

– На тебя попала кровь Мухаммеда.

– Я тоже так умру?

– Нет. Если поставить тебе инъекцию вакцины, не умрёшь. – Я взглянул на Лиду. – Сколько у тебя вакцины?

– Четыре пробирки принесла. И один шприц с вакциной. Её использовали на того человека. Вакцина его убила, так как заражение зашло слишком далеко. Сутки, Марк. Это очень быстро. Раньше двое-трое требовалось, чтобы человек стал мантикорой. Сейчас сутки. Вирус становится всё более агрессивным. Мне надо взять образцы.

– Возьмёшь. Сначала посмотри, есть ли у них всё, для производства вакцины. Потом возьмёшь образцы. В том числе и у акулы. Видела её?

– Видела. Но не подходила. Мы сюда спешили.

Я взглянул на Раду.

– Так, дорогуша, ты чего на сушу сошла?

– Я прививку сделала. Вчера. – Ответила Рада и стрельнула глазами в сторону моей жены. Оля подошла к Раде.

– Рада, всё надеешься Марка заарканить?

– Оль, а давай я второй женой ему стану? Он мужчина сильный, а ты же беременная⁈ Ему что, целибат себе объявлять?

– Ну знаешь что, Рада!

– Тихо. Вы с ума, девчонки, сошли? Нашли о чём говорить! – Покачал я головой. Лида подняла руку, требуя внимания. Она смотрела на доктора. Тот сначала пытался проморгаться, словно ему что-то попало в глаз. Потом стал тереть.

– Тебя же Зотикус зовут? – Он кивнул. Лида говорила с ним по-английски. – Не три глаз. Не три, говорю. – Зотикус перестал тереть. Лида осмотрела его глаз. Просмотрела на меня. – У него сосуд лопнул.

– Значит точно попался.

– Да. – Согласилась она. Между собой мы говорили по-русски. Лида вновь взглянула на Зотикуса. – Доктор, Вы заражены. Где у вас лаборатория? Мне надо посмотреть какая у вас аппаратура. Пригодна ли она для производства вакцины? Я привезла всего четыре пробирки. Этого не хватит для вакцинации всех жителей. Центрифуга есть? Микроскоп? – Зотикус кивал, держась за глаз. Она ещё называла какие-то аппараты. Потом они пошли в лабораторию.

– Ждите здесь. – Сказал я всем остальным. – Димитрис, надо объявлять карантин. Никого из больницы не выпускать, кроме нас. На нас эта зараза не действует.

Димитрис с кем-то связался по рации, отдал приказ о оцеплении больницы.

– Мне тоже нельзя выходить? – Спросил он.

– Да. Надо убедится, что ты чист. Здесь ждите. В палату не заходить.

Я прошёл вслед за Лидой и Зотикусом. В лаборатории Лида взяла кровь у доктора. Образец поместила под микроскоп. Смотрела. Через некоторое время отодвинулась от микроскопа. Взглянула на меня.

– Посмотри, Марк.

Я подошёл к микроскопу. Взглянул в окуляры. В крови доктора был вирус, похожий на тот, который я видел ранее. Тёмные тела, выпускавшие руки-щупальца. Они захватывали кровяные тельца. Я посмотрел на Лиду.

– Я такое видел. Вы с Софьей мне показывали.

– Да. Но есть принципиальное отличие. Эти плодятся гораздо быстрее. А значит захват всего тела носителя происходит тоже быстрее. Поэтому инкубационный период и сократился. Как я и говорила, этот штамм вируса гораздо агрессивнее. Ладно, посмотрим, как наша вакцина среагирует на врага. Она – взяла на кончик одноразового шприца капельку вакцины и поместила в кровь доктора под микроскопом. Вновь приникла к микроскопу.

– Ничего себе! – Выдохнула она, продолжая смотреть в микроскоп. Помахала мне рукой, чтобы я подошёл. – Марк, смотри. – Освободила мне окуляры. Я приник к ним. Капля крови доктора превратилась в поле битвы. Золотистые ромбы вируса штамма Люси атаковали вирусы штамма мантикор. Одних сразу сожрали, но часть образовала что-то типа оболочки. Золотистые ромбы окружили такие оболочки. Я удивлённо взглянул на Лиду.

– Не понял??? Они словно защиту выработали?

– Что-то в этом роде. – Теперь уже Лида смотрела в окуляры. Спустя некоторое время он отпрянула.

– Марк! – Я придвинулся к микроскопу. Смотрел. Золотистые ромбы пробили сначала оболочку одного вируса и разорвали её. Это было что-то. Потом точно так же непрерывно атакуя оболочку другого, пробили и её.

– Слушай, знаешь, на что это похоже? – Смотрел на вирусолога.

– На что?

– На сцену из исторических фильмов. Когда осаждающие пытаются тараном пробить стену или ворота. И в итоге, пробивают.

Лида смотрела в окуляры.

– Точно, похоже. Ай да молодцы.

Лида оставила микроскоп. Смотрела на меня.

– Они вышли на новый уровень. Штамм вируса мантикор будет совершенствовать средства защиты, так как не может в прямом противостоянии одолеть штамм Люси.

Я пожал плечами.

Они будут совершенствовать средства защиты, а наши будут совершенствовать средства нападения. Это извечное противостояние секиры и кольчуги, снаряда и брони. Броня совершенствуется, но и снаряд тоже. В итоге, снаряд всегда пробивает броню. Таран выносит ворота и разрушает стену.

– А если они научаться противостоять нашему штамму?

– Лида, наш штамм тоже совершенствуется. Они отрастили оболочку. Наш малыш моментально с ориентировался и пробил её. Наверное, тоже что-то изменил в себе. Но с этим вы с Соней будете разбираться позже, на Ковчеге. А сейчас надо решить вопрос с производством вакцины. Как ты думаешь, он перешёл уже в стадию воздушно-капельного заражения?

– Не знаю. Но случай с Зотикусом показателен. Он попал ему на кожу лица. В глаз не попал. Рядом с глазом. Но Зотикус оказался инфицированным. Причём, первым на заражение среагировали именно органы зрения. – Она посмотрела на дока. – У вас плазма крови есть?

– Есть. Привезли ещё полгода назад с материка. Да и я организовывал здесь сдачу крови, потом с помощью центрифуги получал плазму. В холодильнике.

– Вот и хорошо. Плазма станет питательным раствором. Плюс надо будет ещё физраствор, для приготовления самой вакцины. – Лида взяла один из одноразовых шприцев. Набрала из пробирки вакцину. Подошла к Зотикусу. – Док, давайте руку. – Зотикус закатал рукав. Лида перетянула ему её жгутом. Он поработал кистью. Вены хорошо обозначились. Лица поставила в одну из них инъекцию. – Док, первое время будете испытывать слабость. Головокружение. Возможно, тошноту и даже боль в суставах, так как Вы инфицированы. Но это быстро пройдёт. Вирус ещё не внедрился в ваш организм сильно, как это было у того несчастного. А я пока начну делать вакцину.

Лида открыла холодильник. Стала вытаскивать оттуда пластиковые упаковки с плазмой. Набирала в этот же шприц вакцину из пробирок и делала впрыск прямо в упаковки. Прокалывая их шприцем. Зотикус показал, где физраствор.

– Надо выждать, как минимум десять часов. – Сказала она.

– Лида, сколько наших вакцинировалось? – Спросил по-русски.

– Половина. На остальных Софья сейчас делает дозы. Я забрала последние четыре пробирки.

Вышел из лаборатории. Народ всё так же толпился в коридоре. Подошёл к ним.

– Лида начала делать вакцину. Ждём десять часов. Потом можно ставить прививки. Зотикус уже получил свою порцию. – Посмотрел на Андрея. – Ты зачем ходил на материк?

– На военную базу нато.

– Вам что, оружия не хватает? – Удивился я.

– Нам то хватает. Но я не только за оружием ходил. Сухпаи натовские взял там достаточно. А оружие, так тут одна группа из Магриба предложила им стволов подкинуть.

– А у них что, в Африке оружия нет? Что-то сомневаюсь.

– Я не знаю. Заказ был, я его и везу. Сюда зашёл сухпаи сгрузить. Да и с Мухаммедом что-то надо было делать.

– Андрей, ты в Суэцкий канал ходил?

– Ходил. Три месяца назад.

– И что там? Пройти можно?

– Забудь. Там пара контейнеровозов затоплено. И ещё куча стоит. Полное дерьмо. Не пройдёте.

– Понял. Действительно, дерьмо. – Кивнул я.

– А вы куда идёте?

– Ищем остров. Чтобы там мантикор не было, желательно вообще никого не было. Но были долины, чтобы можно было фермерством заняться. И чтобы зимы там не было.

– Здесь ты такого не найдёшь. Либо острова маленькие и земля бедная, либо народ есть или муты. Крит не пойдёт, как и Кипр. Сразу тебе говорю. Там муты имеют место быть. Сицилия, Корсикой, Сардиния такая же фигня. Балеарские острова тоже муты. В Эгейском море островов много, но они навряд ли вам подойдут. Одни скалы сплошные. Гористая местность. В Адриатике… Есть там острова, но там тоже ловить нечего. Либо люди, которые с материка сбежали, либо муты. В Тихом океане или в Индийском можно найти такой остров. Но так, как Суэц заблокирован, то идти придётся вокруг Африки. А это не близкий путь.

– Твою мать! – Выругался я. И что теперь делать? Вокруг Африки идти? Знать бы заранее, пошёл бы на бронепоезде на Дальний восток. Андрей смотрел на меня. Потом усмехнулся.

– Слышь, Марк. Вон те три девчонки, они тебе кто?

– Какие? – Я даже не понял, про кого он, так как гонял мысли, куда рвануть⁈

– Ну вон те. Это же твои? – Он указал на Киру, Ольгу и Раду.

– Одна из них моя жена. Вон та. Остальные свободные. Вон ту зовут Кира. А вторую, смугленькую – Рада.

– Цыганка?

– Да. Симпатичная да? – Усмехнулся я.

– Симпатичная. И вторая тоже.

– Губу не раскатывай. Девочки хорошо стрелять умеют. А Рада ещё и ножом неплохо владеет. Когда она училась в институте, ходила к одному спецу, училась ножевому бою. Так что яйца моментально отчекрыжит.

– Какая женщина! Обожаю таких!

– Только они навряд ли здесь останутся. Что Рада, что Кира. Но скажу сразу, Андрей, мужчин у нас не хватает. Женщин больше.

Он внимательно смотрел на меня, потом усмехнулся.

– Я тебя понял, Марк. И вот что скажу. Я знаю, где такой остров, который ты ищешь, есть. Только для этого Атлантику перепрыгнуть надо будет.

– И где это?

– Недалеко от Южной Америки. На этом острове никто не жил. Кроме двух смотрителей. Один там менялся раз в месяц, а второй жил постоянно, вместе с семьёй. Там есть и долины, и лес, и горы. Среднесуточная температура +25 по Цельсию. Перепады два-три градуса, не более. Много солнца. Постоянно теплый бриз дует. Электричество для смотрителей там как раз из солнечных батарей и ветряка. Одним словом, вечная весна или вечное лето. Но климат не удушливо влажный, как на Амазонке. Это благодаря океану. Всего в меру.

– Большой остров?

– Где-то, пятьдесят на тридцать километров.

– А почему там никто не жил, раз, по твоим словам, там чуть ли не рай?

– Остров принадлежит Бразилии. Расположен в ста милях от побережья. Там создали заповедник. На острове какая-то уникальная флора и фауна. Короче остатки от былых эпох. Некоторые растения и животные якобы чуть ли не со времён динозавров. Больше нигде таких нет. Там попугаи живут, которые только на этом острове. Ещё кто-то из птиц или животных. И ещё только на этом острове морские черепахи откладывают яйца. Причём какой-то очень редкий вид этих черепах. Их очень мало, они в красную книгу занесены были. Поэтому там и запрещали жить. Уникальный заповедник. Кроме смотрителей, туда только учёным разным разрешалось ездить, но для этого надо было специальный пропуск и разрешение от правительства Бразилии получить.

– Ты там бывал?

– Да. Один раз. Я тогда подрядился в Бразилии на одно судно сезон отходить. И мы на этот остров группу учёных из пяти человек завозили. Сами мы на остров не сходили, запрещено. Учёных высадили и сразу ушли. А забирали их другие уже.

– Я смотрю, ты много, где побывал. – Он кивнул.

– Да. Походил по свету. Ну а что, молод был. Семьи не было. Я детдомовский. С детства мечтал стать путешественником. Вот и стал, только путешествовал в качестве матроса на разных кораблях. Даже отучился незадолго до всей этой свистопляски на штурмана. Меня пандемия на Кипре застала. Жесть была полная. А потом я сюда попал, на Тортугу и здесь осел.

– Но семьи нет до сих пор?

– Нет. Женщин мало. Мужиков больше. Где жену найдёшь?

– Мужиков больше, чем женщин, я смотрю, это везде так?

– Ну да. Из-за этого и свары идут. Некоторые бабы живут с двумя мужьями. Так что, с женщиной только тут можно время провести. У Марты-бандерши или у Маврикия. Только они держат по борделю.

– То есть, тебя по сути ничего здесь не держит? – спросил его.

– Нет. Ну, если только моя команда. С мной ещё двое наших, русских. Остальные сборная солянка. Француз, итальянцы два, два турка были, сейчас один остался. Африканец один, из какого народа, хрен знает, да я и не выяснял. Ну и всё.

– Чем с тобой хотели расплатиться магрибцы?

– Золото и двух женщин обещали.

– Ты веришь, что они двух женщин дадут?

– А по другому обмена не будет.

– Андрей, сам подумай, если везде так, что мужчин больше, а женщин меньше, разве стали бы они своих женщин разбазаривать? Я думаю, вас просто хотели кинуть.

– Вполне может быть. Сейчас везде один сплошной риск. Закон джунглей. Марк, а почему у вас женщин больше?

– Не знаю, но у нас как-то так сложилось. Мы из Сибири шли, на бронепоезде. Там мужчин меньше, чем женщин. Да по дороге к нам молодые женщины и девушки присоединялись, особенно если мы их фактически из рабства вытаскивали. А так как мужчин мало, то у нас и женщины в руки оружие взяли. Никто безропотной рабыней быть не хочет.

– Это правильно.

– Так может ты с нами пойдёшь? Жену себе найдёшь, среди наших дам?

– Хорошо бы. Я подумаю.

– Думай.

К нам подошла Рада. Смотрела на Андрея. Улыбалась. Он тоже ей в ответ.

– Привет, красавчик. – Сказала она.

– Привет, красавица. Тебе никто не говорил, что ты ослепительно прекрасна?

– Говорили. Особенно когда хотят в койку затащить и желательно без обязательств. Так чего только не наговорят.

– Ну так всё верно. Мы, мужчины чего только женщине, особенно молодой и красивой не наговорим, главное в койку затащить.

– С тобой всё понятно. Ну бывай, красавчик.

– А может погуляем с тобой. Тебя же Рада зовут?

– Рада. Погулять? Даже не знаю. Чего мне с тобой гулять? Перепихнуться что ли? Так на это я всегда желающих найду. Это не проблема, учитывая сколько тут мужиков и сколько нас, женщин. Так что просто секс, не интересен.

– А давай я на тебе женюсь? – Вдруг сделал предложение Андрей Раде. Она выгнула дугой в удивлении брови.

– Да ты что? Женишься? – Он кивнул. – Как мило. И где жить будем?

– Здесь. Я дом построю. Обещаю.

– Не интересно. Так как жить тут меня совсем не прельщает. К тому же как только наши уйдут, сразу небось хозяина включишь так, что придётся тебя зарезать.

– Ух ты какая! Рада, а если я с вами пойду?

– С нами?

– Да.

– Ну если с нами, то тогда можем продолжить разговор. Мужчина ты, я вижу бывалый, симпатичный. Я тоже не страшила. Так почему бы и нет? Так что думай, Красавчик. – Она повернулась и отошла, виляя бёдрами. Мы засмеялись.

В этот момент у Андрея ожила рация.

– Андре, у нас проблема. – Сказал кто-то по-английски.

– Что за проблема?

– Джустино плохо.

– Не понял. Как плохо?

– Короче, его всего трясёт и температура у него высокая.

– Блин. – Андрей посмотрел на меня. – Марк, меня не выпустят сейчас из больницы. Что делать?

– Похоже, дела совсем плохи. Он тоже как-то попался. Чёрт. Жди тут. – Прошёл в лабораторию. Зотикус лежал на кушетке, укрытый белым медицинским халатом. Я посмотрел на Лиду с вопросом.

– Слабость у него. Что-то случилось?

– Случилось. Ещё одному из команды Андрея плохо. Трясёт его и температура высокая.

Лида замерла.

– Неужели началось? Дьявольщина. У меня вакцина готова будет максимум через 10 часов. Не меньше, а может и больше времени понадобится.

– Но на пару доз у тебя осталось?

– Да, на пару осталось.

– Давай тогда шприц с одной дозой. Сходим с Ольгой. Она инъекцию сделает.

– Хорошо…

Глава 6

Андрей связался по рации с кем-то из своей команды. Сказал, чтобы ждали возле больнички. Сообщил о нас с Ольгой. Ольга положила шприц с вакциной в карман разгрузки. Вышли из здания. По периметру уже стояло несколько человек с оружием.

– Димитрис сказал никого не выпускать. – Поднял руку в останавливающем жесте один из оцепления.

– Нас это не касается. Свяжись с Димитрисом, он тебе подтвердит.

С мэром Тортуги связались. Он подтвердил, что карантин нас не касается. Так же к нам подошёл мужчина, моего возраста, в камуфляже и рыбацкой штормовке. Его звали Луиджи, итальянец.

– Андрей сказал, чтобы я вас встретил.

Он повел нас на причал. В бухте я увидел наш балкер. Блин, совсем забыл. Зашипела рация.

– Марк, это Юрий, приём.

– На связи, Юрий.

– Куда парковаться? Там места почти нет у причалов. Надо, чтобы свои посудины убрали.

– Юрий, пока тормозни. Встань на якорь. Похоже, здесь начался новый этап эпидемии.

– Ты уверен? Не шутишь?

– Да какие тут шутки. Никто из наших больше на берег пока не сходит. Сам постой в бухте. Сначала проясним обстановку, насколько всё плохо.

Луиджи проводил нас до какой-то глиняной хибары. Кивнул на вход. Мы с Ольгой зашли. В хибаре была одна большая комната. В ней лежак, на котором находился мужчина. Он сидел на лежаке, обхватив себя руками, словно замерз. Поднял на нас с Олей взгляд. Лицо бледное. Он дрожал. Ольга подошла к нему, присела на корточки.

– Ты Джустино? – Спросила она по-английски. Тот кивнул.

– Да, синьора.

– Как ты себя чувствуешь?

– Не очень хорошо, синьора.

– Меня зовут Ольга. Я русская.

– Очень приятно, синьора Ольга.

Ольга положила ему ладошку на лоб. Покачала головой.

– Марк, он весь горит. – Сказала она, взглянув на меня. Потом задала вопрос Джустино. – Температуру мерили?

– Мерили, синьора. 39,5. – Ответил он. Его затрясло. Ольга пальцами расширила у него веки, оголяя больше глаза. Сначала один, потом второй.

– У тебя есть повреждения на теле? Царапины, порезы какие-либо?

Джустино закатал рукав левой руки. Там была большая царапина. Красная, воспалившаяся. Оля вновь посмотрела на меня.

– Он попался? – Спросил я, хотя ответ уже знал.

– Да. Увы.

Джустино с тревогой смотрел на нас. По-русски он явно не понимал, но по нашим лицам понял, что всё серьёзно.

– Синьора, я умру? – Спросил он.

– Мы постараемся, чтобы ты не умер. У нас есть вакцина. Но предупреждаю сразу. Тебе будет плохо. Вакцина начнёт бороться с вирусом. И, или убьёт вирус, либо убьёт тебя, если заражение зашло слишком далеко. Решайся, Джустино. Выхода нет. Только эта вакцина сможет тебя спасти.

– Или убить?

– Или убить. Но по другому ты не вылечишься. И если ничего не делать, ты превратишься в мантикору, так мы называем мутов. – Ольга достала из разгрузки шприц. Сняла колпачок с иглы. Посмотрела на Джустино. – Ну что? Чем больше тянешь, тем меньше шансов остаться в живых.

– Ставь. – Он протянул ей оголённую левую руку. Ольга ввела иглу в вену мужчины. Сделала инъекцию.

– Ложись, Джустино. – Она выпрямилась на ногах. Мужчина лёг на правый бок и подтянул колени к животу, приняв позу эмбриона. Мы вышли из хибары. Там нас ждали, как я понял, остальные члены команды, за исключением их капитана.

– Как Джустино? – Спросил один из них на чистом русском.

– Ты русский? – Спросил я его.

– Да. Дмитрий. – Он протянул руку. На вид ему было лет 30. Я её пожал.

– Марк. – Представился ему. – А эта дама моя жена, Ольга. Она сделала Джустино инъекцию вакцины. Теперь осталось только ждать. Он инфицирован. Вакцина либо его вылечит, либо убьёт, как одного из ваших в больнице.

– Совершенно верно. – Поддержала меня Оля. – Заражение в больнице зашло слишком далеко. Ему поставили укол вакциной. Она его уничтожила. Будем надеяться, что в случае с Джустино, она ему поможет. Сейчас в его организме началась борьба с вирусом. По сути, вакцина, это тоже вирус. Это два штамма одного и того же вируса. Только один штамм превращает человека в мута, а второй нет, но даёт ему иммунитет.

– Но раньше такого не было. – Сказал Дмитрий.

– Раньше не было. Нас защищал наш природный иммунитет. Но вирус постоянно мутирует. Сейчас это новый, более качественный вид вируса. И он нашел способ обойти наш иммунитет. Теперь выживут только те, кто имеет прививку от вируса мутов.

– А вы уже поставили себе такую прививку?

– Да. – Ответил я. – У нас почти все уже вакцинировались. Сейчас в больнице идёт производство вакцины. Но она будет готова часов через 10. Не раньше. То, что мы брали с собой, уже закончилось. Так что старайтесь сейчас не заходить сюда в помещение, пока не стало ясно с вашим товарищем. Единственное, что можно ему сделать, это ставить компрессы. Но с этим справимся мы с женой.

Джустино сильно трясло. Он не то, что побледнел, он посерел. Глаза мутные, но в них была боль.

– Я умру? – Прохрипел он.

– Успокойся. Всё будет хорошо. – Говорила Ольга, накладывая холодный компресс на пылающий жаром лоб мужчины. Смерила ему температуру.

– Сорок градусов. – Сказала Ольга.

Провели весь день рядом с Джустино. Ему было плохо, очень плохо. Он даже терял сознание и бредил, говорил что-то на итальянском. К утру следующего дня кризис миновал. Он уснул. К этому времени, у Лиды была готова вакцина. Она сразу стала делать прививки тем, кто был в больнице. Утром мы вернулись в больницу. Увидели возле больницы толпу народа. Они все словно чего-то ждали. Нас пропустили.

– Как Джустино? – Задал вопрос Андрей, стоило нам только войти.

– Кризис прошёл. С ним будет всё хорошо. Ещё пару дней на адаптацию понадобится. – Ответила Ольга. Увидела Марту. – Марта, привет! Как ты себя чувствуешь?

– Лучше всех. Вот только Димитрис никого из больнички не выпускает. Карантин.

– Тебе то можно и на выход. Ты уже не заразишься, даже если тебя укусят или поцарапают. Все, у кого прививки могут не боятся. Димитрис, а ты поставил прививку?

– Поставил. Вчера вечером. Слабость есть до сих пор. Но нормально.

– Сегодня легче станет. – Сказала Лида.

– Возле больницы народ скопился. – Пояснила Ольга. Я подтвердил.

– Лида, у Вас всё готово для вакцинации? – Димитрис посмотрел на нашего вирусолога.

– Да. Только боюсь, одноразовых шприцов не хватит.

– Ничего страшного. Будем использовать одноразовые много раз. Просто прокипятить их и всё. – Ответил мэр Тортуги.

– Надо труп убрать из операционной. – Вступил я в разговор. – И провести там чистку.

– Совершенно верно. – Поддержала меня Лида. – Труп сжечь. Для дезинфекции достаточно будет всё вымыть там хлорным раствором. Хлорка есть у вас?

Димитрис посмотрел на одну из медсестёр.

– Найдём. – Кивнула она.

Труп мы вынесли, поместив его в полиэтиленовый мешок. Сожгли на пустыре за городом. То, что осталось люди Димитриса закопали. Прививки делали всем, так как Совет пяти распорядился, очень жёстко, что вакцину попробуют все. Те, кто откажется должны будут покинуть не только Тортугу, но и остров.

У нас на «Ковчеге», тоже шла вакцинация. Оказывается Рада сняла на свой мобильный смерть инфицированного в операционной. А потом продемонстрировала это, вернувшись, на «Ковчеге». На большом экране, на пароме. Зрелище было жуткое. Взрослые, пока мы находились на рейде Тортуги, поставили себе все. А вот с детьми вышла заминка. Мы не знали, как отреагирует на вакцину детский организм. Первым вызвался Андрейка, пацан, которого мы с Ильёй спасли от людоловов ещё дома, вместе с Ольгой, Георгичем и остальными. Пришёл к Софье сам и попросил поставить ему укол. Мы сомневались, но Лида, вернувшись на «Ковчег» решилась.

– Не думаю, что что-то случится. – Сказала она. В итоге, решили ставить прививки детям 10 лет и старше. Все перенесли вакцину хорошо. Даже слабости у них не было.

Мы тем временем, решали вопрос с бронекатером. Балкер подогнали к пирсу. Для этого местным пришлось убирать свои баркасы и небольшие рыболовецкие корабли. Потом, насыпали в мешки по 50 килограмм зерно, кукурузу и чечевицу. Складывали на поддоны и переносили краном балкера на пристань. Местные уже увозили мешки к себе. Провозились два дня. За это время, мама, Стас и Василий смотрели, что можно взять нам на торгу. Закупились свежим мясом. Овощами и фруктами, которых было тут в избытке, всё же это юг и этого добра было достаточно. Оружие, тряпки и прочее игнорировали. У нас у самих всего этого было навалом. Залились дополнительно водой и заправились соляркой. Народ на Тортуге суетился, словно ничего не произошло. Перед тем, как уйти из Тортуги, я вызвал на разговор Андрея.

– Ну что ты решил? Идёшь с нами или нет?

– Я тут поговорил со своими. – Он замолчал, глядя на меня. – Короче, мы идём.

– Твои все идут?

– Да, все. Но мы дробится не будем, Марк. У тебя же по бригадам. У тебя свои, у Василия, как я понял и у Стаса. Своего рода группировки.

– Ну да. Вопросы безопасности на мне. Мои приказы исполняются, Андрей. И это без вариантов. Вопросы обеспечения, продовольствия и прочего на гражданской администрации. Это решает моя мать и Стас. Они за это отвечают. На сушу, на мародёрку выходим своими группами. Каждый действует по своему усмотрению, но постоянно надо находится на связи. Сам понимаешь, если вдруг, что случится и нужна будет помощь.

– Понимаю. И это правильно. Как нас распределишь?

– На балкере пойдёшь?

– Пойду.

– Мы там установили крупнокалиберные пулемёты. Я думаю, что этого достаточно. В крайнем случае, вас прикроет корвет и «Ковчег». – Андрей кивнул.

– Мы со своего снимем наше вооружение. У нас тоже пара пулемётов стоит М2 «Браунинг», плюс один 25-ти миллиметровый автомат, как на бронекатере. Его можно на балкере установить.

– Хорошо. Сколько тебе надо будет времени на всё про всё?

– Да сегодня до ночи успеем.

– Тогда перебирайтесь на балкер. Переносите своё имущество туда. Завтра утром выходим. Здесь мы все свои дела сделали.

За это время, Георгич с ещё тремя мужиками-мастеровыми, осмотрели бронекатер. Решили сделать тележку. Каркас жёсткий. Внутри каркаса валики, на которые должен был вставать бронекатер. По этим валикам он и должен был скользить тогда, когда его спускали с пандуса парома на воду и точно так же обратно, когда его вытаскивали из воды на тележку с помощью лебёдки. Днище корпуса бронекатера, таким образом, не повреждалось бы. Плюс у тележки были и наружные колёса, на которых она передвигалась внутри парома и по пандусу. Всё просто и функционально.

В течении дня, Андрей со своими перебрались на балкер. Перетащили туда своё имущество – одежду, продукты, оружие. Установили на палубе балкера на носу 25-ти миллиметровую автоматическую пушку. Добавили ещё по крупнокалиберному пулемёту на каждый борт на турелях. Плюс пару пулемётов меньшего калибра.

Пока Андрей со своими обустраивался на балкере, Рада наведалась на зерновоз. Сидела в капитанской рубке и активно общалась с парнями. Во всю смеялась над их шутками и сама шутила.

– Рада, скажи, – обратился к ней Луиджи, – а у вас там, на «Ковчеге» есть еще девушки?

– Конечно, есть. Что, милый, сладкого хочешь? – Мило улыбаясь, спросила она итальянца.

– А кто не хочет? Мы и пошли с вами потому, что у вас женщин больше, чем мужчин. Нам так Андрей сказал. – Ответил он.

– Женщин то больше, всё верно. Вот только Андрей вам не говорил, что у нас не бордель? А мама Вероника, смотрит за этим делом очень строго. Хочешь сладкого, да ради бога, хоть каждый день и каждую ночь, но сперва будь добр, женись. Женишься вот тогда и сладкого море. Не женишься, извини. Полезешь в наглую и уж не дай бог против воли женщины, яйца отрежут. – Всё так же мило улыбаясь сказала она. Взяла яблоко, отрезала от него ножом кусочек и стала аппетитно и сексуально кушать. Те, кто в этот момент находился на капитанском мостике засмеялись.

– Да я не против. Мне уже за тридцать. До всего этого не был женат, а потом как-то женщин мало стало. Жениться проблема.

– Ну раз не против, тогда добро пожаловать на «Ковчег». У нас там танцы бывают. Вот и познакомишься там. Может и найдёшь ту, которая станет тебе женой.

– Рада, а что значит жениться? Разве сейчас это имеет какое-то значение? – Спросил Андрей, присаживаясь с девушкой рядом. – Ну я понимаю раньше, когда брак подразумевал юридические последствия. А сейчас?

– А сейчас тоже. У нас так. Даже свидетельство о браке выдадут. И церемонию бракосочетания проведут. Всё, как полагается. За это мама Вероника отвечает. – Ответила Рада. Мужчины переглянулись.

Я со своими и Юрий Николаевич перешли назад на «Ковчег». Балкером теперь рулил Андрей со своими. Колосов вновь стал капитаном парома. Для меня это было очень хорошо. Да и мужиков прибавилось, что тоже не могло не радовать. А то мама уже устала разгребать бабские дрязги из-за мужчин.

Люся с Лёней всё же побывали на Тортуге. Не мог я её не взять с собой, так она на меня жалобно смотрела, когда после снятия карантина прибыл на балкер. Они с Лёней шарились по всей Тортуге. Всё облазили. Местные были заранее предупреждены, чтобы не делали резких движений и не вели себя по отношению к этим двоим агрессивно. В таверне у Марты Люся с Лёней наелись от пуза мяса и рыбы. Я расплатился. Марта с интересом смотрела на Люсю.

– И правда косички заплетены. – Усмехнулась она.

– Ну а как ты хочешь? Люся ведь женщина тоже. И ничто прекрасное ей не чуждо, особенно, если дело касается моды и быть красивой.

Люся и Лёня с интересом осматривали чучело акулы. Переглянулись друг с другом. Потом посмотрели на меня с вопросом.

– Что? Удивлены? – Усмехнулся я. – Я тоже был удивлён. Это же надо, какой монстр получился.

А ещё, впервые здесь на Тортуге, я увидел серебряные монеты. Нет, я серебряные монеты и раньше видел. Просто это были местные монеты, небольшого достоинства. Они сами их делали из серебряных украшений. Назывались форинты. Что-то знакомое. Вспомнил, форинт это валюта Венгрии была.

– Почему форинт? – Спросил я Димитриса, держа пару серебряных монет в руке.

– А их делать начал один венгр. Матьяш его звали. Раньше неразбериха была, платили всем, чем придётся. Иногда из-за этого конфликты случались. Он притащил из Турции пресс. Небольшой такой. К нему стали отвозить серебряный лом или слитки, которые находили на материке. Он плавил и штамповал монеты. Небольшого достоинства. Зато торговля стала более упорядочена.

– Но мне сказали в начале, что можем расплатиться тем, что у нас есть. – Сказал я Димитрису.

– Всё верно. Вы же не планировали осесть здесь или где-то поблизости. Зачем вам в таком случае форинты? Это те, кто сюда приходит меняют мародерку на форинты. Либо меняют бартером. Но с форинтами удобнее. Он и назвал монеты форинтами. Если что-то крупное, тогда и договариваются именно на бартер. А так, в таверну зайти, девочку снять на ночь, или что по мелочи купить, то форинты идут очень хорошо. Это гораздо удобнее.

– И где этот Марьяш?

– Не знаем. Три месяца назад пошёл на материк, в Грецию, надо было ему там что-то. Да так и не вернулся. Никто не вернулся, кто с ним пошёл. А мы стали сами их штамповать. Назначили ответственного, вот они и ещё пара людей штампуют их.

– То есть, ими в округе можно расплачиваться?

– Ну да. На островах Эгейского моря, где живут люди, наши форинты имеют хождение. Дальше не знаю. Скорее всего нет. Теперь у каждого анклава свои системы расчёта.

– Почему именно форинт? А не, например, доллар, евро, гульден или талеры? – Я усмехнулся. Димитрис пожал плечами.