355 500 произведений, 25 200 авторов.

Электронная библиотека книг » Олег Авраменко » Первозданная. Дилогия » Текст книги (страница 15)
Первозданная. Дилогия
  • Текст добавлен: 7 октября 2016, 17:45

Текст книги "Первозданная. Дилогия"


Автор книги: Олег Авраменко



сообщить о нарушении

Текущая страница: 15 (всего у книги 61 страниц) [доступный отрывок для чтения: 22 страниц]

– Но почему вы не остановили леди Риану? – спросил Шимас. – Почему не попросили никому не писать обо мне? Нужно было объяснить, как это важно.

– И рассказать ей, что по Кованхару свободно разгуливает высокопоставленный черный? – Леди Айлиш покачала головой. – Нет, ни в коем случае. Тогда уж точно ничего не удастся скрыть. А пока я сосредоточила внимание Рианы на Пророчестве. Существует большая вероятность, что она не обмолвится о вас ни словом, так как захочет выдать ваше толкование Пророчества о Первой за свое собственное. Я знаю ее с пеленок, Риана вряд ли устоит перед таким соблазном, особенно когда прочитает о многочисленных попытках его разгадать. Она очень амбициозна и тщеславна.

– О… – протянул Шимас. – Хитро придумано!

– Но первенство все равно останется за вами, – заверила его Айлиш вер Нив. – Когда дело с магистром аб Коналом закончится, посвященные в тайну сестры подтвердят, что ваше письмо пришло еще до того, как Риана стала заявлять о своих претензиях на толкование. А в случае необходимости я лично ее разоблачу… хотя предпочла бы этого не делать. Пускай дитя себе тешится, а в учебниках все равно будет написано, что вы стали первым человеком в истории Абрада, которому удалось истолковать неотвратимое пророчество еще до его окончательного осуществления.

– Меня это мало заботит, – сказал Шимас не совсем искренне; он ни в коем случае не собирался уступать свое открытие той молодой длинноногой ведьме, такой нахальной и заносчивой. – Главное сейчас – вывести на чистую воду Ярлаха аб Конала, чтобы я мог спокойно вернуться в Кованхар.

– А вы уже решили, как объяснить свое отсутствие?

 
Шимас немного растерянно пожал плечами:
 

– Много об этом думал, но не придумал ничего умнее, чем сказать, что уцелел после нападения Ярлаха и убежал на Юг, потому что не знал, кому можно доверять. Вот только кто угодно, сопоставив даты, легко поймает меня на лжи.

– А вы расскажите все как было, – посоветовала ведьма. – Просто не упоминайте о потерянных семи днях, этого никто не заметит, и добавьте небольшую выдумку: когда вы очнулись в незнакомой местности, с вами был магистр аб Конал. Он убеждал вас принять Темную Энергию и присоединиться к черным, однако вам удалось отбиться от него и убежать. А детали уже сочиняйте сами.

– Думаете, мне поверят? – с сомнением спросил Шимас. – Как я объясню, что за одну ночь мы с магистром перенеслись из центра Севера в центр Юга? Не рассказывать же мне сказки про Тындаяр… – Он внезапно осекся, увидев, как Айлиш вер Нив утвердительно кивает.

– Да, профессор, Тындаяр. Мы уже оповестили ваш Магистрат, что Враг опять открыл доступ в подземный мир для черных колдунов – если не для всех, то для избранных. Именно таким образом они планировали захватить леди Эйрин вер Гледис…

После этого Шимас услышал сжатый рассказ о событиях на семнадцатой миле Ихелдиройдского тракта. Он понимал, что некоторые подробности ведьма утаила, а местами, возможно, и согрешила против истины, но не стал указывать на мелкие противоречия в ее истории, так как знал, что ничего полезного из нее не выудит.

– Если бы у меня было на несколько дней больше, – сказал Шимас, – возможно, я смог бы предупредить гибель людей.

– А может быть, сделали бы только хуже, – заметила леди Айлиш. – Все эти «если» – очень ненадежная вещь. У меня было время обдумать разные варианты развития событий, и я пришла к выводу, что ваше предупреждение скорее повредило бы, чем помогло. Вероятнее всего, они бы в любом случае остановились на семнадцатой миле, просто тогда бы сестры более бдительно охраняли Эйрин, постоянно держась около нее, и наверняка все вместе попали бы в Тындаяр. Без сомнения, наши враги предусмотрели такую возможность и подготовили какую‑то ловушку – скажем, вроде барьера для носителей пробудившейся Искры. А пока Шайна, Этне и Мораг с ним разбирались бы… Нет, профессор, я даже рада, что ваше предупреждение запоздало. Жаль, конечно, погибших людей, но для меня самое главное, что сестра Эйрин не пострадала. И мало того, обстоятельства сложились так, что теперь она уже не беспомощна и в состоянии сама себя защитить. Тот, кто устроил вам ваше удивительное путешествие, знал, что делает.

– А у вас есть предположение, кто бы это мог быть? – поинтересовался Шимас.

Айлиш вер Нив сложила на коленях руки и сосредоточенно посмотрела на него.

– Что не Создатель – это точно. Даже не тешьте себя такой мыслью. Если Дыв существует, а это еще не доказано, то Он является стратегом, а не тактиком. Он может перенести в другой мир целый остров, населенный людьми, чтобы было кому биться с нечистью. Может отправить на землю ведьмовские Искры – или одну Искру, Первозданную, – чтобы дать людям оружие для их борьбы. Но Он не станет вмешиваться ради спасения одного, пусть и выдающегося человека. Точно так же как полководец, командующий целыми армиями, не бросится в гущу битвы из‑за одного из своих солдат. Лично я считаю… но имейте в виду, я буду отрицать свои слова, если вы их кому‑нибудь передадите… так вот, я считаю, что тут не обошлось без диннеши, Несущих Свет – тех, кого вы, колдуны, называете ангелами.

Шимас изобразил на лице глубокую задумчивость, надеясь, что вышло это у него естественно.

– Среди других я рассматривал и такую возможность. Но диннеши, как известно, являются воинами Последнего Дня, а пока этот день не настанет, они лишь присматривают за миром земным и предпочитают не вмешиваться в ход событий.

Во взгляде зеленовато‑карих глаз леди Айлиш появилось что‑то похожее на уважение.

– А вы не такой невежда, как большинство ваших коллег, – одобрительно произнесла она. – Я всегда потешалась над представлениями колдунов о диннеши. Наверное, поэтому вы и называете их ангелами – за то, что они абсолютно не похожи на наших диннеши… Они правда избегают активного вмешательства в события и, как мне кажется, не отступили от этого правила и в вашем случае. Забросив вас в Тир на х‑Эйдал, они минимизировали последствия своего вмешательства и фактически только спасли вам жизнь. Кстати, из отчетов наших сестер, которые уже десять дней ведут наблюдение за магистром аб Коналом, создается впечатление, что он просто изображает обеспокоенность вашим исчезновением, а на самом деле нисколько этим не озабочен. Такая его самоуверенность ясно свидетельствует о том, что он считает вас мертвым.

– Я помню огонь, – сказал чистую правду Шимас. – Но не стал упоминать о нем в письме, так как совсем не уверен, был ли он в действительности или только привиделся мне.

– Наверное, все‑таки был. А диннеши вытащили вас из огня, позаботившись о том, чтобы магистр этого не заметил. Очевидно, те потерянные вами семь дней пошли на ваше выздоровление. Другого объяснения у меня нет – ведь ничто не мешало диннеши забросить вас еще дальше на юг, в Ан Кавах или даже на Талев Гвалах.

Шимасу оставалось только удивляться проницательности ведьмы, шаг за шагом разгадавшей ту часть его истории, о которой он умолчал.

– А теперь о будущем, профессор, – деловым тоном заговорила Айлиш вер Нив. – Мы не собираемся насильно вас задерживать и скрывать, но были бы вам очень признательны, если бы вы согласились недельку погостить у графа Рагнала. Его я еще несколько дней назад предупредила о вашем прибытии, и он даже распорядился отвести для вас покои – они тут, рядом с нашими. Потом вы спокойно отправитесь в Кованхар, а к тому времени мы, независимо от того, разоблачим сообщников магистра аб Конала или нет, передадим его в руки вашего колдовского правосудия.

– Надеюсь, я не буду единственным свидетелем обвинения, – сказал Шимас. Хорошо хоть в кованхарских судах не давали клятвы говорить правду, поскольку колдуны считали такую присягу нелепицей, не имеющей никакой реальной (то есть магической) силы. – Мое слово против его слова, тем более что после его отстранения я буду одним из главных претендентов на руководство кафедрой… ну, сами понимаете.

– Понимаем. И уверяю вас, что ваши показания станут лишь последним гвоздем в его гроб. Наши сестры уже собрали неопровержимые доказательства того, что магистр аб Конал является черным колдуном. В данный момент речь идет только о том, чтобы его судили не одного.

Шимас в задумчивости потер свой гладкий подбородок. К счастью, он хорошо владел бритвенными чарами, иначе сейчас был бы с двухдневной щетиной, поскольку морская качка несовместима с острым лезвием бритвы. Наверное, поэтому большинство моряков отпускали себе бороды и усы…

– Ладно, я не против немного отдохнуть. Одной неделей меньше, одной больше – уже без разницы. Вот только… Понимаете, леди Айлиш, я не привык к обществу вельмож и был бы рад избежать всех этих великосветских приемов, вечеринок и всего остального.

 
Ведьма кивнула:
 

– Вижу, вы типичный ученый. Можете не волноваться, профессор, вас никто не потащит ни на приемы, ни на вечеринки, ведь граф Рагнал и сам их редко посещает. Это же не Тылахмор, где молодой герцог Довнал каждый вечер устраивает шумные пиры. Он лишь собирает пошлину за пользование трактом, а здешнему графу приходится много работать, чтобы поддерживать порядок и в городе, и в порту. А если не справится и потеряет прибыль, король не станет с ним долго нянчиться, просто назначит в Эврах другого наместника, а за Рагналом аб Мавоном останется только графский титул и доходы от нескольких поместий.

– Ну, тогда… – Тут Шимас замолчал и вздохнул. – Я же совсем забыл рассчитаться с извозчиком! Попросил его подождать и исчез. Сейчас он или проклинает меня на чем свет стоит, или уехал, забрав вместо платы все мои вещи.

 
На лице леди Айлиш появилась искренняя улыбка.
 

– Я об этом позаботилась, – успокоила она Шимаса. – Приказала заплатить извозчику и забрать ваши чемоданы. Они уже ждут вас в ваших покоях.

Вечером Шимас убедился, что Айлиш вер Нив была права. Никто и не думал тащить его ни на какие приемы или вечеринки, никого даже не заинтересовало появление в графском дворце профессора‑колдуна. Эврах был большим городом, тут жило много колдунов, на службе у самого графа Рагнала их было целых восемь, поэтому еще один не стал ни сенсацией, ни просто новостью. Ясное дело, в Эврахе были и черные, и не исключено, что кто‑то из них поддерживал связь с Ярлахом аб Коналом, но тут уже ничего нельзя было поделать. Ведьмы решили пойти на риск и продолжить наблюдение за магистром в надежде, что он выведет их на своих сообщников, а Шимасу только и оставалось, что держаться в тени и не привлекать к себе излишнего внимания.

Впрочем, одна попытка выманить Шимаса в свет все‑таки была, и исходила она от Рианы вер Шонаг. Девушка внезапно стала с ним очень приветливой, попросила прощения за тот неприятный инцидент днем и предложила загладить свою вину, устроив ему знакомство со сливками эврахского общества на премьерном спектакле в самом популярном театре города. В общем, Шимас любил театр, однако предпочитал ходить на такие спектакли, где публику интересовала игра актеров, а не наряды и украшения друг друга. Поэтому он вежливо отказался от приглашения, а уже через полчаса выяснилось, что и Риана передумала идти в театр и вместо этого пригласила его поужинать вместе с ней в ее покоях. Тут у Шимаса не было никаких причин для отказа, он принял ее приглашение и вскоре выяснил, что такая внезапная любезность со стороны длинноногой ведьмы была вызвана не только чувством вины. За ужином она завела разговор о разгаданном им пророчестве, и особенно ее интересовало, как он додумался заменить те два слова. Шимас понял, что замысел леди Айлиш сработал: убедившись, что в исправленной редакции Пророчества о Первой действительно говорится о принцессе Эйрин и Первозданной Искре, Риана не смогла преодолеть искушения и в письмах к ведьмам‑подругам выдала его толкование за свое собственное, а те в ответ стали расспрашивать, как она до этого дошла.

И хотя Шимасу было досадно от такого наглого плагиата, он ничем не выказал своего раздражения и спокойно объяснил ход своих мыслей. А чтобы защитить себя от дальнейших вопросов, подробно растолковал ей все пророчество от первого до последнего слова. Впрочем, Риана была отнюдь не глупа (глупых ведьм вообще не бывает) и сама обо всем догадалась, имея лишь некоторые сомнения касательно последнего пункта. Шимас пересказал ей то, что услышал от Игана аб Кина: еще до того как у Эйрин обнаружили Искру, она мечтала о колдовском даре и очень хотела учиться или в Кованхаре, или на Тир Минегане. А поэтому можно считать, что принцесса Финнела осуществила мечту своей двоюродной сестры, так как сейчас ехала на учебу в Абервенскую школу для девочек‑колдуний.

К сожалению, это не освободило Шимаса от общения с Рианой в последующие дни. Очевидно, кто‑то из ее знакомых ведьм, скорее всего бывшая учительница, приятно удивленная успешным толкованием этого древнего пророчества, стала забрасывать девушку то ли вопросами, то ли заданиями по теории предвидений. Чтобы не осрамиться, Риане приходилось несколько раз в день обращаться к Шимасу за объяснениями, притворяясь, что очень заинтересовалась этой областью магии.

На первых порах он отвечал ей кратко, неохотно, но вскоре начал чувствовать немного извращенное удовольствие от того переплета, в который попала молодая ведьма из‑за своего тщеславия, и стал отплачивать ей тем, что заставлял терпеливо выслушивать целые лекции, посвященные тому или иному вопросу. Риана уже сама была не рада, что надумала украсть чужую славу, однако гордость (или, скорее, надменность) не позволяла ей отступить и признать перед сестрами свой обман. В присутствии Айлиш вер Нив она чувствовала себя неловко и пристыжено и в то же время была необычайно дерзкой, словно пойманный на горячем преступник, который понимает, что ему все равно ничего за это не будет. Ее взгляд словно говорил: «Старейшие промолчали, когда я сообщила сестрам об этом пророчестве, не отважились признать, что скрыли правду. А ты, их верная собачонка, тоже должна молчать!»

Но больше всего Шимаса бесило, что Риана, похоже, была озабочена только тем, что думают о ней сестры‑ведьмы, и не выказывала ни малейших признаков угрызений совести в его адрес. Наверное, не усматривала для себя ничего предосудительного в том, чтобы обмануть дурака‑колдуна, воспользоваться его знаниями, присвоить его заслуги…

Айлиш вер Нив наблюдала за всем этим с полным спокойствием, хотя и не теряла повода завуалированно подшутить над Рианой и ее пылким увлечением пророчествами. На шестой день за совместным обедом, начавшимся сразу после очередной лекции Шимаса, леди Айлиш, словно между прочим, заметила:

– Тебе, Риана, очень повезло с нашим гостем. Я расспрашивала сестер, находящихся сейчас в Кованхаре, и они ответили, что в местном Университете профессора аб Неймана считают самым лучшим специалистом по толкованию пророчеств после руководителя кафедры, магистра аб Конала. Наверное, ты очень жалеешь, что он не собирается задержаться у нас дольше: его уже заждались студентки… Гм. Я была бы рада переманить вас, профессор, в Абервенскую школу, но не буду и пытаться, это безнадежное дело. Вы так верны Кованхару, что вас не привлечет даже уникальная ученица, которая вскоре появится на Тир Минегане.

Ясное дело, Шимас и мысли не допускал, чтобы сменить Кованхар на Абервен. Однако поинтересовался:

– И чего же в ней уникального?

– У нее было пророческое видение о событии, которое впоследствии произошло в ее присутствии.

 
Шимас так и замер с поднятой вилкой.
 

– Вы серьезно?!

– Абсолютно, – кивнула Айлиш вер Нив. – Когда рассказывала о нападении на Ихелдиройдском тракте, я упомянула только то, что появление дочки трактирщика вызвало суету, сорвавшую все планы черных. К этому следует добавить, что девочка выбежала не просто так. С утра у нее было видение о человеке, падающем во мрак Тындаяра, а узнав в нем капитана леннирской гвардии, она бросилась предупредить его.

– Вот это да! – Шимас был ошеломлен. – Значит, она не просто была свидетелем предвиденных ею событий, но и своим вмешательством привела к осуществлению собственного пророчества?

– Именно так, – подтвердила старшая ведьма.

Как уже говорилось, Риана вер Шонаг не была глупой. Это известие произвело на нее не меньшее впечатление, чем на Шимаса.

– Ого! А я ничего не слышала.

– Этому почти никто не придал значения. И Этне с Мораг, и Шайна с Гвен до сих пор считают это случайным стечением обстоятельств. А я не верю в случайные совпадения, тем более в таких критических ситуациях. К счастью, принцесса Финнела взяла девочку к себе на службу, и она едет на Тир Минеган.

– Если это в самом деле было пророческим видением, – медленно произнес Шимас, – тогда вы, без сомнения, нашли уникальную провидицу. Вернее, как я понимаю, ее нашла принцесса Финнела, которая, по словам Игана аб Кина, и сама обещает стать очень сильной колдуньей. Он жалеет, что родители не отпустили ее в Кованхар. Думаю, и мне стоит об этом пожалеть. Теперь даже дважды – и из‑за нее, и из‑за той девочки.

– Зато в Кованхаре есть уникальный толкователь, – заметила Айлиш вер Нив. – Разгадать необратимое пророчество еще до того, как оно окончательно сбудется, – это выдающееся достижение.

После этих слов старшей сестры Риана внезапно заторопилась, быстро закончила обед и, сжимая в руках блокнот с заметками по недавней лекции Шимаса, поспешила к себе. Небось, чтобы написать ответ на очередное письмо.

– Боюсь вас расстроить, профессор, но сегодня утром Риана высказала желание поехать в Дын Гаил… Нет, даже не так. Она не спросила моего разрешения, а просто поставила меня перед фактом. Дескать, одна из двух тамошних сестер присоединилась к сопровождению Эйрин вер Гледис, а Дын Гаил все‑таки столица Тир Алмынаха, это лучше, чем Эврах.

Шимас помрачнел. Дын Гаил находился на полпути от Эвраха до Кованхара, туда вел тот самый тракт. Можно не сомневаться, что эта длинноногая ведьма (конечно же по чистой случайности) отправится одновременно с ним и еще три недели будет надоедать ему своим обществом…

– Риану уже меньше донимают по поводу пророчества, – продолжала Айлиш вер Нив. – Но ей хватило ума сообразить, что без ваших консультаций тональность ее ответов резко изменится, а проще говоря, они станут не такими умными, что вызовет кое у кого подозрения. Но мне кажется, что на Дын Гаиле это не закончится. Риана попала в такую зависимость от вас, что, наверное, решит поехать с вами до Кованхара. А это вам на руку.

– Почему?

– А разве непонятно? Там вы будете на своей территории и если объявите о своем первенстве в толковании пророчества, а она не станет возражать, то тем самым согласится с вами. Если же наберется наглости заявлять о своих правах, вам будет нетрудно уличить ее во лжи.

 
Подумав, Шимас кивнул:
 

– И правда. Это немного утешит меня в дороге.

– Думаю, еще вас утешит новость, – добавила Айлиш вер Нив, – что наши сестры разоблачили трех сообщников магистра аб Конала.

– Кого?

Она назвала имена. О двух первых Шимас никогда не слыхивал или же не помнил их; в конце концов, Кованхар был большим городом, где обитало четверть миллиона людей, среди которых было более двадцати тысяч колдунов. Зато третьего, профессора Фейлана аб Мередида, он хорошо знал – тот работал на кафедре алхимии, был известным специалистом по трансмутации элементов и автором многих новых магических формул.

– Никогда бы на него не подумал, – покачал головой Шимас. – Как, собственно, и на Ярлаха аб Конала… Значит, остается еще как минимум двое.

– Трое, – уточнила леди Айлиш. – Мы уверены, что кроме тех шестерых, убежавших через Тындаяр из трактира, был еще один, находившийся в другом конце тоннеля и не принимавший участия в столкновении. Но так или иначе, мы свое слово держим и не будем просить вас остаться еще на несколько дней. Тем более что послезавтра я отправляюсь на Юг, в Леннир, чтобы поставить в Кардугале дерайтиры для защиты от проникновений из подземного мира. Что же касается магистра аб Конала, то, похоже, больше ни на кого из своих сообщников он нас не выведет. В последнее время он почти ни с кем не общается и вообще не ходит в Университет. Сказался больным, возложил исполнение своих обязанностей на вашего коллегу, профессора аб Махавина, а сам сидит у себя дома… Вернее, делает вид, что там сидит.

– Путешествует по Тындаяру? – догадался Шимас.

– Вне всяких сомнений. Нашим сестрам только дважды удавалось ощутить слабый отголосок использования Темной Энергии в его жилище: он очень мастерски накладывает защитные чары. Но он точно куда‑то ходит через Тындаяр – очевидно, снова что‑то задумал. Дальнейшее наблюдение за ним признано бессмысленным, сейчас все усилия сосредоточены на тех троих, о которых я уже говорила. А через неделю после вашего отъезда в Кованхар все разоблаченные на тот момент черные будут схвачены. Касательно магистра аб Конала старейшие отдали новый приказ, который, возможно, вам не понравится. Его не передадут университетскому Магистрату, а доставят на Тир Минеган для допроса и дальнейшего суда за организацию покушения на леди Эйрин вер Гледис.

Шимасу стало стыдно за чувство облегчения, охватившее его при мысли, что ему не придется свидетельствовать в суде против своего начальника.

– Магистрату это определенно не понравится, – как можно сдержаннее произнес он.

– Ничего, мы договоримся. Для ваших магистров и так будет позором, что среди них затесался черный, поэтому мы предложим им сохранить лицо и представить все так, будто они сами разоблачили и его, и всех остальных, а потом, в качестве жеста доброй воли, передали в наши руки Ярлаха аб Конала – главного виновника событий на Ихелдиройдском тракте.

– А с чего вы взяли, что он среди них главный?

– Полной уверенности у нас нет, но логика подсказывает именно такой вывод. Мы с самого начала подозревали, что Ярлах аб Конал играл в тех событиях главенствующую роль. В конце концов, он магистр, а черные, как вы, наверное, и сами знаете, уважают иерархию, сложившуюся в среде колдунов. Для них магистр есть магистр – хоть в их мерзком братстве, хоть вне его. Во всяком случае, среди тех, кого мы уже разоблачили, он точно главный.

 
Шимас неуверенно кивнул:
 

– Похоже на то, хотя… Перед тем как напасть на меня, Ярлах говорил, что ему не сказали о Первозданной Искре, потому что не сочли нужным. Выходит, над ним стоят другие черные колдуны, более влиятельные, более могущественные, которые отдают ему приказы… – Вдруг он замолчал и вздохнул. – Какой же я недотепа! Ярлах ведь твердил «я», «мне», «меня», и ни слова про «мы», «нам», «нас». Откуда бы ни исходили эти приказы, они адресовались именно ему, ему одному… Все‑таки вы правы, леди Айлиш. Очевидно, среди колдунов, совершивших нападение на Ихелдиройдском тракте, он самый главный.

– А потому, – подхватила Айлиш вер Нив, – наказать его должны мы. И накажем сурово. Чтобы другим неповадно было покушаться на жизнь ведьмы…

«Какие же они заносчивые! – думал Шимас, возвращаясь в свои покои, где его ожидало несколько интересных книг, найденных им в графской библиотеке. – Ну ладно, я согласен – нельзя убивать ведьм. И колдунов тоже. И обычных людей… Но воспринимать покушение на ведьму как покушение на сами основы мироздания – это, по‑моему, чересчур. Неужели им невдомек, что именно из‑за этого мы и не любим их. Из‑за этой их мерзкой привычки ставить себя в центре Вселенной, а остальных людей рассматривать как низших существ…»

Впрочем, Шимас всегда старался быть честным перед собой. Поэтому вынужден был признать, что существовала и другая причина нелюбви к ведьмам. И эта причина никуда бы не делась, даже если бы все ведьмы были белыми и пушистыми, нежными и ласковыми. Каждого колдуна, каждую колдунью в глубине души просто душила зависть к ведьмам, их могуществу, молодости, долгой жизни. А все эти ведьминские заявления о том, что якобы они платят за это высокую цену, были просто смехотворными и больше походили на неуклюжие попытки самооправдания. Шимас без малейших колебаний заплатил бы такую цену. Да он отдал бы все на свете (кроме своей бессмертной души, ясное дело), чтобы родиться ведьмой. В крайнем случае – ведьмаком…

Войдя в свою комнату, Шимас бросил взгляд на перекидной календарь, лежащий на письменном столе. Сегодня было сорок первое монфовира. Через два с половиной дня он отправляется в Кованхар.


Глава XIV

    Ваша оценка произведения:

Популярные книги за неделю