Текст книги "Сделка с драконом, или Целительница его сердца (СИ)"

Автор книги: Оксана Северная

сообщить о нарушении

Текущая страница: 15 (всего у книги 16 страниц)

Глава 57

Глава 57

Я проснулась от того, что кто-то давил мне на грудь, а еще этот некто сопел и тыкался в щеку чем-то мокрым.

– Леди Алисия! – зазвучал нетерпеливый голос над ухом.

Распахнула глаза и тут же уткнулась взглядом в рыжую пушистую кошачью морду. Феликс стоял у меня на груди и нетерпеливо перебирал лапами.

– Леди Алисия, наконец-то!

Кот снова начал топтаться.

– Феликс, я же не когтеточка, – я поморщилась, чувствуя, как голова раскалывается, а перед глазами пляшут золотистые круги.

– Вы помните мое имя! Это прекрасно! – радостно заявил кот.

– Феликс Теамен Голвейр Второй, ты считаешь, что я умом тронулась?

– Я этого не говорил!

– Который час вообще? Я что, проспала начало рабочего дня?

– Не проспали, – кот пробормотал уже менее радостно и спрыгнул на пол.

Поднялась на ноги и огляделась. Оказалось, что я уснула поверх покрывала, в том же платье, что и вчера. Волосы растрепаны, в голове какой—то туман, а в груди странное щемящее ощущение. На полу, прямо на ковре, валялись подсвечники Феликса, те самые, что нашла служанка в ливневке. Вот же неугомонный кот, еще и инвентаризацию устроил в моей комнате.

После возвращения с разборок в госпитале все расплывалось. Кажется, я вернулась в дом Нойлардов, кажется, собиралась что-то сделать… Но стоило попытаться вспомнить, как в висках вспыхивала боль.

– Как же я вчера устала после этого разбирательства в Совете, – пробормотала я, бросая взгляд на часы. – Ладно, еще есть время собраться. Надеюсь, запрет сняли и можно будет работать…

Я уверенно направилась к ширме, но Феликс преградил мне путь.

– Леди Алисия, вы не хотите меня ни о чем спросить?

– Хочу, – я обошла его, распустила пучок и принялась расчесывать волосы. – Зачем вещи по комнате раскидал? И что за страсть у тебя к подсвечникам?

– Это не я раскидал, – кот заявил с готовностью. – Это лорд Нойлард и вы…

В груди что-то болезненно щелкнуло. Вспомнила, что я собиралась сделать! Я собиралась уехать!

– Нойлард? Даже не говори мне об этом му… жлане! – я вспыхнула, чувствуя, как голова кружится при одном упоминании этого имени.

– Только не это, – Феликс замер.

А я схватила свою старую сумку с пожитками и отправилась в ванную.

В голове проносились обрывки воспоминаний, каких—то тяжелых, неприятных мыслей. Дерек специально подстроил эту сделку! Хотел затащить меня в постель, пытался соблазнить, потому что не добился в академии в прошлый раз, манипулировал мной. Привык, что все девицы падают к его ногам. Он даже специально устроил Эдвина в столичный госпиталь, чтобы наша свадьба не состоялась, чтобы я все равно вернулась к «законному супругу».

Нет уж. Нужно уезжать как можно дальше от этого дома. Буду жить в медпункте, пока не подыщу себе квартиру. Спасибо хоть на том, что медпункт на бумагах принадлежит мне.

Поспешно привела себя в порядок и выскочила из ванной комнаты. Феликс ждал у дверей.

– Леди Алисия, – он посмотрел на меня серьезно. – Что именно вы помните?

– Что ты все заладил? Я все помню, – подхватила сумку. – Помню, что этот Нойлард решил, будто ему все можно. Что я – его игрушка. Нет уж!

– Леди Алисия, вы должны все вспомнить… вам нужно срочно… – кот запнулся, а следом из его рта донеслось: – Мяу! Мяу!

– С каких пор ты мяукаешь?

– Р-р-рмр-р-яу! – кот издал какой—то непонятный звук, а затем плюхнулся на пол и из его рта донеслось жалобное: – Мяу!

Похоже, с моим помощничком явно что-то не то.

– Идем, – Я подхватила кота на руки, и он даже не сопротивлялся. – ты наверное, что—то не то слопал. Осмотрю тебя в медпункте, тем более, что муженек тебя на дух не выносит. Как он там говорил? Шапку из тебя сделает!

Я тихо спустилась по лестнице, стараясь ступать бесшумно. Меньше всего на свете сейчас хотелось столкнуться с «муженьком».

Не хотела даже видеть его лица, этой самодовольной улыбки, этих голубых глаз, в которых так легко было утонуть... Стоп. Нет. Никаких глаз. Я злилась на него, очень злилась! И точка.

Документы о разводе отправлю почтой, и чем скорее, тем лучше.

Феликс вдруг дернулся у меня на руках и снова жалобно мяукнул.

– Может, ты валерьянки выпил? – я покосилась на него.

– Фыр! – обиженно и с достоинством донеслось в ответ.

– Ладно-ладно, – я вздохнула. – Не выпускай только когти. Я тебя вылечу, найдем зелье для возвращения речи.

Феликс снова фыркнул, но когти, к счастью, не выпустил. Только прижал уши и уставился куда-то в сторону лестницы. Я тоже невольно посмотрела туда.

Пусто. И все равно сердце неприятно дернулось.

У самой двери я подхватила со столика свежую газету. Надо же было чем-то заняться в дороге. Сунув газету в сумку, вышла на улицу.

Утренний воздух был прохладным и свежим. Солнце только поднималось над деревьями, окрашивая небо в нежные розовые и золотистые оттенки. Я глубоко вдохнула, наслаждаясь свободой. Вот и все. Я ухожу из этого дома, и больше никаких Дереков Нойлардов в моей жизни!

Развернула газету на ходу, и взгляд сразу же зацепился за крупный заголовок на первой полосе: «Дракон стал настоящим проклятьем для фермеров окраин столицы».

Далее шел текст статьи о нападениях на скот, разрушенные дороги. И в самом низу различила надпись жирным шрифтом:«Тому, кто одолеет чудовище, обещана крупная награда. Охота открыта» .

Сердце тревожно сжалось. Почему-то стало трудно дышать. Я подняла голову к небу, и на миг показалось, что в вышине, за облаками, промелькнул черный драконий силуэт. Крылья, длинный хвост, чешуя, вспыхнувшая на солнце.

Моргнула, и видение исчезло.

Показалось, просто игра воображения.

Я резко свернула газету, сунула в сумку и тут же увидела Ника, который спешил ко мне, поднимаясь по лестнице.

– Леди Нойлард! Доброе утро! – он поклонился. – Вы даже не позавтракали!

– Да, много дел сегодня, – я коротко кивнула. – Пожалуйста, подготовьте экипаж.

– Я бы с радостью, но у ворот вас уже ждет экипаж гильдии целителей, – слуга улыбнулся. – Прислали за вами.

– Спасибо, Ник.

Гильдия целителей? Кажется, я знала откуда ветер дует. Похоже, что меня ждет еще одно заседание, на этот раз по ценам! Будут давить на меня, пытаясь заставить поднять расценки или вовсе закрыть мой медпункт. Ну ничего, я справлюсь! Не в первый раз.

– Может, хотя бы булочку с собой прикажете подать? – с надеждой спросил Ник.

– Не стоит! Прощайте, Ник!

Рыжий помощничек на моих руках снова беспокойно заерзал.

– Не начинай, – тихо сказала я ему. – Сначала разберемся с гильдией, потом с завтраком.

Решительным шагом я направилась к воротам.

Экипаж с красным крестом на боку стоял у въезда, лошади нетерпеливо переминались с ноги на ногу. Я подошла ближе, и дверца распахнулась.

Передо мной появился Эдвин. Ну, конечно. Кто же еще? Бывший жених смотрел на меня с легкой, высокомерной, торжествующей улыбкой. Словно кот, загнавший мышь в угол.

– Доброе утро, Алисия, – произнес он мягко, но в голосе слышалось злорадство.

– Что на этот раз? – я прищурилась. – Меня ждут на очередном заседании?

– Какая ты догадливая, – он шире распахнул дверь, приглашающе кивнув внутрь. – Прошу.

Я забралась в экипаж. Феликс, который до этого сидел смирно, вдруг зашипел и выгнул спину, глядя на Эдвина с нескрываемой злобой.

– Твоя зверюшка потеряла дар речи? – усмехнулся бывший.

– Будто тебе есть до этого дело, – я погладила кота, стараясь успокоить.

Экипаж тронулся с места. Колеса мерно застучали по брусчатке. Я прижала Феликса ближе к себе, чувствуя, как он продолжает напряженно урчать.

Я не выдержала первой:

– Так что опять не так? Разборки по поводу цен?

– Мне запрещено с тобой разговаривать, – Эдвин скрестил руки на груди, но не удержался и добавил: – Зря ты приехала в столицу, Алисия. Таким, как ты, здесь не место.

– Еще посмотрим! – я выпалила и демонстративно перехватила газету, отгораживаясь от него бумагой как щитом.

Начала листать страницы, ища объявления о квартирах. Все-таки придется снимать жилье. Не могу же я вечно жить в медпункте. Феликс тем временем принялся изучать обстановку, недовольно ворча.

Мой взгляд заскользил по газетным строчкам, но мысли никак не могли сосредоточиться на прочитанном. Перевернула страницу и наткнулась на раздел светских новостей. Фотография с недавнего дня рождения кузена Себастьяна во всю полосу.

На развороте, рядом со статьей о мероприятии, виднелись несколько изображений с торжества. Я узнала шатры, толпу гостей, и… себя. В объятиях Дерека.

Мы стояли лицом друг к другу, его рука лежала на моей талии, я смотрела на него, и на моем лице играла улыбка.

Танец? Мы танцевали? Почему я этого не помню? Перед глазами заплясали золотые круги. В висках забилась тупая боль. Я зажмурилась, пытаясь прогнать наваждение, и резко отвела взгляд от фотографии.

Сглотнула. Дышать стало тяжело.

– Мяу! – истошно завопил Феликс и внезапно нырнул головой в мою сумку.

– Да что с тобой? – я попыталась остановить кота. – Есть хочешь?

Потянула Феликса на себя и заметила, что в его зубах виднеется листок бумаги. Впрочем, Феликс выплюнул его тут же. Развернула бумажку, взгляд скользнул по строчкам:

«Ты лжец, Эдмунд! Обещал брак, семью, любовь. Но я стала невыгодной партией? Ты опорочил меня, мою честь, мое имя. Что ж, и ты не узнаешь счастья. И никто из твоих потомков! Проклинаю мужчин рода Нойлард! Пусть каждый встретит истинную любовь, но не сможет взять ее в жены. Каждая истинная при первом поцелуе забудет о чувстве, ибо так она спасет свое сердце...»

Дышать стало тяжело. Я не помнила этого текста, вообще не помнила. Откуда он взялся в моей сумке? И почему от него холодеет внутри? Проклятье Нойлардов об истинной любви… В памяти яркими вспышками пронеслись смутные образы. Какая-то лавка, рыжая ведьма с котом на руках…

– Феликс, что это? – выдохнула я.

– Что там твой рыжий питомец откашлял? – снисходительно заговорил Эдвин. – Комок шерсти?

Феликс зашипел, его шерсть встала дыбом, мгновение… и он бросился на Эдвина.

– А-а-а! Уйми свою зверюгу! – взвизгнул бывший жених, отбиваясь.

Рванулась к Феликсу, пытаясь оттащить его от Эдвина, но кот вцепился в рукав бывшего жениха когтями и стоило дернуть, как ткань затречала. Экипаж трясся, Эдвин верещал, Феликс шипел.

– Феликс, прекрати! Пожалуйста!

Дернула кота на себя, он наконец, разжал когти, да так резко, что я по инерции отлетела назад, врезалась спиной в стенку экипажа… В голове загудело. Но тут же до ушей донесся странный рев. Следом кабина экипажа вильнула, накренилась, раздался жуткий треск, и мир перевернулся. Пол и потолок поменялись местами. Что-то грохнуло, что-то хрустнуло, меня придавило чем-то мягким, теплым и отчаянно верещащим. Еще толчок, и дышать стало легче, но двигаться по—прежнему не могла.

– Слезь с меня! Ты меня раздавила! Тяжелая, как мешок с зерном! – завопил Эдвин, пытаясь выкарабкаться из-под меня.

– Это я-то тяжелая?! – я с трудом разлепила глаза. – Убери свои руки с моей груди!

– Да пожалуйста! А ты, кажется, сломала мне ребро! – продолжал верещать Эдвин.

Я, кашляя и отплевываясь, выползла из искореженной двери экипажа на четвереньках. Пыль стояла столбом. Следом выбрался Феликс, встряхнулся, чихнул и негодующе уставился на меня, при этом мысленно отчитывая меня явно нецензурно!

Итак… где мы? Экипаж лежал на боку посреди какой—то пыльной проселочной дороги. Вокруг деревья, через которые виднелись покосившиеся заборы ферм, домики, распаханные поля, женские фигурки, работавшие над урожаем.

Что произошло? Почему возничий потерял управление? Может, это из-за того рева… Ох, неужели тут кто-то из диких зверей?!

Тем временем Эдвин кое—как выбрался наружу, цепляясь за колесо. Его обычно идеально уложенные светлые волосы сейчас стояли дыбом, на щеке красовалась свежая царапина, а костюм выглядел так, будто его сняли с уличного бродяги.

– Могла бы и помочь! – взвизгнул Эдвин хватаясь за бок, при этом пытаясь поправить волосы. – Между прочим, это ты меня прибила своим телом! Я едва богам душу не отдал из-за тебя и твоей зверюги!

От его слов стало совсем мерзко. И как я когда-то могла его полюбить вообще?!

– Ты рехнулся, Кларк? – я поперхнулась от возмущения, поднимаясь на ноги и отряхивая платье. – Экипаж перевернулся потому что возничий что-то услышал!

– Твоего кота он услышал! – Эдвин ткнул пальцем в Феликса, который рычал, сверкал зелеными глазами и вообще готов был вновь рвануть на этого нытика. – Я подам на вас в суд!

– Ну да, сейчас самое время!

Эдвин набрал в грудь воздуха, чтобы ответить, но не успел.

Из—за перевернутого экипажа выскочил возничий, при этом его глаза были размером с блюдца, лицо побелело. Он поднял дрожащую руку и указал в небо.

– Д-д-дракон! – выдохнул он дрожащим голосом.

Глава 58

Глава 58

Резко развернулась на месте и замерла.

С неба на нас стремительно опускалась громадная черная тень. Огромные крылья заслонили полнеба, солнце исчезло, и мир вокруг потемнел, словно наступили сумерки.

Я стояла и смотрела. Сердце пропустило удар, а потом забилось с такой силой, что казалось, вот-вот выпрыгнет из груди. Что-то в этой тени было знакомым, будто я уже видела этого дракона.

– Ма-маочки… – пискнул Эдвин и спрятался за перевернутый экипаж. – Я слишком молод, чтобы умереть!

Феликс, замерший у моих ног, издал звук, похожий на ехидный смешок.

Один удар сердца, и дракон опустился на землю. Меня обдало порывом горячего ветра, пыль взметнулась с дороги, юбка облепила ноги. Лошади заржали так отчаянно, что возничий наконец очнулся и бросился к ним.

– Тихо! Тихо, проклятые копыта, стоять!

В ответ одна из лошадей попыталась встать на дыбы.

Но все происходящее вокруг казалось каким-то далеким, неважным. Я не могла сдвинуться с места, вглядываясь в золотистые глаза дракона, расчерченные вертикальным зрачком. В черные чешуйки, отливающие темным серебром в дневном свете, в шипы на его спине.

Дракон смотрел прямо на меня. И в этом взгляде не было ни злобы, ни угрозы. Было что-то в его взгляде, от чего сердце сжалось так сильно, что стало трудно дышать.

И в этот момент виски пронзило острой болью. Перед глазами заплясали золотые круги, рисуя в мыслях странные воспоминания. Черные чешуйки под воротом рубашки, голубые глаза, которые превращаются в золотые драконьи.

Ноги будто свинцом налились, голова кружилась. Золотые вспышки бились в висках, путались с реальностью. Дракон… Нет. Не просто дракон.

Сделала шаг к нему навстречу, и как раз в этот момент из-за деревьев вдруг раздался возглас:

– Впере-ед!

– Целься в крыло! Он наш! – вторил другой грубый мужской голос.

– За него обещали мно-ого золота!

На опушке, между стволами, появились люди. Мужчины в кожаных куртках, плащах с капюшонами, с арбалетами, металлическими сетями, вилами и длинными копьями, на наконечниках которых мерцала бледно—синяя магия.

– В сторону, мисс!

Меня грубо оттолкнули, так, что я едва устояла на ногах. Дракон встрепенулся, издал оглушительный рев и рванулся в небо. Крылья распахнулись, поднимая ветер, и тут же засвистели арбалетные болты. Один, второй, третий… десяток, не меньше!

– Нет! – мой крик утонул в грохоте выстрелов. – Не нужно! Не стреляйте!

Я кинулась вперед, но чья—то рука перехватила меня за локоть, дернула назад. Эдвин. Бледный, с трясущимися губами, он смотрел на меня как на безумную.

– Ты что, ненормальная?! Это же дракон! Он тебя сожрет!

– Он не чудовище! – я вырвала руку из его хватки и бросилась к охотникам.

– Чокнутая! Ты чокнутая, Алисия! – донеслось мне в спину и следом: – Ай! Мерзкий кот, опять ты…

Но я не слушала. Взгляд цеплялся за фигуры охотников, стрелявших в небо, за дракона, издававшего яростный рык.

Почему он не улетает?!

В мыслях все смешалось. Собственные эмоции стали какими-то чужими, неискренними. Я злилась на Дерека? Вроде бы, да, но… Сейчас это все не имело значения!

Подлетела к ближайшему охотнику и вцепилась в его плащ:

– Прошу вас, не стреляйте! Я – леди Алисия Нойлард, а там, в небе, мой муж…

Охотник медленно развернулся, откидывая капюшон, и я отшатнулась, встретившись взглядом с холодными, торжествующими глазами кузена Себастьяна.

– Мне это известно, – произнес он негромко, и его губы растянулись в улыбке, от которой у меня в груди все заледенело.

– Вы?! – выдохнула я, пятясь.

За спиной воздух содрогался от звуков сражения. Дракон ревел, полыхнуло пламя, кто-то из охотников закричал, но все это тонуло в ледяном ужасе, сковавшем меня перед этим человеком.

– Мой дражайший братец стал опасен для общества, – сказал он почти сочувственно. – Как и его чокнутая жена. Печально, но что поделать.

Себастьян приподнял арбалет, направляя его точно мне в грудь.

А мои мысли прошило от осознания. Мистер Гроутер оказался здесь не случайно! Это он все подстроил! Он велел Эдвину забрать меня из дома, подстроил крушение экипажа, наверняка зная, что Дерек… дракон будет следить за мной.

Ведь проклятье реально. Оно сработало. Хоть память и путала воспоминания, но я точно знала, что все происходящее подстроено одним человеком.

– Вы не в себе, мистер Гроутер, – проговорила я, отступая на пару шагов. – Вы же не можете убить меня у всех на глазах.

– Полагаете? – он коротко рассмеялся, следя за моими передвижениями арбалетом. – Кто это заметит? Жена бросилась защищать мужа—монстра и пала жертвой, скажем, его же когтей. Никто не станет разбираться, я вас уверяю.

Его палец лег на спусковой крючок.

– Ничего личного, Алисия. Вы просто встали на моем пути.

Раздался щелчок, и болт сорвался с тетивы. В ту же секунду я со всех ног рванулась в сторону, зажмурившись и понимая, что болт точно быстрее.

Но удара не последовало.

Передо мной, заслоняя собой небо, рухнул дракон. Земля содрогнулась, взметнулся вихрь пыли и ветра, и меня отбросило на дорогу. Я упала на спину и от удара из меня выбило весь воздух из легких. Но все же мне удалось приподняться. Дракон лежал на боку, его грудь часто вздымалась.

Вокруг улюлюкали охотники. Свистели новые болты, пронзая крылья, и дракон уже не мог взлететь. Его рев превратился в хрип, лапы царапнули землю.

– Нет, нет, нет… – прошептала я, бросаясь к нему.

Секунда, и я прижалась всем телом к чешуе дракона. И стоило моей ладони коснуться теплой, дымящейся шкуры, как сознание взорвалось.

Танец под звездами. Сильные руки на моей талии, смех, огоньки. Подставка из разноцветных стекляшек в его ладони. «Свою победу я посвящаю тебе!» Его губы на моих. Жаркие, отчаянные, любимые.

Золотая вспышка озарила поляну. Из горла вырвался хриплый крик, потому что чешуя под моими пальцами исчезла, и я схватила пустоту. Дракон пропал.

В столбе пыли и света, которые будто отгородили нас магией от остального мира, на земле лежал Дерек. В изорванной, окровавленной рубашке, бледный как лист бумаги, с арбалетным болтом в груди. Его голубые глаза смотрели в небо.

– Дерек! – я рухнула рядом с ним на колени, вглядываясь в его лицо. – Я здесь, слышишь? Смотри на меня! Пожалуйста, смотри на меня!

Нащупала сосуды, зажала кровотечение. Целительская магия хлынула из пальцев, обвивая рану тонкими золотыми нитями. Второй рукой обхватила древко болта. Сжала зубы, стараясь не думать о том, что делаю.

– Сейчас будет больно, но я должна...

Дернула. Он едва заметно поморщился, но выдохнул лишь простое:

– Лиси…

Отбросила болт и прижала руки к ране, вливая магию, мысленно представляя, как закрываются сосуды, как замедляется кровотечение, ощущая, как его сердце борется за жизнь.

– Тише, не говори ничего. Тебе нужны силы. Но глаза не закрывай, слышишь?! – приказала я дрожащим голосом и чувствуя, как жжет глаза от нахлынувших слез.

Казалось, он не слышал меня. Уголки его губ дрогнули в слабой, почти беззаботной и такой знакомой улыбке.

– А ведь я… сдержал слово, – прошептал он. – Вернулся, чтобы ты вспомнила… Прости меня, Лиси. Я не стал идеальным мужем, я вообще не… идеальный. Прости…

– Прощаю! – я сжала его руку, чувствуя, как по щекам катятся слезы. – Слышишь?! У тебя будет время все наверстать! Ты станешь самым лучшим мужем! Только не закрывай глаза! Я люблю тебя, я так люблю тебя, Дерек Нойлард!

Слезы капали на его лицо, на рану, на мои дрожащие руки. Золотое сияние вокруг нас сгустилось, сплелось с моей магией и его дыханием. Теплая волна прокатилась по телу от самого сердца до кончиков пальцев, и я вдруг остро ощутила его боль, его страх, его любовь. Ощутила так ясно, будто наши души слились воедино.

Один удар сердца, второй. И мир растворился в золотом сиянии.

Казалось, что время замерло, мгновения тянулись бесконечно долго.

В голове пронесся тихий голос: «…Так будет, пока наследник Нойлард не сдержит слово, не пожертвует всем и не получит взамен того, что не купить…»

Дерек сдержал данное мне слово. Пожертвовал всем и получил прощение, любовь, то, что взамен не купить.

Реальность нахлынула вместе с ощущением сильных крепких рук на моих плечах. Я вдохнула запах дыма и знакомый, до боли родной аромат его кожи. Распахнула глаза, Дерек был прямо передо мной. В порванной рубашке, в пыли и крови. Но там, где еще миг назад зияла рана, под разорванной тканью тянулся лишь тонкий золотистый след, быстро исчезающий с каждым его вдохом.

– Лиси, любимая…

Мы поднялись на ноги, а в следующую секунду мои губы встретились с его. Мягко, бережно, нежно… так, словно мы оба боялись, что одно неосторожное движение разрушит это хрупкое чудо. На губах смешались соль слез, вкус дыма и тепло его дыхания, а мои пальцы все еще дрожали, сжимая его рубашку.

Но в следующее мгновение совсем рядом раздался знакомый до отвращения голос:

– Как трогательно. Аж до тошноты.

Звук натягиваемой тетивы заставил все внутри похолодеть.

Дерек одним движением заслонил меня собой.

– Осторожнее, Басти, – супруг проговорил вкрадчиво. – Смотри не поранься. Эта штука опасная, знаешь ли.

– Живучий, гад! – выплюнул Себастьян, и его пальцы сжались на ложе арбалета. – Ты должен был сдохнуть от проклятья! Ты не заслуживаешь ничего из того, что имеешь! Повеса! Ни денег, ни титула… Ты всегда получал все просто так, по праву рождения, а я... я...

– Не захлебнись ядом, братец, – перебил Дерек, и в его голосе зазвенела сталь. – Опусти арбалет, и может тогда я не буду настаивать на казни, обойдемся тюрьмой.

Себастьян зарычал что-то нечленораздельное, вскидывая арбалет выше, целясь Дереку прямо в лицо. Я хотела дернуть Дерека на себя, но тут…

Тут из кустов раздался женский возмущенный голос, который перекрыл весь этот балаган:

– ДА ЧТО Ж ВЫ НАТВОРИЛИ!!!

На поляну, размахивая огромной метлой, словно боевым топором, вылетела… миссис Грэймур. Мать мальчика Ники, женщина, работающая на ферме, делающая самый вкусный сыр и творог! Но сейчас ее чепец сбился набок, щеки пылали от гнева, а глаза метали молнии.

– Весь урожай! – гремела она, надвигаясь на Себастьяна. – Всю капусту истоптали! Всю морковь передавили! Скольким людям я могла продать эту морковь! Скольких накормить! А вы! Вы! Вот вы! Будете держать ответ!

Себастьян моргнул.

Этого мгновения хватило. Дерек стремительно метнулся вперед и одним движением выбил арбалет из рук кузена. Оружие отлетело в кусты, а сам Себастьян, потеряв равновесие, попятился, взмахнул руками, словно ветряная мельница, и бросился наутек.

Бежал он, надо признать, смешно. Капюшон хлопал за спиной, ноги заплетались в длинном плаще, он то и дело спотыкался, а из его рта вырывался тоненький, почти девчачий визг:

– Ты ничего не докажешь! Я...

– Пусть бежит, – процедил Дерек. – От меня ему теперь точно не скрыться.

И тут миссис Грэймур прищурилась, прицелилась и с размаху метнула метлу вслед убегающему кузену. Метла описала в воздухе идеальную дугу и с глухим стуком приземлилась точнехонько на голову Себастьяна. Тот взмахнул руками в последний раз и рухнул лицом на дорожку, подняв облако пыли.

– Тоже мне, охотники на дракона! – фыркнула миссис Грэймур, уперев руки в боки и с презрением оглядывая поле боя. – Да от того дракона меньше ущерба, чем от этих бездельников! Всю капусту, всю морковь... А ведь какая морковь была, сладкая, как мед... – она покачала головой, но тут же взяла себя в руки и повернулась к нам, заговорив с удивлением: – Леди Нойлард, лорд Нойлард! А вы как тут…

– Миссис Грэймур, а мы проезжали мимо и вот… Тут эти охотники.

Кивнула в сторону мужчин, которых, очевидно, раскидало магией. Они собирали свои орудия, бросая на нас взгляды. А еще различила Феликса, который подошел к Себастьяну и деловито его обнюхивал. Эдвин осторожно выглядывал из-за экипажа, оценивая обстановку.

– Так что же? С вами все в порядке? – участливо поинтересовалась миссис Грэймур. – А то вон мой дом…

Дерек притянул меня к себе, обнял так крепко, что я почувствовала биение его сердца.

– О, миссис Грэймур, с нами все в порядке. Лучше и быть не может, – заверил женщину Дерек.

И я была абсолютно согласна с мужем!