Текст книги "Поиск дорог (СИ)"

Автор книги: Оксана Букия

сообщить о нарушении

Текущая страница: 14 (всего у книги 35 страниц) [доступный отрывок для чтения: 15 страниц]

И оставив смущенную напарницу, пошел за Лари. Правда, через несколько шагов Дим все же обернулся.

– Раз – меч – та – ла – сь, – ехидно протянул он.

Бренна спустилась по лестнице на первый этаж. Таких невероятных, сладких, потрясающих сэтов у нее не было уже давно. Огромная комната, стены, обитые шелком, мягкие ковры под ногами, везде лампы, из тонкого, разноцветного стекла, на которые она не могла насмотреться. Купальня с большой круглой ванной.

– Эсси, – хозяин дома почтительно поклонился, – как прошла ваша ночь? Вы выспались? Вы довольны?

– Да, спасибо. Все было хорошо.

– Желаете утреннюю кафу и свежие булочки прямо из печи? За счет заведения – дорогим гостям.

Девушка бросила взгляд за окно. Талла еще только появилась на небосклоне. Перевела глаза на большие часы, висевшие на стене в общей зале, еще есть в запасе мены, чтобы успеть выпить кафу. Побаловать себя еще раз.

– Только если быстро, – строго произнесла она, – у меня мало времени.

– Вы не успеете дойти до столика, а кафа и булочки будут ждать вас, – заверил ее хозяин, – проходите, эсси.

Бренна последовала за мужчиной в другой зал, выбрала глазами один из столиков, села.

Конечно, было то, что портило всю сладость этих сэтов и острыми коготками вины скребло душу. Предстоящая встреча с Димом.

Во-первых, она в запале нарушила один из основных запретов – назвала его настоящее имя. Его Дом один из тех, кого ненавидит и проклинает любой житель деревни.

Во – вторых, пощечина и все те гадости, которые она ему наговорила.

Ведь он дал ей шанс начать все сначала. Изменил ее жизнь. Научил ремеслу, и теперь она более уверено чувствует себя и когда решит уйти из деревни, сможет найти себе занятие, начать все сначала и больше не цепляться за призраки прошлого.

Девушка поправила блестящие, до сих пор пахнущие цветами волосы, закинула длинные пряди за спину. Что надо сделать, чтобы он простил ее?

С такими невеселыми мыслями она протянула руку и взяла чашку кафы.

– Ух ты, какого я вижу! Здравствуй, дорогая!

Глава 23

Дим бросил еще один взгляд на небо. Уже вышли все сроки, как им надо было отправляться в дорогу, а Бренны все еще не было.

– Что будем делать? – Лари стоял у одной из лошадей. Все остальные были на своих местах. – Уже время.

Дим и сам это прекрасно знал. Еще насколько сэтов и сменится патруль на границе, и у них будут проблемы. Бренна эту ситуацию знала, как никто другой, и от нее он не ожидал подобной безответственности, и того что она вдруг начнет вести себя как избалованная маленькая сэя, которая чтобы не творила всегда считает себя правой.

– Лари, сбегай в тот дом, где мы ее вчера оставили, скажи, что мы больше не можем ждать.

И когда парень уже сорвался с места, с досадой щелкнул пальцами, вновь окликая его. Не хватало и его еще потерять. Судя по восторженно горящим глазам и тому, как тот вертел головой весь вчерашний день, это его первая поездка в город. Не дай Боги и этого еще куда-нибудь занесет.

– До границы доедете сами? – спросил Дим у самого старшего из их компании.

Заодно поговорит с Бренной с глазу на глаз, выскажет ей и по поводу вчерашнего, и о том, что она сегодня вытворяет, поставив под угрозу выполнение всей их миссии.

Дав все нужные распоряжения, он поспешил на постоялый двор, где оставил напарницу. Служащий гостевого дома, который радушно встретил его, сообщил, что эсси пьет кафу в обеденном зале, и что Дим сможет найти ее там. Едва контролируя свое бешенство, он повернул туда.

Бренна нашлась за одним из столиков почти в самом центре зала. Рядом сидел Симас Олафури. Дим сжал кулаки, сдерживая себя, выругался.

Девушка соблазнительно улыбалась собеседнику, кокетливо смотрела, хлопала длинными ресницами. Они сидели совсем близко друг от друга, что в империи было бы не позволительной роскошью. Однако в Мюрджене эти двое могли не стесняться такого поведения.

Бренна бросила на него мимолетный взгляд. Подняла руку, поправить волосы, рассыпанные по плечам. На ее запястье Димостэнис увидел браслет, состоящий из переплетений двух энергетических потоков. Воды и воздуха, стихии, которыми в совершенстве владели представители Дома Олафури.

Дим едва не взвыл. Лучше бы они, на самом деле, кокетничали. По-прежнему оставаясь в дверях, чтобы не привлекать к себе внимания, он еще раз оценил обстановку, свое положение, поведение Олафури – младшего, отчаяние Бренны, которое едва уловимой тенью скользнуло в ее глазах. Стиснул зубы. Все дьяволы Бездны!!!

Димостэнис подошел к столику, где сидела парочка, остановившись всего лишь в одном шаге и замер, ожидая пока на него обратят внимание. Симас едва повернул голову, не видя, смотря чуть выше груди посмевшего потревожить его покой.

– Я ничего не заказывал, – пренебрежительно ответил он.

– Я ничего не подаю.

Благородный сэй поднял взгляд на наглеца, посмевшего потревожить его покой. В его глазах отразилась непонимание, растерянность, которые, впрочем, сменились озарением узнавания и бескрайним удивлением.

– Димостэнис Иланди! – воскликнул он и пробежался глазами по лицу старого знакомого, по недорогой, нелепой одежде, вновь поднялся к лицу. – Выглядишь не очень, – сделал он свои выводы.

– Ничего, – натянул улыбку на губы Дим, – ты не девица красная, как-нибудь переживу твое порицание.

– В Эфраноре только и говорят о том, что ты избранник княжны Эйлин, и уже ждали тебя как князя Мюрджена. А ты оказывается в подавальщики устроился. Что и из второго дворца выгнали?

– Негоже благородным сэям слухам верить. Тем более на твоей службе.

– Возможно. Только это больше не твоя забота. Как ты верно выразился – моей службе.

Дим пропустил этот укол мимо себя, так же, как и предыдущие. Зря этот благородный ишак думает, что его могут тронуть такие мелочи. Дела давно ушедших дней.

– Вот и отлично, – усмехнулся он. – Иллюзии вещь интересная, главное суметь вовремя от них избавиться. Собственно, я пришел за ней.

Симас повернулся к Бренне, потом снова к нему.

– Вы что вместе?

Дим кивнул. Олафури издевательски засмеялся.

– Здесь ты тоже остался не у дел. Прекрасная сэя только что мне обещала свою благосклонность и, если бы ты не перебил нас, она бы уже доказывала мне это в комнате наверху. Зачем такой девушке нужен неудачник вроде тебя?

Бренна страдальчески закатила глаза. Дим понял, что Олафури не лжет. Судя по кокетливым взглядам и соблазнительным улыбкам, которые она ему расточала не так давно, так оно и было. Разорвать плетение, состоящее из силы двух стихий, у нее не было возможности. И хоть у Бренны хороший потенциал, и она прирожденный боец, но ее сил не хватит, чтобы противостоять одному из самых сильных шактов в империи. Видимо, она решила прибегнуть даже к таким методам, чтобы попытаться сбежать от столь навязчивого кавалера.

– Ты же знаешь, что не имеешь право надевать на нее этот браслет. Она не преступница, к тому же достигла аров своей самостоятельности и может делать, и жить, где она захочет и как захочет.

– Однако ее Дом будет благодарен, если я приведу их блудную дочь. Мне важно иметь влиятельных союзников.

С этим не поспоришь. Да и кто обвинит Олафури в том, что он превысил свои полномочия? Разве что сама Бренна. Вряд ли ее будут слушать.

– Как мне будет благодарен его величество, когда я приведу во дворец тебя. Он давно уже хочет тебя видеть.

Тут уж Дим не удержался и фыркнул.

– У меня своя дорога.

– Все же думаю нам по пути.

Димостэнис почувствовал, как открылась дверь, обернулся. Шесть человек из элитного подразделения гвардейцев его императорского величества. Каратели.

Отлично обученные, сильные шакты, получившие навыки в боевых классах.

Дим медленно повернулся к Бренне. Поймал ее взгляд. Едва заметно прикрыл глаза. Вот и настало время узнать, как они научились понимать друг друга.

Девушка откинулась назад и выставила руку с браслетом, так чтобы хорошо была видна энергетическая нить, связывающая ее с Олафури. Димостэнис ударил по ней, легко оборвав их связь и освобождая пленницу.

Бренна резко упала на спину вместе со стулом, перекувырнулась через голову, уходя в сторону от своего конвоира и ударила его одной из своих сильных боевых формул. Олафури вскрикнул и отлетел в сторону, отвлекаясь от Дима.

Тому же сейчас было не до них. Каратели сначала слегка опешившие, быстро пришли в себя и готовились выполнить приказ. Верные псы императора, неукоснительно выполняющие его распоряжения. И по тому как те плавно освободили моргены[10] из защитных чехлов, прикрепленных за спиной, этот приказ Аурино на самом деле отдал. Доставить его во дворец.

Пусть Клит уже предупредил Дима об этом, принятое его величеством решение было неприятно, к тому же, как оказалось, доставляло много лишних хлопот. Вступать же в бой с шестью представителями лучшего боевого подразделения, которые помимо превосходного владения оружием, являются еще и сильными одаренными, было даже не хлопотами, а настоящей проблемой. К тому же за спиной остался Олафури, которого Бренна пока еще отвлекает, но долго это не продлится.

Выбора не было. Его не учили, как правильно пользоваться своим даром. Все, что он умел, узнал сам, опытным путем. Спотыкаясь и набивая шишки. Как слепой щенок. Наугад, по наитию вместо знаний. Используя чутье там, где нужны были навыки и опыт.

Дим закрыл свой хьярт, отрезая себя от энергопотоков, не видя их и не чувствуя. Воздух был густ от скопившейся в нем силы. Нити, нити, нити, десятки нитей, которые вились в клубки формул. Плетения, как сеть, раскинутые в тесном зале. Как обычно, Димостэнис растворился в этом буйстве стихий, видя все вокруг сквозь призму серебра. Аккуратно потянул сеть за один конец, соединяя нити, набрасывая их на людей. Резво отпрыгнул в сторону, когда один из них все же понял, что творится что-то не ладное и попытался разорвать ставшим вдруг вязким воздух.

Поздно.

Дим уже сделал это. Поймал их в ловушку. Энергетические нити плотным коконом связали шестерых противников, не давая им двинуться. Эффективно, но не долговечно. Пока он может держать концы сети и удерживать стихии в связке. Однако, как только он потеряет контроль, капкан распахнется, и он останется один на один с шестью разъяренными противниками.

К тому же за спиной остался главный враг.

Димостэнис успел в тот момент, когда Бренна попыталась атаковать очередной раз, но Олафури плавно ушел от удара, словно играя с ней, крутанув в руке жезл похожий на моргены карателей. Только его шест был односторонним и заканчивался не заточенным острием, а невзрачным, неказистым камнем.

Девушка стремительно повернулась, вновь переходя в нападение, открылась, неудачно подставившись под удар. Дим видел, что сейчас произойдет, но уже ничего не успевал сделать, и Симас со всей силы ткнул ее навершием моргена в живот. Именно той стороной, где у него был камень. Бренна пролетела по всему столу, с грохотом сшибая посуду и опрокинув стул, упала на пол и затихла.

Дим прыгнул вперед, запустив во врага, приготовленной формулой и привлекая его внимание к себе. Тот принял удар на морген и вся энергия, которую Димостэнис направил на человека, была погашена камнем.

Симас больше не стал тратить силы на девушку, списав ее со счетов. Повернулся к новому противнику. Дим успел заметить его изумление, когда он увидел карателей, словно застывших мух в вязкой паутине.

– Я повторяю свое предложение, – Димостэнис попытался понять, что с Бренной, но ее из-за стола не было видно, – как ты видишь, помощи тебе не будет. Я заберу девушку, и мы уйдем.

Олафури перехватил удобнее свой жезл. Его глаза горели азартом, и Дим понял, что тот не отступит, и даже не потому, что так стремится выполнить волю его императорского величества. Он хотел победить его. Одержать вверх, и как боевой трофей притащить в столицу.

Симас был сильным одаренным и опытным воином, а Дом Олафури всегда славился своими боевыми классами. Только вот Димостэнис сумел поставить себя выше остальных. Всегда окруженный своей необычной аурой, возможностями четырех стихий, невозмутимой самоуверенностью и превосходством, которое он никогда не забывал демонстрировать окружающим. Естественно плюс его положение при дворе и расположение к нему императора.

И сейчас Олафури горел желанием опровергнуть миф о его непобедимости и исключительных способностях. Он швырнул в соперника формулой, так ничего серьезного, обычная проба сил. Димостэнис легко отразил ее.

– С каких это пор такое рвение на службе? – насмешливо спросил он, не торопясь нападать. Зачем зря разбрасываться силой? Тем более, когда часть ее уходила на удержание карателей в сети. – Когда тебя перестали волновать девицы да выдержка вин в подвалах вашего Дома?

– Как я гляжу, ни меня одного жизнь покорежила.

– В последний раз предлагаю разойтись и идти своими дорогами.

– Ты забываешься, Иланди, ты больше не во дворце и за твоей спиной никто не стоит.

Сколько времени в прошлом ему пришлось потратить, чтобы доказать, что он имеет все основания смотреть свысока не только потому, что он рос с императором в одном доме.

В одно мгновение Дим оказался рядом со своим врагом. Удар кулаком по хьярту, в живот и челюсть, добавил сильное плетение, состоящие из четырех энергопотоков. Аура противника вспыхнула бледно голубым и приняла на себя силу его стремительных атак.

Олафури вскинул на него глаза, но Дим уже ушел вправо, вновь нанося удары: голова, шея, грудь, вкладывая в них силу стихий, желая ослабить его мощный щит, пробить защиту. Олафури резко отклонился, хлестнув противника плетью, сплетенной из двух сильных энергетических нитей.

Димостэнис решивший не тратить силу на защиту, выставил вперед руки, ловя эти потоки, направленные на него. Рванул, обрывая.

Симас слегка покачнулся, отступил на полшага назад. Дим замер, оценивая свое положение и положение противника. Ладони горели, будто с них сняли кожу. Олафури был силен. Димостэнис уже и забыл, когда по-настоящему вступал в бой с таким соперником.

Проба сил была окончена.

Симас провернул в руках морген, направляя его на Дима. Каждый раз таким выпадом приближаясь и норовя хоть немного зацепить. Димостэнис чувствовал эманации силы, идущие от камня. И судя по тому, что случилось с Бренной, лучше было не позволять Олафури дотянуться до него этой пока непонятной штуковиной.

Дим сплетал формулу одну за другой, но все они вязли в прочной защите или разбивались о камень, который Симас проворно подставлял под его удары. Отвечать ответными атаками тот не успевал. Однако его защита была идеальной, и Димостэнис никак не мог найти никакой лазейки, чтобы пробить ее.

Олафури прыгнул, взлетев в воздух, уходя от очередного выброса силы, и приземлился совсем близко на расстоянии вытянутой руки, отразил удар и попытался достать врага своим жезлом. Дим прогнулся назад, и камень прошел совсем рядом, едва не задев его. Грудь обожгло. Димостэнис непроизвольно схватился за шнурок, на котором висел его талисман, подарок Олайи, вытаскивая его. У Симаса расширились глаза от удивления.

– Иланди, откуда у тебя амулет? Их всего два осталось с прежних времен, настоящих.

Камень был раскаленный, пекло даже через рубаху.

Олафури воспользовался этой заминкой и перешел в наступление. Он швырялся плетениями, чередуя их попытками достать противника жезлом. Выпад, отскок, силовой импульс, жезл. Теперь уже Диму пришлось уйти в глухую оборону, раз за разом отбивая стремительные атаки и следя за быстрыми перемещениями, чтобы не подставиться под очередной удар.

– Глава рода передает амулет своему наследнику или наследнице, когда тот вступает в свою силу.

Димостэнис упал на пол, резко выбросил ногу, лишая противника равновесия, вновь взвился в воздух, успев уже приготовленным плетением, в которое он вложил большую часть оставшихся у него сил, нанести продольный удар по защите Олафури.

Симас отскочил, наспех латая дыры. Дим не дал ему времени на восстановление и снова атаковал. Противник крутанул морген, делая молниеносный выпад. Димостэнис резко выбросил руку, защищаясь от камня. Тот прошел мимо, но уже в следующее мгновение, обратной стороной жезла Симас подцепил шнурок, на котором висел его амулет и с силой дернул. Подарок Олайи улетел в сторону.

Бессилие навалилось на плечи, придавливая к полу. Он едва сумел отскочить от Олафури, нащупал что-то тяжелое под рукой, швырнул. Глиняный кувшин, разлетелся на осколки от соприкосновения с жезлом.

– Ты самоуверенный безмозглый тупица, Иланди. Кто же вешает такие вещи всего лишь на тонкий шнурок? Не могу поверить! Он у тебя не был ничем защищен. Просто обычный кожаный шнурок!

Откуда ему было знать, что это за камешек такой! Олайя ничего не сказала. Видимо, она и сама не знала, что у нее в руках. Источник силы. Он бросил взгляд туда, куда закатился его амулет. Олафури тоже его видел. Не даст ему даже приблизиться.

Димостэнис был полностью опустошен. Зал после их сражения был выжжен, здесь не было даже крупицы живой силы, которой он мог бы воспользоваться. Ему надо выйти отсюда. На чистом воздухе он сможет призвать стихии. Он чувствовал, как начинают рваться нити, из которых была сплетена сеть.

Пришлось идти на крайние меры. Он закрыл хьярт от контактов с окружающим миром, оставив открытым канал лишь к своему телу. Не имеющий возможности получить подпитку извне, хьярт будет тянуть силу из него. Из его крови, мышц, из плоти, которая еще была пропитана энергией стихий. Позже он с лихвой поплатится за это, но сейчас у него не было другого выхода.

Дим прыгнул, отталкиваясь от стула, ударив коленом по зубам противника, отбрасывая того в сторону, и приземлился за его спиной. Остался еще один рывок. Последний.

Очередная атака Симаса вышвырнула его на улицу вместе с дверью. Его протащило по шершавому песку, сдирая пуговицы с рубахи, кожу со щеки и ладоней. Димостэнис оперся руками о землю, пытаясь хоть немного набраться сил. Сильный пинок ногой в живот перевернул его на спину.

Олафури больше не стал размениваться на пустые слова. Занес морген чуть выше головы и опустил его на своего врага, целясь в хьярт. Димостэнису не оставалось ничего, как вновь выставить руку, пытаясь смягчить удар. Амулет лег в ладонь, щедро одаривая его своей силой. Он почувствовал, как организм с благодарностью отзывается на этот нежданный подарок.

Двумя ногами он пнул Олафури, отталкивая от себя. Тот отлетел, все еще сжимая жезл в руках. Дим поднялся.

– Но как?! – казалось, Симасу было все равно, что происходит с ним, настолько он был потрясен. – Камень отзывается только на кровь предков. Тех, кто когда-то вложили в него силу и запечатали ее для своих потомков. Поэтому он передается по наследству. Никто другой не может воспользоваться этим. Как ты смог?

Димостэнис тоже больше решил не тратить время на разговоры. Он стремительным движением оказался около противника, сделал сильную подсечку, повалив того на землю. Симас, оставшись без камня и без сил, которые он выплеснул на бой, не смог оказать ему существенного сопротивления, хоть и пытался хватать крупицы силы из воздуха, чтобы подпитать свой хьярт.

Дим сел на него сверху, одной рукой схватил за волосы, приподнимая голову, пальцы второй руки положил на горло, медленно, доставляя удовольствие себе и боль врагу, провел по шее, запечатывая на ней сильнейшую формулу.

Спасибо его величеству, что когда-то тот был щедр и поделился с ним некоторыми своими секретами.

Олафури стиснул зубы, стоически перенося все те неприятные ощущения, которые дает ошейник бессилия. Дим повернул его лицо к себе, пальцами надавливая на щеки так, чтобы Симас зафиксировал свое внимание на нем.

– Потому что я – Серебряный! – четко проговорил он. – Передай своему повелителю, чтобы он оставил меня в покое. И тогда может, я тоже забуду о его существовании.

Он встал. Несколько мгновений смотрел на поверженного врага. Потом вытащил пояс из штанов и связал тому ноги, а потом вторым поясом, уже его собственным – руки.

Дим вернулся в таверну. Каратели почти освободились из сети, которая заметно растянулась и больше не могла сдерживать натиск своих пленников. Серебряный без труда стянул концы своего плетения, сейчас сил хватало на многое, скрепив его серебряными скобами. Улыбнулся и подбросил трофей в своей руке. Нашел амулет, который подарила ему Олайя, опустил в карман.

Бренна лежала все там же на полу. Закрытые глаза, спутанные волосы, восковая кожа. Он положил пальцы ей на шею, нащупал едва различимое биение пульса. От его прикосновений девушка открыла глаза.

– Вот вы задали жару, – прошептала она. Улыбнулась. – Где Олафури? Что ты с ним сделал?

– Нацепил ошейник, пусть немного остынет. Мы пока пойдем по своим делам.

Ее руки все еще лежали на животе. Дим осторожно развел их, чтобы понять, как ей можно помочь. Он ожидал увидеть страшную рану, кровь, но ничего не было. Он нахмурился.

– Сначала было больно, – Бренна поняла, чего он хочет. – Сейчас уже ничего не чувствую. Ни боли, ни своих внутренностей, ни конечностей. Едва сил хватает, чтобы языком ворочать.

Сэт от сэта не легче. Здесь нужен целитель и как можно скорее, так как судя по тусклым глазам и мертвенной бледности, которая все больше и больше покрывала ее кожу, дела совсем плохи.

Дим аккуратно приподнял ее за плечи одной рукой, а вторую положил под колени.

– Что ты делаешь? – прошептала она.

– Как что? Пользуюсь твоим беспомощным положением и собираюсь тебя хорошенечко потискать, пока ты опять драться не начала. Надо же поддерживать свой образ коварного соблазнителя и сердцееда.

Она смущенно улыбнулась. Облизнула губы.

– Я свяжу тебе руки, Дим. Судя по тому, что сейчас было, тебя в столице хотят видеть гораздо сильнее, чем меня. Что со мной будет? Папенька поругает. Запрет меня в каком-нибудь отдаленном имении. Лишит всех радостей. Минор-другой и страсти улягутся, контроль ослабнет, и я вернусь за сыном.

– Я не знаю, как будет вести себя твой папенька, но очень хорошо знаю, что такое делать то, чего ты не хочешь и следовать чужой воле. Поэтому, напарница, держись. Мы слава Богам в довольно большом городе, я найду целителя. Только еще чуть потерпи, нам сначала надо отсюда выбраться.

В таверне было безлюдно. Даже подающего за стойкой уже не было. Димостэнис с девушкой на руках вышел во двор, где все так же лежал связанный Симас Олафури.

– Счастливо оставаться, – буркнул Дим и скрылся за поворотом. Затем он свернул еще раз и еще, уходя в нижние районы города, чтобы потеряться. Хотя они и опережали своих врагов, но их преимущество не будет долгим. Как только он отдалится, плетение, держащее карателей, ослабнет, и они легко с ним справятся. Освободят Олафури. Конечно, ошейник ему сможет снять только сам император, но тот и без сил Шакти приложит все свое рвение, чтобы не упустить свою добычу.

Бренна безвольно висела у него на руках, ее дыхание было еле слышным. Сзади послышались шаги. Дим нырнул в арку между двумя домами. Здесь был небольшой дворик. Он аккуратно положил свою ношу на траву, прижался к стене, готовый напасть первым на любого.

– Сэй Иланди, это я, – услышал он приглушенный голос. – Я один. И хочу помочь вам.

Дим осторожно выглянул из своего прикрытия. Человек на самом деле был один. Стоял, ждал его решения.

– Приветствую тебя, Клит. Что происходит? Олафури, отряд карателей, ты.

– Как я заметил, вашей спутнице нужен целитель. Я провожу вас в укромное место и найду того, кто сможет ей помочь.

Дим колебался. Вроде оснований не верить Клиту у него не было, но и особо доверять – тоже. Однако Бренне нужен целитель и это склонило чашу весов в пользу предложения бывшего помощника.

– Идите за мной.

Димостэнис опять подхватил девушку на руки и пошел вслед за Клитом. Тот уверено шел по улицам города, которые уже начали просыпаться и стали появляться люди. Проводник свернул на одну улицу, затем еще на одну, прошел вдоль небольшого сквера.

Наконец они подошли к небольшому особняку, в два этажа, без вывесок и других опознавательных знаков. Лишь название улицы и номер дома.

– Я снимаю комнату здесь, – пояснил Клит, – хозяин, чтобы не платить налоги не афиширует, чем он занимается. Хорошее место, чтобы побыть в тишине и вряд ли кто тебя найдет, если ты сам не захочешь.

Дом был не новый, но внутри все блестело чистотой, пахло свежей выпечкой и кафой. Они поднялись по лестнице на второй этаж. Клит открыл комнату ключом и пропустил своих гостей внутрь.

– Вот, положите ее здесь, – он указал рукой на кровать. – Я пойду за целителем.

Димостэнис кивнул, и когда бывший помощник исчез за дверью, встал около окна, наблюдая за ним, пока тот не скрылся из вида. Если Клит предаст, придется, ох как, не сладко. Однако прорываться из города, когда он был уверен, что уже перекрыты все выходы, да еще с почти бездыханной Бренной на руках, тоже будет нелегко. Взвесив все за и против, он пододвинул один из табуретов и сел все так же у окна, отслеживая, что происходит на улице.

Клит вернулся с целителем не более чем через полсэта. Мужчина деловито подошел к лежащей на кровати пациентке. Чуть приподнял веко, одно, второе, взял за руки, слегка встряхнул, ожидая реакции. Положил кончики пальцев на шею, пощупал пульс, спустился вниз до груди, остановился на хьярте, послушал сердце. Покачал головой. Медленно провел пальцами до живота. Замер.

– У нее разрушен канал, по которому проходят энергопотоки, идущие от хьярта по всему телу. Если говорить проще – хьярт не получает нужную силу извне и берет ее у тела и у всех органов. Если учесть, что хьярт у нее сильный и в момент повреждения, судя по тому, что я вижу, работал в полном объеме, энергии ему требуется много.

– Что теперь делать? – даже не особо разбираясь в целительстве, Дим понимал, что дела плохи. Да и Бренна уже почти не выглядела живой. С серой кожей, синими губами и тенями, залегшими под глазами. Лишь приглядевшись, можно было увидеть, как едва заметно поднимется грудь в такт ее неровному дыханию.

– Я попробую восстановить каналы. Мне нужна полная тишина и покой. Вам лучше покинуть комнату.

Дим не хотел оставлять напарницу одну с незнакомым человеком, пусть даже целителем. Однако Клит уже открыл дверь, показывая, что все же им лучше выйти.

– Он хороший целитель? – спросил Димостэнис, когда они устроились за одним из отдаленных от входа в залу столов и пили травяную настойку.

– Он лучший в этом городе, – уверенно ответил Клит.

– Ты так хорошо знаешь Джарду?

– Я здесь уже пятый день и успел много чего узнать.

– Что-то случилось? Столько имперцев на земле Мюрджена. Олафури, каратели.

– Еще чуть ли не целый взвод законников, – добавил Клит.

Это была плохая новость. Будет непросто уходить.

– Некоторое время назад мы вышли на целое производство по добыче железа здесь в Джарде. Они отсюда, представляете, вывозят во все города княжества. Мы накрыли несколько крупных заводов в Астрэйелле. У них там была тонкая схема разработана. Почти два ара железо вывозилось из империи незаконным путем.

– Зачем княжеству столько железа?

– У них здесь оно широко используется в быту. Однако в долине нет крупных месторождений этого металла.

Дим скривил губы. Неплохо. Мюрджен по дешевке скупал железо, и его смело можно было пускать на подводку воды, на бытовые нужды, на оружие.

– Что с акилоровской сталью? Что с теми шарами со взрывчаткой? Ты узнал? – все же не выдержал, поинтересовался он.

– А вы? – Клит остро взглянул на него.

Димостэнис недоумевающе развел руками.

– Я?! Мне-то теперь это зачем? Меня не интересуют дела ни одного правящего Дома, ни второго.

Клит едва заметно усмехнулся.

Не поверил. Что ж! Однако Дим не собирался говорить ему о том, что знал сам. Не потому, что был на стороне Кари и ее княжества. Раз Аурино посчитал, что теперь может без него, предал, изгнал, да еще устроил на него травлю, пусть теперь сам разбирается со своими проблемами. Его, Дима они больше не интересовали.

– В этот ар его величество собирается устраивать праздничное шествие в честь становления династии? – спросил он о нейтральном, чтобы больше не углубляться в политику.

– Башни отстроены, – кивнул Клит. – Как главную интригу народ ждет появление будущей императрицы.

Бывший помощник понял его маневр и тоже ушел от скользкой темы.

– В чем тайна? Разве его величество не представил свою избранницу на балу цветов?

– В этом и есть главная головоломка. После официальной помолвки ее больше нигде не видели. Она не присутствовала ни на одном празднике, в том числе и праздновании в честь императора, во дворце ее тоже не бывает.

– Где же она? – безразличным тоном поинтересовался Дим. – В чем причина такого поведения?

Бывший помощник пожал плечами.

– В том-то и дело – никто не знает. Народ недоумевает, а заодно радостно придумывает все новые и новые слухи. В основном, что будущая императрица тяжело больна, что император ее прячет, много чего говорят.

– А ты? Ты знаешь?

– Я знаю, что она в семейном имении. И все. Но самый главный слух, и чем дальше время, тем он больше похож на правду, что избранница его величества уже ждет наследника.

– Что??? – Дим аж подскочил, настолько неожиданной для него оказалась эта новость.

Клит едва не выронил чашку из рук.

– Не зря же его величество перенес дату скрепления союза на целый минор позже. Самое время, чтобы ей родить, а потом сами знаете, как это бывает.

Знал. Не первый случай. Императрица дает императору и стране наследника, чуть позже они скрепляют союз, и она уезжает куда-нибудь в глушь на несколько миноров, «поправить здоровье», а возвращается уже с ребенком на руках. Кто будет разбирать, какого он возраста, тем более слухи неугодные императорской семье всегда быстро пресекались.

Димостэнис отставил чашку. Мрачно откинулся на спинку стула. Этот день, начавшийся и без того паршиво, стал самым паскудным в его жизни.

Нет, конечно, он понимал, что это все равно должно было произойти. И какая разница сейчас или несколько миноров спустя. Беспощадная боль скрутила, как тогда, в первый раз, когда она отказалась от него, выбрав себе в избранники другого. Так и теперь, когда он во второй раз потерял ее. Когда она перестала быть лишь его.

– Я закончил, – к ним подошел целитель, – восстановил поврежденные ткани. Теперь ей нужен отдых.

– Сколько? – хмуро поинтересовался Дим.

– Сейчас она спит. Это продлится еще четыре-пять сэтов. Как минимум, ее не надо будить.

Бренна лежала укрытая одной простыней. Он встал, прошелся по комнате, пытаясь забыться, отогнать на себя нахлынувшее наваждение. Немного постоял у окна, наблюдая за прохожими на уже ожившей улице.

«Тебе и не надо будет быть без меня. Я только твоя».

«Будущая императрица уже ждет наследника».