Текст книги "Поиск дорог (СИ)"

Автор книги: Оксана Букия

сообщить о нарушении

Текущая страница: 9 (всего у книги 35 страниц) [доступный отрывок для чтения: 13 страниц]

Улицы Антаклии были так же пусты. Лавки закрыты. Не прогуливались дамы под ручку с кавалерами, томно обмахивая себя веерами. Торговцы не предлагали товар. В таверне в самом центре города, где обычноон ужинал, сидели за столиками всего несколько посетителей. Хозяин обрадовавшийся новому гостю и возможности посплетничать, лично обслуживал его столик, а когда Дим предложил составить ему компанию выпить по бокалу вина, ваджи[8] Мизаритэ принес бутылку «Черной Лозы» за счет заведения и начал изливать свое горе благодарному слушателю.

Помимо того, что уважаемый трактирщик терял золотые каждый сэт, проведенный в пустой таверне и веру в будущий день, Дим узнал, что обстановка в Мюрджене сильно изменилась. После попытки убийства ее высочества по всем крупным городам княжества прокатилась серия покушений на представителей знати. Членов благородных Домов убивали, грабили, запугивали на улицах, в тавернах, в театрах. Однако под расправу попадали не все, а лишь те, кто поддерживал правящий род. На улицах бунтовали, устраивали погромы, стычки с законниками.

Как оказалось, все со дня на день ждали отречения Иасиона от престола и коронации нового правителя. Однако не все подданные долины на троне видели княжну Кари. Вторым кандидатом был молодой лэр Эардоре. Правда, все эти дни Эардоре старший поддерживал Иасиона и объявил о том, что несмотря ни на какие разногласия, произошедшие между их двумя родами, и он сам и его сын всегда буду поддерживать род Эйлин и его право на престол. Что, впрочем, не очень успокоило подданных князя. Народ не верил в правителя, который не смог их защитить.

У Дима от таких новостей закружилась голова.

– Где же сам лэр Эардоре? – поднял он саму интригующую его тему. – Может, это он устраивает волнения?

Мизарите осуждающе посмотрел на гостя.

– Вы не знаете, лэра Янаура, сэй. Те ары, когда он занимал должность первого везеря у его высочества князя Иасиона, были самими спокойными в Мюрджене. Многие ждали, что они заключат союз с княжной Эйлин.

Дим скрыл удивление за вежливой улыбкой. Так вот кто несостоявшаяся кандидатка в избранницы молодого лэра! О которой ему не раз говорил Олгин Эардоре. Вот почему лэрд был так против этих отношений. Не потому что она неодарённая, а князь борец за чистоту крови, а потому что случись этот союз и род Эардоре навсегда останется вторым. Если еще и кровь Эйлин возьмет вверх, то наследники Эардоре станут появляться на свет без дара.

– Так где же лэр? – уточнил он.

– Уже почти как пол ара назад князь Янаур был заключен в темницу.

Дим наблюдал как по широкой аллее, вдоль которой росли исполины-тополя, по вымощенной каменными плитами дорожке, шли стражники. Он вытащил нож, ловко отделив лиану от стены в нескольких местах и продолжил свой путь под зеленым прикрытием.

Что такого сотворил молодой Эардоре, что его уже столько времени держат в темнице? За что князь Иасион наказал своего бывшего первого везеря? Или правящий Дом настолько боится конкуренции в лице лэра Янаура, что даже в преддверии такого важного события не желает изменять свои решения?

Справа от аллеи находилась гигантская галерея, образованная каменными колоннами, поддерживающими ее свод. Внутри стояли статуи богов, рождая своими величественными фигурами целое царство теней. Дим подождал, когда очередной патруль пройдёт мимо и скользнул под прикрытие Зелоса, восседающего на троне и благосклонно взирающего на свои создания. Легко скользя среди темных гулких колонн и сливаясь с многочисленными тенями, Димостэнис добрался до огромного арочного входа в одно из помещений дворца.

У первой двери стоял страж. Дим на мгновение остановился, оценивая ситуацию. По тому как человек подпирал стену можно было сделать вывод, что-либо та очень шаткая и вот-вот должна была рухнуть, либо хранитель порядка беззастенчиво спал на своем посту. Незваный гость покачал головой. В несколько прыжков преодолел пространство до дверей и встал позади стража. Надо было отдать служивому должное, он успел что-то почувствовать, встрепенулся, невнятно всхлипнул, когда его отправили досматривать свои сны.

Дим оттащил бесчувственное тело в галерею, заботливо прислонив к колонне. Зашел внутрь. Здесь было темно и пусто. В передних помещениях дворца слышались голоса, и виднелись отблески света.

Димостэнис развернулся и уже почти не таясь побежал по длинным темным коридорам. Невероятно, когда в стране происходят такие события, огромная часть дворца даже не контролируется. Главный страж ее высочества явно был лишним на своей должности. Имперец добрался до открытой террасы, выходящей на хозяйственные постройки, осторожно выглянул. Свет в домиках уже нигде не горел. Подождал пока приблизятся шаги патрулей и вновь удалятся, подпрыгнул, хватаясь за перила балкона, ловко забравшись на второй этаж. По карнизу перешел до следующего балкона и ушел в коридор.

Здесь уже более отчетливостали слышны голоса, шаги, шорохи, которым дворец был наполнен даже в этот сэт ночи. Димостэнис скользя вдоль стен дошел до очередного окна. На третьем этаже, прямо над ним находились покои княжны.

Стражи неспешно чеканя шаг ходили вдоль террасы, на которой Дим с Кари когда-то курили аргиле. Он осторожно вынул со стены огневик и швырнул его в кусты роз, росших в саду. Сухая трава вспыхнула, привлекая внимание охранников. От стены отделились еще четверо и тоже устремились к источнику огня.

Димостэнис подпрыгнул, ухватившись за каменные выступы, подтянулся на руках, перебрасывая тело через витые прутья, упал на пол, перекатом уходя за самую большую статую то ли Бога, то ли княжеского предка и замер.

Внизу послышался встревоженный шум голосов. Дим нащупал в кармане записку от Кари, в которой она приглашала его на свидание, не поднимаясь и стараясь не выдать себя стал передвигаться ко входу в покои.

Резко распахнулась дверь и на террасу вышел Гард Лорик. Гость вжался в стену, сливаясь с вазами цветов, расставленных по полу.

– Что там? – грозно спросил глава охраны.

– Эсса Лорик, тут какие-то хулиганы бросили огневик через забор. Я отправил двоих за стену. Еще четверо осматривают сад и территорию за ним.

Гард пробормотал под нос ругательства и вернулся в комнату. Димостэнис проводил его взглядом. Свидание обещает быть томным.

– Совсем обнаглели, – раздраженно буркнул Гард уже в комнате.

– Разве это не ты должен был следить за тем, как развивается ситуация? – ответил ему жесткий голос Кари. – Прикрыть меня, когда мне это было так необходимо! Ты – моя опора. Где ты был все эти дни? Я словно узница в своем дворце!

– Мы взяли след заговорщиков.

– Что-то удалось узнать?

– Нет, – резко выдохнул Гард, – их главари надежно обеспечили свою недосягаемость.

Несколько мен тяжелого молчания.

– Я знаю, – уже более спокойно произнесла княжна, – вы были против моей поездки в Фельсевер. Так же как и Иасион.

Димостэнис иронично скривил губы. Если уж свидание не удалось, то хотя бы послушает какой он самодовольный, самовлюбленный, недалекий ишак!

– Его светлейшее высочество считает, что вы должны были быть здесь, чтобы успокоить народ, когда все только начиналось. Он сам слишком слаб.

– Я заключила военный союз со Скалистым государством, – по словам четко разделяя слова, произнесла княжна. – Ни мой брат, ни Янаур не смогли сделать этого! Так что и сама поездка, и все мои действия, связанные с ней, полностью себя оправдали.

– Князь Аввар мог вас даже на порог не пустить из-за имперца, – не сдавался Гард.

– Пустил же, – фыркнула княжна, – тем более все шло ровно по моему сценарию. Иланди даже не попробовал обуздать свое высокомерие и гордыню. Что для имперцев чужие законы и правила?! Представляете, он стал обучать наследников князя владению своим даром! Это после шумного развода, бесконечных ссор, побегов Рамира из дома! Аввар был в бешенстве. Естественно, я тоже не упустила повода – подлила масла в огонь, он должен был собственными глазами увидеть то, о чем мы говорили ему столько аров. Империя – зло! Преддверье Бездны!

– Странно, что этого еще кто-то не знает, – произнес третий голос, который показался Димостэнису знакомым.

– Тем более все же случилось нечто, что чуть не сорвало ваши планы, ваше высочество, – глава охраны просто из шкуры вон лез, чтобы доказать свою правоту. Лучше бы он так ретиво исполнял свои непосредственные обязанности.

– Ты – болван Лорик, – осадила зарвавшегося стража княжна, – то что случилось в горах – провидение Небес. Имперец, наконец, показал себя во всем своем великолепии и мощи. И мои подданные видели это. Даже если наше представление, разыгранное в лесу, когда мы вынудили его раскрыть свои способности, не убедило кого-то, что он наследник Таурила, теперь вряд ли кто осмелится сказать, что я зря притащила его сюда.

– Что князь?

– Князь был так впечатлен, что подарил гостю перстень со своими инициалами.

– Но ведь это значит…, – растерянно протянул Гард.

– Это значит, что князь считает имперца членом своей семьи и тот навсегда желанный гость в Скалистом государстве. Вы же знаете их дикарские обычаи! Сильнее этого только братание кровью. Увы, до это не дошло. Тогда бы Аввар уже точно никуда не делся.

От столь неожиданного известия, Димостэнис дернулся, едва не сбив ногой вазу. Поднял руки перед собой, осматривая их. Шрам от кинжала Рамира, пересекающий его ладонь, еще был заметен. А вот перстенька не было.

– Получается, что теперь имперец – спаситель. А империя – страна ангелов? – раздраженно буркнул Гард.

– Империя – обитель зла. Ведь они преследуют бедного сэя Иланди, вынужденного искать пристанища на нашей земле. По крайне мере, пока он был без сознания, я убедила правителя Фельсевера именно в этом. И что мы положим головы наши, чтобы защитить истинного посланника Таллы. Естественно, Аввар не мог не поддержать своего новоявленного родственника и сказал, что в случае нападения империи, он пришлет нам свои войска.

– Вы уверены, ваше высочество, что ваш истинный посланник Таллы не вернется назад в Астрэйелль. Вы смогли узнать, что заставило его прийти к нам?

– Сей Иланди скоро станет моим избранником, – самодовольно бросила княжна.

– Что?! – слились воедино два голоса собеседников.

Димостэнис едва сдержался, чтобы не присоединиться к этому возмущенному хору.

– Потрудитесь, эсса Лорик, сделать так, чтобы эта новость разлетелась не только в нашем княжестве, но и за его пределами. Серебряный должен понять, что дороги назад у него больше нет, а молодой Эллетери и Совет Пяти почувствовать в этом угрозу. Мы больше не можем допускать прошлых ошибок. Сейчас Мюрджен готов, как никогда, и пока нам дует попутный ветер, мы должны действовать.

Димостэнис зло выдохнул сквозь стиснутые зубы. Как он жалел, что не свернул шею ее высочеству еще в свой первый визит в долину, когда так страстно этого желал. Все же с проблемами не стоит затягивать.

– Князь Иасион хочет, чтобы я выпустила Янаура, – произнесла Кари. – Он считает, что это может успокоить народ, особенно тех предателей из знатных родов, которые разбежались словно крысы с тонущего корабля.

– Лэр Эардоре всегда пользовался успехом, что у вашего брата, что у его поданных. Только как отреагирует на него ваш будущий избранник? – в голосе Гарда послышалась издевка.

– Это будут проблемы Яна. Он пошел против меня, выбрал Серебряного. Пусть теперь сам выкручивается. Я прикажу освободить его к нашей помолвке.

– Ваше высочество, – снова вступил в разговор третий собеседник, – позвольте мне напомнить вам, что тот дар, который вы так восхваляете, уничтожил почти десять тысяч ваших поданных за несколько мен. Он заковал в слой льда наших солдат, уничтожил корабли. Он – самое большое зло, которое создал этот мир. Исчадие Бездны!

Дим почувствовал, как от желания сжать пальцы на рукояти меча у него сводит руку. В лицо ударил студеный ветер севера. Воздух, переполненный криками отчаяния и стонами умирающих. Пропитанный кровью снег. Горящее ненавистью лицо Виррона Диксеритти.

Димостэнис закрыл глаза. Вот он и нашел то, чего так долго искал. Правда сама со звоном стали, морозной вьюгой, пропитанной смертью, оглушающим рокотом разбуженных волн пришла к нему. Встала рядом, требовательно заглядывая своими беспощадными глазами прямо в душу. Звал? Вот она я: горькая, злая, неудобная. Вся твоя! Что ты теперь будешь делать?

Холодная жгучая, как льды Мерзлых Земель, ярость затопила сознание.

– … что тогда скажут ваши подданные, – сквозь пелену гнева донесся голос Диксеритти, – когда узнают, что это не несчастный случай, не прихоть природы устроила землетрясение и шторм на море, а ваш избранник! Что их будущий князь, если ему вдруг что-то не понравится может разрушить половину Мюрджена и утопить вторую!

– Откуда же люди могут узнать, что на самом деле произошло на северных границах с империей? – вкрадчивый голос княжны остановил поток протеста. – Выживших на том единственном корабле было не так много. И далеко не все поняли, что за катаклизм там случился и кто в этом виноват.

– Простите, ваше высочество, – тихо произнес Виррон, – я просто проговаривал возможные варианты.

– Возможности Серебряного – это то, что изменит наш мир. И в выигрыше останется тот, кому эта сила будет служить.

Воцарилась тишина. Которую спустя несколько мгновений нарушил звук удаляющихся шагов.

– Всегда знал, что я тебе не ровня, – тихий голос Лорика, – и смирился с тем, что Янаур будет тебе нужным избранником. Он – князь, его любит Иасион, да и все остальные тоже.

– Ты всегда знал, что я принадлежу только Мюрджену.

– Я никогда не смогу принять твоего выбора. Имперец – он чужак, он пришлый. Что в нем такого есть? Всего лишь его кровь, в которой вспыхнули искры серебра?

– Ты сам ответил на свой вопрос.

– Кари! – отчаянный полушепот.

– Ты смиришься и примешь все то, что я скажу тебе, – отстранено произнесла княжна.

– Кари, – умоляющий стон.

– Я устала, Гард. Мне нужно побыть одной.

[8] Ваджи – обращение к представителям неблагородного сословия в княжестве.

Часть 7 (Главы 15–16)

Глава 15

Кари закрыла глаза, с удовольствием погружаясь с головой в горячую воду. Она была довольна собой. Даже Иасион, несмотря на свое недовольство, не смог не признать, что ее, как он это всегда называл, безумная затея удалась. Долгожданная дичь попала в силки, теперь лишь надо ее не спугнуть, затянуть сети потуже, а уже потом ему и самому некуда и незачем будет бежать.

Женщина задержала воздух в легких, наблюдая, как тонкая цепочка пузырьков устремилась вверх. Попыталась вынырнуть, одновременно ощущая, как чьи-то сильные пальцы легли ей на плечи, мешая сделать это. Она дернулась, но лишь нахваталась воды, наполняя тело смертельной тяжестью, а душу – животным ужасом. Уже, когда в глазах начало темнеть, она почувствовала себя свободной и рванула на верх из губительного омута. Согнулась, откашливаясь и выплевывая воду, делая жадные глотки воздуха. Попыталась повернуться, но те же пальцы легли ей на шею, мешая сделать это.

– Знаешь, какое было мое самое сильное желание, когда я впервые попал в вашу гостеприимную долину? – вкрадчивый голос над ухом.

Кари непроизвольно вздрогнула, чувствуя, что долгожданный триумф победительницы ускользает из ее рук, как несколько мгновений назад воздух из легких.

– Свернуть вам шею, ваше высочество. И могу заметить, что с тех пор мои стремления не изменились.

– Помнится совсем недавно, ты испытывал совсем иные желания, – огрызнулась женщина.

– Я тоже бываю непостоянным.

– Ты давно здесь?

– Достаточно, – усмехнулся Димостэнис, – чтобы получить ответы на многие свои вопросы. Как оказывается полезно ходить в гости по ночам. Кстати, твой Лорик– отвратно несет службу. Я прошел от северных ворот до самых твоих покоев, меня даже никто не заметил. В связи с этим, что мешает мне сейчас осуществить свое желание?

Его пальцы слегка сжались, но этого хватило, чтобы липкий животный страх вернулся, оставив сонм мурашек на ее коже. Дим тоже заметил это и удовлетворенно хмыкнул.

– Наверное, потому что ты знаешь, что тебе нужны союзники, – Кари упорно цеплялась за остатки самообладания.

– Союзники, – задумчиво повторил Димостэнис, – расскажи мне о новом оружии, моя дорогая избранница, с помощью которого было совершенно покушение на правителя империи.

– Я не понимаю, о чем…, – она закашлялась от резкой нехватки воздуха и замолчала, решив не испытывать судьбу.

– Виррон Диксеритти – твой агент. Несколько аров он пытался развалить империю на две части, втянуть в междоусобную бойню одаренных и обычных смертных.

– У тебя тоже были агенты, засланные к нам. Ты следил, узнавал наши тайны, строил козни. Такова была наша жизнь. Мы с тобой были по разные стороны.

– Я не развязывал войну на ваших границах. Вы же вторглись в Астрэйелль.

Княжна насколько ей позволяла ее не самая выигрышная ситуация, расправила плечи.

– Разве нельзя все это отнести к прошлому? К тому самому прошлому, когда мы не были друзьями.

Димостэнис разжал пальцы, мысленно зааплодировав. Она умела восхищать. Он обошел купель и сел в кресло подальше от «союзницы». Не стоит больше искушать судьбу, а то вдруг он все же не сможет остановиться.

– Ты убил более десятка тысяч моих поданных. Я же не велела тебя казнить, как особо опасного преступника, – избавившись от тисков, давящих на шею, Кари почувствовала себя уверенней.

– Подданных Астрэйелля, – жестко отрезал Дим, напоминая, кто хозяин данной ситуации, – почти все те, кто пришел с вами на тех кораблях, были имперцами. Те самые, которых вы вербовали и вывозили на свои острова, которые обустроили под учебные базы.

Он сказал это наугад, проверяя ее реакцию. И не ошибся. Княжна нервно передернула плечами.

– Между княжеством и империей никогда не было мира! Ты этого не знал?

– Ты приказала меня убить и устроила засаду на выезде из Мюрджена.

Кари сверкнула глазами, вновь не став отрицать очевидное. Долгое время он думал, что это сделал Аурино или Советники, но тогда как бы Ориф успел прибыть так вовремя на место западни?

– Ты использовала меня в борьбе за трон. Покручивала свои делишки в Фельсевере за моей спиной. Прикрылась моим именем, чтобы заключить военный союз со Скалистым государством. Всеми способами пыталась разругать меня с Авваром, даже использовала эту невинную девочку, Лану, следуя своим извращенным планам.

– У тебя нет никаких доказательств!

– Мне они не нужны, – Димостэнис иронично выгнул бровь. – Я всего лишь хотел решить эту головоломку. Не люблю не раскрытых тайн.

Он встал, опять приближаясь к ней и усаживаясь на бортике купели, на расстоянии вытянутой руки. На Кари это подействовало удручающе, но она сдержалась.

– Однако самое интересное началось бы потом, не так ли? – Дим зловеще улыбнулся. – Поговорим о твоих далеко идущих планах, дорогая? Я становлюсь твоим избранником, нарушая основной закон Астрэйелля. В своей стране – я предатель и изгой и назад дороги у меня больше нет. Дальше, я уверен, что в твоей голове засела уже не одна мыслишка, как воспользоваться нашей враждой с императором и подставить меня перед ним, натравливая нас друг на друга. И когда возмущенный Аурино Эллетери, подгоняемый Советом пришел бы под стены Мюрджена с целью наказать предателя и защитить себя от дальнейших посягательств, я был бы вынужден защищать как минимум свою жизнь, как максимум жизнь всех вверенных мне людей.

Кари все же фыркнула, выказывая свое отношение к его словам. Однако на Димостэниса это не подействовало.

– Ты не учла лишь одного, – презрительно произнес он.

В ее хищных глазах застыл вопрос.

– Ты так и не держишь поводок от моего ошейника в своих руках.

Уже не таясь, Димостэнис вышел из покоев княжны, прошел через все комнаты и свободно покинул дворец, ловя на себе удивленные взгляды стражей.

Он сумел обуздать свою ярость. Все же он тоже был игроком и понимал, что в его глупом и безнадежном проигрыше виноват только он сам. Он так сильно увлекся своей мнимой свободой и уверенностью, что способен сам выбирать свои дороги, что расплата стала неминуемой. Впрочем, вряд ли Кари будет чувствовать себя столь уверенно и непобедимо, когда он исчезнет и ей придется доказывать свою состоятельность перед усомнившимися поданными, оправдываться перед Иасионом, придумывать очередную ложь князю Фельсевера.

Дим вышел за ворота, тихо свистнул, призывая жеребца, гуляющего где-то неподалеку.

Астрэйелль погряз в собственной заносчивости и чванливости.

… благородный сэй, привыкший на все смотреть сквозь призму величия своего дара. Надменный, снисходительный, уверенный лишь в своей правоте…

Кари дала точное определение. Именно такими видят жители долины имперцев. Высокомерными зазнайками. И пока они отворачивали свои высокородные носы от «затерянной земли», пренебрежительно фыркая и борясь с контрабандой вина и запрещенных книжонок, мюрдженцы играли по-крупному.

Едва не создали отдельное государство для неодаренных, развалив Астрэйелль на две кровоточащие части. Начали военные действия на севере. А покушение на императора на праздничном шествии?

Дим прикусил нижнюю губу. Он все валил на Совет Пяти, считая их самым большим злом. Почему? Потому что он, как и все не считал Мюрджен достойным внимания врагом. Да по сравнению с княжной советники – белые и пушистые овечки, невинно преследуемые беспощадным и жаждущим их крови злодеем в его лице!

Димостэнис спешился возле своего дома, отпустил Серебряного.

Оставалось неясным почему Кари и ее собеседники в своем разговоре Янаура Эардоре и его упоминали как знакомых. За все время своего пребывания в Мюрджене он так ни разу не видел лэра. Правда из всего услышанного о нем, Дим пришел к выводу, что князь – личность неординарная и многогранная. Второй кандидат на престол, первый везер, избранник Кари, любимец Иасиона и Аввара, надежда своих подданных.

Димостэнис остановился у самого порога дома, пригвожденный внезапной догадкой.

Дверь внезапно распахнулась и из темноты вылетел кулак, врезаясь ему в скулу. Он мотнул головой, чувствуя, как из глаз посыпались искры, причем отнюдь не серебряные. Увернулся от второго удара. Кулак нападающего ушел в пустоту. Дим ударил по вытянутой руке, послышался хруст кости и стон, наполненный болью.

Едва успел отклониться от нападения сзади. Острое лезвие рапиры вспороло рубаху. Димостэнис стремительно повернулся. В грудь ударило мощное плетение, сбивая дыхание. Он успел выставить защиту и сталь отлетела, не причинив вреда.

Неужели ее высочество так быстро сумела отреагировать на их спонтанное свидание? И все-таки решила избавиться от него? Быстро она меняет свои решения! Он был прав – ни в коем случае нельзя брать в избранницы такую ветреную особу.

Краем глаза успел заметить третью фигуру, выходящую из-за деревьев. Потянулся к хьярту. Тугая сеть, переплетенная из энергопотоков всех четырех стихий, обрушилась на него. Нити врезались в кожу, безжалостно сминая его щиты и разрывая связанные звенья силы. Высвобожденная энергия ударила изнутри, вкручивая от боли мышцы, кости. Дим, упал на колени, лишившись возможности управлять своим телом. Сильный удар в живот опрокинул его на землю.

Шакт использовавший против него неизвестное плетение, уже стоял рядом. Ошейник бессилия врезался в кожу. На эту ночь это было последнее неприятное ощущение.

Глава 16

Шею сдавливал тугой железный ошейник, который тут же жестко врезался в подбородок едва Димостэнис попытался пошевелить головой. Вокруг стояла кромешная тьма. Он поднялся на ноги и сделал несколько шагов вперед. Резкий рывок заставил его отступить назад. Он поднял руку нащупывая толстую цепь, присоединенную к ошейнику и вмурованную в стену.

Дим вернулся на прежнее место и снова сел, анализируя свое состояние. Прошло несколько мен, чтобы понять, что под железными оковами на нем все еще оковы энергетические. Его сила Шакти сдерживалась обручем бессилия.

Оставалось лишь сидеть и ждать. Раз его не убили сразу, значит он по-прежнему нужен. Значит, скоро должен прийти переговорщик и сообщить о его дальнейшей судьбе. Дим прислонился к стене и слегка откинул голову, стараясь смягчить боль от давящего на шею железа.

Он не знал сколько прошло времени, когда дверь темницы распахнулась и на пороге показался темный силуэт, освещенный неярким светом огневика. Человек зашел внутрь, прикрепив огневик к стене.

– Приветствую, сэй Иланди, – произнес Олгин Эардоре.

– Ваша светлость, – иронично произнес Дим, – простите, но в этот раз не могу сказать, что рад вас видеть.

– Мне невыносимо жаль, что я вынужден так поступать с вами. Однако мой долг – забота о мире, в котором мы живем и о том, какое будущее нас ожидает. Ничего личного, Димостэнис.

Пленник непроизвольно дернулся. По шее тонкой струйкой от пореза ободом потекла кровь. Он выдохнул сквозь сжатые зубы и вернулся назад.

– Я могу снять с вас эти железяки, если вы дадите мне слово чести, что не будете предпринимать попыток к побегу.

– Слово чести – вам? – презрительно фыркнул Дим. – Я слишком ценю свою честь, чтобы тратить ее на разбойников.

Князь даже бровью не повел.

– Это для вашего же блага, – пожал он плечами, – покинуть нас вам не удастся даже без ошейника, но за каждую попытку побега условия вашего пребывания здесь будут ужесточаться. Впрочем, если вам нравится сидеть на цепи – ваша воля.

– Где же ваше почтение к памяти великого предка? – язвительно спросил Дим.

– Вы – не Таурил.

– Вот и я вам всегда об этом говорил.

– Лучше бы ваши слова не расходились с делом. Пока вы не показывали ваших способностей, вы были лишь прихотью, игрушкой ее высочества. Впрочем, вы не сильно-то и сопротивлялись. Как быстро вы оказались в ее постели. Я был о вас лучшего мнения.

– Вы что огневик держали?

Олгин фыркнул.

– Избавьте! Мне достаточно того, что эта тварь соблазнила моего сына и втянула его в свои авантюры, а он исполнял любые ее желания. Потом она взялась за вас. Ее предел – Гард Лорик. Уличная девка!

Князь прервал самого себя. Видимо в таком ключе о своей будущей повелительнице он мог говорить долго.

– После того как вы показали свои способности, спасли ее высочество, все словно с ума сошли. Книги с историей образования Мюрджена, древние фолианты стали продаваться в лавках с утроенной силой, все вновь поверили в Серебряного и его дар. Что самое главное – все поверили в княжну Кари, ее способности управлять страной и стать для своих подданных достойным правителем. Ведь она смогла вернуть то, что было давно утрачено. К тому же вновь появился шанс, что в долине родится свой Серебряный. Не удивлюсь, если то покушение в лесу она сама и организовала.

– Вы абсолютно правы, ваша светлость. Вместе со эссой Лориком.

– Какая хитрая мерзавка! – в голосе Эардоре послышались восхищенные нотки. – Мы с ног сбились искать тех, кто это устроил. Думали найдем в их лице единомышленников.

– Как я понимаю – ваша цель не дать Кари зайти на престол.

Олгин фыркнул.

– Вы не замечали в ее поведении некую особенность?

Дим на мгновение задумался.

– Она ненавидит одаренных. И имперцев.

– Если позволить ей прийти к власти, она загонит в резервации первых и развяжет длительную войну со вторыми.

– Так вы не просто разбойник, – язвительно произнес Иланди. Железный обод пережимал горло, говорить становилось все труднее, – вы из-за идейных соображений? Еще один борец за справедливость.

– В Мюрджене почти не осталось семей, где вступают в союзы только шакты. Их потомки никогда не достигнут никаких высот. Быть с чистой кровью в последнее время стало чуть ли не позором. Это началось еще при бывшем правителе, отце Иасиона. Как бы невзначай стали уделять внимание тем, кто смешивал кровь. Якобы для того, чтобы возможности одаренных сияли всеми гранями. Под этим же предлогом – стали вытеснять, изгонять, лишать власти и каких-либо привилегий тех, кто придерживался старого образа жизни. Иасион почти не продолжал эту политику. Он всегда был мудрым и умелым правителем. Когда он отдал бразды правления Кари – все не только вернулось на круги своя, но и ухудшилось. Теперь лучшие места при дворе, должности, полномочия отдаются только истинным детям долины. Так стали звать тех, кто заключает смешанные союзы. Что, мол чистая кровь одаренных – отголоски имперского прошлого. Пройдет не так много времени, когда она всех, кто имеет дар, загонит в резервацию или просто уничтожит. Так же как когда-то род Эйлин уничтожил дар в своей крови.

– Все же так можно? Смешанные союзы не всегда во благо?

– Вы видели шактов долины и знаете на что способны шакты империи. Скажите откровенно: чьи возможности выше?

Димостэнис пожал плечами.

– Сначала я был поражен сколько у вас одаренных, владеющих всеми сторонами дара, в том числе и умением проводить энергии. Однако вы растрачиваете свои возможности в пустую. Вы просто не знаете, как ими пользоваться. Да, вы многогранны, но не опытны. Мало добыть алмаз, его еще надо огранить, чтобы он по-настоящему сверкал. Понимаете, о чем я говорю?

– Вы хотите сказать, что имперцы сильнее?

– В Астрэйелле одаренный владеет одной стихией, иногда двумя, но он знает об этой стихии все. Он досконально изучает то, чем наделила его природа. Долгих семь, а то и все десять аров. И эта грань дара уже сверкает как брильянт. Правда, у вас тоже есть умельцы, – Дим вспомнил то неизвестное ему плетение, которое ему продемонстрировали совсем недавно.

– Конечно, есть, – самодовольно усмехнулся Эардоре, – у нас есть общества, которые мы не афишируем, закрытые классы, в которых, если говорить вашими словами, ограняют дар. Мы не согласны с тем, чтобы одаренных рано или поздно ограниченная самовлюбленная дрянь задвинет на задворки.

Продолжать разговор стоило только из-за того, чтобы послушать какими еще эпитетами князь наградит ее высочество.

– Какого же вы мните на ее место? Уже не себя ли?

Олгин покачал головой.

– Я уже стар. Зачем мне эти проблемы? Мой сын – вот достойный кандидат в правящие князья.

Приходилось прилагать все больше усилий, чтобы не показывать свою боль.

– Он тоже участвует в вашем заговоре?

– Янаур никогда не пойдет против этой гадюки. Уж не знаю, что она такое сотворила с ним. Однако он очень расстроится, когда узнает, что ее больше нет. И ему ничего не останется, как согласиться на просьбы верных подданных занять престол. Род Эардоре в состоянии дать величие своей земле и без пришлых чужаков.

– Величие на крови? Чем ваш Дом и Дом Эйлин отличается от правящих Домов Астрэйелля? Может быть ваш прародитель и закладывал в основу новой жизни свободу, человеколюбие, толерантность, но вы уже давно похоронили истинную суть его помыслов под грузом ваших амбиций, жажды власти, утоления своих собственных эгоистичных желаний.