Текст книги "Запретная. Не отпущу (СИ)"

Автор книги: Нонна Нидар

сообщить о нарушении

Текущая страница: 9 (всего у книги 13 страниц)

Глава 32

Тепло. Безопасно.Чувственно.

Именно так я чувствую себя, когда Медведь выводит меня из спальни. Встречаюсь с ним взглядом, прикусываю губу. Не от страха, от волнения, которое обещает и провоцирует.

На что?

Я, может, временами дура, но не настолько. Если я сейчас уйду с Медведем, то ночью мне будет очень насыщенно.

А, может, даже не ночью.

Поэтому я отворачиваюсь. Скольжу взглядом по знакомому до последней пылинки коридору. Пытаюсь сосредоточиться на освещении, которое мягко вспыхивает в такт нашим шагам.

А ведь всего только три часа дня. Но сегодня пасмурно. Первый серый, дождливый день за прошедшее лето. Он идеально подходил к моему настроению, но вот явился Медведь, и даже мелкий дождик стал в радость.

Охладит горящие щёки.

Но для этого надо добраться до выхода.

– Алина Владимировна, – настороженно заявляет один из новых охранников и тянется к кобуре.

Он совсем некстати вышел из двери, ведущей в отцовский кабинет.

И по ней же сползает на пол, опрокидывается на спину. Мне видно папу, который вскакивает из-за стола.

– Алиша!

– Всё хорошо, – успеваю бросить ему напоследок.

И вместе с Медведем сбегаю по лестнице, поворачиваю направо, к кухне, потом ещё раз направо. А следом каким-то образом оказываюсь на улице.

– У нас есть ход из кухни?

А в следующий момент оказываюсь прижата сильным телом к ближайшему дереву. У нас их в принципе много, мы с папой любим вековые ели, дубы и клёны. Правда, я не думала, что буду радоваться им в таком смысле.

Когда кожа горит от одних прикосновений, а стон удовольствия вырывается помимо воли.

Кажется, наши языки борются за звание того, кто скучал сильнее. И трижды плевать, что я сама сбежала, а Медведь был с Викой. И, может, она прикинулась больной и несчастной,. но ничего между ними не было. Просто не могло быть.

Потому что согласиться не меньшее, чем полыхало между нами с Медведем – преступление.

– Всю ночь этого хотел, – хрипло отзывается Медведь.

Его рука в моих волосах, вторая прижимает к себе. А я напрочь забываю, что меня как бы похищают.

Только чувствую. Горячее тело, острое желание, морщинистую кору под спиной.

Хочу сказать что-то умное, но не нахожу что. Улыбаюсь, прикрываю глаза, когда он касается моей щеки.

– Идём, Принцесса. Иначе быть жертвам.

Кивнув, подчиняюсь. И Медведь за руку ведёт меня к дальнему углу участка. Туда, где собаки настороженно ждут нашего приближения.

– Я боюсь, – шепчу, прижимаясь щекой к его руке.

Внутри нарастает дрожь от одного-единственного воспоминания, как на меня бросился соседский доберман. Ничего не предвещало, был обычный день, я его никак не провоцировала. Но в глазах животного вдруг зажёгся звериный голод, и он понёсся на меня.

Хозяин ничего не успел сделать, папа тоже. И только Павел сориентировался, ударом ноги отбросил от меня животное и застрелил собравшуюся снова кинуться тварь.

С тех пор собаки ассоциируются у меня с кровью, жестокостью и болью. Я не могу ничего с этим поделать, и психологи не смогли. И пусть умом я понимаю и жалею бездомных животных – любых, но инстинкты сильнее меня.

Сама не заметила, как зачем-то выболтала эту историю Медведю.

– Всё хорошо, Принцесса. Просто закрой глаза.

И я закрываю, доверяя его улыбке и сильным рукам. Удивительно, но овчарки молчат, пока мы с Медведем перебираемся на ту сторону. А когда я соскальзываю в его руки, мне уже всё равно, что осталось там, за забором.

– Нравится быть похищенной? – весело щурится Медведь.

Он открывает передо мной дверь старой иномарки.

– А если да, это очень плохо?

Не могу не улыбнуться в ответ.

В груди разливается что-то тёплое и искрящееся. Так и тянет поделиться этим со всем миром.

– Это очень хорошо.

Медведь уже на водительском. Иномарка срывается с места, а я вижу в боковом зеркале, как по дороге рассыпается наша охрана.

Вздрагиваю от неожиданности, когда он переплетает пальцы с моими и больше не отпускает.

– Ведь ты моя Принцесса.

И в этом больше нет вопроса. Ни для кого из нас.

– А ты мой Медведь? – прикусив губу, всё-таки спрашиваю.

– Самое время, чтобы это доказать, – усмехается он и выжимает газ.

– Куда мы едем?

Мне нужно как-то отвлечься, чтобы окончательно не расплыться по сиденью.

– На полигон.

И я думаю, что он шутит, пока мы не поворачиваем в лес за десять километров до городской черты. Подумала бы, что грунтовая дорога ведёт к очередному домику, но деревья вдруг расступаются.

Полигон. Огромная огороженная площадка со спортивными снарядами, какими-то стенами, домиками, манекенами… чего здесь только не было. И сам полигон был таким большим, что граница терялась где-то вдали.

– Побудешь внутри, хорошо?

Киваю. Хотя всё происходящее отдаёт какой-то фантастикой.

Медведь действительно меня похитил. В этот раз по-настоящему и с моего согласия. А ещё спас от человека, которого я считала близким и знакомым до последнего выверта.

А оно оказывается вон оно что.

Ёжусь, пока Медведь беседует с человеком в форме цвета хаки.

Страшно от одной только мысли, что мог сделать Марк, если бы не Медведь. По рукам идут мурашки, я вся сжимаюсь.

Зачем? Неужели ради денег можно пойти даже на нежеланную женитьбу? И всю жизнь мучиться с человеком, который тебе противен?

Ужас. И я была готова нырнуть в него с головой. Ещё и радовалась как дура понимающему жениху. Мучилась совестью после каждого из пожаров, в котором мы с Медведем сгорали вместе.

И препарат…

Марк сказал, что его подмешивали каждый день. Значит, в доме у него есть сообщник?

И папа остался там!

Паническая мысль прошивает от макушки до кончиков пальцев.

И в этот момент открывается моя дверь.

– Нам нужно вернуться!

Глава 33

– Поздно, я тебя похитил.

– Марк, он…

Но сказать про препарат не поворачивается язык. Краснею как дура, жар ударяет в голову под внимательным взглядом Медведя.

Хотя как раз ему и стоило бы сказать, пока мы не… в общем, пока не остались одни.

– Он сказал, что в доме у него сообщник, – продолжаю гораздо тише и спокойнее. – Я переживаю за папу. Мы слишком быстро ушли, я не успела ему ничего рассказать. И не прощу себе, если с ним что-то случится.

Переплетаю пальцы на коленях и добела их стискиваю.

Как можно доверять мужчинам после того, что сделал Марк? Ведь неизвестно ещё, чем аукнется подмешанное лекарство. Но Медведю я верю.

Только не могу унять предательские мысли.

А вдруг он со мной тоже из-за выгоды? А если он совсем не такой, как кажется?

Знаю, что обман Медведя не просто ударит, он меня убьёт. Поэтому и не поднимаю глаз. Чувствую, как от напряжения начинают подрагивать мышцы. Боюсь до ужаса, что он откажет, а я не смогу убедить.

И Медведь молчит, подтверждая все мои подозрения.

– Стас, Лёха Волков на месте?

– Куда ему деться, учения же.

– Скажи, что началась практика. Пусть собирается и едет по адресу, который я отправлю сообщением. Задача: незаметное наблюдение и охрана за объектом.

– Полномочия? – без удивления отзывается Стас.

Высокий, темноволосый и жилистый, рядом с Медведем он смотрится не так внушительно. Но умный, серьёзный взгляд компенсируют разницу.

– Полные, кроме огня на поражение. Пусть берёт травмат, ему хватит.

– Как скажете, Михаил Андреевич.

Козырнув, хотя ни на ком из них нет военных нашивок, Стас идёт в сторону небольшого дома.

А я вздрагиваю оттого, что Медведь отдирает мою руку от сиденья.

– Принцесса, ты сроднилась с этой машиной?

– Нет, просто…

Просто я думала, что всё это ради секса. И что тебе плевать на моих близких.

Но, конечно, дальше моей головы это не уходит.

– Идём.

Медведь вытаскивает меня из машины. Придерживает голову, чтобы я не ударилась о низкую раму.

– Расслабься, солнечная, я всё решу. Лёха первоклассный снайпер, никто посторонний даже близко не подойдёт к вашему дому.

– А если не посторонний?

Оглядываюсь, пользуясь тем, что он ведёт меня за руку. Замечаю, что одна часть полигона вся в рытвинах и ямах. Они здесь и взрывать учатся? Очень может быть, потому что в воздухе пахнет чем-то кислым и жжёной резиной.

И врезаюсь в грудь остановившегося Медведя.

– Ты что-то знаешь, – с довольным прищуром заявляет он.

А потом притягивает меня к себе.

– Н-нет.

Как и всегда в такие моменты рядом с ним меня накрывает растерянностью и неуклюжестью. Не зная, куда девать руки, опускаю их по швам.

– И что мне нужно сделать, чтобы тоже это узнать?

– Да я… а что ты можешь?

Глупый вопрос. Осознаю это сразу же после того, как он звучит.

– Прости, я нервничаю и несу ерунду.

– Могу так.

Ахаю, когда он подхватывает меня на руки. Как раз в это время мимо нас маршируют человек тридцать мужчин в форме примерно моего возраста. Они косятся и только взгляд сурового командира не даёт им засвистеть.

– Зачем, – выдыхаю ему в шею.

Но всё равно обнимаю руками сильную шею и прижимаюсь щекой к ровно бьющемуся сердцу.

– А могу так.

Медведь с улыбкой ставит меня на ноги. И только здесь я замечаю длинную, ярко-красную спортивную машину с двумя белыми полосками от решётки радиатора до заднего бампера.

– А где прошлая?

– Пришлось сменить маскировку, – усмехается Медведь и открывает передо мной дверь.

– Маскировку? Разве её можно замаскировать?

Невероятно красивая машина. Мощная, устойчивая, но при этом явно очень, очень быстрая.

Наверное, когда-нибудь я бы тоже хотела такую. Правда, мне так и не удаётся придумать условия, при которых она мне понадобится. Ведь небольшой хэтчбек гораздо удобнее, экономнее и…

– Что?

Краем уха улавливаю, что Медведь что-то сказал.

– Лови, – повторяет он.

И хотя мой мозг переводит это как какую-то абракадабру, пальцы в последний момент смыкаются на прохладном брелке. Только я всё равно продолжаю стоять и хлопать глазами.

– Зачем?

– А зачем нужны ключи от машины? – поднимает бровь Медведь. – Мне казалось, чтобы водить. Но приму любые варианты.

Он улыбается. Перевожу взгляд на открытую передо мной дверь.

Водительскую дверь!

– Ты мысли читаешь? – наконец, выдаю ошарашенное.

– Очень надеюсь, что да.

Он близко. Очень.

– У красивой девочки должна быть красивая машина.

Чувствую горячее дыхание на своих губах, и мозг мгновенно делегирует свои функции потяжелевшему телу. А оно совсем не против, когда широкая ладонь ложится на середину бедра и ведёт выше, поднимая край платья.

– Это мне?

– В качестве извинений. За похищение.

Чёрт! Трижды.

Потому что именно в этот момент я вспоминаю, что Вике он тоже подарил машину. В качестве отступных.

Расстроенно прикусываю губу и сжимаю белок в руке. За руль уже не хочется.

– Не надейся, – усмехается Медведь, – к Вике твой случай не имеет отношения. И ок, в следующий раз я подарю тебе что-нибудь другое.

– Ты правда читаешь мои мысли.

Хмуро покачав головой, всё-таки сажусь за руль. Просто другого выбора он не оставляет, фактически прижав меня к машине.

– Просто они написаны у тебя на лице, Принцесса.

Пока он обходит машину, осматриваю всё вокруг. Казалось бы, машина и машина. Что здесь может быть нового? Но у меня ощущение, словно я села в космический корабль.

Удобно. Стильно. Суперсовременно.

– И куда едем? – спрашиваю, когда хлопает пассажирская дверь.

Но Медведь молчит. Тёмным, жарким взглядом он гипнотизирует мои оголившиеся по максимуму ноги.

– Тебе идёт, – выдаёт он с хрипотцой.

Вместо ответа врубаю кондёр на полную. Иначе мы сваримся, только встретившись глазами.

– А я, походу, заработал фетиш, – добавляет Медведь с ухмылкой.

И кивает вперёд.

– Прямо, Принцесса. А дальше разберёмся.

Глава 34

Стоит нажать на газ, и машина срывается с места. Резко бью по тормозу, нас с Медведем кидает вперёд.

– Лучше ты.

Нервно отдёргиваю руки от руля.

– У тебя получится.

Сильно сомневаюсь.

– Я никогда не ездила на таком скоростном монстре.

И уже не уверена, что хочу.

Но Медведь берёт меня за подбородок и поворачивает голову к себе.

– Принцесса, ты сможешь. Ты же мне веришь?

Нервно сглотнув, киваю. Всем существом чувствую, как меня гипнотизирует его взгляд.

– Просто мягче нажимай на педали, пока мы не выедем на трассу.

– А потом?

Хочется облизать пересохшие губы, но мозг вопит, что это будет явной провокацией. Вместо этого стараюсь сосредоточиться на аромате новой машины: не яркий землистый – кожаного салона, терпкий – деревянных вставок и даже лёгкая примесь клея не мешает, а только усиливает эффект.

– А потом тебе понравится, – усмехается Медведь.

И я не уверена, что мы всё ещё про машину.

– Гони, Принцесса.

Он отпускает меня и даже не думает пристёгиваться.

Приятно, конечно, что он так в меня верит, но…

Потянувшись к ремню, мягко щёлкаю замком. И едва-едва нажимаю на газ.

Медведь прав, это оказывается пусть нервно, но приятно. В груди разгорается искристое, как пузырьки шампанского, чувство.

Я могу справиться с этой машиной.

И безграничная власть только растёт по мере того, как мягко мы с ней преодолеваем кочки, объезжаем ямы и выезжаем с грунтовой дороги на трассу.

Разогнавшись до скромных девяносто, украдкой смотрю на Медведя. Прикусываю губу, когда натыкаюсь на уверенный, насмешливый взгляд, который он и не думал отводить.

Почему-то именно он вселяет в меня силу. Не папины похвалы или восторги подружек. Нет. Только лёгкий, с прищуром взгляд сильного мужчины и его же уверенность в моих способностях.

От которого за спиной расправляются самые настоящие крылья.

И я вжимаю педаль газа в пол.

Мимо проносятся деревья и ограждения, моя спина врастает в кресло, а в голове один чистый восторг от скорости.

Адреналиновая гонка. Настолько, что я вываливаюсь в руки Медведя. А всё потому, что ноги дрожат, руки подрагивают, а сама я задыхаюсь, как после десятикилометрового марафона.

– Ещё? – смеётся Медведь.

Его лицо в каких-то сантиметрах от меня.

– У нас слишком короткие трассы, – выдыхаю в ответ.

И решаю, что самое время отлепиться от тренированного тела, пока он не подумал что-нибудь лишнее. Хотя какое там, если всё лишнее уже произошло.

– Принцесса, ты восхитительна. И я бы с тобой договорился, но договоры ведь не для тебя.

Очень жирный намёк.

– А что я должна была делать? Смотреть, как ты зажигаешь со своей бывшей?

– Прийти и высказаться. И не к Ирбису, а ко мне.

Не самое удачное время для таких разговоров. Особенно когда у меня в голове восторг ещё не до конца выветрился.

Поэтому всё-таки отстраняюсь от него, оглядываюсь. По указке Медведя я припарковалась у одного из магазинов в новом жилищном комплексе нового района. Вокруг меня красивым рядом посаженые деревья, скамейки, дорожки для пешеходов и велосипедистов и другие прелести современного жилья.

Но при этом дома не кажутся прилепленными друг к другу. А между ними места больше, чем в метро в час пик – нет ощущения, что сосед из рядом стоящего дома легко заглянет в твои окна.

Стильно. Просторно. Уютно.

Идеально.

– Где мы?

– Дома.

Медведь берёт меня за руку и ведёт к ближайшей калитке в закрытый двор.

С интересом оглядываюсь на высотку этажей в двадцать приятного бежево-коричневого цвета, застеклённую панорамными окнами.

– У тебя дома?

– У нас.

Спотыкаюсь, но Медведь, конечно, ловит.

– Есть возражения? – поднимает бровь, задерживаясь в проходе вместе со мной.

– Давай поговорим об этом… дома.

Потому что спасения, похищения и прочее это весело, но в строго дозированных объёмах. И потом вокруг ведь продолжается жизнь. Мне всё ещё нужно окончить универ, нужно как-то разобраться с Марком и его тараканами, объяснить всё отцу, который и так на нервах.

И тем радостнее, что на предпоследний этаж мы поднимаемся в тишине. И даже в лифте спокойно стоим рядом, без сексуальных срывов и адреналиновых скачков.

А дверь, одну из двух на этаже, Медведь очень буднично открывает ключом. Пропускает меня вперёд.

И всё меняется.

Глава 35

Не решаясь пройти дальше, замираю в прихожей. Стены здесь тёмно-синие, почти чёрные со вставками из деревянных реек, переходящих в потолок. Мягкий, рассеянный свет бьёт из скрытых светильников, придавая ещё больше интима пространству.

Хотя куда больше! Меня и так потряхивает от ощущения мощного мужчины за спиной. Мужчины, который меня хочет.

И не надо поворачиваться, чтобы понять – он близко. Так, что обнажёнными руками чувствую жар, исходящий от его тела.

Мурашки бегут от запястий и выше, пальцы сжимаются в кулаки.

Хочу сказать хоть что-то, но любая фраза кажется пустой и лишней.

А в следующее мгновение широкие ладони ложатся мне на талию.

Вздрагиваю.

Но Медведь не жестит. Он очень аккуратно притягивает меня к себе, заставляет прижаться спиной к твёрдой груди. Его руки скользят по моей талии вверх, до груди, и вниз до бёдер.

А я так и не сказала ему про препарат и Марка!

Резко разворачиваюсь.

– Послушай, я…

И влетаю в жадный, голодный поцелуй. Такой, что всё “до” стирается, забывается под напором этого хищника.

Просто не могу не ответить, откликаюсь на каждое движение умелого, настойчивого языка.

В лёгких мгновенно заканчивается воздух. Цепляюсь за его футболку, как за единственное, что держит меня в этой реальности.

Отшатываюсь, когда становится нечем дышать. Вижу мелькающие перед глазами тёмные пятна, глубоко дышу цитрусовым с горчинкой ароматом. Дышу им.

И это совсем не помогает прийти в себя.

– Моя принцесса.

Медведь с улыбкой касается носом моего носа.

– Очень нежная. Очень красивая. И пугливая, да?

Необидный смешок шевелит волосы у лица.

– Подожди. – Я всё ещё не могу отдышаться. – Мне надо кое-что сказать.

– Говори.

Как?! Если он подхватывает меня под попу и несёт куда-то дальше.

И почему здесь так темно?

А, просто тяжёлые шторы блэкаут закрывают все окна. Это я понимаю, когда он садит меня на стол, не выпуская из рук, тянется за пультом и нажимает кнопку. Тут же шторы с тихим шелестом разъезжаются в стороны.

– Принцесса, – отвлекает Медведь, – ты хотела мне что-то сказать.

Сказать?

Что? Когда? Зачем?

Сосредоточиться очень трудно, потому что Медведь стоит между моих раздвинутых ног. Так близко, горячо и соблазнительно, что я чувствую всё его возбуждения.

И в который раз удивляюсь самоконтролю, потому что меня самым натуральным образом трясёт. Причём не всю, а местами. Но сильнее всего сокращаются мышцы бёдер, словно он уже там.

От одной только фантазии Медведя во мне откидываю голову и прикрываю глаза.

И он этим пользуется.

Будто специально медленные губы оставляют дорожку поцелуев, не пропуская ни единого сантиметра моего тела.

– Миша!

Со стоном запускаю пальцы в короткие волосы, слегка тяну. И дожидаюсь, что в наказание – или награду? – за вольности, он прикусывает мой сосок.

Вот прямо так, через тонкую ткань платья и бюстье.

Ахаю, вцепляюсь в могучие плечи и с трудом сохраняю сознание. Меня бьёт крупная дрожь, и больше всего я хочу, чтобы он не останавливался.

Но мне действительно нужно сказать.

– Марк… он…

– Мм? – насмешливо отзывается Медведь.

Горячее дыхание шевелит волоски у уха, потому что мы максимально близко. В то время как его пальцы уверенно тянут вниз молнию платья.

– Он… – задыхаюсь от полноты ощущений. – Таблетки…

Широкие ладони медленно, тягуче стягивают платье с плеч.

Оставшись в одном бюстье, теряюсь, хочу прикрыться руками, несмотря на общий коматоз.

Но Медведь перехватывает мои ладони и пришпиливает их к каменной столешнице. Смущённо ёрзаю попой по гладкому камню.

– Марк давал мне таблетки, чтобы я забеременела, – выпаливаю скопом.

И в ту же секунду Медведь каменеет.

– Что? – обманчиво-ласковым голосом.

Почему-то становится страшно. Как будто со мной что-то не то, и сейчас Медведь отвернётся и больше не будет… да ничего.

И он действительно отодвигается. Решая, что всё закончилось, тянусь руками к груди, но…

– Я хочу видеть тебя, Принцесса, – качнув головой, Медведь перехватывает руки.

В его ладонях они смотрятся совсем игрушечными.

– И хочу, чтобы тебе это нравилось.

Щёки бросает в жар.

– Мне н-нравится.

Для убедительности несколько раз киваю.

– Так что там с мудаком, которому недолго осталось?

Медведь улыбается, его глаза весело блестят, и мне передаётся настроение.

– Ты всегда будешь меня защищать?

Несмотря на пожар, в котором мы только что горели вместе, этот разговор не кажется лишним. Лишнего, вообще, не существует, ведь Медведь прислушивается к каждому моему слову, оберегает, защищает, успокаивает.

– До последнего вздоха, Принцесса.

Верю. Здесь и сейчас – только ему.

– Почему? – понижаю голос до шёпота.

Но Медведь не прячется за аргументами и правильными словами. Не скрывается, не отводит взгляд, даже в лице не меняется.

– Потому что люблю. Потому что моя, – отзывается уверенно. – А теперь подробности.

Подробности?

Поёжившись, заставляю себя говорить, хотя это смущает даже больше поцелуев и ласк.

– Марк сказал, что полтора года подсовывает мне какие-то гормональные таблетки для тех, кто хочет забеременеть. Заграничные и очень сильные. Поэтому он и… – судорожно вздыхаю. – Поэтому он и хотел меня там… взять…

Теряюсь, потому что вот сейчас выражение лица у Медведя очень говорящее: глаза хищно прищурены, желваки гуляют по лицу.

– Дальше.

Хочется его успокоить, ведь всё закончилось, но я не знаю как. Поэтому просто подаюсь вперёд и обнимаю, прижимаясь так крепко, как могу.

– Никто бы не поверил мне, ведь Марк идеальный, – быстрым шёпотом, – но он решил подстраховаться, чтобы свадьба точно состоялась. Планировал изнасиловать меня, чтобы я забеременела и не смогла отказаться. Поэтому я и сказала тебе, ведь ты… и я… мы не…

Окончательно путаюсь.

Но Медведь отстраняется, обхватывает моё лицо ладонями и серьёзно смотрит в глаза.

– Ещё раз и по буквам. Мы очень даже да, Принцесса. И ребёнок от любимой женщины – это счастье, которое не каждый может заслужить.

Он легко целует меня в губы и тут же отстраняется.

– Чтобы в твоей прекрасной головке не было лишнего, объясняю в деталях. Сейчас мы поедем в клинику, и хороший доктор проверит тебя на эту дрянь, и что она могла сделать с твоим организмом. И только это, а не моё нежелание или страх отцовства или ещё какая дичь останавливает меня сейчас.

Застываю, переваривая смысл слов.

– Ночей у нас будет много, солнечная, а здоровье у тебя одно.

– А Марк? – испуганно.

Но Медведь молчит.

– Забудь о нём, он больше тебя не побеспокоит.

И так это звучит… но я не думаю, о том, что грозит Марку. Не после того, как он исполнил такое. Поэтому киваю и доверчиво прижимаюсь к могучем плечу.

– Совсем ничего нельзя? – спрашиваю улыбкой и прикусываю губу.

И, шалея, от собственной смелости, тянусь рукой к впечатляющему бугру в районе ширинки.