Текст книги "Голландка (СИ)"
Автор книги: Нинель Мягкова
сообщить о нарушении
Текущая страница: 10 (всего у книги 15 страниц)
Глава 13
Йоланда развила бурную деятельность по благоустройству их нового дома. Как оказалось, у них в любом случае в запасе всего два месяца на переезд, но чем быстрее все решится, тем лучше.
К ремонту она привлекла отчима. Он оказался не только плотником, но и полоукладчиком. А красить стены решили сами.
То есть это Лана решила, а Даниил не возражал. После тяжелой сессии, сданной на чужом языке, сил на споры с женой у него не осталось. В покое его, правда, никто не оставил. В первый же свободный от занятий день она потащила парня в строительный магазин.
На велосипедах, и в соседний город, само собой.
В Москве Даниил довольно часто бывал в Ашане, а вот в строительные как-то не заглядывал. Иногда проходил мимо вывешенных в витрине штор или кусков паркета, но никогда не интересовался вопросом вплотную.
И гигантский магазин, посвящённый исключительно ремонту, оказался для него в новинку. Тут было все для укладки паркета, полировки и покраски стен, даже шкафы, раковины и унитазы. Все под одной крышей, почти как Икея, только строительная. У парня поначалу даже глаза разбежались. Но Лана быстро выспросила что-то у продавца, и потянула Даниила за рукав куда-то вглубь магазина.
– Нам нужно заказать краску и пол. Площадь квартиры я знаю, отчим мне количество ламинатных плиток посчитал. А вот с цветом нужно решать вместе. Например, ванну я бы хотела темную. Как тебе такой цвет?
Они как раз дошли до отдела красок, и Лана ткнула в темный серо-коричневый.
– Там как раз светло-серая мраморная плитка. По-моему, круто будет. – Лана достала квадратик бумаги, окрашенный выбранным ею цветом, и приложила к соседнему, похожему на отделку их ванной. Даниил скривился.
– Давай хоть похолоднее возьмём. И если уж темный, то еще глубже. Вроде этого. – он шагнул вправо, выбирая другую карточку.
– Первая квартира? – раздался за их спиной жизнерадостный голос. Консультант, не намного старше их самих, лучезарно улыбался, демонстрируя отличную работу дантистов. Лана кивнула. – Для ванной посоветую вот эту краску. Она водостойкая. Та, что вы сейчас смотрите, через полгода пойдет трещинами и пузырями от пара.
К его чести, про цвет он никаких комментариев не делал. Хотят клиенты оранжевую спальню в фиолетовую полосочку – их дело.
До такого экстрима они не дошли, но выбирали долго. В ассортименте оказалось множество оттенков, умножить еще на три – матовый, глянцевый, и блестящий варианты, и глаза разбегались окончательно.
Наконец, они сторговались на нежно-зеленом матовом цвете для жилых помещений, подобрали тот же тон в водостойком варианте для кухонной стены, и зеленовато-серый, с нотками хаки, для ванной и туалета. Нашлась и такая, мраморная краска, при виде которой Лана аж запищала от восторга, а Даниил не решился ее расстраивать.
Какая ему разница, в конце концов, какого цвета стены? Он туда только помыться заходит. Пусть радуется.
Примерно по тому же принципу они выбирали и шторы в спальню. Гостиную решили оставить без занавесок – соседей рядом нет, разве что заблудшие белки с соседнего дерева заглянут, а солнце в Голландии такой дефицит, что терять даже крохи его не хочется.
Плотный материал обещали покрыть дополнительным составом, удваивающим светонепроницаемость. Чтобы по утрам дольше спать можно было. На ткани распускались желто-зеленые цветы и тянули в разные стороны лапы пальмовые ветви. Дом в воображении Даниила становился немного похож на джунгли, только лиан еще не хватало.
Но когда Лана присмотрела для гостиной кресло-гамак, сходство стало полным.
Как примерный муж со стажем, он только глаза закатил, но спорить не стал. Краску и паркет покупали они вскладчину, а кресло Лана оплатила с личной карты, так что это ее дело, в чем ей хочется творить. Место теперь есть, можно и полноценный гамак впихнуть.
Варианты, кстати, предлагались. К счастью, девушке они не понравились.
Краску они забрали сразу, а за ламинатом и гамаком обещал подъехать вечером отчим. Когда Даниил заикнулся о доставке, пусть даже за дополнительные деньги, Лана на него руками замахала.
– С ума сошёл? Мы тогда точно до Нового Года не переедем. Они по четыре недели везут, и то если повезет.
Ждать еще два месяца – пока пол еще положат – Даниил не хотел. Он и сам уже загорелся энтузиазмом, и с удовольствием представлял их совместную жизнь в новой квартире. Парень и сам не заметил, как стал воспринимать их с Ланой как полноценную семейную единицу, существующую неотделимо друг от друга.
На следующий день они встретились с Яном у дверей новой квартиры. Отчим Ланы, высокий, почти лысый, настолько коротко стриженый блондин с квадратным подбородком, крепко пожал Даниилу руку. Хрустнули кости, взвыли мышцы.
– Очень приятно познакомиться. – с непонятным намеком пробасил он. – Не обижаешь мою девочку?
– Нет-нет, что вы. – поспешно ответил Даниил. О том, что она сама, кого хочешь, обидит, он решил не распространяться. Отчим наверняка и сам знает.
Ян быстро пристроил к делу их обоих. Лана выверяла уровень проложенного пола, послойно, Даниил помогал подгонять блоки. Резать ему, правда, не доверили. Зато заливать раствором – очень даже. За шесть часов они управились со всей квартирой, благо она была не слишком большая, а пол на пятачке у кухни и в ванной уже был отделан плиткой.
– Приводи его на обед в эти выходные. Мать давно хочет познакомиться с твоим мужем. – кивнул Лане отчим, вытирая руки об ветошь. – Неплохой, вроде, парень. Вон, старается как.
– Ян, он же понарошку. Не настоящий муж. Зачем его знакомить-то? Через полтора года уедет, и дорогу сюда забудет. – помимо воли слова прозвучали горько. Лана сама не заметила, как привыкла к соседу по квартире. Без него будет уже не то.
Не так весело, не так полно, не так уютно.
Зачем усугублять грядущую боль? Если к нему привяжется не только она, но и мама, расставаться после двух лет брака будет тяжело. По крайней мере, ей.
Что будет, если о ее грядущем разводе узнает бабушка, Лане не хотелось даже думать. В аферу с фиктивностью старушку не посвящали, беспокоясь о ее здоровье. Сердце пошаливает, кровь на прошлых анализах оказалась густовата. Инфаркт-инсульт от переживаний, и привет.
Так что чем меньше семья будет пересекаться с ее временным мужем, тем лучше.
– Эмма не приедет. – отчим будто прочитал ее мысли и поспешил рассеять сомнения. – Только мы втроём, и вы, ребята. Посидим, барбекю сделаем. Посмотрим, как твой парень с мясом обращается. Мужик он или как?
Даниил, закреплявший в углу кусок ламината, даже не заметил их переговоров. Он абстрагировался от непонятной ему речи, сосредоточившись на поставленной задаче.
– Он может тоже не захочет. – покосилась на мужа девушка.
– Все равно приводи. – подмигнул Лане Ян, будто понимал куда больше, чем она рассказывала. – По братику не соскучилась?
– Не очень. – честно призналась Лана. Из-за разницы в возрасте общего у них с двухлеткой было мало, а вот вопли ребёнка расшПонятное дело, отвертеться от семейного визита не получилось. Тем более на носу было Рождество, и Маринда настояла, что вся семья должна до него собраться хотя бы раз вместе, чтобы не знакомиться в Сочельник. То ли примета плохая, то ли не принято так, Лана не поняла, но знала точно – спорить с мамой себе дороже.
Поэтому они с Даниилом стояли под дверью дома ее родителей, жали на звонок уже третий раз, и раздумывали, не поставить ли принесённые тяжелые пакеты на землю. После прошедшего недавно дождя было грязновато, но руки они оттягивали знатно.
В окно, лишенное по местному обыкновению штор и занавесок, было видно суетящуюся у стола подтянутую женщину лет сорока, и скандалящего бутуза в детском кресле. Тот выворачивался червяком, кидался всем, что попадалось под руку, и орал так, что слышно было даже на крыльце. На заднем дворе, кусочек которого было тоже видно сквозь гостиную и кухню, уже знакомый Даниилу Ян флегматично переворачивал мясо на гриле. Привык, наверное, к концертам.
– Витька спать хочет. – пояснила Лана. – Но, похоже, еще не обедал. Он всегда так, когда и голодный, и сонный одновременно. Туши свет полный.
Даниил заинтересовался емким выражением, но тут женщина обернулась, и всплеснув руками, бросилась открывать входную дверь. Лишенный аудитории ребёнок озадаченно замолчал.
– Что же вы стоите на пороге, не звоните? – набросилась на них мама Ланы. Семейного сходства особого Даниил не заметил, разве что глаза. Там, где у его жены были щечки, у ее матери остро выделялись скулы, подбородок упрямо и остро выдавался вперед, а тело было подтянуто и упруго, как не у каждой двадцатилетней.
– Мы звонили, просто Витька орал, ты не слышала. – недовольно буркнула Лана, протискиваясь в дом. Заинтересованный, оценивающий взгляд Даниила, направленный на ее собственную мать, мимо нее не прошёл. И почему-то сильно расстроил.
Да, она не стройная, и даже не «нормального» телосложения. И раньше ее все вполне устраивало. И парней, с которыми она встречалась, тоже все устраивало. Хотя, справедливости ради стоит признать, что с мамой она их не знакомила.
В том числе потому, что опасалась подобной реакции.
Еще в детстве, когда стало понятно, что пухлые младенческие щечки не спешат куда-то деваться и превращаться в подростковую угловатость, мама периодически подшучивала над ней, говоря, что Лана пошла породой не в них с бабушкой. Родни со стороны Вадима они никогда не видели. Своего отца он не знал и сам, а его мать умерла незадолго до его совершеннолетия. Так что проверить утверждение Маринды не было никакой возможности.
Шутка Лане смешной не казалась, она на нее обижалась страшно, и мама вскоре перестала над ней подтрунивать. Но память никуда не делась, и в такие вот неловкие моменты вытаскивала из закромов все комментарии соседок и знакомых, грозя подорвать Ланину уверенность в себе.
Девушка привычно передернула плечами, стряхивая с себя иллюзорный груз чужих ожиданий и мнений.
Какая ей разница, даже если ее временный, фиктивный муж западёт на собственную тещу, Ян быстро вправит ему мозги на место. А ей самой он ничего не должен, пусть западает на кого хочет.
– Мы тут овощей для гриля привезли. И мяса. И сосисок. – отрапортовала Лана с показной бодростью.
Даниил поспешил за ней, нахмурившись.
Кажется, у его жены почему-то резко испортилось настроение.
Мелкий в кресле, завидев свежие уши, заголосил пуще прежнего, надеясь, очевидно, что неподготовленные слушатели сдадутся быстрее и выдадут желаемое.
– Конфет ему не давать, он еще не ел. Скоро будет обед. Даниил, помоги, пожалуйста, Яну с грилем.
Даниил безропотно сгрузил пакеты на кухне, и вышел через заднюю дверь в небольшой дворик, со всех сторон огороженный высоким, в рост человека, забором.
– Добрый день! Чем помочь? – вежливо поинтересовался он у отчима Ланы.
– Мясо есть еще? Тащи. – коротко скомандовал тот, сгружая готовые котлеты для гамбургеров на блюдо. Даниил быстро метнулся на кухню и принёс овощи, которые они прикупили на ближайшем рынке, уже готовые к помещению на решетку, сосиски для гриля и несколько кусков сочного мяса на косточке. Он вчера их собственноручно мариновал по проверенному поколениями Кореевых рецепту. Перец, соль, и ничего лишнего.
Ян сноровисто выложил мясо в два ряда. Барбекюшница была большая, стационарная, больше похожая на недоделанную печь, чем на мангал. Помещалось на ней много.
– А овощи зачем принёс? Их на кухню, в салат. – мотнул головой отчим Ланы.
– Вообще-то имелось в виду их тоже на решетку, когда огонь поутихнет. Гарнир получится. – пояснил Даниил.
Дед Кореев служил в свое время на Кавказе, и нахватался у местных интересных рецептов, которые можно приготовить на открытом огне или шампурах. А уж если есть решетка, то список вообще удваивался.
– Ладно, попробуем, что там за гарнир. – после секундной заминки согласился Ян, и широким жестом пригласил Даниила к барбекю. Думал напугать? Не на того напал. Парень с десяти лет, под взвизгивания бабушки и мамы, что ребёночек обожжется-ушибется, помогал отцу и деду на всех семейных празднованиях, включавших шашлыки. И сейчас уверенно взялся за щипцы.
Он с одними деревянными подгоревшими палочками управлялся с грилем, а тут целый набор, мечта любого повара. И лопаточка, и щипцы, и спица для углей, и чего только нет.
К тому моменту, как можно было садиться за стол, Даниил порядком оголодал.
А кроме того, устал так, будто на нем пахали.
В какой-то степени, так и было. Ему пришлось сначала следить за мясом на решетке, потом чистить овощи от пригоревшей шкурки и резать салат, потому что выяснилось, что никто из семейки де Ланг-ван Хорст не знает, с какой стороны подступить к печёному помидору.
Теперь о Даниила начало доходить, в кого его жена пошла талантом кулинара. Да у нее навыкам просто неоткуда было взяться. По ее собственному признанию, жарить яичницу ее научил отец, когда еще был жив. И варить яйца. А греть полуфабрикаты она научилась, глядя на мать, уже во взрослом возрасте.
Как же хорошо, что они живут отдельно, и не надо оставаться ночевать у родителей!
До Даниила только сейчас дошло, как же сильно ему повезло не поселиться у старшего поколения.
Постоянные вопли ребёнка только добавляли вишенку на торте общего впечатления. Двухлетка вступил в самый прекрасный возраст, когда дети начинают осознавать силу слова «нет», и пользовался этим самым словом напропалую. Если же его не слушали, в ход шла истерика. Тем более, завидев гостей, ребёнок совсем берега потерял.
После обеда бузотёра уложили спать, и дом вместе с соседями вздохнул с облегчением.
То ли на нервной почве, то ли от обилия мяса разом, Даниилу страшно приспичило посетить туалет. Только вот уголок задумчивости на первом этаже, рядом с гостиной, был занят отчимом Ланы вот уже минут десять. Похоже, у него тоже возникла эта проблема.
Даниил сидел-сидел, ерзал-ерзал, терпел, и наконец Йоланда не выдержала.
– Есть еще один туалет, наверху. Пошли, провожу. – она вытерла руки и рот и встала, показывая дорогу.
Даниил снова воздал хвалу небесам за то, что его молодой жене взбрело в голову съехать от родителей.
На этой лестнице он точно свернул бы шею в первый же день.
– Дому больше ста лет. И лестницу с тех пор только подновляли. – извиняющимся тоном протянула Лана, с опаской наблюдая, как он карабкается наверх, используя все четыре конечности. Если бы не боязнь опозориться, он бы и зубами себе помогал. – Покрытие перестлали, на этом все. Ступеньки немного узковаты.
– Да что ты говоришь! – пропыхтел Даниил, добравшись, наконец, до площадки.
И не подумав, оглянулся.
При мысли, что ему отсюда еще и спускаться, закружилась голова. И в туалет резко перехотелось.
– Беру назад свои слова насчёт акрофобии. – пробормотал Даниил. – Если ты выжила, лазая по этому аттракциону, то ты герой и заслуживаешь медали.
Лана довольно фыркнула. Показала, где находятся удобства, и непринуждённо соскользнула вниз по лестнице. Буквально – ее ступни как-то ловко перебирали по ковровым ступенькам, не задерживаясь, а будто перетекая с одной на другую. Она вернулась в гостиную, и пока Даниил красноречиво пыхтел на спуске, старательно не смотрела в его сторону, чтобы оставить мужу хоть крохи гордости.
Если бы она рассмотрела в подробностях, как он ползёт задом наперед, вцепляясь пальцами в ковролин, ржала бы как ненормальная.
Лучше уж подальше от соблазна.
Десерта им не предложили, да и посидеть подольше не призывали. О ночевке так вообще речь не шла. Старшая де Ланг сразу дала понять, что комнат в доме всего две, и на гостей они не рассчитаны.
Не особо и хотелось, мысленно пожал плечами Даниил.
– Это и был семейный обед? – уточнил на всякий случай парень, когда они спустились с крыльца и оседлали каждый свой велосипед.
– Бери выше. Это было барбекю! – назидательно воздела палец Йоланда. Они оба хихикнули, вспомнили то же мероприятие под Москвой, в загородной резиденции Кореевых, тоскливо вздохнули, и покатили по тихой, сонной улице.
Ремонт потихоньку подходил к концу. Дай волю и денег Даниилу, он бы еще много чего поменял – установил – повесил, но финансовая ограниченность накладывала свой лимит. Да и обустраиваться так уж сильно там, где от силы проживешь пару лет – смысл?
Он и сам от себя не ожидал, что с такой теплотой отнесётся к новому жилью. Хотя, в какой-то степени, это было объяснимо. Первая квартира, в выборе и обустройстве которой он участвовал. Периодически Даниил забывал, что он временный, фиктивный муж, который скоро уедет, и начинал мыслить категориями «через несколько лет». Потом приходил в себя, одергивал мысленно внутреннего мечтателя, но тот упорно возвращался.
Грузовик для перевозки мебели заказали на середину декабря. Еще повезло, что так быстро оформили все документы, иначе пришлось бы ждать следующего года. Праздники же на носу, уже через неделю все закрылось бы на Рождество, потом на Новый Год.
Свои вещи Даниил сложил в коробки за пару часов. Да там особо и не было ничего. Сверх той сумки, что он привёз из России, прибавился только планшет со стилусом и недоделанный макет дипломного проекта.
Вот с Ланиным барахлом пришлось повозиться.
Он уже давно пожалел, что вызвался помочь, но спокойно смотреть на то, как она сует в ящики скомканную одежду и утрамбовывает ее, чтобы больше влезло, Даниил не смог.
Куча у входа, предназначенная на выброс, росла в геометрической прогрессии. Кто бы мог подумать, что в такой крохотной квартирке можно скопить столько мусора! Кофты с катышками на рукавах, протертые в промежности джинсы, стоптанные кроссовки – все летело в помойку, безо всякой жалости.
– Заодно будет повод по магазинам пройтись. – шутил парень, выбрасывая очередную полинявшую майку. Лана не сразу догадалась, что цветные и белые вещи нужно стирать по отдельности, а потом порозовевшие футболки оставила. Целые, удобные. Не выбрасывать же. В них спать можно летом.
Когда раздался звонок в дверь, Даниил чуть не подпрыгнул. Лана вздрогнула.
– Я и не знала, что у меня такой противный звонок. Надо бы в новом доме проверить. – пробормотала она, оглядываясь на дверь.
Даниил тоже поморщился. Пронзительная трель все еще звенела в ушах. Или это еще раз позвонили?
– И кому это неймется? – пробормотал парень, поднимаясь с пола и шагая к двери.
На пороге стояла Татьяна с чемоданом.
Даниил испытал острый приступ дежа-вю.
– Откуда ты узнала адрес? – изумился он, не спеша пропускать ее дальше, в их с Ланой уютное, обжитое гнездо.
Именно их.
Забавно, как появление позабытой пассии заставило его осознать, насколько он сросся мысленно со своей формальной женой-понарошку.
– А поздороваться ты не хочешь? – съязвила Таня, шагая вперед в попытке пройти в квартиру. Даниил покрепче ухватился за дверь и не шелохнулся.
– После того, что ты устроила в нашу последнюю встречу, не очень. – холодно отрезал он.
– Извини. – девушка опустила глаза. – Я была не в себе. Собственно, потому и решила зайти. Попросить прощения. С твоим отцом я уже поговорила, все ему объяснила. Он меня, кстати, простил.
Вот, значит, откуда у нее адрес. Отец растрепал. Ну, Даниил еще ему припомнит, как без разрешения личную информацию выдавать.
– И что? – холодно уточнил парень, все еще не двигаясь с места.
– Я тоже учиться приехала, но мне пока что ночевать негде. Квартиру еще найти надо. Можно, я пока у вас поживу? – Ирвина жалась и мялась, всячески изображая стеснение, и вытягивала шею, любопытствующим взглядом пытаясь разглядеть интимные подробности внутренностей студии.
Йоланда, судя по звукам, занялась посудой на кухне. Даниил бы, сказать по правде, предпочел бы, чтобы она пришла и выставила наглую девицу – все же это ее, Ланы, квартира. Но придётся, похоже, самому.
Он подцепил очень удачно висящую у самого входа куртку, накинул ее на плечи и вышел, плотно прикрыв за собой дверь. Татьяна невольно отступила на шаг и чуть не споткнулась о собственный чемодан.
– Я вот одного не понимаю. – лениво протянул Даниил. – У тебя совсем нет ни совести, ни гордости? Ты зачем приперлась? Мы же все выяснили еще до моего отъезда.
Татьяна всхлипнула, переходя к запрещённым приемам.
– Именно тогда я пришла в себя! Спасибо тебе, ты меня спас! – с чувством воскликнула она. – Я осознала, что сама себе противна, прошла лечение, помирилась с семьей. Я теперь совершенно другой человек!
– Рад за тебя. – Кивнул Даниил. Он и правда чувствовал облегчение, что девушка не пропала и не скатилась на самое дно, а взяла себя в руки и выплыла. Не хотелось бы, чтобы разрыв с ним окончательно ее добил. Обошлось.
– Ты как-то странно себя ведёшь. – нахмурилась Татьяна. – Неужели ты не рад, что я снова здорова, и мы можем быть вместе?
Даниил аж поперхнулся.
– Это кто тебе такое сказал?– изумился он.
– Ну, как же. Ты же сам говорил, что расстаёшься, потому что я употребляю. Я уже бросила, так что можем снова сойтись! Папа предложил мне выбрать, где буду проходить практику, я сразу сказала – Голландия! Здесь такой замечательный факультет дизайна в Утрехте, будем вместе ездить на учебу!
Она что, уже все распланировала? Даниил стоял и тихо офигевал. А ничего, что у него жена, вообще-то, не говоря уже о том, что речи о схождении обратно при расставании не было от слова совсем?
Вместе на учебу ездить. А жить что, втроем? Вот в мэрии обрадуются. Хотя, они тут наверное и не такое видели. Раз уж при заполнении документов ему предложили на выбор три графы пола: «женский», «мужской» и «не определён».
Проглотив рвущиеся наружу первые пару десятков слов, в основном матерных, он начал нежно и терпеливо, как с капризным ребёнком.
Которым Татьяна, в сущности, и была.
– Тань, я никогда не говорил, что мы сможем снова быть вместе, когда ты вылечишься. Я очень рад, что тебе лучше, и ты помирилась с отцом, но я здесь ни при чем. Я женат, у меня своя жизнь, у тебя своя. Наслаждайся, ты обязательно вТатьяна надула и без того надутые губы.
– Что значит, женат? Это же фиктивно, для документов. Оно не считается!
Даниил тяжело вздохнул.
– Речь не о том, насколько реален мой брак. Даже если бы я не был женат вообще, я бы обратно не вернулся, неужели не понимаешь? Все, нас нет, и не будет. Уясни это уже. Пошли, помогу, а то навернешься еще от расстройства.
Он подхватил увесистый чемодан – хорошо, хоть в этот раз не фальшивка – и поспешно сбежал по уже привычным металлическим ступенькам.
На фоне той лестницы в доме старшей де Ланг – парадное крыльцо дворца.
– Прощай. И чтобы я тебя больше рядом со своим домом не видел. Не хочу, чтобы жена расстраивалась. – твёрдо заявил Даниил, и оставив ошарашенную подобным обращением Татьяну на тротуаре, поспешил обратно, вверх по лестнице.
Вообще-то изначально он просто собирался придать убедительности своему браку. Если Татьяна начнёт на каждом углу твердить, что женат он фиктивно, как бы до местной полиции не дошло. Аннулируют ему визу, и привет. Но, к собственному изумлению, Даниил осознал, что действительно не хочет расстраивать жену. Вряд ли любой женщине понравится, что на ее пороге появляется бывшая ее мужа. Пусть даже муж пятьдесят раз липовый.
Он прикрыл за собой дверь, настороженно ожидая реакции Ланы на визит Татьяны.
– И где она? – не поворачиваясь, спросила девушка, складывая тарелки в коробку и перемежая их слоями кухонной бумаги.
– Ушла. – Даниил прислонился к стене у двери, и с любопытством смотрел, как растёт гора бумажных полотенец. Ни одной тарелки почему-то Лана сверху не положила, а продолжала методично отрывать квадрат за квадратом белых полотнищ. – Я ее не пустил.
– Мог бы и пустить. Я не против. – деланно безразлично пожала плечами Лана, а у самой замерло сердце. Вдруг он сейчас побежит за бывшей и вернёт ее, в самом деле? Нет, Йоланда, конечно, подвинется, если та пообещает не употреблять наркотики в доме. Но все же, во-первых, это ее квартира, пока что, даже не совместно нажитая, а во-вторых, она как-то незаметно привыкла и Даниила считать своим. А тут такое напоминание из прошлого, о том, что вообще-то у них все не по-настоящему.
– Я против. – веско ответил Даниил, выглядывая в небольшое окно рядом с дверью, и убеждаясь, что незваная гостья действительно ушла.
Лана оглядела гору салфеток в коробке, чертыхнулась, и выложила их наружу. Пригодятся.
Что-то она сильно распереживалась по поводу фиктивного мужа. Нужно срочно брать себя в руки. Еще решит, что Лана его ревнует.
– Ты собирай, я сейчас. Отцу позвоню. – Даниил снова накинул куртку и вышел на площадку, плотно прикрыв дверь. Нечего ей слушать, как он ругается.
Павел поднял трубку на втором гудке. У него уже вечер, вспомнил Даниил о разнице в часовых поясах. Впрочем, здесь уже тоже начало темнеть. Зима, пять вечера – глубокая ночь, практически.
– Пап, ты дал Тане мой адрес? – не утруждаясь приветствием, поинтересовался Даниил.
– Ну, дал. – даже без видео Даниилу представилось, как отец пожал плечами. – Девочка рыдала и всячески божилась, что едет учиться, и всего лишь зайдёт к тебе поговорить. Что, наврала?
– Угу. – буркнул сын. И смягчил тон. В конце концов, старший Кореев не виноват, что личная жизнь Даниила такая сложная и запутанная, не хуже бразильского сериала. – Ты-то сам как?
– Нормально. Скучать некогда. – хохотнул отец и принялся рассказывать об испытаниях нового аппарата в своём НИИ. Без подробностей, все же государственное учреждение. Больше напирал на выражение лиц участников, когда что-то шло не по плану или грозило взорваться.
После того, как они обсудили общих знакомых, и Павел передал привет от бабушки с дедушкой, наступила небольшая пауза. Даниил подумал и высказал свои сомнения:
– Новый год скоро. У вас там какие планы? – поинтересовался он, вроде бы невзначай.
Пару дней назад Даниил залез на сайт, посмотрел билеты туда-обратно до Москвы, и аж заколдобился. В принципе понятно, самый жаркий сезон, не летом же ехать – что там, в пыльном мегаполисе, делать по жаре. Вот в снег, в экзотику, европейцы норовят попасть. Но для того, кто хотел бы навестить семью, цены оказались неподъёмными. Тем более этот ремонт, будь он неладен десять раз. Умом Даниил понимал, что без него никак, и вдвоём в студии, друг у друга постоянно на виду, они бы полезли на стену уже через месяц-другой. Но лучше с финансами у него от этого осознания не становилось. И теперь Даниил хотел подготовить отца к мысли, что возможно, приехать у него в эти каникулы не получится.
– Какие у нас могут быть планы. – хмыкнул в трубку отец. – Поеду к родителям, запарим баньку, наедимся оливье. Ты как, приедешь или как порядочный, с молодой женой встречать будешь?
– Ну тебя, пап. – почему-то смутился Даниил. Слова отца попали некомфортно близко к больному месту.
Не только финансы были поводом никуда не ехать.
После того, как Даниил посмотрел на семью Йоланды поближе, ему захотелось обеспечить ей тепло и заботу, которых она, похоже, недополучила. Нет, они показались ему неплохими людьми, и отчим относился к Лане, как к родной дочери, но близости, тесных, неразрывных семейных уз, Даниил не увидел. Ни поцелуев, ни объятий при встрече или расставании, разговор о погоде, ни о чем, за столом.
Конечно, стоит учитывать присутствие постороннего, то есть Даниила, но его же собственные родственники встретили Лану куда радушнее, чем ее родная семья.
– Я, наверное, и правда в этом году не приеду. – медленно, все еще сомневаясь в принятом решении, произнёс Даниил.
– Да и правильно. Что тебе с нами, стариками, в лесу сидеть. Оттянись там, развейся. – зачастил отец так оживленно, что Даниил поневоле заподозрил неладное.
Похоже, Кореев-старший вовсе не против, чтобы отношения его сына с Ланой перешли на полноценный уровень. Так хочет, чтобы Даниил стал европейцем? Или понравилась девушка в качестве невестки?
стретишь кого-нибудь, с кем будешь счастлива!
– Ты что, рад, что я остаюсь в Голландии? – уточнил он у отца. Павел стушевался, пробормотал что-то о том, что всегда рад видеть сына, и поспешно свернул разговор.
Даниил задумчиво повертел в руках нагретый прямоугольник пластика, сунул в карман, и уставился в соседский двор. Отец вёл себя странновато. Уже не первый раз парню пришло в голову, что старший Кореев пытается свести его с Ланой, не понарошку, а на самом деле.
Ну, правда, кто будет встречать Новый Год с фиктивной женой? Тем более, когда все документные формальности уже улажены, и доказывать им никому ничего не нужно. Но отец воспринял новость, как саму собой разумеющуюся. Как будто Даниил в самом деле молодожён, и не может разлучиться с любимой ни на минуту.
Что-то здесь было нечисто. Но встретиться, чтобы обсудить все, глядя друг другу в глаза, у них сейчас нет возможности.
Ничего, вот летом Даниил приедет, и все выяснит.
