Текст книги "Последняя надежда. Шпионская сага. Книга 1"

Автор книги: Нина Башкирова

Соавторы: Исраэль Левин
сообщить о нарушении

Текущая страница: 10 (всего у книги 21 страниц)

Глава 11

Тель-Авив. Явочная квартира Моссада
26 ноября 2002 года, 10:00

Рафи сидел за столом, рассматривая календарь. Прошло два месяца с момента последней встречи с Кеем, но изменилось с тех пор не так уж и мало.

Во-первых, Леону удалось приблизиться к отчиму Марины и выяснить маршрут его ближайших передвижений. Во-вторых, Леон начал операцию в Вене. Пока на первый взгляд все шло нормально. Однако существовали и некоторые странности. Непонятно, например, с чего бы отец Марины с такой легкостью проболтался о своих планах человеку, которого видел впервые, пусть даже и дочкиному жениху? Странно. Хотелось думать, что Леону в очередной раз повезло, правда, сотрудники спецслужб не верят в слепую удачу. В упорную работу – да, в скрупулезную проработку мельчайших деталей операций – да, но в фортуну… Везение приходит как заключительная нота хорошо отработанного сценария, а тут информация появилась сама. Конечно, такое случается, к тому же Зусман – не принц датский, не разведчик, а уголовник, пусть даже и бывший. Значит, очередной «фукс»… в переводе с профессионального сленга – удача? Посмотрим.

Сам Рафи никогда не полагался на волю случая и приставил к отцу Марины лучшую команду внешнего наблюдения Моссада. Преемник Рафи, в прошлом его ученик, прочитав письмо премьер-министра, не стал задавать лишних вопросов и выделил ему отдельный кабинет. В конторе сообщили, что Рафи по просьбе премьера получил обратно все свои полномочия: относиться к его приказам и просьбам так же, как к пожеланиям самого начальника.

Пока «папаша» ужинал в ресторане со своей молодой пассией и дочкой с женихом, ребята прикрепили миниатюрные маячки ко всем его вещам. Теперь, что бы он ни надел, он всегда будет под наблюдением. А вкус, нужно отдать должное, у Зусмана неплохой – костюмы от Бриони, рубашки и галстуки от Зилли. Простые люди такие вещи не носят. Единственная проблема заключалась в том, что маячки работали на волне, которую обнаружить обычными средствами невозможно, но передавали данные только на один компьютер, работавший на той же волне и действовавший в радиусе десяти километров. Значит, придется посылать сотрудника по следам «папаши» в Бейрут, а затем в Цидон. Конечно, Ливан – не особая тайна для Моссада, но все же вражеская территория…

И еще на один вопрос пока не приходило ответа. С кем едет встречаться Зусман? Понятно, что с кем-то из высокопоставленных чинов Хезболлы. Но с кем именно? Решать придется на месте, чего Рафи не любил. Он привык к основательной подготовке каждой планируемой операции и опасался импровизаций, хотя в его практике большинство самых удачных операций именно так и заканчивались. Рафи хорошо помнил годы своей службы в парашютно-десантных войсках. Он тщательно готовил каждую акцию, будь то учения или реальная военная операция, и, представляя свои планы командованию, в конце доклада всегда добавлял:

– Хороший план – это не что иное, как хорошо разработанная база для изменений, и не более того.

Принцип остался тем же, но, как всегда, никаких скидок при подготовке не предусматривалось.

* * *

Между тем Алекс Гонзалес, как его теперь звали, а в прошлом Алексей Кузнецов – он же Давид Зусман, видный мужчина лет пятидесяти на вид, элегантно одетый и приятно пахнущий одеколоном «Мишел», только что появившимся на прилавках самых дорогих магазинов, в отличном настроении ехал из Бейрута в Цидон. Везли его на «Мерседесе-600» с водителем и двумя охранниками. Но нынешняя поездка получилась великолепной: всю наличность, снятую со счетов Бейрутского внешнеторгового банка, он передал по назначению – в офис главного финансиста организации шейха Акура. В результате у него в кармане только с одной сделки осталось около миллиона долларов. Работа выгодная, ничего не скажешь. Пугало только одно: рано или поздно клиенты раскусят схему отмывания денег и начнут все делать сами. Подобный расклад событий не только лишит его хорошего заработка, но просто опасен: от этих ребят веяло угрозой. А когда он станет им не нужен, то не понадобится никому.

Кузнецов-Зусман-Гонзалес был очень осторожным человеком. Проведя несколько удачных денежных операций с переводами из Аргентины в Бейрут, он вошел в доверие к своим новым партнерам, и теперь они считали его своим. Но заниматься поставками оружия он до сих пор отказывался, хотя предлагали не однажды и терять такую возможность было очень тяжело. Да и связями подходящими он тоже владел, но осторожность все же пересиливала.

– Меня не интересует этот бизнес. Я не занимаюсь контрабандой оружия, – ответил он тогда своему собеседнику. – Ведь вы – негосударственная организация.

– Контрабанда – неподходящее слово, – собеседник смотрел на него любезно, но насмешливо. – Понимаете ли, не стоит называть так обычную торговлю. Вы что же, считаете, что, если государства проводят подобные сделки, явно нарушая законы, они занимаются контрабандой? Да бросьте! Разумеется, работают агенты, подставные лица. Конечно, и законы обходят, и статьи об импорте и экспорте интерпретируют весьма широко, но средства используют почти всегда легальные. Да и решения принимают только люди, имеющие на это законное право. Никто и никогда не придерется! Это вам не наркотики возить…

И все же услышанное его не убедило: лезть в такие дела у него не было никакой охоты. Клиенты, то есть арабы, – народ нервный, всегда готовый пойти на крайность. Бедные израильтяне! Каково иметь дело с фанатиками, которые не только чужую, но и свою жизнь ни во что не ставят? Не позавидуешь…

В свое время он понял, что быть евреем в СССР непросто. Одно только преимущество грело душу: евреи могли уезжать из страны, о чем другие даже подумать не смели. Да и вообще все совпало довольно удачно: когда в 1990-м Алексей почувствовал слежку, почти все необходимые документы он уже собрал и, не мешкая, улетел в Израиль. Но там ему делать было особо нечего, и через несколько месяцев он оказался в Германии, оттуда переехал в Аргентину, где и познакомился с Халилем. Он догадывался, что деньги, которые тот обналичивал и передавал главному финансисту Хезболлы, идут не только на строительство школ. Но такие соображения Зусмана волновали мало, бизнес есть бизнес. Не он, так кто-то другой, какая разница?

Он не чувствовал никакой вины перед Израилем, и борьба с террором его не волновала. На своей родине коммунизма не строил, а сооружать сионизм тоже не собирался. Идеология не была его сильным местом, его интересовала реальная жизнь. Обожаемую дочку он давно решил увезти к себе в Германию. Хотя поди теперь знай, что будет. Вот влюбилась в этого Леонида. Парень вроде ничего, видно, что любит Марину… Но в рассказ о поездке за границу якобы для испытания чувств не верится. Наверняка попал в какую-нибудь историю. Впрочем, это даже хорошо. Судя по разговорам, парень смышленый. Надо вытащить его в Европу, а потом, если все будет в порядке, найти ему занятие в Германии, присмотреться… Вдруг да подойдет для дел, в которые он сам вовлечен. Кажется, парню можно поручать и сложные вещи, а такие люди нужны всегда.

Его собственная новая «карьера», особенно в последние годы, развивалась более чем успешно. Объем средств, переводимых на счета Хезболлы, заметно возрос. Еще бы! Он поднял и использовал практически все свои старые связи, а их у него было немало. Новые клиенты остались весьма довольны, и на этот раз поблагодарить его решил лично финансовый директор организации.

Алексей улыбнулся, вспомнив, как вместе с друзьями сделал свой первый миллион в Чечне. Тогда это называлось «авизо» – уведомление о платеже. Схема очень простая, требовала только умственных затрат. Свой человек в банке отправлял фиктивное авизо в Центробанк, оттуда – в какой-нибудь небольшой банчок. Получив уведомление о переводе, тот был обязан выплатить указанную сумму немедленно. Верные люди ходили по банкам и получали наличность по поддельным авизо. После первых операций с фальшивыми авизо Алексей даже пожалел, что уехал из России, покинув такое золотое дно. Но хорошие денечки кончились быстро. Времена поменялись. А жаль!

Проведенные за границей годы сделали свое дело, теперь возвращаться в Россию не хотелось. Привык к благам капитализма, да и особой необходимости не возникало. Его соратник Серго Тулаев оставался на месте, чего вполне хватало: деловые отношения продолжались, несмотря на то что жили оба на разных континентах.

Неожиданно ожила рация, и после нескольких секунд затишья сопровождающие громко заговорили по-арабски. Похоже, что-то случилось. Ибрагим – охранник, сидевший спереди, развернулся к Зусману, и на достаточно приличном английском объяснил, что шейх должен ехать на траурную церемонию в деревню Джибрит неподалеку от Набатии. Израильтяне убили одного полевого командира, и Акура должен присутствовать на похоронах. Он просит приехать к нему для разговора прямо туда.

– Хорошо, – согласился Алексей.

Ему все равно куда ехать, лишь бы поскорее вернуться в Бейрут, а оттуда домой. Разговор с шейхом его занимал мало: всего лишь дань вежливости.

А в неприметной старенькой машине, следовавшей за «Мерседесом» на расстоянии восьми километров, слышали каждое слово, произнесенное Зусманом и его сопровождающими. Такой удачи не случалось уже несколько месяцев. В руки Моссада попали сведения о местопребывании самого главного финансиста Хезболлы. Взять чиновника такого ранга – сверхудача.

Черный «Мерседес» шейха Акуры ехал в сопровождении трех «лендроверов» по проселочной дороге. Шейх, обдумывая речь памяти погибшего друга, почти ничего не замечал вокруг. Справа от него сидела жена Сауда, слева – младший сын Мухамед, которому недавно исполнилось восемь. Кортеж приближался к деревне, вокруг ехали еще полтора десятка машин, масса людей шла пешком. Погибший считался в организации видной фигурой.

А тем временем весьма качественные снимки с беспилотного самолета поступали в оперативный отдел генштаба Армии Обороны Израиля. Они давали полное представление о том, что взять шейха живым, когда вокруг около сотни в основном вооруженных людей, без серьезного боя и потерь невозможно. Кроме охранников, тут же толпилась масса мирных людей, что еще более усложняло задачу. Можно только представить, что передадут завтра телекомпании мира… Тогда решено было отдать приказ о его точечной ликвидации по дороге в деревню. Никто не возражал против лишения Хезболлы ее главного финансиста. Многие счета и коды к ним шейх, не доверяя никому, помнил наизусть, и его ликвидация в любом случае лишит террористов нескольких десятков миллионов долларов. В каждодневной борьбе и это хорошо. Подобный опыт израильтяне уже получили, когда в 1988 году ликвидировали в Тунисе второго по значимости после Ясера Арафата человека – Абу Зияда, отвечавшего за финансы Организации освобождения Палестины. Тогда палестинцы недополучили массу денег: никто, кроме Абу Зияда, не знал кодов к счетам. Деньги просто потерялись – исчезли в банках.

Летчикам вертолетов «апачи» оставалось только получить сигнал о начале атаки – весь кортеж Акуры находился под прицелом. Ни самому Акуре, ни его жене, ни сыну, никому из его телохранителей вернуться из поездки не удалось.

Глава 12

Прага. Гостиница «Хилтон»
30 ноября 2002 года, 21:00

Услышав шум в соседней комнате, я подошел к полуоткрытой двери. Ничего особенного: Альвенслебен перевернулся на другой бок, но продолжал спать. Мы отсиживаемся в Праге, поскольку «дядя пока еще не набрался сил», хотя и говорит, что чувствует себя вполне сносно. За последние несколько дней мы пару раз беседовали с ним по душам. Старикан очень беспокоился о семье, понимая, что я не освобожу их до окончания нашего путешествия по банкам. Несколько раз он просил меня отнестись к ним по-человечески. Я подтвердил, что ничего плохого с его домочадцами не случится, но, пока мы не закончим, они будут взаперти. Старик предлагал немедленно продолжить наше путешествие, но я не хотел рисковать.

Посоветовавшись с Рафи, я решил подождать еще пару дней. Времени у нас оставалось не так уж и много: в турагентстве знали, что хозяин уехал на две недели, а прошло уже десять дней. Но ничего, что-нибудь придумается. Значительно опаснее таскать человека по свету в таком состоянии. Если завтра здоровье старика не ухудшится, начну его раскручивать. Необходимо собрать коды всех счетов, а там попробую разобраться сам.

Вновь шорох из комнаты…

На этот раз Альвенслебен включил торшер и сел в кровати. Заметив, что я приоткрыл дверь и вопросительно смотрю на него, сказал тихо:

– Подойдите поближе.

Я опешил. Альвенслебен говорил на иврите, древнееврейском языке, и единственное место в мире, где этим языком пользуются, – Израиль! Хотя, может, я чего-то не знаю и на иврите изъясняются где-то еще?

– Подойдите, не бойтесь. Мне нужно с вами поговорить.

Я ожидал чего угодно, но чтобы нацист, подозреваемый в финансировании Аль-Каиды, заговорил на иврите – это уж слишком. Неужели произошла ошибка, и я взял своего?

– Никакой ошибки нет, – словно прочитав мои мысли, ответил «дядя». – Я – немец и потомок рыцаря Фридриха фон Альвенслебена – командора германского крыла ордена тамплиеров.

– Тамплиеры? – Височные области мозга, отвечающие за память, немедленно включились в работу. Многие с детства помнят образ храброго крестоносца в белом плаще с красным крестом, который убивал злодеев-сарацинов и защищал добрых христиан, посещавших Святую землю. А я увлекался историей и знал о храмовниках намного больше своих ровесников и педагогов.

Орден тамплиеров, или храмовников, сначала назывался Тайным Рыцарством Христовым и Храма Соломона и был создан в 1127 году девятью французскими рыцарями. Во главе ордена стоял известный французский дворянин Гуго де Пейн. Цель, поставленная перед орденом, – защищать паломников-христиан, приезжавших на Святую землю поклониться Храму Господню и другим святым местам. Все это случилось после Первого крестового похода, когда в Иерусалиме, захваченном христианами в 1095 году, было создано Латинское государство.

В действительности массовое паломничество началось в IV веке, задолго до Первого крестового похода, и еще в те годы стало неотъемлемой частью праведной жизни многих христиан. Каждый год тысячи странников пересекали Европу, направляясь к часовне Михаила Архангела в Италию, на могилу апостола Иакова в Испанию, в Бургундский монастырь, где хранились реликвии, связанные с жизнью Марии Магдалины, или же доходили до Рима, чтобы помолиться на могилах апостолов Петра и Павла. Однако высшей мечтой каждого христианина-паломника оставалась Святая земля, где находился дом Иисуса из Назарета, Его колыбель в Вифлееме, и самое главное место, где свершилось Его посмертное воскресение – Храм Святого Гроба Господня в Иерусалиме.

Нередко в деревнях выбирали самого лучшего представителя общины, наиболее выносливого парня, и на накопленные сообща средства посылали в Палестину. Считалось, что совершивший паломничество меняет к лучшему судьбу не только свою, но и всех своих близких. Многие таким оригинальным способом надеялись спасти душу. Тогда люди не боялись смерти, их значительно больше пугало, что за их души будет некому молиться. Учитывая продолжительность жизни в прошлые века, люди даже среднего по нашим меркам возраста часто оставались одинокими. Иногда паломничество к святым местам служило покаянием за прегрешения, что всемерно одобрялось церковью и проходило под ее покровительством. Монахи в некоторых монастырях расценивали путешествие на богомолье в Иерусалим высшим подъемом духовной жизни любого верующего христианина и освобождением от пут, которыми тот связан с суетным миром. А Святую землю и Иерусалим вообще считали преддверием загробной жизни.

Хотя поездки на Святую землю были довольно опасны, на протяжении веков, пока там правили наследники пророка Мухаммеда, доступ к святыням был открыт для всех. Гонения на христиан начались в начале XI столетия во времена правления фанатичного египетского халифа, основателя религии друзов Аль-Хакима из рода Фатимидов, который приказал разрушить все христианские церкви в Халифате, в том числе Иерусалимский Храм Святого Гроба Господня. Постепенно совершать паломничество на Святую землю стало невозможно. Вот тогда-то в Европе и начались разговоры о крестовом походе для освобождения святых мест. К началу XI века многие христиане заявляли, что готовы силой освободить эти земли, хотя наследники фанатика-халифа, поняв ошибочность его действий, восстановили бо́льшую часть христианских святынь и вновь предоставили паломникам возможность свободно посещать святые места.

– Вы – потомок Фридриха фон Альвенслебена?

Моему удивлению не было предела. Я помнил, что орден, созданный французскими дворянами, очень быстро распространился по Европе. Лишь первое время его основу составляли французы, но вскоре под одним знаменем объединились люди многих национальностей, стремившихся распространить христианство по всему миру. Очень быстро у тамплиеров появилось несколько ответвлений в Испании, Португалии, Англии, Германии, Голландии и Венгрии. Фридрих фон Альвенслебен занимал пост магистра немецкой ветви ордена во время его роспуска в 1307 году, а после его окончательного уничтожения в 1311 году исчез. Распустить же орден через двести лет после его основания задумал коварный французский король Филипп IV (Красивый). Несколькими годами ранее во время одного из восстаний своих вассалов король воспользовался гостеприимством французского магистра ордена и спрятался у него в замке в Париже, где переждал смутное время. Та м он воочию убедился, насколько богат и могуществен орден. Наивные тамплиеры показали ему подземелье замка, где в простых дубовых бочках лежали груды золотых монет, золотые и серебряные слитки, драгоценные камни.

Справившись с восстанием своих неверных подданных, Филипп, часто занимавший у тамплиеров в долг и державший у них свою казну, решил уничтожить орден, а его богатства присвоить. Но он нуждался в помощи папы Римского, ведь орден, подчиняясь Ватикану напрямую и не зависел от королевской власти.

Папа Римский Климент V вначале и слышать не хотел об уничтожении и роспуске ордена, и, лично зная французского короля, не верил тому, что тамплиеры распространяют ересь, что тогда считалось ужасным преступлением. Но все же под давлением короля папа Римский издал указ о роспуске ордена, а всех его членов отдал на суд инквизиции.

От экскурса в историю меня отвлек голос Альвенслебена.

– Да, я не просто потомок, а глава северной ветви Хранителей. Рановато рассказывать вам обо всем, но я чувствую, что скоро уйду, и мой долг – передать нужную информацию тому, кто сможет справиться с заданием. Мы вместе уже месяц. За это время я вас изучил довольно основательно. Честно говоря, вашу историю, Леонид Гардин, я знаю давно, но мне понадобился личный контакт, чтобы убедиться в правильности ваших характеристик. Это я постарался, чтобы ваши фото, где вы входите к рабби Ифергану – известному каббалисту из нынешних – попали к Кею. А сейчас пора настала, поэтому сядьте и внимательно слушайте. Мне нужно приготовить вас к выполнению дальнейшей миссии.

Альвенслебен говорил четко, тоном, не допускающим возражений. Так говорят только истинные командиры. С другой стороны, он был моим пленником, еще несколько дней назад дрожавшим от страха и слабости. Что-то нелепое ощущалось во всем происходящем: нужно было поставить старика на место, а он, словно опять прочитав мои мысли, продолжил тем же тоном:

– Сначала выслушайте меня, а потом будете решать, что делать. Времени у нас в обрез, а мне нужно многое вам рассказать и передать.

Я начал сомневаться в своей правоте, даже сердце забилось неровно, словно желая выскочить наружу. Глубоко вздохнул, но беспокойство усиливалось. Меня не оставляло ощущение, что наступил настолько важный момент моей жизни, что она может измениться полностью. Альвенслебен устроился поудобнее и начал рассказывать, я же старался слушать его как можно более внимательно.

– На протяжении веков мы собирали и хранили все документы и рукописи, статьи и книги, посвященные тайным орденам, как христианским, так и другим, и эзотерическим организациям. В них очень мало правды. Примерно с XI века в Европе стали считать, что миром управляют тайные структуры. Одно время полагали, что это Приорат Циона. Затем эстафета перешла к масонам. Но с XI века существуем только мы, а мы никогда не стремились управлять миром, а только пытались его корректировать. Только позднее, в XX веке возникли движения и организации, поставившие своей целью покорить мир. И лишь в последние десятилетия они обрели силу и возможности этого добиться. До той поры у всех тайных обществ были только локальные цели. Да, орден тамплиеров был создан на Святой земле для защиты христианских паломников в 1127 году, как и орден госпитальеров до него. Но в действительности история его создания началась значительно раньше, еще до Первого крестового похода.

А предыстория такова. Граф Гуро Шампанский, один из самых богатых людей Европы, книгочей и вольнодумец, за несколько лет до Первого крестового похода познакомился с владельцем виноградников, расположенных неподалеку от его поместий, иудеем по имени Шломо Ицхаки. Они подружились, что по тем временам было и странно, и опасно. Оказалось, что Шломо Ицхаки был известен среди еврейских каббалистов под именем Соломона Раши и считался бесспорным авторитетом в области изучения Каббалы. Раши получил образование в Труа, столице провинции Шампань, бывшем в то время крупным торговым центром. Затем учился в каббалистических ешивах Майна и Вормса. В 1065 году вернулся в Труа, и с 1070 года преподавал в собственной школе, которая очень быстро стала считаться в Европе ведущей по изучению Каббалы. Особенно эта ешива была популярна среди раввинов Франции и Германии. Раши не брал платы за обучение, но учеников отбирал очень строго. В те годы среди каббалистов считалось, что время открыто изучать Каббалу еще не пришло, поскольку она дает огромную силу тем, кто этим учением овладел, а преподавать тайные знания не готовым к ним людям запрещено.

Граф Шампанский часто посещал соседа, все больше и больше интересуясь его учением. Позднее он привел к рабби Раши своего друга – графа Гуго де Пейна, и вскоре рыцари принялись изучать Каббалу. Факт сам по себе более чем удивительный, но, видимо, французы оказались очень развитыми духовно, коль скоро Раши взял их в ученики. Далеко не каждому позволялось изучать то, что считалось абсолютно секретным даже для большинства иудеев.

Как бы то ни было, от Раши рыцари узнали тайную силу учения Каббалы и ее миссию – объединить мир и Бога и продвигать народы в их духовном развитии. Рабби Раши объяснил, что хранить и нести людям знания Каббалы и есть истинная миссия иудеев. В этом и заключается их избранность, точнее, их особенность и обязанность перед Творцом.

Но к сожалению, иудейский народ пока не может быть хранителем и распространителем истинных знаний. Это невозможно, пока иудеи не вернутся на землю Палестины и пока не отвернутся от служения Золотому тельцу и вновь не станут народом Торы, вспомнив о своем предназначении. Поэтому-то сегодня и нужны тайные помощники из неиудейской среды.

Вот тогда рыцари и решили создать тайную службу Хранителей истинных знаний, способных изменить мир. Направить его развитие в угодную Богу сторону. Они поверили словам Раши, что ключ к тайнам мира заключен в древних трактатах, с незапамятных времен погребенных вместе с сокровищами древних иудейских царей. Чаще всего эти клады, по преданию хранящиеся в развалинах Второго Храма в Иерусалиме, называют сокровищами царя Соломона. Было решено найти сокровища, познать источник тайной силы и привезти знания и богатства во Францию. Рыцари понимали, что, попав в нечистые руки, тайное оружие – эти старинные знания – могло погубить весь мир. Они пообещали Раши приложить все усилия для сохранения особого народа, который уже тогда подвергался гонениям и сделать все возможное, чтобы вернуть его на Святую землю. Но тайной службе требовалась организация, способная держать основную задачу в тайне и обеспечить ее выполнение. Именно поэтому они с готовностью занялись организацией крестовых походов и созданием ордена тамплиеров, призванного обеспечивать безопасность христианских паломников в Палестину. Именно орден давал возможность параллельно заниматься секретной миссией – поиском сокровищ царя Соломона и постижением древней мудрости.

Альвенслебен прервал рассказ, внимательно посмотрел на меня, очевидно, желая понять мою реакцию, и продолжил:

– Итак, французские дворяне в 1127 году создали орден тамплиеров во главе с Гуго де Пейном. Чтобы найти средства, он отправился в Жизор, где встретил короля Англии Генриха I. То т поддержал идею создания ордена, пожертвовал много золота и серебра и отправил де Пейна в Англию и Шотландию, где знатные вельможи также дали ему изрядный запас золота. Оттуда он вернулся на родину, и Рабби Раши снабдил его подробными инструкциями о дальнейших действиях, благословив на священное дело. Действительно, рыцари считали, что им необходимо как можно быстрее найти сокровища царя Соломона и превратить орден в одну из самых мощных организаций своего времени, что давало возможность выполнить святую миссию.

Когда орден тамплиеров утвердился на Святой земле, посвященные Хранители начали активно изучать трактаты Каббалы. В те времена каббалистические школы действовали в четырех городах Палестины, которые евреи при всех гонениях не покидали никогда, в Иерусалиме, Хевроне, Цфате и Тверии. Цфат, где, по преданию, нашли первый свиток Торы, расположен в горах и отличался от всех других мест количеством известных каббалистов и их школ. Он и сейчас один из основных ведущих мировых центров по изучению Каббалы, хотя главным считается Иерусалим.

Постепенно узкий круг духовных наставников ордена превратился в тайную касту Хранителей. В их ряды допускались только самые верные последователи учения. Они искали не земные сокровища, а духовные. Рядовые рыцари ордена, часто не умевшие писать и читать, даже не подозревали, что их духовники большую часть времени проводят за чтением древних арабских и иудейских рукописей. Устав ордена содержал около шестисот статей, четко описывающих, что можно делать, а чего нельзя; очень похоже на Каббалу, которая так же подробно прописывает правила человеческого существования. Любой элемент повседневной жизни тамплиеров правила излагали до мельчайших деталей.

Первые девять лет с момента создания ордена были посвящены раскопкам на месте, где в прошлом располагался храм царя Соломона. Результаты превзошли все ожидания. Богатства, найденные тамплиерами на Храмовой горе, по понятиям любого времени считались несметными. Это способствовало быстрому росту финансового могущества как тайной службы, так и ордена. Но сокровища сослужили тамплиерам дурную службу: орден постепенно превратился во всемирную финансовую корпорацию.

Обычно историки связывают развитие экономических институтов Западной Европы с еврейскими ростовщиками и крупными итальянскими купеческими домами. В действительности доля евреев в ростовщичестве была намного меньше, чем доля тамплиеров, а орден Храма не только явился предшественником итальянских торговых домов, но и выработал механизмы и процедуры, которыми итальянские купцы затем стали пользоваться и фактически, заложив основы современного банковского дела.

В период своего расцвета орден распоряжался большей частью свободного капитала Западной Европы. Он впервые ввел такие понятия, как источник кредитования, кредит для развития или расширения коммерции. Тамплиеры брали и ссужали деньги под проценты. Так, английская монархия была постоянно должна ордену, и не только она. Тамплиеры делали также то, что делают современные ломбарды – выдавали ссуды под залог драгоценностей. Более того, поскольку путешествовать с деньгами в те смутные времена было опасно, они изобрели аккредитивы. Купец мог внести какую-то сумму в лондонском Темпле, затем спокойно поехать в любое место, где стояли гарнизоны тамплиеров, и получить деньги там. Интересно, что к тому времени уже разработали известную только членам ордена сложную систему кодов для предотвращения подделок таких аккредитивов. А еще тамплиеры брали драгоценности и деньги на хранение и охрану, выполняя таким образом функции казначейства. Тамплиеры выплачивали ренты и пенсии, взыскивали штрафы с провинившихся и должников… Фактически первой европейской банковской системой был именно орден и к середине XII века он стал вторым по богатству после папы Римского.

Тайная служба Хранителей продолжала действовать, накапливая древние знания о духовных путях мира. Это было и осталось их главной целью.

По мере роста численности и могущества организации стала формироваться ее иерархия, аналогичная церковной. Довольно быстро магистры стали значительными фигурами не только в Палестине, но и в Западной Европе.

Почти двести лет орден служил христианам оплотом на Святой земле, но в 1295 году мусульмане вытеснили его оттуда. Провозглашенной цели – защиты паломников – служить уже было нельзя. Костяк ордена переселился в Европу. К тому времени большинство тамплиеров утратило не только возможность решать свою главную задачу, но и само желание ее осуществлять. Сокровища превратились в цель, и почитаемый за чистоту помыслов, святые деяния и военные подвиги, орден не устоял перед соблазном богатства, избрал легкий путь, положив тем самым начало своей гибели.

Многие рыцари, включая часть руководства, особенно посвященные, были недовольны таким положением дел. Когда в 1307 году французский король Филипп Красивый заставил Папу Римского Климента V распустить орден, руководство тамплиеров не сопротивлялось. Было необходимо продолжать выполнять только секретную миссию.

В чем состояла вторая, наиболее важная миссия круга посвященных, вы уже знаете. Действительно, сокровища Соломона в Иерусалиме состояли не только из драгоценностей, они содержали секретные знания. Их необходимо было спрятать и сохранить до тех времен, когда жадные до власти и денег короли уже не смогут воспользоваться ими для покорения человечества. И Хранители решили уйти в подполье.

В наше время бессмысленно доказывать невиновность тамплиеров и пытаться восстанавливать справедливость. Орден возник по промыслу Божьему и исчез, когда его время истекло. Хранители же, сохранив свое тайное воинство, взяли на себя задачу сохранения народа, который поведет все человечество в духовный мир, и сбережения знаний, накопленных тамплиерами, но только до времени, когда настанет время новой духовности, и люди станут способными постичь суть божественного творения.