Текст книги "Егерь. Сердце стаи. Книга 5 (СИ)"

Автор книги: Николай Скиба

сообщить о нарушении

Текущая страница: 14 (всего у книги 16 страниц)

Глава 21

Инстинкт выживания мгновенно переключил меня в боевой режим. Все сомнения и вопросы отошли на второй план. Сейчас существовало только одно – угроза, которая приближалась с каждой секундой.

– Афина! – мысленно рявкнул я. – Невидимость. Обходи слева, приготовься к атаке с фланга.

Кошка растворилась в воздухе.

– Красавчик, в укрытие! Действуешь по ситуации!

Горностай соскочил с моего плеча и исчез в зарослях. Его белая шерсть мелькнула между ветками и пропала. Теперь он мог нанести удар откуда угодно – его иллюзии и скорость делали его практически неуловимым.

– Режиссёр, вверх! Максимальная высота!

Рысь взвилась в кроны деревьев, используя «Лёгкий шаг». Его серебристое тело скользило между ветвями, почти не касаясь коры. Через несколько секунд он исчез в густой листве на высоте добрых пятнадцати метров.

Актриса осталась в духовной форме – рана всё ещё давала о себе знать, замедляя её движения. Сейчас не время рисковать её жизнью, она просто не сможет помочь против такого противника.

Я достал нож, клинок заблестел в утреннем свете, отражая солнечные лучи.

– Режиссёр…

Ментальная связь вспыхнула, стихийная энергия потекла по клинку. Воздух вокруг лезвия завибрировал, начал сгущаться, превращаясь в полупрозрачную оболочку.

Я схватился за рукоять ножа и бросился навстречу Карцу.

– Стая, за мной!

Мы мчались единым боевым клином через лес навстречу опасности. Каждый знал свою роль, каждый был готов к бою. Стая двигалась как единый смертоносный организм.

Впереди раздался звук ломающихся веток.

Карц ворвался в просвет между деревьями, его рыжая шерсть была взъерошена, глаза горели паникой. Увидев нас, лис резко развернулся и помчался рядом с нашим строем, не замедляясь.

Через мгновение из чащи показалось то, что заставило моего питомца бежать.

Из леса выступила огромная фигура.

Мощные плечи раздвигали ветки, как тростник.

Человек двигался с неторопливой уверенностью, его лицо оставалось в тени, но я чувствовал этот тяжёлый и оценивающий взгляд, который был направлен на меня.

Широкая грудь, массивные руки, способные переломить человеку позвоночник.

Напряжение достигло критической отметки. Воздух будто сгустился, каждый звук казался оглушительным в мёртвой тишине противостояния.

Я крепче сжал рукоять ножа, чувствуя, как стихийная энергия Режиссёра пульсирует в клинке.

Готов к бою. Готов защищать свою стаю любой ценой.

Фигура остановилась, и я наконец увидел лицо незнакомца.

Седая борода, изрезанная шрамами физиономия, суровые глаза под тяжёлыми бровями. За массивными плечами возвышался ещё больший силуэт – огромная медведица с красно-коричневой шерстью и костяными наростами.

Григор.

– Стоять! – рявкнул я стае в последнее мгновение.

Холодный пот прошиб между лопатками. Ещё секунда, и я отдал бы приказ атаковать союзника.

Самоубийственная глупость.

Афина материализовалась из невидимости в нескольких метрах от меня, её мускулистое тело было готово к прыжку. Красавчик выскользнул из зарослей, но вместо того, чтобы остановиться, стремительно метнулся к Григору.

Отшельник даже не дёрнулся. Спокойно подставил ладонь, и горностай мягко приземлился на неё, обнюхивая великана. Григор тихо засмеялся и осторожно погладил белую шёрстку одним пальцем.

– Умный зверёк, – пробормотал он. – Что? На этот раз не почуял, да? У меня тоже секреты имеются.

Красавчик фыркнул, соскочил с ладони и галопом вернулся ко мне, устроившись у моих ног. Режиссёр плавно спустился с дерева, не спуская настороженного взгляда с медведицы.

Карц остановился рядом со мной, тяжело дыша. Теперь я понимал причину его паники – встреча с человеком, который убил предыдущего хозяина, пробуждала в лисе смесь ярости и страха. Григор представлял для него не просто угрозу, а воплощение болезненных воспоминаний.

Отшельник неторопливо оглядел мою стаю, задержав взгляд на Режиссёре, затем посмотрел мне в глаза.

– За мной идут преследователи Короны, – сдержанно произнёс я, переводя дух. – Двое. Опытные следопыты.

Уголки губ отшельника дрогнули в мрачной усмешке.

– Огненная копия была неплохой, – ответил Григор низким, хрипловатым голосом. – Я почти поверил.

Он кивнул в сторону густого леса.

– Пошли. Поговорим без лишних свидетелей.

Мы шли молча, углубляясь в лес под предводительством Григора. Отшельник двигался с уверенностью человека, знающего каждую тропинку в этих краях. Его медведица плыла за ним бесшумной тенью, несмотря на свои внушительные габариты. Я не мог отделаться от мысли о том, насколько смертоносной она выглядела.

Моя стая сплочённо держалась позади. Режиссёр время от времени поглядывал на медведицу настороженными глазами, Афина шла рядом, готовая в любой момент прыгнуть между мной и потенциальной угрозой. Красавчик устроился на плече, но его обычная расслабленность сменилась напряжённым вниманием. Даже Карц, всё ещё переваривавший встречу с убийцей своего прежнего хозяина, держался поближе к остальным.

Мы шли уже больше часа, когда Григор наконец остановился в небольшой лощине, защищённой от ветра высокими соснами. Здесь он быстро и умело развёл костёр.

– Садись, – коротко бросил он, указывая на поваленный ствол рядом с огнём.

Я устроился напротив него, чувствуя, как тепло костра согревает лицо после прохладного утреннего воздуха. Медведица Григора легла чуть поодаль, излучая спокойную мощь. Моя стая расположилась вокруг меня полукругом – не слишком близко к огню, но достаточно, чтобы в случае чего прикрыть.

Несколько минут мы молчали, изучая друг друга через пляшущие языки пламени. Григор выглядел старше, чем в прошлый раз – новые морщины прорезали его лоб, а глаза казались уставшими. Но сила в его мощных плечах никуда не делась, руки по-прежнему выглядели способными сломать хребет медведю.

– А преследователи? – спросил я, оглядываясь на лес.

Григор лениво махнул рукой, словно отгоняя назойливую муху.

– Не переживай о них, – пробормотал он, подбрасывая в костёр сухую ветку. – Уже не проблема.

– Почему?

– Потому что.

– Странно, – я нахмурился. – Ну, раз ты так говори…

– Когда увидел твоего огненного лиса в первый раз, – перебил отшельник, помешивая угли палкой, – подумал, что Карц воскрес из мёртвых.

Я кивнул, поглаживая питомца за ушами. Он настороженно смотрел на Григора, но больше не нервничал.

– Он принял имя своего прежнего хозяина, – тихо ответил я. – В знак уважения к его памяти.

Григор поднял брови, явно удивлённый таким решением.

– Нестандартный подход, – пробормотал он. – Но эффективный, судя по результату. Ты продолжаешь удивлять меня, Макс.

Моё внимание привлекли звери отшельника – точнее, их отсутствие.

– А где остальные твои питомцы? – спросил я.

Григор помрачнел, его лицо стало ещё более суровым.

– Отдал, – коротко ответил он.

– Кому?

– Тем, кому они нужнее.

Ответ лишь добавил таинственности. Но по его тону я понял, что эта тема закрыта для обсуждения.

Я внимательнее присмотрелся к его медведице, и внезапно меня озарило. Что-то не так. В моей памяти всплыли воспоминания о нашей первой встрече – много месяцев назад, рядом с Григором стоял медведь!

Как можно было позабыть об этом!

Хотя, в той пучине боя уж вовсе не до того было. Да, определённо был медведь.

А сейчас перед костром лежала медведица. Более изящная, с тонкими чертами морды, мягкими линиями тела.

– Постой, – медленно произнёс я, нахмурившись. – Когда мы встретились в деревне, с тобой был медведь. А это… медведица.

Григор замер с палкой в руках, которой ворошил угли. Искры взметнулись вверх, осыпав его лицо оранжевыми бликами. Затем он медленно поднял глаза и посмотрел на меня. Во взгляде мелькнула тень усталости, словно я затронул болезненную тему. Он тут же спрятал её за привычной суровостью, но я успел заметить.

– Верно подметил, – хрипло произнёс отшельник, отложив палку в сторону.

– И где самец? – настойчиво спросил я, чувствуя, что наткнулся на что-то важное.

Отшельник долго молчал, глядя в огонь. Пламя отражалось в его глазах, превращая их в два тлеющих угля, ветер шелестел листвой где-то над головой, потрескивали горящие ветки.

Медведица подняла свою массивную голову и посмотрела на Григора, словно понимая, о чём идёт речь.

– Надеюсь, ты никогда не увидишь их вместе, парень, – наконец тихо сказал Григор, потирая грудь так, словно там что-то ныло.

– Почему?

Он поднял на меня усталые глаза.

– Потому что тогда мне будет очень-очень больно, – в его голосе прозвучал искренний страх этой боли.

Медведица тихо заурчала и придвинулась к нему ближе, положив огромную голову ему на колени. Григор машинально начал гладить её между ушей.

Я нахмурился, чувствуя, что за этими словами скрывается какой-то опасный секрет. Тайна, связанная с могущественной силой, которую представляет пара медведей Алой Кости. По выражению лица Григора было ясно – больше он ничего не скажет. Некоторые способности слишком болезненны, чтобы их использовать.

Я решил не настаивать на этой теме. По опыту знал – когда человек закрывается таким образом, дальнейшие расспросы лишь оттолкнут его. Лучше дождаться подходящего момента или найти другой подход.

– Григор, – начал я, выбирая слова осторожно. – Мне нужна информация. О «Семёрке Друидов» и о том, кто такой Первый Ходок.

Отшельник поднял голову от медведицы и внимательно посмотрел на меня. В его глазах мелькнуло удивление – он явно не ожидал услышать последнее.

– Откуда ты знаешь о Первом Ходоке? – медленно спросил он.

– От Ивана Драконоборца. Он сказал, что через тебя можно выйти на этого человека. И что этот человек лидер «Жнецов Леса». А ты один из них.

Григор усмехнулся.

– Драконоборец? Слишком много болтает, – пробормотал он, снова принявшись ворошить угли. – Но в этом случае он прав. Хотя добраться до Первого Ходока не так просто.

– Почему?

– Потому что даже мы, «Жнецы», не всегда знаем, где он. Это наша защита. Корону устроила бы цепочка доносчиков, ведущая прямо к нашему лидеру.

Я нахмурился, переваривая эту информацию. Разумная предосторожность в мире, где шпионы сидят в самом сердце власти.

– А что вообще за организация эти «Жнецы Леса»? – спросил я.

Григор долго молчал, явно взвешивая, стоит ли мне доверять. Медведица тихо заурчала, и он ещё раз погладил её по голове, словно черпая в этом прикосновении уверенность.

– Мы – те, кто поклялся защищать Раскол от любых угроз, – наконец сказал он. – От «Семёрки», от бездумной эксплуатации со стороны Короны, от всех, кто видит в этом месте лишь источник наживы или силы.

– Но кто вы? Что вас объединяет? Ведь ты – Зверолов одиночка из деревни на отшибе.

– Хех, – Григор покачал головой. – Мы все – люди, которые так или иначе пострадали от Раскола или действий «Семёрки». И решили взять всё в свои руки, чтобы оградить мир от трагедии. Например, у Первого Ходока выкрали дочь, Мирану. А теперь она в «Семёрке» и одержима противоположной философией, да жаждет силы Раскола. У кого-то из жнецов погибла вся семья. А кто-то, как я, просто согласился с этой философией после всего, что видел. Нас объединяет понимание того, что Раскол слишком важен, чтобы позволить кому-то проводить эксперименты…

В его голосе звучала твёрдая убеждённость.

– «Семёрка»? – я понимающе кивнул.

Лицо Григора потемнело, а глаза загорелись холодной яростью.

– Они называют себя учёными, – произнёс он, и каждое слово прозвучало как проклятие. – Но я видел результаты их «исследований». Я видел, как они выжгли целую рощу Древней, чтобы добыть каплю их сока. Видел поляны, где они ставили эксперименты над живыми зверями, превращая их в уродливых монстров. Они не учёные, Максим. Они мясники.

Режиссёр тихо заурчал рядом со мной, и я почувствовал через связь отголоски его воспоминаний – те самые видения, которые он показывал мне. Страдания других стихийных зверей, их мучительная смерть от рук «Семёрки».

– Они охотятся на редких магических существ, – продолжил Григор, заметив реакцию моего питомца. – Особенно на стихийных зверей. Для них это не живые создания, а лишь материал. Источники силы, которую можно выкачать и использовать.

– Для чего?

– Для контроля над «Приливом», – мрачно ответил отшельник.

Я напрягся. Вот оно – то, ради чего стоило искать этого человека.

– Ты знаешь о «Приливе»? – спросил Григор, внимательно изучая моё лицо.

– Знаю. Но не понимаю, что хочет «Семёрка».

Григор кивнул, словно подтверждая мои слова.

– «Прилив» – это процесс, который происходит в самом сердце Раскола, – сказал он, глядя в огонь. – Именно он превращает обычных зверей в магических существ. Именно он питает всю магию в этих землях. И тот, кто сможет им управлять…

Он не закончил фразу, но смысл был ясен. Власть над источником магии означала власть над всем миром.

– Война между жнецами и «Семёркой» за контроль над этим процессом длится уже очень давно, – добавил Григор. – Намного дольше, чем ты можешь себе представить. И с каждым годом ставки становятся всё выше. У них много последователей…

Я помолчал, переваривая услышанное. Теперь всё начинало складываться в единую картину – тайная война между двумя группировками за контроль над источником магии. И я, сам того не желая, оказался в самом её центре.

– Григор, – сказал я, решившись на полную откровенность. – Мне есть что тебе рассказать. О шпионе «Семёрки» в столице.

Отшельник насторожился, отложил палку и внимательно посмотрел на меня.

– Всеволод, начальник охраны барона, работал на них, – продолжил я. – Мы его поймали.

Брови Григора поползли вверх. Он явно не ожидал услышать такую новость.

– Как? – коротко спросил он.

Кратко рассказал ему о ночной засаде, о том, как Всеволод пытался убить меня, и как мы его разоблачили. Григор слушал молча, лишь изредка кивая. Когда я закончил, он долго смотрел в огонь.

– Значит, Корона больше не в неведении, чёртовы слепцы, сколько крови попили… – пробормотал он наконец. – А как ты узнал, что Всеволод шпион?

– Он проговорился, – ответил я. – Упомянул «Семёрку Друидов» при том, что это название не было ему известно. Только мне, от Эрики.

Григор кивнул с пониманием.

– Да, та сумасшедшая девка… – сказал он, и в его голосе прозвучала тревога. – Она особенно опасна.

– Знаю, – мрачно ответил я. – Видел её работу.

Григор помолчал, потом поднял на меня серьёзный взгляд.

– А теперь скажи мне честно, парень. Зачем ты здесь? Корона ведь дала тебе задание. Какое?

Я глубоко вдохнул, понимая, что пришёл момент полной откровенности.

– Говорю же, они хотят встретиться с Первым Ходоком, – сказал я.

Глаза Григора сузились, а его рука инстинктивно переместилась ближе к топору на поясе.

– И всё?

Не видел смысла врать.

– Я настоял, что пойду один. Мне тоже важна эта встреча. По какой-то причине Семёрка очень заинтересована моей рысью.

– Интересно, – медленно произнёс он. – И что именно советник и Драконоборец собираются предложить?

– Союз против «Семёрки». По крайней мере, так они говорят. Но после всего, что произошло, я решил прийти один. Чтобы обсудить всё с тобой.

Григор надолго задумался, глядя в пляшущие языки пламени. Медведица тревожно заурчала, чувствуя напряжение хозяина. Минуты тянулись в тишине, нарушаемой лишь потрескиванием дров и далёкими звуками леса.

– Правильно сделал. Это может быть как ловушкой, так и возможностью, – наконец произнёс отшельник. – С одной стороны, Корона могла решить избавиться от нас, ведь считает преступниками. С другой… Когда была такая явная атака на Драконий Камень, да и Всеволод… Что ж, возможно, им действительно нужен союз.

Он повернулся ко мне, и в его взгляде была смесь уважения и сочувствия.

– Ты понимаешь, в каком положении оказался, Максим? – спросил он. – Ты между тремя огнями. «Семёрка» считает тебя угрозой и хочет уничтожить. Корона использует тебя как инструмент для своих целей. А мы пока не уверены, на чьей ты стороне.

– На стороне своей семьи и стаи, – твёрдо ответил я. – И против тех, кто творит такое с животными. Так что «Семёрка» – мои враги, потому что они охотятся на Режиссёра. И я знаю, что вскоре они придут за ним. Так что враг моего врага – мой друг.

Григор кивнул с одобрением.

– Интересная фраза…

– Что нам делать? – спросил я.

Отшельник долго смотрел на меня, взвешивая что-то в уме.

– Ты лично спросишь об этом у Первого Ходока, – наконец сказал он.

Я выпрямился.

– Ты можешь организовать встречу?

– Могу, – кивнул Григор. – Но не просто так. Первый Ходок не встречается с посланниками Короны без веских причин. Особенно после всего, что произошло.

– А что может стать веской причиной?

Отшельник долго смотрел на меня, словно оценивая, готов ли я к тому, что собирается предложить.

– Твоя роль в этих переговорах, – медленно произнёс он. – Ты можешь стать не просто посланником, а человеком, которому доверяют обе стороны.

– Объясни, – потребовал я, не понимая, к чему он ведёт.

– Корона доверяет тебе как своему Рейнджеру, судя по твоим рассказам. Мы можем довериться тебе как человеку, который поймал шпиона «Семёрки» и доказал свою независимость, когда пришёл один. Ты – единственный, кто может стать мостом между нами, – Григор наклонился вперёд. – Но для этого тебе нужно понимать обе стороны. Знать наши цели, наши методы. Стать частью нас.

Я нахмурился, чувствуя подвох.

– Ты предлагаешь мне присоединиться к «Жнецам»?

– Не совсем, – покачал головой Григор. – Я предлагаю тебе стать тем, кем ты уже являешься – вольным Звероловом. Ты должен стать третьей силой, которая может говорить от имени всех сторон, потому что имеет доверие каждой. Готов ли ты пойти на такое ради ответов Первого Ходока?

Мысль была заманчивой и пугающей одновременно. Стать центром этой войны, человеком, от которого зависят переговоры и союзы…

– А что взамен? – спросил, взглянув на Режиссёра. Рысь смотрела на меня с такой мольбой, что я невольно сжал губы.

– Ничего, – ответил Григор. – С тебя и так хватит проблем.

Предложение было слишком выгодным, чтобы от него отказаться. И в то же время слишком опасным, чтобы принять его полностью.

– Хорошо, сведу вас, – решительно кивнул. – Но на этом всё. В каких-то интригах и политике участвовать больше не буду нико… Что происходит⁈

Лес вокруг нас вдруг неестественно затих.

Исчезли все звуки – щебет птиц, шелест листвы, даже жужжание насекомых. Ветер замер, словно природа задержала дыхание. Воздух сгустился, стал тяжёлым и давящим. Я почувствовал холодок между лопатками – такую тишину в лесу можно было объяснить лишь присутствием абсолютного хищника. Того, кого боятся даже самые мелкие создания.

Григор мгновенно напрягся, его рука метнулась к топору. По его лицу я понял – он тоже не чувствовал приближения угрозы. Медведица поднялась на лапы, издавая низкий, растерянный рык. Даже её обострённые чувства ничего не уловили до последнего момента.

Моя стая встала в боевую готовность – Афина материализовалась рядом со мной, Режиссёр взвился в воздух, Красавчик соскочил с моего плеча. Но по их движениям было видно, что они тоже не понимают, откуда исходит опасность.

Словно наши враги материализовались из самого воздуха.

Из теней под древними соснами, которые ещё мгновение назад казались пустыми, выступили три фигуры.

Первая из них была высокая, полностью скрытая под тёмным балахоном. Капюшон глубоко надвинут на лицо, не видно ни черты. От незнакомца исходила аура мертвенного холода, заставляющая кожу покрываться мурашками. Воздух вокруг него слегка мерцал, словно тепло уходило прямо в пустоту.

Вторая фигура заставила моё сердце пропустить удар.

– Виола? – прошептал я, не веря своим глазам.

Девушка, которую я когда-то спас от стаи Звёздных волков, стояла перед нами. Но это была не та испуганная девчушка, которую я помнил. Её лицо стало жёстким, холодным, а в глазах горела ледяная ненависть. Возле неё шло существо из чистой тьмы – волкоподобный зверь, но крупнее и злобнее любого настоящего хищника. А рядом какие-то твари, при взгляде на которых сразу вспомнилась Эрика.

Тут же узнал и третьего – Марк. Тот самый Мастер, с которым она ушла из деревни.

Виола смотрела на меня с презрением, от которого по спине пробежал холодок.

– Максим, – произнесла она, и в её голосе не было ни тепла, ни признательности. – Как неприятно тебя видеть.

– Моран? – выдохнул Григор, вскакивая на ноги.

Друид в балахоне без единого предупреждения вскинул руку.

Глава 22

Бой начался без всякого предупреждения.

Друид Моран метнул руку вперёд, и из его пальцев выстрелили десятки стрел из чистой тьмы. Они свистели в воздухе, оставляя за собой чёрные следы.

Григор рванулся ко мне.

– Берегись! – рявкнул он.

Мощная рука отшельника врезалась мне в грудь и швырнула в сторону. Я покатился по земле, чувствуя, как стрелы просвистели над головой, пронзив воздух там, где я стоял мгновение назад.

– Афина, невидимость! Рассредоточиться! – мысленно рявкнул стае.

Кошка растворилась в воздухе, исчезнув без следа. Остальные питомцы разбежались в разные стороны, превращая себя в множественные цели.

Я вскочил на ноги и рванулся к толстому стволу сосны. Активировал «Лёгкий шаг», оттолкнулся от земли и взмыл вверх по стволу, чувствуя, как от новых ударов теневых стрел по дереву летят щепки.

Одна из стрел настигла меня на высоте трёх метров.

Чёрный снаряд пронзил воздух, целясь прямо в спину. Я уже приготовился к удару, но между мной и стрелой каким-то чудом оказался белый комок шерсти.

Красавчик!

Стрела прошила горностая насквозь с мокрым, отвратительным звуком. Кровь брызнула на кору дерева. Тельце моего первого питомца обмякло и начало падать к корням…

Но вместо того, чтобы удариться о землю, рассыпалось серебристой пылью.

Иллюзия. Чёртов умный зверёк создал копию себя, чтобы прикрыть меня, а я опять чуть не повёлся!

Внизу раздался рык, от которого задрожали стволы деревьев.

Я оглянулся и увидел, как Григор стоит над своей медведицей, положив руки ей на голову. Из его ладоней исходило алое свечение, которое перетекало в его тело. Медведица, наоборот, тускнела, её мощная фигура словно теряла часть своей силы.

Он снова это делает?

На глазах отшельник начал расти. Его плечи расширились ещё больше, мускулы налились невероятной силой, а всё тело окутало защитное алое сияние. Он увеличился почти в полтора раза, превратившись в настоящего великана, излучающего мощь.

– Моран! – проревел Григор голосом, от которого осыпались листья. – Наконец-то решился показаться, крыса!

Друид в балахоне засмеялся холодным, мертвенным смехом.

– Григор-дурачок… – прозвучал его голос, эхом отдаваясь между деревьями. – Сколько можно цепляться за прошлое?

Отшельник двинулся к друиду. Каждый его шаг заставлял землю содрогаться, алое сияние пульсировало вокруг него волнами.

За спиной Морана выступили создания тьмы – волки размером с медведей, сотканные из живых теней. Их глаза горели красным огнём.

Поляна мгновенно превратилась в арену для двух сражений.

Девушка, которую я когда-то считал обычной высокомерной пигалицей, смотрела на меня снизу с холодной ненавистью. Марк сжимал в руках какое-то оружие, которого я раньше не видел – изогнутый клинок, покрытый ядовито-зелёными венами.

– Виола! – крикнул я с дерева. – Обратного пути не будет.

– Ну и отлично! – ответила она, и её голос звенел от злобы. – Наконец-то убью того, кто лишил меня всего! Кто заставил бежать от позора и лишиться собственного имени!

Дура…

Под деревом застыли две жуткие химеры – создания, которых не должно существовать в природе. Одна представляла собой гибрид волка и змеи, с длинным, гибким туловищем и клыками, сочащимися ядом. Вторая была ещё более отвратительной – ящер размером с пони, но с шестью лапами и головой хищной кошки.

И над всем этим кошмаром возвышался её теневой волк. Его красные глаза горели злобой, но он почему-то показался знакомым.

Я быстро оценил силы противника. Химеры были сильными, но неестественными – в их движениях чувствовалась неустойчивость, как будто части их тел плохо сочетались друг с другом. Теневой волк представлял бо́льшую опасность.

Все трое находились на грани эволюции – близились к двадцатому уровню. Серьёзная угроза для обычного Мастера, но не для меня.

– ЖДИ.

Я решил припрятать свой главный козырь.

Моя стая мгновенно развернулась в боевой порядок. Красавчик создал две свои копии, которые немедленно бросились на Виолу с разных сторон. Девушка отпрыгнула назад, выкрикнув команду своим питомцам.

Первая химера – гибрид змеи и волка – метнулась к одной из копий Красавчика, её челюсти широко раскрылись. Но горностай исчез в последний момент, оставив монстра кусать воздух.

Шестилапый ящер развернулся ко мне, его кошачья голова оскалилась в хищной улыбке. Я создал воздушное лезвие и обрушил его на уродливое создание, оставив глубокую рану на боку. Монстр взревел от боли. Карц тут же открыл огонь, струи пламени заставили тварь отступить с болезненным рёвом.

Режиссёр атаковал сверху, создав плотный вихрь, который швырнул змее-волка к стволу дерева.

Я перехватил инициативу и ударил по теневому зверю Виолы. Он едва уклонился, моё лезвие срезало несколько клочков тёмной шерсти.

– Не можешь даже защитить своих уродцев? – крикнул я Виоле, уворачиваясь от прыжка ящера-химеры. – СТОИШЬ НА МЕСТЕ!

Она держалась на безопасном расстоянии, как типичный Зверолов, полностью полагаясь на питомцев. В отличие от меня, она не участвовала в бою лично – просто отдавала команды и старалась не попасть под удар.

Марк попытался зайти мне в спину с отравленным клинком, но я развернулся и парировал его удар воздушным лезвием. Искры разлетелись от столкновения магии с металлом.

Примитивно. Он использовал навык своего питомца для маскировки и решил обойти. Слишком предсказуемо, ведь Режиссёр передал мне эту информацию.

В этот момент настоящий Красавчик материализовался прямо под его ногами и вцепился в ахиллесово сухожилие, заставив мужчину упасть и заорать от боли.

Я доминировал в этом бою. Химеры Виолы были сильными, но неповоротливыми, а её теневой волк, хоть и быстрый, не мог пробиться через мою защиту. Режиссёр контролировал воздух, Карц жёг наземные цели, а Красавчик путал противников своими иллюзиями.

– ЖДИ.

Змее-волк попытался использовать какой-то навык, его змеиные глаза начали тускло светиться. Но Карц, подчиняясь моему приказу, даже не смотрел на него, а просто выжег пространство перед собой стеной огня.

Ящер-химера рванулся ко мне, готовясь к кислотному плевку – его чешуя начала испускать ядовито-зелёное свечение. Но он не успел.

– Режиссёр!

Воздушный вихрь обрушился на монстра сбоку, подхватил его тяжёлое тело и швырнул в ствол дуба. Химера врезалась в дерево с глухим треском, осыпав себя корой и щепками.

Сильные твари, без сомнения. Но действуют без всякой мысли. Просто прут напролом. Виола бросает их в бой как камни, даже не пытаясь координировать. Они мешают друг другу. Это мой шанс.

Краем уха я уловил громоподобный треск – это топор Григора врезался во что-то невидимое, и земля под ногами содрогнулась.

– Твои питомцы слабы, Виола! – крикнул я, вынуждая совершать ошибки. – Эксперименты Эрики не сделали их сильнее!

Девушка побагровела от ярости. Её глаза загорелись ненавистью, и она выкрикнула что-то, чего я не расслышал.

Теневой волк внезапно остановился посреди атаки и поднял морду. Из его пасти начала сочиться абсолютная тьма. Она хлынула в мою сторону и мир погрузился во мрак.

Я ослеп. Полностью.

Вокруг меня расстилалась абсолютная чернота.

– СЕЙЧАС!

В тот же миг грянул полный звериной ярости рык Афины, которая всё это время ждала мою команду. За ним последовал пронзительный крик Виолы.

Справа раздался мощный свист рассекаемого воздуха – Режиссёр создал вихрь, но не здесь, где шёл мой бой с Виолой, а в зоне сражения Григора и Морана.

Где-то за спиной с треском рухнуло дерево, хотя ни один из моих противников его не касался. Бой тех двоих менял сам ландшафт поляны.

Пелена тьмы рассеялась так же внезапно, как появилась.

Афина держала Марка на земле. Огромная кошка навалилась всей своей массой на грудь мужчины, её клыки нависали в сантиметрах от его горла. Марк хрипел под тяжестью её тела, его отравленный клинок валялся в стороне.

Виола кричала, видя, как её спутник оказался в смертельной опасности.

Афина оскалилась, готовая сомкнуть челюсти на горле Марка. Ещё мгновение…

Внезапно кошка взревела от боли и отлетела в сторону, словно её ударила невидимая кувалда. Она кувыркнулась по земле и с трудом поднялась на лапы, встряхивая головой.

Рядом с поверженным Марком материализовалось создание из чистой тени – волк размером с медведя. Зверь Морана. Друид прислал своего питомца на помощь союзникам, пока сам сдерживал натиск Григора.

Проклятье. Почти получилось.

Но время не было потеряно зря. Пока внимание всех было сосредоточено на Афине, я сделал то, ради чего затеял весь этот спектакль.

Одним молниеносным выпадом я настиг змее-волка.

Химера была отвлечена криками хозяйки и звуками боя – неопытная, с ней никто не тренировался. Моё воздушное лезвие вошло ей между рёбер, пронзив сердце насквозь. Мерзкое создание даже не успело издать звук – просто рухнуло на бок, из его пасти потекла тёмная кровь.

Убита Химера. Уровень 19 – F.

Получено опыта: 5000.

Получен уровень 27.

Доступно поглощение Тёмной Эссенции.

Поглотить?

Да/Нет

Нет.

Один врагом меньше.

Волк Виолы вдруг растворился в тени ближайшего дерева и тут же вынырнул из моей собственной тени, метя клыками в ногу. Теневой скачок! Я едва успел отдёрнуть ногу и ударил наотмашь, но он уже скрылся.

Чёрт, да это же её волк. Тот самый, которого я штопал!

Вот почему он сильнее этих ужасных питомцев, которыми друиды наградили Виолу – зверь с ней давно. Девка лишь командует «фас», а на деле так и осталась неопытным звероловом.

Вспышки алого и угольно-чёрного света на периферии зрения говорили о том, что битва отшельника в самом разгаре.

Я бросил взгляд на Григора, оценивая его состояние, и этой доли секунды хватило. В следующее мгновение что-то врезалось мне в плечо с силой кувалды.

Удар был такой мощи, что ноги оторвались от земли. Мир закрутился вокруг меня – деревья, небо, земля слились в безумную карусель. Я летел по воздуху как тряпичная кукла, пока не врезался спиной в толстый ствол дуба.

Острая боль пронзила позвоночник. Я сполз по коре и рухнул на четвереньки, кашляя кровью. В ушах звенело, а в глазах плясали чёрные точки.

Проклятье, отвлёкся. Вокруг слишком много противников, контролировать ход боя и всю стаю разом стало невероятно сложно.

И всё равно – детская ошибка.

Поднял голову и увидел картину, от которой похолодело в груди.

Григор стоял на одном колене рядом со своей медведицей. Алое свечение вокруг него потускнело до едва заметного мерцания. Отшельник тяжело дышал, опираясь на рукоять топора. По его лицу текла кровь из глубокой раны на лбу.