Текст книги "Егерь. Сердце стаи. Книга 5 (СИ)"

Автор книги: Николай Скиба

сообщить о нарушении

Текущая страница: 6 (всего у книги 16 страниц)

Глава 8

Следующие дни прошли в относительном спокойствии.

Строительство фермы близилось к завершению, и результаты превзошли мои ожидания. Частокол из заострённых брёвен теперь опоясывал всю долину, создавая надёжный периметр безопасности. Сторожевые вышки возвышались над оградой, обеспечивая полный обзор окрестностей.

Главное здание у озера, которым я не успел насладиться, получилось основательным и функциональным. Двухэтажный дом с широкими окнами и просторными комнатами стал настоящим центром управления фермой. Отсюда открывался превосходный вид на всю долину, а близость к воде делала это место идеальным для жизни.

Василий со своей бригадой завершил строительство первых вольеров. Система ярусного размещения работала именно так, как я планировал. Вольеры для хищников на возвышенностях, пастбища для травоядных в низине, защищённые участки для молодняка – всё было продумано до мелочей.

Склады для кормов разместили в стороне, а будущие тренировочные площадки вынесли на достаточное расстояние, чтобы звуки боёв не пугали животных. Даже примитивная система водоснабжения была готова – Каменный Ворчун уже занял своё место у истока ручья, превратившись в живой фильтр для всей водной системы фермы. Вчера я забрал у Тимофея именно его, чему он был несказанно удивлён. И спасибо Ирме, я даже не удивился, когда она притащила нужный реагент для Ворчуна откуда-то из леса.

Всю охрану заменили – бедолаг так же ожидал ряд допросов.

Меня терзали мысли и сомнения касательно волка Теневого Разреза Всеволода, но такой разговор нужно было вести лично. А пока Арий перенёс нашу встречу на несколько дней, мне есть чем заняться.

– Эй, – подозвала меня Ирма с крыльца, где она развешивала сушиться собранные травы. – Иди сюда, поговорить надо.

Я подошёл к ней, наблюдая, как ловко её морщинистые пальцы связывают пучки растений. За эти дни она обустроила настоящую травяную плантацию на солнечном склоне, и теперь воздух в долине был наполнен ароматами.

– Что-то случилось?

– Да нет, – махнула она рукой, задумчиво перебирая травы. – Знаешь, зря ты заставлял Карца создать мою копию. Я бы сама этого Всеволода зашибла.

Она демонстративно подняла свою палку и несколько раз взмахнула ею в воздухе.

– Поверь мне, – продолжила Ирма с хитрой улыбкой, – этот предатель не ожидал бы такого поворота.

Я не мог сдержать улыбку. Даже в такой ситуации бабка умудрялась шутить и подбадривать.

– Увы, Ирма, такой подход было бы сложнее объяснить Арию.

– То-то и оно, – согласилась она. – Ну да ладно, главное, что всё обошлось. Позвала не поэтому. Рассказывай уже. Вижу же, неймётся.

Я действительно планировал следующий шаг. Время для эволюции Афины пришло, и медлить было нельзя. Ей оставалось совсем немного, и у меня было стойкое ощущение, что моя девочка стоит на пороге чего-то великого. Она единственная имела в запасе очень много свободных очков.

После разоблачения Всеволода я понимал, что Семёрка рано или поздно нанесёт ответный удар. Правильно сказала Ирма, бегать нет смысла – я ни за что не отдам Режиссёра в их лапы, такова моя суть. Мы – одна стая, я дал близнецам клятву. Альфа должен быть готов к любым угрозам.

– Неймётся… Отправляюсь в лес. Афине пора поработать.

Ирма кивнула с пониманием:

– Серьёзное дело. Сколько тебя не будет?

– День, максимум два. Оставлю на ферме Режиссёра и Актрису – они обеспечат защиту. С собой возьму остальных.

– А Лина с Дамиром?

– Останутся здесь. Им полезно будет самостоятельно управлять хозяйством хотя бы день-два. Пусть учатся ответственности.

Ирма резко развернулась.

– Совсем мозги потерял? – рявкнула она, сверкнув глазами. – Оставишь детишек одних, когда по округе твои дружки-убийцы шастают? Думаешь, раз одну крысу поймали, остальные что, сбежали?

Я попытался возразить:

– Но они должны учиться самостоятельности…

– Самостоятельности! – фыркнула бабка. – Да они ещё в штанишки ссать будут от страха, если к ним ночью кто постучится. А ты их тут одних бросаешь.

Её слова попали в яблочко. После встречи с Карцем они и вправду постоянно держались меня.

– Тащи малявок с собой, – отрезала Ирма, махнув рукой. – Пусть лучше в лесу при тебе дрожат, чем здесь без толку сидят и ждут. Травкам чуть подучила, будут пользу приносить.

– Такого как-то не планировал, – я сокрушенно покачал головой. – Им не нужно быть частью этой проблемы.

– Поздно думать об этом, теперь просто сделай их сильными, раз уж это твои люди.

Вечером я собрал их в главном здании. Лина и Дамир недоумённо переглянулись, когда я сообщил об изменении планов.

– Питомцев из лавки Тимофея привезут послезавтра. Так что пойдёте со мной на охоту, – сказал я коротко. – Наконец-то взглянете, как это делается по-настоящему.

Дамир нахмурился:

– А можно сначала объяснить, что происходит? После того, что тут случилось…

Я тяжело вздохнул.

– Садитесь. Как раз хотел рассказать вам.

Следующие полчаса подробно объяснил им ситуацию. О Семёрке Друидов, об их планах, о том, что Всеволод был лишь одним из многих агентов. О том, что они знают обо мне и моих питомцах.

– Та экспедиция. – сказал я в конце. – Карц был одним из них. Друидом огня.

Лина побледнела, а Дамир сжал кулаки. Я видел, как в их глазах всплывают воспоминания о той битве.

– Семёрка – это не обычные противники, – продолжил я спокойно. – Они методично истребляют всех, кто может им помешать. А значит, рано или поздно придут и сюда.

– Но ведь Драконоборец так легко расправился со Всеволодом, – усомнилась Лина.

– Он всего лишь обычный Мастер, пусть и с волком четвертой ступени, – я махнул рукой. – Поверьте, то, что делал Иван, не подвластно простому человеку. Его физическое развитие вышло далеко за пределы обычного смертного. И вообще… Вы что, забыли, что мог делать Карц?

Я сделал паузу, давая словам осесть.

– Пока не поздно, вы можете уйти. Найти себе безопасное место подальше от этого конфликта. Никто не осудит такой выбор.

Лина и Дамир переглянулись.

– Мы… – начала девушка и запнулась. – Мы помним, что происходило во время атаки Карца. Как заморозились, пока вы сражались. Мы были просто бесполезны!

– Если бы не ты и не Григор, мы бы все погибли, – тихо добавил Дамир. – И ничего не смогли сделать, чтобы помочь.

– Максим, мы с братом это обсуждали. Мы не хотим больше быть такими, – твёрдо сказала Лина, встречаясь со мной взглядом. – Хотим остаться и научиться, но есть… небольшое условие.

Дамир кивнул:

– Научи нас. По-настоящему. Не как в Гильдии, где показывают основы. И не со всякими грядками Ирмы, неужели мы всё ещё должны что-то доказывать? Мы видели, на что способны твои питомцы. Хотим заходить глубоко и ловить сильных зверей!

Я с удовлетворением кивнул. Именно этого и ждал. Если бы сейчас услышал что-либо другое, вмиг прогнал бы их.

– Это ваш выбор, запомните его, – сказал я, поднимаясь. – Собирайте вещи. Завтра идём в лес. И запомните, бой – это не всегда то, что нужно. Сначала научитесь выживать и изучать противника.

Когда ученики разошлись собирать вещи к завтрашнему походу, я поднялся в свою спальню и растянулся на кровати, запрокинул руки за затылок.

Всеволод был всего лишь одним агентом Семёрки, причём далеко не самым могущественным. Где-то там, в неизвестных мне местах, действовали другие друиды.

Время работало против меня.

Каждый день промедления давал врагам возможность подготовиться, найти способ нейтрализовать мою стаю, разработать план захвата Режиссёра. Я должен был действовать на опережение, максимально усилить боевую мощь своих питомцев, пока у меня ещё есть возможность.

Открыв Звериный Кодекс, внимательно изучил накопленные очки. У каждого питомца были свободные очки характеристик, которые я бережно копил для будущего развития. Обычно я распределял их постепенно, планируя долгосрочный рост стаи.

Но обстоятельства кардинально изменились.

Семёрка могла нанести удар в любой момент. Завтра, через неделю, через месяц – я не знал. Но когда это произойдёт, каждый уровень силы моих питомцев может стать решающим фактором между жизнью и смертью.

Я принял радикальное решение.

– Выходи, стая, – мысленно призвал их.

Один за другим питомцы материализовались в моей спальне – сначала Афина, затем Режиссёр и Актриса, последним появился Карц. Просторная комната вмиг стала тесной, заполнившись крупными хищниками.

Афина недовольно рыкнула на огненного лиса, заняв доминирующую позицию у моих ног. Актриса вторила ей более тихим, но не менее угрожающим урчанием.

Иерархия всё ещё не была окончательно установлена, и появление бывшего врага вызывало напряжение.

Карц мгновенно отпрыгнул к дальней стене, его хвосты распушились, а тело пригнулось к полу в классической позе подчинения. Умный зверь прекрасно понимал своё положение в стае и не собирался провоцировать конфликт.

Режиссёр с королевским спокойствием занял место у окна, демонстративно игнорируя напряжение между остальными. Красавчик устроился на подоконнике, наблюдая за происходящим с любопытством.

– Хватит, – коротко сказал я, и все замерли. – Садитесь.

Только когда все питомцы заняли места усевшись вокруг меня полукругом, я открыл Звериный Кодекс ещё раз. Время для экспериментов кончилось – нужна была максимальная боевая эффективность.

Режиссёр первым попал под усиление. Его поток составлял 13, и у него было 6 накопленных очков развития. Ловкость улучшить до порога просто не смогу, поэтому нацелимся в остальные. Добавив все очки, я довёл поток до 19, но порогового значения не достиг. Пришлось потратить ещё 2 собственных очка Мастера.

Поток 19+2=21

Характеристика «Поток» достигла третьего порога «21».

Навык Лёгкий шаг (F) улучшен.

Лёгкий шаг (E) – создаёт у своих лап большой плотный вихрь, который позволяет скользить по поверхности с удвоенной скоростью и совершать резкие манёвры в воздухе.

Разочарование накрыло меня волной. Тот же навык, что у Актрисы. Но отступать было некуда – в бою против Семёрки каждое преимущество могло стать решающим. Вложил ещё 4 очка Мастера в его силу, памятуя о примере Красавчика.

Сила 4+4=8

Характеристика «Сила» достигла первого порога «8».

З начительное укрепление грудной клетки и мышц туловища.

Изменения коснулись торса рыси. Через нашу ментальную связь я ощущал каждую трансформацию – межрёберные мышцы заметно уплотнились, создавая естественную броню вокруг жизненно важных органов.

Грудная клетка обрела удивительное сочетание гибкости и прочности, способное выдержать удары, которые раньше оказались бы смертельными. Мышцы спины и живота превратились в упругий каркас, готовый поглощать и перераспределять силу вражеских атак.

Я провёл рукой по боку Режиссёра, ощущая под ладонью новую плотность тканей. Каждое прикосновение подтверждало правильность моего выбора – усилить именно брата было жизненно необходимо, ведь он оставался главной целью друидов.

С Актрисой дела обстояли хуже. У неё накопилось всего три очка развития, которые я без особых надежд вложил в силу. Причина была – именно этот параметр в прошлый раз усилил «Связь» с её братом.

Сила 8+3=11

Знал, что не дойду до порогового значения, у меня самого оставалось лишь одно очко Мастера. Ничего, ещё успеем.

Красавчика я оставил на особый случай.

– Ну что, бродяга? – я улыбнулся горностаю, глядя в его умные глаза. – Хочешь стать сильнее, да? Как раз для тебя приберёг…

Ответ пришёл потоком ярких образов – Красавчик буквально жаждал перестать быть самым слабым в стае, устал прятаться за спинами товарищей в бою. Мой верный следопыт хотел защищать стаю наравне с остальными.

Очков у мелкого было много, целых 12.

Пять из них сразу ушло в силу.

Сила 8+5=13

Характеристика «Сила» достигла второго порога «13».

Биомеханическая перестройка тела завершена. Развита уникальная «пружинная» мускулатура спины, позволяющая совершать молниеносные выпады. Челюстной аппарат усилен для дробления костей добычи.

Красавчик застыл, охваченный волнами трансформации. Его белоснежная шерсть встала дыбом, а компактное тело напряглось. Через нашу связь я ощущал каждое изменение – мышцы задних лап и позвоночника уплотнялись, превращаясь в мощные пружины. Челюстной аппарат укреплялся, клыки становились крепче и острее, приспосабливаясь для захвата более крупной добычи.

Настоящая магическая зверюга.

Остальные питомцы насторожились.

Афина подняла голову, принюхиваясь к изменившемуся запаху товарища. Режиссёр прищурился, оценивая метаморфозу. Даже Карц повернул морду в сторону горностая, хвосты дернулись от удивления.

– Впечатляет, но этого мало, – пробормотал я, глядя на преображающегося зверька. – Раз ты хочешь силы, мой маленький белый друг, то ты её получишь. Готов?

Вложил ещё семь очков.

Сила 13+7=20

– Что ж, и мой последний, только для тебя, – решил я, тратя последнее очко Мастера.

Это даже символично. Ведь он мой первый питомец.

Сила 20+1=21

Характеристика «Сила» достигла третьего порога «21».

Физиологическая трансформация хищника. Развита уникальная система «быстрых» мышечных волокон в конечностях. Череп укреплен. Хвост стал более мускулистым.

Красавчик дрожал всем телом, его мускулатура перестраивалась на глазах. Конечности становились плотнее, хвост и вправду стал толще.

Афина тихо и одобрительно зарычала.

Красавчик внезапно подскочил на месте, словно пружина сработала сама собой. Приземлился бесшумно, но точно, и повернул ко мне голову.

В его чёрных глазах горел новый огонь.

Он больше не был простым следопытом стаи. Потому что стал воином.

Режиссёр поднялся с места и подошёл к преображённому товарищу. Обошёл вокруг него, изучая изменения, затем одобрительно кивнул. Актриса мягко мурлыкнула.

Красавчик распушил хвост и выпрямился. Впервые за всё время он стоял рядом с ними как равный.

– Ну всё-всё, хорош выпендриваться, – я хохотнул и повернулся к лису. – Пора бы и тебя изучить поподробнее, Карц.

Открыл интерфейс.

Питомец: Огненный Копир.

Уровень: 21.

Опыт: 32400/46428

Эволюционный индекс: E.

Характеристики питомца:

Сила: 21

Ловкость: 13

Поток: 26 (основа)

Свободных характеристик питомца для распределения: 0.

Навыки:

Огненная аура (E) – тело зверя объято пламенем высокой температуры. При концентрации ауры способен накапливать внутреннюю энергию для разрушительного огненного выброса, однако подобная атака требует времени на подготовку и серьёзно истощает питомца.

Огненная копия (D) – создаёт иллюзорную копию хозяина или человека одной с ним крови. Иллюзия создает идеальную имитацию, поддерживаемую энергией Зверолова. Время действия и расстояние зависит от уровня навыка.

Карца пришлось оставить без изменений – у него не было свободных очков развития.

– Прости, – я даже чуть расстроился. – Нам предстоит с тобой долгий путь, у тебя вообще всего два навыка, а до эволюции ох как далеко.

А вот Афину ждала самая радикальная трансформация. Она моя главная ударная сила, живой танк стаи. Мне нужен был её следующий порог силы, и она была единственным питомцем, который мог дать мне эту информацию. В этом помогут её двенадцать накопленных очков.

Сила 37+12=49

И…

– Ни-че-го, – сокрушённо выдохнул. Система молчала, словно издеваясь над моими ожиданиями. Следующий порог явно был куда дальше, чем я рассчитывал.

Расстройство сменилось холодным расчётом. Даже без новых способностей моя стая стала значительно сильнее. Этого должно хватить для того, что нас ждёт. Конечно, можно было придержать очки Мастера и попробовать докинуть их, но зачем? А что, если бы всё равно не хватило? И тогда мой стратег остаётся без усиления?

Глупо.

И всё-таки это был отчаянный шаг. Я жертвовал долгосрочным развитием ради максимальной боевой готовности здесь и сейчас. Обычно такие решения принимали только в критических ситуациях, когда альтернативой была неминуемая гибель.

Но именно в такой ситуации я и находился. Семёрка… Нет, уже Шестёрка Друидов способна уничтожить меня. И если для защиты всего этого мне нужно было пожертвовать перспективами развития, то я готов был заплатить эту цену.

Завтра мы идём в лес. Афина и Красавчик на пороге эволюции.

Должны успеть.

Ведь так?..

Глава 9

На следующий день мы втроём направились в лес. Основной целью было усиление стаи, но и братом с сестрой нужно заняться.

Я пытался. Честно. Объяснял им теорию выживания, рисовал на земле тактические схемы, заставлял их питомцев отрабатывать базовые команды. И сколько бы не пытался…

Бесполезно.

Они слушали, кивали, даже что-то записывали. Но в их глазах я не видел понимания. Лишь вежливое внимание учеников, которые привыкли к лекциям в тёплых залах Гильдии. Они воспринимали мои слова как очередную порцию теории, которую нужно запомнить, а не как знание, выжженное кровью на шкуре. Их питомцы, чувствуя неуверенность хозяев, выполняли команды вяло, без огня.

И я понял, что… их нужно сломать. Это гильдейское, тепличное восприятие мира. Они должны были на своей шкуре почувствовать ледяное дыхание смерти, осознать цену одной-единственной ошибки. Словами этого не донести. Только шок. Только контролируемый провал, где я буду страховкой.

Поэтому сегодня – экзамен. И я знал, что они его провалят.

Второй, даже более важной причиной, была оценка их боевого духа. Они всё же Звероловы с питомцами, а не детишки. Вот и посмотрим, как они ведут себя в бою с равным противником.

Я вёл их напрямик, через бурелом и овраги.

Молча.

Ветки хлестали по лицам, корни цеплялись за ноги, а я шёл вперёд размеренным, неутомимым шагом егеря. Пусть привыкают. Настоящий урок начинается не с теории, а с мозолей и сбитого дыхания.

За спиной слышались их тяжёлые вздохи, приглушённые ругательства и шорох одежды о кусты. Дамир несколько раз поскальзывался на мокрых камнях, а Лина боролась с цепкими ветками, которые словно специально путались в её волосах. Но я не замедлял шага и не оборачивался. Если они хотели стать частью моего мира, то должны были научиться его языку.

– Какая цель? – наконец не выдержал Дамир, с трудом перелезая через поваленный ствол, покрытый скользким мхом. Его голос звучал напряжённо, а дыхание сбилось.

– Вообще, сердце сильного существа второй ступени, – бросил я через плечо, не замедляя шага. – Для эволюции Афины.

Они замерли как вкопанные. Звук их шагов прекратился, и в лесу на мгновение повисла тишина, нарушаемая лишь далёким стрекотанием насекомых. Такой зверь был для них серьёзным противником – существом, которое легко могло убить их обоих, если они допустят ошибку.

– Но мы же… – начала было Лина, и в её голосе прозвучала нотка испуга.

– Не переживайте, это моя проблема. А пока идём к границе, ваша задача – найти, измотать и подставить под удар более простого зверя, – оборвал я её, наконец обернувшись. – Займитесь охотой, посмотрю, что можете. Твой питомец, Лина, на пороге эволюции. Но осторожнее. Я могу не всегда быть рядом. Сейчас ВЫ показываете, на что способны.

В их глазах мелькнуло понимание того, что весёлая прогулка превратилась в проверку на выживание.

Первые несколько часов поисков оказались малорезультативными. Я находил следы разной живности – отпечатки лап лесных кошек, борозды от копыт каких-то травоядных, даже пару свежих меток хищных птиц на стволах деревьев. Но все эти звери были явно слабыми, и тратить на них время не имело смысла. Им нужен был противник, способный довести лису Лины до второй ступени.

Красавчик носился по лесу как заводной, собирая каждую попавшуюся на глаза травинку или корешок. Его новые физические возможности явно пьянили – горностай то и дело демонстрировал молниеносные броски к интересным находкам, с азартом раскапывая почву усиленными когтями. Земля летела фонтанчиками из-под его лап, листья шуршали, когда он пронзительной белой стрелой проносился между деревьями.

Воздух наполнился запахами вырытой земли, сока растений и того чуть металлического аромата, который всегда сопровождал свежие магические ресурсы. Красавчик принюхивался к каждой находке с профессиональным интересом, его мокрый нос подрагивал от волнения.

– Дамир, – позвал я, наблюдая за очередным порывом активности моего питомца. – Иди сюда. Красавчик покажет тебе многие ресурсы. Пора и тебе поучиться полезному делу.

Дамир неохотно подошёл, явно предпочитая наблюдать за охотой, а не заниматься сбором трав. В его движениях чувствовалось разочарование – парень мечтал о славных сражениях, а не о копании в грязи за корешками. Но спорить не стал, лишь тяжело вздохнул и покорно познавал науку.

– Потом спасибо скажешь, – я усмехнулся.

Первый по-настоящему интересный след удалось найти у ручья.

Глубокий, четырёхпалый отпечаток. Земля вокруг была измята и исцарапана, словно зверь специально оставил визитную карточку своей силы. Влажная глина хранила каждую деталь – от глубины вдавливания до мелких царапин по краям.

Секач. Взрослый самец.

Я присел на корточки, изучая след с профессиональным интересом охотника. Судя по глубине отпечатка и расстоянию между шагами, зверь был крупным и тяжёлым. Сила, с которой копыта врезались в землю, говорила о мощных ногах, способных нанести серьёзный удар. По краям отпечатка виднелись следы раздвоенных копыт – классический признак дикого кабана, но размеры превышали обычные.

– Силён, – констатировал я, указывая на отпечаток. – Шёл на водопой около часа назад. Грязь ещё влажная, но уже начала подсыхать по краям. Он ваш.

Лина и Дамир переглянулись с плохо скрываемой тревогой. В их глазах промелькнуло понимание того, что теоретические знания и практика – две большие разницы.

Следующие два часа превратились для них в ад медленного обучения. Они теряли след каждые несколько минут, путали его со следами других зверей, спорили шёпотом о том, в какую сторону повернуть, и отчаянно пытались применить те крохи знаний, что у них были.

Дамир то и дело наклонялся к земле, щурился, водил пальцем над отпечатками. От напряжения на лбу парня выступил пот.

Дилетанты. Они смотрят на землю, а надо смотреть на сломанные ветки на уровне груди. Зверь шёл напролом, а они ищут отпечатки там, где их смыло ручьём.

Лина почему-то пыталась принюхиваться, как это делала её лисица, но человеческое обоняние было слишком слабым для такой работы. Её ноздри расширялись в попытке уловить хоть какой-то запах, но вместо следов зверя она ощущала лишь обычные лесные ароматы.

А вот я, благодаря собственной эволюции, чувствовал.

Чувствовал и шёл за ними, молчаливый как тень, лишь изредка качая головой, когда они сворачивали совсем не туда. Моё молчание давило на них сильнее любых криков. В движениях нарастала нервозность, они начинали оглядываться на меня с мольбой о помощи, но встречали только каменное выражение лица. Я видел, как их уверенность тает с каждой ошибкой, как плечи опускаются от усталости и разочарования.

До этого дня им всегда было на кого опереться. Сегодня всё изменится.

– Здесь он поменял направление, – наконец прошептал Дамир, указывая на место, где отпечатки резко поворачивали влево.

– Почему? – спросил я коротко, не давая ему передышки.

– Э-э… – он растерялся, судорожно пытаясь найти ответ в своей памяти.

– Ветер, – тихо подсказала Лина, её глаза загорелись пониманием. – Ветер изменился. Он учуял что-то и решил обойти стороной.

Я молча кивнул. Наконец-то начинали думать, а не просто топтаться в растерянности.

Через полтора часа мучений, они его нашли. Огромный секач рыл землю клыками у подножия скалы, его чёрная шерсть блестела на солнце.

Зверь был действительно внушительным – с длинными клыками и холкой, возвышающейся на метр над землей. Мышцы перекатывались под шкурой, каждое движение выдавало серьёзную физическую силу. Дыхание вырывалось клубами пара в прохладном лесном воздухе.

Ещё было видно шрамы на боках – следы прошлых битв, матёрый кабан, хоть и первой ступени. Клыки, выступающие из пасти, были длиной с мой кулак.

Подходит.

– План? – тихо спросил я, наблюдая за тем, как лица учеников бледнеют при виде размеров противника.

Дамир сглотнул и попытался взять инициативу в свои руки. Голос дрожал, но он говорил решительно:

– Мой волк атакует с фланга, отвлекая его внимание. Лисица Лины заходит сзади и бьёт по ногам, пытаясь повредить сухожилия. Когда он споткнётся или замедлится, мы добиваем.

– А вы? – сурово спросил я.

– М-мы? – не понял Дамир.

– Если что-то пойдёт не так, будете стоять и смотреть, как убивают ваших зверей?

– Н-нет, но…

– Ладно, – я поднял руку. – Пока действуйте питомцами, посмотрим, что у вас получится.

Их план был слабым и полным дыр, но я промолчал. Они не учли ни скорости реакции зверя, ни его боевого опыта, ни того факта, что раненый кабан становится в разы опаснее. Не учли разницу в весовых категориях, не продумали пути отступления, не просчитали, что делать, если план провалится с первых секунд.

Я не стал их поправлять. Сказать им сейчас, что их план – мусор, значило бы просто дать готовое решение. Они бы кивнули и ничего не поняли. Нет. Они должны увидеть, как их самонадеянность разлетается вдребезги при столкновении с реальностью.

Незаметно коснулся Красавчика, сидящего на плече, посылая ему короткий импульс: «Готовься». Афину мысленно перевёл в режим полной боевой готовности. Страховка была на месте. Карца держал в ядре, он был новичком в стае, и я не мог себе позволить подставлять учеников непредсказуемым поведением.

И…

Всё пошло не так с первой секунды, как я и ожидал.

Молодой и неопытный волк Дамира рванул вперёд раньше времени, не дождавшись, пока лисица займёт позицию. Его нетерпение и азарт молодого хищника сыграли злую шутку – вместо скоординированной атаки получился хаос. Волк выскочил из укрытия и его лапы скользили по влажной листве, нарушая всякую скрытность.

Секач, обладавший звериной интуицией, отточенной опытом выживания в этих лесах, мгновенно почувствовал угрозу. Его массивная голова рывком поднялась, маленькие красные глазки вспыхнули яростью, а ноздри раздулись, втягивая запахи врагов. И вместо того, чтобы броситься на волка, как планировал Дамир, зверь ударил копытами о землю и понёсся в противоположную сторону – прямо на затаившуюся в кустах Лину.

Сто пятьдесят килограммов ярости и мышц мчались на неё со скоростью скачущей лошади. Земля дрожала под копытами, ветки трещали и ломались на пути разъярённого зверя. Его рёв разрывал лесную тишину, заставляя разлетаться птиц с ближайших деревьев. Клыки блестели на солнце, обещая мгновенную смерть всему, что окажется на пути.

Лисица Лины испуганно взвизгнула и отскочила в сторону, её инстинкты кричали о том, что этот противник слишком силён. Рыжий зверь прижался к земле, дрожа от ужаса перед надвигающейся махиной.

Мозг егеря сработал быстрее тела. За долю секунды я просчитал варианты. Расстояние до Лины. Слишком велико. Скорость секача? Предельная для его веса. Движется прямо, без отклонений. Время до столкновения? Четыре секунды, максимум пять. Не успею добежать даже с «Лёгким шагом». Афина, которую я держал в резерве для решающего удара, тоже была вне позиции. Вмешаться ей сейчас – значит спугнуть зверя, заставить его изменить траекторию, и тогда хаос станет неуправляемым.

Дамир бежал вперёд вместе со своим волком, но и они не поспевали.

Но кое-кто успеет. Тот, кто заранее находился в идеальной точке для перехвата.

Для кого этот бой – идеальный экзамен на новую роль в стае.

Я не отдал приказ вслух. Он был не нужен. Просто послал короткий ментальный импульс, полный уверенности и одобрения. Одну-единственную мысль, тёплую от гордости за его преображение…

Ты так этого хотел.

Работай, боец.

И в этот момент из травы бесшумной белой молнией вылетел Красавчик.

Это был уже не тот забавный пушистый зверёк, которого все привыкли видеть сидящим у меня на плече. Настоящая машина для убийства на пороге эволюции, созданная природой и усовершенствованная магией. Его преображённое тело, сжавшись в идеальную пружину, распрямилось в невероятном прыжке, который перенёс его через пространство быстрее, чем успевал моргнуть глаз. Мышцы задних лап, накачанные магической силой, выстрелили его вперёд с такой скоростью, что воздух засвистел.

Он не пытался остановить секача лоб в лоб – это было бы самоубийством.

Вместо этого горностай в полёте извернулся с кошачьей грацией и вцепился зубами точно в сухожилие на задней ноге зверя, туда, где проходили жизненно важные связки. Он помнил мою науку о слабых местах зверей. Чёрт, он слушал и впитывал всё, когда я обучал Афину и рысей!

Его новые клыки, созданные для дробления костей добычи, прошли сквозь толстую шкуру как горячий нож сквозь масло. Раздался отвратительный, мокрый хруст – звук перерываемых волокон и дробящихся хрящей.

– ХРОООООООООООООООООООООООО!

Секач взревел от боли и ярости. Звук был оглушительным в тишине леса, эхо прокатилось по стволам деревьев. Его атака сбилась, мощный разгон превратился в неуклюжее кружение.

Зверь закрутился на месте, пытаясь стряхнуть вцепившуюся в него белую смерть, но Красавчик держался мёртвой хваткой. Под шкурой вздулись стальные жгуты челюстных мышц, сжимавшихся с новой силой. Клыки углубляли раны.

Кровь хлестала из разорванных сосудов, окрашивая белый мех горностая в алые пятна. Земля под ними превращалась в кровавую кашу, смешанную с опавшими листьями.

– Афина! – рявкнул я.

Огромная кошка была великолепна в своей смертоносной красоте – мышцы напряжены до предела, зеленоватые когти выпущены на полную длину, глаза горят холодным огнём охотника. Солнечный свет играл на её полосатой шерсти, придавая ей вид мифического хищника.

Одним ударом лапы, в котором была сосредоточена вся её чудовищная сила, она вскрыла секачу бок от лопатки до рёбер. Когти прошли сквозь мышцы и жир, оставив четыре глубокие борозды, из которых хлынула кровь. Удар был настолько мощным, что треск ломающихся рёбер был слышен даже сквозь рёв умирающего зверя.

Секач содрогнулся всем телом, его рёв оборвался на полуноте, превратившись в булькающий хрип, и он рухнул на бок, обрызгав землю и окружающие деревья кровью. Его лапы судорожно задрыгались, но это были уже предсмертные конвульсии. Бой был окончен так же внезапно, как и начался.

В лесу повисла звенящая тишина, нарушаемая лишь тяжёлым дыханием участников схватки и тихим скулением раненого секача, который делал последние судорожные вздохи. Запах крови и страха был плотным, почти осязаемым.

Я не обращал внимания на застывших от ужаса учеников, чьи лица стали белыми как полотно. Сначала подошёл к дрожащему от адреналина Красавчику и спокойно, почти ласково отцепил его окровавленные челюсти от поверженного врага. Горностай посмотрел на меня умными чёрными глазами, в которых горел огонь победы и новообретённой уверенности.

Он гордился собой.