Текст книги "Егерь. Сердце стаи. Книга 5 (СИ)"

Автор книги: Николай Скиба

сообщить о нарушении

Текущая страница: 10 (всего у книги 16 страниц)

Но в следующее мгновение «фигура» замерла, и я понял свою ошибку. То, что принял за силуэт лазутчика, оказалось старым, наклонившимся от ветра деревом. Лунный свет, пробиваясь сквозь листву, создавал иллюзию движения там, где его не было.

Медленно выдохнул, ослабляя хватку на рукояти. Нервы определённо были на пределе после последних событий.

Завтра я иду к Арию и наконец-то узнаю хотя бы часть ответов.

Глава 15

Утром следующего дня я отправился в Драконий Камень. Всю стаю взял с собой, потому что понимал, что мы с Режиссёром – главные мишени. Лучше держаться вместе.

У главных ворот столицы караульный сразу пропустил нас с учениками без досмотра. Привилегии нового звания работали безотказно.

– Удачи, – пожелала Лина, когда мы дошли до развилки дорог.

Они с Дамиром сворачивали – выполнять задание по закупке зверья. А мне предстояла встреча в замке.

Я направился туда в сопровождении всей стаи. Афина величественно шла рядом – её массивное тело размером с медведя притягивало все взгляды. Красавчик семенил у моих ног, его белоснежная шерсть ярко выделялась на фоне мощёных камней. Карц держался чуть поодаль, языки пламени лениво плясали вокруг его силуэта, а Режиссёр с сестрой двигались по флангам, словно призраки ветра.

По дороге ловил на себе взгляды горожан. Многие останавливались как вкопанные, увидев мою процессию. Перешёптывания следовали за нами волной – слава о молодом Рейнджере с невероятной стаей явно разошлась по всей столице.

У замковых ворот меня встретил знакомый страж и без лишних вопросов проводил внутрь.

– Вас ожидают в тронном зале, Рейнджер, – почтительно сообщил он.

Спустя пару минут я вошёл в просторное помещение.

Передо мной сидел барон Валентин, и меня поразила разительная перемена в его облике. Человек, которого я помнил болезненным выглядел полным сил и энергии. Спина прямая, взгляд ясный и проницательный, в движениях читалась та уверенность, которая и должна быть у правителя. Никаких следов немощи или зависимости от снадобий.

Справа от трона стоял Арий. Он наблюдал за моим входом с той же невозмутимостью, что и всегда, но в его позе чувствовалось спокойствие.

Слева от него, у колонны, стоял Драконоборец. Воин выглядел так же внушительно, как и в тот день в тюрьме – широкие плечи, уверенная осанка, шрамы на руках. Его присутствие здесь означало, что разговор будет по делу, и это не могло не радовать.

– Максим, – барон поднялся с трона и сделал несколько шагов навстречу. В его голосе не было и тени прежней слабости. – Подойди ближе. Нам есть о чём поговорить.

Я приблизился на почтительное расстояние и слегка склонил голову в знак уважения.

– Прежде всего, – барон остановился передо мной, – позволь мне от всей души поблагодарить тебя за то, что ты сделал. Твоё участие было… полезным.

Слова прозвучали как признание равного, а не как формальная учтивость.

– Был рад помочь, – ответил я осторожно, всё ещё пытаясь понять, насколько изменилась расстановка сил.

Барон кивнул с одобрением.

– Твоя помощь подтвердила, что мы не ошиблись в тебе.

Арий сделал шаг вперёд.

– Предательство Всеволода могло обернуться гораздо большей трагедией, – произнёс он своим обычным ровным голосом.

– Как дела с допросом? – спросил я прямо. Время дипломатических игр прошло.

Иван усмехнулся, но в его улыбке не было ни капли веселья.

– Всеволод оказался более стойким, чем ожидалось, – проговорил он хриплым голосом. – Но мы получили достаточно информации, чтобы понять масштаб угрозы.

Я нахмурился.

– Допрос был… суровым?

Иван неожиданно рассмеялся.

– Уж поверь, парень, – усмехнулся он, – мне рассказывают всё. Без исключений.

Арий кивнул, продолжая:

– Друиды сильно ввели Всеволода в заблуждение. Ему говорили о справедливости, о необходимости перемен. Они убедили его, что именно он станет их проводником внутри системы. Более того, ему внушили, что нуждаются в биологических материалах зверей для… благородных целей.

– И он поверил? – скептически переспросил я.

– В том состоянии души, в котором он находился после смерти дочери, – поверил, – вздохнул барон. – Но самое важное – он рассказал нам о Приливе.

Я напрягся. Это слово я слышал уже не в первый раз.

– И что же это?

– Прилив – это массовое появление магических существ из глубин Раскола, – объяснил Арий. – Представь это как выброс… Раскол копит мощь, а затем выпускает поток силы в глубины леса, и он затрагивает обычных зверей, делая из них магических.

– Чего? – опешил я. – Так вот почему магические твари не убивают обычных!

Кусочки мозаики складывались в картину. Та загадка, которая мучила меня с самого начала – почему хищники первых ступеней игнорируют простую добычу, словно те принадлежат к разным мирам – наконец обретала смысл. Они и правда принадлежали к разным мирам. Просто один был производным от другого. Вот откуда такая бешеная популяция.

– Да, – барон кивнул. – Более того… Помнишь ту атаку, где Всеволод подложил семя разрушения? Это была атака Прилива.

– Только что созданных зверей? – на всякий случай уточнил я, хоть уже и знал ответ.

Холодок пробежал по спине. Значит, те чудовища, что штурмовали стены столицы, ещё несколько дней назад были обычными животными. А теперь они обладали разумом, магией и смертоносными способностями. Если «Семёрка» научилась контролировать этот процесс…

– Да, но Всеволод не знает, почему это происходит, – сокрушённо покачал головой Арий.

А вот у меня кое-какие мысли были, но я оставил их при себе.

– В тот день задачей шпиона было собрать биоматериал из трупов зверей, что он и сделал. А потом передал все ресурсы Друидам, – добавил барон.

– Зачем?

– Он сам не знает. Они убедили Всеволода, что их цель – усмирить Раскол и вернуть всё к былым, спокойным временам.

– Надеюсь вы в это не верите, – я усмехнулся.

– Конечно, нет, – барон покачал головой. – Цель у них явно другая. Мастера просто обманули, используя его горе и отчаяние.

Я помолчал, затем спросил:

– А что с волком Всеволода? Тем, что остался жив?

– Он с ним, конечно, – коротко ответил Арий.

Что ж, приручить его я всё равно не смог бы – зверь чересчур силён, сорок второй уровень. Хотя… было бы интересно при случае попытаться обуздать такую силу и приручить.

Барон вернулся к трону, но не сел, а оперся о подлокотник.

– Максим, то, что произошло, – лишь начало. Семёрка Друидов представляет угрозу не только для моих земель, не только для всего королевства, но и для всего мира. Мы не можем больше действовать разрозненно.

Атмосфера в зале стала ещё более серьёзной. Все трое смотрели на меня выжидающе, и я понял – это не просто благодарность за оказанную услугу. Это предложение стать частью чего-то большего.

– Внутренний враг обезврежен, – сказал Арий, сцепив руки за спиной. – Но это означает, что теперь мы станем открытой мишенью для прямых атак. Семёрка знает о провале своего агента и будет действовать более агрессивно.

– Потому и собрались здесь, – добавил Иван, выпрямившись во весь рост. – Пора переходить от обороны к наступлению. Времени у друидов всё меньше, если верить словам Всеволода, а я, уж поверь, верю результату своей работы.

Я медленно кивнул, осознавая всю серьёзность момента. Предательство Всеволода действительно стало переломной точкой. Теперь все карты открыты, и тайная война переходила в открытую фазу.

– Что вы от меня хотите? – спросил прямо, глядя поочерёдно на каждого из них.

Барон выпрямился и посмотрел мне в глаза с той серьёзностью, которая подобает правителю в критический момент.

– Мы хотим, чтобы ты остался жив. «Семёрка» больше не будет полагаться на тонкие интриги.

Арий кивнул в знак согласия.

– Твоя ферма, несмотря на все укрепления, остаётся уязвимой целью, Максим. Слишком много открытого пространства, слишком много путей для проникновения. А твоя семья…

– Что именно вы предлагаете? – прервал я его, чувствуя, куда клонит разговор.

– Переезд в замок, – чётко ответил Арий. – Немедленный. Ты, твоя мать, бабушка, ученики – все под круглосуточной охраной. Отдельные покои, полное обеспечение, доступ ко всем ресурсам замка.

Драконоборец добавил, скрестив руки на груди:

– Здесь тебя не достанут.

Я молчал, обдумывая их слова. Логика предложения была железной – замок действительно представлял собой неприступную крепость. Но чем дольше я размышлял, тем сильнее во мне нарастало внутреннее сопротивление.

Золотая клетка. Именно так это и выглядело.

– Нет, – сказал твёрдо, встречая удивлённые взгляды всех троих. – Я отказываюсь.

Арий нахмурился, словно не поверив своим ушам.

– Максим, ты понимаешь, о чём мы говорим? «Семёрка» не будет церемониться.

– Именно поэтому я не могу согласиться, – ответил, чувствуя, как во мне крепнет решимость. – Что толку от защищённого трофея, который слабеет с каждым днём?

Барон выпрямился, его взгляд стал пристальным.

– Объясни свою позицию.

Я сделал глубокий вдох, формулируя мысли.

– Моя сила растёт только в бою, в охоте, в постоянных испытаниях. Заперев меня в замке, вы лишите меня возможности развиваться. Через какое-то время я стану слабее, а мои питомцы потеряют форму. И когда «Семёрка» всё-таки найдёт способ добраться до меня – а они найдут, уж я видел на что способен даже одни из них… Что тогда?

Афина тихо зарычала, словно поддерживая мои слова. Красавчик беспокойно дёрнул ухом.

Иван медленно кивнул, в его глазах промелькнуло понимание.

– Ты думаешь как воин, – сказал он с одобрением. – Это хорошо. Но риск…

– Риск есть всегда, – прервал я его. – Извините, господа, но я не собираюсь прятаться и превращаться в охраняемый трофей. Сила «Семёрки» растёт – значит, должна расти и моя. А для этого мне нужна свобода действий.

Арий повернулся ко мне, его лицо приобрело задумчивое выражение.

– Понимаю логику, но она крайне рискованна. Ты становишься открытой мишенью.

– Лучше быть опасной мишенью, чем беззащитной драгоценностью, – твёрдо ответил я, глядя ему в глаза.

Долгое молчание повисло в тронном зале. Барон медленно обошёл трон и остановился прямо передо мной.

– Значит, ты намерен и дальше действовать самостоятельно? Несмотря на все угрозы?

– Именно. Я не пешка в вашей игре, и не собираюсь ею становиться. У меня есть своя стратегия, и она требует свободы. Впрочем, я бы действительно хотел обезопасить семью и перевезти сюда мать.

– А бабушку? – уточнил Иван.

– Ирма не уйдет с фермы, – я покачал головой. – Уж поверьте, подобный разговор у меня с ней уже был.

Иван медленно отошёл от колонны, его тяжёлые шаги гулко отдавались в просторном зале. Воин остановился в паре метров от меня, скрестив мускулистые руки на широкой груди. В его суровых глазах читалась серьёзная озабоченность.

– Ты упрямый парень, Максим, – проговорил он хриплым голосом. – Но я боюсь, ты не до конца понимаешь, против чего сражаешься. И что именно защищаешь.

Режиссёр беспокойно дёрнул ухом и мысленно передал мне волну настороженности. Рысь чувствовала напряжение в воздухе.

– Объясните, – ответил прямо, глядя в глаза воину.

Драконоборец тяжело вздохнул, словно готовясь рассказать что-то, о чём предпочёл бы промолчать.

Я сделал шаг вперёд, глядя на них с растущим недовольством.

– Вы обещали рассказать мне то, чего я не знаю. Обещали объяснить почему моя рысь для них настолько важна. Говорите.

Долгое молчание повисло в зале. Иван переглянулся с Арием, и я увидел в их взглядах нечто похожее на… смущение?

– Ты действительно знаешь больше, чем мы предполагали, – медленно произнёс барон и признался. – Наши знания о «Приливе» всё ещё обрывочны, но и этого достаточно, чтобы кое-что понимать.

– Мы знаем лишь, что это некий выброс силы, катаклизм Раскола, который «Семёрка» научилась предсказывать и, возможно, хочет как-то использовать, – спокойно сказал я. – Но мы всё ещё не знаем, что конкретно происходит во время этого «Прилива». Что конкретно хотят сделать друиды? И почему для этого нужен Режиссёр?

– Играть в догадки не в наших правилах, – нахмурился Арий. – Но у меня всё ещё есть, чем тебя удивить. Насколько хорошо ты знаешь Григора? Того, кто помог тебе с Карцем.

– При чём здесь отшельник?

Мой вопрос повис в гнетущей тишине тронного зала. Арий, барон и Иван обменялись тяжёлыми, многозначительными взглядами. В этой безмолвной перекличке чувствовалась тяжесть тайны, которую никто не решался произнести первым. Наконец барон Валентин едва заметно кивнул Драконоборцу, давая разрешение говорить.

Иван тяжело вздохнул, словно собираясь с мыслями.

– Мы видим лишь верхушку айсберга, – признался он, и это признание из уст легендарного воина прозвучало весомее любой угрозы. – Но есть один человек, который может знать ответы на интересующие нас вопросы. И Григор его знает. Более того, они служат одной цели.

– Легендарная фигура, – продолжил Иван, его хриплый голос стал ниже. – Глубинный ходок, которого все давно считали сгинувшим. Тот, кто первым нанёс на карту самые опасные и неизведанные глубины Раскола. Мы зовём его «Первый Ходок».

В тот же миг я почувствовал резкий ментальный импульс. Режиссёр, стоявший за моей спиной, замер, его уши прижались к голове, а в моё сознание хлынула волна чего-то непонятного. Глубокого и древнего. Словно Режиссёр показывал, что мы впервые заговорили о чём-то важном. Я резко обернулся на питомца. Он смотрел не на меня, а куда-то сквозь стену, в сторону леса, будто готовый бежать туда прямо сейчас.

– Рысь что-то чувствует, – тихо сказал я, поворачиваясь обратно к ошеломлённому Драконоборцу. – И где его найти, этого ходока?

– В глубинах лесов, – ответил Арий. – Дело в том, что Первый Ходок и Григор являются участниками одной организации. Они называют себя «Жнецы Леса».

Я моргнул, ощущая, как информация медленно укладывается в голове. Они в одной организации? Именно о них говорил отшельник. Чёрт возьми.

– «Жнецы Леса»? – почему-то переспросил я.

– До недавнего времени мы считали их преступниками, – признался барон Валентин. – Король Аларих не любит подобные… общества. Те, кто прячутся в глубинах – потенциальная угроза. Но после боя с Карцем… – он обменялся взглядом с Арием, – нам стало ясно, что они ведут борьбу с «Семёркой» в лесах, используя собственные методы.

Мысли заработали с удвоенной скоростью. Жнецы Леса. Григор. Первый Ходок. Всё это складывалось в картину, которая одновременно пугала и давала надежду. Я вспомнил видения Режиссёра – огненного тигра, ледяного оленя, водного гепарда. Возможно, именно в глубинах лесов я смогу найти выживших стихийных зверей.

– В чём проблема? – спросил я прямо. – Найдите их, раз так необходимо.

Иван покачал головой:

– Мы уже пытались. Жнецы не доверяют короне и скрываются в самых опасных частях Раскола. Но у тебя есть связь с Григором. Ты можешь вывести нас на Первого Ходока и наладить контакт между нами.

Я задумался, осознавая подтекст. Меня хотели использовать…

Снова.

– Вы используете меня как наживку, – прямо сказал я, глядя Ивану в глаза.

– Нет, – твёрдо ответил Драконоборец. – Твоя связь с Григором – это нужный для нас мост. Жнецы Леса сражаются с той же угрозой, что и мы. Пришло время объединить усилия.

Я долго молчал, обдумывая предложение. В глубинах лесов меня ждали не только ответы, но и, возможно, те самые стихийные звери, чью гибель показывал мне Режиссёр.

– Прежде чем отправляться, мне нужно несколько недель, – сказал я наконец. – Ферма требует внимания, учеников нужно подготовить, чтобы они могли управлять хозяйством в моё отсутствие. Да и самому стоит подтянуть силы и провести дополнительные тренировки.

Барон кивнул:

– Разумно. Пока что время ещё есть.

– Тогда через две недели буду готов, – согласился я, поднимаясь с места. – И всё-таки, с чего вы взяли, что Первый Ходок знает об истинных мотивах Семёрки?

Для меня это выглядело странно. Какая-то сказка. Легендарный ходок. Первые карты. Больше похоже не на план, а на гадание на кофейной гуще.

– Он единственный, кто может знать, – кивнул Иван. – Когда-то мы были знакомы. Максим, он отец Мираны, одной из Семёрки.

Я почувствовал, как внутри всё похолодело. Отец одной из убийц? Человек, который знает их методы изнутри?

– И ты думаешь, он поможет нам против собственной дочери? – мой голос прозвучал жёстче, чем я планировал.

Иван помолчал, глядя куда-то в сторону.

– Когда-то девочка была очень милой… Максим, Мирана давно мертва для него. Её выкрали, завидев невероятную силу и связь с земляной стихией. Тогда ей было лет десять, и случилось это очень давно. Сейчас она монстр, который носит лишь её имя. – Он встретился со мной взглядом. – Человек, потерявший единственного ребёнка таким образом… да, он поможет.

От этой фразы меня пробрало до мурашек.

Покидая тронный зал, я размышлял о том, всю ли правду мне рассказали. Жнецы Леса, Первый Ходок, таинственная дочь…

Прокручивал в голове весь разговор. Барон хочет стабильности и ищет сильного союзника. Арий – прагматик, человек короля, ему нужен эффективный инструмент против «Семёрки». Иван, похоже, единственный, у кого могут быть личные мотивы – его связь с Первым Ходоком. Каждый из них преследует свою цель, а я оказался в точке пересечения их интересов.

Идти к Жнецам с людьми короля – значит выдать их с головой. Искать самому – рисковать жизнью вслепую. Григор уже помог мне один раз, и просить его снова? Да ещё и о таком?

Нет, единственно верного пути здесь не было. Были только разные степени риска. И моя задача – выбрать тот, где я смогу контролировать хотя бы часть расклада.

Но там, в глубинах лесов, ближе к зоне третьего уровня, меня ждали последние выжившие стихийные звери, которых я должен был спасти.

Проблема была в том, что я просто никому не верил. Всё так гладенько, аж зубы сводит.

Григор уже достаточно рисковал, помогая мне с Карцем, он единственный заслуживает хоть какого-то доверия. А слепо следовать просьбе Драконоборца и вести людей короля прямо к Жнецам?

Ну твою мать, а! Какое решение правильное?

Что ж, у меня есть две недели, чтобы стать сильнее и решить, как поступить.

Глава 16

Две недели. Именно столько времени я дал себе на подготовку перед походом в глубины Раскола. Каждый день был расписан по минутам, каждое действие имело цель.

Первым делом я нашёл Лину и Дамира возле главного здания. Они стояли возле четырёх клеток, явно уставшие, но гордые своим успехом.

– Ну что, покажите добычу, – сказал я, подходя ближе.

Дамир первым распахнул дверцу большой клетки. Внутри сидели два щенка.

Серо-белая шерсть торчала в разные стороны, словно их только что поразила молния, а огромные глаза цвета чистого летнего неба смотрели на мир с трогательной настороженностью.

Один из малышей, заметив меня, издал писклявый тявк и выпустил крошечный разряд – искорки пробежали по его пушистой шёрстке, заставляя её ещё больше встопорщиться.

Второй молча изучал ситуацию, прижав треугольные ушки к голове, но в его небесно-голубых глазах читалось не столько страх, сколько осторожное любопытство.

Я прикоснулся к первому зверю и активировал «Звериный Кодекс».

Грозовой пёс. Уровень: 3.

Навыки:

Статический разряд (G) – слабый электрический импульс, временно парализующий противников.

Грозовой заряд (G) – накапливает электричество при движении, высвобождая его при укусе.

– Неплохой экземпляр, – протянул я задумчиво.

– Характер тот ещё, – заметил Дамир, потирая руку с небольшим ожогом. – Вот этот уже успел меня цапнуть.

– Это хорошо, – кивнул я, обходя клетку. – Дух не сломлен. Видишь, как они держатся? Настороженно, но не забиваются в угол. Оценивают угрозу. Такие быстро учатся.

Лина открыла две следующие клетки, поменьше. На дне каждой лежала огненная саламандра длиной с мою руку. Их чешуя переливалась красно-оранжевыми оттенками, а вдоль хребтов тянулись небольшие гребни, светившиеся тусклым жаром.

Огненная саламандра. Уровень: 2.

Навыки:

Жаркое дыхание (G) – выдыхает слабую струю горячего воздуха.

Огненная кожа (G) – кожа выделяет едкую, горючую слизь.

Одна саламандра медленно подняла голову и уставилась на меня немигающим взглядом. Она не проявляла агрессии, но чувствовалась настороженность хищника, который просчитывает дистанцию до потенциальной угрозы. Вторая вообще не шевелилась, словно превратилась в камень.

– Отличный выбор, – одобрил я, закрывая клетки. – Все молодые и стихийные. Именно такие нам нужны. Но помните – они молоды и непредсказуемы. Их силы ещё не контролируются, инстинкты сильнее разума. Будьте предельно осторожны.

Дамир с облегчением выдохнул.

– А мы боялись, что могли ошибиться.

– Нет, – мягко сказал я. – Не зря же вас натаскивал. Эти щенки не агрессивные, а независимые. А саламандры просто умные. Вы их приручите, и они станут вашими партнёрами. Хорошая покупка.

Лина с надеждой посмотрела на меня.

– Ты проконтролируешь их рост?

– Нет, – покачал я головой, и увидел, как их лица вытянулись. – Вы сами с ними разберётесь. Под моим наблюдением, да, но сами. Иначе как вы научитесь?

– Но мы же можем ошибиться, – неуверенно сказал Дамир.

– Именно, – согласился я. – И эти ошибки научат вас больше, чем любые мои инструкции. Буду направлять, исправлять, но работать будете вы.

Я огляделся на ферму. Вольеры заполнены, поголовье набрано – пора переходить к следующему этапу.

– Завтра начинаем полноценное обучение, – сказал твёрдо. – И не только с вашими новыми питомцами. Все звери фермы теперь под вашим контролем.

– Что? – Лина моргнула. – Все?

– Все, – подтвердил я. – Волки, ястребы, змеи, кроты… В обще – каждый. Вы будете кормить их, убирать за ними, следить за здоровьем, учиться понимать их поведение. Под моим надзором, но самостоятельно.

Дамир уверенно кивнул:

– Такой подход мне нравится.

Тем вечером я поднялся в свою комнату и закрылся на засов. Стая расположилась вокруг – Афина у двери, Красавчик на подоконнике, Режиссёр и Актриса всё ещё любили оставаться в духовной форме. Карца решил выпустить, он материализовался и лёг у окна, его огненная аура тускло пульсировала в полумраке.

Минут тридцать я обдумывал ситуацию, лежа на кровати и закрыв глаза. Когда примерно наметил план действий, мысленно прокрутил бой с Рёвогривом. Каждую секунду. Каждое движение. Каждую ошибку.

Карц сорвал атаку своим эгоистичным выпадом. Афина не смогла вовремя перехватить инициативу. Красавчик был демаскирован раньше времени.

Я открыл глаза и посмотрел на огненного лиса. Его взгляд был устремлён куда-то в сторону.

– Ты чуть не сорвал всё, – произнёс вслух. – И дело не в том, что ты слабый. Дело в том, что ты привык действовать один, твой прошлый хозяин надеялся лишь на прямые атаки.

Карц повернул голову в мою сторону. В его глазах мелькнуло что-то вроде протеста, но я не дал ему времени спорить.

– Друид воспитал в тебе философию абсолютной силы. Один удар, один враг, максимальный урон. Это работает в дуэли один на один. Но моя стая – это инструмент, где каждый элемент дополняет другой. А ты вбил себе в голову, что можешь решить всё сам.

Лис опустил морду, и я почувствовал волну смущения, исходящую от него.

– Знаю, что ты не специально, – я смягчил тон. – Мы научимся действовать как единое целое, иначе нас просто перебьют по одному.

Афина тихо зарычала в знак согласия. Красавчик спрыгнул с подоконника и подошёл ближе, внимательно наблюдая за разговором.

– С завтрашнего дня начинаем исправлять ошибки, – твёрдо сказал я, поднимаясь с кровати. – Карц, ты будешь тренироваться с Афиной. Каждый день. Пока не научишься думать о стае, а не только о себе.

На следующее утро вывел их на небольшую поляну у восточного края долины. Остальные члены стаи наблюдали со стороны – Режиссёр с Актрисой устроились на возвышенности, а Красавчик сидел у моих ног.

– Правила простые, – объяснил я, глядя на огненного лиса и огромную кошку. – Вы атакуете меня вдвоём. Цель не в том, чтобы победить, а в том, чтобы научиться действовать согласованно.

Карц удивлённо дёрнул ухом. Афина напряглась, готовясь к бою.

Я достал нож, воздух вокруг клинка начал сгущаться, образуя знакомое серебристое свечение.

– Начали!

Кошка первой сорвалась с места. Карц мгновенно выпустил поток огня прямо в мою сторону.

Я отклонился вправо, используя «Лёгкий шаг» для ускорения, и взмахнул ножом. Воздушное лезвие срезало верхушку пламени, рассеивая его в стороны.

– Стоп! – крикнул я, и оба зверя замерли.

Подошёл к Карцу, который недоумённо смотрел на меня.

– Ты снова действуешь один. Афина идёт в лобовую атаку, а ты просто палишь огнём наугад. Где координация? Где поддержка?

Лис опустил морду, явно не понимая, в чём проблема.

– Смотри, – я указал на Афину. – Она танк. Её задача – брать внимание на себя и создавать давление. Твоя задача – не дублировать её действия, а использовать момент, когда я занят ею. Прикрывать фланги. Создавать угрозу с другой стороны. Заставлять меня выбирать, кого блокировать первым.

Карц задумчиво наклонил голову набок.

– Ещё раз. И думай головой, а не инстинктами.

Вторая попытка началась аналогично – Афина ринулась вперёд, но на этот раз Карц не сразу выпустил огонь. Он обошёл кошку слева, стараясь зайти сбоку. Я заметил манёвр и развернулся, чтобы держать обоих в поле зрения.

Афина использовала этот момент и прыгнула, её когти блеснули в воздухе. Я создал вихрь, чтобы сбить её траекторию, но Карц выбрал именно эту секунду для атаки – узкий, сфокусированный поток пламени полетел не в меня, а в землю под моими ногами, вынуждая отступить.

– Лучше! – крикнул, отпрыгивая назад. – Видишь? Ты заставил меня среагировать на Афину, а потом создал дополнительное давление. Вот это уже похоже на командную работу!

Карц довольно мотнул хвостами.

Следующий час мы повторяли упражнение снова и снова. Каждый раз я останавливал бой при малейшем нарушении координации или возвращении к старым привычкам. Карц учился читать движения Афины, предугадывать её атаки и встраиваться в ритм боя. Кошка, в свою очередь, начала доверять лису, понимая, что он прикроет её спину, когда она будет в уязвимом положении.

К концу тренировки оба зверя тяжело дышали, но в их движениях появилась та самая синхронность, которой мне не хватало.

– Достаточно на сегодня, – сказал я, убирая нож. – Завтра продолжим.

Афина медленно подошла к Карцу и осторожно обнюхала его морду – осторожный жест, скорее признания усилий, чем полного примирения. Огненный лис замер, позволяя ей оценить себя. В его глазах мелькнуло понимание – доверие стаи нужно ещё заслужить, но первый шаг уже сделан.

На следующий день я усложнил задачу. К Карцу и Афине присоединился Красавчик. Теперь им троим нужно было действовать как единый механизм.

Горностай сразу понял свою роль. Пока Афина и Карц отвлекали меня фронтальным давлением, он заходил в тыл, целясь в незащищённые точки. Первые несколько попыток были сумбурными – малец атаковал слишком рано или слишком поздно, нарушая общий ритм.

Но мы продолжали, и к концу недели координация стаи значительно улучшилась. Карц научился сдерживать свои импульсивные атаки и действовать в связке с Афиной. Больше он не мешал остальным. Красавчик превратился в настоящего призрака поля боя, его появление всегда было неожиданным и точно рассчитанным. Афина стала более гибкой в бою, научившись доверять партнёрам.

На восьмой день я добавил в тренировки рысей. Теперь вся стая должна была работать как единое целое.

– Режиссёр, ты тактический центр, – объяснял я, стоя перед всей стаей. – Твои вихри контролируют поле боя. Ты создаёшь возможности для остальных. Актриса, ты быстрый боец. Твоя задача – использовать эти возможности и наносить точечные удары по слабым местам.

Рыси синхронно кивнули, их хвосты спокойно покачивались в такт друг другу.

Тренировка превратилась в настоящий хаос контролируемого насилия.

Режиссёр создавал слабые завихрения, которые лишь сбивали мою траекторию движения. Актриса использовала эти моменты, чтобы атаковать с неожиданных углов.

Если бы стая действовала в полную мощь, я бы не продержался и минуты. Но сейчас они отрабатывали координацию. Каждый движением показывал, где был бы нанесён смертельный удар, где противник потерял бы позицию, где открылась бы брешь в защите.

– Стоп! – крикнул, тяжело дыша.

Все замерли, а я оглядел свою стаю, вытирая пот со лба.

– Вот теперь это называется командная работа.

* * *

Пока стая отрабатывала боевые навыки по утрам и вечерам, днём я сосредоточился на другой, не менее важной задаче – превратить учеников в настоящих звероловов.

На утро поднял Лину и Дамира до рассвета. Первым делом – пробежка вокруг долины. Три круга, без остановок. Лина задыхалась уже на втором, Дамир держался лучше, но тоже выдыхался.

– Физическая подготовка необходима, – сказал я, когда они, тяжело дыша, остановились у озера. – Не только питомцы ваше оружие, но и вы сами.

После пробежки – базовые упражнения. Отжимания, приседания, работа с балансом на неровной поверхности. Я не требовал от них результатов бойца, но минимальная физическая форма была обязательна.

Когда солнце поднималось над горизонтом, мы отправлялись в лес. Нужно было научить их читать природу.

– Стой, – остановил я Дамира в нескольких метрах от старого дуба. – Что здесь не так?

Он недоумённо оглянулся.

– Обычное дерево.

– Присмотрись к коре.

Дамир подошёл ближе и присвистнул. На высоте почти трёх метров кора была изодрана глубокими царапинами.

– Медведь точил когти, – сказал я, указывая на отметины. – Но видишь, как высоко? Либо зверь огромный, либо что-то его сильно встревожило, раз он тянулся так высоко, помечая территорию.

Лина внимательно изучала царапины.

– Может, он просто крупный?

– Может, – согласился я. – Но лучше предположить худшее и остаться живым, чем надеяться на лучшее и стать обедом. Всегда будьте готовы к неожиданностям.

Мы продолжили путь, и я показывал им тонкости, которые знал ещё с детства. Как определить направление ветра по движению паутины. Как найти воду, наблюдая за полётом насекомых. Как предсказать дождь по поведению птиц.

– Смотрите на листья, – указал я на кустарник рябины. – Видите, как их выворачивает? Показывают свою светлую изнанку. Это ветер меняется, становится плотнее, влажнее. Он-то их и задирает кверху.

Дамир с сомнением посмотрел на ясное небо.

– Серьёзно?

– Природа не врёт, – сказал я просто. – Люди врут. Звери притворяются. Но лес всегда будет с тобой честным, Дамир. Навсегда это запомни.

Действительно, через полтора часа небо затянули тучи, и мы едва успели добраться до фермы под первыми каплями дождя.

В другой день я учил их читать следы. Но не просто определять вид зверя – это азы. Настоящий следопыт видел историю.

– Старый кабан-секач прошёл здесь вчера вечером, – сказал я, присев у отпечатка в грязи. – Видишь, Отпечаток копыта чуть смазан? Он им шаркает, не поднимает до конца. Хромает на левую заднюю. Раненое животное всегда непредсказуемо. А вот это, – я перешёл к другому следу, – свежее. Молодой волк. Шёл быстро, но не убегал. Охотился. Видишь, как глубоко вошли когти? Он перепрыгивал через камни, преследуя добычу.