Текст книги "Егерь. Сердце стаи. Книга 5 (СИ)"

Автор книги: Николай Скиба

сообщить о нарушении

Текущая страница: 3 (всего у книги 16 страниц)

– Не бегать. Быть осторожным.

– Осторожность – это хорошо, – медленно кивнула Ирма. – Но прятать семью от каждой опасности – глупость. Мы что, до конца жизни по углам сидеть будем?

– Ирма…

– Нет! – она решительно замахала рукой. – Я никуда не еду.

– Что? – я опешил. – Ты же понимаешь, что…

– Понимаю всё прекрасно, – перебила старуха. – За вашим детским садиком нужен присмотр. – Она ткнула пальцем в мою сторону. – Ты, эти твои новые ученики… Кто за вами следить будет? Кто здравого смысла подбросит?

– Ты может и удивишься, но здравого смысла мне хватает.

– Ха! – презрительно фыркнула она. – Ты полгода назад еле с кровати слезал! А те двое наверняка ещё зеленее тебя.

Я попытался возразить:

– Это опасно.

– И что? – Ирма пожала плечами с видом человека, которого это мало беспокоит. – Мне жить недолго осталось, Максим. Уж лучше проведу это время с пользой, рядом с семьёй, чем буду сидеть в деревне и ждать, когда меня в деревянный ящик положат.

– Ирма…

– Чёрта с два я тебя одного в такой заварухе оставлю! – отрезала она тоном, не терпящим возражений. – И это не обсуждается.

Я откинулся на спинку стула, понимая, что проиграл. Когда Ирма принимала решение, переубедить её было невозможно. Красавчик сонно мурлыкнул, словно одобряя её выбор.

– Кроме того, – добавила старуха с хитрой улыбкой, – я здесь нужнее, чем в деревне. В конце концов, у меня есть свои секреты травничества, о которых ты и не догадываешься. Так что я остаюсь. И это не обсуждается. А когда увидишь грядки, поймёшь, что всё было не зря.

– Но мать уедет, – попытался я выторговать хоть малую победу.

– Пускай.

Я понял, что передо мной сидит человек, против которого все мои аргументы всегда будут разбиваться как волны о скалы.

Глава 4

Утром я проснулся с тяжёлым чувством, что сон был слишком коротким. За окном едва ли поднималось солнце, но из кухни уже доносились звуки деловитой возни. Спустившись вниз, я обнаружил Ирму с чашкой чая. Старуха склонилась над столом и сосредоточенно что-то чертила. Время от времени она прикладывала палец к губам, размышляя, а затем снова принималась за работу.

– Рано встаёшь, – заметил я, наливая себе чай из самовара.

– И как ты догадался, – буркнула она, не отрываясь от своих записей. – Дел у нас невпроворот. Чем раньше начну, тем лучше приживётся.

– Что приживётся?

Старуха наконец подняла голову и окинула меня оценивающим взглядом:

– А ты думал, я просто так рано встала? Показывай, где твоя земля.

Через час мы уже въехали в долину. Ольга и Тимофей решили остаться в городе – торговец хотел показать матери лавки и достопримечательности столицы.

Ирма уже готова была спешиваться самостоятельно, но я осторожно помог ей сойти с лошади – всё-таки возраст давал о себе знать. Как только ноги старухи коснулись земли, она тут же принялась осматривать территорию.

Бабка игнорировала шум стройки, полностью поглощённая изучением почвы. Даже присела на корточки, зачерпнула горсть земли и растерла между пальцами.

– Чернозём хороший, – довольно пробормотала она.

Лина и Дамир подошли к нам, поприветствовали и отчитались о своих наблюдениях. Всё шло по плану, никаких происшествий.

– Что ты задумала? – спросил я, наблюдая, как Ирма уставилась в свои наброски.

– То, что должен был задумать ты, паршивец, – фыркнула она. – Ферма зверей – это хорошо, но кто будет реагенты поставлять? Алхимика нашёл? Лечебные настойки готовить? Корма магические варить?

– До этого ещё не дошли руки, но растения у меня есть, – я хмыкнул.

– Есть у него… На какой-нибудь садик небось, а не на плантацию, – поправила Ирма. – Видишь этот склон? – Она указала на солнечную сторону холма. – Хорошее место.

Бабка на удивление быстро зашагала по территории, бормоча себе под нос:

– Здесь лунный пырей пойдёт… Тут можно звёздную росу посадить… А для драконьей крови нужно место повлажнее, ближе к озеру.

Лина и Дамир переглянулись, явно не понимая, что происходит.

– Это Ирма, – представил я. – Моя бабушка и очень хороший травник. Привыкайте к её характеру, похоже, она решила обосноваться здесь надолго.

– Очень приятно, – вежливо улыбнулся Дамир.

Ирма окинула их оценивающим взглядом:

– Чего лыбу давишь? Бабам своим улыбаться будешь. Макс, что-то худоватые они какие-то. Работать-то смогут?

– Обещали, – ответил я, едва сдерживая хохот. – Можешь эксплуатировать по полной, им будет полезно заняться травами.

Старуха снова развернула свой план и ткнула в него узловатым пальцем:

– Вот что. Будете мне грядки копать.

– Грядки? – переспросила Лина. – Но мы должны следить за строительством…

– Строительство никуда не денется, – отмахнулась старуха. – А земля готовиться должна заранее. Видите, вон тот участок? – Она указала на ровную площадку у воды. – Там будем работать. И начнём прямо сейчас.

К нам подошёл Василий:

– Рейнджер, что происходит?

– Василий, познакомься, это Ирма, мой травник. Тот участок, который я выделил под травы… Похоже, потребуется побольше. Выдели помощь, если потребуется.

– Понял.

Ирма одобрительно кивнула и резко повернулась к бригадиру:

– Проблемы будут?

Тот лишь с удивлением посмотрел на старуху и ретировался, бормоча что-то под нос о неожиданных изменениях.

Лина подошла ко мне слишком близко, так что я почувствовал лёгкий аромат её волос, и негромко спросила:

– А она всегда… не в духе?

Я невольно отступил на шаг. Чёрт, да девчонка мне в дочери годится. Странное всё-таки чувство…

– Сейчас у неё превосходное настроение, – ответил сухо.

Лина тихо рассмеялась, прикрыв рот ладонью.

Ирма заметила мой манёвр и многозначительно хмыкнула, но промолчала, вернувшись к своим планам.

– Ну что ж, – она довольно потёрла руки. – Макс велел вас погонять, новички, так что хватайте лопаты. Покажу вам, как настоящие грядки делаются.

– Может, Василий со своими питомцами поможет? – неуверенно предложил Дамир. – У них земляные кроты есть…

– И что с того? – огрызнулась старуха. – Думаешь, крот лучше тебя знает, какая земля травам нужна? Руками копать будете, чтобы почву прочувствовать. А корни да камни убрать? А перегной? Ничего уже без зверей своих не могут! Ваш крот этого всего не сделает!

Брат с сестрой с мольбой посмотрели на меня, но я лишь пожал плечами.

– Вас же предупреждали про лопаты. Думали шутка, что ли?

Пара часов пролетела незаметно. Я делал обход, проверял ход строительства, консультировался с Василием по мелочам. Успел обменяться образами с Режиссёром, в которых он подтвердил, что Дамир и Лина действительно следили за строительством и зверями.

Когда вернулся к участку, выделенному под травы, брат с сестрой всё ещё методично перекапывали землю. Оба изрядно вспотели и измарались. Ирма стояла рядом как настоящий надзиратель, опираясь на палку и время от времени подбадривая их замечаниями в своём неподражаемом стиле.

– Максим! – окликнула меня бабка, заметив моё приближение. – Пора бы и в лес наведаться. Надо поглядеть, какие местные травы тут растут, что можно использовать.

Я кивнул – идея разумная. Перечислил ей список растений, которые нужны в первую очередь для базовых реагентов.

– Дай мне пару минут, закончу и пойдём.

– Куда это? – фыркнула старуха. – Раз зона тут безопасная, как ты говоришь, что мне стоит по лесочку прогуляться? Мы сами справимся! Да и не всё ты назвал, уж знаю, что мой сын для зверей искал.

– Хорошо, но с условием, – я строго посмотрел на неё. – Далеко не уходите.

– Да что ты как наседка! – возмутилась Ирма.

– Это не обсуждается, – непреклонно отрезал я. – И ещё одно условие.

Я мысленно обратился ко всей стае сразу.

– Идёте с Ирмой в лес. Защищать как меня. Чтоб ни волосок не упал.

Режиссёр степенно подошёл к ним с кромки леса, а Афина с Актрисой материализовались прямо рядом со старухой.

– Вся стая пойдёт с вами, – твёрдо сказал я. – Это мои условия. Красавчик так вообще будет очень полезен.

Ирма раскрыла рот, чтобы возразить, но я поднял руку:

– Ты идёшь в незнакомый лес! Ты не знаешь, что там водится. Мои звери прикроют, они уже весь его облазили. Без них ты просто слепой котёнок! Либо так, либо никак.

Бабка недовольно поворчала, но согласилась.

Сам же подозвал двухвостого лиса и направился в дальний угол долины, к небольшой поляне, скрытой от посторонних глаз рощицей молодых дубов. Там нас никто не потревожит.

Лис следовал за мной молча, держась на расстоянии в пять метров. Не приближался, но и не отставал. Его походка была настороженной, готовой к мгновенному рывку в любую сторону. Хвосты слегка приподняты – знак внимания.

Когда мы добрались до поляны, я сел на поваленное дерево и достал из сумки кожаный мешочек. Положил перед лисом кусок куропатки, натёртый тёртыми корнями железной лозы, которые добыл в лесу незадолго до битвы с вепрем-пламежором. Этот реагент положительно сказывался на моём взаимодействии с Режиссёром, и так же хорошо успокаивал лиса. Куропачье мясо мой огненный зверь считал деликатесом, а реагент должен был улучшить его расположение ко мне. Пряный аромат специи смешался с запахом дичи, создавая соблазнительную смесь.

Лис мгновенно отреагировал. Его ноздри раздулись, уши навострились. Но ни на шаг не приблизился.

– Голоден? – негромко спросил я.

Янтарные глаза проследили движение моей руки, но зверь остался на месте. В его взгляде – только холодная оценка. Он изучал меня, как боец изучает противника перед схваткой.

Я положил мясо на землю перед собой и отодвинулся на несколько шагов.

– Бери. Ты уже сто раз это делал.

Но лис всё равно неподвижно стоял ещё с минуту. Затем медленно, не выпуская меня из поля зрения, подошёл к лакомству. Схватил его одним точным движением и тут же отскочил на прежнее расстояние.

Жевал осторожно, продолжая следить за мной. Мясо явно пришлось ему по вкусу – хвосты слегка расслабились.

– Нравится? – я достал ещё один кусок.

На этот раз реакция была быстрее. Лис подошёл, взял угощение и снова отступил. Но дистанцию сократил всего на полметра.

Я провёл так целый час. Кормил его понемногу, говорил спокойным, ровным голосом. Рассказывал о ферме, о планах, даже о погоде. Неважно что – главное было показать, что от меня не исходит угрозы.

Лис слушал. Его уши поворачивались, улавливая интонации. Но ближе не подходил. Принимал подношения как дань, которая ему причитается, а не как дружеский жест.

– Знаешь, – сказал я, когда лакомства закончились, – мне нужна твоя помощь. У тебя есть навык, который может мне помочь. Помочь в очень-очень важном деле, приятель. А ты у меня пока даже огненную ауру не используешь…

Лис насторожился.

– Ничего сложного. Просто доверься и покажи своё пламя.

Зверь смотрел на меня долгих несколько секунд. Затем демонстративно лёг на траву, положил морду на лапы и закрыл глаза. Словно говорил: «Нет и ещё раз нет».

– Даже не попробуешь?

В ответ лис повернулся ко мне спиной.

Я тяжело вздохнул. Это было не просто упрямство. Зверь сознательно отказывался сотрудничать. Он не боялся – просто не желал принимать нового хозяина. В этом было что-то почти человеческое. Гордость раненого воина, который предпочтёт умереть, чем склонить голову.

Насильственный разрыв связи с прежним хозяином оставил глубокие шрамы. И простыми угощениями их не залечишь, даже несмотря на невероятный прогресс, достигнутый за две недели.

Последние дни я всё больше думал, что, может быть, неправильно подхожу к проблеме? Лакомства и мягкие слова – это попытка добиться покорности. А что, если лис не хочет покоряться? Что, если его не нужно ублажать?

Чтобы он начал меня уважать, нужно показать, что я не просто кормилец, а такой же воин. Что достоин быть его новым вожаком не потому, что поймал его, а потому что я сам – сила, с которой нужно считаться. Что владею стихией так же, как его предыдущий хозяин.

Я медленно поднялся с поваленного дерева, размышляя над новым подходом. Старая кора под ногами хрустнула, нарушив тишину поляны. Двухвостый зверь по-прежнему лежал ко мне спиной, но кончики его ушей дрожали – всё ещё следил за каждым моим движением. Его дыхание было ровным, размеренным, но в каждой линии тела читалось напряжение пружины, готовой распрямиться.

И всё равно понимал, что это безумие. Показать ему ту самую стихию, что помогла убить хозяина… Это всё равно что тыкать палкой в рану. Но все мои егерские уловки провалились. Этот зверь был не просто животным. И говорить с ним нужно не как с животным. Даже если этот разговор начнётся с боя.

Рискованно, но попробуем.

Я достал нож и отошёл метров на десять. Если лис понимает только язык силы, то пора с ним заговорить именно на нём. Как боец с бойцом.

Мысленно потянулся к Режиссёру, который бродил где-то по лесу с Ирмой. Связь откликнулась мгновенно – теперь и брат был готов делиться своей стихией.

Даже на расстоянии.

Энергия потекла по невидимым нитям, связывающим нас, и я направил её в клинок.

Воздух вокруг лезвия начал сгущаться и закручиваться. Невидимые потоки превращались в миниатюрный торнадо, обволакивающий металл серебристыми нитями. Лезвие зазвенело высокой нотой. Трава у моих ног заколыхалась от магических токов, листья зашелестели без малейшего природного ветерка.

– Видишь? – сказал я, медленно поворачивая нож так, чтобы лис мог разглядеть танцующие вокруг лезвия воздушные потоки. Стихия послушно следовала за движением клинка, оставляя в воздухе едва различимые следы. – Я понимаю стихии. Говорю на твоём языке.

Движение было молниеносным, как удар змеи.

Лис резко поднял голову.

Его янтарные глаза расширились, уставившись на мой клинок с выражением, которое заставило меня похолодеть.

Он узнал ветер, который сражался с ним и его прошлым хозяином.

Шерсть на загривке медленно начала подниматься дыбом, превращая зверя в ощетинившийся комок ярости. Каждый волосок встал торчком, удваивая размеры лиса. Хвосты, которые мирно лежали вдоль тела, теперь распушились и изогнулись дугой над спиной.

– Эй, тише, – попытался я успокоить его, рассеивая ветер, но было уже поздно.

Из пасти лиса вырвался низкий, утробный рык – звук, от которого по спине пробежали мурашки.

Это был вызов бойца, готового умереть, но не отступить. Звук, который издаёт загнанный в угол хищник, когда решает, что лучше погибнуть сражаясь, чем покориться.

Зверь медленно поднялся на лапы, не отрывая горящих глаз от моего ножа. В его взгляде плескалась не просто агрессия – там была память о той битве. Память о вихре Режиссёра, который лишил пламя кислорода и обрёк на поражение огненного Зверолова.

Воздух на поляне, казалось, сгустился. Температура начала подниматься – шерсть лиса тускло светилась изнутри, словно под ней тлели угли. Запах гари коснулся моих ноздрей.

Для него мой жест был не предложением к диалогу. Это была прямая угроза. Демонстрация той самой силы, которая убила его хозяина и разрушила его прежнюю жизнь.

Чёрт. Я полностью просчитался.

Лис взвыл и бросился в атаку.

Скорость была невероятной. Огненный сгусток пронзил воздух, из его пасти вырвался поток раскалённого пламени.

В этот же миг связь с Режиссёром вспыхнула. Брат почувствовал опасность даже на расстоянии и мгновенно отозвался, выбрасывая в мою сторону волну стихийной энергии.

Мысли путались, время утекало сквозь пальцы. Инстинктивно потянулся через связь к всплеску силы Режиссёра, повинуясь внезапному порыву, и резко взмахнул ножом.

Воздушный вихрь вырвался из лезвия с такой силой, что я едва удержал клинок в руке. Серебристые потоки закрутились в плотную воронку, жадно втягивая в себя разгорающееся пламя лиса.

Жар всё равно опалил мне брови.

Огненные языки не исчезали – они словно перетекали в стихию ветра, окрашивая её золотистыми отблесками, но стоило мне отвести нож в сторону, как и пламя, и воздушные потоки тут же рассеялись, словно их никогда и не было.

Сродство со стихией – воздух.

Средний вихрь (Е) – доступно.

Лис в недоумении застыл, его атака рассеялась как дым. Он неуклюже приземлился в двух метрах от меня, ошарашенный тем, что его смертоносный огонь просто исчез.

Я ошеломлённо замер, глядя на клинок.

Осознание ударило с запозданием. «Сродство со стихией» давало мне доступ к «Лёгкому шагу» – первому, базовому навыку Режиссёра. Но «Вихрь»… это было нечто иное. Его второй, куда более сложный и мощный дар.

Это означало только одно. Наша связь достигла того пика, той абсолютной точки доверия, когда зверь не просто одалживает силу, а полностью разделяет её с хозяином.

В это время лис развернулся и бросился в лес, его хвосты мелькали между деревьями.

Чёрт, придётся попробовать то, чего я совсем не хотел.

– А ну-ка стой… КАРЦ! – крикнул я ему вслед.

Лис чуть не споткнулся, резко замер и развернул ко мне морду.

Я медленно, подчёркнуто медленно убрал нож в ножны. Любое резкое движение могло стать последним.

– Слушай меня внимательно. Я знаю, чего ты хочешь, – сказал тихо, поднимая пустые руки в примирительном жесте. – Ты не просто злишься. Ты скорбишь.

Лис замер, но рычание не прекратилось. Температура вокруг продолжала расти.

– Ты был ему предан, – продолжил я, глядя зверю прямо в глаза. – До самого конца. И ты хочешь, чтобы его помнили. Чтобы его имя не исчезло вместе с ним. Я прав?

Ярость в его янтарных глазах на мгновение сменилась… Удивлением? Непониманием? Он не ожидал этих слов.

– Мне не нравится эта идея, – признался честно. – Он был моим врагом и пытался убить и меня и мою стаю. Но я уважаю твою верность. Такая преданность заслуживает уважения, даже если она была отдана не тому хозяину.

Я сделал крошечный шаг вперёд. Лис не отступил, но и не бросился в атаку. Он слушал.

– Ты не хочешь быть безымянным трофеем. Ты хочешь носить его имя как знамя. Как память о силе, которой ты служил.

Я замолчал, давая ему время осознать сказанное. Это был рискованный гамбит. Ведь ему предлагалась не просто кличка, а часть его прошлой жизни и идентичности. Предлагалось стать живым памятником человеку, которого я помог убить.

– Дам тебе его имя, – сказал твёрдо. – Если это то, что нужно, чтобы ты снова стал бойцом, а не просто тенью прошлого. И звать тебя теперь будут…

Чёрт бы меня побрал…

– … Карц.

Слово повисло в раскалённом воздухе.

Рычание стихло. Шерсть на загривке медленно, почти неохотно, начала опускаться. Напряжение, висевшее на поляне, стало спадать. Зверь тяжело выдохнул, и вместе с воздухом из его пасти вырвался клуб пара.

Он смотрел на меня долго, изучающе. Словно взвешивал на невидимых весах мою искренность и свою гордость. Затем медленно, с достоинством короля, склонил голову. Не в знак покорности. В знак признания.

Он сделал шаг ко мне. Потом ещё один. Осторожно, словно ступая по тонкому льду, подошёл и ткнулся горячим носом в мою протянутую руку.

И в этот момент его тело вспыхнуло.

Огонь окутал лиса с головы до хвостов. Языки пламени плясали на его шерсти, не причиняя ей ни малейшего вреда. Жар ударил мне в лицо, но я не почувствовал боли. Ни ожога, ни даже дискомфорта.

– Хорошо, Карц, – сказал я, чувствуя, как по руке, которой касался его носа, пробегают тёплые, живительные потоки энергии. – Молодец.

Я наблюдал как Карц медленно растворяется в пламени и перетекает в моё ядро.

Теперь можно было использовать и второй навык. Тот самый, что был мне нужен.

Шпион в столице слишком долго оставался в тени. Скоро я вытащу его на свет.

Глава 5

Несколько дней спустя меня ждали в просторной лавке Тимофея. Она как раз была переполнена покупателями, выбиравшими питомцев второй и даже третьей ступени. Торговец ловко перемещался между клиентами, демонстрируя то боевого ястреба, то молодого волка. Увидев меня, он дружелюбно кивнул.

Стёпа расположился на высоком табурете у прилавка. Рядом с ним устроились Лина и Дамир.

Работа брата и сестры меня устраивала, они действительно выкладывались, поэтому сегодня решил позвать их сюда. Ну а друга – за компанию.

– Скажешь что-нибудь про лицо? – усмехнулся Стёпа, пожимая мне руку.

– Ну… Рад, что оно всё ещё у тебя… есть. Как тренировки?

Лицо друга расплылось в довольной улыбке:

– Порядок, – Он гордо выпрямил плечи. – Сейчас изучаю, как читать стойку противника. Оказывается, все делают ошибки, если знать, на что смотреть.

– Вот это интересно, – оживился Дамир. – А какие именно ошибки?

Я с удивлением обнаружил, что парень всерьёз заинтересовался Стёпкиным ремеслом. Эти двое увлечённо погрузились в обсуждение тонкостей. Первый с энтузиазмом рассказывал о приёмах, которым его обучал Драконоборец, а второй задавал толковые вопросы, явно стремясь понять логику боя не только со зверями, но и с людьми.

– Как ваши успехи с Ирмой? – спросил я, когда их военная дискуссия несколько поутихла. Бабка категорически отказывалась покидать ферму, а мне приходилось часто выезжать в Драконий Камень и ночевать в городе.

– Максим, – сказала Лина, в её голосе звучала искренняя заинтересованность, – ты бы видел, как все работают. Благодаря магическим зверям строительство идёт с невероятной скоростью.

– Быки таскают брёвна, как соломинки, – добавил Дамир. – Из-за зверья работы идут так быстро, что Василий даже просил напомнить тебе, что основное здание сегодня будет готово.

– Что происходит с фермой рассказывать не нужно. Не думаете же вы, что я не в курсе? Вопросы был про Ирму.

– Она нас многому научила, – ответила Лина. – Оказывается, обычная посадка травы в землю – это всего полдела. Нужно учитывать, какие растения можно сажать рядом, а какие угнетают друг друга. Какую-то сажать ночью, какую-то днём. Мы уже разбили первые грядки!

Вот это действительно было полезно. Как-то так вышло, что до травничества руки у меня не дошли. Нужно будет тоже подучиться у бабки.

– У меня до сих пор мозоли болят, – с кривой улыбкой добавил Дамир, потирая ладони. – Ирма сказала, что через месяц у нас… кхм, у тебя… будет собственный урожай.

– Месяц? Быстро, – я удивился. – Похоже, Ирма и вправду всерьёз взялась использовать свои секреты.

– Чего она там только не делает, – вздохнула Лина. – То настои из измельчённых костей приносит и поливает ими землю на рассвете, то ещё что… А вчера велела нам собрать дождевых червей в особую глиняную посуду и кормить их кристаллами соли – говорит, земля от таких червей в три раза плодороднее станет. И ещё постоянно что-то бормочет про «лунные циклы».

– Кстати, Макс, – Стёпа наклонился ко мне, – Ты вчера про гильдию узнал?

Я кивнул:

– Да, уже уточнил. Как только ферма будет готова, займусь оформлением. Статус Рейнджера даёт мне такое право, а опыт и знания у нас уже есть. Но там столько нюансов, что пока лезть просто времени нет.

– Это было бы потрясающе! – Лина не удержалась от восклицания. – Наша собственная гильдия, с нашими принципами и методами!

В её голосе слышался такой энтузиазм, что я невольно улыбнулся. Девушка действительно вкладывала душу в общее дело, и уже всерьёз считала всё «нашим».

– А меня и Лину ты в гильдию берёшь? – уточнил Дамир с волнением в голосе.

– Послушайте, её ещё даже не существует. Но раз так важно, то посмотрю вас в лесу. В работе с питомцами. Тогда да, возьму. Как новичков.

Услышав эти слова, Лина пересекла комнату и подошла ко мне. Эмоции переполняли её, и прежде, чем кто-либо из нас успел отреагировать, она обняла меня.

– Максим, спасибо, – сказала девушка тихо, прижимаясь ко мне. – Это так много значит, правда.

Я не оттолкнул её – это было бы грубо. Но мой взгляд тут же скользнул по лицам остальных. Дамир нахмурился, глядя на свою сестру с выражением, в котором читалась смесь беспокойства и недовольства. Стёпка изучал рисунок на столе так, словно собирался запомнить его навсегда.

Жизненный опыт учил решать проблемы быстро, не давая им перерасти в нечто большее. Я мягко, но настойчиво положил руки ей на плечи и отстранил от себя.

– Лина, – мой голос прозвучал ровно и холодно, без тени эмоций. – Давай сразу проясним. Я твой наставник. И только. Не создавай неловких ситуаций ни для себя, ни для меня.

Её щёки вспыхнули. Она опустила глаза, отступая на шаг.

– Да я ничего такого, просто…

– Так и подумал. Тимофей, – окликнул я, заметив, что последний покупатель покинул магазин, а торговец наконец получил передышку. – Не покажешь новых питомцев? Говорил же, что поступление было.

Он провёл нас через магазин к дальним рядам вольеров. Запахи сена, корма и зверей смешались в знакомую атмосферу торговца живым товаром. В просторных клетках размещались десятки магических существ – от светлокрылов-целителей первой ступени до молодых волков второй ступени.

– Вот эти красавцы только вчера прибыли из северных провинций, – с гордостью произнёс торговец, останавливаясь перед клеткой с парой серебристых волков. – Вторая ступень, отличный вид. За такую цену больше нигде не найдёшь.

Стёпа присвистнул, разглядывая мощных зверей:

– Неплохо.

Лина восхищённо выдохнула, но я, бросив на волков короткий взгляд, прошёл дальше, к рядам с более скромными обитателями.

– Тимофей, а вот эти? – кивком указал на ряд передо мной.

Торговец удивлённо моргнул:

– Это? Ну… первая ступень в основном, кое-кто, конечно, второй… Ничего особенного.

Мой взгляд скользил от клетки к клетке, а палец едва заметно касался прутьев. Кодекс мгновенно выдавал всю подноготную обо всех зверях ступенями второй и ниже. И я анализировал.

– Максим, ты серьёзно? – недоумённо спросил Дамир. – Там же одни недоучки.

Я остановился у вольера с парой каменных барсуков. Они выглядели невзрачно, но их навыки…

– Не недоучки, – ответил, не отрывая взгляда от зверей. – А чистый лист. Без дурных привычек, без чужой дрессировки. Идеальный материал. Мы пришли сюда именно за полезными питомцами.

– Но за ту же цену можно взять пару действительно сильных зверей! – вмешался Стёпа.

– Сильных сейчас. А я думаю о том, что будет через год, – я повернулся к ним. – Смотрите. – указал на барсуков. – Видите? Самец и самка. Здоровые, молодые. Это не просто два питомца. Это – племенная пара. Основа будущего поголовья.

До ребят начало доходить. Их взгляд изменился. Они смотрели на те же клетки, но видели уже не «мелочь», а фундамент огромного проекта.

Я продолжил свой отбор. В корзину пошли не все подряд, а тщательно подобранные особи. Пара земляных кротов – самец покрупнее и самка. Три травяные змеи – один самец и две самки. Несколько светлокрылов-целителей. Молодой, но агрессивный серый волк – обуздаем в будущем, особенно когда рядом будет волчица. Пустынный ястреб. Пара воздушных белок.

Каждый выбор был продиктован холодной логикой. Я собирал будущий генофонд.

Затем мой взгляд зацепился за нечто странное в углу. В небольшом аквариуме, наполненном мутной водой, сидело существо, похожее на обломок серого камня размером с кулак. Оно не двигалось и не подавало признаков жизни.

– А это что за чудо? – спросил я у Тимофея.

Торговец махнул рукой:

– А, Каменный Ворчун. Бесполезная тварь. Привезли в нагрузку. Сидит, не ест, не пьёт, только воду мутит. Какой-то дурной попался, ничего не делает.

Лина и Дамир брезгливо поморщились. Но я прикоснулся к стеклу.

Каменный Ворчун . Уровень 2. Эволюционный индекс – G .

Навыки: Каменная кожа, Аура очищения воды (неактивно, требует активации реагентом «Слеза ручья»)

У меня внутри всё замерло. Аура очищения воды! Это же живой фильтр для всей фермы! Для озера, для поилок, для плантации Ирмы! Бесценный экземпляр, который все считали мусором.

– Его тоже беру, – спокойно сказал я.

– Да забирай так, – отмахнулся Тимофей.

Я мысленно добавил в список ещё и пару Лишайниковых Улиток, которые медленно ползали по стенке террариума. Их никто не покупал из-за медлительности, но я уже видел навыки – идеальные чистильщики для каменных построек, способные предотвратить рост мха и плесени.

– Двадцать две особи, плюс ворчун и улитки, – подвёл я итог, обращаясь к ошарашенному Тимофею. – Беру всех. Какая будет цена за опт?

Торговец, который сперва смотрел на меня как на чудака, теперь глядел с потрясением.

– Ты собираешься их разводить? В смысле… Прямо всех? – догадался он.

– А ты думал? – усмехнулся я. – Ферма должна приносить ещё и частный доход. А лучший доход – от собственного поголовья. Да многие на самой ферме и пригодятся, благо именно полезных зверюг у тебя много. Так что по цене?

Тимофей потёр подбородок, прикидывая.

– Что ж… За такой подход к делу – уважаю. Пятнадцать золотых за всех, и клетки для транспортировки за мой счёт.

– Двенадцать, – спокойно ответил я. – И клетки для транспортировки за твой счёт, уговорил. Это не самый ходовой товар, Тимофей, ты и сам знаешь.

Торговец нахмурился, но в глазах его плясали весёлые искорки. Ему нравился этот торг.

– Четырнадцать. И я добавлю месячный запас стартового корма для всех.

– Тринадцать. Идёт?

– По рукам! – Тимофей крепко пожал мне руку. – Приятно иметь дело с профессионалом.

– Договорились, – я отсчитал нужное количество монет. – Но пусть пока побудут у тебя. Заберём, как только первые вольеры будут полностью готовы.

– Как скажешь, Макс, – торговец забрал оплату.

Я повернулся к своим спутникам, которые всё ещё переваривали увиденное.

– Вы двое пока изучите местные зверофермы. Это будет хорошим опытом. А заодно поищите боевых стихийных питомцев первой ступени, мы ещё не закончили подбор. Стёп, ты сам смотри, это их задание.

– А ты чего? – спросил парень.

– Мне нужно в замок, к казначею. Пора отчитаться за первые траты.

– И что нам там делать, на зверофермах? Просто искать стихийных боевых зверей? – уточнила Лина, глядя куда-то в сторону.

– Это ваше новое задание. Вы видели, каких зверей я выбрал. Много не жду, но посмотрите, как устроены вольеры для разных видов, какие корма используют, как организован уход. Вдруг подберёте интересных особей. Потом проверим.

Лина и Дамир переглянулись, в их глазах зажёгся азарт исследователей. Стёпа кивнул.

– Составлю ребятам компанию.

– Так, всё, мне пора к казначею. Нужно отчитаться за первые траты на питомцев и… поговорить о будущих.

Замок барона встретил меня привычным шумом. Во дворе тренировались стражники, звенели мечи, где-то вдалеке ржали лошади. Я направился к крылу, где располагались административные помещения, но звуки с тренировочного плаца заставили меня свернуть в сторону.

На широкой площадке, вымощенной серым камнем, Всеволод лично проводил что-то вроде смотра. Перед ним выстроились десять молодых людей в кожаных доспехах – новобранцы, судя по их напряжённым лицам и слишком прямой выправке. Рядом с каждым сидел или стоял питомец: волки, ястребы, пара боевых кошек.

– Михайлов, – резко окликнул Всеволод светловолосого парня с кошкой, поразительно напоминающей Афину. – Твой питомец плохо слушается команд. Давно работаете в паре?

– Два месяца, – чётко ответил новичок.

– Мало. Связь должна быть инстинктивной. Дополнительные тренировки каждый вечер до улучшения результата.