Текст книги "Полет (СИ)"

Автор книги: Николай Дронт

сообщить о нарушении

Текущая страница: 8 (всего у книги 19 страниц)

В последнем случае, скорее всего, мы быстро задохнёмся. Спасательные шлюпки? Сами понимаете, чего они стоят без приборов.

Кристи, которая и не подумала выйти из рубки, посоветовала:

– Я по опыту говорю: никогда не сходи с трассы! Включай форсаж и проскакивай опасный участок на скорости. Это самый лучший вариант.

– Благодарю за совет. Но мы уже идём на полной тяге к ближайшему выходу из системы. На соревнованиях ты отвечала только за себя и рисковала лишь собственной головой. А у меня на борту люди и груз, который очень ждут на аварийной станции. Сколько там народу? Несколько сот человек? Или несколько тысяч? Я не готов рисковать столькими жизнями.

Кристи вспыхнула, но промолчала. Наверное, припомнила тот единственный случай, когда скорость не помогла. Пусть её собрали чуть не из кусочков – семья-то богатая, однако повторять подобное она едва ли решится.

Когда искин доложил, что набрана максимальная скорость, приказываю:

– Тефана, выведи зонд и направь его к аномалии. Затем сбрось маяк с предупреждением об опасности, а заодно пусть он принимает и хранит полученные с зонда данные. Мы же скоро выйдем из системы.

Идея была хорошая, жаль, что неверная. Зря только выбросил около пятидесяти тысяч кредитов: сорок за зонд и десять за маяк. Зонд сдох, не пролетев и трети пути, маяк – за десять минут до нашего выхода из системы. А мы успели уйти…

Я честно верю в защиту своей «Черепашки», однако последние четверть часа было сильное желание выскочить наружу и как-нибудь подтолкнуть кораблик, чтобы он двигался чуточку быстрее.

До нас волнами доходили всё более и более сильные удары стихии. Но корабль не маяк и не зонд, его защита раз за разом пока справляется с накатами. Но, знаете, я взмок, хотя не подавал виду, являя пример команде. Точнее, пилотам – остальные меня не видели.

Ситуация переживалось значительно хуже, чем нападение пиратов. От тех можно отбиваться, здесь же приходится только ждать.

Скорее всего, это пульсирующая аномалия – что-то вроде гейзера на Земле. Раз в какое-то время тот выплёскивает фонтан горячей воды, а аномалия взрывается серией электромагнитных волн. Сначала их мощность усиливается, затем стихает до полного исчезновения, и аномалия пропадает… До следующего раза.

От нас мало чего зависит. Сейчас надежда на скорость – что окажемся в точке перехода раньше, чем откажет оборудование; на защиту – что щит продержится под ударами стихии; и на удачу – что сила волн либо спадёт, либо до прыжка они не успеют окончательно добить наше оборудование.

Панцирь, то есть броня, «Черепахи» пока экранирует всё пропущенное энергощитом, но если тот будет сбит, то бронированный корпус станет пропускать излучение, и начнётся разрушение электроники. Сколько-то времени мы продержимся за счёт дублирования, но, честное слово, мне совсем не хочется прикидывать сколько.

Накачка щита проходит циклом. От накатывающихся волн глупо защищать какое-либо одно конкретное место, скажем, корму, потому приходится тратиться на пузырь вокруг всего корпуса. Каждый новый удар следовал раз в полторы минуты, и приблизительно каждый второй становился на пару процентов мощнее предыдущего. Но до самого конца щит смог продержаться. Повезло! Прыгнули без малейших повреждений.

Когда мы вынырнули в другой системе, Тефана молча, не меняя выражения лица, встала с пилотского кресла, подошла ко мне, так же молча поцеловала и вернулась на место. А Кара в это время вдруг разразилась рыданиями с обильным потоком слёз. Но быстро успокоилась и извинилась:

– Прошу прощения за мою несдержанность. Я решила, что уже всё, и очень испугалась.

Кристи глядела на девчат круглыми глазами, о чём-то подумала и наконец спросила:

– Я что-то пропустила?

Глава 12

Таможенник

Не успели выдохнуть, как пришёл запрос с оказавшегося неподалёку корабля:

– Неизвестное судно! Остановитесь и примите на борт досмотровую команду.

Пираты? Скорее падальщики. Видимо, знают об аномалии в соседней системе и ждут подранков. Но мои искины уже засекли старенький эсминец с устрашающим числом орудий мелкой мощности и даже успели нацелить наши, причём которых числом побольше, даже только на обращённом к лоханке борту, а «калибром» покрупнее, если так можно сказать о лазерах. Цель, конечно, пока не на оптимальной дальности стрельбы, но и мы у него не на оптимале.

Видимо, сенсоры досмотрщика почувствовали облучение нашими, распознали, сколько чего сейчас им могут вломить, потому голос поспешно добавил:

– Эй-эй! Зачем так нервничать? Скажите сразу, что у вас нет времени, и летите дальше. И вообще! Предупреждать надо, что вы не грузовозы!

В любой нормальной книжке, а тем более фильме, я сейчас должен был бы бросить все дела и начать перестрелку с нахалом. Вопрос «зачем?» не стоит – обязан! Далее враг бросится бежать, я за ним. Попадаю в засаду, разбиваю всех врагов и… лечу дальше по маршруту. Не! Если совсем делать нечего, могу спасать случайно выживших и собирать ценности с обломков.

Чем и как – не спрашивайте: это у меня нет специального оборудования, ботов и всего такого прочего. Зато в книгах, на борту любого борца за справедливость, всё есть в достаточном количестве. Кстати, куда девать спасённых, какое государство возьмётся их судить и чего им можно предъявить, пусть даже не доказать, – это не ко мне. А какие ценности можно найти на судах, собранных на третьеразрядной помойке, я тоже не скажу.

Словом, вы меня поняли. Мы не дёргаемся, спокойно летим по вновь проложенному маршруту, а несостоявшийся таможенник старается максимально быстро уйти куда подальше. Он тоже думает о деньгах, о ценах на ремонт, о… Словом, ему нужен заработок, а не адреналин, подвиги и бурление крови. Сено… точнее, горючка нынче знаете почём? То-то! Опять же каждый выстрел кредитов стоит… Не! Лучше разойтись красиво, без выяснения отношений. Оно, конечно, не так почётно, зато останешься при своих.

Против многих художественных произведений на подобный промысел идут не из-за разбитой любви, идейных соображений или жажды приключений. Подавляющая часть пиратов вульгарно хочет раздобыть денег. Немногие оставшиеся тоже, но они умеют облечь свои деяния в романтичную тогу.

В общем, до точки перехода нас никто не беспокоил. Хотя случаи могли быть разные, однако не случилось.

Кристи

Только после того, как, согласно приборам, никого в опасной близости не осталось, я перевёл дух и скомандовал:

– Тефана, отменяйте тревогу. Кара, зайдите ко мне после вахты для разбора ваших действий. Кристи, пойдём отсюда, нам надо поговорить. Но напоследок брось взгляд вон туда! Под потолок. Да, я именно про «ту штуку». Это не подсветка сцены в ночном клубе, а лазерная турель.

Как только мы вышли, я продолжил объяснение:

– Понимаешь, рубка относится к числу самых охраняемых и защищённых зон любого корабля. Она одна из первых целей для диверсантов и абордажников. Потому в ней установлена защита.

– Ладно тебе, Ник! Я поняла. Мне просто было любопытно.

– Кристи, послушай – ты ещё ничего не поняла. Любой посторонний в рубке рассматривается как угроза, и ему присваивается «оранжевый» статус. Сейчас понимаешь это?

– Что тут такого?

– То, что в рубке на тебя была постоянно направлена лазерная пушка приличной мощности. И управляет ею Искин безопасности. Ты не член экипажа, потому даже при тени угрозы он, не спрашивая, сразу открывает огонь на поражение. Не спрашивая – ибо секунда промедления может стать фатальной. Ты решила достать из кармана конфету – вдруг это маленькая граната, а ты – террористка-смертница? Захотела чихнуть, дёрнулась – это начало нападения на пилота? Луч! Звук «пиу»! Падение на пол. Тебе хорошо, ты уже покойница, а мне придётся объясняться с господином Милем, твоим папой.

– Ты понимаешь, что говоришь⁈ Кто я⁈ Из какой семьи⁈

– Не истери. Вон видишь, горит лампочка? Подойди к ней и расскажи – кто ты, из какой семьи и как она должна тебе светить. Кристи! Подумай! У тебя головы нет – мою пожалей!

– А почему меня Кара не предупредила?

– А Кара когда-нибудь об этом думала? Она вообще помнит, как жила вне экипажа? Для неё все окружающие – члены команды! К тому же, она пилот, а не безопасник. Знает, что нельзя, а вот чем конкретно это чревато, ей не объяснили. Понимаешь, почему во время тревоги я тебя выгонять не стал? Нет, не хотел потешить твоё любопытство. Ты бы возражать стала, а то и дёргаться. В рубке… во время ЧП… Искину надёжнее сразу убрать угрозу. Он не будет сомневаться, он всё делает по прописанным в памяти правилам.

– Это действительно так серьёзно?

– Прямо сейчас подойди к Кадуру или Берли, проконсультируйся у них. Знаешь, что самое смешное? При любом разборе твоей смерти ты же сама и останешься виноватой. Каре тоже мало не покажется.

– А ты?

– Я бы Кару и наказал. Во-первых, чтобы глупой девчонке не прилетело больше от начальства повыше. Во-вторых, прикрыл бы бумажкой провал в воспитательной работе с кадрами. Как говорится: больше бумаг – чище задница. Прости за вульгарность. Официально мне тоже досталось бы. Не за твою кончину, а за постороннего в рубке. Помимо официоза, мне твоего родителя хватит.

– Бедненький! Хочешь, чтобы я тебя пожалела?

– Нет. Но объясню ситуацию команде. Пусть другие хоть немножко думают.

– Ладно. Признаю, что не просчитала ситуацию. Я же нигде не служила! Но эту дурочку, Кару, накажи как следует. А то вдруг действительно…

– Скажи честно – взятку ей давала? Деньгами, вещью или обещанием?

– Ты что! Уж в общении с людьми я особенно хороша. Обошлась намёками на дружеские отношения. А тебе зачем?

– Хочу знать степень вины.

– Дура она. Это из-за того, что из военного приюта. Они там ничего в гражданской жизни не понимают.

– Зато хорошо понимают отношения «свои-чужие».

– Ой, ладно! Чего болтать про эту нищенку? Ты мне лучше скажи – зачем согласился на съёмках целоваться с Тефой? Она же совсем никакая! Ты сам понимаешь, что на её месте должна была бы быть я?

– Э…

– Понял, почему Тефана тебя вот прямо в рубке поцеловала? Хорошая картинка для ролика! Она надеется протащить её на экраны. Времени на это мало – уже прошла почти половина полёта, потому и старается запомниться зрителям.

– Зачем ей это?

– Зачем быть известной? Розовая мечта любой девушки. Особенно если она не красавица и не имеет каких-либо явных достоинств. Например, я – известная гонщица, та же Кара, оказывается, болела за меня в своём интернате.

– Ты действительно была так популярна?

– Конечно! Корпорации бились за рекламные контракты со мной. После аварии, конечно, они прекратились, но я буду не первой из тех, кто с блеском вернулся после недолгой паузы. Стоит найти тему, и мои рейтинги вновь подпрыгнут. Начать можно со страстного поцелуя.

– Кристи, я хорошо запомнил твои слова об отношениях между нами.

– Обиделся, что ли? Да! Тогда я отказалась быть с тобой. Но мы же целовались! А ты мужчина! Обязан проявить настойчивость. Единственное: пока неопытный и почти ничего не понимающий в отношениях с девчатами. Если девушка говорит «нет» – это значит «подумаю». Я при нашем тогдашнем разговоре уже объясняла, что ты хороший парень, но обычный, а я – звезда. Со мной ты сможешь подняться в верхние строчки ТОПов самых значимых рейтингов.

– Зачем мне это?

Право слово, лучше бы не объяснялся с Кристи. Но в чём ей не откажешь, так это в откровенности. Она сама заявила, что ей нужен способ вернуться на экраны. С её точки зрения, я – прекрасный вариант: она и сама поднимется в рейтингах, и меня вверх подтянет.

Девушка привыкла блистать и собирается этим заниматься вновь, пусть не одна, а на моём фоне. Правда, не призналась, зачем я ей для этого нужен.

Впрочем, тётушка Джу, мой наручный ИИ, некоторое время назад где-то раскопала статью с анализом медийных перспектив Кристи. Там ситуация совсем не так хороша, как звёздочке хотелось бы. После аварии она лишилась, будем говорить грубым языком профессионалов, своего основного конкурентного преимущества – титула бессменного чемпиона гонок.

Да! Она ушла красиво, с грохотом, её все жалели, но ушла же. И кому интересны прошлогодние чемпионы? Разве лишь отдельным знатокам и только, чтобы послушать их мнение. Кто помнит чемпионов позапрошлого года? А пятилетней давности? Так… вроде смутно знакомый мелькнул на заднем плане трансляции соревнований, но сразу даже и не вспомнишь кто.

Другая грань – возраст. Гонки на байках – спорт юных. Начинают с восьми лет в детской категории, заканчивают профессионалами лет в шестнадцать или семнадцать, самое позднее – восемнадцать. Далее идёт взрослая жизнь с установкой нейросети и имплантов. А с нейросетью на соревнования не допускаются! Люди должны соревноваться между собой! Не с электроникой!

Вопрос: сколько лет непобедимой чемпионке? Она последний сезон каталась? Или как-нибудь вытянула бы ещё один? Может, ей даже повезло – так красиво и с блеском уйти из спорта! Все каналы её показали, все рейтинги подпрыгнули до максимума.

Теперь посмотрим перспективы вышедшей в тираж чемпионки. «Лицом» ей уже не быть. Ничьим. Ни косметической компании, ни экономической, ни какой-либо другой. Причина? Пластическая операция после аварии. Да, девушку жалко, но лица должны быть исключительно свои – иначе любую дурнушку могут запихнуть в медкапсулу, а затем продавать синтетическую красоту. А вот этого зрители не принимают! Манекенщицей ей не стать точно по той же причине. В отрасли масс-медиа любая пластика – зло.

Что же остаётся? Искать что-то новое и своё. Некоторые считают, что её папа раскрутит любую тему – да, раскрутит! Но без «изюминки» персонаж будет крутиться только пока платят деньги. Да и то, зритель быстро устанет от навязанной ему персоны.

Об этом в статье ничего не сказано, но я думаю, потому Кристи и пытается вернуться на теме наследника престола.

Сюжет

Много на меня сегодня навалилось: аномалия, наглый пират, Кристи… Тефана сама при всех поцеловала… Вызывал Кару, пришлось её прорабатывать. В теории нужно было бы хорошенько наказать, но корыстного мотива не было, а преклонение фанатки перед чемпионкой велико, тем более, если та из «Золотой сотни». Опять же… словом, понятно. На первый раз решил спустить на тормозах, отругать достаточно формально, но должности старшей на вахте лишить. Это Тефане небольшая доплата не интересна, у девчонки из приюта каждый кредит на счету.

И это ещё не моя вахта! Но откладывать ничего нельзя, особенно выговор провинившейся девчонке. Ладно, только всё доделал, только выдохнул, на приём просится Эльяр, да ещё просит пригласить Тефану. Она с вахты уже сменилась. Вопросы у него, понятно, какие, они всегда связаны с проектом, значит, надо принять.

– Это было гениально! – репортёр сразу заявил Тефане. – Аномалия случилась крайне своевременно. Накат стихии у нас обыграют и покажут. Капитан держался великолепно. В самый раз! И в сцене напряжения хватало, и не было переиграно. Но ваш финальный поцелуй! Это нечто! Он стал идеальным аккордом, завершающим произведение! Браво!

Девушка смутилась:

– Всё это снималось?

– Конечно! С первой минуты полёта. Вы же сами видели, как ещё в Дальнем мы настраивали камеры. Но пусть эпизод получился убойным, и я съем свою шляпу, если публика не примет его на ура, но он уже отснят. А нам требуется двигаться дальше. Тефана! Жертвы от вас прошу! Поверьте – надо!

Подруга растерялась окончательно и нерешительно спросила:

– А что мне придётся делать? Надеюсь, ничего такого?

– Вам придётся сменить причёску и носить её до самого конца полёта.

– Всего-то! – девушка сразу успокоилась. – А я-то себе напридумывала всяких непристойностей! В чём жертва?

– Причёска должна быть «космической». Мне видится очень короткий ёжик волос. А главное, Ник, это касается и вас тоже. Смысл – вы вместе пережили тяжёлое испытание и теперь стали ближе друг к другу. В знак этого одинаково подстригли волосы. Зрители примут такое как должное.

Конечно, удивительно, но идея подруге понравилась, хотя она, что-то прикидывая, косила на меня взглядом. Мне всё равно какая стрижка, потому от участия в выборе причёски я сразу уклонился. Впрочем, это не заняло много времени. Затем наш летописец продолжил разговор:

– Как сами понимаете, эмоции второго пилота стоит оставить. Некоторые реплики Кристи тоже, но её участие придётся притушить. И уж точно не выпячивать то, что она оказалась в рубке с нарушением правил.

– Это как?

– Она будет не в фокусе или вообще не появится в кадре. Это наша кухня, об этом не думайте. Публика решит, что там один из членов экипажа. Ведь показав её, пусть даже мельком, мы отвлечём часть внимания с ролика на обсуждение роли бывшей чемпионки в судовой команде. А она даже не студентка университета.

– То есть просто лишняя?

– Точно! Вы уловили самую суть – мы показываем самое важное, не отвлекаясь на помехи.

Лицо Тефаны сияло торжеством. Думаю, в этот момент она согласилась бы не только сменить причёску, но и сделать что-то большее! Например, выбрить голову на манер Малы. К счастью, таких жертв от неё не требовалось.

Стрижку решили провести завтра, после капитанской вахты, и закончить на этом разговор. Правда, девушка ушла, а Эльяр задержался на «минуточку».

– Ник, – серьёзно начал он, – меня попросили передать, что господин Миль, отец Кристи, крайне благодарен вам за предупреждение. И что он высоко оценил вашу деликатность в данном вопросе. Поймите, я сам вас ни о чём не прошу, а лишь передаю просьбу господина Миля. Точнее, он жалеет, что Кристи не уделяет положенное внимание советам старших членов семьи. Потому хочет дать возможность ей самой наступить на все встреченные грабли. Для вас это значит, что нужно полностью и неукоснительно, до последней запятой, исполнять подписанный вами контракт.

– Понимаете, Эльяр, это и в моих интересах.

– Договорились! Вы не станете мешать воспитательной работе, а господин Миль останется вам немного должен. Шепну на ушко: он считает, что если кто-то хочет действовать по своему разумению – пусть! Но и все затруднения ей придётся преодолеть самой.

Большие надежды

– Представляешь? Тут она, вся из себя такая, делает большие глазки и интересуется: «Я что-то пропустила?» Эта Кристи что-то с чем-то!

– Кара, сейчас ты к ней несправедлива. В общую сеть телеметрия же не шла. Да и обрабатывать данные ей нечем.

– А на экран посмотреть? На нас с Тефой, хотя бы? Та, кстати, держалась молодцом! В отличие от меня, дуры. Так стыдно! Разреветься прямо на вахте! Капитан, правда, про это промолчал.

– Но пистон вставил! Кара, хотя ты моя подруга, скажу, что он прав. Протащить постороннего в рубку! У нас тебя бы сразу в карцер закатали!

– Риск, подруга! Военно-космический риск. Понимаешь, Ла… Я решила проверить – нормальная Кристи или с гнильцой? Кстати, кэп – человек! После вахты пропесочил, конечно. Как положено! Снял с места старшей вахты и ничего более.

– Повезло.

– Стою по стойке «смирно» и втираю, что не смогла отказать члену «золотого» семейства. Он знает, что я гоню пургу, я знаю, что он знает, но… прокатило. Пообещал на первый раз в личное дело не записывать. Говорю же – человечище! Наш! Флотский!

– А Кристи?

– Она да… Добрость и хорошесть брызжут во все стороны, как при поносе. Расщедрилась… Пообещала оплатить штраф, если наложат. Я, как послушала Тиска, на многое не рассчитывала, но надеялась хоть что-то вымутить. Хренушки!

– Да уж… Тефа правда поцеловала кэпа?

– А то! Я сразу поняла, что она к нему неровно дышит, а тут такой случай! Как же не воспользоваться? И парню намекнула, и девочкам показала, что место занято, и себя не уронила – вроде на нервах оно вышло. Но Кристи так на них смотрела! Не поверишь!

– Отчего? Поверю.

– С твоим у тебя как? Дело движется к кроватке?

– В кроватку хоть сейчас можно лечь. А смысл? Нет! Я обожду, пока обещание не выполнит. Получить свой контракт на руки и уйти из Флота в свободный полёт – я об этом с первого курса мечтала.

– И фельдшерские базы?

– До эксперта!

– Счастливая ты! Может, ему сразу с двумя дворянками захочется покувыркаться? Я уже согласна, только пусть и мне базы на вторую специальность подарит. А? Замолви при случае словечко. Главное, чтобы помог уйти служить сюда на постоянку.

– Стерва ты!

– А ты?

– И я тоже. Две благородные нищие стервы в поисках лучшей жизни, мечтают раздвинуть ножки перед богатеем.

– Так ведь ничего другого у нас с тобой нет. Разве ещё всеми забытые фамилии. А Верт хоть выглядит приличным парнем.