Текст книги "Его случайная малышка (СИ)"

Автор книги: Николь Келлер

сообщить о нарушении

Текущая страница: 6 (всего у книги 11 страниц)

Глава 19

Майя

– Маюш, все в порядке? – интересуется коллега, подсаживаясь рядом.

– А? Да, все хорошо, – растягиваю губы в улыбке, в то время как внутри все равно не отпускает напряжение.

С того ужасного вторжения в нашу квартиру прошел почти месяц, а я только на этой неделе перестала вздрагивать от громких звуков в подъезде и начала нормально спать. Ко мне никто не приходил больше, никто не беспокоил. Но в душе у меня все равно месиво, потому что мне кажется, это затишье перед страшной бурей.

Потому что таких огромных денег у меня как не было, так и нет. Да и я не слышала, чтобы бандиты пришли, попугали и отстали.

Но никто за долгом так и не приходит.

Это-то и пугает.

Что-то тут не так.

– Ещё шампанского? – не унимается Ирина. – А то ты сидишь какая-то кислая. Всё-таки юбилей, а не поминки…

За все время моего декрета это наверно первый раз, когда я вышла «в свет». Наташа пригласила меня, и я не могла отказать. Да и не хотела, если честно. Мне срочно нужен был глоток свежего воздуха, чтобы забыться от событий последних месяцев.

Поэтому я оставила Ясю вместе с дочкой и няней одной из коллег, принарядилась, привела себя в порядок, купила подарок и отправилась в ресторан.

– Да, спасибо, – протягиваю бокал.

– Ну, давай ещё раз за Наташу, – осторожно касается моего бокала. – Здоровья ей, сил и терпения.

– Всех благ! Аминь!

Отпиваю совсем немного игристого и внезапно ощущаю на себе обжигающий взгляд. Обвожу взглядом зал ресторана, но никого подозрительного не нахожу.

– Разрешите? – сверху раздается вежливый голос. Вздрагиваю и немного расплескиваю шампанского на скатерть. Хватаю салфетку и принимаюсь рьяно протирать. – Извините, не хотел вас напугать.

– Все в порядке, – улыбаюсь, взглядом давая «зеленый свет». – Я просто задумалась.

– Давай, Кость, штрафную за опоздание! – хихикает коллега, отчаянно строя ему глазки.

Вот только он никак не реагирует. Вежливо улыбается Ире и наливает себе сок.

– Ну, так неинтересно! – коллега дует губы и выходит из-за стола, бросив почему-то обиженный взгляд… на меня.

Я-то ей чем не угодила?!

– А вы родственница Натальи? – интересуется, галантно наполняя мой бокал.

– Нет, я ее врач.

Костя вскидывает удивленно брови.

– Вот как? Не знал, что она…

– Вы не так меня поняли, – неожиданно ловлю себя на том, что открыто улыбаюсь. Рядом с этим мужчиной мне легко и хорошо. И спокойно. – Я врач бригады, в которой работает Наташа. Но пока я в декрете. А вы?

– Так вот на чье место меня приняли! – улыбается широко и вполне искренне. – Приятно познакомиться. Майя, да?

– Да. Взаимно.

У нас завязывается непринужденный разговор.

Костя расспрашивает меня о планах на жизнь, о дочери, о том, как я планирую провести ближайшие выходные.

– Эмм, не знаю, а что?

– Если у тебя нет никаких планов, то я хотел бы пригласить тебя на дачу, – я упускаю момент, когда новый знакомый переходит на «ты». – Я уже посмотрел – обещают хорошую погоду.

Немного напрягаюсь. Тяжело вздыхаю, нервно теребя край скатерти.

– Кость, я…

– Я помню, что у тебя ребёнок. Я легко нахожу общий язык с детьми и очень их люблю. А если ты боишься ехать с незнакомым мужчиной, то я скину тебе фото паспорта, прописки и семейного положения. Чтобы ты могла проверить у астрологов, нумерологов. У кого ещё там надо, чтобы я мог получить заветное «да»?

Я едва не сгибаюсь пополам от смеха.

– Хватит, остановись, – забыв о приличиях, хохочу на весь зал и утираю выступившие слезы. – Я сейчас задохнусь от смеха.

– Так ты согласна?

– Я…подумаю, – кокетливо стреляю глазками в Костю и отпиваю маленький глоток.

А он милый. Даже очень. От него совершенно не веет опасностью, силой и адреналином. Абсолютный штиль и умиротворение. Эдакая тихая гавань.

Но почему-то, когда я думаю о Косте, как наяву вижу насмешливый серый взгляд и шальную улыбку.

В какой-то момент мне начинает казаться, что я ощущаю его наяву. Начинаю озираться по сторонам и снова злюсь на себя за излишнюю паранойю.

– Я спешу, да? – Костя понимает мою панику по-своему.

– Если честно, то немного. У меня сейчас, знаешь ли, не самый простой период в жизни, и я, как бы помягче…Не ищу отношений. Я вообще хотела бы какое-то время держаться от них подальше…

– Понимаю, да. Просто ты такая красивая…, – Костя смущенно чешет в затылке. – Ты меня с первого взгляда зацепила, как только зашла в ресторан. И мы могли бы…просто подружиться для начала? А там уже как пойдет. Это предложение и поездка, если что, тебя ни к чему не обязывают, ты не подумай! Я готов вас привезти и увезти и, разумеется, все оплачу. И спальни у нас будут раздельные, если что.

– Я подумаю, – повторяю и улыбаюсь уже вполне расслабленно. – Я правда не могу загадывать так далеко. Маленький ребёнок – это полная непредсказуемость в жизни. И, когда я кому-то что-то обещаю, то все обязательно срывается…

– Понял, – Костя выкладывает свой мобильный на стол и придвигается ближе. – Вбей свой номер.

– Зачем?

– Я позвоню накануне, скажу, ко скольки быть готовыми, – широко, до ямочек на щеках, улыбается, обезоруживая.

– А ты настырный.

– Главный урок, который я усвоил в этой жизни, – это то, что женщине не нужно давать думать, размышлять…Ничем хорошим это не заканчивается. Нужно просто делать ее счастливой.

Вскидываю брови, пораженная такой несвойственной мужчинам мудростью.

– Это.…сильно, – могу лишь выдавить из себя и быстро набираю свой номер.

Костя сразу же кидает дозвон и прячет мобильный в карман.

– Потанцуем? – протягивает мне ладонь.

А почему бы и не…да, черт возьми?!

Он вполне адекватный. Добрый, искренний. Настоящий. Спокойно и с пониманием относится к отказам женщин и не берет ее нахрапом.

И совершенно не похож на того, кто может продать свою женщину за долги.

И убить за нее.

– С удовольствием.

Костя ведет меня на центр танцпола и уверенно прижимает к себе, заставляя почувствовать, что он со спортзалом на «ты». Немного смущаюсь, но больше от того, как его ладонь уверенно ложится на мою поясницу. На грани приличия.

Разумеется, он ведет и покачивает нас в такт музыке, и я расслабляюсь в умелых руках и просто получаю удовольствие.

Вот только моя паранойя не дает мне покоя.

Весь танец меня не покидает ощущение, что один горячий взгляд раздевает меня. И сдирает кожу живьем в местах прикосновений другого мужчины.

Пошел к черту, Каин! Убирайся!

– Я отойду припудрить носик, – шепчу на ухо, когда мелодия заканчивается. Костя кивает и отходит к нашему столику.

Я успеваю войти в уборную и ополоснуть лицо прохладной водой, как сзади хлопает дверь, и я ловлю в отражении яростный горящий взгляд… Каина.

Глава 20

Майя

Этот бандит парализует меня. Берет мой взгляд в плен и не дает ни единой возможности отвести в сторону.

Часто дышу, отчаянно цепляясь за край раковины.

Где-то на периферии сознания хлопает дверь кабинки. Стучат каблуки по кафелю.

– Вааааау, какоооой мужчиииина, – тянет пьяный голос. Девушка покачивается на каблуках, прикусывает кончик пальца и, не обращая на меня абсолютно никакого внимания, бесстыдно разглядывает Каина.

А посмотреть есть на что.

Он опирается плечом об косяк, верхние две пуговицы рубашки расстегнуты, обнажая шею и бронзовую кожу, руки скрещены на груди. Идеально отглаженные брюки со стрелками, об которые можно порезаться, подчеркивают сильные ноги. А серый штормовой взгляд расстреливает меня в упор, не обращая на девицу никакого внимания.

– А что вы делаете в женском туалете? – с придыханием лепечет смелая барышня, водя пальцем по груди Каина.

Он резко перехватывает ее запястье, сжимает до испуганного выдоха девушки.

– Вон пошла, – спокойно командует Псих, не отпуская меня из плена.

– Чтоооо?

Каин, не глядя, распахивает дверь и чуть ли не выталкивает девушку из уборной. Щелчок замка в образовавшейся тишине звучит как выстрел.

Сглатываю, глядя, как этот Псих надвигается на меня, сверля суровым потемневшим взглядом.

– Пчелка, а это вообще кто? – рычит обманчиво – ласково, кивая головой за стену, где находится зал ресторана. Приближается, встает сзади вплотную, ставит руки на столешницу по обе стороны от меня.

Все.

Капкан захлопнулся.

А вот во мне вскипает кровь, и пузырики от шампанского шарашат в голову.

– Напомни, пожалуйста, – старательно тяну губы в улыбку, отчаянно переигрывая. – Кто ты такой, чтобы задавать мне подобные вопросы? Мм? Муж? Брат? Ты «ошибся номером», Каин, – возвращаю ему его последние слова.

Каин усмехается. Выходит как-то плотоядно. И в то же время устало.

Под мой возмущенный писк обхватывает талию, разворачивает и сажает на столешницу, нагло вторгаясь между моих широко разведенных ног. Платье задирается, обнажая кружевную резинку чулок.

– Чулки, значит, – тянет, касаясь шершавой грубой кожей ладони бедра и нагло двигаясь к кромке трусиков. – Для него?

– Не. Твое. Дело! – луплю кулаком в плечо. Вот только без толку – я лишь себе больно делаю.

И раззадориваю Каина.

Точно Псих!

От его касаний и поглаживаний летят искры, и сбивается дыхание.

Тормоза этому бандиту рвет окончательно, и он, смотря прямо мне в глаза проводит большим пальцем по складкам через белье.

– Я сейчас закричу! – предупреждающе рычу, на инстинктах двигаясь навстречу его ладони. Голос сипнет, и выходит так, будто я сама сомневаюсь в этом.

– Конечно, закричишь, Пчелка. Обязательно. Так, как никогда не будешь кричать с этим…

Каин отводит белье в сторону и проводит пальцами по складкам до моего громкого выдоха.

Я абсолютно мокрая, и невероятно злюсь от того, как мое тело реагирует на этого мужчину.

Каин уверенно толкается в меня пальцами, и первый громкий стон срывается с губ. Я борюсь с собой, но снова проигрываю темной стороне.

Прикрываю глаза, упираясь затылком в зеркало.

– В глаза мне смотри, Пчелка, – чеканит приказным тоном. Так жестко, как будто от этого его жизнь зависит.

С трудом сосредотачиваюсь на Каине. Его губы плотно сжаты, на скулах гуляют желваки, а глаза упрямо впиваются в мои.

Как будто доставить мне удовольствие – первостепенная задача. Как будто от этого зависит его жизнь.

Он надавливает на какую-то волшебную точку внутри меня, и дрожь проходит волной по телу. Сокращаюсь вокруг его пальцев, Псих чувствует это и трахает пальцами ещё сильнее.

С губ один за другим срываются пошлые стоны. Мотаю головой, почти теряя связь с реальностью.

– Каин….Каин…Боже…

Псих не выдерживает. Зарывается пальцами в волосы на затылке, рывком притягивает к себе и набрасывается с поцелуем. В какой-то момент сбивается с ритма, и я обиженно кусаю его за нижнюю губу.

Псих довольно ухмыляется и одним движением вгоняет в меня пальцы до упора. Резко. Жестко. Как он любит.

– Кончай, Пчелка.

И я ловлю первые волны долгожданного оргазма.

До судорог сжимаю его ладонь между бедер и застываю в немом крике, ловя восхищенный взгляд Психа.

Как он и хотел.

Кончаю бурно, ярко и долго. Как никогда в жизни.

Когда ощущения стихают, обмякаю в руках Каина. Он обнимает меня, прижимая мою голову к плечу и поглаживает по спине.

Нежно, ласково.

Что совсем не вяжется с этим жестким мужчиной.

– Пчелка, поехали ко мне, – хрипит на ухо. – К черту все. Я соскучился…

Поворачиваю голову, открываю рот, чтобы ответить…

И тут же его захлопываю.

Кричаще-красное пятно от помады с отпечатком губ и небольшая царапина на шее бросаются в глаза. Сомневаюсь, что такой человек, как Каин ходит в грязной рубашке.

А, значит, пятно свежее. Возможно, его женщина сейчас ждет его в зале. Прямо как Костя, о котором я и думать забыла.

Внутри все вскипает от ярости. Не успеваю сообразить, как ладонь со всей дури опускается на щеку Каина.

– Какого…?! – рокочет, отшатываясь.

Спрыгиваю со столешницы и невозмутимо привожу себя в порядок, не глядя в сторону разъяренного Психа.

– Майя! – рычит, растирая алеющую щеку и сжимая кулаки.

– Что? – делаю удивленные непонимающие глаза, когда саму разрывает на тысячу мелких частей. – Ты же сам видел, что я больше не одна. И сегодня я поеду к этому мужчине. И проведу с ним ночь.

С удовольствием отмечаю, как яростно сверкают глаза Каина.

Он злится. Бесится.

Прячет ладони в карманах, демонстративно поправляя топорщащиеся брюки. Мол, из-за тебя терплю эти неудобства. Правый уголок губы нервно дергается, но Псих держит себя в руках. Хоть и из последних сил.

– А ты, – невозмутимо продолжаю, кивая на пятно на вороте рубашки, – возвращайся к своей женщине. Пусть она поможет тебе с этим….недоразумением. И запомни, Каин: твоей игрушкой я никогда не буду. Захотел – взял, надоела – выкинул. Со мной так нельзя.

Высказав то, что столько недель бурлило во мне, убегаю, не прощаясь ни с кем. На улице вызываю такси. Благо, оно было неподалеку, и машина приезжает через две минуты.

А уже в салоне я вношу номер Каина в черный список и навсегда удаляю из своей жизни.

Глава 21

Майя

– Пчелка…Проснись, Пчелка…

Каин присаживается на край кровати. Осторожно касается моего плеча. Гладит и не сводит с меня задумчивого серого взгляда. Ласково проводит по волосам, наклоняется и прижимается к губам, нагло воруя воздух.

Касается пальцами груди, зажимает соски почти до боли. С моих губ срывается первый стон. Он скользит дальше, а я выгибаюсь дугой – такая жадная до его прикосновений.

– Ещё.…Каин, пожалуйста…

Но вместо того, чтобы подарить мне такое желанное наслаждение, мой Псих отвлекается на телефонный звонок.

А потом и вовсе начинает отдаляться. Ускользать.

– Каин!

Я тянусь к нему, пытаюсь удержать, вернуть обратно, но противная трель становится все громче и громче, разрывая в клочья сладкий дурман.

Нет!

Только не сейчас!

Резко сажусь на кровати. Потная, злая, с колотящимся сердцем и неудовлетворенная.

И понимаю, что все это – всего лишь сон.

– Черт! – откидываюсь обратно на подушку, тяжело дыша. Раздосадованно луплю кулаком по матрасу. – Каин, чтоб тебя!

Этот сон преследует меня на протяжении трех недель. Три проклятые недели мучений. Каждый раз одно и то же: в самый «ответственный» момент, когда между нами остается последний шаг до безумия, я просыпаюсь. Словно Каин издевается надо мной за то, что в тот вечер я оставила его без продолжения. Как будто карма решила по полной отыграться.

Но в этот раз кое-что изменилось.

Трель я слышу наяву. Только это не телефон, а дверной звонок. Настойчивый. Нетерпеливый.

Вскакиваю со своего места и несусь в прихожую, пока этот незваный ночной гость не разбудил мне Ясю.

– Кто там?

– Открывай, – требовательный низкий мужской голос заставляет меня замереть.

По позвоночнику пробегает ледяная дрожь.

Псих?! Что он тут забыл посреди ночи?!

– Каин, уходи. Я не…

– Пчелка, – рычит, и я мгновенно втягиваю голову в плечи, – открывай. Сейчас не до разговоров. Нужна твоя помощь.

И что-то есть такое в его голосе, что я не могу ему отказать. Что-то тревожное. Опасное.

Не стал бы Псих приезжать ко мне посреди ночи просто так. Ради секса или просто выяснить отношения.

Не такой он человек.

Распахиваю и тут же вскрикиваю, зажимая рот ладонью.

Каин стоит, опираясь одной рукой об стену. На скуле уже наливается огромный синяк. Губа разбита, ссадины, кажется, повсюду. А рубашка пропиталась кровью.

Он смотрит на меня исподлобья. Буравит потемневшим взглядом, жадно блуждая по лицу. Словно…скучал.

От этого взгляда внутри что-то лопается, разливаясь теплом в груди.

– Господи, ты ранен?! Куда? Что случилось?

– Спокойно, Пчелка. Это не моя кровь.

Застываю. Мир становится на паузу.

А меня сковывает цепью от накатившей кошмарной мысли.

– Ты…Кого ты убил на этот раз?

Уголок рта дергается, но Каин предпочитает оставить вопрос без ответа.

– Нам нужна твоя помощь.

– И чем я могу помочь?

– Ранили Шторма. Нужно, чтобы ты его «заштопала». Он тебя внизу, в машине, ждет.

Моргаю раз.

Два.

Пытаюсь переварить услышанное.

– Прости, что? Ты сейчас серьёзно?!

– Более чем.

– Каин, ты совсем офигел? – шиплю, внутри всеми силами давя зарождающуюся злость. – Я должна посреди ночи все бросить и идти зашивать рану?!

– Нет времени на болтовню, Пчелка, – давит Каин. Голосом и взглядом. – Пока ты тут девочку включаешь, Шторм кровью истекает.

– Так везите его в больницу, я тут причем?! У меня ребёнок маленький, если ты не забыл! Я не могу взять и открыть у себя дома медпункт!

– Я не забыл. Поэтому мой человек побудет у тебя в квартире, посторожит ее, пока ты помогаешь Шторму.

– Я не оставлю дочь одну с незнакомым человеком! – эмоции хлещут через край, и я принимаюсь активно жестикулировать.

– Я за него ручаюсь, – продавливает каждое слово Каин, прошивая насквозь тяжелым взглядом из-под сведенных бровей. – Моего слова тебе мало?

– Да, черт побери! Речь идет о моем ребёнке, Каин! Ре-бён-ке!

Мы смотрим друг на друга. Упрямо. Зло. И ни один из нас не хочет уступать.

Тогда Каин идет ва-банк:

– Когда тебе была нужна помощь, Шторм не выкобенивался, – спокойно выдает. – Он спас тебя от Юрика-дурика. Дважды. И решил твою проблему с кредиторами мужа.

Шумно выдыхаю, роняя лицо в ладони.

Вот теперь все становится на свои места. Теперь понятно, почему они исчезли. Почему не одолевали звонками и оставили нас в покое.

Чудес не бывает. За каждым чудом обязательно стоит какой-то волшебник, который сотворил его для нас.

Черт.

Мы с Ясей действительно ему обязаны. Если бы не Шторм, мы бы сейчас не стояли и не разговаривали.

И я сдаюсь. Потому что ненавижу быть кому-то должной.

– Хорошо. Заводите его. Я осмотрю и сделаю все, что могу.

Впервые за весь разговор Каин немного расслабляется. Достает мобильный из кармана и коротко командует:

– Мужики, несите.

Шторма без сознания несут буквально на руках. И я сразу же понимаю, что дело дрянь.

Рубашка пропитана кровью насквозь. Лицо серое, губы почти белые, дыхание рваное и слабое.

Он едва живой.

– Вы – идиоты! У него же огнестрел! С ума сошли?! Он столько крови потерял! Ему нужно срочно в больницу, на операционный стол…

– Я сказал, что в больницу нельзя, – отрезает жестко, перебивая.

– Каин! – вскрикиваю в отчаянии. Меня начинает мелко потряхивать. Ещё не хватало, чтобы этот человек умер на пороге моей квартиры!

– Врачи по закону обязаны сообщить в полицию. Ты сама врач, не хуже меня это знаешь. Надежды на частную скорую нет – человеческий фактор и людскую жадность никто не отменял. Если мы обратимся в больницу, тем, кто стрелял в Шторма, сразу станет известно, где он. И тогда они придут его добить.

Хватаюсь за голову. Впервые за всю мою практику от страха за жизнь человека накрывает паника, и начинает кружиться голова.

– Послушай, Каин, ты думаешь, у меня дома спрятана подпольная операционная? Тут не обойтись водкой и иголкой! Нужен наркоз, инструмент, материалы. Стерильность, в конце концов! Я не могу оперировать его у себя на кухне!

– Да вашу мать!

Каин лупит кулаком по стене, в кровь разбивая костяшки.

– Каин, – откашливается один из парней. – Травмпункт подойдет? У меня там сослуживец работает, могу попробовать договориться.

Псих переводит взгляд на меня.

– Что скажешь, Пчелка?

Глава 22

Майя

А что я могу сказать? Мне не оставили выбора. Если со Штормом что-то случится, я себе этого никогда не прощу.

Да и отец всегда учил: долги нужно возвращать вовремя.

– Идите в машину, – коротко командую, мысленно составляя план операции. – Мне нужно переодеться и договориться с соседкой, чтобы она приглядела за Ясей в случае чего. Пять минут.

– Хорошо. Но мой человек все равно остается дежурить внизу. На всякий случай.

Лишь киваю в ответ. Спорить сейчас – роскошь, которую не могу себе позволить.

Влетаю в спальню, натягиваю первый попавшийся спортивный костюм. Сердце бешено колотится, ладошки потеют, пока проверяю дочь.

Яся мирно сопит, крепко обняв плюшевую сплюшку.

На секунду задерживаюсь в дверях.

Господи… только бы она никогда не увидела тот мир, в котором живет ее родной отец… Только бы он ее не коснулся…

С силой захлопываю дверь и бегу к соседке.

Юля открывает почти сразу – сонная, растрепанная, ничего не понимающая.

– Май?.. Что случилось?

– Юль, прости… Очень нужна твоя помощь. Мне срочно нужно уехать. Можешь доспать у нас и побыть с Ясей, если я не успею вернуться?

Она даже не задает лишних вопросов.

– Без проблем. Не переживай. У меня выходной, так что спокойно езжай и никуда не торопись.

От души поблагодарив, несусь по лестнице вниз.

– Гони! – командую, падая на сидение рядом со Штормом и первым делом проверяя пульс.

Тут же осматриваю повязку, мысленно кляня тех, на чем свет стоит, кто так колхозно ее наложил. Кровь продолжает сочиться. Зажимаю рану полотенцем, которое предусмотрительно прихватила из дома.

– Потерпи, Шторм. Потерпи немного…Не вздумай умирать, слышишь!

По пути прошу заехать в аптеку. Набираю там необходимых медикаментов и инструментов, которых может не оказаться в «травме».

В травмпункте Каин просто кладет две пачки денег на стол, и через пять минут помещение только наше. Мы закрываемся, и я отключаю все мысли и эмоции. Оставляю все лишнее за дверью. Здесь только борьба за жизнь человека и холодная голова.

– Кладите его осторожно на стол. Срезайте одежду. Ножницы там, на столе, – командую, настраивая свет и экстренно готовя операционную, весь необходимый инструмент и препараты.

Сама же выгоняю всех посторонних, переодеваюсь, моюсь. Натягиваю маску на лицо.

Я «дома». В своей стихии.

– Каин, помоги мне, – поворачиваюсь спиной.

Мужские пальцы уверенно затягивают тесемки на моей спине и натягивают стерильные перчатки.

Осматриваю раны, удрученно качаю головой. Все плохо, плюс Шторм потерял много крови. Буду молиться, чтобы выкарабкался.

Неожиданно Шторм приходит в себя, цепляясь мутным взглядом за потолок.

– Мне нельзя умирать, – каждое слово дается с огромным трудом. – Меня…Мелкая дома ждет…

– В смысле Мелкая? – резко вскидывается Каин. – Та самая, о которой я думаю?

Шторм слабо кивает.

– Да. Мия.

– Какого хрена?! – рычит Каин, склоняясь над Штормом и едва сдерживаясь. – Ты спишь с сестренкой Кастета?

– Я же не идиот, – на губах пациента появляется кривая усмешка. – Она не в моем вкусе. И очень проблемная. Кастет перед смертью попросил присмотреть за девчонкой. Что-то вроде его последней воли. И теперь я опекун этой чокнутой….

– Обидишь эту девочку или трахнешь, я тебя лично кастрирую. Младшая сестренка друга – это святое.

Шторм упрямо ухмыляется, и я только по шальным глазам понимаю – так оно и будет.

– Так, заткнулись оба, – резко обрываю, готовя пациента к введению наркоза. – Не тратьте ни время, ни силы. Потом все разговоры. Каин, иди готовься: мой руки, переодевайся. Будешь мне ассистировать.

На удивление, бандит молча подчиняется и через пять минут подходит готовый и коротко интересуется, что ему нужно делать.

Обрабатываю рану, осматриваю и принимаюсь доставать пули.

– Как это произошло? – интересуюсь, когда извлекаю первую. – Тампон.

– Нас выследили, – нехотя признается Псих, передавая материал. – В моем окружении появилась крыса, которая и сдала. Об этой поездке никому не было известно. Даже моей охране. Шторм спас мне жизнь. Подставился под пули, прикрыв собой.

Вздрагиваю и бросаю короткий взгляд на Каина. Его лицо становится каменным. Челюсть напряжена так сильно, что проступают желваки. Между бровей залегла глубокая складка.

Весь его вид говорит о том, что пощады ждать нападавшим не стоит. Они уже покойники.

– Шить, – Псих никак не реагирует, и мне приходится повысить голос. – Не спи, Каин. Нужно закончить операцию, пока Шторм стабилен.

Мужчина отмирает и передает мне необходимые инструменты.

– Где гарантии, что за ним не придут? – зашив раны, задаю тревожащий меня вопрос. – Чтобы не добить. Или… не выйдут на меня?

– Я не стал бы подставлять тебя, Пчелка, – ласково, но предельно серьёзно заявляет Каин. – Никогда. Я разберусь с этим дерьмом. И за Шторма долг верну. Тебе не о чем переживать.

Киваю, соглашаясь, и ставлю капельницу. И впервые за все время позволяю себе выдохнуть и немного расслабиться. Опускаюсь на стул. Сил больше нет.

– Устала? – Каин ласково притягивает к себе.

– Угу. Сейчас препарат докопается, и езжайте домой. Но тебе все же придется найти медсестру, чтобы она обрабатывала швы и ставила капельницы с антибиотиком. Я распишу схему. Сейчас, только…

Но Каин не дает мне договорить.

– Собирайся, поехали. Я отвезу тебя домой. Полчаса тебе хватит?

– На что? – вскидываю брови на столь неожиданный вопрос.

– Собрать вещи, – коротко и невозмутимо поясняет этот Псих. – Вы с Ясей переезжаете ко мне.