Текст книги "Развод. Все закончилось в 45 (СИ)"

Автор книги: Ники Сью

сообщить о нарушении

Текущая страница: 12 (всего у книги 14 страниц)

Глава 32

– Привет, – Костя, высокий темноволосый парнишка, почти копия своего отца, сухо кивнул Алле и мне, когда мы встретились на улице. А уж когда он снял шапку, я и вовсе отметила про себя их сходство: один нос, форма губ одинаковая и даже в профиль они были чем-то похожи. Только в отличие от Глеба Костя был более молчаливым, сосредоточенным, закрытым. Это и Алла заметила, она смущённо пересела от него на соседнее пассажирское сидение.

В дороге до дачи Троцкого разговаривали только мы с Глебом, дети же молча слушали музыку. Да и на месте, когда все расселились, особо дружелюбной атмосферы не складывалось. Потом Глеб вообще заставил Костю с ним на улице разжигать костёр для шашлыков, ну а мы с Аллой накрывали на стол и резали салаты.

Дочка со мной общалась через губу, она и ехать-то особо не хотела. Но находиться вместе с Соней дома ей тоже было невмоготу, поэтому выбор был очевиден.

К вечеру она, правда, немного развеселилась, особенно после вкусного шашлыка и жареных овощей. А вот Костя всё сидел в телефоне. Мы уже решили, что дети никогда не начнут общаться, ну разные они. Интересы не схожи. Мир видят под другим углом. А потом Алла случайно проболталась в процессе разговора, что играет в какую-то онлайн-игру, и тут Костик оживился.

– И кто ты там?

– Целитель, но я одиночка, а ты? – Алла и сама заговорила без умолку.

– У меня гильдия своя. Какой у тебя уровень?

Мы с Глебом лишь переглянулись и решили, что не будем лезть со своими уточнениями. Пусть между детьми пока идиллия, налаживают контакт.

А ближе к ночи пошёл снег. Такой красивый, пушистый, воздушный – прямо как в моём детстве. Я накинула на плечи шаль и вышла на улицу, спрятавшись под козырьком крыши. Посуда уже была помыта, еда убрана в холодильник, Алла с Костей удалились в комнату, устроившись перед ноутбуком.

И мне вдруг стало так хорошо, словно я вернулась в юность. В те дни, когда у меня ещё была семья, настоящая, такая, как в фильмах. Сегодня хоть и началось всё натянуто, но закончилось на прекрасной ноте. У меня в груди зародилось чувство, что впереди ждёт только хорошее и что между нами с Глебом всё серьёзно.

А потом он и сам присоединился ко мне. Приобнял со спины, поцеловал в макушку и прошептал на ухо:

– Сегодня, ты точно не сбежишь.

– А я и не собиралась, – ответила с теплотой в голосе, хотя переживала, конечно. С самого утра думала про то, что сегодня мы проведем вместе ночь. И это так волнительно было, я даже белье новое купила. Почему-то показалось, что старое не очень. А сколько собиралась в дорогу, макияж делала. Приятные хлопоты, совсем как в первый раз. – Пойдем, холодает уже.

Глеб подхватил меня на руки, несмотря на то, что я жутко смутилась этого, нас могли увидеть дети. Да, они уже взрослые и вполне знают, что такое секс, но дети же. Так что я вполне естественно дернулась, но Троцкий лишь сурово посмотрел, и прошептал:

– Не рыпайся.

Вот и все. И я не посмела ему противиться, да мне честно сказать, самой не хотелось. Такой в объятиях Глеба я ощущала себя живой, настоящей, женственной. И сердце от этого томительно забилось в груди, и внизу живота сладко заныло.

А уж когда Троцкий бросил меня на большую двуспальную кровать, заперев на замок дверь, я окончательно сдала бастионы. Он прильнул ко мне, нависая своим могучим телом сверху, и впился в мои губы поцелуем. Диким. Пошлым. От которого я вся заерзала под ним. Казалось Глеб накачивал меня своим вкусом, запахом и энергией. Кровь в венах бурлила, душа уносилась куда-то в забытье. Так мне было хорошо.

Руки Глеба умело скользили по моему телу, стягивая сперва футболку, затем ажурный лиф. Вот его пальцы на моем затылке, нежно касались волос. А вот они уже у меня на плечах, животе, между бедер. Ткань трусиков сдвинулась в бок, следом одно касание и с моих губ слетел неконтролируемый стон.

– Ксюша, – выдохнул Троцкий на ушко мое имя, а следом обвел языком вдоль мочки.

– Глеб, прошу, – взмолилась я, совсем потеряв, кажется рассудок, пока он ласкал меня там, вызывая табун мурашек.

Я вся полыхала от этих прикосновений, не сдерживаясь и желая большего. Глеб тоже не сдерживался в своих желаниях: сминал мою грудь как дикий зверь, а когда стал покусывать ее, я снова не выдержав – громко простонала. Это была чистой воды эйфория. Безумие какое-то. Я вся горела, будто изнемогала в нетерпении.

Поэтому не заметила как Глеб стянул с меня окончательно трусики, как и сам, оказался без одежды. Пачка от презервативов на полу, толчок, резкий, а вместе с ним и очередной стон. Только теперь один на двоих, в унисон. И океан страсти, который захлестнул нас с головой.

Оргазм у меня наступил на удивление слишком быстро, чего со мной не случалось ни разу в жизни. Но поцелуи Глеба не заканчивались, поэтому он рывком перевернул меня на живот, и снова вошел в полную глубину. Мамочки! Резче. Быстрее. Толчок за толчком. Одной рукой Троцкий сминал мою грудь, другой ухватился за волосы, намотав их на кулак. Он контролировал процесс, он контролировал меня, пошло бил ладонью по ягодицам и рычал мне на ухо, какая я невероятная. Как оголодавшей волк, который сорвался с цепи.

А я в ответ сходила с ума. От блаженства. От того, что меня не просто брали силой, а доставляли удовольствие. Накачивали эйфорией. Хотели меня. До одури хотели.

И вот уже мы опьяненные, уставшие упали оба на подушки. Переглянулись и улыбнулись друг друга. Я смущенно, затем и одеяло стала натягивать, а Глеб, ему в целом было и так хорошо. Лежал себе, подперев рукой голову, ни капли, не смущаясь наготы. Хотя чего ему там было смущаться? Прокаченного пресса? Или возбуждения, что до сих пор давало о себе знать? Оба варианта точно отпадают.

Правда, в момент он остановил меня, когда я почти укрылась пледом, провел рукой по моему обнажённому телу и сказал:

– Ты очень красивая.

– Да ну? – пролепетала я, но все-таки накрылась. Было непривычно то, что мы теперь вот так – вместе. Не только в офисе, но в и одной кровати.

– Ну не просто ж так, я от тебя без ума.

Я снова отвела взгляд, кусая губы. А Глеб, он притянул меня к своей груди, обнял, и мне показалось, что весь мир остался за бортом в этот момент. Были только мы и наше счастье. Будущее, в которое я искренне верила

Глава 33

С дачи мы уезжали в понедельник утром. Алла с Костей странно переглядывались, а еще мне показалось, что дочь смущалась, робко улыбалась на какие-то его фразы. Мы с Глебом тоже нежились, чего ранее никогда не было, разве что в офисе или тогда в лифте. Вышли из дома, держась за руки, а потом и вовсе, пока дети поковали вещи, слились в страстном поцелуе.

– Не хочется так уезжать, – призналась я, прильнув к Троцкому. Он зарылся носом в моих волосах, поглаживая меня по спине. Через толщину куртки пуховика, было не так приятно, как на обнаженное тело, но я все равно расцветала.

– Можем приехать сюда на праздники или вообще рвануть куда-то заграницу.

– У меня пока… – я замялась, не зная как признаться, что с деньгами напряженка. Поездка зарубежье всяко встанет в копеечку. А мне не то, что нужно было на адвоката копить, в целом, на бытовые расходы. Зарплата у Глеба была неплохой, но с учетом предстоящих судебных трат, придется откладывать.

– Твой отказ меня мало интересует, – серьезно сказал Троцкий. – Свяжись с туроператорами, попроси, чтобы счет на мое второе ИП выставили.

– Глеб… – ахнула я. – Ты не обязан.

– Зачем нужны бабки, если их не тратить в кайф? – усмехнулся он. Затем отпустил меня, подмигнул, а там и дети на горизонте появились.

До города в этот раз мы ехали общаясь. Алла рассказывала про предстоящий концерт и что их класс должен поставить какую-то сценку. Костя же возмущался, что его тоже вечно куда-то пытаются пристроить, и отказы не принимают. А я ловила себя на том, что обстановка между нами четырьмя напоминает семейную. Именно ту, о какой я и мечтать не могла. Тепло. Дружелюбно. Породному хорошо.

Это даже Алла подметила вечером, когда после школы не домой поехала, а ко мне.

– А Глеб классный, – выдала дочка, усаживаясь за стол. Я только недавно приготовила пасту, и мы вместе решили поужинать.

– Костя тоже, – тонко намекнула, желая узнать немного подробностей.

– Согласись? – Алла хихикнула, и я поняла, что он ей понравился.

– Он хороший, – кивнула я.

– Мам, – дочь отложила вилку и внимательно на меня посмотрела. Между нами повисла паузу, такая долгая, задумчивая, словно Алла до последнего не решалась признаться в чем-то. Потом правда она громко выдохнула и произнесла. – Вы с Глебом хорошо смотритесь. Буду держать за вас кулачки.

Несколько минут я не могла поверить в услышанное, ведь еще несколько дней назад дочь наотрез отказывалась принимать мой выбор. Горевала, что у нее больше нет той семьи, в которой она выросла. Теперь же она будто за день повзрослела, а может, снова мужчина в ее жизни сыграл не последнюю роль. В любом случае, мне было приятно.

– Спасибо, – кивнула я, тепло улыбнувшись.

– А давай, чай пить? – предложила Алла, и сама побежала ставить чайник, вытаскивать пакетики из коробки. – Тебе, как обычно, зеленый? Сейчас все будет.

Этим вечером дочка осталась у меня. Кажется, мы стали не просто близки, а еще ближе, чем были до ссоры. Все налаживалось.

***

Спустя неделю

Когда я шла с обеденного перерыва из буфета, мне позвонил Федор. Его звонок я связала с тем, что на днях Влад подал заявление в суд. Скорее всего, Латыпова поставили в известность, и теперь он жаждет закатить скандал. В целом, я была готова к этому разговору, и ничуть не нервничала, разве, что чу-чуть.

– Здравствуй, Федя, – коротко произнесла, завернул в закуток, довольно безлюдный и тихий. Не хотелось, чтобы весьма неприятный диалог стал достоянием общественности.

– Ты понимаешь, что творишь, Ксюша? – рявкнул он в трубку. Судя по голосу, начало судопроизводства сильно не понравилось Федору.

– Лишь забираю то, что по праву принадлежит мне, а не твоей малолетней девчонке.

– Мой офис обшмонали! – кричал он, громко дыша. – На моих коллег вышли налоговики, потому что у них к ним есть вопросы. Ты что творишь, тварь?

Я обомлела и даже замешкалась с ответом. Значит, насчет суда он еще не знает или не счел это важным? Тогда что ж, выходит, это шаг Глеба так отразился? Его знакомые в налоговой дали делу ход. С ума сойти.

– Чего молчишь, дура? – грубо напомнил о себе Федор. – Если мои проблемы не решаться, я убью тебя, слышишь?

Инстинкт самосохранения в этот раз сработал как надо. Я отвела телефон от уха, и нажала кнопку запись разговора. Вдруг пригодится? Ведь тут были явные угрозы жизни. А Латыпов тем временем продолжал орать.

– Прикончу тебя! Тварь! Да как ты вообще посмела лезть в мои дела?

– Я никуда не лезла, а если ты ведешь нелегально бизнес, то кто в этом виноват?

– Еще смеешь ерничать? – едва не взрывался Федор. – Ничего у тебя не выйдет, ясно? И налоговиков твоих нагну. Первый год что ли? И похлеще нагибал.

– Федя, если ты закончил свой словесный поток, то… – я хотела отключить трубку, как Латыпов чем-то зашуршал, женский голос на фоне сказал ему, что распечатал какой-то документ. Мне собственно было не особо интересно, что у него там происходит. Но тут и Федор вернулся в разговор. Он громко засмеялся в трубку.

Смех его показался мне больным, наполненным ядом. Я почувствовала, как внутри всё сжимается от недоброго предчувствия. Ну что еще? Разве мы не можем просто существовать отдельно друг от друга, не пересекаясь? Сказать по правде, я безумно устала от истерик Федора.

– Твоя попытка подать на пересмотр дела о разделе имущества – просто смех! – наконец, разразился он, и следом громко хмыкнул. – Как ты меня зае*...! Знал бы, что женился на такой продажной, мелочной суке, никогда бы не совершил такую глупость. Денег никаких ты не получишь, поняла? Я тебе их не отдам. Ни копейки.

Я сжала кулаки, в голове сразу всплыли слова Сони. Что она родит Латыпову сына, а мою дочь оставить ни с чем. Пнет под зад и будет купаться в шоколаде. И это снова придало сил, желания бороться до последнего. Да, я не уверена, что одержу победу, но это не значит, что сдамся. Нет, правильно Глеб говорил, даже если Федор будет нервничать, а он точно будет, уже хорошо.

– Мне без разницы, что ты там хочешь или думаешь, – ответила я, стараясь говорить ровно. – Я буду бороться за свои интересы.

– О, ты будешь бороться? – он снова рассмеялся. – Тоже мне, воительница нашлась. Думаешь, раз с Троцким связалась и сос*шь у него, то все – королевишной стала?

И меня так захлестнули эмоции, обида, злость. Будто ураганом закрутило, а затем затянуло удавкой на шее. Какой же он бессовестный! Как я могла с этим человеком потратить столько лет своей жизни?..

– Знаешь что, Федя? – набрала полные легкие воздуха. – Иди-ка ты к черту!

А следом сбросила вызов и для успокоения, заблокировала бывшего мужа. Хватит. С меня хватит.

Глава 34

– Предлагаю устроить ужин, – сказал Глеб, выходя из своего офиса. – А то ты сегодня какая-то неулыбчивая.

– Да, Федя звонил, – слетело у меня. – Опять у него словесный понос.

– Поехать мне к нему что ли? – Троцкий присел на край моего стола, взял карандаш и задумчиво покрутил его между пальцев. Губы в этот момент у него были поджаты, да и сам он выглядел недовольно.

– Я его заблокировала, – призналась, и ощутила некое чувство свободы. Будто выдохнула.

– Давно пора, но в следующий раз, я все равно ему пропишу по морде. Честно сказать, он меня жутко бесит.

– Вот как? – игриво улыбнулась я, поднимаясь со стула. Подошла к Глебу, взяла его за руку и заглянула в глаза. – Может, поужинаем сегодня у меня?

– Поехали, чего мы ждем-то?

– Какой ты нетерпеливый у меня, – хихикнула я.

– Ну, – пожал он плечами. – Какой есть. Одевайся.

И ни медля больше ни минуты, мы собрались, спустились на лифте на первый этаж, сели в машину и отправили ко мне. По пути заехали в супермаркет, купили там разных овощей, мяса, сладостей, бутылочку вина. А уже дома, решили готовить вместе. Вернее, Глеб предложил свою помощь, ну а я не отказала.

– Смотри, – он подкинул нож в воздухе, ловко поймав его. – Сейчас пошинкуем как, получишь еще и зрительный оргазм.

Я рассмеялась.

– Где ты научился такому?

– Старик у меня всю жизнь отпахал поваром, – предался воспоминаниям Глеб. – Он так и мать покорил, своей едой. Ну а после, мне постоянно твердил, что настоящий мужик должен уметь все.

– И нож так он тоже научил тебя подкидывать? – удивилась я, представив, что такому научиться непросто.

– Ну так, – кивнул Глеб. – Ему в армии японец какой-то показал технику, а батя потом и меня затаскал, мол давай, овладевай. Костик вот только традиции нашей не поддается, ни в какую к кухне.

– Выходит, ты у нас хорош во всем? – игриво спросила я, расстегнув верхнюю пуговицу блузки. Показалось, что в помещении стало жарковато.

Тогда Троцкий, шумно выдохнул и отложил нож. Затем подошел ко мне и пристроился позади, впиваясь своим напряженным пахом в мои бедра.

– Я как смотрю на тебя, могу горы свернуть.

– Глеб, – смущенно прикусила губу я, выкладывала на тарелку ломтики картошки под сладкие поцелуи в шею. – Ну что ты делаешь?

– Добавляю градуса в этот вечер, – его язык ласкал мочку моего уха, в то время как руки уже задрали подол юбки.

– Погоди, – вынырнув из-под жара мужских объятий, я быстренько отправила в духовку еду, затем вернулась к Глебу. И он тут же впился в мои губы поцелуем. Жарким, пошлым, от которого у меня едва не останавливалось сердце.

Мужская рубашка полетела на пол, следом за ней моя блузка и юбка. Руками я нащупала ремень на брюках Троцкого, и быстренько избавилась от оставшейся части его одежды. Затем обхватила рукой мужское достоинство, отчего Глеб громко выдохнул, и стала поглаживать его. С каждым мгновением он становился тверже, наливаясь алым цветом. И все из-за меня. Из-за чувств ко мне. Я сладко сглотнула, ощущая между бедер прилив возбуждения.

Троцкий не отводил глаз от моих действий, словно даже этот момент желал держать под контролем. Но ему нравилось. Я чувствовала это. Во взгляде. В том, как он тяжело и прерывисто дышал. Как ласкал меня одними глазами. Искрил не хуже проводов, по которым проходит раскаленный ток.

Глаза Глеба вспыхнули пламенем, когда я стала чуть быстрее двигать ладонью. Ещё быстрее. И быстрее. От этого ритма, я аж сама закусила губу, а Троцкий прорычал. Моё тело напрягалось, оно едва не ныло в изнеможении. Казалось, это не я доставляю мужчине приятное, а он мне.

Минута-другая и Троцкий вдруг оттолкнул меня, я даже не сразу поняла, почему. Но он наклонился, схватив джинсы, и нащупал там упаковку презервативов. А затем повалил меня на пол. И в ту же минуту, будто какой-то выброс адреналина случился, когда я ощутила порывистый толчок. Казалось, он надавил на какую-то точку, отчего у меня каждый волосок завибрировал. От дикого удовольствия. От чистого кайфа.

– Господи, – простонала я.

– Моя, – прошептал тут же Глеб мне на ухо. И снова толчок, от которого я вся плыла, горела, воспаряла к небесам и обратно. Хотелось, чтобы эти ощущения никогда не заканчивались.

А после мы рухнули обессилено на пол и пролежали так, абсолютно нагие минут пятнадцать в объятиях друг друга.

– Ты кстати выбрала, куда мы поедем в отпуск? – спросил Глеб.

– Пока нет, – я рисовала узоры пальцем у него на прокаченном прессе. И когда специально опускалась ниже, проходясь вдоль линии волосков, что вели к паху, Троцкий казалось, заново заводился. Ну а я и не против. Мне было мало, как бы забавно это не звучало. Будто я всю жизнь не занималась сексом, и теперь пыталась восполнить запасы.

– Не хочешь, чтобы я две недели полировал твою задницу? – а следом Глеб шлепнул меня по ягодице, хищно облизнувшись.

– Неплохое предложение, – игриво произнесла я, заметив, что Троцкий возбуждается.

– Отличное, я бы сказал. Тем более через неделю, я уеду в командировку. Поэтому хочу точно быть уверен, что к приезду, получу по полной программе тебя.

– Командировку? – озадачилась. – Далеко?

– В Иркутск, там будет презентация проекта, в который я вписался и Степана вписал. Ничего интересного. Моя бы воля, я бы не вылезал из твоей кровати, Ксюша.

– Вообще-то мы на полу, но… – рассмеялась я, не придав словам о командировке какого-то особого значения. Ведь не первый раз Глеб уезжал на какие-то встречи. – Мы можем начать сейчас, если ты не против.

– Как видишь, – он взглядом показал на свою эрекцию, затем снова навалился на меня и мы слились в очередном жарком поцелуе. Этим вечером Троцкий так и не уехал.

Глава 35 – Федор

– Федор Викторович, вам бы залечь на дно, – предложил финансовый директор Андрей Дмитриевич. Ему было немного за тридцать, однако ум и смекалка поражали. Во многих ситуация Андрей не подводил Федора, советы дельные давал, а вот сейчас говорил откровенную глупость. И это злило.

– Как я могу залечь? Они меня так с голой задницей по миру пустят, – сокрушался Федор, расхаживая по своему дому. В офис он не поехал, там происходящий кипишь еще больше нагнетал, нервировал. Лучше уж из дома команды раздавать, так спокойнее. – Что там эти уроды нарыли?

– Ну… Несколько контрактов, где мы явно завышали стоимость работ. Например, на одном из проектов мы завысили цены на строительные материалы на 30%.

– Еще что?

– Подставные строительные компании, которые выиграли несколько тендеров.

– Суки! – громко выругался Федор.

– В целом на нас уже много чего есть, и на Плотникова, который через свою фирму откаты ваши обналичивал. А еще… сеть спортивных залов “Аланика”, – с опаской заговорил Андрей, явно переживая, как на его новости отреагирует начальник.

– Там у нас все чисто.

– Ну… – пожал он плечами неоднозначно. – Налоговики сопоставили завышение сметы по объекту для минкультуры и реконструкции зданий в курортной зоне. И свелись к тому, что отмытые деньги были вложены в “Аланику”. Будет суд, и скорее всего, сеть залов изымут.

– Да, твою ж! – заорал Федор, затем пнул ногой по коробке с какими-то платьями, что стояла в коридоре. Больше он Андрея особо не слушал. Все думал, как быть, как выкарабкаться из столь дерьмовой ситуации и сохранить на плаву не только фирму, но и репутацию. Несколько знакомых, с кем он собирался провернуть сделки, после штурма, резко отказались на будущее сотрудничество. Их, конечно, понять можно. Никто в здравом уме не станет лезть в болото, к утопающему.

Уходя, Андрей дал свою неутешительную оценку, опять же со слов их юротдела. Налоговая будет копать до конца. И тут реально нужно либо бежать, как-то перекидывая деньги на офшоры, либо останешься без штанов.

– Федор Викторович, – обуваясь, Андрей внимательно посмотрел на шефа. – Может, попробуем взятку дать через край?

– А так можно?

– Есть у меня знакомый на хорошем посту. Через него можно, но… – закусил губу задумчиво Андрей. – Сумма будет практически в шестьдесят процентов от того, что у вас осталось в плане свободных денег.

– Да ты спятил? – рявкнул раздраженно Федор.

– Лучше уж так, чем вообще остаться без гроша. Ну это мое мнение, а там…

– Ладно, – тут же согласился Федор, решив про себя, что такой вариант в самом деле, более логичный. Хотя бы сможет остаться на плаву, а дальше… Дальше уже выкрутится. Не первый день в этом деле, плюс знакомства, связи, кто-то, да, поможет. Придется, конечно, потуже затянуться, но и это не пугает. Главное, дело замять.

– Тогда… – Андрей как-то странно посмотрел на шефа, но тот не заметил в его взгляде ничего. Федор в целом был слишком подавлен ситуацией, нахлынувшими проблемами. Он бы и отсутствие дверей в стене не заметил, настолько происходящее стало для него шоком. – Я начинаю операцию по обналичиванию денег.

– Давай, – махнул суетливо рукой Федор. – Делай уже хоть что-то.

Андрей кивнул, и двинулся на выход. Правда, в проходе столкнулся с Соней. Та заносила в дом большой пакет из брендового магазина. Она любезно улыбнулась молодому парнишке, затем прошла вглубь.

– Федь, ты чего такой подавленный? – проворковала Соня, скидывая на ходу пальто. Торопливо просеменила к будущему мужу, привстала на носочки и обняла его. – Ну хочешь, я тебе приятное сделаю?

Минуту Федор молчал, думал. Может, в самом деле, стоило расслабиться? Да, врач рекомендовал покой, только с этим бизнесом никакого покоя нет.

– Ну давай, Сонечка.

И она, не отходя далеко от кассы, опустилась на колени, расстегнула его ширинку, приступив к делу. К тому, которое впервые за долгое время, принесло хоть какое-то удовольствие.

***

спустя пять дней

– Камила! – крикнул Федор на свою секретаршу, от злости у него раздувались ноздри. – Где этот говнюк? Почему не выходит на связь?

– Я… я не знаю, он на меня тоже не поднимает, – чуть ли не плача отвечала секретарша.

А все началось еще вчера, когда Федору пришло оповещение от партнеров, что часть его денег была благополучно обналичена. Как Андрей и говорил, больше шестидесяти процентов. Приличная сумма. Весьма. На радостях, Федор даже выпил, хотя до этого держался трезвенником. А тут решил, раз деньги сняты, значит, его финдир смог договориться обо всем. Проблемы с органами наконец-то закрыты. Можно выдохнуть.

Довольный, он позвонил Андрею, но тот почему-то вызов не принял. Видимо, уже поздно, отдыхает, подумал про себя Федор. И отложил звонок до утра. А утром прямо с ранья, стал набирать по-новой. Надо же выяснить детали. Только вот Андрей продолжал упорно молчать. Ближе к обеду, его телефон вообще начал сбрасывать вызовы.

“Да ну быть не может”, – утешал себя Федор, отталкивая самые ужасные мысли. Скорее всего, его сотрудник давно на рабочем месте, просто занят. На этой фазе, Федор собрался, поехал в офис и затребовал у секретарши, чтобы она немедленно вызвонила Андрея.

Он ждал в своем кресле почти час, затем разозлись и выскочил к Камиле, устроив ей разбор полетов. А она только лепетала как тупая лань, не в состоянии и двух слов связать.

– Звони ему! – орал Федор. – Пока не притащишь его ко мне, домой не пойдешь.

И Камила честно звонила, не только ему, она подключила их службу безопасности, у которых были полные данные на финансового директора компании. Андрей проработал здесь больше трех лет. Он был идеальным, преданным сотрудником. Ожидать от него подставы Федор никак не мог.

Не тот он человек. Не тот. Точка.

Поиски их продолжались двое суток. На трети, служба безопасности сообщила Федору новость, которая повергла его в шок.

Андрей пересек границу Гонкога. Найти его теперь не получится. Как и деньги…