Текст книги "Мажор для заучки (СИ)"

Автор книги: Ника Черри

сообщить о нарушении

Текущая страница: 4 (всего у книги 13 страниц)

Глава 7. Где дорога, там и путь

*** Маргарита ***

– Даш, мне нужна твоя помощь. – отвожу в сторонку подругу.

Мы укрываемся под лестницей главного холла университета подальше от посторонних глаз.

– Что такое? – она как-то нервно озирается по сторонам, будто её кто-то преследует.

– Ты ведь в кадрах там всех знаешь, ну или хотя бы со многими уже успела познакомиться? Представь меня парочке преподавателей. – продолжаю бубнить заранее заготовленную речь, не дожидаясь ответа.

Подруга утвердительно кивает, всё-ещё увлеченно вглядываясь в конец коридора.

Ну вот, я сказала это, решилась.

Уже два дня я хожу на работе, уставившись носом в пол, боясь поднять глаза и встретиться взглядом с ним. Со своим научным руководителем, Максимом Юрьевичем. Он тоже старается избегать меня. Хорошо бы поговорить, но никто из нас на это не решается. Максим Юрьевич делает вид, будто ничего и не было. Будто он не целовал меня, не вжимал в своё твёрдое тело, не мял нежную грудь.

От воспоминаний мне становится жарко и стыдно одновременно. Щёки опаляет жаром, а низ живота сводит какой-то странной судорогой. Наверное, от волнения.

Глеба тоже как ветром сдуло. На парах и в коридоре он меня старательно не замечает, перестал обедать с нами в столовой. Хотя и ему мне тоже нечего сказать.

– Тебе зачем? – сегодня Даша крайне немногословна, её мысли увлечены явно чем-то другим.

Озвучить причину своего интереса к преподавательскому составу института я не успеваю. Даша резко дёргает меня за руку, увлекая поглубже под лестничный пролёт.

– Ты сегодня странно себя ведёшь. – обращаю внимание на необычное поведение подруги, отвлекаясь от своих проблем. – В чём дело?

– Медленно и аккуратно выгляни в коридор и посмотри, он ещё там или уже ушёл. – даёт она мне указания.

– Да кто он то? – всматриваюсь в толпу в холле.

Ничего примечательного и пугающего. Самое странное, что я там обнаружила, это придурковатый дружок моего начальника с огромным букетом цветов, явно выискивающий шальным взглядом кого-то в толпе.

– От кого ты прячешься? – устраиваю допрос подруге.

Она стыдливо прячет лицо в чаше ладоней и грустно вздыхает.

– Я натворила глупостей. – признаётся, бубня себе под нос.

– Говори же, не тяни. – обеспокоенно вглядываюсь в Дашино лицо.

– Я кое с кем переспала тогда в клубе, о чём сейчас очень жалею. – вздыхает и разводит она руками.

– Ну ты даёшь! А ещё меня отчитывала за поцелуй с преподавателем. – упрекнула я подружку. – Когда только успела?

– Пока ты зажигала со своим Максимом Юрьевичем. – язвительно поддевает она меня.

– С кем? – я даже забыла о своих неприятностях.

Она мнётся, увиливая от ответа.

Мимо проносится качок со своим веником, но нас не замечает из-за густой листвы ароматного букета.

– Погоди-ка… – до меня наконец доходит, когда Даша нервно жмётся ко мне при виде дружка моего начальника. – Ты с ним что ли?

– Говори потише. – шикает она на меня.

– И почему ты прячешься от него? Стой, это для тебя цветы что ли? Он ТЕБЯ ищет? – восклицаю чуть громче, чем нужно, но мой голос заглушает шум толпы.

– У нас был всего один пьяный перепихон без обязательств в кабинке туалета клуба, а он возомнил себе невесть что. Теперь преследует меня и зовет на свидание. – призналась подруга. – Кто вообще начинает после такого встречаться? Он мне даже не нравится!

– Зачем же ты тогда с ним… ну того? – удивляюсь я.

– Я была пьяна и мне хотелось секса, а он чисто внешне ничего такой, подтянутый, как я люблю. Но строить отношения с физруком я не собираюсь! – отнекивалась подруга. – Как бы ни был хорош секс.

Для пущей убедительности она кивает.

– А было хорошо? – спрашиваю из чистого любопытства, у самой то опыта нет, а всё, что я знаю о сексе, что в первый раз больно.

– Очень хорошо. – мечтательно погружается в свои воспоминания подруга. – Но это разовая акция.

Отрезает чётко, без запинки. Будто не меня убеждает, а саму себя.

– Ну не знаю, может стоит дать ему шанс? Узнать получше… – не знаю почему, но мне стало немного жалко парня.

– Нет. – чеканит подруга. – Фух, вроде ушёл.

Она облегчённо выдыхает и выходит из-под лестницы.

– О чём ты там говорила? – возвращает она меня к началу разговора, скорее всего просто хочет перескочить на другую тему.

– Я хочу сменить научного руководителя. – признаюсь честно. – Я не смогу работать с ним после случившегося.

– Понимаю тебя. Я-то со своим хотя бы не вижусь каждый день. Вы хоть и не переспали, но для тебя поцелуй всё равно что перепих.

– Так ты мне поможешь? – строю глазки как у кота из Шрека.

– Помогу конечно. Просмотрю личные дела и после обеда познакомлю тебя с парочкой профессоров по твоей специальности. Всё, я побегу, пока он не вернулся.

Даша одаривает меня воздушным поцелуем и спешит подняться в свой кабинет на втором этаже. И мне пора вернуться к своему рабочему месту, хоть и жутко не хочется.

Возле своего кабинета, точнее нашего с Максимом Юрьевичем, замечаю странную молодую девушку. Похожа на студентку, юная, с учебником по экономике в руках. Она нервно озирается по сторонам, неуверенно переминается с ноги на ногу, заламывает пальцы на руках, иногда грызёт ногти. Явно волнуется и ждёт кого-то.

– Здравствуйте. Могу я вам чем-то помочь? – интересуюсь, что она здесь забыла, может заблудилась. – Вы к Максиму Юрьевичу? Я его помощница.

Она смеряет меня недружелюбным взглядом от белокурой макушки до самых пяток и обиженно отворачивается. Даже не обиженно, а брезгливо.

Странная какая-то. Я вроде бы была милой, а она откровенно грубит, проигнорировав моё приветствие. И чем таким я её успела обидеть и заслужить к себе такое отношение? Я вообще вижу её впервые.

Незнакомка озирается по сторонам и, убедившись, что названного преподавателя рядом нет, удаляется в неизвестном направлении, как-то странно петляя по коридору, будто потерянная. Очень странно.

Дверь кабинета закрыта, значит Максим Юрьевич уже ушёл на пары. Я даже немного обрадовалась этому, хотя бы смогу поработать в тишине. Последние дни он даже перестал гонять меня за кофе на своём любимом альтернативном безлактозном молоке.

Открываю кабинет своим ключом и прохожу к столу. На горизонтальной деревянной поверхности меня ожидает клочок бумаги с размашистым грубоватым почерком моего руководителя: «Лилия, подготовь слайды к завтрашней презентации и не забудь забрать из химчистки мою рубашку».

Рано я размечталась почитать статьи по теме своего исследования в тишине и спокойствии.

Лилия… Что ещё он придумает? Как завтра извратится над моим именем? Бесит!

Промик на "Измена. С чистого листа" zuK-YkmI

***

– Так, короче, смотри, что я нарыла в кадрах на твоих ботаников великовозрастных. Видишь того дедка в очках за дальним столиком?

Подруга тычет пальцем куда-то в противоположный конец столовой.

– Даш, да тут почти все преподаватели престарелые дедки, как ты выразилась, и каждый второй из них в очках в силу возраста и профессии. – раздражённо закатываю глаза к потолку. – Давай поконкретнее.

– Ой, не нуди. Вон тот с растрепанной причёской в синем пиджаке. Поняла, о ком я? – киваю. – В общем он занимается схожими с темой твоей диссертации исследованиями, может тебе подойти в качестве научного руководителя. К тому же все студенты о нём отзываются крайне благоприятно, он тихий и нетребовательный.

– Нет, нетребовательный не подходит. Мне нужен результат, понимаешь? А этот так же, как и ставит тройки по умолчанию в зачётку всем нерадивым студентам за просто так, будет спустя рукава работать со мной. Мне нужно публиковаться в журналах, статьи писать, чтоб меня на конкурсы и конференции продвигали. Пассивные мимо.

– Блин, какая ты привередливая. – наигранно раздражённо отвечает подруга, уперев руки в боки.

– Ещё есть варианты? – она не могла прийти ко мне с одним-единственным кандидатом.

– А то, даже целых два. – хвастается Даша. – Но, если честно, твой мажор и правда для тебя идеальный вариант. Ректор была права, когда назначила тебя к нему под крылышко. Ты знала, что он в двадцать лет тоже выиграл грант на конкурсе «Молодой учёный»? Причём стал самым молодым среди тех, кто когда-либо побеждал. Он разбивает все мои стереотипы о смазливых мажорах, у них оказывается ещё и мозги есть.

– Даш, давай не будем. – обречённо попросила я подружку.

– А что такого? Ну поцеловались разок, подумаешь. Он же тебя не преследует, как некоторые. – она брезгливо отвернулась в противоположную сторону от физрука, махающего ей своей здоровенной пятернёй через весь зал с задорной лучезарной улыбкой на лице. – И вообще, ты же сказала, что ничего в ваших отношениях не изменилось, всё как раньше.

– Он и раньше меня бесил, теперь тем более. Не могу я так. А от тебя такое слышать вообще странно, как от сотрудника отдела кадров. Поощряешь служебные романы, а они вообще-то запрещены. – ворчу, как старая вредная бабка у подъезда на лавочке.

– Официально не запрещены, но не приветствуются. Последнюю парочку, официально заявившую о своих отношениях, ректор сначала развела по разным кафедрам, а потом и вовсе уволила одного из них якобы по профнепригодности. И это преподавателя с десятилетним стажем! Десяток лет значит была пригодна, а тут вдруг на тебе, аттестацию не прошла. – сетовала на бюрократический беспредел подруга. – Да и вашем случае кто говорит о романе? Пососаться ещё не роман!

И то верно, на роман не тянет. Для некоторых даже переспать ещё не роман, всего лишь приятное времяпрепровождение.

А ещё слух зацепился за тот факт, что уволили девушку, а не парня. Стоит быть осторожнее, вряд ли, если случай в клубе всплывёт наружу, ректор распрощается со своим любимчиком, уж скорее я попаду под горячую руку.

– Не боишься, что о вас с физруком пойдут разговоры? Он выдаёт вас с потрохами своим странным поведением. – тот всё ещё лыбится в нашу сторону, любуясь издалека снежной королевой его сердца.

– Неа. Я уйду в отрицаловку. Не было ничего. А с его влажными фантазиями ректор пусть сама разбирается. – Даша беззаботно закидывает в рот макароны с тарелки и неспешно пережёвывает.

Мне бы столько смелости и самоуверенности, как у подруги. Переспала с парнем и хоть бы что, а я тут из-за простого поцелуя переживаю.

– Так что там с кандидатами? – возвращаю её к теме нашего разговора.

– Остаются ещё вон тот толстый потный мужик, который утирает свой необъятный влажный лоб носовым платком. – показывает она вилкой на раскрасневшегося от только что употреблённой двойной порции картошки-фри мужчину через два стола от нас. – И вон тот симпатяжка.

Она с намёком улыбается парню за соседним столиком. Последнюю фразу он наверняка расслышал, так как сказала она её, повысив голос.

Симпатичный мужчина лет тридцати, подтянутый, в голубой рубашке, оттеняющей его синие, цвета неба глаза. Блондин с лёгкими завитками на прядях. В очках, которые ничуть не портят его мужественные черты лица.

– И не женат. – толкает меня в бок подруга, замечая оценивающий взгляд. – Обручального кольца на пальце нет.

– Я же к нему в аспиранты хочу попроситься, а не в невесты. – шикаю на эту вездесущую сваху.

Двигаю свой стул к нему поближе, момент для знакомства подходящий, он как раз обратил на меня внимание, а неформальная обстановка столовой сделает первую встречу лёгкой и непринуждённой.

– Здравствуйте. Простите, если мы с подругой помешали вашему обеду, она иногда очень громко р-разговаривает. – зачем-то извиняюсь, вместо того, чтобы гордо выпрямить спину и протянуть руку для приветственного рукопожатия. – Меня зовут Маргарита Цветаева, я здесь новенькая, работаю лаборантом у Максима Юрьевича Ярового.

– Здравствуйте Маргарита, приятно с вами познакомиться. А меня зовут Михаил Николаевич Голубев, но вы можете обращаться ко мне просто по имени. У Ярового говорите работаете… Везёт же некоторым на лаборантов. – он бросает нечитаемый взгляд на моего текущего научного руководителя.

Тот отвечает тем же, будто почувствовал, что на него кто-то смотрит, но эмоции в данном случае его глаза выражают вполне себе определённые – неприязнь, даже ненависть. Интересно, когда этот интеллигентный с виду мужчина успел перейти дорогу Максиму Юрьевичу, и что именно они не поделили в прошлом. А может в настоящем.

– Я как раз об этом и хотела с вами поговорить. – произношу чуть запинаясь, пытаясь перекричать гул обедающей толпы и звон посуды. – Я бы хотела сменить научного руководителя и подумала, может вы могли бы…

– Им стать? – закончил он за меня фразу, заинтересованно разглядывая с головы до ног, которые я от смущения свела максимально близко друг к другу. – Идея конечно очень заманчивая, лаборант мне сейчас действительно пригодился бы, тем более такой сим… я хотел сказать смышлёный. Но…

В воздухе повисает драматичная пауза, во время которой взгляд Михаила Николаевича задерживается на моих губах.

– Михаил Николаевич, что но? – нервно облизываю губы, и взор преподавателя снова становится осмысленным.

– Просто Михаил. – с нажимом произносит он. – Я не смею идти против воли нашего руководителя Ларисы Александровны. Она лично назначила вас на поруки Максиму Юрьевичу, и своих решений никогда не меняет. Но могу ли я узнать хотя бы причину, почему вы хотите от него сбежать?

– Ну почему же сразу сбежать, просто у нас разные взгляды на… научную деятельность. Ладно, я поняла, спасибо, что выслушали, Михаил.

Всё моё естество противится такому сближению, так и хочется добавить отчество в конце.

– Маргарита, постойте.

Я уже разворачивалась к подруге и двигала стул в направлении к своему столу, но остановилась и обернулась на зов.

– Мы не можем работать вместе, но это не значит, что мы не можем продолжить наше общение. Может посидим где-нибудь вечером, попьём кофе?

– Вы имеете ввиду вместе с другими преподавателями, чтобы влиться в коллектив так сказать? – уточняю я с некоторой надеждой в голосе.

– Нет. – кладёт он свою ладонь поверх моей, мирно покоящейся на коленях. – Я имею ввиду только нас двоих.

– Типа свидание? – взволнованно переспрашиваю.

Ну не умею я считывать все эти невербальные социальные знаки и двусмысленные романтичные намёки. Люблю, когда прямо говорят.

– Типа свидание. – поясняет он с лёгкой улыбкой.

– И-извините, прямо сейчас я не готова ответить. – смущённо отвожу взгляд. – Простите, может как-нибудь в другой раз.

– Ничего страшного, дайте мне знать, если будете готовы. – он подмигивает и протягивает мне свою визитку с номером телефона, напоследок мажет по моим голым ногам странным взглядом, отчего мне хочется одёрнуть юбку пониже, и отворачивается, возвращаясь к увлечённой беседе с коллегами.

***

То ли от отчаяния, то ли в надежде хоть на какой-то результат я даже поговорила с тем толстым мужчиной с красными щеками, но и он вежливо отшил меня под предлогом, что ему сейчас некогда возиться с чужими диссертациями. Все во мне видят лишь обузу, не только Максим Юрьевич.

– Эх, зря ты на свиданку с блондинчиком не согласилась. – вздыхает подруга, когда мы выходим из универа и вместе идём в сторону автобусной остановки в конце рабочего дня.

Я и не сомневалась, что она подслушивала.

– Маргарита Цветаева? – к нам подходит молодой парнишка в ярко-желтой униформе с надписью «доставка цветов» и обращается к Даше.

Она взглядом переводит внимание курьера на меня, а сама навострила ушки, ведь интересное же что-то намечается.

– Это я, но кажется вы ошиблись, мне некому дарить такие роскошные букеты. – отнекиваюсь, когда он протягивает мне пышную охапку белых лилий.

– Девушка, моё дело доставить адресату, насчёт остального ничего не знаю. – он выглядит очень уставшим, поэтому я просто забираю букет и расписываюсь в бумажке, которую он мне протягивает, освободив руки.

– А от кого, не указано? – живо встревает Даша в разговор.

– Нет. – чеканит курьер и удаляется.

– Посмотри, может записка есть? – обращается она ко мне.

Но записки не было.

Если бы представитель службы доставки не назвал меня по имени, я бы подумала, что меня просто с кем-то перепутали, но ведь он назвал…

– Как думаешь, может это блондинчик подсуетился? Оперативненько. – Даша с ходу начала накидывать варианты.

– Не знаю. – честно призналась я.

– Ты ему явно приглянулась, даже очень, чуть глаз себе не сломал, так пялился. А может Глеб так извиняется за то, что слился тогда в клубе?

– Скорее всего. – звучит логично, поэтому соглашаюсь с подругой.

Но мысль о том, что вчера Максим Юрьевич назвал меня лилией в записке, не даёт мне покоя.

Да не, бред какой-то…

Глава 8. Часть 1. Ненависть – изнанка любви

– Нет, нет и ещё раз нет, цветочек! Здесь должен быть минус, а не плюс, жирный такой минус. Это такая палочка горизонтальная, если ты не в курсе. Поэтому твоя математическая модель и выдаёт всякую фигню вместо адекватной корреляции между дисциплинами. Как можно быть такой тупой? Хотя, чему я удивляюсь, ты же смазливая блондинка…

Смазливая это типа красивая? Звучит как комплимент и оскорбление вместе взятые.

Вспоминаю свои вчерашние слова и уже начинаю о них жалеть. «Мне нужен результат: публиковаться в журналах, статьи писать, чтоб меня на конкурсы и конференции продвигали». Хотела? Получите, распишитесь!

Максим Юрьевич пропихнул нас на престижный всероссийский научный конкурс, но сроки очень сжатые, и сегодня нам надо подготовить и выслать на утверждение доклад. А ещё написать и опубликовать статью в международном журнале, это обязательное условие для участников.

«Нетребовательный не подходит. Пассивные мимо.» Кто меня только за язык тянул? Может ещё не поздно подойти к тому пожилому преподавателю в очках и синем пиджаке с растрёпанными волосами?

Нет, Маргарита, ты должна быть сильной и целеустремлённой, лёгкий путь – это не про тебя. Да и Максима Юрьевича подставлять нехорошо. На этот конкурс берут только лучших из лучших, не знаю каким чудом он это сделал, но хочется верить, что ради меня. Или я совсем наивная дура?

Скорее всего второе… Поэтому-то я и не могу сосредоточиться. Его близость, мускусный аромат не дают сконцентрировать внимание на задаче.

Максим Юрьевич нервно растирает ладонью уставшее лицо, а я с усердием поправляю выбившуюся из тугой причёски прядь светлых волос.

Два часа ночи и три чашки поганого кофе из местного автомата дают о себе знать. Он и без того срывается на меня по поводу и без, даже когда в хорошем настроении.

– Цветаева… – робко поправляю я его уже в который раз.

Инстинкты самосохранения отошли в сторонку и боязливо смотрят из-за угла, в то время как не меньшая усталость и злость, чем у преподавателя, так и распирают меня изнутри.

– Что ты там опять мямлишь себе под нос? Я тебя не слышу, говори громче! – кажется я уже вижу дёргающийся глаз.

А мне каково каждый день бок о бок работать в подчинении с таким тираном? Да ещё и помалкивать на каждый его едкий, сочащийся сексизмом и злобой ко всему женскому роду комментарий! Всё, хватит с меня!

– Я сказала, меня зовут Маргарита Цветаева, и вам это прекрасно известно! – встаю из-за стола и пытаюсь поравняться с ранее нависающим надо мной и довлеющим своим преподавательским авторитетом мажором. – Не цветочек, не розочка, не маргаритка, не ромашка, а Маргарита Ивановна Цветаева!

Про то, как он назвал меня лилией, и в тот же вечер я получила букет вышеупомянутых цветов, думать совсем не хочется, но в памяти то и дело без моего на то желания всплывают то картинка идеальных жемчужных лепестков, то нежный едва уловимый аромат. Наверное, не стоило ставить их возле кровати.

Даже если это и был он, это не даёт Максиму Юрьевичу права со мной так обращаться, один приятный жест не перечёркивает многочисленные оскорбления и издевательства!

Хлопаю по столу ладонью для пущей убедительности, но он в ответ лишь прыскает ехидным смехом мне в лицо.

Конечно, рядом с таким здоровенным двухметровым шкафом с антресольками в виде широких размашистых плеч я кажусь крошечной и незначительной, но это не значит, что меня можно унижать и втаптывать в грязь. Мы коллеги, чёрт возьми!

– Ты такая смешная, когда злишься. – лыбится и смотрит мне прямо в глаза, затем упирается взглядом в губы, которые я инстинктивно облизываю, и скользит им вниз прямо в вырез моей блузки.

Я и пискнуть не успеваю, как Максим Юрьевич ловко подхватывает меня ручищами за талию, крепко до боли сжимая, и усаживает задницей на свой рабочий стол. В наглую задирает на мне юбку, вклиниваясь торсом между ног, и ягодицы обдаёт лёгкий холодок стекла, под которым мой научный руководитель скрупулёзно разместил таблицы с константами, различные графики и формулы.

Пытаюсь свести ноги вместе и одёрнуть юбку, но сильные мужские руки не позволяют мне этого сделать.

– Тебе не идёт эта строгая причёска. – он вынимает одну за другой шпильки из моих волос, и белокурые локоны распадаются по плечам, принося облегчение коже головы и вызывая табун мурашек по спине. – Так-то лучше.

В висках пульсирует, а в грудной клетке глухо бьётся о рёбра сердце в беспорядочном ритме. Лицо пылает, дыхание учащается.

Попытки скинуть с себя цепкую хватку рук изначально была обречена на провал. Я намного слабее этой груды мышц, скалой нависающих надо мной. Чувствую каждый мускул, выступающий из-под рубашки, в низ живота упирается что-то большое и твёрдое, но я боюсь опустить вниз глаза.

– Максим Юрьевич… – блею, как самая натуральная овца.

– Я её трахнуть собираюсь, она мне тут максимюрьевичает. – разочарованно качает головой и улыбается.

Просто констатация факта. Спасибо, что спросил, как говорится.

В груди теснилась мешанина из чувств – страх, горечь, напряжение, тревога, и лишь на самой кромке сознания прятался интерес хорошей девочки к плохому парню.