Текст книги "Вне Системы (СИ)"

Автор книги: Ник Тарасов

сообщить о нарушении

Текущая страница: 6 (всего у книги 15 страниц)

Глава 9

Я замер, напрягшись как струна. Сердце колотилось в груди, но внешне я старался сохранять спокойствие. Каждая мышца в теле требовала действия, но инстинкт самосохранения кричал громче.

– И долго мне так стоять? – спросил я, стараясь, чтобы голос звучал ровно.

Тут в поле зрения появился второй – мужик в потрёпанной камуфляжной форме, с калашом наперевес. Теперь понятно, откуда был звук. Классический приём – один отвлекает внимание, второй заходит со спины. Сработало безупречно. Я даже не услышал, как ко мне подкрались сзади.

Мой взгляд автоматически метнулся к интерфейсу Системы. Над мужиком в камуфляже светилась зелёная аура. Такая же, как у того зомби в больнице. Но это определённо был живой человек. Осунувшееся лицо с жёсткой щетиной, настороженный взгляд, пальцы, крепко сжимающие оружие – человек, привыкший к постоянной опасности.

– Долго, говорю, мне так стоять под стволом? – повторил я с нажимом. – Знаете, это не совсем комфортно.

Мужик в камуфляже нахмурился, изучающе глядя на меня. Его глаза скользили по моей одежде, словно пытаясь разгадать загадку.

– Кто ты? Что здесь делаешь? – спросил тот, кто был сзади, не опуская оружия.

Я усмехнулся, хотя на душе было совсем не весело.

– Что делаю? Пытаюсь выжить, – ответил я с горечью. – А кто я? Вопрос сложный.

Мужик глянул мне за плечо – переглянулся со своим напарником, всё ещё державшим ствол у моего затылка. В его взгляде мелькнуло удивление.

– Ты что, не знаешь, кто ты? – спросил он с недоверием.

– Да вот представьте себе, не знаю, – кивнул я. – Очнулся сутки назад и пытаюсь понять, что за хрень случилась.

Правда была моим единственным козырем. Я действительно не помнил ничего – ни своего имени, ни прошлой жизни. Только пустота и туман вместо воспоминаний.

– Серёг, он же серый, – произнёс мужик в камуфляже, кивнув в мою сторону.

– Вижу, – ответил тот, кто упирал мне в затылок ствол.

Поколебавшись ещё пару секунд, я почувствовал, как давление на затылок исчезло. Тот, кого назвали Серёгой, убрал оружие, но предупредил:

– Не вздумай дурить.

– Не буду, – ответил я, медленно поворачиваясь.

Наконец-то я смог увидеть второго. Крепкий мужчина лет сорока, с коротким ёжиком седеющих волос и шрамом, пересекающим левую бровь. Над ним светилась бирюзовая аура. Он смотрел на меня оценивающе, держа пистолет наготове.

– Ну давай, рассказывай, – потребовал он.

Я оглянулся на дорогу, откуда пришёл. Слишком открытое место для разговоров.

– Может, мы хоть слегка отойдём? – предложил я. – А то буквально в двухстах метрах зомбаки бродят, разговорами привлечём.

Мужики снова переглянулись, на этот раз с удивлением.

– Ну вот, а говоришь, что ничего не знаешь, – хмыкнул тот, что с калашом. – Мутный ты какой-то.

– Не мутный, а наблюдательный, – парировал я. – За сутки много чего можно увидеть.

После короткого совещания взглядами они решили, что я прав. Мы углубились в лес, продвигаясь быстрым шагом между деревьями. Я старался запоминать дорогу, отмечая особенности ландшафта – поваленное дерево с раздвоенным стволом, массивный валун, поросший мхом, ручей, пересекающий наш путь. Мужики шли уверенно, явно зная маршрут. По дороге они переговаривались короткими фразами, не касаясь меня и моего появления. Я же молчал, собираясь с мыслями.

Примерно через километр мы вышли к довольно большой поляне. Видимо, мужики знали, куда ведут – место выглядело обжитым. На поляне лежало поваленное дерево, вокруг которого был разбросан мусор – обрывки упаковок, окурки, даже пара пустых гильз. Судя по всему, это место часто использовалось для привала.

Мы присели на дерево, которое служило импровизированной скамьёй. Серёга положил пистолет на колени – не угрожая, но давая понять, что оружие готово к применению. Второй мужик пристроил калаш рядом, но тоже в пределах досягаемости.

– Ну, давай, рассказывай, – начал Серёга, внимательно изучая меня.

Я обвёл взглядом поляну, давая себе время собраться с мыслями. Лучи солнца пробивались сквозь кроны деревьев, создавая причудливые узоры света на траве. Где-то вдалеке прокричала птица. Странно – нормальный звук в этом ненормальном мире.

– Может, познакомимся для начала? – предложил я и вдруг с холодящим ужасом осознал, что даже не знаю, как меня зовут.

Эта мысль ударила меня как обухом по голове. Я на мгновение замер, пытаясь осмыслить весь абсурд ситуации. У меня нет имени. Нет прошлого. Только настоящее – опасное и непонятное.

Тут мне в голову пришла мысль, и я забрался в интерфейс. К иконке, возле которой виднелся серый ореол, окружающий мою фигуру. Тыкнул на неё взглядом – теперь я уже начал понимать, как управлять этой штукой. Система мгновенно отреагировала, развернув передо мной подробные данные.

С самого верха красовалось моё имя, которое ровным счётом ничего мне не говорило. Звали меня Глеб. Мне было 27 лет.

«Глеб,» – мысленно повторил я, пробуя имя на вкус. Не всплыло ни единого воспоминания, ни проблеска прошлой жизни. Только пустота и странное ощущение, будто это имя принадлежит кому-то другому, не мне.

Интересно, эти 27 лет – с учётом десятилетия в стазисе или нет? Если с учётом, то получается, я только-только школу закончил, когда угодил в кому. Но по ощущениям… по ощущениям мне действительно где-то под тридцать. Тело казалось взрослым, несмотря на атрофию. И какие-то обрывки знаний, привычек, навыков – всё указывало на то, что я прожил достаточно, чтобы кое-что повидать.

Я пролистал данные дальше, пытаясь найти хоть что-то полезное. Характеристики, способности, все эти игровые термины… От всего этого голова шла кругом.

– Эй, ты чего застыл? – резкий голос выдернул меня из изучения интерфейса.

Я моргнул, возвращаясь в реальность. Двое мужчин сидели напротив, внимательно наблюдая за мной. Один из них – тот, что представился Серёгой, всё ещё держал пистолет, хотя и не целился в меня. Второй, Саня, расположился чуть поодаль, но в его расслабленной позе читалась скрытая настороженность. Он аккуратно положил свой калаш на колени, так что направить его в мою сторону можно было за доли секунды.

– Прости, задумался, – ответил я, потирая виски. – Я Глеб. Пытаюсь разобраться во всей этой… ситуации.

– Ну так расскажи нам, Глеб, откуда ты такой нарисовался? – спросил Серёга, прищурившись. В его голосе сквозило недоверие.

Я неопределённо махнул рукой в сторону, откуда пришёл:

– Оттуда.

– И что ж ты там делал? – продолжил допрос Саня, постукивая пальцами по прикладу автомата. – Весь такой серый.

Его замечание заставило меня напрячься. Мой уровень им что-то сказал? Или просто так выразились?

– Пытался выйти, – ответил я, решив пока держаться простых ответов.

– Ну, судя по всему, тебе удалось, – хмыкнул Серёга. – А делал-то что там?

Я раздражённо выдохнул:

– Я же говорю, пытался выйти.

– В город как попал-то? – Саня наклонился вперёд, его глаза буравили меня. – Чё, дурачка включаешь, мужик?

– Вот не поверите, но не включаю, – я развёл руками, чувствуя, как внутри нарастает раздражение. – Сутки назад проснулся. А вокруг какая-то хрень творится. Интерфейс появился. Зомби на меня бросаются. Еле выбрался, честное слово.

Мужики переглянулись, обмениваясь многозначительными взглядами. В их глазах читалось недоверие, смешанное с любопытством.

– Да чешешь, – протянул Серёга. – Уже десять лет как Приход Системы произошёл, а ты только о ней узнал?

– Да говорю же – только проснулся! – гробовато огрызнулся я.

Они смотрели на меня с откровенным подозрением, и я понимал, как дико звучат мои слова. Десять лет этой… Системы? Все уже привыкли. Адаптировались. А я выпал из времени, как чёртов Рип Ван Винкль, проснувшийся в совершенно другом мире.

– Это как «только проснулся»? – Саня прищурился.

– Да в коме я был, – выдохнул я. – Вот и проснулся. Глаза открыл, а система сдохла, видать ресурс закончился – вот и вывел меня из неё.

Что-то изменилось в их взглядах. Недоверие сменилось проблеском интереса.

– Дак это… в больничке местной, что ли? – Серёга заинтересованно вскинул бровь.

– Вот, ей-богу, не знаю, местная она или не местная, – я пожал плечами. – Но, судя по всему, да, в больничке.

– А ничё там, в этой больничке, странного не замечал? – они заметно оживились, задавая этот вопрос.

– А что вы имеете в виду под странным? – я невесело усмехнулся. – Там всё странное. Зомби бегают, бросались на меня…

– А червоточину видел? – перебил Саня, махнув рукой в сторону города так резко, что его автомат соскользнул с колен, и он едва успел его подхватить.

– Кого?

– Ну, червоточину, – нетерпеливо повторил он. – Воздух там ещё такой уплотнённый. И зомбаки оттуда выходят иногда.

В памяти всплыла картина странного марева у перекрестка больничного коридора. А потом из этого искажения действительно вываливались зомби.

– Видел, – честно признался я, и заметил, как мужики обменялись быстрыми взглядами.

– Нам покажешь? – в голосе Серёги звучало нескрываемое волнение.

– Ну, а чё ж не показать? – я пожал плечами, а потом добавил: – Только и вы, будьте добры, поделитесь информацией. А то ж я, как котёнок, буду тыкаться везде, ничего не зная. На самом деле, я даже был рад, что они так резко переключились на, видать, интересующую их тему и не стали расспрашивать про то как именно мне удалось проваляться десять лет. Иначе могла всплыть правда про руну, а про нее я не хотел рассказывать.

Серёга посмотрел на своего напарника, словно спрашивая разрешения. Саня едва заметно кивнул.

– Ну, вкратце-то тебе расскажем, – Серёга почесал небритый подбородок. – Хотя со временем бы и сам ко всему дошёл. Но, с другой стороны, мы к этому десять лет шли…

Он глотнул воды из фляжки, откинулся на потрепанный рюкзак и продолжил:

– В общем, сейчас тебе ликбез проведём. Десять лет назад на нашу славную землю-матушку накатила некая Система. – Голос Сергея звучал будничным тоном, словно он рассказывал о перемене погоды, а не о конце мира. – Никто не знает, что это – божество, искусственный интеллект или наказание всем за то, что неправильно жили. Но в итоге у всех людей появился интерфейс.

Я слушал, впитывая каждое слово, как высушенная губка воду. Пока Серёга говорил, украдкой разглядывал их обоих через интерфейс. Над Серёгой висела надпись: «Сергей», окруженная бирюзовым ореолом – не просто бирюзовым, а каким-то переливающимся, с необычным двойным контуром. У Сани аура была зеленой, края размытые, без этого странного двойного свечения. Оба значительно сильнее меня с моим жалким серым ореолом.

– Сначала все думали, что это массовая галлюцинация, – продолжал Серёга, достав из кармана куртки помятую пачку сигарет. – Психи в белых халатах твердили про какой-то новый вирус… А кто-то и вовсе решил, что это массовый психоз из-за вышек 5G.

Он усмехнулся, закуривая. Огонек сигареты осветил его лицо с глубокими тенями под глазами. Мужик явно много повидал.

– Но потом начали происходить… странности.

– Какие странности? – я внимательно слушал, ловя каждое слово. Холодный воздух пробирал до костей, но мне было не до дрожи.

– Люди стали меняться, – вступил в разговор Саня, сосредоточенно проверяя магазин своего автомата. – Некоторые вдруг обнаружили, что могут делать вещи, которые раньше считались невозможными. Поднимать тяжести, которые не по силам обычному человеку. Двигаться быстрее. Исцеляться от ран за считанные часы.

– Правительство сначала пыталось держать всё под контролем, – Сергей выпустил струю дыма, глядя куда-то вдаль. – Военные, спецслужбы, учёные – все были мобилизованы. Собирали людей с необычными способностями, проводили исследования, искали способы использовать Систему.

– А потом появились они, – Серёга понизил голос, словно опасаясь, что его могут услышать. – Твари из червоточин. Сначала слабые, серые. А потом…

Он запнулся, затягиваясь сигаретой так сильно, что кончик сигареты аж ярко вспыхнул.

– Потом были уровнями повыше – зеленые, синие… – закончил за него Саня, лицо которого в тени леса казалось высеченным из камня. – Было похоже на то, что это люди, которые умерли и вернулись. Но уже не людьми. Пустышками. Без души, без разума. Только инстинкт – убивать живых.

– И эти твари стали плодиться как кролики, – Серёга сплюнул на землю. – Правительство пыталось сдержать заразу, но тогда никто не знал, что укусы этих тварей заразны.

– Первый месяц был настоящим адом, – Саня отложил автомат и потянулся к термосу. – Представь: человека кусают, он идёт в больницу, там заражает других. Через пару часов превращается в такого же зомби. А никто ещё не знает, как это работает.

– Антидот нашли случайно, – продолжил Сергей. – Какой-то боец заметил, что из убитых зелёных зомби иногда выпадают пузырьки с жидкостью. От отчаяния дал выпить своему укушенному другу… и тот выжил.

– Но к тому времени уже было поздно, – голос Сани стал глуше. – Миллионы превратились. Армия, полиция, спецслужбы – все полегли первыми, потому что именно они сталкивались с этими тварями. Правительство рухнуло. Начался хаос.

Я молчал, переваривая услышанное. Целый мир рухнул, пока я спал, погружённый в искусственную кому. Люди, города, страны, всё человечество…

– А вы… – я замялся, подбирая слова, – вы как выжили?

– Адаптировались, – просто ответил Саня, протягивая мне кружку с горячим чаем из термоса. – Научились пользоваться тем, что дала Система. Поняли правила игры.

Принимая кружку, я ощутил, как её тепло проникает в окоченевшие пальцы. Только сейчас осознал, насколько на самом деле голоден и истощен.

– И что это за правила? – спросил я, делая первый глоток обжигающе горячего напитка. По телу разлилось блаженное тепло.

– Первое – убивай или будешь убит, – Серёга поднял указательный палец, сигарета зажата между средним и безымянным. – Второе – качайся. Чем больше убиваешь тварей, тем сильнее становишься. Получаешь опыт, повышаешь уровень, открываешь навыки. Но это, похоже, тебя не очень касается с твоим-то статусом.

Он окинул меня оценивающим взглядом, словно пытаясь разгадать какую-то загадку.

– Третье – ищи артефакты, – добавил Саня, прихлёбывая чай. – Система разбросала по миру кучу полезных вещей. Амуниция, руны, свитки… Чем больше соберёшь, тем выше шансы выжить. Вот это как раз твоя тема, судя по всему.

– И четвёртое, самое главное, – Серёга наклонился ко мне, понизив голос до шёпота. – Держись подальше от червоточин. Эти дыры в пространстве – входы в другие миры. И то, что оттуда вылезает… – он сделал паузу, – это не просто зомбаки. Они развиваются в них до таких уровней – синих, даже оранжевых и красных…

Я невольно вздрогнул, вспомнив странное марево в больничном коридоре. Значит, то была червоточина? И оттуда выходят существа намного страшнее зомби?

– А что за одарённые? – спросил я, вспомнив сообщение Системы. – Я видел такой термин в своём интерфейсе.

Мужики снова переглянулись – быстрый, едва заметный обмен взглядами, в котором читалось беспокойство.

– Одарённые – это те, кто получил от Системы особый статус, – медленно произнёс Саня, словно тщательно подбирая слова. – Люди со способностями, выходящими за рамки обычных навыков. Маги, целители, воины с уникальными умениями…

– И их мало, – добавил Серёга, гася окурок о подошву ботинка. – Очень мало. Один на сотню выживших. Может даже на две-три сотни.

– А ты с чего вдруг про одарённых спрашиваешь? – Саня прищурился, глядя на меня с новым интересом, в глазах мелькнула настороженность.

Я на мгновение задумался, стоит ли рассказывать им о странном сообщении Системы. О том, что я «не одарённый», но получил какой-то компромиссный статус. О способности «Вне системы» и навыке «Рунолог». О том, что случилось с зомби, провалившимся сквозь пол после моих слов.

Что-то подсказывало мне, что лучше пока держать эту информацию при себе. По крайней мере, до тех пор, пока я не разберусь, кому можно доверять в этом новом, жестоком мире.

– Просто видел это слово в справке, – пожал я плечами как можно небрежнее, отпивая чай. – Вот и стало интересно.

Они, кажется, удовлетворились ответом, хотя по взгляду Сани я понял, что он не до конца мне поверил. Что-то во мне не складывалось, не совпадало с их опытом.

– Вот, с тех пор и живём так, – Сергей протянул руку к термосу, подливая себе чая. – Система всех изменила. Всех людей.

Я пытался осмыслить услышанное, чувствуя, как чай согревает не только тело, но и разум, прогоняя туман замешательства.

– Разделила на две группы, – продолжил Саня, глядя на тёмное небо, усыпанное звёздами, которые казались ярче, чем я помнил. – Одни остались обычные, только с интерфейсом. Из плюшек разве что инвентарь.

– Инвентарь? – переспросил я, машинально касаясь своего предплечья с затухающей руной.

– Да, каждому достался, – Саня постучал пальцем по виску. – Можешь прощупать его мысленно, как и другие части интерфейса. Не сразу врубишься, но потом как родной станет. Это как… знаешь, как дышать не задумываешься? Вот и тут так же будет.

Сергей хмыкнул, отпив из кружки:

– Только не грузи его всем сразу. Ему и так досталось.

Саня кивнул и продолжил:

– Так вот, некие системные штучки можно использовать по типу артефактов или зелий там, лечения и так далее. В общем, люди остались сами собой, только могут пользоваться благами Системы.

– А вторая группа? – спросил я, возвращая разговор в нужное мне русло.

– Другая же часть, скажу так, гораздо меньше процентов. Один-два. Это одарённые, – он кивнул на Сергея, сидевшего напротив меня. – Вот как он.

Я снова посмотрел на Сергея и действительно увидел необычное. Его бирюзовый ореол имел этот странный двойной контур – словно второй, более яркий слой обрамлял основной. Перевёл взгляд на Саню. У того ореол был просто зелёный, размытый по краям, без каких-либо дополнительных эффектов.

– Вижу, что заметил разницу, – сказал Саня с ноткой горечи в голосе, поймав мой изучающий взгляд. – Да, Серёга одарённый. Я же нет, но это не мешает выживать, если с головой дружишь и не прыгаешь к зомбакам в объятия.

Сергей фыркнул, покачав головой:

– Не прибедняйся, Саня. Ты выживаешь не хуже любого одарённого. А иных и получше будешь. Вон, в последней червоточине… Ты там троих синих уложил в одиночку. До сих пор удивляюсь как тебе удалось…

– Ну, повезло просто, – Саня явно был польщён словами напарника, хотя пытался это скрыть. – Так вот, – продолжил он, – у одарённых есть основная способность. Помимо этого, с уровнями может накатывать какие-то навыки. Также навыки можно получать с мощных кристаллов, которые выпадают из продвинутых зомбаков.

– Кристаллы? – переспросил я, чувствуя себя новичком в компьютерной игре, который пропустил обучающий туториал.

– Да, такие светящиеся камни, – Сергей достал из кармана нечто, похожее на грубо ограненный самоцвет размером с грецкий орех. Камень мерцал изнутри холодным зеленым светом, создавая вокруг его пальцев призрачное сияние. – Этот, например, даёт временный щит. Раз в сутки можно активировать.

Я завороженно смотрел на кристалл. В его глубине словно клубился туман, завихряясь в гипнотических узорах. Что-то внутри меня резонировало с этим светом. И тут система выдала сообщение:

Для считывания навыка необходим контакт

Я чуть не подпрыгнул на месте, но сдержался от эмоций, сказав максимально нейтрально:

– Можно посмотреть?

Тот глянул на меня и протянул мне кристалл, сказав:

– Смотри, мне не жалко. Только не думай, что ты сможешь его применить на себе – ты не одаренный. Как и я. Сереге бы отдал, да он в свою скрытность вкладывается.

Я взял в руки кристалл, и тут система разразилась сообщениями:

Кристалл Щита. Изучение навыка Щит.

Вы не можете изучить навык, ввиду достигнутого лимита.

Я прикинул, что навык то не плохой. Очень бы пригодился. Еще раз взглянул на кристалл, уже собираясь возвращать, как заметил прямо над ним еле заметное схематическое изображение щита, как будто ребенок в садике нарисовал и какой-то замысловатый символ на нем. Тут же система выдала неожиданное сообщение:

Знаток рун: Руна «Щит» скопирована.

«И что бы это значило», – подумал я, возвращая кристалл. Тот же спрятал его обратно в инвентарь.

– Так вот насчёт продвинутости, – продолжил Саня, отставляя пустую кружку, – уже, наверное, заметил, что все эти твари разных цветов?

– С какими уже приходилось сталкиваться? – спросил Сергей, глядя на меня.

– С серыми возился, – ответил я, вспоминая свои первые часы в этом новом мире.

– И только? – Саня приподнял бровь с искренним удивлением.

– Да нет, были и зелёные, – добавил я, понимая, что скрывать бессмысленно.

– Ну, неплохо, раз жив, – хмыкнул Сергей с новым интересом изучая меня. – И чем же ты их убивал? Голыми руками, что ли?

Я, недолго думая, мысленно потянулся к инвентарю и выбрал дубинку. Та материализовалась в моей руке – тяжелая, с металлическими вставками, испачканная засохшей кровью.

– Вот ею.

В тот момент, когда дубинка появилась, ствол автомата Сани едва заметно дёрнулся в мою сторону, но он быстро расслабился под предостерегающим взглядом Сергея. Похоже, в этом новом мире доверие было в дефиците, а рефлексы – отточены до автоматизма.

– Впечатляет, – кивнул Сергей. – Особенно для серого.

– Странно это, – пробормотал Саня, почёсывая небритый подбородок. – Серый по ауре, а уже с зелёными справляешься. Обычно серые даже против серых зомби без оружия – лёгкая закуска.

– А какие бывают эти самые способности и навыки? – спросил я, убирая дубинку обратно в инвентарь. Она растворилась в воздухе, словно сделанная из дыма.

– Да разные, – Саня пожал плечами, закручивая крышку термоса. – Вот у Серёги очень полезный навык. У него есть скрытность.

Сергей же промолчал, продолжая наблюдать за мной из-под полуприкрытых век. Похоже, Саня уже второй раз сказал то, что не следовало.

– А способности? – продолжал я допытываться, не желая упускать шанс узнать больше.

Оба обменялись быстрыми взглядами, в которых читалось что-то вроде «он явно не местный».

– Про способности не принято говорить, – наконец произнёс Сергей, понизив голос, словно опасаясь, что нас могут подслушать. – Они могут быть как привязаны к навыкам, так и отдельные. Это то, что остаётся с человеком, с одаренным человеком и только его, потому что навыки могут считать другие, одарённые, с соответствующим навыком по типу «зрячий» или «сканер». И так далее. А способность – это что-то личное.

Сергей бросил быстрый взгляд в темноту за моей спиной, словно проверяя, нет ли там кого. Затем продолжил ещё тише:

– Если кто-то узнает твою способность, ты становишься… предсказуемым. А в этом мире предсказуемость равна смерти.

Я кивнул, запоминая. В этом странном новом мире действовали свои законы и неписаные правила. Нарушать их явно не стоило, если хочешь выжить.

– А что с червоточинами? – снова возвращаясь к интересной мне теме.

Саня посмотрел на Сергея, словно спрашивая разрешения, и, получив едва заметный кивок, ответил:

– Червоточина, Глеб, это такая… херня, которая появляется непонятно откуда. Как правило, она концентрируется в местах, где находится большое количество людей.

Он снова потянулся к термосу, открутил крышку и наполнил мою кружку. Я благодарно кивнул, чувствуя, как тепло чая и полученная информация медленно возвращают меня к жизни.

– Причём не сразу, – продолжил Саня, наливая чай Серёге, который благодарно кивнул, – а спустя неделю. И неважно, что это будет за место: степь, лес, океан, здание – неважно, она там обязательно появится.

Я замер, не донеся кружку до рта.

– А как же вы тогда живёте? У вас что, нет никаких поселений, лагерей?

Сергей невесело усмехнулся, глядя на кружку в руках, от которой поднимался пар.

– Ну вот так вот и живём, в основном постоянно передвигаясь. Как цыгане или кочевники какие-то.

– В смысле, дом на колёсах? – я сделал глоток, наслаждаясь горячим напитком, который, казалось, проникал в самые замерзшие уголки души.

– Ну, практически, да, – кивнул Саня. – То есть, собираются группы людей, есть по пятнадцать-двадцать машин. Есть большие скопления и по пятьдесят. Выбирают любое свободное место, встают в круг так, чтобы в случае чего отбить нападение. И живут неделю. В конце шестого дня, как правило, срываются и едут в другое место.

Он сделал ещё пару глотков, а затем продолжил, глядя на небо:

– Таким образом, и червоточины не плодятся, и меньше риск, что проснёшься от того, что тебя будет грызть очередной зомбак.

– Познавательно, – пробормотал я, переваривая информацию и пытаясь представить эту кочевую жизнь. – А что там в этих червоточинах?