Текст книги "Губительные секреты (ЛП)"

Автор книги: Нева Олтедж

сообщить о нарушении

Текущая страница: 6 (всего у книги 8 страниц)

Глава 12. Долг медика

Хибари с воплем вскочил и потерянно заозирался кругом, не прекращая орать. Он переводил взгляд со встревоженного Иноичи-сенсея на какого-то незнакомого темноволосого парнишку, с него – на девушку из клана Инузука с бордовыми метками на щеках; обратно на паренька, и снова на сенсея.

Воздух в легких закончился, и Хибари перестал орать.

Ветерок врывался в палату, развевая полупрозрачные занавески. В слепящем свете солнца виднелся фасад дальнего дома.

– Я… в госпитале?

Иноичи-сенсей подошел совсем близко и взял его за плечи, заглянул в глаза.

– Какое счастье, что ты выбрался, Хибари.

Он прижал его груди. Хибари прислонили щекой к грубой ткани плаща, неудобно вывернув голову вбок. Отеческое поведение Иноичи-сенсея было приятно ему. Собственного отца у Хибари не было – он погиб на миссии. И с тех пор отца ему отчасти заменял наставник.

Хибари жался щекой к плащу и в то же время глядел на парня, лежащего на соседней койке поверх одеяла, прямо в одежде.

– Э-эй! Да я же его знаю! Эй!

Иноичи отпустил его с перепугу, а Хибари подскочил с кровати и навис над знакомым парнем.

– Учиха Шисуи!

– Вы знакомы? – уточнила девушка.

Ее очки в тонкой оправе блеснули на свету.

– Я видел его! Только что. – Хибари нахмурился и добавил уже тише: – Он… он меня толкнул.

– Шисуи удалось вернуть тебя, – взволнованно заключил Итачи. – Но что там происходит? Где вы были?

****

Древняя Коноха исчезала под покровом чакры Кьюби. В этом измерении чакра Лиса была густой и текучей, но все такой же ядовитой. Она стекала на крышу убежища, выстроенного волей Мэй, и прожигала каменные плиты насквозь, как концентрированная кислота. Мэй взвизгнула и отшатнулась: сгустки огненного меда едва не капнули ей на плечи.

– Держись от этого подальше, – посоветовал Шисуи, сам не зная зачем. Это было очевидно, но он нервничал и не понимал, что происходит, а потому его тянуло давать бесполезные советы окружающим. А единственным человеком поблизости была Мэй.

Дьявол…

– Откуда здесь Кьюби? Это иллюзия Саи?

Мэй в ужасе покачала головой.

– Сая бы не пробилась на наш островок.

Чакра Кьюби, вскипая крупными пузырями, растапливала остатки расплавленной плиты, выпавшей из крыши.

****

Сая слишком увлеклась ловлей Шисуи. А еще она слишком поздно поняла, что льющаяся с неба рыжая субстанция – это не продолжение техники Шисуи, а нечто инородное.

Учиха Шисуи убрался под укрытие к Мэй, а Сая, опустив руки, оглядывала свой мир, власть над которым ускользала от нее, словно песок сквозь пальцы. Мир плавился.

Сзади подул ветер. Она обернулась и ужаснулась. Из полупрозрачной оранжевой субстанции вырвалась лисья морда с длинными ушами и горящими щелками глаз. Сая в панике отступила.

Она закричала. Капающая с неба субстанция обожгла плечи. Никогда ей не было так больно. Даже битва с Шисуи не причиняла такой боли. Боль притупляла реакцию и мышление. Нужно было убежать, попытаться скрыться от летящей на нее лисьей морды, но Сая смогла сделать лишь пару шагов назад.

Лис разинул пасть и поглотил ее целиком.

Боль, которая прежде обжигала только плечо, охватила все тело, просочилась во все уголки организма до самого сердца.

****

Сигнал от сенсоров поступил всего несколько минут назад, но Какаши уже успел добраться на место. Такова была его работа – везде успевать. Он спрыгнул в проулок, нырнул в темную арку, взбежал по лестнице в квартиру и замер.

Еще в переулке он успел почувствовать Кьюби. Воздействие было не таким ошеломляюще мощным, как шесть лет назад. Тогда Кьюби вырвался целиком, и его можно было учуять даже за километры. То, что на этот раз все с виду было не так критично, обнадеживало. Но вот картина увиденного в квартире свидетельницы – отнюдь.

Сумасшедшая девушка, проходящая по делу о ночных убийствах бесполезной свидетельницей, полулежала в своем инвалидном кресле, обернутая пузырящимся покровом чакры Кьюби. Все ее тело будто бы свело судорогой. Она выгнулась, запрокинув голову и широко разинув рот, будто тщетно пыталась вдохнуть. Платок, укрывающий ее тело, сполз на пол, и Какаши отчетливо увидел ее увечья: пустоту в одежде на местах, где полагалось быть левой руке и левой ноге.

Рядом появилась Югао. Талантливая девочка, тоже Анбу. Она не занималась расследованием и адреса свидетелей не знала. У нее были другие задачи. Но чутье сенсора наверняка помогло ей напасть на след чакры, и она очутилась здесь. Не среагировать на такое нельзя было.

– Семпай, что происходит?

– Ни малейшей идеи, – хмуро ответил Какаши.

****

Их укрытие плавилось. Шисуи попытался воздействовать на мир своей волей – перемещал оплавленные плиты, но от чакры Лиса это не защищало.

– Откуда здесь взялся Кьюби? – продолжал недоумевать Шисуи.

Он вдруг почувствовал вспышку за спиной и резко повернулся к Мэй. Девушка сдавленно вскрикнула и выгнулась. Ее окутал покров чакры Лиса.

– Мэй!

Шисуи хотел протянуть к ней руку, но вовремя спохватился и отшатнулся.

– Мэй…

Покров вокруг девушки разрастался. Захваченная чакрой биджу, она потеряла контроль над миром, и их укрытие развалилось. Шисуи попытался на ходу удержать рассыпающиеся плиты, но сумел лишь отшвырнуть парочку в сторону, чтобы они не рухнули ему на голову. А с неба на плечи водопадом хлынула убийственная чакра. Боль сбила концентрацию. Шисуи с трудом вынырнул из нее и попытался убедить себя в том, что боль эта нереальна, но тщетно.

Сейчас, когда защита Мэй пала, он мог свободно видеть, что происходило вокруг. За пределами разрушенного укрытия не было Конохи. Не было плит с одуванчиками, не было скалы с лицами Хокаге. Все затопила чакра Девятихвостого, и измерение Саи превратилось в океан рыжей жгучей боли, которая поглотила их всех и пыталась растворить в себе.

****

Бесчувственное тело Шисуи окутал рыжий покров чакры. Девушка-медик отпрянула от кровати.

– Это еще что такое?

– Чакра Кьюби, – сказал Иноичи. – Но как?

Итачи побледнел.

Кьюби? Откуда здесь вообще взялась его чакра? Как…

– Это… это оно! – звонко завопил мальчишка из Яманака, указывая на Шисуи пальцем. – Я видел это. Там, ну… вы поняли! Оно падало с неба.

В измерение Саи попал Девятихвостый?

Итачи стало по-настоящему страшно. Он не знал, что ему делать. Отправляться на подмогу Шисуи было бесполезно. Власть над гендзюцу Саи была лишь у Шисуи, он сам был бы обузой. Такой же, как и Хибари, которого Шисуи вытолкнул обратно в реальность. Но и в реальном мире Итачи ничего не мог сделать. Разве что…

Узумаки Наруто. Джинчурики Девятихвостого. Что, если Сая погрузила его в сон, а вместе с ним в мир провалился и Кьюби?

– Хибари! – воскликнул Иноичи. – Живо беги в Резиденцию! Оповести Хокаге-сама!

– Ха-ай!

Мальчишка зигзагами пробрался через заслоны больничных ширм и вылетел в коридор. Иноичи медленно обошел койку, разглядывая Шисуи, словно некий редкий феномен.

На спине выступил холодный пот. Беда была в том, что проблема Кьюби касалась не только лишь жизни Шисуи. Она задевала весь клана Учиха, а с ним и деревню.

Их давно обвиняли в том, что именно шаринган Учиха стал причиной трагедии Кьюби шестилетней давности. И сейчас, когда после многочисленных конфликтов и притеснений клан был на грани, подобный инцидент, связывающий Учиха и Кьюби, мог обернуться самой настоящей катастрофой.

Итачи разрывался. С одной стороны, его тянуло проверить, что происходит с джинчурики. С другой стороны, он не мог оставить Шисуи.

Он сложил печати и создал теневого клона. Тот выскочил в окно госпиталя и ушел на поиски Наруто.

– Он умирает! – вдруг воскликнула девушка-медик.

– Что? – тупо произнес Итачи.

Суть ее восклицания не особо доходила до него. Шисуи не мог умереть. Это было какой-то несусветной глупостью.

Инузука инстинктивным порывом ирьенина дернулась, чтобы протянуть руки над телом Шисуи и вернуть в строй отказавшую систему организма, но тут же отшатнулась.

– Не приближайся к нему, – предостерег ее Иноичи. – Эта чакра – ядовита.

Его слова вывели Итачи из ступора.

– Как не приближаться? Он же умрет!

– Я все равно не могу лечить, когда он обернут этой чакрой. Этот покров подавит медицинскую технику. Ничего не выйдет, – чужим голосом ответила девушка.

Итачи почувствовал, что его начинает понемногу охватывать паника. Его друг не дышал, Иноичи запрещал к нему прикасаться, единственный медик в палате бездействовал… Если бы проблема была только в страхе девушки и запрете Иноичи, Итачи бы без раздумий погрузил ирьенина в гендзюцу и заставил делать свою работу. Пусть бы и в ущерб ей самой. Но проблема была техническая.

Чакра Кьюби собьет медицинскую технику… Все равно ничего не выйдет.

Девушка хмурилась и кривилась. Вестей от клона не было. Он все еще не добрался к Наруто. А если бы и добрался, помогла бы информация от него спасти Шисуи?

– Неужели ничего нельзя сделать? – воскликнул Итачи.

Инузука раздумывала еще секунду, и вдруг метнулась в другой конец палаты, где стоял холодильник. За рядами ширм зашуршали пакеты, захлопали ящики. Тихо звякнуло стекло. Иноичи то глядел на Шисуи, то неуклюже оглядывался на медика.

– С дороги! – крикнула девушка

Мужчина отступил в сторону. Инузука со шприцом в руке остановилась над койкой и тяжело дышала, собираясь с духом.

– Что ты… – начал было Иноичи.

Но договорить не успел. Девушка, стиснув зубы, замахнулась и погрузила руку прямо в покров чакры Кьюби. Итачи ошарашенно наблюдал за ней. Игла шприца вошла в голую руку. Инузука терпеливо выдавила содержимое шприца в вену умирающего Шисуи и выдернула руку назад, зашипела от боли. Пальцы правой руки – той самой, которую она опускала в покров биджу, – непроизвольно подергивались. Должно быть, это было и вправду очень больно…

– Это… ненадолго поможет, – пробормотала Инузука. – Но этого мало. Нужно убрать эту чакру, чтобы я смогла лечить.

Она взглянула прямо Итачи в глаза, решительно и даже немного гневно, словно это его вина была в том, что Шисуи оказался в таком положении.

– Думай как!

Глава 13. Легенда?

Думай как… Думай как… Думай… Думай!

Пронзительный взгляд храброй девушки-медика привел Итачи в чувство. В сознании с бешеной скоростью мелькали разнообразные варианты и актуальные вопросы, которые требовали от него решений и действий.

Как спасти Шисуи? Как убрать покров чакры, чтобы ирьенин сумела добраться до тела? Как не дать этому случаю стать поводом для мятежа?

Если Кьюби снова вырвется… Если Учиха снова обвинят в организации нападения Кьюби…

Итачи осенило.

По слухам, с помощью шарингана можно было контролировать Девятихвостого Лиса. Учиха уже шесть лет обвиняли в том, что они натравили Кьюби на Лист, и все это время Итачи полагал, что эти обвинения необоснованные. Учиха и Кьюби – это же легенда, не так ли? А если и нет… Если Учиха Мадара и вправду способен был контролировать Кьюби, это не означало, что любой рядовой Учиха мог просто взять и…

«Черт возьми, у меня есть шаринган! – с неожиданной злобой подумал Итачи. – Если можно было натравить Кьюби на деревню с помощью шарингана, значит, можно было бы и остановить, но я не знаю, как это сделать! Как можно контролировать Кьюби с помощью додзюцу?»

Обстоятельства вынуждали его испробовать даже самые невероятные варианты, и он решительно шагнул к койке.

Шаринган скользил по покрову чакры Лиса, а Итачи напрягал глаза и пытался найти хоть что-нибудь. Хоть какую-то подсказку, как можно подавить Кьюби. Любую лазейку, слабое место; какой-нибудь узел сознания, чтобы хотя бы наложить гендзюцу! Возможно, Лиса можно было подчинить, как человека, просто… иллюзией?

Чем больше он напрягался и вглядывался, тем меньше уверенности в своих силах у него оставалось. Никакого намека не было. Никаких узлов, дыр, щелей… Ничего, за что можно было зацепиться взглядом.

Мадара… Как ты это делал?

Итачи вдруг подумал, что этот покров – лишь малая часть проявления Кьюби. Основная масса его находилась внутри – в измерении Саи. Возможно, все рычаги управления Лисом прятались там? А тогда…

– Я погружусь, – сказал Итачи.

– Что? – не понял Иноичи.

– Я наведу на Шисуи иллюзию и сам провалюсь в измерение Саи. Попробую снять покров изнутри.

Итачи уже успел в двух словах очертить Иноичи происходящее, поэтому загадочная фраза «измерение Саи» теперь не была для него так уж загадочна.

– Да ты рехнулся. Мы потеряем вас обоих. Даже не думай!

– Я не оставлю его умирать! – воскликнул Итачи.

Иноичи невольно отшатнулся. Девушка тоже.

Додзюцу все еще было активно, и Итачи, разъяренный, с горящим шаринганом, наверняка выглядел устрашающе и даже несколько неадекватно, потому Иноичи и девушка и смотрели на него с легкой опаской.

В видении шарингана они казались необычными. В центрах их тел колыхались голубые очаги чакры. Мозг кипел от переизбытка информации: шаринган считывал все, что находилось в движении или могло быть полезно, а остальное, статическое, отступало на дальний план и оттенялось багровым.

Жить с чувством вины, зная, что не решился, поддался рациональности и логике и тем предал своего лучшего друга, было хуже, чем сломя голову броситься в ад и глупо погибнуть. Даже если внутри измерения Саи невозможно было существовать из-за Кьюби. Даже если у него самого не было никаких ключей к управлению миром. Даже если шаринган против Кьюби так бы и не сработал…

– Если есть шанс, я попробую.

****

Итачи-клон взобрался на скат крыши под окнами квартиры Узумаки Наруто. Удачно, что он знал, где живет джинчурики Девятихвостого, и ему не пришлось терять время на поиски. Можно было пойти сразу напрямик.

Итачи активировал шаринган и, припав спиной к внешней стене дома, подобрался к окну. Осторожно заглянул внутрь. Узумаки Наруто спал на кровати поверх покрывала прямо в одежде. Ровный очаг чакры мальчика не выдавал ничего необычного.

Итачи-клон моргнул.

Не это он ожидал увидеть. Если такое творилось с Шисуи, значит, с джинчурики явно должно было что-то быть не так.

Он ощутил опасность, мигом извлек танто из ножен за спиной и отступил на шаг в сторону. Клинок с металлическим лязгом ударился о меч противника. Итачи увидел перед собой звериную маску с желтым рисунком.

Обезьяна.

Анбу?

Этого еще не хватало. В схватке с Анбу теневой клон мог развеяться, а ему нельзя было терять ни минуты!

Но если Анбу напали, значит, меня уже подозревают. Я же… Я – Учиха…

– Какого черта? – воскликнул он. – Что происходит?

Анбу отпрянул и сложил печати. Шаринган автоматически откладывал в памяти новую технику.

– Прекратите! – рявкнул голос над головой.

На крышу рядом с ним приземлился еще один Анбу в маске с красными узорами. Этот Анбу явно был на стороне Итачи.

– Что здесь понадобилось Корню?

Корень? Так это не просто Анбу, это Корень господина Данзо?

Маска обезьяны перестал складывать печати и выпрямился.

– Я застал его на месте преступления.

– Какого преступления? – воскликнул Итачи.

– Не было никакого преступления, – возразил союзный Анбу. – Учиха Итачи – с нами. Пускай Корень не вмешивается.

– Теряешь хватку… Киное, – чуть помедлив сказал Анбу Корня.

И исчез.

Тревогу за друга сглаживало чувство благодарности. Все-таки в клане были неправы. К Учиха относились с предубеждением одни, но в то же время были и другие, вроде этого Анбу.

– Спасибо, – сказал Итачи.

– Что привело тебя сюда?

– Шисуи снова вошел в измерение Саи, – кратко сообщил Итачи. Он помнил этого Анбу. Они уже делились с ним информацией. – И его охватил покров Кьюби. Я решил проверить джинчурики.

– Так значит, и Шисуи?

– «И Шисуи»? – Итачи словно громом поразило. – Есть кто-то еще?

Если Кьюби проник в измерение Саи, то все, кто находился в этом измерении, могли быть так же одержимы Лисом, как Шисуи. И Мэй. И Сая. Все трое. Их можно было вычислить! Сейчас!

– Свидетельница по делу последнего убийства. Некая Мэйса.

Итачи-клон прикусил губу. Мэйса. Эта сумасшедшая девушка была одной из тех двоих? Она… она была Мэй?

Итачи покачал головой и подумал: «Я – идиот».

Как можно было присматриваться к деталям квартиры и не додуматься, что свидетельница по делу – не просто свидетельница, а непосредственная участница! Даже имя. Имя было похоже. Мэй – Мэйса.

– А третий?! – с несвойственным его натуре нетерпением воскликнул Итачи. – Кто третий?

– Какой третий? – растерялся Анбу. – Была только одна девушка. Теперь мы знаем, что еще и Шисуи. Хм.

– Должен быть третий! Вы до сих пор не знали про Шисуи. Точно так же вы не знаете про третьего. Их трое там сейчас. Шисуи, Мэй и Сая… Третья – это и есть убийца. Найти ее…

– Мэй и Сая? – уточнил Анбу.

– Мэй и Сая, – сказал Итачи и запнулся. Повторил, прекатывая слоги на языке: – Мэй-и-са… Мэйса.

В голове воцарился вакуум.

– Прошу прощения, – торопливо пробормотал Итачи-клон.

****

Нахлынули воспоминания от вернувшегося клона. Итачи часто заморгал и погасил додзюцу, чтобы оно не сбивало бесполезными деталями мыслительный процесс.

Мэй и Сая – один человек? Убийца – безумная Мэйса?

Некоторое время в голове было пусто, но прошло несколько секунд, и словно по щелчку в пустоте развернулась логическая цепочка.

Девушка-инвалид так же охвачена чакрой Кьюби, как Шисуи. Она – Мэйса. И Мэй, и Сая. Она – убийца. У него есть адрес убийцы. Погрузив в гендзюцу создательницу мира, можно прорваться к управлению тем измерением, как это сделал Шисуи. Только Шисуи зашел изнутри. А он может зайти снаружи. Это не будет безрассудством. Они не погибнут… если… если про шаринган и Кьюби это не просто – легенды.

Шансы резко повышались. Нельзя было терять время. Нужно было мигом отправляться к Мэйсе.

****

В этом «подкопном слое» было тесновато. Кьюби рассредоточился чакрой повсюду, завладел хрупкими телами тех, кто управлял этим миром прежде, и стал искать выход наружу.

Это измерение было бы глухой ямой, ведущей лишь в его клетку, если бы не трое людишек: мальчишка и две девчонки. И мальчишка очень неудачно оказался Учиха.

Шаринган и мокутон были главными слабостями Курамы. Увидев в «подкопном слое» щенка Учиха, Кьюби озверел. К черту девушек, но мальчишку нужно было убить как можно быстрее: остановить сердце, не дать ему времени опомниться и применить свой проклятый дар.

В то же время с девушками Курама обращался аккуратно. Они были его билетами во внешний мир и, как оказалось впоследствии, не двумя билетами, а всего лишь одним. Эти малявки выглядели как отдельные существа, но тоннели, ведущие от них наружу, в какой-то момент слились в один-единственный. Два человека внутри – один человек снаружи. Это было странно, но разбираться в причинах этого явления у Кьюби не было ни желания, ни времени.

Он перекачивал свою чакру через этот тоннель наружу, когда выход вдруг сузился. Что-то закупоривало путь наружу, сдерживало его чакру и пыталось протолкнуть обратно. Курама взревел и поднажал, пытаясь выбить назойливую пробку.

****

Молниеносно перемещаясь по Конохе шуншином, Итачи как никогда завидовал Шисуи. При всех его навыках, до Шисуи Телесного Мерцания ему все-таки было далеко.

А секунды сейчас были бесценны. Итачи не знал, сколько продержится Шисуи. И, что удивительно, оставлять друга с той девушкой медиком почему-то было не так уж и страшно. То, с какой решимостью она сунула руки в ядовитую чакру Кьюби, убедило Итачи в том, что, выполняя свой долг ирьенина, она не остановится ни перед чем. А значит, Шисуи был в надежных руках.

Теперь же все зависело от него.

Чакру Кьюби он почувствовал на подходе. Около дома Мэйсы она ощущалась куда четче, чем в госпитале, возле Шисуи. Возможно, поэтому сенсоры первым делом заметили именно этот очаг и направили силы Анбу сюда, а не в госпиталь.

Итачи на миг задержался на краю крыши и поглядел в узкий переулок. Внизу на дороге валялись обломки досок и камней. Послышался грохот, и из окна квартиры Мэйсы с рыжим протуберанцем ядовитой чакры вырвалось облачко пыли.

Итачи плотно сжал губы и спрыгнул вниз.

Знакомая темная арка с лестницей, нарастающий треск дерева, напряженные голоса. Он ворвался в квартиру шуншином и едва не врезался носом в спину одного из Анбу. Тот почувствовал его присутствие, обернулся и рявкнул:

– Назад! Уходи!

Итачи быстро оценил ситуацию. Квартира была разгромлена. Пол устилали остатки лопнувшей этажерки, на полу валялись разбитые часы, а из застывшей в инвалидном кресле девушки вырывалась оранжевая чакра.

Мэйсе и правда досталось больше, чем Шисуи. Чакра, струящаяся через ее тело, фонтанировала в потолок, меняла форму, рвалась вспыхивающими щупальцами в стороны и к стенам; пыталась достать окружавших ее Анбу, но те ловко уворачивались.

Трое из них стояли прямо перед Итачи, заслоняя ему обзор. Четвертый был уже знаком ему – этот мужчина защитил его от Анбу Корня у дома Узумаки Наруто. Это его человек из Корня назвал именем «Киное». Судя по всему, тогда, когда теневой клон Итачи развеялся, Киное сразу же направился от дома джинчурики сюда, в квартиру Мэйсы. И сейчас он, сомкнув пальцы в замок, тужился над своей техникой. Киное управлял… мокутоном.

Техника Первого Хокаге?!

От вида бесчувственной девушки Итачи стало не по себе. Кто бы мог подумать, что подобная сила – творить реальное гендзюцу – была заключена в теле безумной? Это никчемное существо, которое он поначалу даже не взял в расчет, оказалось убийцей. Это она убила Текку и всех остальных. Она…

…та девочка, погибшая в этой квартире – ее сестра. Она убила свою сестру? Зачем?

Впрочем, важнее сейчас было даже не это. Покров чакры биджу вокруг Мэйсы вел себя слишком буйно. К девушке было не подобраться. А ведь Итачи нужно было каким-то образом открыть ей глаза. А еще убедить этих Анбу, что ему надо…

– Уходи, сказал!

– Выслушайте! Мне нужно к ней подойти и…

Анбу обернулся.

– Дьявол, да это Учиха!

По тону его голоса Итачи вдруг понял, что у него назревают проблемы. Похоже, этот Анбу подозревал его.

– Остынь! – приказал мужчина в маске лисицы.

– Но, тайчо, у него шаринган!

– Как и у меня! Это не доказательство вины.

Итачи помнил этот голос.

Хатаке Какаши.

Он спас его тогда от человека в маске.

Сзади послышался топот ног. Итачи обернулся. В квартиру вбежал морщинистый старик в шлеме, облаченный в темную одежду. Итачи даже не сразу понял, кто перед ним. Непривычно было видеть Третьего Хокаге в такой экипировке.

– Что тут у вас?

– Сандайме, мы не можем его удержать, – сказал Какаши. – Он становится сильнее. Мокутон… Этого недостаточно.

– Сандайме! – воскликнул Итачи.

Время утекало сквозь пальцы. Нужно было действовать, а перед ним был человек, который отдавал приказы и мог развенчать мифы и слухи.

– Итачи?

– Сандайме… Это правда, что шаринган способен контролировать Кьюби?

Старик твердо кивнул.

– Да. Правда.

Итачи взглянул на Мэйсу и часто заморгал. Глаза запорошила пыль, опавшая с потолка от очередного удара чакры.

Неужели у нас и правда появляются шансы?

– Сандайме… Позвольте. Позвольте я попробую.