Текст книги "Идеальный хаос (ЛП)"

Автор книги: Нэшода Роуз

сообщить о нарушении

Текущая страница: 11 (всего у книги 16 страниц)

ГЛАВА 15

Джорджи

После того, как я все рассказала, мне не полегчало… Словно на меня налетел бык и разорвал на части. Я в смешанных чувствах. Я скрывала все от Дека – от каждого – так долго, что теперь меня переполняет чувство вины. Это разъедает мою душу, которая уже травмирована, но я научилась жить с этим, делая то, что должна. Но у меня есть сомнения. Не о том, искать Робби или нет, конечно, искать. Я хотела, чтобы он описался от страха. То, в чем я сомневалась – это, кто я такая. Мне кажется, что часть меня – Хаос, часть – Джорджи, а часть – невинная девочка, которой однажды я была. Но больше я не знала, кто я на самом деле.

Дек ушел в свой офис три часа назад, разговаривая с Каем. Я посмотрела кино, обнаружив, что у Дека нет обычных телевизионных каналов, есть только каналы с кино. Потом села около бассейна в надежде, что он выйдет из офиса и присоединится ко мне. Я ожидала грохота, крика, но все оставалось тихо, не уверена хорошо это или нет. С Деком, иногда мертвецки тихо – это хуже всего.

Я дергала дверь офиса, но она была закрыта. После просмотра фильма снова попыталась – все еще закрыто. Мне было очень скучно, и я нервничала из-за того, что он делал там, я постучала.

– Не сейчас.

– А когда?

– Когда я закончу.

И я пошла готовить ужин, неожиданный подвиг для меня, учитывая, что я в этом так себе.

Группа «Разорванные на части» заходят каждое воскресенье, когда они в городе, и я помогаю им с поздним завтраком, но это все, что я делаю. Сейчас нас много: Кэт и Эмили встречаются с участниками группы, Ремом и Логаном, и будто собирается большая семья. Даже мои родители часто заглядывают. Крайзису нравится моя мама, ладно, ему нравится каждая женщина. Гитарист был секс-богом, по крайней мере, он так считал. Блондин с сексуальной задницей и дьявольскими глазами.

Я с ним флиртовала, больше для того, чтобы заставить Дека ревновать, но это было тогда, когда я напилась, а не притворялась пьяной – я была в хлам. Кончилось тем, что Дек перебросил меня через плечо и забрал к себе, где все закончилось, как всегда – ничем.

Я вытащила из духовки тилапию, посыпала ее лимонно-перечной приправой и разложила по тарелкам с горячей фасолью. Затем полила блюдо легким чесночным соусом с лимонным маслом.

– Ты приготовила ужин.

Я выронила ложку для соуса, так как не слышала, как он вышел из офиса и подошел ко мне. Ложка шумно стукнулась о стойку, остатки соуса разлетелись в стороны.

– Можно и так это назвать.

Он обхватил мои бедра сзади, прислонился ко мне и поцеловал в шею под правым ухом.

Я растаяла, потянувшись к его прикосновению, как слабый стебелек одуванчика.

Ух ты! Он нежен.

Не знаю причину этого, но что бы там не произошло с Каем, я получила нежного Дека после всех проблем, о которых я ему рассказала, и я принимаю это.

Он забрал тарелки на террасу, я принесла два стакана с холодной водой и лимоном. Когда мы сели, начали есть, это было мило и… уютно. Дек рассказал мне о том, как он и Коннор завершили тренировку в ООП2. Они оба были самыми лучшими в классе: Коннор преуспевал во всем, что включало воду, а Дек был первым в тактическом планировании. И было неясно одно, кто лучше стреляет.

– И я уверена, он хвастался, что он лучше во всем.

Дек усмехнулся.

– Черт возьми, да. Коннор был самоуверенным парнем, который заставлял каждого смеяться.

Правда, мой брат всегда отличался добродушно-веселым характером. Даже когда я расстраивалась из-за чего-то глупого, он приходил в мою комнату и через пять минут благодаря ему я хихикала.

– Когда мы долго находились на задании… – Дек прервался, будто задумался над чем-то. – Он мог вызвать улыбку у любого из парней. Даже у Вика.

Я засмеялась, и зажатость, не отпускавшая меня, ушла. Даже не осознавала, как сильно была встревожена. Я взглянула на Дека, сидящего в кресле, напряжение вокруг его губ исчезло, и это было… это было будто нет никаких преград между нами. Будто мы были двумя обычными людьми, которые разговаривали между собой.

И я любила его еще больше за то, что он делает это. Он рассказывал мне о моем брате, каким я его не видела.

– Твой брат был хорош в том, что он делал, Джорджи. Лучший в команде. И он любил это.

Я заметила, как промелькнуло беспокойство в его глазах, перед тем как исчезло, он схватил зеленую фасоль и закинул в рот.

– Мы были под прикрытием три чертовых дня. Сидели в пустыне, паря свои задницы. Без общения, только посредством сигналов. Отлучиться по нужде – это самое большое передвижение, которое мы делали. Наша цель была внутри убежища, и все еще не двигалась, но у нас была информация, что он никогда не оставался в одном месте дольше, чем на пять дней. Поэтому мы ждали. – Легкая улыбка танцевала на его губах. – Твой брат, он обожал это. Для него это вызов – посмотреть, как далеко он сможет зайти. Пока остальные парни держались на грани и только и ждали, когда это все закончится, Коннор был расслаблен. Его это даже не волновало. – Я снова заметила, что

что-то промелькнуло в его глазах. – Он был хорош в работе, потому что любил это очень сильно.

– А ты?

Дек слегка вздрогнул от вопроса, он положил вилку и посмотрел на меня.

– Да, любил. Это был мой дом, Джорджи. Они были моими братьями. Сейчас это парни из «Неуправляемого Бунта».

– Ты – неуправляемый, а Коннор – бунт. Поэтому ты так назвал это?

Он кивнул.

– Как насчет твоего настоящего дома? Братья? Сестры?

Он пожал плечами.

– Никогда не имел ни настоящего дома, ни семьи. – Он прервался, перед тем как продолжить. – Я убил моего отца.

Твою мать.

Я попыталась скрыть шок на лице, но знала, что он увидел мои округлившиеся от удивления глаза, потому что смотрел на меня, пока говорил это. Коннор рассказывал, что Дек был в исправительном учреждении для несовершеннолетних и затем оказался на улице до того, как присоединился к армии. Из-за этого?

– Мне было пятнадцать. Он, как всегда, избивал мою маму. Черт, это был как ежедневный ритуал в нашем доме. Он перестал бить меня, когда я ответил ему за год до этого. Он фактически перестал бить нас обоих на время после этого. Затем… он бросил нас. Не знаю почему, но мне было все равно. Он просто исчез в один день, и мы не видели его пять месяцев. Моя мать неделями плакала. Думаю, в каком-то смысле она любила его, то есть он приносил ей подарки все время после избиения. Мне было тошно от того, как он извиняется, пока лицо мамы все покрыто синяками, и она не могла выйти из дома неделями без шляпы и солнечных очков.

Я знала, что будет дальше. Такой тип мужчин не уходит просто так.

– Он вернулся, но в этот раз с пистолетом. Он выстрелил ей прямо между глаз и пинал ее снова и снова. Это было посреди ночи. Я проснулся от выстрела и сбежал вниз, где увидел, как он избивает ее мертвое, безжизненное тело.

О Боже.

Меня затошнило, и я прикрыла ладонью рот. Я не заметила, что плакала, пока не почувствовала теплую слезу, упавшую на мою руку.

Дек протянул руку.

– Иди сюда.

Не колеблясь, я взяла его руку, заползла на его колени и положила голову на плечо. Он обнял меня крепко, поглаживая мою руку кончиками пальцев.

– Все его внимание было сосредоточено на моей маме, и он не заметил меня, спускающегося по лестнице. Не помню, сколько времени прошло, но когда я остановился, он был мертв.

Я знала, что сожалений недостаточно и что они неуместны. Я начинала понимать, почему Дек так защищал меня. Он вырос, пытаясь заступиться за мать, и опоздал, и вот снова. В последний раз было уже слишком поздно.

– Ты был всего лишь ребенком.

Дек замер и снова начал гладить мою руку.

– Ты знаешь, Коннор хранил твою фотографию.

Он закончил говорить о своем прошлом.

– Держал в своем бумажнике. Он никогда не говорил этого, но он волновался о тебе все время.

Он остановился и посмотрел мне прямо в глаза.

– Я тоже.

Я задержала дыхание, когда наши глаза встретились.

– Ты когда-нибудь читала его дневник, Джорджи?

Я покачала головой.

– Нет. Это его личные мысли, и мне казалось… не знаю, неправильным это, наверное. Но я раньше спала с ним под моей подушкой. Когда происходило это дерьмо с Робби, это было единственное место, где я чувствовала себя в безопасности… В кровати, с его дневником в моей руке.

Дек опустил голову и кивнул.

– Дек. – Я ждала, пока он не посмотрел на меня. – Это и ты тоже. Это последняя частичка тебя, которая у меня была.

И он поцеловал меня. Резко и неожиданно он обхватил сзади мою шею и притянул меня ближе к себе. Его рот накрыл мой с неистовым пылом. Когда я упала на него, дрожь прошла сквозь меня, вторжение его языка дало мне то, чего я жаждала. И сейчас я поняла. Мы оба изголодались друг по другу.

Он отпрянул, его пальцы в моих волосах мягко массировали мою голову. Дек не отрывал от меня своего взгляда. Он выглядел расслабленным и удовлетворенным. Никогда не видела такого Дека, это горячее, чем его опасная сторона. А может и нет. Это была дилемма, если вспомнить его офис этим вечером, и как я в его кресле снова страстно ждала его прикосновений.

– Повернись, детка.

Он подхватил меня и помог перекинуть ногу так, что теперь они были по разные стороны от него. Мой живот скрутило, когда я почувствовала его напряженный член подо мной. Я положила руки на его грудь, наслаждаясь стуком его сердца под моей ладонью. Словно это стало частью меня, наполнило, зажгло что-то внутри, от чего невозможно скрыться.

Дек притянул меня к себе и поцеловал кончик моего носа. Это было нежно и мне понравилось, очень понравилось.

Я посмотрела на его грудь, медленно рисуя круги по твердой мускулатуре.

– Люблю быть здесь с тобой.

– Это из-за множественных оргазмов.

Я засмеялась.

– Правда.

Я провела пальцем по его груди вниз до местечка между его ног и почувствовала, как он напрягся. Его член дернулся от прикосновения моей ладони, я прикусила нижнюю губу, пока расстегивала его штаны. Его рука сжалась на моем бедре, и я услышала легкое урчание в груди.

Улыбнувшись, я сказала:

– Хочу десерт.

ГЛАВА 16

Дек

Я был на взводе от того, что рассказал ей это дерьмо. Единственный, с кем я поделился, был Коннор. Но по какой-то причине рассказать Джорджи ощущалось… правильным. Мне нужно, чтобы она увидела и эту сторону меня. Я никогда ее не отпущу, поэтому ей нужно узнать эту неприглядную часть моей жизни, и она не маленькая.

Не было ни дня, чтобы я пожалел, что убил своего отца. Ни разу. Может, это и неправильно в глазах правосудия или психолога, но мне плевать. Он заслужил это.

Джорджи соскользнула с моих колен, и все мысли о чем-либо, кроме нее и того, что она делала, исчезли. Она опустилась на колени между моих ног, и затем ее руки потянулись к моим джинсам и расстегнули молнию.

То, как она достает мой член, и это дерзкое выражение на ее лице…

Твою мать, я годами представлял, как она это делает.

Ее язычок коснулся головки члена. Я сжал ее волосы в своей руке.

– Детка.

Я закрыл глаза, и моя голова откинулась, когда она обхватила мой член рукой и затем погрузила его в теплоту своего рта. Моя рука сжала ее волосы, пытаясь сдержать порыв заставить ее взять глубже.

Пока рано.

Она сосала член, ее язык кружил вокруг него, ее рука двигалась по нему медленно и твердо. Движения вверх и вниз, несколько раз, и затем она полностью отпустила меня, я открыл глаза. Джорджи на коленях на террасе передо мной, щеки покраснели, в глазах огоньки и любопытство… Мой контроль пошатнулся.

Она обхватила мои яйца, ее пальцы дразнили, гладили. Я попытался вернуть ее рот к члену, но она воспротивилась, и мне это не понравилось. Ненавижу, когда не владею ситуацией, а Джорджи буквально держала меня за яйца.

– Мне нужен твой рот, – проворчал я.

Одна ее рука держала мои яйца, пока другая несколько раз скользнула по члену.

– Ох, детка, не время отдавать приказы.

Она улыбнулась, высунула язычок и лизнула один раз головку.

Бл*дь.

Я сдвинулся в кресле, борясь с сильным желанием бросить ее на спину и впихнуть мой член в ее горло.

Затем она взяла глубже, и я почувствовал заднюю стенку ее горла, пока она сосала. От тесноты и тепла по телу пробежала дрожь, а грудь сжалась. Как раз когда я подумал, что кончу так, как не кончал никогда в жизни, она отстранилась и села на пятки.

– Научи меня пользоваться пистолетом.

– Иисусе.

Я сижу с членом, твердым, как стальной стержень, пульсирующим между ног, перед девушкой, которую хотел так чертовски долго, что становилось больно быть рядом с ней. И все равно я никогда не мог уйти от нее.

Затем она оставила свое нахальство и положила ладони на мои бедра.

– Детка, пожалуйста. Я хочу научиться. И хочу, чтобы ты научил меня. Так будет лучше, чем брать уроки у какого-то красавчика на стрельбище.

Проклятье.

Никогда не хотел, чтобы Джорджи была даже рядом с оружием или тем дерьмом, с которым я имел дело в моем мрачном мире, а увидеть ее, неумело обращающейся с оружием, пугает меня до чертиков.

– Ладно.

Она придвинулась ближе, ее ладони гладят мои бедра вверх и вниз.

– Ты говоришь ладно, потому что хочешь, чтобы я тебе отсосала?

– Я говорю ладно, потому что не хочу, чтобы руки другого мужчины были вокруг тебя и учили, как держать чертов пистолет.

Она рассмеялась, взяла за основание мой член и сжала. Я простонал и начал смотреть, как моя девочка снова взяла меня в рот.

Джорджи

Мы с Деком забрали посуду внутрь, он мыл кастрюлю и сковородку, а я их вытирала. Я была права, он большой, и мое горло немного болит от минета, но чувствовалось это чертовски хорошо и даже больше. Потому что это Дек, который позволяет себе быть уязвимым тем, что говорит мне об отце и тем, что отдает мне контроль в сексе.

Он передал мне оставшуюся сковородку, и я потянулась, чтобы убрать ее на место, когда он схватил меня и притянул крепко к себе.

– Твой брат говорил, что твоя кровать была твоим воображаемым островом, на котором жила ты и твои мягкие игрушки.

Боже, Коннор был тот еще сплетник.

– У детей были монстры в чуланах… У меня акулы, плавающие на моем полу.

Его палец убрал мою прядь волос за ушко.

– Я всех их уничтожу для тебя, детка.

– М-м-м, горячий пират.

– Пират с заложником, – Дек поцеловал меня в шею, и меня пробрала дрожь, знакомая боль появилась между ног, – которому нужно пройти по доске.

Он развернул меня в руках, и я увидела его игривую улыбку. Это будто демоны в нас двоих смывались, просто находясь друг с другом.

– В смысле?

Улыбка исчезла.

– В смысле, что я хочу тебя в бассейне через две секунды.

Я подняла брови и положила руки поверх его ладоней, крепко держащих мои бедра.

– Ну, пират не всегда получает то, что он хочет.

– Этот получает.

До того, как я что-либо сделала, кроме как издала этот девчачий визг, он перебросил меня через плечо и прошагал по дому к террасе. Без малейших колебаний, хотя я еще и была в одежде, он бросил меня в бассейн.

Я всплыла, отплевываясь. Дек стоял на краю, и я брызнула в него водой. Он не сдвинулся, не улыбнулся, но не был зол. Жар в его глазах подтолкнул бабочек в моем животе прыгать с тарзанки. Это деловой Дек, берущий на себя контроль.

– Ты собираешься стоять здесь, или мой пират придет и трахнет меня?

Его глаза заискрились как тогда, когда я взяла его член в рот. Мой желудок плескался и шипел, как масло на раскаленной сковороде, пока Дек стоял и смотрел на меня, барахтающуюся в воде. Он принадлежал мне. После всех лет фантазий о нем и попыток убедить себя, что он будет плох в постели, Дек принадлежал мне.

Я отплыла к краю бассейна и посмотрела, как он вынул маленький серебристый пакетик из кармана и разорвал его. Затем он медленно снял джинсы, его член свободен и уже тверд. Он сорвал с себя майку, надел презерватив и вошел в бассейн, смотря на меня сверху вниз.

– На мелководье. Колени на второй ступеньке, руки наверху.

Я сглотнула. Его глаза, темные и суженные, следили за мной самоуверенно и непреклонно, будто ждали, что заставило меня прикусить язык. И я была безмерно возбуждена из-за его приказа, думая и о том, что он собирается сделать.

Его брови опустились еще ниже, и он нахмурился так, как это было в его кабинете. Я знала, что он уйдет. Дек управляет, а я должна стать его марионетка, и от этой мысли усилилась пульсация, пока я плыла к другому концу бассейна.

Я сделала то, что он просил, и моя задница наполовину торчала из воды. Я слышала его приближение, медленное и уверенное, пока он шел ко мне. Мое сердце стучит о ребра и ускоряется, когда смотрю вверх на него, стоящего на краю бассейна передо мной.

– Голову вниз.

Я опустила. Только тогда он подошел сзади. Он дернул мои штаны, и я подняла сначала одну, потом другую ногу, чтобы он их стащил и отбросил в сторону. Я оглянулась через плечо, и как только, сделала это, почувствовала шлепок его ладони по заднице.

– Смотреть прямо.

Дерьмо. Больно.

Моя кожа мокрая, его шлепок сделал только хуже, но потом я почувствовала теплоту его ладони, которая успокаивала там, где жгло. Я вздохнула и расслабилась, моя голова опустилась.

Я почувствовала, как его палец легко прошелся по одному из порезов. Я едва чувствовала их сейчас, когда они зажили.

– Этого не случится снова.

Не знаю, что сказать.

– Я знаю, почему ты делаешь это, Джорджи. Используешь физическую боль, чтобы убрать эмоциональную. Но мы найдем другой путь. Другой выход.

Я вздохнула и закрыла глаза. Да. И я уже начала его находить. Это то, чего я хочу. В чем нуждаюсь. Это освобождало меня и давало свободу быть той, кем я являюсь. Дек сделал это.

Знаю, что он, наверное, боролся с собой из-за того, что нарушил слово, данное моему брату, но надеюсь со временем, его вина постепенно исчезнет, и он осознает, что это правильно. Мы всегда были друг для друга. Наши пути двигались параллельно так долго, пытаясь пересечься, и все же призрак Коннора и Робби, и даже Кая разлучили нас.

Его ладони обхватили крепко мою талию. Пальцы впились в кожу и потянули меня назад к нему одновременно с толчком его члена, с силой ворвавшегося в меня. Вода всколыхнулась от резкого движения, разбрызгиваясь в стороны.

Мои колени болели от цементных неровностей на ступеньке, когда они скребли по поверхности. Казалось, его это не волновало, и он прильнул ко мне всем телом, а его рука толкнула меня ниже, так что мне пришлось выгнуть спину.

– Я собираюсь трахнуть тебя так жестко, что ты будешь умолять меня остановиться.

Твою мать.

Волна желания распространилась во мне.

– Хорошо.

– Не говори. – Он схватил мои волосы и потянул. – Но крики… Это разрешено.

Я чувствовала его член между бедер и хотела толкнуться назад на него, но не посмела пошевелиться. Он отпустил мои волосы, провел рукой вниз по спине, пока не дошел до задницы. Затем он отодвинулся немного, и я втянула воздух, мне не понравилось это. Я хотела откинуться, посмотреть на него, почувствовать его, но знала, что он не в настроении терпеть, когда я не следую инструкциям. Поэтому я нетерпеливо ждала, его палец скользнул вниз в мою влажность между ног и, вернувшись выше, он нажал на розовую сморщенную плоть.

– Однажды я собираюсь трахнуть и это.

Он кружил вокруг местечка, и я простонала от необычного ощущения прикосновения пальца там. Никогда не думала, что мне бы это понравилось, но меня даже еще больше возбудило, когда Дек начал проталкивать палец.

Он проворчал:

– Расслабься.

Я не смогла. Ощущение было странное, и я инстинктивно воспротивилась его вторжению. Он отодвинулся, и я почувствовала всплеск воды по сторонам от меня.

О Боже, он уходит.

Знаю, что не могу ничего сказать, так что я покачнула задницей и опустила голову, пока лоб не коснулся поверхности воды.

– Ты собираешься полностью мне отдаться? Каждую частичку, Джорджи? – его голос жесткий и суровый. Озноб прошел через меня, и я кивнула.

Он не дал мне никакого предупреждения, когда вернул свой палец на мое тугое сморщенное колечко снова и толкнул внутрь. Я закрыла глаза, борясь с желанием сжаться, и сделала противоположное. Его палец проскользнул внутрь меня, и я вздохнула от эротического ощущения.

Затем он начал двигать им, внутрь-наружу, и мои бедра двигались вперед-назад вместе с ним.

– Вот так, – успокаивал он меня, дыша мне в шею.

Без предупреждения и в ритме его пальца, двигающегося в моей заднице, он ввел свой член в меня, и я вскрикнула, вскинув голову назад в шоке от внезапного проникновения. Он не остановился. Один палец в моей заднице, его другая рука на моем бедре, он продолжал двигаться, вода плескалась между нами и создавала громкий шум.

Его толчки становились жестче, быстрее, и моя нужда росла с каждым сближением и отталкиванием.

– Ты принадлежишь мне. Все в тебе.

Палец Дека выскользнул из меня, он схватил мое другое бедро и толкнулся с еще большей силой.

Я выгнула спину от его атаки. Хотела этого сильнее. Нуждалась в этом, боль и удовольствие закрутились вокруг меня. Я хотела умолять его прикоснуться ко мне. Схватить его ладонь и заставить его прикасаться ко мне, пока не кончу.

– Ш-ш-ш, – шепотом произнес Дек, замедляясь, и волны в воде подстроились под наш ритм. Он знал, чего я хотела, скользя ладонью вниз по бедрам через живот и погрузив ее в воду.

– Ах, – простонала я в ту же секунду, как его пальцы коснулись меня и начали движение по кругу.

– Не двигайся!

Я кивнула.

Черт, я сделаю все, что он захочет сейчас. Он ждал несколько секунд, будто хотел удостовериться, что я сделаю то, что он хочет, и затем его палец сильно нажал на мой клитор, и я содрогнулась. Он сделал это несколько раз, потом начал двигаться внутри меня.

– Никто не заберет тебя у меня.

Он прорычал эти слова в мое ухо, но я не была уверена, для кого это предназначалось, для него или для меня. Дыхание перехватило, его палец двигался быстрее, вперед и назад, каждая мышца в напряжении. Он обхватил рукой мою талию и притянул меня ближе к себе.

Мое тело кричало от удовольствия, дрожь и яркий фейерверк выстрели через меня. Его рука сжалась, и он толкнулся. Один раз. Второй. Третий и низко застонал, содрогнувшись рядом со мной.

Волны успокаивались, пока мы не двигались, я на его коленях, он – позади, держа меня близко. Никогда не чувствовала себя так – цельно. Дек стряхнул с меня оцепенение и ложь, он заставил меня почувствовать себя живой.

Я отвела руку назад и провела вниз по его ноге под водой. Он поцеловал мой затылок, далее осыпая мою спину легкими поцелуями, нежными и соблазнительными. Затем не произнеся ни слова, он поднял меня и на руках отнес в дом. Я обернула руку вокруг его шеи, но он не смотрел на меня. До тех пор, пока не бросил меня на кровать и не посмотрел на меня сверху, я не видела его лица. Его глаза были теплыми, наполненными нежностью. Резкие черты смягчились, губы расслаблены, и это вызвало у меня желание поцеловать его еще сильнее, чем я уже это делала.

Я потянулась к нему.

Дек опустился на колени на кровать и оседлал меня.

Затем он поцеловал меня, и я потерялась в самом трогательном поцелуе, который женщина могла бы почувствовать. Он был наполнен годами нужды друг в друге, желанием и невозможностью все это получить. Это он и я, нашедшие вместе гармонию. Наши демоны были связаны и сгорели дотла.

Это было его обещание завтра и требование сегодня, и каждый следующий день.