290 890 произведений, 24 000 авторов.

» » Последний артефактор. Академия Заклятий (СИ) » Текст книги (страница 13)
Последний артефактор. Академия Заклятий (СИ)
  • Текст добавлен: 3 декабря 2019, 15:30

Текст книги "Последний артефактор. Академия Заклятий (СИ)"


Автор книги: Ная Геярова






сообщить о нарушении

Текущая страница: 13 (всего у книги 18 страниц)

Часть 28

Провожал он меня молча, гулко отстукивая каблуками по полу правительственного замка. Ни слова не проронил. Довел до комнаты, рядом с которой стояла парочка стражников – хмурых, крупных мужиков – маги, темные дроу. Это тебе не молоденькая помощница мадам Ребекки в ателье, с такими не поспоришь.

Лорд Ален открыл мне дверь, жестом указал на комнату.

– А химеру оставьте, – произнес холодно, когда я собралась входить. Миф панически крепко обхватил меня за шею и носиком в ухо уткнулся. Затрясся весь, словно в ознобе.

У меня ком к горлу подступил. Сколько же льда и отрешенности было в голосе ректора! И резало это по сердцу не меньше боли от потери любимого питомца.

– А можно… можно… – Я не заплачу. Я ни за что не разревусь здесь, перед этим… этими, темными. И все-таки пелена на глаза накатила. – Хотя бы на денек.

«Если он откажет, я… я не знаю, что сделаю, но Девону не отдам! Последнее, что осталось дорогого, не позволю забрать!»

В памяти всплыли древние, пугающие заклятия. Но страшнее стало оттого, что понимала: это будет не просто бой, не дай нечистые мне после него в живых остаться. Это будет худшее, что со мной произойдет.

Ректор нахмурился. Ему моя мимика совсем не понравилась. Да и силу, скопившуюся у самого порога полыхающего разума, он чувствовал, как и мое стремление защищать химеру до последнего. Нервно откашлялся. Знойка умоляюще посмотрела на него и… у ящерки побежали слезы, она закатила глаза, за сердце схватилась.

– У-у-у! У-у-у! – понеслось затяжное по коридору. Даже у хмурых стражей лица дрогнули. На нас посмотрели с жалостью.

Лорд Ален приложил руки к вискам, на лице отразилась многовековая усталость.

– П-пожалуйста! – Голос у меня предательски дрогнул. Последнее, что я хотела бы сделать, это причинить вред ректору. Как произносить заклятия, как совершать убийственный ритуал на того, от взгляда которого у меня сердце чаще биться начинает? И пусть я понимала, что ничего нас никогда связывать не будет. Пусть он темный. Я стояла, глядя на него, и об одном молила: «Позволь, пожалуйста, не заставляй меня делать это!»

Ректор вздохнул. В темных глазах отразились глубокая тоска и невыразимая боль.

– До вечера… А там… Попрощайтесь, – развернулся и пошел прочь, унося с собой мою суму.

Магическая пружина, сжимающая меня внутри, разжалась, ударила по нервам. У меня задрожали руки, накатились слезы на глаза. Я смотрела в спину уходящего ректора Алена: плечи у него были опущены, и что-то отрешенное угадывалось во всей его походке. Мне и самой было горько и тяжело, до оскомины и зубовного скрежета, до безумно-пугающего предчувствия. От ощущения приближающейся жуткой неотвратимости. Такой, от которой кровь стынет в жилах и леденящим могильным холодом по коже тянет.

Один из стражников с самым жалостливым лицом указал мне на вход.

– Будьте добры, – мне не показалось, он сказал с вежливостью и уважением в голосе. И на Знойку с химерой посмотрел. – Мы очень сожалеем, – вздохнул жалостливо.

– И я сожалею, – выдавила едва слышно и вошла в комнату.

И только когда дверь за мной плотно прикрылась, остановилась. Слезы душили, закатывались за воротник рубахи. Я не вытирала их. Стояла с опущенными руками, пустым взглядом смотря в стену.

«Вот так. Осталась без так тяжело добытых артефактов, без книг. Девону у меня забрать хотят. И сама под стражей, и ничегошеньки из происходящего не понимаю. Дурочка. Глупая! Как же больно. И лорд Ален… Терзается и мучается душа. А уж как сердце стонет».

Всхлипнула. Девона крепче ко мне прильнула. Знойка вытирала лапой распухший нос.

Я прикрыла глаза.

«Чего это я? Себя жалеть начала. А ведь некогда мне сопли распускать. Вот они, родные мои, маленькие. – Сжала ладони в кулаки. – Знойка, Девона. Никого роднее нет. Никого!.. Разве могу я вас предать? Нет! Разве есть у меня право раскисать и вас оставлять, тех, кто мне доверился? Нет».

Слезы высохли сами по себе. Я стояла нахмурившись и механически нашептывая:

– Никому не позволю, никому не отдам… Мои зверьки… Мое родное… Только руки суньте, оторву!

Девона замерла, прислушиваясь к моему бормотанию. А Знойка вся напряглась. Ей вообще мои идеи не нравились. Собственно, оно и понятно, ящерка всегда была права, но… Если есть хоть один шанс, я его не упущу.

Полная решимости, подошла к окну, распахнула портьеры. Замечательно! Я не просто под стражей, а пленница! Хотя о чем мысли? Я была пленницей и до этого, просто слишком свыклась с таким положением. Настолько, что даже к кому-то чувствами прониклась. Но это не значит, что позволительно моих животных «изолировать»!

– Я придумаю, обязательно что-нибудь придумаю! Боги самарийские нас не оставят. Для чего-то они меня в эту темную обитель отправили! Уж точно не для того, чтобы на моих зверях отрываться! – шептала, обходя каждый уголок, заглядывая в каждый шкаф. Задумчиво посмотрела на горящий камин и даже прикинула, какие помню заклятия, связанные с огнем и пеплом. Я не знала, что именно хотела найти и сделать, но…

Девона еще раз шмыгнула носом и спрыгнула на пол. Горестно опустила голову и побрела к двери.

– Нет, Девона! Я не позволю… – кинулась я к химере, упала на колени и обняла несчастного зверька. Знойка в голос зарыдала, размазывая лапой мокрые полосы по мордочке, уткнулась в грудь химере и всхлипывала, захлебываясь слезами. Девона гладила ящерку по голове и тоже шмыгала носом.

– Не смейте! Слышите! Ведьмы не сдаются! Что бы там лорд ректор не говорил, а я ведьма! И вы мои питомцы. Никому не позволено моих… – Жалость захлестнула потоком слез, заглушив пронзительную речь. Я смахнула их тыльной стороной ладони. У меня же, кроме Знойки и Девоны, никого нет! – Не позволено, – повторила, – моих зверей обижать. А уж тем более «изолировать». Мы с вами сильные! Мы сможем!

Послышались голоса за дверью. Я выпрямилась. Гордо приподняла голову. Вот сейчас войдет правитель, и все ему выскажу. В глаза его змеиные посмотрю, и может, даже придется сделать то, чего я так долго избегала. У меня в груди похолодело от представления. И все же я безбоязненно смотрела на открывающуюся дверь.

Вопреки моим ожиданиям в комнату вошел Маридор, близоруко оглянулся по сторонам.

– Меня попросили за тобой присмотреть, чтобы не глупила.

Пересек комнату. По-хозяйки устроился в кресле напротив камина и вытянул ноги в грязных сапогах к огню.

Повернул ко мне голову. Морщинистое лицо еще больше обезобразилось тонкой полуулыбкой.

– А ведь я был уверен, что ты станешь артефактором. Посох Салиха никогда не ошибается. Не такой уж я немощный колдун, чтобы обмануться в простом заклятии.

– Это где же у меня написано, что я стану артефактором? – искренне удивилась я. – Не на лбу ли?

– На нем самом, – прокашлял в тон мне старик-колдун и посмотрел на химеру, стоящую у моих ног. – Ишь пучеглазая. Интересно ты ее изменила. Хохолок веселый. Как раз под ее характер. Хорошая животинка…

– Хорошая, – подтвердила я, сложив руки на груди. – Жаль только, ваш правитель этого не понимает.

Колдун подтянул ноги к креслу и, облокотившись о подлокотники, вывернулся, чтобы на меня внимательнее посмотреть.

– Отчего же. Он прекрасно понимает. Может, ты неправильно понимаешь его намерения?

– А как еще понять его желание убить мою химеру! – зло выплюнула я.

– Убить? – Старик замер, и мне даже показалось, дышать перестал. Только смотрел как-то странно. – А ты, значит, не позволишь?.. – сказал таким глухим и жутким голосом, что у меня волосы на голове зашевелились.

Меня вдруг начали одолевать смутные сомнения.

– Не позволю, – проговорила упрямо и встала так, чтобы химеру от старика прикрыть. И Знойка выпрямилась, заграждая собой подругу. Только Девона что-то щебетала на своем мифическом и пыталась вперед прорваться.

Старик смерил меня с головы до ног пронизывающим взглядом.

Я вся напряглась. Сила на пальцах заиграла, готовая сорваться, едва колдун вздумает хоть одно заклятие произнести.

Маридор сурово посмотрел на меня и… расхохотался. Смех, скажу я вам, тоже был еще тот. У меня похолодела спина. Магия в ладони, и та клубком свернулась и опасливо притаилась в судьбоносных линиях.

– Я Девону знаю с момента ее появления в академии, – просмеялся и жутковато улыбнулся колдун. – Так, девочка? – и пальцем мою химеру поманил.

Девона сделала невероятный прыжок и выскочила перед нами с ящеркой. Ножкой шаркнула, отдавая дань уважения старику, но подходить не торопилась. На меня посмотрела.

– Ох ты как? – старик перестал ее приманивать и удивленно приподнял одну бровь. – Слушается, значится.

На меня посмотрел.

– Вот тебе и первое доказательство, что ты артефактор. Раньше у каждого артефактора свой миф был. У них сила связанная. Ты, как я вижу, с Девоной связана, – языком прицыкнул. – Хорошая пара.

– Была, – поправила я. – Ее у меня забрать хотят.

– А если бы не забрали?

– Я бы ее в Горкану отнесла. Там ее дом.

– Горкану! – мрачно протянул старик. – Ты знаешь, что дорогу туда могут открыть только некроманты? А все почему? Ходят разговоры, что вокруг Горканы мертвая земля, заполоненная мертвецами, и они убивают всех и каждого, кто подойдет к границе проживания мифов. Без хорошего некроманта ты просто не дойдешь! Хотя с уверенностью тебе скажу, что даже хороший некромант очень сильно подумает и откажет тебе. Потому как голова у хорошего некроманта на месте и варит правильно, в отличие от некоторых ведьм с полным отсутствием самосохранения.

Я всего на пару секунд задумалась.

– Есть у меня некромант, который не откажет, – выпалила уверенно.

– То есть такой, которой с головой совсем не дружит?

– То есть такой, который согласится помочь.

– Сильный? – с сомнением покосился на меня колдун.

– Какой есть, – развела руками.

Старик хмыкнул.

– Готова рискнуть своей и чужой жизнью? И все ради химеры?

Я молчала. А ради кого мне еще стараться? Это я ее такой сделала. А она меня от смерти и бесчестия спасла. Так почему я должна позволить ей погибнуть?

Колдун внезапно широко зевнул.

– Вот тебе и второе доказательство, что ты артефактор. Ты чувствуешь вашу с ней связь. Небось, считаешь ее родной и близкой. Это все оттого, что артефакторская сила в тебе. Осталось только ее закрепить. И точно говорю, твоя химера не погибнет.

– Это почему? – я искренне удивилась уверенности Маридора.

Старик подмигнул мне.

– Ты не дашь.

Я чуть воздухом не поперхнулась. Ну да, спасти химеру было в первостепенных замыслах. Но даже у меня столько уверенности не было!

Старик вздохнул, глядя на мои сомнения, пальцами щелкнул.

– Раз… два… Сколько мы уже с тобой болтаем? Пожалуй, уже подошло время… – Смолк прислушиваясь. И точно, за дверью послышался лязг оружия, а следом грохот падающих тел.

Старик поудобнее устроился в кресле, и довольная улыбка расплылась по его лицу.

– Что это было? – Я покосилась на дверь.

– Судьба… – нравоучительно проговорил колдун. – Сейчас все зависит от тебя. Как ты решишь, так и сложится твоя судьба и твоей химеры, и много еще кого.

Я осторожно подошла к двери, выглянула. Стражники сидели на полу, откинувшись спинами к стене, уронив головы на грудь.

– Они спят?

– А что им еще делать, если их сонным зельем опоили, – протянул довольно Маридор.

Я ушам своим не верила.

– Вы мне помогаете?

Старик хмыкнул и, сонно щурясь на пламя камина, весело произнес:

– Я? Тебе? Да что ты? Я сплю. Ничего не вижу и не слышу. Меня ведьма одурманила сонным заклятием.

Часть 29

Темные нити, открывающие портал в академию, потухли. Я вышла, оглянулась и по сторонам. Слишком раннее утро, чтобы в коридоре сновали студенты.

В замке уверены, что я под хорошим надзором. Ага, как же! Говорила же, боги самарийские нас не оставят. Пусть не совсем боги мне помогли, но кто знает, может, с их соизволения. Не пришлось пользоваться смертоносными заклятиями и вкладываться до последней капли в темную магию. И я точно знала, куда и к кому иду.

Развернулась в нужном мне направлении.

– Студентка Тана Амиас?

Я чертыхнулась. Вот скажите на милость, что в такую рань здесь делает преподаватель?

Магистр Сьюлин Дарк торопливо шла по коридору, шурша длинной юбкой по серому полу коридора и хмуро на меня смотря.

– Студентка Амиас, что вы делаете так рано?..

Я не дала ей договорить.

– Леди Сьюлин, вы же учите артефакторике? И, наверное, о мифах много знаете.

Она опешила, обеспокоенно приподняла брови. Встала напротив меня и напряженно поинтересовалась:

– Что именно вас беспокоит, студентка Амиас?

– Я не видела в бестиарии ни одного мелкого мифического создания. Их привезли уже взрослыми? А может, все-таки можно выловить кроху и воспитать в стенах академии? Затрат меньше и это не так опасно, как пытаться воспитать взрослого горкона или иное существо.

– Конечно. – Она поправила очки. – Я согласна. Вот только вы же понимаете, мы не имеем таких внушительных средств в истинной магии. А тот резерв, который имеет академия, мы просто не можем позволить тратить на взращивание мифов.

– А как же Горкана? Чем они питаются там?

– О-о-о, моя милая! Горкана – это их мир. Мир истинной магии. Там даже трава, и та вся сплошь с магическими действиями.

– Думаю, там очень много серой хандры, – задумчиво протянула я.

– С этим я согласна, – кивнула мне магистр Сьюлин и тут же схватила меня за руку. – Студентка Амиас, – проговорила с подозрением. – Только не говорите, что собрались достать серую хандру. Забудьте о докладе. Мне совсем не нужно… Я знаю, что вы и так прекрасно осведомлены о действии этой жуткой травы. Даже не смейте!!! – Глаза преподавательницы испуганно округлились.

– Что вы. – Я мягкого отстранила руку магистра от своей. – Даже не думала.

Отвесила вежливый поклон и под пристальным взглядом леди Дарк направилась далее по коридору. Свернула и тогда облегченно выдохнула. И понесло же меня спросить? Язык будто сам повернулся.

Выдохнула, судорожно переводя дыхание. Лишь бы больше никого не встретить.

В последнем мне повезло.

До комнаты Лоди мне больше никто не повстречался.

Я уверенно постучалась.

Вампир меня не ждал и искренне удивился, увидев на собственном пороге. Выглянул, напряженно посмотрел в полутьму коридора. А я немного растерялась. Лоди выглядел сонным и был… не совсем одетым.

Скажу честно, при кажущейся под одеждой худощавостью, рельеф у него оказался более чем привлекательным.

– Ты можешь не смотреть так на меня? – нахмурился вампир. Шагнул вглубь комнаты, рывком сдернул со спинки стула рубашку и накинул на себя. Снова обратился ко мне, застывшей на пороге: – Ты, вообще, что здесь делаешь так рано? Только не говори, что соскучилась или решила узнать, как у меня дела.

– А должна была? – вопросом на вопрос ответила я и вошла в комнату Лоди. Он смутился.

– Кто вас, девушек, знает, – ответил неопределенно.

Я прошлась по небольшому помещению. Это тебе не хоромы Кира и не мои. И хотя Лоди из-за всех сил старался содержать комнату в порядке, везде и всюду проглядывали признаки небольшого достатка вампира. Но все равно, здесь я чувствовала себя намного уютнее, чем в тех же хоромах Кира или покоях в замке. Окружение небольшого пространства было пропитано теплом души и покоем.

– Тана! – позвал Лоди. – У тебя вид очень странный.

Парень напряженно посмотрел на Девону и Знойку в моих руках.

– Что произошло?

– Многое, Лоди… – Я отвела взгляд.

– О том, что Кир тебя оспорил, я слышал.

Я нервно усмехнулась.

– Судя по всему, вся академия слышала, и не только.

– Ну-у, да, – протянул Лоди. – Но ведь тебя не это ко мне привело.

Он смотрел на меня так пристально, что казалось, читал мои мысли.

– Не это… – проговорила торопливо. И выпалила на вдохе: – Отведи нас в Горкану.

У Лоди вытянулось лицо, глаза округлились. Он нащупал рукой спинку железной кровати и припал к ней. Его взгляд снова соскользнул на моих питомцев.

– В смысле – тебя с ними?

– Меня с ними, – подтвердила я.

– С ума сошла? – хлопнул ошарашенно глазами. – Идти в Горкану! Это самоубийство.

– Ваши игрища в конце семестра – самоубийство. А это всего лишь… – задумалась. – Древняя земля.

– Вот именно! – вспылил Лоди, вскочил и начал нервно ходить по комнате. – На игрищах нас защищают артефакты и прикрывают магистры. А это, ты правильно сказала, древняя земля! С ее древними мифами и заклятиями. И прикрывать нас там некому. Хотя мы даже до границы мира мифов не дойдем. Нас по дороге расчленят и умертвиями вокруг Горканы ходить заставят. Я объясню, почему так произойдет. Потому что кто-то слишком самоуверен! Земли Горканы окружены мертвой землей. Ты знаешь, почему наши туда больше не ходят? Потому что вот уже много десятков лет мертвая земля пропитана смертью. Пара тысяч мертвецов, вот что поселилось в этих землях.

– Я знаю, – проговорила медленно, но твердо. – Но ведь кто-то ходит? Привозят же в академию мифов.

Лоди заскрипел зубами от негодования.

– Мифы академии – это те, кто сам вышел из Горканы, потеряшки… Их выискивают и ловят на границе с мертвой землей. И их единицы. Даже не каждый миф способен пройти эти земли!

Вампир остановился напротив меня, сцепил руки в замок.

– Даже не думай об этом, Тана! – рявкнул так громко, что у меня в ушах зазвенело.

– Не буду думать, – согласно кивнула я головой. – Но тогда должна попрощаться с тобой.

Запал вампира разом стих. Лоди оторопело посмотрел на меня.

– Ты не понимаешь? – тоскливо усмехнулась я. – Девону хотят забрать у меня. Изолировать – вот как они это называют, – помолчала. – Я не могу этого позволить.

– Ты точно с ума сошла, – прошептал Лоди бледными губами. У него внезапно осип голос. – Это всего лишь химера.

Девона оскалила на вампира зубы и недовольно рыкнула.

– Для тебя «всего лишь». А для меня… – Я вздохнула очень тяжело. – И поэтому прощай! Ты, пожалуй, единственный в академии, кто не побоялся общаться со мной. Я признательна тебе за все…

– Хватит! – не выдержал Лоди, шагнул, порывисто обнял меня. – Что ты творишь, Тана?

– Лоди. – Я не вырывалась из его объятий. – Мне нужно ее вернуть… Иначе… – Мой голос срывался на звенящий хрип. – Лоди, я не прошу проводить нас до самой Горканы, только открыть мертвые земли. Дальше уже дойдем сами. Мне нужно-то пару минут. Лоди… – Я готова была на колени встать. Но он не позволил, крепче к себе притянул, дышал часто и с дрожью в мои волосы.

– Тана… Ты понимаешь, что это путь в одну сторону?

– Нет, Лоди. Я обязательно вернусь!

Вампир немного отстранился и напряженно посмотрел мне в лицо.

– Ответь мне честно, ты это решила в тот момент, когда я тебе про Горкану рассказал?

– Нет, – покачала я головой. – Не вини себя, – уставилась в носки собственных туфель. – Я ведь не сразу поняла. Мне Девона помогла.

Лоди с ненавистью посмотрел на нее.

– Чтобы неладно стало твоей химере.

Та насупилась, шмыгнула за мою ногу и оттуда зубы оскалила. Знойка покрутила у виска и демонстративно спряталась в карман.

– Прошу тебя, – подняла я молящий взгляд на вампира. – Если ты откажешь, сама пойду. Искать буду долго, но найду.

Он схватился за виски.

– Это безумие, Тана, – выдохнул мне в лицо.

– Само мое нахождение в этой академии – безумие. Происходящее вокруг – безумие. А это всего лишь шаг, от которого зависит чья-то жизнь. От меня зависит! Понимаешь?

Лоди осторожно провел холодными пальцами по моему лицу.

– И как у тебя это получается? Воздействовать на меня! У тебя в роду древних вампиров не было?

Я пожала плечами. А парень снова обнял меня и поцеловал в висок.

– Я отведу тебя к мертвым землям. И сделаю все, что будет в моих силах, чтобы ты могла добраться до Горканы. – И добавил: – Только идти нужно сейчас. Ранним утром обозы с оружием через ворота проходят. С ними и выйдем.

Часть 30

Солнце, бледное и медлительное, будто в тоскливой задумчивости выплывало из-за тяжелых осенних туч, неторопливо перебирая по стенам домов сумрачными рассветными лучами.

Грязные плащи, накинутые поверх меховых, не грели. Или меня трясло совсем не от утреннего холода.

Девона и Знойка сидели тихо в глубоком кармане, обнявшись и прижимаясь к моему боку.

Повозка, в которой мы находились, скрипела. Понурая рыжая лошадь тяжело тянула увесистый груз. Острый наконечник изогнутого кинжала, прорвав серый материал, прикрывающий оружие, то и дело задевал мою руку, тыкался в пальцы, оставляя на них кровоточащий след. Мне бы руку убрать, но я сидела, напряженно вцепившись в край повозки, и нервно кусала губу. Идея Лоди была проста до безумия и оттого пугала меня. Договориться с извозчиком и выйти из города вместе с оружейным конвоем.

Неужели вот так просто пропустит стража?

Да и какой извозчик согласится?

Лоди подмигнул мне, прежде чем подойти к седому мужичку с бледным, худым лицом. Тот слушал его быструю речь, на меня вскользь поглядывал, потом кивнул.

«Так просто?»

– У меня семья отступников, потому наших в первых рядах отправляют, – пояснил Лоди вернувшись. – Это дядюшка Роби. Он оружие из города доставляет. По границе, считай, проходит. Каждый раз, выезжая, с жизнью и семьей прощается. Неизвестно, вернется ли… – Лоди посмотрел на меня напряжено. – Вернемся ли мы, тоже неизвестно. Из города точно выйдем. Ты, главное, молчи, когда он говорить будет.

И я молчала. От страха, от неизвестности, от понимания, во что ввязалась сама и потащила за собой вампира.

В квартале от городских ворот дядюшка Роби кинул нам пыльные и грязные плащи, мы накинули их поверх своих.

– Так-то лучше будет… – сказал он невесело. Дернул поводья. Смурая лошаденка головой мотнула и уныло побрела к воротам.

– Это кто с тобой? – кивнул на нас хмурый стражник с обветренным лицом.

– Новобранцы, – спокойно махнул рукой вампир. – Беспризорники, на мелком воровстве попались. Вот мне и доверили их к нашим довезти. Там от них куда больше пользы будет.

Стражник подошел, посмотрел на нас сурово, прикоснуться побрезговал, слишком уж грязна была наша одежда.

– И то правильно, – сказал вроде и холодно, однако голос дрогнул. Слишком часто он видел таких беспризорников, отправленных туда, за ворота. И точно знал, что возврата им нет.

Тяжело бухая по каменистой дороге, повозка в сопровождении еще десятка таких же покинула Шеван.

У лесной полосы дядюшка Роби чуть свернул от обоза, остановил лошадь и подошел к нам.

– Здесь и расстанемся, – сказал, не глядя на меня.

Я спрыгнула на землю, низко поклонилась.

– Спасибо вам.

Он горестно вздохнул.

– Да пребудут с вами нечистые. Доброй дороги не желаю, недобрая она у вас.

И отошел. Хлопнул лошадь по крупу. Та хвостом махнула и потянула груз дальше.

Я стояла, с болью провожая глазами на удаляющийся обоз.

– Идем, – одернул меня Лоди и направился к лесной полосе.

– Портал построю докуда смогу, – говорил он мне по пути.

Я шла, спотыкаясь о коренья и уворачиваясь от тонких хлестких веток.

– Сам никогда там не был. Только по рассказам и знаю. Как только выйдем, будь начеку.

Я кивала. Внутренне вся собираясь и вспоминая все заклятия, которые знала.

Лоди торопился, поглядывал на восходящее солнце и отсчитывал шаги.

– Нужно так, чтобы на север выходили. И с юга на нас тополя были. Вечнозеленый куст маревки. Он указателем станет. Пара осин совсем рядом. Между ними строить надо…

Я озадаченно смотрела вокруг. Попробуй найди такое место. Лоди продолжал торопливо бормотать:

– Раньше из города студенты ходили, значит, недалеко должно быть. Тропинка, может, и заросла, но само место где-то… – Остановился. – Слышишь? Кликуша… Услышала, зазывает.

– А ты в курсе, что она обычно в топь зазывает? – напряженно полюбопытствовала, не торопясь следом за Лоди.

Он усмехнулся, схватил меня за рукав и потянул на покрик птицы.

– Только не некроманта, зов пославшего. Для нас эта птица – первая помощница.

Я удивлено посмотрела на вампира. Да-а, многого я не знаю о некромантах и о Лоди.

Кликуша сидела низко, на ветке обожженного драконьим пламенем тополя. Смотрела с любопытством и выкрикивала звонко. Красивая птица. Вот только красота ее обманчиво мрачная. Перья длинные – серебристо-серого, черного и темно-синего окраса. Глаза с черным блеском потустороннего света. И впрямь можно поверить, что она некромантам первая помощница. Ходили поверья, что она в царство мертвых души провожает. Кликушу чтили и уважали, но увидеть ее вживую мало кому удавалось.

У меня такая в часиках в моем лесном домике была. Местный кудесник сделал из дерева. Вот только… В жизни кликуша оказалась крупной и пугающей.

– Спасибо, – отвесил поклон птице некромант. У меня озноб по коже прошел. Кликуша усмехнулась. Глаза стали темными и будто провалилась вглубь птичьей черепушки. Жуткое это было зрелище. Лоди оно ни капли не тронуло. Он погрозил птице пальцем. – Не пугай, в нежить обращу.

Кликуша хмыкнула и, ударив крыльями, скрылась между веток тополей.

Я поежилась и отвернулась.

Лоди стоял в паре шагов от меня. Черным маревом обозначилась воронка портала между двух осин. Он смотрел на нее напряженно. Потом перевел взгляд на меня.

– Может, ты передумаешь?

– Нет! – ответила я уверенно и вошла в черную зыбь.


    Ваша оценка произведения:

Популярные книги за неделю