Текст книги "Ой, мама, я попала! Из старой девы - в королевы (СИ)"

Автор книги: Наталья Нежданова

сообщить о нарушении

Текущая страница: 2 (всего у книги 16 страниц)

Глава 5

Этот мир не слишком-то безопасен для одинокой и совершенно беззащитной девушки. Но лучше рискнуть, чем оказаться фактически в рабстве на всю оставшуюся жизнь.

Вот только куда мне пойти? Ломаю голову изо всех сил и не нахожу приемлемых вариантов. Ну, почему эта Ирейна была такой нелюдимой? Ни знакомств полезных, ни связей. У неё даже подруг толком не было!

Хотя одна всё-таки была. По имени Люсия. Тоже из благородных. Вот к ней-то я, пожалуй, и отправлюсь. Что им, сложно приютить меня на совсем короткое время?

Надо добраться до города. Но как? Ирейна не имела ни малейшего представления о местной географии. Её везде возили в карете. Я даже не представляю, в какую сторону идти! Знаю только его название – Аргус.

Спрашивать у прохожих? Слишком рискованно. Они и так наверняка обратят на меня внимание. Благородные девицы не выходят из дома одни. Тем более, пешком.

Значит, придётся переодеться и косить под какую-нибудь крестьянку. А что, идея! Иду из деревни в город, чтобы найти место прислуги.

Нет, не прокатит! Память Ирейны подсказывает, что здесь – нечто вроде крепостного права в моём прежнем мире. Чтобы выйти из деревни, надо иметь бумагу с разрешением от благородного господина, её владельца.

Может, самой написать? Правда, я не знаю, как такие выглядят. И печать рода, наверное, должна быть. Точно, я видела её у отца в кабинете! Если, конечно, дядюшка не успел себе захапать. С него станется.

Изо всех сил пытаюсь мысленно воспроизвести дорогу до города. Хоть какие-то ориентиры. Но вспоминаю лишь, что выезжали рано утром, прямо на рассвете или даже ещё раньше, и ехали целый день. Разве что в обед останавливались на специальном дворе, где меняли лошадей на свежих. И поздно вечером приезжали в наш городской особняк.

Это значит, пешком мне дня три, не меньше, идти придётся! – соображаю я. – Надо тогда еду с собой собрать. И насчёт ночёвки подумать.

Не знаю, что и делать. В деревнях проситься? Страшно! Ну как ограбят, или, того хуже, домогаться начнут?

Где-нибудь в лесу спать – ещё страшнее. Тут водятся какие-то звери типа волков, которых все боятся. Да и местность я не знаю.

Может, карту поискать? Похоже, мне придётся опять наведаться в библиотеку.

Опять слышу шаги за дверью и лишь в последний момент успеваю припрятать лежащую рядом книгу. Очень кстати, потому что на этот раз меня решил почтить своим присутствием сам дядюшка Падлор!

– Как вы себя чувствуете, дорогая племянница? – умильно улыбаясь, спрашивает он.

– Неважно! – напустив на себя страдающий вид, вздыхаю я.

– Очень, очень жаль! Впрочем, искренне рад, что вы пришли в себя после того трагического обморока!

Трагического обморока? Какой же он гад всё-таки! Я ведь знаю теперь, отчего погибла прежняя Ирейна. Сразу после похорон её отца Падлор привёл сюда жениха вместе с нотариусом, чтобы заключить помолвку.

А, кстати, заключили или нет? Несчастная сирота потеряла сознание, едва юрист закончил читать соответствующий документ.

– Я, пожалуй, позову к вам хорошего целителя, ведь уже через месяц ваша свадьба!

– Ах, дядюшка, до свадьбы ли мне сейчас? – начинаю причитать я. – Ведь мой папенька…

– Ну-ну, немедленно прекратите ваши женские излияния! Я забочусь о вашем будущем! Негоже девице в таком возрасте оставаться без законного супруга! От этого возникают всякие нехорошие соблазны, могущие привести к возмутительной безнравственности!

Тоже мне, моралист нашёлся! – возмущённо думаю я. – Знала бы твоя жена…

– Свадьба состоится через месяц, и точка! – решительно заявляет опекун.

Получается, у меня совсем мало времени. Ещё и Нирия эта будет за мной следить. Надо что-то делать, и срочно!

Прикрываю глаза и откидываюсь на подушки.

– Простите, дядюшка, я ужасно устала от нашего разговора! Но мне уже полегче, чем вчера!

Всё-таки не переиграть со своим якобы плохим самочувствием. Хотя оно и правда оставляет желать лучшего. Однако целитель мне точно ни к чему. Ещё раскусит моё притворство.

– То-то же! – торжествующе произносит Падлор и прощается.

Вздыхаю с облегчением, когда он покидает мою спальню. Вскоре Нирия приносит обед.

До вечера ещё далеко, и мне ничего не остаётся делать, как только читать. Мерзкие всё-таки у них законы! Но знать их очень даже полезно.

Эх, и почему моя предшественница нисколько не интересовалась тем, как устроена реальная жизнь? Максимум, что она читала – романы про рыцарей и прекрасных дам. Ни о политике, ни об экономике, да что там – даже о состоянии дел в поместье толком не осведомлена!

Ближе к вечеру опять появляется Нирия и зажигает свечи. Естественно, не спичками, а от принесённой уже горящей свечи. Как же они тут огонь-то добывают, интересно? Ирейна и этого не умела.

Вместо того, чтобы уйти, эта растрёпа вертится и мнётся, как будто что-то хочет сказать. Ах да, ей же велено втереться ко мне в доверие!

– Как вы себя чувствуете, госпожа Ирейна? – елейно улыбается она.

– Не очень, но, кажется, мне получше. Думаю, через пару дней смогу выходить! – отвечаю я.

– Ах, какая радость! Женишок-то уже ждёт вас, красавицу нашу!

Вспоминаю внешность того проходимца, дядюшкиного дружка. Обрюзгшее ицо с красными прожилками, жидкие сальные волосы с залысинами на лбу. На вид довольно хилый, причём явно утягивает выпирающий живот. Брр…

В голову приходит мысль спросить её про наряды и перевести разговор на поездку в город. Сбежать прямо в городе было бы легче.

– Дядюшка говорит, что свадьба уже через месяц, а у меня даже одежды достойной нет!

– Так ведь траур же по папеньке! Дядюшка и решил обойтись без всяких этих финтифлюшек! Нарядных платьев у вас и так хватает. И украшения фамильные наденете!

Да пофиг ему на траур! Просто денег жалко! – меня аж трясёт внутри от этого лицемерия. И,.самое печальное, поездка в город мне, получается, не светит.

После таких известий мне ничего не стоит напустить на себя огорчённый вид и отвернуться к стене, давая понять, что продолжать беседу я не собираюсь. Пусть идёт, доносит!

Глава 6

Нирия уходит, а я смотрю на зажжённые ею свечи. Внезапно передо мной встаёт вдруг воспоминание Ирейны, как её отец зажигал их без каких-либо приспособлений. Просто протягивал руку, и фитили сами вспыхивали. Что это? Какой-то фокус?

Опять прилежно копаюсь в унаследованных мною остатках её памяти. Не может быть! Я же знаю, что магия противоречит законам природы! Обычно то, что ею называют – просто шарлатанство. Ну, или самовнушение у впечатлительных людей.

Вот только те факты, что я извлекаю из памяти моей предшественницы, свидетельствуют, что в Дарниуме всё иначе. Некоторые люди могут использовать загадочную энергию, присутствующую в этом мире, творя с её помощью совершенно фантастические вещи. Да и вообще, я ведь и сама побывала в некой сверхъестественной реальности, прежде чем меня сюда закинуло.

Вдруг у меня тоже такое есть? – осеняет меня. – А что, по наследству вполне могло передаться. Вот здорово бы! Не пришлось бы ни дядюшки Падлора опасаться, ни мерзкого жениха.

Я задуваю одну свечу и долго пытаюсь зажечь её вновь. И руку протягиваю, и пальцами щёлкаю, и дую, и просто ладонь над фитильком держу. Увы, все мои усилия оказываются напрасными.

А может, этому надо как-то учиться? Но у кого узнать?

Кроме библиотеки ничего в голову не приходит. Однако идти туда ночью мне больше не хочется.

Я вспоминаю присказку: хочешь что-нибудь спрятать – положи на видное место! Что, если завтра я попрошу Нирию отвести меня в книжный зал, чтобы взять что-нибудь почитать? По идее, это не должно вызвать никаких подозрений.

Вот только мой выбор книг наверняка покажется странным. И Падлор может заподозрить неладное, если она донесёт. Но может, я зря переживаю, и она вовсе не умеет читать? Что ж, утром проверю.

Когда Нирия приносит завтрак, я спрашиваю, может ли она принести мне книгу, какую я скажу.

– Ах, госпожа Ирейна, я бы с радостью! Вот только грамоты не знаю. Не разберу, что там на них написано!

Что ж, одной проблемой меньше.

– В таком случае поможешь мне одеться и дойти, чтобы взять самой! – приказным тоном произношу я.

– Как скажете, госпожа! – кивает прислуга.

Меня страшно угнетает вся эта ситуация. Я привыкла к свободной и честной жизни без необходимости бояться и притворяться. Справлюсь ли?

Должна! – говорю я себе. – Всего-то продержаться до совершеннолетия – и дальше жить спокойно всю оставшуюся жизнь. Осуществить, наконец, свою мечту – заложить фееричный цветник. Да и заработать на этом можно, если денег хватать не будет.

А ведь я даже не знаю: будет, или не будет! – соображаю вдруг. Ирейна этим вообще не интересовалась.

Хожу вдоль книжных шкафов и ищу то, что мне надо. Пока безуспешно. Большинство книг посвящены юриспруденции, военному делу или различным хозяйственным вопросам. Если честно, я бы с удовольствием почитала про здешнее сельское хозяйство и управление поместьем, но сейчас не до этого. В первую очередь мне бы научиться хоть за себя постоять. И магия для этого – самое то!

Нирия стоит у двери и недовольно косится на меня.

– Можешь идти заниматься делами! – произношу я. – Зайдёшь за мной перед обедом!

Опять осматриваю полки. Неужели совсем ничего про магию? Но я же знаю, что она здесь не под запретом. Наоборот, очень даже ценится.

Наконец, на одной из верхних полок нахожу несколько потрёпанных томиков без надписей на корешке. Просматриваю и их.

«Основы стихийной магии» – стоит на обложке одной из книг. То, что надо!

Для маскировки беру один роман и книгу про управление поместьем.

Усаживаюсь в кресло и открываю магический фолиант. Точно, как я и думала: целая глава с описанием подготовительных упражнений.

Вот ведь невезуха! Тут написано, что для проявления хотя бы самых минимальных достижений требуется как минимум три месяца регулярных тренировок!

Ах да, мне же карта ещё нужна! К сожалению, той, что надо тут, похоже, нет. Разве что всей Лотарии. С интересом разглядываю, вот только толку от неё немного. Город Аргус я, конечно, нахожу, но определить даже примерное местонахождение поместья не в состоянии.

Вот и Нирия. Сую ей в руки выбранные книги и возвращаюсь к себе. И обед прошу принести в свою комнату, сославшись на усталость от первого выхода после болезни.

Весь остаток дня прилежно занимаюсь подготовительными упражнениями. Они жутко нудные, но моя мотивация сильней!

Вот только время… Вечером долго не могу заснуть, размышляя, как мне бежать.

Внезапно дверь в мою комнату распахивается и входит Падлор.

– Добрый вечер, дядюшка! – стараясь, чтобы мой голос звучал непринуждённо, говорю я. – Что привело вас ко мне в столь поздний час?

– Где книги, которые ты сюда притащила? – задыхаясь от ярости, произносит он, окидывая меня уничтожающим взглядом.

– Вот, на столике! – указываю я на роман и книгу про управление поместьем.

– Ещё? – спрашивает он.

Кажется, у меня намечаются проблемы! Опекун зовёт Нирию и велит ей обыскать мою комнату. Она роется в шкафах и ничего не находит.

– Может, под подушкой? – указывает она на мою кровать.

– Встань! – приказывает Падлор.

Не вижу иного выхода, как только повиноваться. Нирия перерывает мою постель и находит спрятанные под матрасом фолианты.

– Думала меня обмануть? Хитрые планы строила? – злобно шипит опекун, приблизив своё лицо в моему. – Больше не выйдешь из своих комнат!

Опять лежу в постели. Справа дверь, за ней узенький коридорчик без окон, потом крошечная уборная с умывальником. Слева за занавешенной аркой маленькая гостиная, которая теперь заперта на ключ снаружи. Всё это будет моей тюрьмой на ближайший месяц.

Да уж, недооценила я мерзавку Нирию!

Глава 7

Просыпаюсь утром и вспоминаю случившееся накануне. Неужели я обречена? Ну уж нет!

Не сдамся ни за что! Какое счастье, что я не стала откладывать в долгий ящик изучение учебника по магии и хорошенько освоила целых три упражнения для пробуждения дара! Именно этим сейчас и займусь.

Сразу после завтрака Нирия заявляет, что я должна красиво одеться и спуститься в гостиную к дядюшке. Меня охватывает нехорошее предчувствие.

Растрёпа-служанка помогает мне надеть платье и идёт за мной, не отступая ни на шаг. Как самый настоящий конвоир.

Дядюшка Падлор, умильно улыбаясь, поднимается с кресла и приветствует меня лёгким кивком головы:

– Что же вы так долго, господин Ронар уже заждался!

Ага, тот самый жених. Выглядит ещё противнее, чем в прошлый раз. Или я просто себя накрутила?

Да нет. Он даже голову не удосужился помыть! Зачёсанные назад до прилизанного состояния волосы спадают на плечи слипшимися сосульками.

К тому же, судя по одутловатому лицу и красноватому носу, этот Ронар явно злоупотребляет вредными излишествами.

В довершение всего от него исходит резкий и приторный запах какого-то благовония. Тьфу, ну и парфюм тут у них! Мне аж чихать хочется!

Я замираю на месте в полной растерянности. Повисает неловкое молчание. Дядюшка сверлит меня недовольным взглядом.

– Позвольте вашу ручку! – произносит, наконец, жених.

Ах да, я совсем забыла, что по этикету должна подать ему руку для поцелуя! Делать нечего, протягиваю правую руку. Он хватает мою ладонь толстыми пальцами с обкусанными ногтями и тянет к лицу. Его губы оставляют на тыльной стороне слюнявый отпечаток.

Вытереть бы обо что-нибудь! – мечтаю я. Увы… Меня пробирает дрожь от одного представления, что этот человек будет прикасаться к моему телу. А мысль о сексе с ним и вовсе заставляет подкашиваться ноги. Я должна избежать свадьбы во что бы то ни стало!

Увы, на этом мои мучения не заканчиваются. Я вынуждена сидеть и слушать их нудные разговоры о каких-то совершенно незнакомых мне людях.

Наконец, мой опекун поднимается и говорит:

– Пойду распоряжусь насчёт обеда! Через полчаса прислуга проводит вас в столовую!

Уходя, он заговорщицки подмигивает Ронару. Я холодею.

Едва за дядюшкой захлопывается дверь, проклятый жених оскаливается улыбкой и смотрит на меня так, как будто хочет раздеть. Я опускаю взгляд.

– Ну что вы, дорогуша! – с усмешкой произносит Ронар. – Совсем скоро вы будете моей! Целиком и полностью!

Мне хочется вскочить и бежать. Понимаю, что бесполезно. Просто молчу, глядя в никуда.

На моё колено ложится тяжёлая рука. Тыльная сторона покрыта рыжеватыми волосками. Пальцы, напоминающие сардельки, сжимаются, охватывая мою ногу.

– Что вы себе позволяете! – возмущённо произношу я.

– Вы – моя невеста! – невозмутимо отвечает мерзавец.

– Но пока не жена! И прошу соблюдать приличия!

– Да что вы, право! Какая вам разница, неделей раньше, неделей позже? Всё равно в итоге вы будете лежать подо мной без ничего и делать всё, что я захочу!

– Прекратите! – яростно взвиваюсь я, вскакивая на ноги.

Ронар хватает меня за руку и тянет. Я вырываюсь, а он пытается усадить меня к себе на колени.

– Я буду кричать!

– Кричите, сколько влезет! Мы с вашим дядюшкой уже обо всём договорились!

Сердце сжимается от страха. На меня наползает ощущение абсолютной беспомощности и обречённости.

– Вот так-то лучше! – произносит Ронар и лапает меня за грудь.

Возмущение от столь вопиющего попрания моих личных границ заставляет меня встрепенуться. Я вновь обретаю волю к сопротивлению, изворачиваюсь и бью его локтем в бок.

Негодяй охает, ослабляя хватку. Я вскакиваю и несусь к двери. Он за мной.

– Да что от тебя, убудет, что ли? – задыхаясь, произносит он, хватая меня за платье.

Оборачиваюсь и отвешиваю ему пощёчину. Аж руке больно становится.

– Ах ты,…!

Такими грязными словами меня ещё никто не оскорблял! Обида и ненависть заставляют вскипеть кровь. Я хватаю со стола тяжёлый подсвечник и замахиваюсь:

– Не подходи! Убью!

А горе-женишок, похоже, труслив! Бочком, бочком пятится к выходу и рвёт на себя дверь.

Всё ещё держа в руках подсвечник, опускаюсь на диван. На глазах выступают слёзы. Вот ведь попала-то! Что же мне теперь делать?

За дверью раздаётся громкий топот.

– Да она бешеная просто! Настоящая одержимая! – слышится возмущённый голос жениха. – Убить меня пыталась!

Дядюшка Падлор распахивает дверь и вперивает в меня яростный взгляд. Моя рука разжимается и обличающая меня улика с грохотом ударяется о паркет.

– Будешь сидеть на хлебе и воде, дрянь! – шепчет он, вытаскивая меня из гостиной.

Я опять в своей тюрьме, хоть и комфортной. Устраиваюсь с ногами на широком подоконнике и обречённо смотрю на улицу. Мрачная и сырая погода конца зимы навевает уныние. А мне и без того тошно.

Неужели у меня нет никаких шансов избежать уготованной мне печальной участи? Содрогаюсь от омерзения, представив, как волосатая рука с обгрызенными ногтями шарит по моему обнажённому телу.

Заставляю себя переключить внимание на магию. Похоже, это мой единственный шанс что-то изменить. До изнеможения выполняю и выполняю те три упражнения, что успела запомнить.

Нирия приносит мне скудный не то обед, не то ужин. Я демонстративно отворачиваюсь и не отвечаю на её вопросы. А когда она уходит, в моей голове начинает вырисовываться один интересный план.

Сработает, или нет? – напряжённо размышляю я. – Ах, какая разница, мне ведь всё равно нечего терять!

Глава 8

Тщательно перерываю свои вещи и нахожу несколько мелких монеток. Для слуги, которого Нирия утром и вечером впускает ко мне для топки камина в гостиной. Теперь только улучить момент, когда она не сможет подслушать.

Увы, дядюшкина шпионка всё время стоит над душой у истопника. Ни в этот, ни в следующий день у меня ничего не выходит. Лишь через день ей приходится куда-то ненадолго отлучиться.

Я сую слуге приготовленные монеты и прошу сообщить домоправительнице Ларии, что у меня к ней очень важный разговор.

Весь остаток дня я как на иголках. Но ничего не происходит. Ни в этот день, ни в следующие. Неужели моя попытка вырваться из изоляции оказалась напрасной?

Лишь спустя неделю вместо Нирии мне приносит обед сама домоправительница. Да и еда на удивление хороша и обильна. Я от такой уже отвыкла.

– Искренне рада тебя видеть, мора Лария! – церемонно приветствую я.

– О чём вы хотели со мной говорить? – с подозрением спрашивает старушка.

– Видишь ли, и мой покойный папенька, и я всегда были довольны твоей службой. Я собиралась оставить тебя в этой должности и после моего вступления в наследство. Но кое у кого, похоже, несколько иные планы…

– Какие ещё планы? – перебивает меня домоправительница.

Тогда я рассказываю ей про ночное общение Нирии с дядюшкой Падлором.

– Вот ведь мерзавка! – ругается Лария. – Да если бы не я, не видать бы ей этого места, как своих ушей! Горбатилась бы в поле! Ну, я этого так не оставлю!

– Помоги мне бежать и добраться до Аргуса! – прямо и честно заявляю я. – До моего совершеннолетия – меньше трёх месяцев! Вступлю в наследство – в долгу не останусь!

Лария всплёскивает руками и принимается охать и ахать. Мои надежды стремительно улетучивается.

Старушка замирает вдруг и задумывается. Её напряжённую мыслительную работу видно невооружённым взглядом.

– Я подумаю! – произносит она, наконец, и уходит.

Опять тянутся томительные, полные напряжённого ожидания дни. Если бы не упражнения по развитию магического дара, требующие полного погружения и концентрации, я бы, наверное, с ума сошла.

До проклятой свадьбы остаётся чуть больше недели. Я плохо сплю и почти ничего не ем. Неужели мне действительно придётся стать женой этого Ронара?

Внезапно вместо Нирии опять появляется Лария:

– Ночью я отопру вашу дверь! Вы должны встать до рассвета и спуститься на кухню. Возьмёте под столом мешочек с едой и выйдете через чёрный ход. Пройдёте через огород и свернёте на тропу вдоль забора. Она выведёт вас к проезжей дороге.

– А в какую сторону хоть идти-то? – спрашиваю я.

– Направо! Вскоре вас нагонит телега с гнедой лошадью. Возница – мой племянник. Довезёт вас до самого города. А дальше уж сами как-нибудь! Помогай вам боги!

Пробормотав всё это, домоправительница уходит. Неужели мне в кои-то веки повезло?

Соображаю, что мне надо приготовить вещи в дорогу. Отдёргиваю занавеску, отделяющую гардеробную нишу в моей спальне и перебираю платья. Вот это из серого сукна подойдёт. Простовато, конечно, но так даже лучше.

Достаю из шкафа кое-что из белья и запасные чулки. Ещё тёплую шаль на голову. Шапок здешние женщины не носят.

А с обувью печально. Ничего более тёплого, чем лёгкие сапожки с тонкой подошвой, я не нахожу. И как быть с верхней одеждой? Я даже не знаю, где она хранится! На худой конец нахожу в шкафу тёплую меховую жилетку.

Чтобы не проспать случайно, решаю вообще не ложиться. Усаживаюсь на подоконник и заворачиваюсь в одеяло.

За окном непроглядный мрак. Я смотрю в него, и на меня накатывает самый настоящий ужас. Я совсем не знаю этого мира! И память Ирейны мало чем может помочь. Ведь она вела совершенно праздную жизнь изнеженной и витающей в облаках благородной девицы-домоседки.

Но другого пути у меня всё равно нет. До моего совершеннолетия – чуть больше двух месяцев. И это время я должна как-нибудь продержаться.

Несмотря на не слишком удобную позу, я едва не засыпаю. Но вовремя спохватываюсь и встаю, как только небо начинает светлеть.

Накидываю жилетку и шаль, надеваю сапожки и беру с собой узел с бельём. В нём же спрятаны три серебряные монеты – всё, что мне удалось найти.

Медленно, чтобы не скрипнула, приоткрываю дверь и прокрадываюсь к лестнице вниз. Затаив дыхание, осторожно ставлю ноги на ступеньки.

Вот и кухня. Привыкшие в темноте глаза различают мешок под столом. Распутываю стягивающий его ремешок и вдыхаю запах еды. Пихаю сверху свой узел и устремляюсь к чёрному ходу.

Открываю дверь и мне навстречу сквозит ледяным холодом. Ночью подморозило и земля покрыта инеем. Оглядываюсь назад и вижу висящий на стене полушубок из овчины. Он большой и тяжёлый, но лучше уж такой, чем ничего. Надеваю его и шагаю вперёд.

Ловлю себя на том, что впервые нахожусь под открытым небом своего нового мира. Ах, о чём я? Подумаю об этом потом. Мне бы не заблудиться только!

Впереди виднеется изгородь. Кажется, я уткнулась в тупик! Подхожу ближе. Это всего лишь примитивные ворота из жердей, которые можно отодвинуть. Но мне это не под силу, поэтому я просто наклоняюсь и пролезаю между обледеневшими палками.

Наконец, выхожу на дорогу. Поворачиваю направо и иду как можно скорее. Мне страшно, что кто-нибудь меня увидит. Или в доме хватятся.

Тяжёлый полушубок придавливает к земле. Но я упорно шагаю вперёд. А когда совсем выдыхаюсь, представляю себе похотливый взгляд Ронара и тянущиеся ко мне волосатые руки с толстыми пальцами. Я должна избежать этой свадьбы во что бы то ни стало!

Сзади доносится странный звук. Как будто кто-то едет. Я испуганно оглядываюсь. Точно! Надеюсь, это действительно племянник Ларии.