Текст книги "" Всехние" дети детского дома (СИ)"
Автор книги: Наталья Добровольская
сообщить о нарушении
Текущая страница: 9 (всего у книги 19 страниц)
Глава 16." Иван Сусанин " или « Жизнь за Царя».
Глава 16. "Иван Сусанин " или « Жизнь за Царя».
Как бы то ни было, потихоньку экзамены подошли к концу. Больше никаких приключений не было, все проходило в обычном режиме, подруги сдали оставшиеся экзамены на "отлично, даже Айгуль, которой помогали подружки, да и она сама очень старалась.
Видимо, вмешательство Марксэна и его обещание разобраться "по – партейному", дошло и до учащихся, и до преподавателей и заставило всех держаться в рамках. Да и позор Марфы также не вдохновлял других "закадычных" недоброжелательниц на повторение ее проделки.
Парторг, как и пообещал подругам, не стал никуда уходить из училища, но его авторитет в районе значительно вырос, а уж открытие Ленинской комнаты и участие его подопечных в больших мероприятиях и концертах разного уровня принесло ему еще больше баллов в копилку рейтинга, как сказали бы в будущем, так что связываться с ним никто не решался.
Но после экзаменов наступила такая усталость, такое опустошение, что всем хотелось как-то отдохнуть и расслабиться. И здесь очень вовремя прозвучало предложение Максима Дормидонтовича посетить известный спектакль Большого театра " Иван Сусанин", где он исполнял заглавную роль.
Ни Надежда, ни Владимир в своей прошлой жизни в этом знаменитом театре не были – билетов никогда не достать, да и дорогие они всегда были.
А тут Максим Дормидонтович принес пригласительные билеты без указания числа зрителей, поэтому решили пойти всем большим коллективом – конечно, все подружки, Володя и Тракторина, смогли вырваться и Вася с Алексеем, короче, вся большая семья, кроме Симы, которая уже уехала на гастроли.
Во главе этой веселой компании была Аглая Сергеевна, которая в своем строгом темно – синем бархатном платье с кружевной шалью на плечах выглядела, да и была по сути, важной гувернанткой, выведшей в свет "барчуков – неучей".
Девушки были в своих платьях "от Ламановой", приоделась и Рина – с помощью все той же Аглаи Сергеевны она сшила очень миленькое платье из плотного синего шелка в тон с платьем нашей ГранМэр, и тоже с кружевным воротничком, и все это очень ей шло, делало строже, взрослее и очень красивой, что оценили все и даже Владимир, что заставляло Рину цвести маковым цветом от радости и смущения.
И даже Маруська слезно выпросилась пойти с ними, хотя ее и предупредили, что спектакль долгий и музыка еще тяжеловата для нее. Но она клятвенно обещалась не ныть и терпеть, даже если и будет скучно.
Но, чтобы ей, да и всем остальным, было хоть что-то понятно в тех событиях, что отразились в опере Михаила Ивановича Глинки, Надя и Володя, вспомнив уроки истории, рассказали в общих чертах подоплеку происходящего, упомянув и про Смуту, и про введение на царствование будущего Михаила Романова, первого царя из династии, которая и правила на Руси вплоть до Революции.
Налегали, естественно, они больше на роль Ополчения во главе с князем Пожарским и купцом Мининым, памятник которым все видели на Красной площади, на единство народа перед лицом интервентов.
Рассказали они и о том, как поляки, собственно, оказались в лесах Костромской губернии, да и в чем суть самого подвига Сусанина, и почему он так запомнился в веках, что его имя стало нарицательным, синонимом человека, который завел других куда-то не туда и про которого в будущем сочинят массу анекдотов. Ему даже поставят в Костроме памятник, кстати, на постаменте бывшего монумента Владимира Ленина, один из самых высоких в России. Надя, побывавшая когда то в этом славном городе, была очень впечатление видом этого необычного монумента.
Куколка от посещения спектакля отказался, объяснив, что он больше любит балет и с удовольствием посмотрел бы «Щелкунчика», чем эту довольно сложную для восприятия «тягомотину», как он выразился.
Интересна история этого представления. Совсем недавно, второго апреля тридцать девятого года, была впервые показана отредактированная самим Сталиным новая версия спектакля. Это был уникальный случай, когда первое лицо государства корректировало постановочный замысел. На этот раз эпилог действия был показан как торжество народа-победителя, апофеоз его героев.
Зрителям открывался вид на Красную площадь, широкий помост, устланный малиновым сукном, толпа народа в ярких и пестрых нарядах на фоне собора Василия Блаженного. И, когда из ворот Кремля верхом на конях выезжали Минин и Пожарский в сопровождении хора «Славься!» – зал раздавался бурными аплодисментами.
И если в будущем многие "либерасты" ехидничали по поводу того, что было убрано старое название "Жизнь за царя" и все "верноподданнические" мотивы, Надя и Володя с новой редакцией были согласны.
В преддверие новой страшной войны важно было показать единение народа, стремление простых людей отдать свою жизнь не за царя, а за Родину. Да и до Сталина название оперы также было изменено, да никем иным, как самим Императором Николаем 1, Михаил Глинка первоначально назвал свое произведение "Смерть за царя". Но оно показалось слишком пессимистичным и было заменено на каноническое.
Кстати, подвиг простого крестьянина Ивана Сусанина, жителя Костромской губернии, был неоднократно повторен и в годы Великой Отечественной войны.
Но мы немного отвлеклись и пора вернуться к нашим героям. А они на том же самом автобусе, что возил их когда-то к Большому театру в мастерские Надежды Ламановой, за рулем которого сидел всем знакомый Иван, шофер Михайлова, приехали еще раз к этому прекрасному зданию, но теперь уже к главному входу.
Войдя вовнутрь, все немного растерялись от безумной красоты внутреннего убранства театра, но Аглая Сергеевна, дав им немного времени, чтобы осмотреться и прийти в себя, уверенно повела всех на свои места, где их ждал целый ряд в центре партера, чьи мягкие удобные бархатные кресла были готовы принять их в свои объятья.
Зазвучали первые такты музыки, медленно и величаво поднялся занавес, спектакль начался. И исчезло все – приятные соседи рядом и их шепотки обсуждения их необычной группы, усталость от пройденного пути экзаменов, все эмоции, кроме одной – восторга от того, что они сейчас видели и слышали.
Все с интересом смотрели представление, завороженные действительно масштабным впечатляющим зрелищем, но более всех была потрясена Маруся. Если сначала она вертелась, осматривалась, приноравливалась поудобнее к слишком большому для нее креслу, спрашивала, когда будет петь "дедушка Максим", но, когда началось представление, она пропала, и, судя по всему, даже и дышала через раз, так она была поглощена происходящим действием.
А уж когда на сцене появился Михайлов, которого не сразу и узнали – настолько впечатляющий образ Ивана Сусанина отличался от всем привычного доброго и располагающего к себе "дедушки" Максима, что все завороженно, с замиранием сердца смотрели не отрываясь на певца и слушали великую музыку.
И только во время антракта Маруся выдохнула и очень громко и уверенно сказала:
– Я обязательно буду петь здесь, на этой сцене, вместе с "дедушкой Максимом", то есть, вместе с Максимом Дормидонтовичем.
И если эти слова вызвали добрые усмешки окружающих, то никто из подруг не улыбнулся, зная талант и целеустремленность девочки, они в этом нисколько не сомневались.
И уже вечером, вернувшись в детдом, девочка очень серьезно еще раз повторила, что она хочет петь на большой сцене и попросила Надю купить ей пластинку с записью оперы, чтобы послушать еще раз.
Интересно, что одна сторона патефонной пластинки вмещала сейчас лишь одну небольшую часть записи. Поэтому тем, кто хотел иметь дома целую оперу, приходилось покупать самый настоящий альбом – картонную папку с пачкой дисков. С этого пошла традиция называть длительные концерты и студийные записи «альбомами». Такой альбом и был приобретен для всех, и Маруся, да и остальные дети и взрослые многократно слушали его на проигрывателе.
Посещение оперы воодушевило и, как ни странно, и Владимира. Он тоже что-то постоянно напевал, видимо, вдохновленный великой музыкой.
Рискнул он и исполнить кое – что из вспомнившегося. А подтолкнула его к этому случайная сценка, произошедшая однажды вечером.
Хозе, воспитатель испанских детей, как-то наигрывал, сидя на скамейке в кругу детей, какую – то незатейливую национальную мелодию на своей гитаре, очень похожей на те, что были у многих парней во дворах Советского Союза.
И почему-то вспомнилась Владимиру, видимо, по ассоциации с услышанным и увиденным на сцене, песня времен его службы в Афгане, которая была очень созвучна и этим тревожным временам, правда, с небольшими изменениями в тексте:Если сложить все тропинки, что пройдены вместе,То бы хватило дороги дойти до Луны!Пусть было трудно и страшно, но это все в памяти,И нам не надо другой, даже лучшей судьбы!Я хотел бы вам всем сказать,Я хотел бы вас всех обнять,Кто прошел по дорогам войны, -Мы навеки в одном строю,Мы навеки остались в боюЗа народное счастье нашей страны.Если вам в жизни вдруг станет тревожно и пасмурно,Вспомните песни, что пели когда – то в ночи,Пусть вас волнуют заботы семейные, мирные,И пусть найдутся для вас от счастья ключи!
Я хотел бы вам всем сказать,Я хотел бы вас всех обнять,Кто прошел по дорогам войны, -Мы навеки в одном строю,Мы навеки остались в боюЗа народное счастье нашей страны.
Так у нас появился еще один певец, на что Надя со смехом заявила, что исполнительство – оно такое дело, очень заразное.
А сама призадумалась над тем, что ведь она практически не затронула огромный пласт песен, которые пелись под гитары – очень распространенный и сейчас инструмент. Только это считали пошлостью и мещанством, поскольку под нее в основном исполнялись блатные песни времен нэпа, а ведь под ее аккомпанемент отлично ложились и патриотические песни группы " Любе", которые очень любила в будущем Надежда, и "окопные" песни времен Афганистана, которые неплохо знал Владимир.
А еще почему-то от серьезных песен воспоминания девушки перешли к песням дворовым, которые также исполнялись под гитары. У них были легкие слова и незамысловатые мелодии, но они занимали большое место и на эстраде будущего, и в памяти и сердцах людей ее поколения.
Это были песни Юрия Шатунова, Андрея Разина, Евгения Осина, Виктора Рыбина и других известных и безымянных певцов, совсем другие по содержанию, настроению, но тоже очень душевные.
И первой у нее всплыла известная песня "Детство" в исполнении Юрия шатунова. Может, от того, что певец тоже воспитывался в школе – интернате, может, потому, что Надежда вспомнила свою юность, может, еще почему-то, но внутри нее зазвучала именно она, эта знаменитая песня, и она сразу стала ее записывать, правда, в ней она имя "Наташка" заменила просто на слово"девчонка", чтобы никого не обижать:
Детство, детство, ты куда бежишь,Детство, детство, ты куда спешишь.Не наигрался я еще с тобой,Детство, детство, ты куда? Постой.А я хочу, а я хочу опятьПо крышам бегать, голубей гонять.Дразнить девчонку, дергать за косу,На самокате мчаться по двору.Старушки искоса на нас глядят,Не узнают вчерашних забияк,А мы с девчонкой по двору идем,И нет нам дела больше ни о чем.А я хочу, а я хочу опятьПо крышам бегать, голубей гонять,Дразнить девчонку, дергать за косу,На самокате мчаться по двору.Детство, детство, ты куда ушло,Где уютный уголок нашло.Детства милого мне не догнать,Остается с грустью вспоминать.А я хочу, а я хочу опятьПо крышам бегать, голубей гонять,Дразнить девчонку, дергать за косу,На самокате мчаться по двору.
Так, под песни и воспоминания, и шли дни отдыха, немногочисленные, но позволившие и расслабиться, и настроиться на дальнейшую учебу.
И еще одно известие всех обрадовало, это было письмо от Олеси. Она с восторгом писала, что самолеты, купленные на деньги Максимова и Мессинга, пришли к ним в эскадрилью, и за право на них летать развернулось нешуточное соревнование. И тут в честной борьбе и победили Михась и командир их подразделения, им и были вручены эти самолеты. Всех это известие обрадовало, а Надю подтолкнуло уточнить, а сколько денег у нее там уже накопилось, собственно говоря, и как их можно еще применить.
Оказалось, что средств вполне достаточно, как раз еще на один самолет общими усилиями с Глашей и "наскребли по сусекам". Опять через Николая Николаевича был приобретен истребитель Як-1, первый боевой самолёт, разработанный под управлением Александра Сергеевича Яковлева как опытный истребитель.
Будет он серийно производиться чуть позже, с сорокового по сорок четвертый год. Но сейчас, еще свеженький самолет как раз и хотели обкатать в реальных условиях боевых действий. Его также передали в расположение летчиков, участвующих в боях на Халхин – Голе. Отправка этого самолета происходила уже не так торжественно, как предыдущих, но детям детского дома, к их большому удовольствию, разрешили на ней поприсутствовать и даже посидеть в кабине самолета.
Позже Володя признался Наде, что он написал большую инструкцию по особенностям авиа боев с ассами Японии, которые смог вспомнить, и умудрился потихоньку спрятать ее так, что могли найти ее только пилоты, когда будут готовить самолет ко взлету. Он, конечно, рисковал, но надеялся, что его действий никто не видел, а уж связать содержание его записки и ее автора – простого пацана из детского дома, просто бы никто не смог. И еще он надеялся, чтобы эту записку не восприняли, как провокацию от " японских шпионов", что было вероятным в это непростое время. Но что будет, то и будет, " хоть бы уж прочитали, а что потом будет, как получится", решили попаданцы в Надежде на лучшее.
Но когда Володя осознал, что на авторские отчисления от песен из будущего реально можно приобрести боевую технику, так необходимую сейчас военнным, то и он занялся записью песен, которые помнил.
Он даже уточнил у Николая Николаевича, сколько стоит бронетранспортер, или, как их сейчас называли, транспортёр пехоты, и как его приобрести. На это ему и всем остальным было сердито сказано, что уже и товарищ Сталин стал отрицательно оценивать их инициативу, и что не стоит уж так в очередной раз подменять собой военных снабженцев и пытаться вооружить всю Красную Армию за свой счёт. Попаданцы решили пока притихнуть на время со своими покупками, хотя ничего плохого в своих поступках не видели.
Так, в делах и заботах, впечатлениях и эмоциях, и подошел к концу кратковременный отдых, и вновь началась учеба.
_____________________________________
http://vkvideo.ru/video223559258_456239063?ref_domain=yastatic.net – Глинка М.И. «Иван Сусанин». 4 акт. Ария Сусанина. Исполняет Максим Михайлов.
https://rutube.ru/video/299984c5295387ccad002038de4c7c1a/?r=wd БОЕВЫМ ДРУЗЬЯМ.(«ГОЛУБЫЕ БЕРЕТЫ»).Автор: Ю. Слатов, Композитор: Ю. Слатов
https://vkvideo.ru/video-227015563_456242742?ref_domain=yastatic.net – Юрий Шатунов. «Детство». Автор слов и музыки неизвестен.
Глава 17. Здравствуй, елка, Новый год.
Глава 17. Здравствуй, елка, Новый год.
А время летело, кружило хороводом дел и забот. Как всегда, резко и неожиданно, как бывает, что в Советском Союзе, что в нынешней России, наступила зима, а с ней и морозы.
Надежда вдруг вспомнила, что наступающий сороковой год останется в памяти москвичей, как один из самых холодных в истории двадцатого века. Уже в январе в Москву придут настоящие Крещенские морозы.
Шестнадцатого, семнадцатого и восемнадцатого января температура в столице опускалась ниже сорока двух градусов, что явно было нетипичным для этой местности.
В целом же зима наступающего года выдалась очень морозной, но именно эти три дня стали самыми холодными за всю историю метеонаблюдений в Москве.
Встанут предприятия, полопаются трубы, находиться, а уж тем более работать, на улице при такой температуре будет практически невозможно. Эти морозы причинят немало проблем не только людям, но и природе.
В подмосковных лесах на корню вымерзнут неустойчивые к таким температурам деревья, практически полностью исчезнут дубы и клёны, погибнут многие животные. Замерзнут даже лебеди, которые традиционно гнездились на Чистых прудах и других водоемах в черте столицы.
И Надя решила предупредить Николая Николаевича об этом катаклизме, как обычно выдав его как один из снов – предвидений. Все было выслушано с большим вниманием и сказано, что соответствующие органы будут поставлены в известность.
Надя сразу заметила изменение отношений мужчины к своим предсказаниям. Если раньше чувствовалось несколько снисходительное их восприятие, как нечто туманного и неопределенного, "то ли будет, то ли нет", то после того, как ее слова начали сбываться, и события в Польше и в Финляндии пошли именно по тому сценарию, что, хотя и расплывчато, но точно и правильно описала девушка, сейчас все выслушивалось, записывалось и принималось к действию сразу и без вопросов.
Николай Николаевич также сообщил, что полушубки, валенки и теплое белье, приобретенное на деньги девушки, поступили по назначению в войска, участвовавшие в боях с белофиннами, как сейчас называли эти военные действия.
Туда же отправились и дивизии, сформированные из сибиряков, в которые входили и охотники – снайперы, и бойцы – лыжники, и другие военные специалисты.
Поскольку деньги от песен все поступали, было решено еще раз отправить их на закупки одежды, но уже самостоятельно и без ведома администрации, чтобы поменьше ругались, и отослать их в авиачасть, где служил Михась, как подарки к Новому году, что и было сделано.
Вспомнив о предстоящих морозах, стала действовать и Надя. По ее просьбе Анна Ивановна проверила наличие теплой одежды у ребятишек, которые резко выросли за это время, а у испанских детей ее и не было в достатке, и записала все размеры, по которым и были закуплены на авторские деньги хорошие, добротные вещи.
Кроме того, под руководством Рины и ее сестры Нины все девчонки увлеклись вязанием. Опять же из купленной шерсти они готовили для всех носки, варежки, шарфы и даже кофты. А уж воротнички и манжеты, связанные крючком под руководством Аглаи Сергеевны, поражали своей красотой и изяществом.
Приехала с гастролей Сима, довольная и счастливая. Концерты оркестра прошли с огромным успехом, все песни воспринимались с восторгом, выступления даже продлили на десять дней, никак не хотела публика отпускать артистов.
Похвасталась девушка перед подругами и тоненьким обручальным колечком и с гордостью сказала, что теперь они с Александром Цфасманом официально являются мужем и женой. Колечко она спрятала, тогда не было модным их носить, да и зависть одногруппниц в очередной раз вызывать не хотелось.
Родители Симы вначале несколько настороженно отнеслись к выбору дочери, их смущала разница в возрасте девушки и ее избранника. Но видя сердечное, заботливое отношение Александра к своей "яфА – («красавица» на иврите), они согласились с этой партией, тем более, что и отец Симы был несколько старше жены.
А уж когда мужчина смог договориться и тайком пригласил ребе, который провел закрепление их союза и по религиозным канонам, их сердца окончательно растаяли.
Согласились они и на переезд в Москву, смогли уговорить на это и некоторых своих родственников. Расположились они пока в доме Михайловых, но Надя искала для них и другие варианты, тем более что Николай Николаевич тоже заинтересовался этой проблемой.
Рассказала Сима, что в тех местах, где они выступали, идет активная агитация молодежи на стройки Сибири и Дальнего Востока.
И хотя многие побаивались, что это будет еще одна скрытая волна депортации их народа отнюдь не на "землю обетованную", но молодежь задумывалась, самые решительные парни и девушки все же записывались в эти молодежные стройотряды, как их и назвали по предложению Надежды. Их привлекала возможность вырваться из-под опеки старших, возможность увидеть новые места, да и красивая форма стройотрядовцев, которую выдавали, тоже была одной из "заманух", которая подталкивала молодежь к этому поступку.
Но она радовалась и этим небольшим подвижкам и все же надеялась, что хотя бы часть людей таким образом будут спасено от Войны.
Возможно, часть молодежи будет позже призвана на фронт и неизвестно, как сложится их судьба, но все же Надя считала, что даже и погибнуть, защищая своих родных, лучше, правильнее, хотя это слово сюда не очень подходит, но как есть, чем пропасть в концлагере, быть расстрелянными фашистскими оккупантами, или заживо сожженными в своих местечках.
Активно стали девушки готовиться к празднованию Нового года. Этот любимый всеми праздник был "реабилитирован" совсем недавно, впервые после долгого перерыва новогодье отметили в Кремле в тридцать пятом году с традиционным Дедом Морозом, а в январе тридцать седьмого у него появилась спутница – внучка Снегурочка.
Надя с удовольствием встретила знакомую фамилию, прочитав, как одним из первых описал это торжество Аркадий Гайдар в рассказе «Чук и Гек» перед новым, тридцать девятым годом:
«Днем чистились, брились и мылись. А вечером была для всех елка, и все дружно встречали Новый год. Когда был накрыт стол, потушили лампу и зажгли свечи. Но так как, кроме Чука с Геком, остальные все были взрослые, то они, конечно, не знали, что теперь нужно делать. Хорошо, что у одного человека был баян и он заиграл веселый танец.
Тогда все повскакали, и всем захотелось танцевать. Потом танец окончился, и люди попросили, чтобы Гек спел песню. Гек не стал ломаться.
– Теперь садитесь, – взглянув на часы, сказал отец. – Сейчас начнется самое главное. Он пошел и включил радиоприемник. Все сели и замолчали. Потом что-то стукнуло, зашипело, и откуда-то издалека донесся мелодичный звон. Чук с Геком переглянулись. Они гадали, что это. Это в далекой-далекой Москве, под красной звездой, на Спасской башне звонили золотые кремлевские часы. И тогда все люди встали, поздравили друг друга с Новым годом и пожелали всем счастья».
Именно тогда и зародилась традиция дожидаться звона Кремлевских курантов, которые и отмечали наступление нового года.
А у детей детского дома празднование началось с организации целого ряда различных мероприятий.
Во – первых, была установлена и украшена прекрасная елка. Это была настоящая лесная красавица, которую привезли по просьбе Михайлова откуда– то из специального заказника – очень пушистая, душистая и красивая, она еле вошла в актовый зал детского дома.
Игрушки для нее делали все, и воспитатели, и дети. Были и конфеты на ниточках, и традиционные цепи и фонарики из цветной бумаги, и позолоченные орехи, и пряники, и, конечно, игрушки, среди которых были самолеты и даже танки с парашютистами в перемешку с традиционными шишками и сосульками. На центральное место поместили еще редкие и дорогие стеклянные шары, в том числе и с портретом Сталина и красными звездами.
Но больше всего было бумажных и картонных хлопушек, нарядных коробочек, ватных фигурок зверей, овощей – фруктов и людей.
Сам праздник проходил очень весело и торжественно. Сначала по классам в школе прошло официальное традиционное награждение учащихся похвальными грамотами за хорошую учебу и различные полезные дела на всеобщее благо. Получили их все, да не по одной, а по несколько.
Получил такую грамоту и Витек, как один из лучших спортсменов – футболистов, такой вот талант оказался у нашего хулигана, теперь уже бывшего. Некогда ему стало безобразничать, тренировки и соревнования теперь отнимали все силы и время.
Ну, а потом, была, собственно, сама елка, как праздник, уже в детском доме, с шикарным Дедом Морозом с басом и обликом Максима Дормидонтовича, со Снегурочкой Траториной и маленьким Морозиком Маруськой, которая прямо сияла от порученной роли.
Были и чтение стихов под елкой, и хороводы, и песни, и подарки за лучшие костюмы, где среди обязательных снежинок и зайчиков малышей выделялся наш Славчик в костюме летчика с моделью самолетика в руках, который и получил первый приз. Оказалось, что стать летчиком, как Михась – затаенная мечта нашего мальчика.
Ну, и конечно, каждый ребенок получил традиционные сладкие подарки с конфетами, а уж куклы, машинки, настольные игры, скакалки и мячи получили на всех. Весь детский дом долго гудел и не спал, обсуждая этот прекрасный праздник. А потом были горки и санки, коньки и просто прогулки по заснеженным тропинкам Сокольников во время последующих зимних каникул.
А для взрослых Надя и ее подруги решили сделать встречу Нового года с размахом, в стиле фильма из будущего "Карнавальная ночь". В Ленинской комнате были установлены столики, но не единым рядом, как все привыкли, а группами, по возрасту и интересам – отдельно молодежь, отдельно администрация.
На небольшом возвышении располагался оркестр Александра Цфасмана, музыканты которого с удовольствием присоединились к их компании, благо, со многими они были уже знакомы.
Поскольку в этом, тридцать девятом году, советская почта выпустила первые новогодние открытки, на которых были изображены веселые спортсмены и мохнатые животные, Надежда поступила так, как она нередко делала и в будущем на различных посиделках.
На обороте каждой открытки она написала небольшое задание, как своеобразный фант. Задания были разные – сказать тост, прочитать стихотворение, рассказать анекдот, спеть песню, станцевать танец и так далее.
Начала она обход, естественно, с Марксэна, который и сказал слова о партии, товарище Сталине, замечательных успехах, которых добились все сотрудники и учащиеся училища, короче, официальные правильные слова в стиле товарища Огурцова все из того же фильма. Потом выступила Клавдия Ивановна и более душевно также поздравила всех с праздником.
Но, чтобы веселое застолье не превращалось в официальное заседание, Надя схитрила и следующую открытку протянула Симе, с которой они приготовили сюрприз, ведь какой праздник без новогодней песни.
И, естественно, ею стала знаменитая песенка про пять минут из все того же фильма. Наша Сима в платье и муфточке а ля – Гурченко выглядела не хуже, а даже, пожалуй, и получше знаменитой актрисы, более родной и душевной, а талия её была почти такой, как у актрисы. И оркестр, и подтанцовка из подруг тоже не подвели, песня была принята с восторгом.
Эта мелодия развеселила и раскрепостила всех, да и спиртное, стоявшее на столах, сыграло свою роль. Дальше праздник шел уже свободно, под смех окружающих девушками рассказывались смешные истории из своей учебы, читались стихи, так же все танцевали под мелодии оркестра. Даже наша Марфуша попыталась прочитать какое-то новогоднее стихотворение, смущаясь и краснея.
И, конечно, наши подруги пели, пели от души, все те песни, что уже звучали, ведь ни одноклассницы, ни учителя, в большинстве, не слышали их. Было приятно видеть открытые рты и пораженные взгляды однокурсниц, особенно все той же Марфуши, когда они услышали и увидели вживую выступления подруг.
Пели девушки и новые песни, для Глаши, как минутку лирики, Надя вспомнила замечательную песню, пусть несколько грустную и не новогоднюю, но душевную, очень дамам учителям зашла, даже строгая Надежда Константиновна украдкой вытирала слезы, видимо, о своем, девичьем вспоминала:На тебе сошёлся клином белый свет,На тебе сошёлся клином белый свет,На тебе сошёлся клином белый свет,Но пропал за поворотом санный след.Я могла бы побежать за поворот,Я могла бы побежать за поворот,Я могла бы побежать за поворот,Я могла бы, только гордость не даёт.Сто дождей пройдёт над миром, сто порош.Сто дождей пройдёт над миром, сто порош.Сто дождей пройдёт над миром, сто порош,И однажды ты услышишь и придёшьСколько зим, ты тихо скажешь, сколько лет.Сколько зим, ты тихо скажешь, сколько лет.Сколько зим, ты тихо скажешь, сколько лет…На тебе сошёлся клином белый свет,На тебе сошёлся клином белый свет.
И впервые выступил наш Володя. В красивом строгом костюме с галстуком он уже выглядел не подростком, а молодым мужчиной, каким и был на самом деле. Он вышел с гитарой на сцену и сначала спел «Детство» Юрия Шатунова, о котором уже вспоминала Надя, а потом вдруг всплывшие в ее памяти знаменитые «Белые розы» того же Юрия Шатунова, заводные и грустно – веселые, которые прекрасно легли под исполнение оркестра Александра Цфасмана и голос парня.
Еще не было принято танцевать по одиночке, как в будущем, вот и пришлось Симе и Наде показать пример, сначала танцуя в паре, а потом разойдясь на некоторое расстояние, да и Володя на возвышении также показывал движения, которые еще предстоит разучивать молодежи под знаменитые слова:
Немного теплее за стеклом, но злые морозы...Вхожу в эти двери, словно в сад июльских цветов.Я их так хочу согреть теплом, но белые розыУ всех на глазах я целовать и гладить готов.Я их так хочу согреть теплом, но белые розыУ всех на глазах я целовать и гладить готов.
Белые розы, белые розы,Беззащитны шипы.Что с ними сделал снег и морозы,Лёд витрин голубых?Люди украсят вами свой праздникЛишь на несколько днейИ оставляют вас умиратьНа белом холодном окне.А люди уносят вас домой, и вечером позднимПусть праздничный свет наполнит вмиг все окна дворов.Кто выдумал вас растить зимой, о белые розы,И в мир уводить жестоких вьюг, холодных ветров?Кто выдумал вас растить зимой, о белые розы,И в мир уводить жестоких вьюг, холодных ветров?Белые розы, белые розы,Беззащитны шипы.Что с ними сделал снег и морозы,Лёд витрин голубых?Люди украсят вами свой праздникЛишь на несколько днейИ оставляют вас умиратьНа белом холодном окне.Преподаватели сначала неодобрительно восприняли эти движения и саму песню, но заводная мелодия подняла и их, заставила, пусть и неуклюже, но тоже танцевать. Надя смеялась почти в голос, благо оркестр все заглушал, когда Марксэн стал откалывать народные коленца, а под конец пошел в присядку под эту забойную мелодию.
– Вот бы заснять для Ютуба, – мелькнула мысль, но увы, даже сфотографировать эту сценку еще не было возможности в этих условиях, только оставить в памяти.
Расходились далеко за полночь, никак не хотел народ разъезжаться, забрав свои пакеты с угощением и подарками, учителя и ученицы то пели кусочки каких – то песен, то со смехом вспоминали, как танцевал строгий парторг.
Хорошо, Надя договорилась через Михайлова, и учителей развез по домам на автобусе все тот же безотказный Иван, которому был также вручен огромный пакет с подарком.
А девушки отправились ночевать по старой памяти в общежитие, хотя их места и были заняты новыми ученицами, им завхоз, который также был на празднике, все же нашел уютное местечко.
Засыпая, Надя думала, что более веселого праздника у нее не было даже и в прошлой жизни, и запомнится он ей навсегда._________________________________________________________________https://dzen.ru/a/XekVD_4okQCwtLA9 – Елочные игрушки как зеркало истории Советского Союза
