Текст книги "Доктор Отвали. Людей не принимаю! (СИ)"

Автор книги: Натали Мед

Соавторы: Хельга Блум
сообщить о нарушении

Текущая страница: 8 (всего у книги 15 страниц)

Глава 24. Почувствуй себя Пенелопой*

Глава 24. Почувствуй себя Пенелопой*

Мариус задумался.

– Ты знаешь, у меня создалось впечатление, что эти люди пришли на отбор.

– На какой ещё отбор? – опешила я.

– Отбор мужа для владелицы этого поместья, – нахмурился Мариус. – Меня спросили, не жених ли я. И если жених, то потребовали занять очередь. Сказали, что я буду сто тридцать восьмым. Даже любезно предложили мне записать номерочек на руке…

Мариус потряс головой, словно идея номерочка на руке казалась ему неимоверной дикостью. Мне бы его проблемы! Мне, например, дикостью казалась эта цифра! Тем более, что, насколько я могла судить, народу всё прибывало. Что я буду делать с почти двумя сотнями женихов?! Я могу только скормить их своим животным. Но ведь они избалованы, что попало жрать не станут. Особенно этих отравленных смогом, табаком и спиртным экземпляров…

– Мне казалось, что этим поместьем владел граф…– ворвался в мои размышления недоумённый голос Мариуса.

– Граф почил в бозе, – хмыкнула я, всё ещё пытаясь осмыслить масштаб моей проблемы. – Заеден, как я понимаю, своими подопечными. И наследников он, увы, не оставил. Так что теперь этим местом вкупе со всем прилагающимся зверьём заведую я… волею Дервина Фицхерберта.

– Правда? – в глазах Мариуса блеснуло уважение. – Дервин, говоришь? Любопытно. И как ты тут, справляешься?

– Пока проблем нет, – пожала плечами я. – Говорят, у меня дар, животные меня любят.

– Это я заметил, – усмехнулся Мариус. – Получается, ты и есть та самая невеста, которая проводит отбор мужа для себя?

– Я, – сделала ударение на местоимении, чтобы дать ему проникнуться. – Я ничего тут не провожу. Почему-то нашему мэру взбрело в голову, что графскому поместью требуется крепкая мужская рука… А так как мужскую руку любой крепости местные животные заглотают вместе с хозяином, мэр, понимая, что должен оставить меня, решил превратить меня просто в приложение к мужу. Думаю, он просто не смог простить момент нашего знакомства, когда я изрядно поджарила его задницу.

– Какая бурная биография! – восхитился Мариус.

– Кто бы говорил, – закатила глаза я, ткнув пальцем в его забинтованную ногу.

– Возможно, я могу себе это позволить, – хитро улыбнулся Мариус.

– Возможно, ты просто мазохист, – отрезала я, подойдя к решётке и обозревая ночной лагерь моих потенциальных женихов. Что называется, почувствуй себя Пенелопой.

Кстати, что там Пенелопа делала? Ткала и распускала какое-то полотно? Ну что ж, кое-какое бесконечное занятие и у меня имеется. Причём, в отличие от эстетического увлечения древнегреческой красотки, на редкость прозаичное и довольно дурно пахнущее.

– Что ты собираешься с ними делать? – поинтересовался Мариус, неслышно оказавшийся сзади.

– Скормить тирольозавру, – буркнула я. – Я подумаю об этом завтра. Давай в дом. У меня ещё столько дел, что просто не представляю, с чего начать.

– Я могу помочь, – предложил свои услуги Мариус.

– Договорились, – кивнула я, представляя, что спихну на него шамира и некошку, которая точно растерзает меня за отсутствие в течение целого дня.

…Но к моему бесконечному удивлению некошки не было. Меня встретил грустный Жруль, которому целый день не давали новых невскрытых замков и шамир, который не менее грустно рассматривал огромную люстру под потолком огромного холла. По глубоким царапинам на стенах было видно, что рассматривает он её долго и плодотворно.

От этого зрелища у меня мороз пробежал по коже: люстра. На массивных железных цепях. Мамочки!

– Ты говорил, что знаешь про шамиров, – обернулась я к Мариусу. – Они могут ползать по стенам?

– Конечно, – кивнул тот. – Но тут у тебя новорожденный шамир, поэтому пока не научился. Смотри на этот нежно-розовый пушок! Когда они подрастают, то темнеют. Не стоило сразу кормить его железом. Лучше сначала давать более мягкую пищу…

– Как будто у меня спрашивали! – всплеснула руками я. – Это чудо случайно вылупилось и мгновенно слопало мои ключи! Ты можешь сделать так, чтобы оно не добралось до этой люстры?

– Я попробую, – кивнул Мариус. – Столько железа новорожденному шамиру не переварить. Да и на устойчивости замка это может сказаться негативно.

Надо же, как можно мягко сказать, что мы взорвёмся ко всем чертям! Дипломат от Всевышнего!

– Ладно, тогда я тебя тут оставляю пасти шамира. Корми его чем хочешь, лишь бы поместье не разрушил. А у мне ещё зверей кормить и улирченя лечить.

– Тебе помочь? – поинтересовался Мариус.

– Я же сказала: следи за шамиром. Я просто не представляю, что с ними делать. Даже не читала ни о чём подобном.

– Да, – кивнул Мариус. – Шамиры – это редкость. Но мне кажется, они довольно милые.

– Вот и милуйтесь, – буркнула я. – Искорка, хочешь со мной пойти? – обратилась я к дракончику, притаившемуся за пазухой у Мариуса.

Искорка на миг высунула голову, повела носом, и спряталась обратно. Понятно. Ладно, обойдёмся знакомыми.

– Жрулик! – крикнула я. – Пойдём со мной, я и тебе подарочки купила!

Слово «подарочки» гренот знал прекрасно, поэтому, сменив выражение морды на заинтересованное, потрусил за мной.

Корзина с моими покупками стояла именно там, где её должны был оставить курьер, и всё, вроде, было на месте… А, нет, пучок цепь-травы исчез. Но этого и следовало ожидать. Жабонки спёрли. У них вечная вражда с ледем, а цепь-трава, особенно свежая, не даёт ледю разорять их гнёзда. Ладно, я три пучка купила на всякий случай.

Я выдала Жрулю один из новых замков, и продолжила быструю ревизию корзины.

На уртицию никто не покусился, что в порядке вещей (кому нужна горькая гадость?), сыр тоже был на месте, что говорило мне о том, что моя белоснежная королева некошачьих кровей дома не появлялась. Интересно, какие там у неё важные дела? Главное, чтобы мне снова не принесли её в мешке и чуть ли не по частям. Узнаю, кто такое с ней сотворил, так же разделаю!

Я подхватила увлечённого замком гренота на руки и отправилась к вольерам.

А дальше началась рутина. Почистить клетки, поменять воду, накормить, дать лекарства болящим… К моему удивлению тирольозавр перестал хрипеть, и уже начал издавать пробные йодли… пока тихие и хриплые, но уже многообещающие. Я дала ему вечернюю порцию микстуры и пару свежекупленных жирных жаб, предварительно содрав с них этикетки «проверено, не принцессы», и пошла дальше.

Закончив обход и устроив гренота в клетке, предварительно закрыв её на четыре свежекупленных замка, я поняла, что заслужила передышку и решила заняться чем-то медитативным. Например, сварить мазь для спасённый мной улирченя и, возможно, заварить себе валерьянки. Эх, забыла попросить у Алиты то её забористое зелье!

В моей смотровой комнате, совмещённой с лабораторией, было тихо и спокойно. Котелок валялся там, где его бросили, бардак после огненной отрыжки шамира тоже никуда не делся (а жаль), а улирчень лениво доедал пучок петрушки, заинтересованно строя рожки своему отражению в медицинском зеркальце.

– Привет, Валя! – поздоровалась я с тихим созданием. – Я принесла уртицию и сейчас буду тебя лечить!

–

*Пенелопа, жена Одиссея, верно ждала мужа, будучи осаждаемой десятками женихов, и всячески оттягивала выбор, придумывая всё новые трюки. Ей-то хорошо, Одиссей в конце концов вернулся и надавал незваным женихам по рогам. А кто спасёт Эллочку?

Глава 25. Правильная тренировка шамир

Глава 25. Правильная тренировка шамир

Приготовив мазь (это медитативное занятие помогло мне немного прийти в себя и даже наметить план действий) я хорошенько смазала улирченя и оставила его спать в деревянной ступке на остатках петрушки. Теперь мне нужно было найти Мариуса, сообщить ему о своём гениальном плане… ну и показать спальню. Не знаю, как он, а я спать хотела просто феноменально.

Мариус нашёлся на кухне. Они вместе с шамиром с интересом изучали внутренности холодильника, причём были настолько увлечены зрелищем, что даже не услышали, как вошла я.

– Кхе-кхе! – попробовала я оторвать их внимание от созерцания Великой Пустоты – именно это обычно хранилось у меня в холодильнике. – Вы считаете, что если долго смотреть в холодильник, он устыдится и начнёт наполняться продуктами? Извините, мой холодильник не так воспитан. Он бессердечный жмот. Я сто раз пыталась провернуть эту фишку, но ни разу не преуспела.

– Да, – обернулся ко мне Мариус. – Я впервые в жизни встречаю столь идеально пустой агрегат. Это феноменально! Но на самом деле мы с Лиссом тренируем выдержку.

– Что? – удивилась я. – С каким лисом? И при чём тут мой холодильник?

– Не с лисом, а с Лиссом, – пояснил Мариус. – Извини, я осмелился дать имя твоему шамиру. Тебя не было, а они лучше воспринимают указания, если дать им имя.

– Ага… – многозначительно произнесла я, делая вид, что ничего особенного не происходит. – А что вы выдерживаете? Кто дольше не моргнёт?

– В холодильнике листы железа, – пояснил Мариус. – Я тренирую у Лисса выдержку.

– А что, новорожденные шамиры на такое способны? – удивилась я.

– Н-ну… – протянул Мариус, отведя на миг взгляд. – Если подкреплять тренировку особыми стимулами, то можно добиться успеха.

– Надеюсь, эти «стимулы» не выглядят, как мои гвозди? – подбоченилась я. – Я их тут год искала после того, как только вселилась. Этот ваш граф совершенно запустил своё жилище, а охотников тут ремонт делать, да и просто убираться, в этом городе днём с огнём не сыщешь.

– Странно, – приподнял бровь Мариус. – Я вижу, что тут полным-полно охотников жениться на хозяйке этого места.

– Полагаю, пожилому графу было сложнее найти того, кто хотел бы жениться на нём, – парировала я. – У хорошеньких женщин есть свои преимущества.

– Вынужден согласиться, – кивнул Мариус. – Очередь перед поместьем очень наглядно это иллюстрирует. Но вот гвозди мне ни к чему. Обхожусь пока природным обаянием…

Тут шамир, воспользовавшись тем, что о нём, вроде, забыли, сделал рывок к холодильнику…

Красивое искристое облако окутало его пушистое тельце, и шамир вернулся в исходное положение.

– Нельзя, Лисс! – укоризненно произнёс Мариус. – Это вредно. Давай ты скушаешь что-нибудь ещё?

– А что тут можно есть? – вознегодовал шамир. – Дерево я уже ел, это невкусно.

– Извини, он тут съел твой половник и ступку – повинился Мариус.

– Сыр будешь? – поинтересовалась я у шамира. Раз некошка где-то бродит, я могу с чистой совестью поделиться её сыром с другими голодающими животными.

– А хороший сыр? – заинтересовался шамир. – Мне Марипоза рассказала, что сыр нужно есть только хороший.

– Кто такая Марипоза? – изумилась я, пытаясь понять, что я упустила в жизни, пока вызволяла из мэрских застенков Мариуса.

– Ну эта, белая, пушистая, с крылышками, – намекнул шамир.

– А, некошка? – вот я и узнала её имя. Надо же, у неё имя есть, а я не поинтересовалась. Даже как-то невежливо получилось. Ну да ладно. – Да, это она мне сказала, какой сыр покупать, значит должен быть хороший. Держи.

И я, вытащив из корзинки небольшой кружок бри протянула его шамиру, предварительно бросив настороженный взгляд на Мариуса. Мариус утвердительно кивнул.

Шамир осторожно понюхал сыр, аккуратно взял его зубами и, положив на пол начал есть. Мы с Мариусом трепетно наблюдали с видом бабушек, кормящих единственного внука, приехавшего в гости после долгого и явно голодного отсутствия.

Заглотав сыр в три укуса, шамир облизнулся, подумал, и вынес свой вердикт:

– Невкусно. Пусть она лучше сама это ест.

И начал осматриваться, явно прикидывая, что бы ещё сожрать. Я уже было приготовилась пожертвовать гвоздём из своей заначки (простите, но спящий шамир мне пока нравился гораздо больше), как меня осенило:

– Может ты мяса хочешь?

Какая я умная! В мясе точно есть железо, и оно есть в таких количествах, что возможно понравится животному, но не приведёт к взрыву. Возможно, нужно начать закупать печень. Всё, что угодно, лишь бы выиграть время. У меня ещё не проведена полная деферризация дома. В последнее время какой-то безумно насыщенный график: то меня похищают, то я кого-то похищаю… вон ещё с очередью из женихов нужно что-то делать.

– А мясо вкусное? – уточнил шамир, явно подозревающий, что ему снова норовят втюхать какую-нибудь дрянь, лишь бы не давать вкусное железо, которого вон сколько вокруг!

– Я тебе дам, – пошла на компромисс я, – ты попробуешь и скажешь, понравилось или нет.

– Давай, – согласился шамир с горьким вздохом создания, уже привыкшему страдать от жестоких разочарований.

Вынув из корзины один из дивных стейков, которые я прикупила исключительно для личного пользования, я бросила его на пол перед шамиром… Но в воздухе мелькнула стремительная крылатая молния, и стейк исчез.

– Искорка! – возмутился Мариус, которого проворная дракошка в полёте шлёпнула этим стейком по лицу, устроившись на плече. – Это не тебе!

Искорка недовольно заурчала с подвыванием, как кошка, у которой пытаются отнять добычу, и начала торопливо заглатывать мясо. Как будто только недавно она не слопала чуть ли не половину окорока у Алиты… или половину окорока слопал её хозяин, который, кстати, почему-то тоже смотрел очень голодными глазами на корзину, которую я по-прежнему держала в руке.

– Вот это, наверное, очень вкусно, – с нотками зависти заметил шамир, наблюдая за Искоркой, стремительно расправляющейся с мясом.

– Не переживай, – подбодрила я его. – У меня ещё есть. Вот, держи.

Перед шамиром шлёпнулся второй стейк, на который он кинулся мгновенно. Видно понял, что в большой семье клювом не щёлкают.

– А ещё у тебя есть? – поинтересовался Мариус. – Что-то есть очень хочется.

– Ещё два куска, – кивнула я. – А ты умеешь его готовить? Признаюсь сразу: кулинар из меня тот ещё.

– Умею, – улыбнулся он. – Давай сюда свои припасы, я приготовлю нам ужин.

Он взял из моих рук корзину и кивнул на шамира, покончившего со своим куском.

Шамир довольно облизывался.

– Да, это вкусно, – согласился он. – Не так вкусно, как те прекрасные штучки, которые ты носила на себе, но тоже ничего.

Я с облегчением вздохнула, дав себе мысленную пометку заказать у мясника побольше печени.

Шамир тем временем залез в моё кресло-качалку, стоявшую в углу у окна, свернулся там в розовый бублик и затих.

Искорка, вытянув шею, наблюдала за этим зрелищем, а потом перепорхнула с плеча хозяина на спинку кресла с шамиром и уронила на него недоеденный кусок мяса. Будем честны, это был не очень большой остаток, но шамир, высунув голову, из глубин собственного пуха, оценил подношение, мгновенно его заглотав. Искорка некоторое время изучала подкормленное создание, снова свернувшееся в мохнатый бублик, а потом просто прыгнула на него, устроившись, как в гнезде. Шамир пошевелился, недовольно заворчав, но сразу затих. Искорка тоже сунула морду в розовый мех своей живой подушки и закрыла глаза.

– Ты думаешь они подружатся? – поинтересовалась я у Мариуса.

– Никогда о таком не слышал, – пожал плечами тот. – Но возможно. У обоих животных достаточно высокий уровень интеллекта. Кстати, я бы хотел, чтобы ты осмотрела Искорку завтра. По-моему, у неё рана на шее. Сейчас пусть уже спит. А мы… – он бросил на меня хитрый взгляд. – Мы можем спокойно поужинать и обсудить наши планы.

Глава 26. О пользе хозяйственных мужчин

Глава 26. О пользе хозяйственных мужчин

Как говорят классики: любой бутерброд вкуснее, если его никто… если его готовил не ты. Это же могу отнести к любой еде в принципе.

– А неплохо, – удовлетворенно откинувшись на спинку стула, пробормотала я. Была бы в джинсах, расстегнула бы пуговицу, но к счастью для моего статуса леди, я сегодня в платье. – Очень вкусно.

Может, ради этого люди и выходят замуж? А что? Удобно же. Я готовлю не то чтобы отвратительно, но и не очень хорошо. Да и не слишком люблю это занятие. Вот поваренок из меня неплохой: картошку почистить, помешать что-нибудь (или кому-нибудь), фрукты помыть, на стол накрыть.

– Я рад, – краешком рта ухмыльнулся Мариус. – В конце концов, должен же я как-то отрабатывать свое спасение.

– Натурой, голубчик, исключительно натурой. А на завтрак вафли можешь сделать? – тут же раскатала губу я. А что? Он сам предложил! Напросился, получается.

– С дерцовым сиропом?

– Ага. Только у меня ни сиропа, ни муки, ни… чего там еще для вафель нужно? В общем, ничего нет. Зато! – я подняла указательный палец. – Зато есть Шорка, он может сгонять за продуктами и всё-всё-всё принести. Ты только список напиши.

Я выжидающе уставилась на Мариуса. Согласится или запротестует? Не то чтобы я собиралась на нём ездить и использовать бедолагу, но… но есть-то хочется, а по ресторанам я ходить не могу, меня тут осаждают, как Трою. Если будут лошадей предлагать, сразу откажусь, даром что ветеринар. Тут даже настоящая живая лошадь может оказаться с подвохом (мало ли какие оборотни бывают!), не то что деревянная.

– Хорошо, – пожал плечами он.

Погодите, серьёзно что ли?

– Ну да, – преспокойно убирая со стола тарелки, подтвердил Мариус. Ой! Я это вслух сказала что ли? – Мне не сложно. Я люблю готовить. А тебе сейчас явно не до этого.

Он по-хозяйски заглянул в шкаф, достал банку травяного чая, поставил на раскалённую плиту чайник. Присутствие Мариуса на моей кухне уже начинало казаться чем-то естественным и закономерным. Словно он всегда здесь был.

– Это точно, – согласилась я, устало жмурясь.

Хорошо-то как. Тепло, тихо, сытно. Давно я себя так уютно не чувствовала. Всё бегу куда-то, мчусь. Я вроде и не против, но такие вот мгновения тишины все равно ценны. Кухня, освещенная мягким желтым светом, на стуле во сне мурлычет, как кот, сытый шамир, пускает дым из ноздрей не менее сытый дракончик, где-то в подвалах шуршат пациенты.

– Мэр Гертиновер там какой-то новый указ соизволил изобрести, теперь на все лекарственные препараты для магических животных класса дельта-9 нужно заполнять форму 042-К в четырех экземплярах, иначе статья и приличный срок за распространение одурманивающих веществ. А если хозяину пациента дельта-9 расскажу о лекарствах, то еще и статью за пропаганду впаяют, – пожаловалась я.

– А они действительно одурманивают? – поинтересовался Мариус, доставая из буфета чайные пары и заварочный чайник. Хмм. Не знала, что он у меня вообще есть. Я обычно в кружке завариваю.

– Ага. Но только магических животных дельта-9, рожденных в третье полнолуние года. А таковых, сам понимаешь, немного.

– Выдумщик у вас мэр, конечно, – хмыкнул Мариус, наливая в заварочный чайник немного кипятка. Выждав пару секунд, он вылил воду, засыпал заварку, а затем залил чайник горячей водой. – А где у тебя чехол для чайника? Что-то не могу найти.

– Чехол для чайника? – переспросила я. – Там же, где тканевые салфетки и нож для сыра, в другом доме у совершенно других людей. На кой шамир мне эта ерунда нужна вообще?

– Чехол для чайника нужен, чтобы сохранять тепло напитка, – занудным голосом сообщил Мариус. – Наверняка он где-нибудь должен быть. Поищу позже в кладовой. В крайнем случае, могу сам связать. Это очень просто.

– Ну, если ты так хочешь, – развела руками я.

– Вообще когда я говорил о том, что тебе сейчас не до готовки, я имел в виду ту очередь, что стоит у твоих ворот, словно желающие нянчить детей за самое маленькое жалованье. Что собираешься делать с этими паломниками? Будешь замуж выходить?

– Ага. За всех сразу, – огрызнулась я. Вспоминать об очередной свинье (и ладно бы настоящей свинье – свиней я люблю, очень умные животные – а то ведь метафорическая), подложенной мне мэром Гертиновером, было неприятно.

– Зачем же за всех сразу? Можно по очереди.

Он имел наглость ухмыльнуться. Я бы осерчала, но именно в этот момент Мариус протянул мне чашку ароматного горячего чая и я… немножко передумала. Нет, не так, решила чуть-чуть выждать.

– Ну да, – фыркнула я. – Тоже мне, нашел пресвятую Лидокаину. Если так мыслить, мне ближе религия богини Диворсины*. У нее, кстати, тут храм недалеко, – я ткнула чайной ложкой в стенку. – На Вайшневой улице. Можно зайти и попросить удачи в брачных делах.

– Помощь богов это крайнее средство, а у тебя, кажется, ещё не всё так плохо.

– Не всё так плохо? Они похищают меня направо и налево, еле успевая сбегать! А теперь ещё осаждают мой дом! Ладно, сегодня-завтра, пару дней я могу и потерпеть, дома посижу, книжку почитаю, запасы мазей пополню, документы заполню. А дальше что делать? Мне же работать надо! У меня пациенты. Как людям с больными животными пробиваться через эту толпу?

– Значит, надо от них как-нибудь избавиться, – флегматично сказал Мариус, делая глоток чая.

– Это незаконно, – буркнула я. – Городскую тюрьму я уже видела, мне не понравилось.

– Мне тоже. Крайне не рекомендую. Сервис отвратительный.

– Значит, убийства исключены, – уныло пробормотала я в чашку. – Конечно, можно было бы поисчезать их всех куда-нибудь, как Алита тех охранников.

И почему все неприятные люди не могут просто взять и сами собой исчезнуть? Сложно им разве?

______________________________

* Диворсина – одна из богинь многочисленного пантеона богов Монплезира. Почитается разнообразными женщинами всех возрастов, рас и вероисповеданий. Диворсина знаменита тем, что при расставании с богом Позмотримом, которому посвятила лучшие тысячелетия своей жизни, ухитрилась, как пишут в священных текстах, «отжать у него три мира».